Жанр: Научная фантастика
История будущего 1-9.
... поглядел на Тэннера:
- Нет! Нет-нет-нет!
- О'кей, о'кей.
- Ну, мистер Берквист, достаточно, - вспылил Тэннер.
- Хорошо, доктор. Бен, достаточно.
- М-м... один, последний вопрос, - Кэкстон крепко призадумался над тем,
что ему удалось выудить из сказанного. Пожалуй, Джил ошиблась... но ведь она
не могла ошибиться!
- Ладно, но только последний, - снисходительно разрешил Берквист.
- Спасибо. Э... Майк, прошлым вечером мистер Дуглас задал тебе
несколько вопросов... - Тот ничего не ответил. - Среди прочего он спросил,
что ты думаешь о наших девушках, так?
Лицо больного расплылось в широкой улыбке.
- Так. Майк... где и когда ты видел этих девушек?
Улыбка исчезла. Больной взглянул на Тэннера, тело его напряглось, глаза
закатились, он скорчился, словно младенец во чреве матери: колени согнуты,
голова опущена, руки на груди.
- Убирайтесь! - рявкнул Тэннер, бросился к больному и схватил его за
запястье.
- Дождался?! - выкрикнул Берквист. - Уйдешь теперь? Или мне вызвать
охрану?
- Уходим, уходим, - пробормотал Кэкстон. Все, кроме Тэннера, покинули
палату, и Берквист плотно притворил дверь.
- Все тот же вопрос, Гил, - упрямо произнес Бен. - Вы держите его
взаперти... Так где же он видел девушек?
- Не будь таким идиотом, Бен. Он видел целую кучу девушек. Медсестер...
лаборанток. По-моему, все ясно.
- Не совсем. Насколько я помню, за ним ухаживали исключительно мужчины,
а посещение женщин было строго воспрещено.
- Что? Не говори ерунды, - раздраженная гримаса вдруг сменилась
усмешкой. - Ты же видел по стерео медсестру рядом с ним.
- О! Да, конечно, - Кэкстон замолк.
Никто из троих ни слова не сказал о происшедшем, пока они не поднялись
в воздух. Только тогда Фрисби заметил:
- Бен, я не думаю, чтобы Генеральный Секретарь подал на вас в суд. И
все же, если у вас имеется источник этих слухов, лучше воспользоваться
присутствием Беспристрастного Свидетеля.
- Забудьте об этом, Марк. Он не будет судиться, - Бен уставился в пол,
- Откуда мы можем знать, что это был Человек с Марса?
- Выбросьте это из головы, Бен.
- Чем это подтверждается? Мы видели человека более или менее
подходящего возраста в больничной постели. Мы слышали Берквиста... а
Берквист начал свою политическую деятельность, сочиняя всевозможные
опровержения. Мы видели какого-то человека, претендующего на звание
психиатра... а когда я попытался выяснить, где он обучался, меня оборвали.
Мистер Кавендиш, вы видели что-нибудь, уверившее вас, что этот тип - Человек
с Марса?
- В мою задачу не входит высказывать мнение, - медленно и с
достоинством проговорил Кавендиш. - Я смотрю, я слушаю... вот и все.
- Простите.
- Вы удовлетворены моими профессиональными способностями?
- Что? Да, конечно. Спасибо, мистер Кавендиш.
- Спасибо вам, сэр. Очень интересное дело. Старый джентльмен снял белый
плащ, отличающий его от простых смертных. Он расслабился, и черты его лица
стали мягче.
- Если бы я смог привести кого-нибудь из экипажа "Победителя", - никак
не мог успокоиться Кэкстон, я бы размотал это дело.
- Должен признаться, - заметил Кавендиш, - что я был удивлен одной
вещью, о которой вы ничего не говорили.
- Да? Что я такое упустил?
- Мозоли.
- Мозоли?
- Конечно. Всю жизнь человека можно прочитать по его мозолям. Я однажды
написал о них монографию в "Журнал для Свидетелей". Этот молодой Человек с
Марса, поскольку он никогда не носил нашу обувь и вырос при тяготении в одну
треть земного, мог бы продемонстрировать нам мозоли, не соответствующие
условиями в которых он жил.
- Проклятье! Мистер Кавендиш, почему вы не предупредили нас?
- Сэр! - Старый джентльмен выпрямился, и ноздри его затрепетали. - Я
Беспристрастный Свидетель, сэр. Лицо незаинтересованное.
- Простите, - Кэкстон наморщил лоб. - Давайте вернемся. Мы взглянем на
его ноги... или я разнесу эту чертову больницу!
- Вы должны найти себе другого Свидетеля... по причине моего
неосмотрительного вмешательства.
- М-м... пожалуй, - протянул Кэкстон.
- Успокойтесь, Бен, - посоветовал Фрисби. - Вы копнули достаточно
глубоко. Лично я убежден, что это был Человек с Марса.
Кэкстон развез их по домам и приказал такси повиснуть в воздухе. Ему
многое надо было обдумать.
Он пришел один раз... с адвокатом и Беспристрастным Свидетелем.
Требовать разговора с Человеком с Марса второй раз заодно и то же утро было
бессмысленно: у них найдется тысяча поводов отказать. Но если он повернет
назад, с работой на "Пост" ничего не выйдет. Он должен пробиться.
Но как? Что ж, он знал, где находится предполагаемый Человек с Марса.
Проникнуть туда под видом электрика? Слишком примитивно; он не сможет пройти
дальше "доктора Тэннера".
Действительно ли этот Тэннер доктор? Медики обычно сторонятся всякой
деятельности, противоречащей их кодексу. Взять корабельного врача
Нельсона... он умыл руки только из-за того...
Постой! Доктор Нельсон может сказать, впрямь ли этот парень Человек с
Марса, не разглядывая его мозоли.
Кэкстон попытался связаться с Нельсоном через свой офис, поскольку не
знал его адреса. Помощник Бена, Осберт Килгаллен, тоже не знал его, но
картотека "Пост" на известных людей отослала их в "Нью Мэйфлауэр". Через
несколько минут Кэкстон уже разговаривал с Нельсоном.
Доктор Нельсон не смотрел эту передачу. Да, он слышал о ней; нет, у
него нет повода думать, что была подставка. Знает ли доктор Нельсон о том,
что была попытка заставить Смита отказаться от своих прав, вытекающих из
прецедента Ларкина? Нет, и ему не интересно, так ли это на самом деле;
просто нелепо говорить о том, будто кто-то "владеет" Марсом; Марс
принадлежит марсианам. Вот как? Тогда давайте предположим, чисто
теоретически, доктор, что кто-то пытается...
Доктор Нельсон выключил видео. Когда Кэкстон попытался дозвониться до
него снова, механический голос объявил:
- Абонент временно отсутствует. Если вы хотите что-либо записать...
Кэкстон выпалил не очень умное предположение относительно происхождения
доктора Нельсона и отключился. То, что он сделал потом, было ничуть не
умнее: он позвонил в Правительственный Дворец и потребовал разговора с
Генеральным Секретарем.
За годы репортерской работы, шныряя тут и там, Кэкстон пришел к одному
выводу: очень часто тайну можно раскрыть, если заявиться на самый верх и
сделать свое присутствие там невыносимым для окружающих.
Он, конечно, знал, что крутить тигру хвост довольно опасно; он понимал
психопатологию высшей власти куда лучше, чем Джил Бодмен... и, тем не менее,
вел себя так, словно имел дело с совершенно иными силами, добрыми и
миролюбивыми.
Он забыл простую вещь: не стоило так открыто, из такси, звонить во
дворец.
Кэкстон переговорил с полудюжиной чиновников без полномочий, причем
делался все агрессивнее с каждым разговором. Он был так поглощен этим делом,
что не заметил, как такси медленно двинулось с места.
Когда он это заметил, было уже слишком поздно - машина отказывалась
выполнять приказы. Кэкстон с горечью осознал, что сдуру попался в ловушку,
которой избежал бы любой уличный хулиган: его разговор был перехвачен, по
нему было засечено такси, и его кибер-пилот теперь подчиняется приказам,
передаваемым на частоте, используемой полицией. Он был похищен - аккуратно,
без шума, без крика. Он попытался связаться с адвокатом.
Он все еще пытался это сделать, когда такси опустилось в каком-то
дворе, где стены начисто отсекли сигнал. Он попытался выбраться, обнаружил,
что дверца не поддается, и страшно удивился, ощутив, что теряет сознание...
Глава 8.
Джил уверяла себя, что Бен, по-видимому, напал на какой-то другой след
и позабыл дать ей знать об этом. Но ей в это не верилось. Бен был обязан
своим успехом тому, что всегда помнил обо всех днях рождения, и скорее
позволил бы себе не заплатить карточный долг, чем забыть о приглашении на
чаепитие. Куда бы он ни отправился, как бы ни был занят, он мог - он должен
был! - потратить две минуты на то, чтобы дать знать о себе.
Он должен был сказать ей хоть слово. В обед она позвонила в его офис и
переговорила с Осбертом Килгалленом.
Тот лишь снова повторил, что Бен не оставил для нее никакого сообщения
и что ничего не произошло со времени ее предыдущего звонка.
- Он не говорил, когда вернется?
- Нет. Но мы держим свободную колонку на тот случай, если что-то
прояснится.
- Так... а откуда он звонил вам? Или я суюсь не в свое дело?
- Вовсе нет, мисс Бодмен. Он не звонил, это была открытка, отправленная
из "Комнат Паоли" в Филадельфии.
Джил пришлось удовольствоваться этим. Она отправилась в буфет
медсестер, взяла обед, села за столик и уставилась в тарелку. Она твердила
себе, что это не тот случай, про который говорил Бен. Пока нельзя сказать,
что все пошло не так или что она влюбилась в подлеца...
- Эй, Бодмен! Не спи!
Джил подняла голову и увидела Молли Уиллрайт, заведующую диетической
кухней.
- Извини, задумалась.
- Я спрашивала: с каких это пор в вашем крыле держат в люксах тех, кто
не может платить за лечение?
- У нас такого нет.
- А разве К-12 не на вашем этаже?
- К-12? Там лежит богатая старуха, такая богатая, что способна
заплатить доктору, чтобы он следил за каждым ее вздохом.
- Гм! Она, должно быть, разбогатела сразу и вдруг. Последние полтора
года она лежала в бесплатном отделении гериатрии.
- Нет, ты ошибаешься.
- Только не я... У нас на кухне ошибаться нельзя. У нее довольно
сложный рацион... довольно жирная диета и длинный перечень противопоказаний
плюс лекарства, о которых она не должна знать. Поверь, дорогая, рацион
больного порой так же индивидуален, как отпечатки пальцев, - мисс Уиллрайт
поднялась. - Ну, я побежала, птенчик.
- О чем это болтала Молли? - поинтересовалась сестра, сидящая за
соседним столиком.
- Да так. Она ошиблась. - Джил подумала, что можно найти Человека с
Марса, проверив диетические кухни, но тут же выбросила эту мысль из головы:
потребовалось бы несколько дней, чтобы обойти их все.
В давние времена, когда еще случались войны, Бетесда была морским
госпиталем, громадным уже тогда. Впоследствии госпиталь был передан обществу
"Богатство, Воспитание и Благополучие" и расширился еще больше. Сейчас он
принадлежал Федерации и был небольшим городком.
Однако в случае с миссис Бэнкерстон все же было что-то странное.
Бетесда принимала всех больных: частных, бесплатных и правительственных;
этаж, на котором работала Джил, предназначался, в основном, для
привилегированных больных, в его палаты помещали сенаторов и
высокопоставленных чиновников. Частных лиц сюда не клали.
Миссис Бэнкерстон могли перевести сюда только в том случае, если все
остальные отделения были переполнены. Да, скорее всего, так и было.
После обеда она совсем закружилась с новыми пациентами, и ей было не до
размышлений. Вскоре ей понадобилась энергетическая кровать. Обычно в таком
случае она звонила на склад... но склад располагался в подвале, в четверти
мили от их крыла, а кровать нужна была немедленно. Она вспомнила, что видела
одну, принадлежащую К-12, в смежной комнате для посетителей. Она еще велела
морякам не сидеть на ней. Наверное, ее вытащили туда, когда устанавливали
гидравлическую кровать.
Может быть, она еще там... если так, у нее будет энергетическая
кровать.
Смежная комната была заперта, и Джил обнаружила, что универсальный ключ
не подходит. Она подумала, что следует сказать об этом ремонтникам, и вошла
в К-12 намереваясь узнать о кровати у лечащего врача миссис Бэнкерстон.
Врач был тот же, что и раньше - доктор Браш. Он не был ни интерном, ни
врачом, живущим при больнице. Доктор Гарнер, как он говорил, попросил его
присмотреть за этой женщиной. Услышав, как отворяется дверь, Браш поднял
голову.
- Мисс Бодмен! Вы-то мне и нужны!
- Почему же вы не позвонили? Как ваша больная?
- С нею все нормальное - ответил он, заглянув в глазок. - А вот со мной
- нет.
- Что-нибудь серьезное?
- Нет, что вы. Это займет минут пять, не больше. Можете вы пожертвовать
пятью минутами? И держать ваш ротик на замке?
- Думаю, что смогу. Если позволите, я воспользуюсь вашим телефоном и
скажу своей помощнице, где я.
- Нет! - возразил он. - Просто заприте за мной дверь и не открывайте,
пока я не постучу на мотив "Мы все умеем: стрижем и бреем".
- Хорошо, сэр, - произнесла Джил с сомнением в голосе. - Вашей больной
что-нибудь нужно? Я что-нибудь могу сделать для нее?
- Нет-нет. Просто посидите и понаблюдайте за экраном. Не беспокойте ее.
- А где вы будете, если что-нибудь случится? В комнате отдыха
персонала?
- Я буду в мужском туалете. И больше, пожалуйста, ни слова. Так надо.
Он вышел, и Джил заперла за ним дверь, а потом взглянула на монитор и
посмотрела показания приборов. Женщина спала, экраны показывали сильный
пульс и ровное дыхание. Джил удивилась постоянному врачебному наблюдению:
больная вовсе не собиралась помирать с минуты на минуту.
Потом она решила посмотреть, нет ли в дальней комнате нужной кровати.
Хотя это и противоречило распоряжению доктора Браша, она была уверена,
что не побеспокоит больную. Уж она-то знала, как пройти по палате, не
разбудив пациента.
Кроме того. Джил давным-давно поняла, что не следует так уж
беспрекословно слушаться докторов. Она открыла дверь и тихонечко вошла.
Одного взгляда было достаточно, чтобы убедиться, что миссис Бэнкерстон
забылась в типичном старческом сне. Ступая совершенно бесшумно. Джил подошла
к смежной комнате. Дверь была заперта, но универсальный ключ легко открыл
ее.
Джил увидела, что энергетическая кровать стоит на месте. А потом она
увидела, что палата занята: в кресле, держа на коленях книгу с картинками,
сидел Человек с Марса.
Смит поднял глаза и подарил ей лучезарную улыбку обрадованного ребенка.
У Джил закружилась голова. Валентайн Майкл Смит здесь? Этого не могло
быть, его же перевели, она сама видела запись в журнале.
Непонятные события вдруг обрели смысл. Подставной Человек с Марса в
стереопрограмме... старуха, одной ногой стоящая в могиле, просто прикрывает
тот факт, что в палате есть еще один пациент... дверь, к которой не подошел
универсальный ключ... мучивший ее ночью кошмар про выезжающий из ворот
Бетесды "мясной фургон" с путевым листом, в котором значилось не два трупа,
а один.
Лишь только все это пронесетесь в ее голове, она испугалась,
представив, что с нею могут теперь сделать.
Смит неуклюже встал, развел руки и сказал:
- Водный брат!
- Здравствуй. Э... ну, как ты?
- Мне хорошо. Я рад, - он добавил еще что-то на странном каркающем
языке, остановился, вспомнив, что она не понимает его, и сказал, тщательно
подбирая слова: - Ты здесь, мой брат. Тебя не было. Теперь ты здесь, и я
впиваю тебя.
Джил вдруг остро ощутила два чувства, раздирающие ее душу: одно нежное,
от которого таяло сердце, и другое - леденящий страх. Смит ничего не
заметил.
- Видишь? - обрадованно сообщил он. - Я хожу! Я немного окреп. - Он
сделал несколько шагов и остановился - восторженный, задыхающийся,
улыбающийся. Она заставила себя улыбнуться.
- А у нас прогресс, а? Ты набираешься сил. Вот это характер! Но мне
пора идти... Я забежала просто поздороваться. На его лице тут же проступило
отчаяние.
- Не надо уходить!
Но мне надо торопиться!
Смит удрученно поглядел на нее:
- Я причинил тебе зло, - с трагической уверенностью проговорил он. - Я
не знал.
- Зло? Ox, нет же, нет! Но мне надо уходить... и побыстрее!
На его лице теперь не было совершенно никакого выражения.
- Возьми меня с собой, мой брат.
- Что? Нет, я не могу. И мне надо уходить, надо прямо сейчас. Знаешь,
не говори никому, что я была здесь... Пожалуйста!
- Не говорить, что мой водный брат был здесь?
- Да. Никому не говори. М-м... я еще приду. А ты будешь послушным
мальчиком, подождешь и никому не скажешь.
Смит переварил это с совершенно безмятежным видом.
- Я буду ждать. Я не скажу.
- Ну и хорошо! - Джил подумала, как ей, интересно, удастся выполнить
свое обещание?
Теперь она понимала, что "сломанный" замок на самом деле вовсе не был
сломан. Глаза ее метнулись к двери, и она увидела, почему не могла открыть
ее. К ней была привинчена ручная задвижка.
Обычно задвижки на дверях в ванных и других комнатах были устроены так,
что отпирались универсальным ключом, чтобы больной не мог запереться. Здесь
же замок удерживал Смита взаперти, и задвижка редкого в Бетесде типа не
позволяла войти в комнату даже тем, у кого был универсальный ключ.
Джил отодвинула задвижку.
- Жди меня. Я приду.
- Я буду ждать.
Она вернулась в первую комнату и сразу же услыхала: "ту-тук,
ту-тук-тук" - сигнал, про который говорил доктор Браш. Она поспешно впустить
его.
Он буквально ворвался в комнату.
- Где вы были, сестра? Я стучал три раза! - И он подозрительно
уставился на дверь во внутреннюю комнату.
- Я увидела, что ваша пациентка заворочалась, - быстро солгала Джил, -
и поправила ей подушку.
- Проклятье, я же велел вам просто сидеть у пульта!
Джил вдруг поняла, что доктор сам испуган, и мгновенно перешла в
контратаку:
- Доктор, - произнесла она ледяным тоном, - я не отвечаю за вашу
пациентку. Но уж раз вы поручили ее моим заботам, я сделала то, что сочла
необходимым. А если вы недовольны тем, что я сделала, вызывайте главврача.
- Что? Нет-нет... забудьте о том, что я вам наговорил.
- Нет, сэр. Больным в таком возрасте ничего не стоит задохнуться во
сне. Некоторые сестры сносят все нападки докторов... но только не я. Зовите
главврача.
- Нет-нет, мисс Бодмен, я выпалил это не подумав. Прошу прощения.
- Очень хорошо, доктор, - произнесла она сквозь сжатые зубы.
- Я вам еще нужна?
- А? Нет, спасибо. Спасибо, что подежурили за меня. Только... ну, не
говорите никому, ладно?
- Не скажу. - "Можешь быть уверен! Но что мне делать теперь? Ox, как бы
я хотела, чтобы Бен был в городе!" Она вернулась к себе и притворилась, что
просматривает бумаги. В конце концов она вспомнила об энергетической кровати
и позвонила на склад. Затем отослала за ней свою помощницу и стала думать.
Где Бен? Если бы он был в городе, она бы отпросилась минут на десять,
позвонила бы ему и перевалила бы все заботы на его широкие плечи. Но Бен,
черт бы его побрал, скрылся за горизонтом, предоставив ей вести мяч в
одиночку.
Или нет? Червячок, точивший ее подсознание, прогрыз себе ход наружу.
Бен не покинул бы город, не сообщив, чем окончилась его попытка
повидать Человека с Марса. Как сообщница заговорщика она имела на это
право... а Бен всегда играл честно.
Она словно наяву услышала сказанные им слова: "...если что случится, ты
будешь козырем в рукаве... солнышко, если обо мне ничего не будет слышно,
вся надежда только на тебя".
Раньше она не думала об этом, потому что не верила, что с Беном может
что-нибудь случиться. Теперь пришла пора серьезно подумать. В жизни каждого
человека наступает время, когда он - или она - вынужден рискнуть "жизнью,
богатством и честью священной" ради дела с весьма сомнительным исходом. Для
Джил Бодмен это время наступило сегодня, в три часа сорок семь минут
пополудни.
Человек с Марса, едва ушла Джил, опустился в свое кресло. Он не взял в
руки книгу с картинками. Он просто стал терпеливо ждать, хотя слово
"терпеливо" не совсем соответствовало марсианским понятиям. Он неподвижно
сидел и тихо радовался тому, что его водный брат обещал прийти снова. Он
готов был ждать вот так - не двигаясь, ничего не делая - столько, сколько
понадобится. Пусть даже годы.
Он не имел ни малейшего понятия о том, сколько времени прошло с той
минуты, когда он разделил воду со своим братом. И не только потому, что это
место непонятным образом искажалось во времени и очертаниях и это
сопровождалось явлениями и звуками, не поддающимися пока грокингу, но и
потому, что всей культурой его гнезда время воспринималось совсем иначе, чем
людьми. Разница заключалась не в более продолжительном, если перевести на
земные годы, времени жизни, а в самой основе. На Марсе нельзя найти
подходящих выражений, чтобы сказать: "Сейчас позднее, чем ты думаешь" или
"Скоро не бывает споро", хотя и по разным причинам: первое просто немыслимо,
тогда как второе - неписанный закон, упоминать о котором так же ни к чему,
как советовать рыбе принять ванну.
Но сказать "Как было в Начале, так есть и так будет" - настолько
по-марсиански, что перевести это гораздо легче, чем "два плюс два - четыре",
а на Марсе это вовсе не считается трюизмом.
Смит ждал.
Услышав, как в двери поворачивается ключ, он вспомнил, что слыхал этот
звук перед последним появлением водного брата, поэтому он ускорил метаболизм
на тот случай, если все повторится. Он изумился, увидев, что дверь
открывается и в нее проскальзывает Джил, поскольку ему не было даже
известно, что это тоже дверь. Но он сразу грокнул это и переключился на
всепоглощающую радость, приходящую только в присутствии птенца из редкого
гнезда, твоего водного брата или (при определенных обстоятельствах) в
присутствии Старших.
Радость его была слегка испорчена тем, что водный брат не разделял
ее... он казался более расстроенным, чем тот, кого нельзя было спасти от
рассоединения из-за какой-нибудь досадной потери или травмы.
Но Смит уже знал, что эти существа способны выносить отрицательные
эмоции, о которых и подумать-то страшно, не умирая при этом.
Его брат Махмуд подвергал себя душевным мукам пять раз в день и не
только не умирал, но даже утверждал, что эти мучения совершенно необходимы
ему.
Его брат капитан Ван-Тромп был подвержен ужасным непредсказуемым
приступам, каждый из которых должен был, по разумению Смита, привести к
немедленному рассоединению, чтобы избежать конфликта... и все же этот брат,
насколько он знал, жил в добром здравии.
Поэтому он не придал особого значения состоянию Джил. Она протянула ему
узел.
- Вот, надень-ка это. Быстрее!
Смит взял узел и ждал. Джил выразительно поглядела на него и сказала:
- О господи! Ладно. Снимай одежду. Я помогу.
Ей пришлось и раздевать, и одевать его. На нем было больничное белье,
халат и шлепанцы - не потому, что ему так нравилось, а потому, что ему
велели так одеться. Он уже мог управляться с одеждой, но не так быстро, как
надо было Джил. Она быстро раздела его. Она была медсестрой, а он никогда не
слыхал о табу, действующих между мужчинами и женщинами, так что соблюдение
приличий не было им помехой. Он пришел в восторг от фальшивых кожиц, которые
Джил натянула ему на ноги. Она не дала ему времени восхвалить их и быстро
подвязала чулки тесемкой. Одежду медсестры она выпросила у одной из женщин,
объяснив, что она нужна ее двоюродной сестре для маскарада. Джил завязала
пелерину и решила, что скрыла большинство половых отличий - по крайней мере,
она надеялась на это. С туфлями была проблема; они немного жали, а Смиту
было трудно ходить даже босиком.
Потом она все же повязала ему на голову косынку.
- Волосы у тебя, пожалуй, коротковаты, - сказала она обеспокоенно, - но
все же не короче, чем носят некоторые девушки. Ладно, сойдет и так. - Смит
не ответил, поскольку не совсем понял это замечание. Он подумал, что надо
отрастить волосы, но понял, что на это потребуется время.
- Теперь, - сказала Джил, - слушай меня внимательно. Что бы ни
случилось, не говори ни слова. Ты понял?
- Не говорить. Я не буду говорить.
- Просто иди за мной... Я возьму тебя за руку. Если ты знаешь молитвы,
молись!
- Молитвы?
- Ладно, забудь. Просто иди за мной и не разговаривай. - Она отворила
дверь, оглянулась и вывела его в коридор.
Смит обнаружил там массу предметов странных конфигураций, многие сильно
раздражали глаза.
На него буквально навалились расплывчатые изображения, которые он никак
не мог разглядеть. Он слепо заковылял, почти полностью отключив зрение и
прочие чувства, чтобы оградить себя от этого хаоса.
Она довела его до конца коридора и ступила на пересекающую его бегущую
дорожку. Смит пошатнулся и упал бы, не подхвати его Джил. Дежурная сестра
покосилась на них. Джил выругалась сквозь зубы и впредь более внимательно
присматривала за ним.
На крышу они поднялись на обычном лифте: Джил была уверена, что не
сможет помочь ему в трубе скоростной подъемки.
На крыше они столкнулись с первой проблемой, хотя Смит этого не
заметил.
Небо привело его в буйный восторг, он не видел никакого неба с тех пор,
как покинул Марс. Это небо было ярким, красочным и радостным - обычный
вашингтонский день.
Джил высматривала такси. Крыша была пуста, как она и надеялась - все
сменившиеся с дежурства сестры уже разлетелись по домам, исчезли и дневные
посетители. Но одновременно исчезли и такси. А она не осмеливалась
воспользоваться аэроавтобусом.
Она уже собиралась вызвать машину, когда одна из них пошла на посадку.
- Джек! - крикнула она служителю. - Это такси занято?
- Я заказал его для доктора Фиппса.
- О господи! Джек, вы не сумеете быстренько заказать еще одно для меня?
Это моя двоюродная сестра Мэдж... работает в южном крыле... у нее ларингит,
и ей вредно стоять на ветру.
Служитель почесал затылок.
- Ну... только для вас, мисс Бодмен. Берите это. А доктору Фиппсу я
вызову другое.
- Джек, вы просто прелесть! Мэдж, ничего
...Закладка в соц.сетях
