Жанр: Научная фантастика
Пандора 1. Ящик пандоры
...я".
Зачем Кораблю на нижстороне понадобился поэт? Может это быть как-то связано с
появлением нового капеллан-психиатра?
Капелька пота повисла на брови Оукса. Стало трудно дышать. "Сердце
прихватило?" Он откинулся на кушетку. "Надо позвать... на помощь". В груди
разливалась боль. Проклятие! У него столько еще планов, он не может просто так все
бросить! "Только не сейчас!" Поднявшись, он доковылял до люка - но тугие защелки не
поддавались дрожащим пальцам. Здесь было прохладней, и из клапана - уравнителя
давления доносилось слабое, едва уловимое шипение. "Дифферент?" Как это может быть,
Оукс не понимал. Всем было известно, что внутренняя среда всех помещений находилась
под прямым контролем... Корабля.
- Ты что со мной делаешь, сволочь ты механическая? - прохрипел Оукс чуть
слышно. - Удавить меня решил?
Дышать становилось все легче. Оукс прижался лбом к холодному металлу, набрал
полную грудь воздуха раз, другой. Боль за грудиной отступила. Он подергал защелки
снова - те поддались, но отворять люк кэп покуда не стал. То, что он пережил, легко
объяснялось волнением... но могло быть и признаками асфиксии.
"Асфиксии?"
Он выглянул в коридор - никого, только горят лилово-синие ночьсторонние лампы.
Оукс захлопнул люк и окинул взглядом каюту. Еще одна весточка от Корабля? Нет,
надо отправляться на нижсторону... как только Льюис сможет обеспечить его
безопасность хоть там.
"Льюис, Льюис, когда же ты достроишь Редут?!"
Пойдет ли Корабль на убийство? Без сомнения. Надо быть очень осторожным, очень
осмотрительным. И натаскать себе смену. Слишком многое останется незавершенным,
если он умрет.
"А отдать Кораблю право выбора преемника я не могу".
Чертова железяка может убить его, но победить - никогда.
"Прошло столько лет. Может, программа Корабля просто завершается?"
Что, если Пандора избрана местом долгого, постепенного освобождения? Может,
Корабль просто выпихивает потихоньку оперившихся птенцов из своего гнезда?
Оукс нервно шарил взглядом по каюте: эротические плакаты на стенах, сервопанели,
роскошные мягкие диваны...
"Кто придет сюда вслед за мною?"
Он подумывал избрать Льюиса, если тот хорошо покажет себя. В лабораториях
внизу Льюис был сущим гением, но политическое чутье у него отсутствовало напрочь.
Зато наличествовала преданность.
"Преданность! Нет, он хитрый жук, но меня слушается".
Оукс добрел до своего любимого дивана, старательно взбил золотисто-коричневые
подушки и подсунул их под поясницу. Что ему Льюис? Комок плоти, зовущий себя
Морганом Оуксом, будет уже давно мертв, когда встанет вопрос о выборе нового
капеллан-психиатра. В лучшем случае он ляжет в гибербак, полностью зависимый от
корабельных систем. Кроме того, не лучшая идея - искушать Льюиса властью, от
которой его будет отделять только жизнь Оукса. В конце концов, у Льюиса большой опыт
в отнятии жизни.
- Нет, нет! - твердил он своему начальнику в приватных беседах. - Я дарю им не
смерть, а жизнь! Их жизнь! Они - спецсозданные клоны, доктор, клоны, не забывайте.
Если я дарю им жизнь, я вправе ее и отнять.
- Слышать не хочу, - прерывал Оукс его бормотание.
- Как пожелаете, - отвечал Льюис, - но фактов это не изменит. Я делаю то, что
должен. Ради вас.
Да, Льюис талантлив. Исследуя генетику электрокелпа, самого вредного из
аборигенных существ Пандоры, он разработал новые полезные техники генетической
инженерии. Хотя это дорого обошлось Колонии.
И все же - преемник? Кого бы он выбрал на самом деле, если бы верил в
божественность Корабля, если бы мог отрешиться от гнусных политических свар?
"Легата Хэмилл".
Это имя застало его врасплох, будто по собственной воле всплыв в сознании, будто
чей-то чужой голос прошептал его капеллан-психиатру на ухо. Да, верно, вот кого
следовало бы избрать, если бы Оукс воистину верил в Корабль. Нигде не сказано, что
капеллан-психиатром не может быть женщина. И в ее дипломатических способностях
трудно усомниться.
Какой-то острослов брякнул однажды, что Легата может послать тебя на хер так, что
ты пойдешь, визжа от нетерпения.
Распихав надоевшие подушки, Оукс снова поднялся на ноги. Его манил люк,
ведущий в сумрачные переходы ночьстороны, лабиринт лабиринтов, даривший жизнь
всем своим обитателям, - Корабль.
Действительно ли Корабль пытался убить его? Или это все же случайность?
"Наступит деньсторона - обязательно зайду в медпункт, проверюсь".
Защелки обожгли холодом пальцы, словно они остыли за прошедшие минуты.
Овальная плита беззвучно отворилась, открывая путь в лилово-синюю мглу
ночьсторонних коридоров.
"Чертова железяка!"
Завернув за ближайший угол, Оукс столкнулся с людьми из поведенческой вахты.
Он не обратил на них внимания. Сектор исследования поведения был им исхожен
настолько, что не замечался вовсе: биокомпьютерный зал, витро-лаборатория,
генетическая...
"Куда мне направить стопы сегодня?"
Он ковылял куда глаза глядят, запоздало понимая, что уходит все дальше во
внешние секторы Корабля, все глубже в путаницу узких тоннелей, наполненных
странными запахами и загадочными звуками, - дальше, чем забредал когда-либо прежде.
Внутреннее напряжение гнало его дальше, несмотря на то, что Оукс спинным
мозгом ощущал близкую опасность. Корабль может убить его в любую секунду, где бы он
не находился. Но одного отнять проклятая железяка не сможет: он - Морган Оукс, кэп.
Пусть злые языки кличут его боссом, но он единственный из всех корабельников (за
исключением, возможно, Льюиса), который понимает: Корабль не всемогущ.
"Всего двое среди множества... несчетного".
Провести перепись населения - ни на борту, ни на нижстороне - не удавалось
никак. Компьютеры отказывались выполнять команды, а попытки пересчитать жителей
без помощи машин давали результаты, разнившиеся настолько, что верить им было
нельзя.
"Снова Корабль показывает нам свою подлую натуру".
Так же, как чувствовалась рука Корабля в приказании отправить на нижсторону
поэта. Теперь Оукс вспомнил его имя - Керро Паниль. Зачем отправлять на планету
стихотворца - чтобы изучать водоросли?
"Если бы только мы могли жрать келп, не сходя при этом с ума. Слишком много
голодных ртов. Слишком".
По подсчетам Оукса, население корабля составляло десять тысяч. Внизу жило
вдесятеро больше, не считая спецклонов. Но сколько бы их ни было - Оукс
единственный понимал, как мало знает его народ о целях и способностях Корабля или его
составных частей.
"Мой народ!"
Оуксу нравилась эта фраза. И он не забыл циничных слов своего учителя, Эдмонда
Кингстона, когда тот объяснял необходимость ограничивать информированность народа:
"Видимость познания неведомого почти столь же полезна, как само познание".
Оукс изучал историю и знал, сколько людей избирало это высказывание, или его
перефразирование, своим лозунгом. Это было ясно даже при том, что корабельной версии
истории кэп не слишком доверял - архивы бывали порой очевидно подчищены. Трудно
порой было отделить истину от сфабрикованных доказательств, но из странных
литературных отсылок, из несовместимых датировок, из едва заметных намеков Оукс
сделал вывод, руководствуясь скорей интуицией, нежели фактами, - существуют и
другие миры, другие народы... или же существовали.
На совести Корабля могло быть множество смертей. Если у Корабля может быть
совесть.
Я - ваше творение, как и вы - мое. Вы -
мои спутники, как я - ваш. Ваши личности суть
мои воплощения. Прикосновение вечности сливает
нас воедино.
Раджа Флэттери, из "Книги Корабля".
Хесус Льюис не отходил от своего телохранителя Иллуянка на расстояние
вытянутой руки с того момента, как лопнул первый шлюзовой люк Редута. Отчасти это
было сознательным решением. Даже в самые тяжелые минуты Иллуянк внушал
окружающим уверенность - мускулистый великан, темнокожий и чернокурчавый.
Каменное лицо его украшали три синих шеврона, наколотых над левой бровью. Три
галочки - три раза Иллуянк обегал Колонию по периметру, нагой и вооруженный только
хитростью и упорством. Это называлось "бежать П" - на спор или ради женщины.
Иные говорили, что проверяют так свою удачу. Что ж, теперь, когда люк выбит,
удача понадобится им всем. Тревога подняла большинство работников с постелей, и
почти никто не успел поесть.
- Клоны захватили лазпушку! - крикнул Иллуянк, обшаривая коридоры зорким
взглядом. - Это опасно. Они не знают, как с ней обращаться.
Они стояли в проходе между бараками клонов и группкой уцелевших, которые
теснились у полукруга люков, ведущих в ядро Редута. Даже в этот миг смертельной
опасности Льюис отчетливо ощущал, каким его видят подчиненные - низенький,
жидковатый во всем и всюду: редкие соломенные волосы, тонкогубый рот, безвольный
подбородок, прорезанный глубокой бороздкой, узкий нос и вечно прищуренные на
удивление темные глаза, не отражавшие света. Стоявший рядом Иллуянк был наделен
всем тем, чего Льюис был лишен.
Оба смотрели в сторону ядра. Обоих мучил один вопрос: безопаснее ли будет там,
чем в разгромленных внешних помещениях?
Льюис не случайно отключил передатчик, вживленный под кожу шеи, и не слышал
отчаянных вызовов Оукса.
"Еще неизвестно, кто нас может подслушать!"
В последнее время ему стало казаться, что их канал личной связи не столь
конфиденциален, как они думали. Оуксу уже должны были доложить о новом кэпе,
отправленном на нижсторону. Но обсудить и это, и возможность проникновения
посторонних на их выделенную частоту придется попозже.
А Оукс пусть потерпит.
После первого же тревожного сигнала Льюис предупредил Мердока в Колонии. Но
прошел ли сигнал, удостовериться он не успел - сначала не было времени, а потом
энергоснабжение Редута переключилось на аварийные генераторы, и какие системы
теперь работают, а какие отключены, Льюис не знал.
"Проклятые клоны!"
Со стороны бараков донеслось громкое "Вр-ррр!". Иллуянк рухнул на пол плашмя.
Посыпались осколки.
- Я думал, они не умеют пользоваться лазпушкой! - крикнул Льюис, указывая на
здоровую дыру в стене.
Иллуянк швырнул его к остальным, в сторону люков.
- Вниз! - гаркнул он.
Кто-то рванул защелки и с натугой отвернул тяжелую плиту, открыв проход в
туннель, озаренный синими аварийными лампами.
Льюис мчался за Иллуянком, слыша, как за спиной топочут сапоги бегущих следом.
- Они не знают, как ею пользоваться! - объяснял Иллуянк на бегу. - Это и
страшно! - Внезапно он бросился на землю, перекатился и выпустил струю из огнемета в
открытый боковой проход. - Они куда угодно попасть могут!
Пробегая мимо прохода, Льюис повернул голову - там полыхали тела.
Вскоре стало ясно, куда их ведет Иллуянк, и Льюис подивился про себя мудрости
телохранителя. Левый поворот, правый, и они оказались в недобуренных служебных
переходах Редута, ведущих сквозь скальный монолит в пультовую на береговой стороне.
Единственное широкое плазовое окно выходило на море и во двор, где сходились бараки
клонов и собственно Редут.
Тот, кто прибежал последним, торопливо запер за собою люк. Льюис пересчитал
спасшихся - пятнадцать человек, из них всего шестеро из его личной команды.
Остальных признал надежными Мердок, но проверки они еще не прошли.
Иллуянк замер у огромного пульта управления, изучая вырезанные над ним схемы
основных систем Редута. Льюису пришло в голову, что Иллуянк - единственный, кто
выжил, из злосчастной экспедиции Кингстона на этот кусок дерьма пополам с
булыжниками, словно в насмешку прозванный Черным Драконом.
- С Кингстоном было так же? - спросил Льюис, стараясь унять дрожь в голосе.
- Кингстон, - ответил Иллуянк, проводя коротким пальцем по очередной цепи, -
рыдал и прятался за валунами, пока гибли его люди. Нервоеды его достали. Пришлось
выжечь.
"Выжечь!" Льюиса передернуло от этого эвфемизма. Он отогнал непрошенное
видение - обугленный до кости ухмыляющийся череп Кингстона.
- Говори, что делать.
Льюис и сам удивился, насколько крепко он мог держать свой страх в узде.
- Хорошо. - Иллуянк наконец глянул ему в глаза. - Хорошо. Вот. - Он обвел
рукой переключатели и рубильники на пульте. - Это наше оружие. Отсюда мы можем
управлять всеми цепями и трубами в Редуте.
Льюис коснулся плеча телохранителя и указал на небольшой пульт рядом с собой.
- Да... - Иллуянк заколебался.
- Иначе мы слепы, - решительно сказал Льюис.
Вместо ответа Иллуянк набрал код на клавиатуре. Глухая панель над ней отошла,
открывая взгляду четыре небольших экрана.
- Сенсоры, - пробормотал кто-то сзади.
- Наши глаза и уши, - бросил Льюис, не сводя глаз с Иллуянка.
Чернокожий великан не изменился в лице.
- И нам придется видеть все, что мы творим... с ними, - прошептал он.
Льюис сглотнул. По другую сторону запертого люка послышалось негромкое
пощелкивание.
- Они пытаются пробить ход! - проблеял кто-то.
Льюис и Иллуянк поспешно пересмотрели картинки всех камер наблюдения. Одна
показывала руины на месте бараков клонов. По одной стене сползали жирно желтые
буквы нового девиза бунтующих: "МЫ ХОТИМ ЖРАТЬ!" На соседнем экранчике толпа
мутантов-спецсозданных обшаривала двор в поисках булыжников и осколков стекла -
всего, что можно использовать как оружие.
- Приглядывай за ними, - шепнул Иллуянк. - Нам они вреда не причинят, но на
запах крови сбегутся демоны, а барьер прорван по всему периметру. Первыми пострадают
эти.
Льюис кивнул. Сзади напирали желающие глянуть на экран.
За дверью снова залязгало. Льюис покосился на телохранителя.
- Камнями молотят, - отмахнулся тот. - Надо найти, куда они утащили лазерную
пушку. А пока пригляди за двором. Столько кровищи...
Левый нижний экран показывал столовую для клонов. Ее заполняла беснующаяся
толпа, которая вломилась через выбитые люки. Внезапно экран погас.
- Камера в столовой сдохла, - доложил Льюис.
- Там они задержатся, пока набивают брюхо, - ответил Иллуянк.
Он оглядывал помещения Редута одно за другим. На последнем экране промелькнул
двор, видимый с противоположной стороны, потом руины барьера, иссеченного лазерной
пушкой. Из-за периметра по развалинам текли волны клонов. Это Льюис отправил их
туда, в пустыню, вызвав тем самым бунт.
"Надо как-то по-другому контролировать их численность, - подумал Льюис. -
Одного голода мало".
Он перевел взгляд на экран, где виден был заполненный клонами двор. Да... крови
много. И тут он сообразил, что и сам успел здорово порезаться. Клеточный пластырь
остановил кровотечение, но мелкие царапины болели ужасно, стоило только вспомнить о
них. Все, кто выбрался из захваченных коридоров Редута, были так или иначе ранены.
Даже у Иллуянка текла кровь из ссадины за ухом.
- Вот они, - проговорил великан.
Голос его едва не заглушили лязг и возбужденный гул из-за люка. На экране перед
Иллуянком маячили мохнатые спины, бугристые головы, кривые руки клонов,
напиравших на двери в пультовую. Двое самых сильных пытались приладить к замку
резак для работы по пластали, но толпившиеся в коридоре собратья только мешали им.
- Вот теперь они точно сюда ворвутся, - прошептал кто-то. - Нам конец.
Иллуянк рявкнул что-то и принялся отдавать приказы, пока все пятнадцать
уцелевших не оказались заняты у пультов - там последить за трубопроводами, там
дернуть рубильник, но чтобы никто не сидел без дела.
Льюис включил звук - комнату наполнило неразборчивое бормотание клонов.
- Спусти баки с рапой на второй уровень! - приказал Иллуянк инженеру за
контрольной панелью системы опреснения. - Надо затопить внешний проход.
Бурча что-то и поминутно обращаясь к плану, инженер принялся поворачивать
ручки.
Иллуянк тронул Льюиса за плечо, указывая на экран, где до сих пор бродили по
двору клоны. Все они стояли, отвернувшись от камеры, и внимание их явно привлекал
рухнувший участок стены, выходившей прямо на пробитый барьер. Внезапно клоны,
точно по команде, побросав камни и битое стекло, в ужасе бросились бежать.
- Нервоеды, - пробормотал Иллуянк.
Только теперь Льюис заметил их. Груду обломков захлестнул сплошной поток
белесых червеобразных тварей. Льюис почти чувствовал на языке кислый привкус и запах
гари в стоялом воздухе.
- Герметизация, - почти автоматически бросил он.
- Но мы не можем! - робко проныл кто-то из угла пультовой. - Там еще остались
наши люди. Если мы закроемся здесь... если мы... они все...
- Они все сдохнут, - договорил за слабака Льюис. - А наш барьер дырявый, как
сито. Нервоеды во внутреннем дворе. Если мы не загерметизируемся сейчас, то сдохнем
вместе с ними. Закрывай!
Подойдя к пульту управления воздуховодами, он сам набрал нужный код. Огоньки
над панелью загорелись, показывая, что вентили закрыты. Остальные подчинились без
разговоров.
- Проверить шахты, выходящие на поверхность, - вполголоса велел Иллуянк, и
унявшаяся было суета возобновилась.
Льюис снова уставился на экран. Перед камерой проковылял клон - он вопил и тер
глаза обрубками рук. Потом он упал, слабо подергиваясь, и его накрыла лавина
извивающихся тел. По всему двору метались клоны и скользили крохотные гибкие твари.
Кого-то за спиной Льюиса шумно тошнило.
- Они уже в проходе, - бросил Иллуянк.
Он махнул рукой в сторону экрана, где по волнам разлившейся по коридорам рапы
мчалась стая нервоедов.
Льюис бросил отчаянный взгляд на люк - только он спасал пультовую от царящего
снаружи кошмара.
Рапа не затопила коридор полностью - под потолком оставался воздушный пузырь,
- но в резак попала жидкость, и его замкнуло, посыпались искры.
Барахтались покрытые нервоедами умирающие клоны, тут и там всплывали мертвые
черви. От контактов испорченного резака поднимались молочно-белые клубы газа. И
нервоеды, попадавшие в эти облачка, гибли.
В мозгу Льюиса проскочил такой же разряд. Первый контакт: рапа. Второй контакт:
ток.
- Хлор, - прошептал он и повторил уже громко: - Хлор!
- Что? - Иллуянк с недоуменным видом обернулся.
Льюис ткнул в экран пальцем:
- Хлор убивает нервоедов!
- Что такое хлор?
- Газ. Он образуется при электролизе соляного раствора.
- Но...
- Хлор убивает нервоедов! - Льюис глянул в другой конец пультовой, где за
плазовым окном виднелись угол барака и море за ним. - Насосы для морской воды еще
работают?
- По большей части, - ответил инженер за пультом, сверившись с показаниями
датчиков.
- Закачайте морскую воду всюду, где только возможно, - приказал Льюис. -
Нужен большой бассейн, куда ее можно залить и пропустить через нее ток.
- Очистка воды, - прищелкнул пальцами Иллуянк. - Опреснительная! Оттуда
трубы ведут во все стороны.
- Погоди! - оборвал его Льюис. - Надо привлечь в Редут как можно больше
нервоедов, чтобы покончить со всеми разом.
Томительно долго он вглядывался в экраны.
- Ладно, - проговорил он наконец. - Поехали.
И снова Иллуянк, то и дело сверяясь с планами, раздавал приказы, а пережившие
катастрофу подчинялись.
Льюис не сводил с экранов глаз. За входным люком царила мертвая тишина - - по
поверхности рапы плыли тела спецклонов вперемешку с мертвыми нервоедами. Он
переключился на другую камеру - в гимнастическом зале близ клон-лабораторий. Там
было полно перепуганных спецклонов. Среди них мелькали подчиненные Льюиса,
оставшиеся снаружи, когда он отдал приказ запечатать ядро Редута. Лиц было не узнать,
но цвет комбинезонов выделял их в толпе. Один за одним люди и клоны умирали, исходя
кровавой пеной, и последние взгляды их буравили камеру в потолке.
Последний клон бился в предсмертных корчах, когда из коридора просочились
клубы белесого газа, заволакивая поле зрения.
- За глазами следите, - предупредил Иллуянк. - Нервоеды, которых мы не
выжжем, первым делом будут впиваться жертве в глаза.
В пультовой воцарилась тишина. Люди прислушивались к своему дыханию, с
наслаждением исходили холодным потом, покрывавшим их драгоценные тела, и смотрели
в глаза мертвых, видя в них собственную судьбу.
Льюис оперся на край пульта, чувствуя под пальцами холодный металл. На всех
экранах по коридорам Редута ползли клубы белой мглы. По периметру уцелело несколько
камер, и они показывали, как вытекает из выбитых люков и стелется по голой земле газ.
Иллуянк методично переключался от сенсора к сенсору.
За спиной Льюиса кто-то нервно и глубоко вздохнул. Льюис тоже вздохнул.
- Хлор, - сказал Иллуянк.
- Теперь мы сможем стерилизовать гнезда нервоедов без всякого риска, -
пробормотал Льюис. - Если бы мы только знали...
- Не лучший способ учиться, - заметил кто-то.
А другой добавил:
- Долго же нам тут ждать придется.
- Ожидание - штука такая, - ответил Иллуянк. - Подумай лучше, сколько ты
проживешь, если все время будешь ждать.
Льюис не ожидал от Иллуянка настолько глубоких мыслей. Придется перевести его
в Колонию. Он слишком много видел, а еще больше - понял. Это не к добру. Но сначала
- выбраться из пультовой. А единственный путь наружу проходит через зараженные
нервоедами помещения Редута. Хлор очистит их... но не сразу.
- Можем мы связаться отсюда с Мердоком? - спросил Льюис.
- Только через аварийный передатчик, - ответил Иллуянк.
- Тогда отправь ему кодовый сигнал установить блокаду, - распорядился Льюис.
- Пока мы тут все не расчистим, никто не должен здесь появляться. Нельзя, чтобы кто-то
увидел и...
Льюис многозначительно покосился на телохранителя. Иллуянк кивнул.
- Кому-то придется слетать в Колонию и разъяснить им там все правильно.
Льюис так и думал, что Иллуянк подставится.
- Прекрасно. Тебя и пошлем. И проследи, чтобы они не пытались ничего объяснять
боссу на борту. Это моя работа.
- Точно.
- Больше, чем надо, не рассказывай. И... пока ты там будешь... покрутись среди
колонистов. Поживи их жизнью, поработай с ними...
- И разузнай, не просочились ли вести... - Иллуянк обвел рукой экраны, - об
этом.
- Молодец.
"Даже слишком".
Как мастер учится использовать свои
инструменты, ты можешь научиться
использовать людей, чтобы они исполняли твою
волю. Но когда ты можешь создать особенного
человека для достижения конкретной цели, твоя
власть увеличивается многократно.
Морган Оукс, "Дневники".
Легата Хэмилл знала, что когда-нибудь нижсторона станет домом для всех
корабельников. И все равно не любила, когда Оукс отправлял ее туда в качестве
инспектора. Конечно, это давало ей возможность ощутить собственную власть - тут
сомнений не было. Служебный пропуск позволял Легате проходить всюду - порой
хватало одного взгляда, брошенного охраннику. Она была правой рукой Моргана Оукса.
Легата знала, кого видят эти громилы - невысокую, белокожую, женственно пышную
брюнетку. Женщину, которой похоть босса дарит власть и опасную силу.
И каждая проверка, с которой Оукс отправлял ее на нижсторону, порождала все
большее напряжение.
Сейчас он послал ее в Первую лабораторию Колонии. И вся поездка должна быть
записана на головидео, чтобы Оукс мог на досуге внимательно во всем разобраться.
- Проникни туда, - приказал босс, и слова эти в его устах звучали почти
непристойно.
Легата никогда не бывала в Первой - одно это могло бы подстегнуть ее
любопытство. Льюис держал там своего верного прихлебателя - Сая Мердока; с ним
Легате и предстояло встретиться. Обычно Льюиса можно было найти среди блестящих
пластальных стен лаборатории за тройными дверями шлюза. Но не сегодня. "С Льюисом
связаться невозможно" - странная какая формулировка. Неудивительно, что Оукс
встревожен.
- Выясни, куда он подевался и чем занят!
Когда челнок коснулся поверхности Пандоры, в небе стояли оба солнца - значит,
вспышек следовало опасаться больше обычного. Из посадочного комплекса Легату
спешно провели в сервок, который довез ее до выхода из туннеля. Работники-колонисты
были торопливы и нервны - ходили слухи об очередных стычках с многочисленными
демонами Пандоры на периметре.
Легату передернуло. При одной мысли о кровожадных тварях, населявших
бесплодные земли за периметром Колонии, ее начинало трясти.
Мердок встретил ее в ярко освещенном, полном народа зале за последним люком,
отделявшим лабораторию от входного туннеля. То был крепко сложенный, светлокожий и
голубоглазый мужчина. Русые волосы его были коротко острижены, ногти коротких
толстых пальцев - ровны и чисты, щеки - всегда гладко выскоблены.
- Что на сей раз? - поинтересовался он.
Легате нравилась его манеры. Вопрос следовало понимать так: "Мы здесь и так
заняты, что еще Оуксу от нас потребовалось?"
Хорошо же. Она тоже может быть резкой.
- Где Льюис?
Мердок оглянулся, словно кто-то мог подслушать их. Но простых работников
поблизости не было.
- В Редуте.
- Почему он не отвечает на вызовы?
- Не знаю.
- Когда прервалась связь?
- Он послал аварийный код. Все транспорты - задержать. Посадка вблизи Редута
запрещена до дальнейших распоряжений.
Легата задумалась. Авария? Что же могло случиться там, за морем?
- Почему об этом не сообщили доктору Оуксу?
- Код требовал абсолютной секретности.
Это Легата могла понять. Доверить сообщение подобной важности обычной
радиосвязи между Кораблем и Колонией было невозможно. Но авария случилась двое
полных пандоранских суток назад. Легата чувствовала, что в последнем шифрованном
послании Льюиса был скрыт еще один запрет - собственным подручным. Пытаться
доказать это бессмысленно, но посланница была уверена, что так оно и есть.
- Вы не пытались пролететь над Редутом?
- Нет.
Значит, запрет распространяется и на воздушное пространство. Плохо... совсем
плохо. Что же, придется перейти к настоящему ее заданию.
- Я прибыла, чтобы проинспектировать лаборатории.
- Знаю.
Все время разговора Мердок пристально разглядывал свою собеседницу. Приказ
босса был недвусмысленно прост - она может заглядывать куда захочет, кроме Комнаты
ужасов. Время для этого придет позже... как приходило оно для всех работников.
Красотка, этакая карманная Венера с кукольным личиком и изумрудными глазами. Но в ее
головке, судя по всему, прячутся первоклассные мозги.
- Если знаете, тогда пошли, - приказала Легата.
- Сюда.
Мердок повел ее по узкому проходу между рядами чанов, где зрели первичные
клономатки, в отдел микрообработки.
Поначалу интерес Легаты к работе в лабораториях был сугубо умозрительным. Она
понимала это с
...Закладка в соц.сетях
