Жанр: Научная фантастика
Миры 2. Миры запредельные
...,
это главное. Все остальное меня мало беспокоит.
Я выключила свет и, сидя на кровати, допила в темноте вино. Меня беспокоило ощущение, что
мною манипулируют. Джон, вероятно, дал согласие на присоединение Эвелин к нашему клану,
рассчитывая, что после этого я буду больше времени проводить с ним. Хотя он, скорее всего, удивился
бы и обиделся, если бы я намекнула ему на это. Но несомненно, элемент манипулирования имелся и в
моих отношениях с Сэмом, хотя в них преобладала вульгарная страсть.
При мысли о Сэме я ощутила острый приступ желания.
Как-то раз моя мать изволила сообщить мне, что сложность сексуальных взаимоотношений
растет пропорционально количеству втянутых в них людей. Выходит, в нашем квинтете отношения
осложнены в двадцать пять раз. Проще заниматься онанизмом. Этакое уютное, хотя и несколько
старомодное увлечение.
Следующий месяц выдался утомительным и скучным. На второй день после возвращения из
модуля 9b я получила судебную повестку. Пора было разбираться с "Войском Господним". По совету
Сандры я выбрала в защитники Тэйлора Харрисона, эксперта по конституционному праву и
прекрасного адвоката.
Отбор присяжных занял едва ли не больше времени, чем само судебное разбирательство.
"Войско Господне" предъявило сорок твердолобых девонитов, а я легко нашла сорок человек с весьма
широкими взглядами. На кандидатуры оставшихся двадцати присяжных каждая сторона могла
накладывать вето. В итоге мы перебрали больше тысячи человек, прежде чем пришли к обоюдному
согласию.
Харрисон с ходу отклонил мое наивное предложение перевести рассмотрение дела в
практическую плоскость: сделать упор на тот элементарный факт, что численность людей на звездном
корабле просто обязана оставаться неизменной в течение восьмидесяти лет. Наличие же на борту
всего лишь горсточки девонитов-фундаменталистов обречет всю затею на провал, экипаж "Нового
дома" - на мучительную голодную смерть. Я не утерпела и спросила представителя "Войска
Господня", каким видится ему решение этой маленькой проблемы. Лысый праведник печально
улыбнулся и ответил, что о том позаботится сам Господь. Согласно извращенной судебной логике,
факт неизбежной в будущем катастрофы являлся несущественным и отношения к делу не имел.
Решение следовало выносить строго на основании формальных прецедентов и их соответствующей
интерпретации.
Законники принялись тянуть свою волынку. Меня немного беспокоило, что адвокат "Войска
Господня", которая также слыла знатоком конституционного права, оказалась махровой атеисткой.
Думаю, этим двоим ничего не стоило поменяться местами и, не переводя дыхание, с не меньшим
энтузиазмом продолжать отстаивать позицию другой стороны. Может быть, юстиция нуждается как
раз в такого сорта профессионализме, не знаю. Но вскоре появился куда более серьезный повод для
беспокойства. Новость, которую сообщил мне Харрисон, потрясла меня до глубины души.
Мы сидели за столиком, обедали и просматривали сделанные им заметки, как вдруг он
неожиданно спросил:
- О'Хара, известно ли вам, что такое "ширма"?
- Конечно, - ответила я, не задумываясь. Мне приходилось заниматься историей различных
группировок в американских структурах власти.
- Так вот, "Войско Господне" - как раз и есть такая ширма. Они просто служат прикрытием
для консервативной коалиции, возглавляемой старым Маркусом, а до равноправия религиозных
конфессий им и дела нет.
- Чего же они, в таком случае, добиваются?
- Остановки Янус-проекта. Любой ценой. И они добьются своего, если заставят вас взять в
полет восемь процентов девонитов-фундаменталистов. Такой способ ничем не хуже любого другого;
он ни в чем не уступает приличному атомному заряду с часовым механизмом.
- Им следовало бы начать шевелиться раньше. Когда вернется S-1...
- Но в этом-то вся соль! Им надо, чтобы S-1 вернулся с грузом антиматерии. Просто в их
намерения вовсе не входит использовать ее потом как горючее для звездного корабля.
- Альтернативный источник энергии, да? Глупо. Солнечные батареи дешевле и безопасней.
- Да ни при чем тут альтернативные источники! - Харрисон раздраженно бросил на стол
китайские палочки для еды и посмотрел на меня в упор. - Энергия им нужна как грубая сила. Как
власть. Они хотят использовать антиматерию на Земле.
- О Боже!
- Вот именно. Они хотят разместить около дюжины магнитных контейнеров с антиматерией в
крупнейших городах. Эдакий дамоклов меч. На Земле начинает происходить что-то, что нам не по
душе? Прекрасно! Мы нажимаем на кнопочку. Бум! И дело в шляпе.
- А если начнется утечка антиматерии? Или откажут магниты в контейнерах? Тоже - "бум"?
- Ага. Или, если до кнопки доберется кто-нибудь, кому, скажем, просто сильно не нравится
Лос-Анджелес. Такая система неустойчива в принципе.
- Но как они смогут осуществить задуманное? Координаторы не пропустят такой проект!
- Не забывайте, старый Маркус тоже был координатором. Он прекрасный знаток массовой
психологии.. Если S-1 благополучно вернется, а на Янус-проект будет наложено вето, все мы
окажемся сидящими на бочке с порохом. Наши с вами сограждане, естественно, предпочтут, чтобы
антиматерия куда-нибудь делась. Куда угодно. На Землю - так на Землю!
- Вы поставили в известность судью Делани?
- Хм. Нет. Судья Делани поставил в известность меня. Разумеется, все это несущественно и не
имеет к делу никакого отношения. Просто частное сообщение.
- Разумеется. - Мне захотелось выплеснуть апельсиновый сок и срочно налить себе чегонибудь
покрепче.
Это действительно оказалось несущественным и не имеющим отношения к делу. Дело мы
выиграли, даже привлекли на свою сторону нескольких девонитов.
Присяжные проголосовали в соотношении шестьдесят один на тридцать девять.
Если оглянуться назад, тот месяц послужил мне неплохим уроком. Раньше для Янус-проекта уже
были отобраны девяносто два юриста. Теперь я опросила их, а заодно - еще добрую сотню, заново.
Хотела выяснить, желательно ли, с их точки зрения, установить в "Новом доме" новую систему
юриспруденции. К моему удивлению, такую идею поддержали не столько молодые юристы, сколько
старые: Харрисон также оказался в их числе.
Наверно, были сыты старой системой по горло.
Сэм, в течение этого месяца, отдалялся от меня все больше и больше. Он открыл для себя
существование многочисленной женской расы и самозабвенно принялся порхать. Судебное
разбирательство отняло у меня почти все свободное время, а у мальчика не было недостатка в готовых
услужить ему сверстницах. Может быть, он не хотел усложнять отношения с Дэниелом и Джоном,
ведь на борту "Нового дома" ему предстояло работать в инженерном секторе, скорее всего, - под
началом одного из моих мужей. Или даже обоих. Хотя не думаю, что его рассуждения были настолько
маккиавелиевски-практичными. За это я его и любила.
Мне же практичности было не занимать. Поэтому я спокойно отпустила птичку на свободу. Он
будет на корабле. Я тоже там буду. Десять лет спустя наша разница в возрасте станет не такой
заметной.
ЕВАНГЕЛИЕ ОТ ЧАРЛИ
После кровавого побоища в Сити-Холле переходный период шел сравнительно гладко. Большая
часть оружия на Острове была изъята и надежно упрятана в тюрьме под замок. Уполномоченные,
которых назначил Стом, конечно, носили оружие, но они были целиком на нашей стороне.
Островитяне охотно клюнули на перспективу "бесконечной" жизни. Они вели комфортабельное
существование на единственном, к югу от Нью-Йорка и к северу от Антарктиды, уцелевшем после
крушения обломке довоенной цивилизации. То был действительно единственный в полушарии город,
выживший после войны и почти не изменивший при этом свой внешний облик. Не составило труда
убедить детей, что чума - отнюдь не благословение Господне.
Отучать их от каннибальства оказалось куда тяжелее. В этом отношении Джефф не получил
никакой помощи ни от Стома (тот по-прежнему всей душой ненавидел рыбу), ни от Теда, который сам
человечинкой не баловался, но не желал создавать лишнюю проблему там, где таковой, по его
мнению, не существовало. Большинство остальных детей имело лишь самые смутные воспоминания о
мясе животных и птиц.
Как ни странно, но решение нашла Мэри Сью. Она в любом случае собиралась вернуться на
свою ферму и предложила наладить обмен товарами между двумя группами. Домой ее проводила бы
вооруженная охрана, которая и доставила бы обратно кроликов-производителей и кур. А при
возможности даже поросят. На ферме сейчас были бы рады получить в обмен рефрижератор: старый
сломался, другой же в рабочем состоянии им пока не попадался.
Конечно, группа Мэри Сью могла бы просто отправиться в Тампу, устроить там набег на
магазины бытовых электротоваров и найти какой-нибудь холодильник прямо в фабричной упаковке.
Но Джефф отговорил Мэри, туманно сославшись на соображения безопасности. Вместо этого он
выбрал в одном из огромных особняков самую дорогую модель и торжественно водрузил ее на
повозку, некогда доставившую сюда его самого. Джефф лично запряг в повозку мулов, отправил в
качестве сопровождения четырех добровольцев, снабдив их подробными картами и кучей оружия,
после чего погрузился в приятные мечты о мороженых цыплятах.
Стом не собирался претендовать на место Генерала, предпочитая куда более безопасное
положение правой руки Джеффа. Джефф прекрасно понимал, что необходимо как можно скорее
цивилизовать здешнюю орду дикарей. Хотя бы из соображений собственной безопасности. Но он
никак не мог решить, с чего же начать.
Общественное устройство, которое существовало здесь до него, было настолько расплывчатым,
что порой казалось, вообще отсутствовало. Конечно, у каждого имелись определенные, не слишком
обременительные обязанности, и ребята по возможности старались освободить Генерала и Стома от
повседневных забот. Беда в том, что Ки-Уэст очень уж походил на райские кущи. Когда-то он с
лихвой обеспечивал водой, едой, жильем и электроэнергией около ста тысяч человек, теперь же здесь
жила только горстка людей. Поэтому, несмотря на постепенно выходящие из строя механизмы,
Остров еще долго мог служить им убежищем. Большую часть времени дети проводили либо
уставившись в видеокуб, либо просто "груши носом околачивали", бесконечно обсуждая одно и то же
с одними и теми же собеседниками. Избыток энергий находил себе выход или в драках, иногда со
смертельным исходом, или в постельных упражнениях, зачастую - гетеросексуальных.
По счастью, истинных мансонитов здесь оказалось совсем немного. Необходимо было
восполнить этот пробел другой религией, которая помогла бы Джеффу удерживать дикарей в
определенных рамках. Его собственный американский таоизм был учением слишком кротким и
утонченным, чтобы как-то повлиять на детей. Некоторое время Джефф прокручивал в мыслях идею
самому стать отцом-основателем новой религии. Впрочем, такие соображения приходили ему на ум и
раньше. С длинной густой белой бородой, с всклокоченной гривой седых волос, он выглядел в
точности как ветхозаветный пророк; дети помладше разговаривали с ним запинаясь, настолько их
переполняло благоговейное почтение.
Только вот ему все никак не удавалось наскрести достаточное количество горделивого цинизма,
необходимого для подобного мероприятия.
В конце концов Джефф решил хотя бы положить начало организованной жизни. Он отобрал
дюжину мальчиков и девочек, имевших задатки лидеров, и назначил каждого из них "начальником
дома". Домам дал названия, использовав для этой цели знаки Зодиака. Затем он взял у Стома списки,
некое подобие переписи населения, и распределил по домам ребят. На дом приходилось по двадцать
три - двадцать четыре человека, примерно по два мальчика на одну девочку. Он велел начальникам
домов подобрать себе помощников, которые отвечали бы за "звено" из пяти-шести человек.
Получилась простейшая схема на военный манер: рота - взвод - отделение, но он сознательно не
хотел использовать военную терминологию.
Затея оказалась успешной. Во всяком случае, авторитет Джеффа прошел первую серьезную
проверку. Ребята сначала ворчали, досадуя на то, что их друзья и сексуальные партнеры оказались
разбросанными по разным домам, но быстро смирились. Тем более разделение вовсе не было таким
уж жестким. Условные "дома" служили лишь местом для общих собраний, а так каждый продолжал
жить где хотел и с кем хотел.
Кроме Джеффа, Стома и Теда на Острове нашлось всего четыре человека, умевших сносно
читать и писать. Они стали учителями. Джефф поставил их вне созданной им структуры и освободил
от повседневных обязанностей. Для домов были составлены индивидуальные расписания занятий.
Тем, кто достиг школьного возраста, два часа в день отводилось на изучение основных школьных
дисциплин. Пропуск занятий влек за собой дополнительные четыре часа общих работ. Уклонение от
этих работ означало день отсидки в тюрьме у Стома, на одной воде.
Джефф довольно сносно разбирался в детской психологии, чтобы не обольщаться
первоначальным всплеском всеобщего энтузиазма. К тому же ему никак не удавалось придумать, что
же делать потом, после того, как потускнеет позолота первой новизны. Тед предложил пустить в
оборот деньги. Тогда можно будет как-то вознаграждать тех, кто лучше успевает в школе: имея
деньги, те смогут откупаться от общих работ. Джефф понимал, что Тед говорит дело, но колебался,
поскольку с детства твердо усвоил: деньги изначально несут в себе зло. Ему не хотелось, едва начав
строить новое общество, сознательно заносить в него семена будущей коррупции. Все же он пошел на.
это. Не кто иной, как он сам, уже подал детям дурной пример не торговли, но коммерции, променяв
ничего не стоящий холодильник на поистине бесценную домашнюю живность. По мере того, как дети
будут подрастать, здесь и на севере, у Мэри Сью, они будут все чаще вступать в контакт друг с другом
и с остальным миром. Торговля лучше, чем война.
Джефф собрал вместе учителей и начальников домов, чтобы разъяснить им сложившуюся
ситуацию и разработать систему денежных эквивалентов для учебных и рабочих часов. Всякому
понятно: работа в поле должна цениться выше, чем присмотр за удочками. Затем, предвидя различные
неприятности, Джефф подготовил некую систему контроля, чтобы у тех, кто в будущем посчитает
себя несправедливо обиженными, была возможность принести свои горести на рассмотрение к Стому
или к самому Джеффу.
На все эти дела ушло порядочно времени. Тед нарисовал две сотни кредитных билетов, на
каждом из которых стояли подписи Джеффа и Стома, после чего они спрятали эти билеты в тюремной
оружейной комнате. До лучших времен.
За шесть дней Джефф дал Острову школу, торговлю, ремесла, деньги, суды и банки.
В день седьмой он взял удочку и отправился на рыбалку.
Год одиннадцатый
Глава 1
Потом были два напряженных, но и великолепных года, когда прямо на наших глазах рос
"Новый дом", корабль-мечта, корабль-надежда. Каждый месяц я ходила смотреть на него, поэтому
моя зрительная память запечатлела неуклонную последовательную трансформацию. Вначале простой
бублик Учудена, потом трубчатый каркас (издали это было похоже на паука, притаившегося в центре
паутины) и, наконец, цилиндрическая скала километровой длины. На самом же деле процесс создания
корабля не был непрерывным, свидетельством чему служили постоянные причитания моих мужей то
по одному, то по другому поводу. Но я была чересчур занята своими проблемами, для того чтобы
вникать в чужие.
Работа, по отбору десяти тысяч обитателей звездного корабля все еще была далека от
завершения. Прежде всего, сам список постоянно менялся. Кто-то передумал лететь; другой сменил
жену; третий просто умер в самый неподходящий момент... а кто-то, наоборот, страстно жег дал
попасть в заветный список и плел интригу, оказывая давление на своих знакомых с тем, чтобы те
через своих друзей надавили на меня. Вдобавок мне надо было постоянно следить, во что выливается
ударная работа на десяти гипно-индукционных установках. К моменту старта мы должны были
пропустить через этот конвейер не меньше четырехсот пар "индуктор-реципиент", причем создание
копии-матрицы и ее наложение на реципиента являлось лишь одной из важных частей процесса
переподготовки. Голая информация - это далеко не все. Не думаю, чтобы кто-нибудь смог
чувствовать себя уютно, живя бок о бок с фанатичным дрессировщком слонов, если мы позабудем
притащить на борт корабля хоть одного слона.
Работа директора Департамента увеселений и досуга тоже оказалась довольно сложной, У нас
имелся точный дубликат библиотеки Ново-Йорка, поэтому не предвиделось никаких затруднений с
книгами, фильмами, театральными постановками и тому подобным. Но ведь существовала масса
других вещей, нужных людям для полноценного отдыха. Я провела общий опрос и получила список
разнообразных предметов на четверть миллиона позиций. Компьютер убрал повторы, после чего
перечень позиций сократился до двух тысяч четырехсот тридцати шести. Теперь мне предстояло
разобраться в этом перечне и оценить, что из него мы не можем взять в полет, что можем, а что просто
обязаны. Почти две тысячи человек затребовали футбольные мячи и бутсы? Отлично. Без проблем. Но
что прикажете делать с тремя скульпторами, работающими в голографической технике? Необходимое
им оборудование весило не меньше огромного флаера. Все скрипачи, до единого, требовали, чтобы на
звездный корабль отдали единственную на весь Ново-Йорк скрипку Страдивари. На что они
рассчитывали, не знаю. По-моему, наши шансы заполучить эту скрипку равнялись нулю.
Меня и саму одолевали столь же сентиментальные чувства. С девяти лет я играла на кларнете,
всегда на одном и том же инструменте. Последние несколько лет у меня почти не было времени
практиковаться, и я изрядно подрастеряла навыки. Но это - дело поправимое.
Хуже было другое. То был не просто кларнет, а Маркхейм, изготовленный более столетия назад
специально для исполнения джазовых композиций, единственный такой инструмент во всем НовоЙорке.
Перед войной я брала его с собой на Землю, а потом вернула назад, в целости и сохранности. И
он не был моим; кроме меня им пользовались еще семь человек. Лишь двое из них попали в списки
Янус-проекта.
Конечно, я могла присвоить его, власти хватало. И я испытывала сильнейшее желание именно
так и поступить. Но на "Новом доме" будет еще девять тысяч девятьсот девяносто девять человек,
мечтающих взять с собой дорогие им вещи, но не имеющих такой возможности.
В мои функции входило и умение предугадать, как со временем изменятся потребности
обитателей "Нового дома". Чем дальше, тем население корабля будет в среднем, становиться старше.
Меньше бейсбола. Больше шахмат. Надо было также предусмотреть замену инвентаря по мере его
износа. Проще всего заменять такие вещи, как те же мундштуки для кларнета. Вырезал в любое время
новый из куска пластмассы, и порядок (хотя пластмассовые мундштуки никогда не будут так хороши,
как бамбуковые, которыми мне довелось пользоваться на Земле). Замена же множества других
предметов потребует изобретательности. Нет ни натуральных красителей для акварельных красок, ни
беличьего меха для кистей... И так далее, и тому подобное. Без конца и края.
Но даже эти бесконечные проблемы были всего лишь ближней перспективой. Рано или поздно
на звездном корабле исподволь возникнут новые искусства, ремесла и виды спорта, более
естественные для той обстановки, что будет нас окружать почти сто лет. А следующее поколение,
наверно, найдет для себя что-нибудь совсем другое, отказавшись от наших способов проведения
досуга, как от старомодных и будящих ненужную ностальгию по навсегда ушедшим в прошлое
Мирам.
Я работала вместе с двумя коллегами, также специализировавшимися в области искусств и
гуманитарных дисциплин. Иногда мне приходилось с ними конфликтовать. У нас разыгрывались
настоящие сражения за каждую тонну груза, за каждый драгоценный кубометр складских помещений.
Как мне казалось, они были чересчур уж увлечены коллекционированием разнообразных предметов и
памятников земной культуры. Дай им волю, и они в два счета начисто опустошили бы музей НовоЙорка,
перетащив все его содержимое, до последней косточки скелета динозавра, в хранилища
звездного корабля. Я прекрасно их понимала, поскольку сама испытывала такие же, если не более
сильные чувства. Но приходилось трезво смотреть на вещи! Даже если бы у нас имелась возможность
свободно отобрать лучшие из всех сокровищ Земли, куда разумнее было бы оставить их там, где они
есть. Корабельный компьютер мог воссоздать Мону Лизу с непостижимой уму точностью, вплоть до
структуры мельчайшего мазка; мог в мгновение ока синтезировать факсимильную копию Ники,
крылатой богини победы, в натуральную величину. Конечно, это не то же самое, остаются какие-то
неуловимые нюансы, воспроизвести которые компьютер не в силах. Я знаю. В отличие от других, у
меня была возможность сравнить. И все же нам придется этим ограничиться. Каждый килограмм
лишнего веса можно взять на борт лишь за счет снижения надежности систем жизнеобеспечения.
Адроновые матрицы навсегда сохранят для нас лучшие творения Микеланджело, а вот если погибнет
вся фасоль, нам некуда будет послать за новыми семенами.
Вдобавок истинную ценность из немногих подлинников Ново-Йоркского музея имели лишь
несколько триптихов Босха, оставшиеся после скромной экспозиции, которую накануне войны
проводила у нас галерея Прадо. Не самое лучшее соседство в долгом странствии. Думаю, там будет
предостаточно собственных кошмаров.
На следующей неделе, ровно за год до старта, должны были состояться выборы. Джон отказался
выставлять свою кандидатуру. Может, оно и к лучшему; он и так вконец измотался. Дэниелу даже не
предлагали участвовать в предвыборной гонке: он обеспечивал все взаимодействие между
техническими секторами Ново-Йорка и звездного корабля. В течение нескольких ближайших лет
работы у него будет выше головы. Не меньше, чем у любого координатора.
Я была искренне уверена, что сейчас знаю обо всех нуждах "Нового дома" больше, чем любой
из кандидатов в политические координаторы. Но ни один из секторов никогда не возглавлял человек,
которому еще не исполнилось сорока; не думаю, чтобы кому-нибудь пришло в голову нарушить эту
традицию именно теперь. К тому же я не чувствовала себя морально готовой.
А значит, в течение ближайших четырех лет мне придется работать в самом тесном контакте с
тем, кого выберут, кто бы он ни был. Конечно, Штадлер подошел бы мне больше, чем Парселл. В
десятом классе Парселл преподавал у нас начала экономики, и мы с ним не очень-то ладили. Память у
него оказалась хорошая: при нашей первой за много лет встрече он отпустил пару шуток на школьную
тему.
Техническим координатором, без сомнения, станет Элиот Смит. Хоть здесь никаких проблем, -
он мой старый приятель. Был у него и соперник, Бруно Гивенс. Так, ради проформы. Недавно Бруно
во всеуслышание заявил, что если победит на выборах, то тут же примет девонитскую веру и
останется в Ново-Йорке, дабы стать родоначальником нового клана.
Что касается моего собственного семейства, то дела обстояли лучше, чем можно было бы
ожидать. Сначала я опасалась, что оно распадется на две более-менее независимые пары, но
получилось иначе. Я не только не потеряла Дэниела, а даже стала с ним как-то ближе. У Джона с Эви
оставались серьезные проблемы, но с помощью консультанта по вопросам семьи и сексолога их
удалось заметно сгладить.
Вообще-то оказалось совсем неплохо иметь рядом еще одну женщину. Джону с Дэниелом стало
сложнее настаивать на своем. А я могла научить Эвелин многим полезным вещам. Фактически, у меня
появилась взрослая младшая сестра.
А вот моя родная сестра, Джойс, не полетит к звездам. Ей всего двенадцать, поэтому у нее пока
нет права самостоятельно принимать столь важные решения. Моя же матушка считает весь проект
чистой воды безумием. Джойс и сама побаивается; но все же, если бы не мать, она предпочла бы
отправиться с нами.
Эви пока не жила с нами в "Новом доме": ей предстояло дождаться окончания интернатуры в
госпитале. Гериатрия, лечение и уход за пожилыми людьми; ближе к концу полета это будет одна из
самых ходовых профессий.
Накануне я упаковала, наконец, те вещи, которые собираюсь брать с собой. Одежда, туалетные
принадлежности... Что еще? Почти ничего. Все влезло в одну небольшую сумку. Дневник, который я
вела на Земле. Трилистник, некогда подаренный мне Джеффом. Три драгоценных бамбуковых
мундштука для кларнета, да довоенная баночка черной икры. Мне очень хотелось надеяться, что эта
икра все еще не испортилась.
Вчера Сандра Берриган имела со мной долгий разговор. Речь шла о том, чтобы мне остаться в
Ново-Йорке. В Коллегии ей сказали, что года через два я вполне могу рассчитывать на восемнадцатый
разряд. Если останусь, конечно. Предполагалось, что я буду разрабатывать программы помощи
кротам; а когда ситуация улучшится, мне предстояло курировать все связи между Ново-Йорком и
Землей.
Только после этой беседы мне стало ясно, насколько сильно, хотя и подсознательно, я успела
связать мои надежды на будущее с Янусом. Кроме того, еще одна трагедия наподобие нью-йоркской
могла бы навсегда лишить меня душевного равновесия. А в том, что такие трагедии, даже катастрофы,
еще предстоят, я ни минуты не сомневалась. Куда спокойнее будет наблюдать за развитием событий
издали.
Трижды в своей жизни я летала на Землю, и всякий раз едва успевала унести оттуда ноги, чудом
вырвавшись из бушующих волн хаоса и смерти. Может Дэниел был прав, говоря, что на Земле, сама
того не желая, я служила неким центром, вокруг которого разворачивались самые непредсказуемые
события? Не знаю. Так или иначе, с меня хватит. И даже если всю оставшуюся жизнь мне придется
провести в "Новом доме" в роли массовика-затейника, значит, быть по сему. Доставшиеся на мою
долю приключения и так оказались чересчур многочисленными.
Мне приходится непрерывно летать туда-сюда: необходимо два-три раза в неделю бывать в
Ново-Йорке. Моя должность - одна из немногих, требующих лич
...Закладка в соц.сетях
