Жанр: Научная фантастика
Метро
...го
хорошего
это не предвещало, и оба поспешили убраться оттуда как можно скорее.
Потом, как и предполагал Данила, справа появился выход на новую лестничную
клетку.
Здесь был совсем светло - в стенах на каждом пролете были сделаны окна. Из них с
высоты
пятого этажа был виден двор, хозяйственные постройки, обгоревшие каркасы какихто
технических устройств. Но долго рассматривать двор Артему не удалось: из-за угла
здания, в
котором они находились, вынырнули две серые скособоченные фигуры. Они медленно
побрели
через двор, словно что-то разыскивая. Неожиданно одна из них замерла на месте,
подняла
голову, и, как показалось Артему, взглянула прямо на то окно, из которого он
смотрел.
Отпрянув, Артем присел на корточки. Ему не пришлось объяснять своему напарнику,
что к
чему - тот и сам все понял. - Библиотекари? - шепнул он испуганно, тоже
приседая, чтобы
его не было видно с улицы.
Артем молча кивнул. Данила зачем-то протер рукой плексиглаз на своем
противогазе,
будто это могло помочь ему осушить вспотевший от волнения лоб, потом собрался с
мыслями и
заспешил по лестнице наверх, таща за собой и Артема. Один пролет вверх, потом
снова
извилистые коридоры... Наконец брамин в нерешительности остановился перед
несколькими
дверями. - Про это место я ничего не помню, - растерянно сказал он. - Здесь
должен быть
вход в запасную картотеку. Но про то, что проходов несколько, нам никто не
говорил.
Он задумался, потом несмело подергал за ручку одну из дверей. Она была
заперта.
Закрытыми оказались и остальные выходы. Данила непонимающе, словно отказываясь
верить,
помотал головой и потянул ручки еще раз. Вслед за ним попробовал и Артем, но
тоже
безрезультатно. - Закрыто, - с тупым выражением на лице констатировал он.
Данила вдруг мелко затрясся, так что Артем, испуганно оглядев его, на
всякий случай
отступил от своего напарника на шаг. Но тот просто смеялся. - А ты постучи! -
предложил
он Артему, и всхлипнув, добавил, - извини, наверное, истерика уже началась.
Артем почувствовал, как неуместный смех разбирает и его. Сказывалось
напряжение,
накопившееся в нем за последний час, и как он ни сдерживался, глупое хихикание
прорвалось
наружу. С минуту оба стояли, прислонившись спиной к стене и хохотали. - Постучи!
-
повторил Артем, держась за живот, и жалея, что не может снять противогаз и
вытереть слезы.
Он шагнул к ближайшей двери и три раза стукнул по дереву костяшками
пальцев.
А через секунду три ответных гулких удара раздались с обратной ее стороны.
В горле у
Артема мгновенно пересохло, сердце бешено заколотилось в груди. Прямо сейчас за
дверью
кто-то стоял, слушая их смех и выжидая. Чего? Данила бросил на него обезумевший
от страха
взгляд и попятился от двери. А с другой ее стороны кто-то снова застучал, все
громче и
требовательней.
И тогда Артем сделал то, чему его научил однажды Сухой. Оттолкнувшись от
стены, он
ногой ударил в замок соседней двери. На успех он не рассчитывал, но дверь с
грохотом
распахнулась. Стальной механизм замка был с мясом вырван из трухлявого дерева.
Помещение, начинавшееся сразу за этой дверью, ничем не напоминало все
остальные
комнаты и коридоры Библиотеки, через которые они сегодня прошли. Почему-то здесь
было
очень влажно и душно, а в свете фонарей стало видно, что весь небольшой зал
густо зарос
странными растениями. Толстые стебли, тяжелые маслянистые листья, густая смесь
запахов,
покрытый переплетениями корней и стволов пол, шипы, цветы... Некоторые из них
уходили
своими корнями в сохранившиеся или расколотые цветочные горшки и кадки. Знакомые
уже
лианы обвивали и поддерживали ряды деревянных шкафчиков - таких же, как в
большом
холле, но из-за высокой влажности прогнивших насквозь - это стало ясно, как
только Данила
попытался открыть один из выдвижных ящиков. - Запасная картотека, - облегченно
выдохнув, сообщил он Артему. - Теперь уже недалеко.
Сзади снова донесся стук в дверь, а потом кто-то осторожно, словно пробуя,
подергал за
дверную ручку. Раздвигая стволами автоматов лианы и стараясь не споткнуться,
зацепившись
за ползущие по полу корни, они поторопились пробраться через этот зловещий сад,
спрятанный
вглубине Библиотеки. С другой стороны зала находилась еще одна дверь, на этот
раз не
запертая. Последний коридор, и они наконец остановились. Они были в хранилище,
это сразу
чувствовалось: Библиотека дышала им прямо в лицо тяжелым, но приятным запахом
старой
бумаги и книжной пыли, чуть слышно шелестя миллионами книжных страниц. Артем
вопросительно посмотрел на Данилу. - Все, пришли, - подтвердил тот, и добавил с
надеждой
в голосе, - Ну, как? - Ну так... Страшно, - не сообразив сразу, чего от него
хотел напарник,
признался Артем. - Книгу не слышишь? - уточнил брамин. - Отсюда ее голос должен
более
отчетливо звучать...
Артем закрыл глаза и постарался сосредоточиться. В голове у него было пусто
и гулко,
словно в заброшенном туннеле. Простояв так пару минут, он снова начал различать
разные
мелкие шумы, которые заполняли здание Библиотеки - но ничего, похожего на голос,
на зов,
ему услышать не удалось. Хуже того, он ровным счетом ничего и не чувствовал - и
даже если
он мог предположить, что "голос", о котором говорил Данила и другие брамины, на
самом деле
- всего лишь неуклюжая попытка описать ощущения совсем другого рода, дела это
никак не
меняло. - Нет, ничего не чувствую, - развел он руками. - Ладно... Пойдем на
другой ярус,
их здесь девятнадцать. Будем искать, пока не найдем. С пустыми руками нам лучше
не
возвращаться, - помолчав, вздохнул Данила.
Выйдя на служебную лестницу, они поднялись по бетонным ступеням на
несколько
этажей, прежде чем попытать счастья еще раз. На этом ярусе все было похоже на то
место, куда
они пришли вначале: средних размеров комната с застекленными окнами, несколько
канцелярских столов, привычная уже поросль на потолке и в углах, и два
расходящиеся в
разные стороны коридора, заполненные бесконечными рядами книжных полок по обе
стороны
от узкого прохода. Потолок и в комнате, и коридорах был давяще низкий, чуть
больше двух
метров, и после невероятного простора холла и Главного читального зала казалось,
что не
только протиснуться между полок, между полом и потолком, но даже и дышать здесь
как-то
нелегко. Стеллажи были плотно заставлены тысячами разнообразных книг, причем
многие из
них казались совершенно нетронутыми и прекрасно сохранившимися - должно быть,
Библиотека строилась так, что даже когда люди забросили ее, в ней оставался
свой, особенный
микроклимат. От такого сказочного богатства Артем ненадолго даже забыл, зачем он
здесь, и
углубился в один из рядов, осматривая корешки и с благоговением проводя по ним
ладонью.
Решивший, что его напарник наконец услышал то, ради чего его сюда отправили,
Данила
сначала не мешал ему, но потом наконец понял, в чем дело, и довольно грубо
схватив Артема за
руку, потянул дальше.
Три, четыре, шесть коридоров, сотня, вторая стеллажей, тысячи и еще тысячи
книг,
вырываемые из кромешной тьмы хранилища желтым пятном света, следующий ярус, еще
один... Все тщетно. Артем не ощущал ровным счетом ничего такого, что можно было
бы
принять за голос, за зов. Вообще ничего необычного. Он вспомнил, что если
брамины на
заседании Совета Полиса посчитали его за избранного, наделенного особым даром,
ведомым
судьбой, то у военных нашлось собственное объяснение его видениям: галлюцинации.
На последних этажах он наконец что-то начал чувствовать, но совсем не то,
что ожидал и
чего хотел. Это было неясное ощущение чьего-то присутствия, чем-то напомнившее
ему
пресловутый страх туннелей. Хотя все ярусы, на которых они побывали, казались
совершенно
покинутыми, и ни следа библиотекарей или других созданий здесь не заметно не
было, именно
здесь все время хотелось обернуться, чудилось, что сквозь книжные полки за ними
кто-то
внимательно наблюдает...
...Данила тронул его за плечо и направил фонарь на свой ботинок. Длинный
шнурок,
который брамин не умел завязывать по-особому, тащился за ним по полу. - Я завяжу
пока,
посмотри, что впереди, может услышишь все-таки, - шепотом попросил он у Артема и
присел
на корточки.
Артем кивнул и продолжил медленно, шаг за шагом, продвигаться вперед,
ежесекундно
оглядываясь назад, на Данилу. Тот мешкал: завязывать скользкий шнурок пальцами в
толстых
перчатках было непросто. Проходя вперед, Артем, освещал сначала открывавшийся
справа
бесконечный ряд книг, потом резким движением переводил луч налево, силясь
высмотреть в
рядах пыльных и покоробившихся от времени книг перекошенные серые тени
библиотекарей.
Удалившись от своего напарника метров на тридцать, Артем вдруг отчетливо услышал
шорох в
двух рядах впереди. Автомат был уже наготове, и, прижав фонарь к стволу, Артем в
один
прыжок оказался у того коридора полок, где, по его расчетам, должен был кто-то
скрываться.
Два ряда забитых до верху томами полок, уходящие в перспективу. Сочащийся
черными
каплями потолок. Пустота. Луч метнулся влево - вдруг враг скрывается там, в
противоположном направлении этой бесконечности? Пустота.
Артем затаил дыхание, стараясь вслушаться в малейший шум. Ничего, только
звуки
падающих в лужицу на полу капель. Он вернулся в проход и посветил туда, где со
шнурками
слишком долго возился Данила. Пусто. Пусто?!
Не разбирая дороги, Артем бросился назад. Пятно света от его фонаря бешено
скакало из
стороны в сторону, выхватывая из темноты один за другим одинаковые ряды полок.
Где же он
остался? Тридцать метров... Приблизительно тридцать метров, он должен был быть
здесь...
Никого. Куда он мог подеваться, не предупредив Артема? Почему не сопротивлялся,
если на
него напали? Что произошло? Что вообще с ним могло произойти?
...Нет, он уже вернулся слишком далеко назад. Данила должен был оставаться
намного
ближе к нему... Но его нигде не было! Артем почувствовал, что перестает отдавать
себе отчет в
своих действиях, и его начинает охватывать паника. Остановившись на том месте,
где он
оставил Данилу перешнуровывать ботинок, Артем обессиленно прислонился спиной к
торцу
полки, когда из глубины книжного ряда послышался негромкий и нечеловеческий
голос,
срывающийся в жутковатый клекот: - Артем...
Задыхаясь от страха, почти ничего не видя сквозь запотевшее стекло
противогаза, Артем
резко обернулся в ту сторону, откуда его позвали, и, пытаясь поймать коридор в
прыгающий
прицел автомата, пошел на голос. - Артем...
Теперь это было совсем близко. Неожиданно сквозь полки прорезался тонкий
веер света,
проникающего между неплотно стоящих книг на уровне пола. Лучи перемещались назад
и
вперед, словно кто-то водил фонариком влево-вправо, влево-вправо... Артему
послышалось
позвякивание металла. - Артем... - почти неслышный, на этот раз это был обычный
шепот, и
голос, несомненно, принадлежал Даниле.
Артем обрадованно сделал широкий шаг вперед, надеясь увидеть своего
напарника, и тут
в двух шагах от него раздалось то зловещее горловое клекотание, которое он и
слышал вначале.
Луч фонаря продолжал бессмысленно блуждать по полу туда-сюда. - Артем... -
позвал его и
этот странный голос.
Артем шагнул еще раз, кинул взгляд направо и почувствовал, как от
увиденного там
зашевелились волосы у него на голове.
Ряд полок здесь прерывался, и в образовавшейся нише на полу сидел в луже
крови
Данила. Шлема и противогаза на нем не было, и хотя лицо у него было бледным, как
у
мертвеца, открытые глаза смотрели осознанно, губы старались сложить какие-то
слова. А за
спиной у него, наполовину сливаясь с мраком, пряталась серая сгорбленная фигура.
Длинная,
поросшая жесткой серебристой шерстью, костлявая рука - не лапа, а именно рука -
но с
мощными загнутыми когтями, задумчиво перекатывала оброненный и лежащий в
полуметре от
Данилы фонарь. Вторая была погружена в его распоротый живот. - Ты пришел... -
прошептал Данила. - Ты пришел... - точно воспроизводя его интонацию,
проскрежетал
голос за его спиной. - Библиотекарь... Сзади. Мне все равно конец. Стреляй, убей
его, -
попросил слабеющим голосом Данила. - Стреляй - убей его, - повторила тень.
Фонарь в очередной раз неспешно покатился по полу налево, чтобы потом
вернуться на
место и повторить весь цикл еще раз. Артем почувствовал, что сходит с ума. В
голове
крутились слова Мельника о том, что звуки выстрелов могут привлечь к нему
кошмарных
тварей. - Уходи, - попросил он библиотекаря, не надеясь впрочем, что тот поймет
его. -
Уходи, - почти ласково раздалось в ответ, а когтистая рука продолжила что-то
перебирать в
Данилином животе, от чего тот негромко застонал, а из уголка рта прочертила к
подбородку
жирную линию капля крови. - Стреляй! - собрав силы, чуть громче сказал Данила. -
Стреляй! - потребовал библиотекарь из-за его спины.
Убить своего нового товарища самому и привлечь этим других чудовищ, или
оставить
Данилу умирать здесь и бежать, пока не поздно? Спасти его уже вряд ли удастся,
распоротый
живот и вываливащиеся внутренности оставляли брамину меньше часа. Еще не приняв
решения, Артем передернул затвор.
И тут из-за откинутой назад Данилиной головы показалось сначала заостренное
серое ухо,
а за ним - огромный зеленый глаз, искрящийся в свете фонаря. Библиотекарь
медленно, как-то
стеснительно, выглянул из-за его умирающего напарника, и его глаза искали глаза
Артема. Не
отворачиваться. Смотреть прямо туда, прямо на него, прямо в зрачки... Звериные,
вертикальные зрачки. И как странно было видеть в этих жутких, невозможных глазах
отблески
разума!
Сейчас, вблизи, библиотекарь уже ничем не напоминал гориллу, да и вообще
обезьяну.
Вся его хищная морда заросла шерстью, полная длинных клыков пасть доходила чуть
не до
ушей, а глаза были такого размера, что делали тварь не похожей ни на одно из
животных,
которых Артем видел живьем или на картинках.
Ему показалось, что это продолжалось целую вечность. Нырнув во взгляд
чудовища, он
уже никак не мог оторваться от его зрачков. И только когда Данила издал
протяжный глухой
стон, Артем пришел в себя и, направив крошечное красное пятнышко прицела прямо в
низкий
заросший серой шерстью лоб библиотекаря, переключил автомат на одиночный режим
стрельбы. Услышав негромкий металлический щелчок, тварь зло зашипела и снова
спряталась
за спиной у Данилы. - Уходи... - вдруг проклетокала она оттуда, точно повторяя
услышанную от Артема интонацию.
Артем ошалело замер. На сей раз библиотекарь не отзывался эхом на его
слова, он будто
запомнил их, понял их смысл. Могло ли такое быть? - Артем... Пока я еще говорить
могу...
- собравшись с силами и пытаясь сфокусировать на нем свой мутнеющий с каждой
минутой
взгляд, заговорил Данила. - У меня в нагрудном кармане - конверт... Сказали тебе
передать,
если ты Книгу найдешь. - Но я же ничего не нашел, - помотал головой Артем. -
Ничего не
нашел, - подтвердил жуткий голос из-за спины Данилы. - Не важно... Я же знаю,
зачем ты
на это пошел. Ты же не для себя... Вдруг, это тебе поможет. А мне уже все равно,
выполнил я
приказ, или нет... Главное, запомни - в Полис тебе уже нельзя... Если они
узнают, что ты
ничего не смог достать... И военные если узнают... Иди через другие станции.
Теперь стреляй,
а то очень больно. Я больше не хочу. - Не хочу... больно... - путая слова,
повторил за ним с
присвистом библиотекарь, и его рука сделала резкое движение в распоротом животе
Данилы,
отчего тот судорожно дернулся и почти во весь голос закричал.
Больше смотреть на это Артем не мог. Плюнув на все предосторожности, он
снова
переключился на автоматический огонь и, зажмурившись, нажал на спусковой крючок
и
полоснул очередью и по своему напарнику, и по скрывавшейся за его телом бестии.
Неожиданно громкий грохот в клочья разорвал густую тишину Библиотеки, за ним
последовало
пронзительное верещание, потом все звуки оборвались: пыльные книги, как губка,
впитали в
себя их эхо. Когда Артем снова открыл глаза, все уже было кончено.
Подойдя на шаг ближе к библиотекарю, уронившему разможженную свинцом голову
на
плечо своей жертвы и даже после смерти робко прячущемуся за ее спину, Артем
осветил
фонарем эту жуткую картину, чувствуя как стынет в его жилах кровь, а ладони
потеют от
напряжения. Потом он брезгливо толкнул библиотекаря носком ботинка, и тот тяжело
повалился назад. Он был мертв, сомнений не оставалось.
Стараясь не смотреть на превратившееся в кровавое месиво лицо своего
напарника, Артем
начал поспешно расстегивать молнию на его защитном костюме. Одежда быстро
пропитывалась густой черной кровью, и в прохладном воздухе книгохранилища от нее
поднимался прозрачный пар. Артем почувствовал, как его начинает тошнить.
Нагрудный
карман... Пальцы в тостых защитных перчатках неуклюже пытались расстегнуть
пуговицу, и
он вспомнил, что такие перчатки, может, и задержали Данилу на минуту, которая
стоила ему
жизни.
Вдалеке отчетливо послышался шорох, а потом шлепание босых ступней по
коридору.
Артем нервно обернулся, обвел лучом фонаря проходы, и, убедившись, что рядом с
ним пока
никого нет, продолжил бороться с пуговицей. Она наконец поддалась, и вглубине
кармана ему
удалось негнущимися пальцами нашарить тонкий конверт из серой бумаги, завернутый
в
полиэтиленовый пакет. Один из его углов был прошит пулей, и сквозь отверстие
просачивалась
кровь. Кроме него, в кармане Артем нашел и залитую кровью картонную карточку,
наверное, ту
самую, что Данила вытащил из ящика картотеки в холле. На ней черными
машинописными
буквами стояло: "Шнурков Н.Е. Орошение и перспективы земледелия в Таджикской
ССР.
Душанбе, 1965"
Шлепание и невнятное бормотание теперь послышались где-то совсем
неподалеку.
Времени больше не оставалось. Подобрав Данилин автомат и фонарь, выпавший из
клешней
библиотекаря, Артем сорвался с места, и, почти не разбирая дороги, бросился
назад, мимо
нескончаемых рядов книжных полок, так быстро, как только мог. Он не знал точно,
преследуют
ли его: топот собственных сапог и стучание крови в ушах не давали ему вслушаться
в звуки за
спиной.
Только вырвавшись на лестничную клетку и бросаясь кубарем вниз по бетонным
ступеням, он вспомнил, холодея, что не знает даже, на каком этаже расположен
вход, через
который они попали в хранилище. Можно было, конечно, спуститься до первого
этажа, и,
выбив стекло на лестничной площадке, выпрыгнуть через окно во двор... На секунду
задержавшись, Артем выглянул на улицу.
... Прямо посреди двора, задрав морды вверх, неподвижно стояли и смотрели
на окна -
и, кажется, прямо на него - сразу три серых чудовища. Каменея, Артем прижался к
боковой
стене и стал тихонько спускаться дальше. Зато теперь, когда он перестал
грохотать своими
сапогами по лестнице, ему стало слышно, как сверху по бетону шлепают чьи-то
босые ступни,
все громче и громче. И тогда, уже совсем потеряв надо собой контроль, он снова
стремглав
кинулся вниз.
Выскакивая на очередном ярусе, чтобы судорожно оглядеться в поисках
знакомой двери,
не находя ее и бросаясь дальше, замирая и зажимаясь в темные углы, когда ему
казалось, что
поблизости слышатся чьи-то шаги, отчаянно озираясь среди глухих и низких
проходов, и снова
выскакивая на лестницу, чтобы спуститься на этаж ниже, или подняться на два
яруса выше -
вдруг просмотрел? - понимая, что тем дьявольским шумом, с которым он отчаянно
пытался
найти выход из этого лабиринта, он привлечет всех населяющих его чудовищ, но не
в силах
заставить себя успокоиться - он безуспешно и бессмысленно пытался отыскать
выход. Пока в
очередной раз решив вернуться на лестничную клетку, он с ужасом не различил на
фоне
выбитого окна знакомый полусогнутый силуэт. Артем попятился назад, нырнув в
первый
попавшийся проход, прислонился спиной к стене, навел ствол на проем, откуда, по
его
расчетам, был должен появиться библиотекарь, и затаил дыхание...
Тишина.
Бестия или не решилась преследовать его в одиночку, или сама выжидала, пока
Артем
совершит оплошность и выйдет из своего укрытия обратно. Но возвращаться было
необязательно, проход вел и дальше. Поразмыслив секунду, Артем начал спиной
отступать от
проема, не спуская его с прицела.
Коридор заворачивал вбок, но в том самом месте, где начинался поворот, в
стене чернел
провал, все вокруг было усыпан осколками кирпичей и припорошено известкой.
Повинуясь
импульсу, Артем шагнул внутрь и оказалался в комнате, полной разломанной мебели.
Здесь
стоял запах горелого пластика, а по полу были разбросаны куски фото- и
кинопленок.
Впереди виднелась приоткрытая дверь, из-за которой на пол падал узкий клин
бледного
лунного света. Осторожно ступая по предательски скрипящему паркету, Артем
пробрался к
двери и выглянул наружу.
Не узнать это помещение было невозможно, хотя сейчас он оказался он сейчас
в
противоположном его конце. Внушительная скульптура читающего человека,
невероятной
высоты потолок и гигантские окна, дорожка ведущая к причудливому деревянному
порталу
выхода и нарушенные ряды читательских столиков по бокам - без сомнения, он
находился в
Главном читальном зале. Он стоял на огороженной деревянной балюстрадой узкой
галерее,
которая опоясывала зал на четырехметровой высоте. Именно с этой галереи
спускались к ним
библиотекари. Было совершенно непонятно, каким образом ему удалось выйти сюда из
хранилища, да еще и с другой стороны, минуя весь маршрут, который они прошли с
Данилой,
чтобы туда попасть. Но времени размышлять об этом не было. Библиотекари могли
идти за ним
по пятам.
Артем сбежал вниз по одной из двух симметричных лестниц, ведших к
пьедесталу
памятника, и бросился к дверям. Недалеко от резной деревянной арки выхода на
полу были
распластаны несколько скрюченных агонией тел библиотекарей, и, минуя место
схватки, Артем
чуть не упал, поскользнувшись в луже постепенно загустевающей крови.
Нехотя подалась тяжелая дверь, и сразу же ему в глаза ударил яркий белый
луч. Вспомнив
наставления Мельника, он схватил свой собственный фонарь вправую руку и
торопливо описал
им тройную окружность, подавая знак, что идет с мирными намерениями. Слепивший
его луч
тут же ушел в сторону, и Артем медленно, демонстративно закинув автомат за
спину, медленно
пошел вперед к круглой комнате с колоннами и диваном, пока не зная, кого его
предстоит
встретить.
Ручной пулемет стоял на треноге на полу, а Мельник, лицо у которого было
окровавлено,
склонился на своим напарником. Десятый полусидел-полулежал с закрытыми глазамии
на
дермантиновом диване и коротко постанывал. Его правая нога была неестественно
вывернута, и
приглядевшись, Артем понял, что она сломана в колене и согнута - не назад, а
вперед. Как
такое могло произойти, и какой силой должен был обладать тот, кто смог так
изувечить дюжего
сталкера, он себе представить не мог. - Где твой напарник? - бросил Артему
Мельник,
искоса взглянув на него, и тут же снова продолжив осматривать Десятого. -
Библиотекари... В
хранилище. Напали, - попробовал объяснить Артем. Почему-то ему не хотелось
рассказывать,
что Данилу убил он сам, пусть и сделал это из милосердия. - Книгу нашел? - так
же
отрывисто спросил сталкер. - Нет, - Артем помотал головой, - ничего я там не
слышал и не
чувствовал. - Помоги-ка мне его поднять... Нет, лучше возьми его рюкзак, да и
мой тоже.
Видишь, как ему ногу... Чуть вообще не оторвали. Теперь его только на закорках
нести
можно, - кивнул Мельник на Десятого.
Артем собрал все снаряжение. Теперь ему надо было тащить на себе больше
двадцати
пяти килограммов. Но Мельнику, с трудом взвалившему на плечи обмякшее тело его
напарника, приходилось куда сложнее, утешал себя Артем. Они медленно двинулись к
выходу.
Библиотекарей до самых дверей они больше не видели, но когда Артем распахнул
тяжелые
деревянные двери, пропуская покряхтывающего сталкера, из глубины Библиотеки
донесся
последний клекочущий вопль, полный ненависти и тоски. Артем почувствовал, как по
коже
опять бегут мурашки, и поспешил захлопнуть дверь. Теперь главное было поскорее
добраться
до метро. - Глаза опусти! - приказал ему Мельник, когда они показались на улицу.
- Звезда
сейчас прямо перед тобой будет. Не вздумай смотреть поверх крыш...
Артем послушно уставился в землю. Тащить три рюкзака, два автомата и ручной
пулемет
было непросто, но Десятый весил куда больше, и они не раз останавливались
отдышаться, пока
преодолели двести метров до спуска на Боровицкую. Однако войти в метро сталкер
Артему не
дал. - В Полис тебе теперь нельзя. Книги у тебя нет, проводника ты их потерял, -
аккуратно,
почти нежно опустив на землю своего раненого товарища, тяжело дыша, выговорил
Мельник. - Браминам это вряд ли понравится. И главное, это значит, что никакой
ты не
избранный, и секреты свои они доверили не тому. Вернешься в Полис - пропадешь
без вести.
У них там есть специалисты, даром что интеллигенция. И даже я тебя защитить не
смогу. Тебе
теперь уходить надо. К Смоленской лучше всего. Там по прямой идти, домов мало, в
переулки
углубляться необходимости нет. Может, доберешься. Если до восхода успеешь. -
Какого
восхода? - спросил, неудоумевая, Артем. Известие, что ему одному придется
пробираться по
поверхности к другой станции метро, до которой, судя по карте, было километра
два, было для
него, как удар обухом по голове. - Солнца. Люди - животные ночные, и днем им
лучше на
поверхность не показываться. Там такое из развалин вылезает на солнышке
погреться, что сто
раз пожалеешь, что сунулся. Я уже про свет и не говорю - ослепнешь в два счета,
и очки
темные не спасут. - Но как же я один пойду? - все еще не веря своим ушам,
спросил
Артем. - Да ты не бойся... Там по прямой все время. Выйдешь на Калининский - и
иди по
нему, никуда не сворачивая. На дорогу не выходи, но и к домам сильно не
прижимайся, там
везде живут. Иди так, пока не дойдешь до пересечения с широким проспектом, это
будет
Садовое Кольцо. По нему - налево, до квадратного здания, облицованного белым
камнем.
Потом - в арку, очутишься на маленькой площади, вроде внутреннего двора. Если
все
спокойно будет, пробуй спуститься вниз. У них там один вход открыт и охраняется,
для своих
сталкеров держат. Пос
...Закладка в соц.сетях
