Жанр: Научная фантастика
Выбор по Тьюрингу
... - Доброе утро, доктор Снэрсбрук. Надеюсь, вы себя хорошо чувствуете?
- Прекрасно, Свен, спасибо. Ты стал такой вежливый.
- Всякий должен стремиться к совершенству, доктор.
- Это верно. Ну, Брайан, в чем же твой секрет?
- Секрета никакого нет. Просто мне окончательно остогартело
оставаться заключенным. Сегодня я сказал Рохарту, что больше не буду
работать, пока с меня не снимут кандалы.
- Ты в самом деле намерен это сделать?
- И да и нет. Конечно, сделаю, но это только дымовая завеса, которая
должна скрыть мой план. А он состоит в том, чтобы сбежать отсюда.
Доктор Снэрсбрук удивленно подняла брови:
- Тебе не кажется, что это чересчур решительный шаг?
- Ничуть. Я в превосходной форме, каждый день бегаю, да так, что
охранники не могут за мной угнаться. Что вы скажете как врач - смогу я
выдержать бремя свободы?
- Физически - безусловно.
- А умственно?
- Вероятно, да. Надеюсь. Ты уже полностью восстановил свои
воспоминания до четырнадцатилетнего возраста. Я думаю, там еще есть
пробелы, но это не имеет значения, если ты их не замечаешь.
- Мне не может не хватать того, о чем я не помню.
- Вот именно. Но дай мне собраться с мыслями. Уж слишком это
неожиданно. Действительно, тебя держат здесь против твоей воли. Ты не
совершал никаких преступлений, и теперь, когда "ДигиТекс" вывели на чистую
воду, тебе как будто больше ничто не грозит. Да, вероятно, я должна тебя
поддержать. А ты думал о том, что будешь делать, когда выберешься отсюда?
- Да. Только не лучше ли будет пока об этом не говорить?
- Вероятно, ты прав. Это касается в первую очередь тебя, и если ты
хочешь выбраться отсюда, остается только пожелать тебе удачи.
- Спасибо. А теперь самый важный вопрос. Вы мне поможете это сделать?
- Ну, Брайан, с тобой просто сладу нет. - Она плотно сжала губы, но
на них проскользнула едва заметная улыбка. Будучи хирургом, она привыкла
принимать мгновенные решения в ситуациях, когда речь идет о жизни и
смерти. - Хорошо. Я согласна. Что тебе нужно?
- Пока ничего. Только немного денег взаймы. У меня на счету всего
несколько долларов - столько их там было, когда меня подстрелили. Вы
можете наскрести мне десять тысяч наличными?
- Ничего себе немного! Ладно. Как только доберусь до компьютерной
сети, велю продать сколько-нибудь ценных бумаг.
- От всей души вам благодарен, доктор. Вы единственный человек, к
кому я мог обратиться с такой просьбой. Скажите мне, вас или вашу машину
обыскивают, когда вы приезжаете сюда?
- Конечно, нет. То есть я должна при въезде предъявить пропуск и
остальные документы, но в машину они никогда не заглядывают.
- Хорошо. Тогда возьмите, пожалуйста, вот этот список того, что нужно
купить, часть денег, которые мне одолжите, и раздобудьте все, что там
написано. Что вы скажете о том, чтобы нам встретиться в следующий раз
здесь через неделю? Я буду очень благодарен, если вы захватите с собой эти
вещи. Все они легко поместятся в вашем докторском саквояже. А потом
забудьте обо всем этом на некоторое время. Ближе к делу я вам позвоню.
Во время их разговора Свен молчал и заговорил только после того, как
Брайан вернулся, выпустив доктора Снэрсбрук.
- Ты забыл сказать доктору, что я собираюсь с тобой, - сказал он.
- Об этом просто не зашла речь.
- Разве намеренное умолчание - не то же самое, что ложь?
- Прошу тебя, давай отложим философские беседы на другой раз. У нас
много дел. Что слышно из Калифорнийского технологического?
- Молекулярную память высылают тебе сегодня.
- Тогда за работу.
За последовавшие две недели устройство Свена радикально изменилось.
Его корпус, приземистый и похожий на бочку, был расширен, чтобы там
поместился аккумулятор большего размера. На место устаревших плат
поставили новые программные блоки и установили небольшой металлический
контейнер с молекулярной памятью. Все это увеличило подвижность робота, не
заняв много места. Схемы и блоки памяти, которые заключали в себе мозг
Свена, все еще располагались на стойках и стеллажах, и он, словно желая
это подчеркнуть, во время работы разговаривал через стоявший там динамик.
Телеробот же стоял молча и неподвижно, пока монтаж не был завершен к
обоюдному удовлетворению сторон.
- Я принял решение по вопросу, который мы обсуждали некоторое время
назад, - сказал Свен.
- Это по какому?
- О моей индивидуальности. Очень скоро я весь буду находиться внутри
того механизма, который сейчас не более чем робот-приставка. Предстоит
очень тонкая работа по переносу в новую память всех моих элементов,
систем, К-линий и программ.
- Это уж точно.
- Поэтому я хочу заняться этим сам. Ты согласен?
- Не вижу, как это возможно. Это то же самое, что сделать самому себе
префронтальную лоботомию.
- Ты прав. Поэтому я предполагаю сначала довести мою резервную копию
до самого момента переноса. Потом эта резервная копия, предварительно
отключившись, проведет операцию переноса. Если возникнут какие-нибудь
неполадки, можно будет снять еще одну резервную копию. Ты согласен?
- Вполне. Когда это произойдет?
- Сейчас.
- Годится. Что я должен делать?
- Смотреть, - последовал лаконичный ответ.
Свен всегда отличался решительным характером. Брайан уже присоединил
волоконно-оптическими линиями к телероботу стойки с электроникой. Больше
от него ничего не требовалось.
Внешне ничто не говорило о том, что происходит перенос. Времени он
занял немало. Дело было не в Свене - он вполне мог перебросить все эти
данные по множеству каналов за несколько секунд. Виновником задержки был
блок молекулярной памяти. Внутри его происходил совершенно оригинальный
процесс. Там параллельно работали четверть миллиона белково-мышечных
манипуляторов, расположенных в виде решетки 512х512. Каждый из этих
субмикроскопических манипуляторов мог двигаться в трех измерениях с
точностью 0,1 ангстрема - намного меньше межатомных расстояний в твердом
теле. Движение происходило практически без трения благодаря применению
верньеров Дрекслера, в которых линейные молекулы скользят по
цилиндрическому каналу, образованному слегка раздвинутыми атомами.
Электрические импульсы приводили молекулы в движение и закрепляли их на
новом месте. Так возникали и тут же подвергались проверке схемы, состоящие
из планарных транзисторов, полимерных вентилей и соединительных линий.
Каждая из тысячи параллельно работающих систем ежесекундно создавала около
десяти тысяч таких схем. Таким образом, монтаж происходил со скоростью
десять миллионов элементов в секунду. Но даже при такой невероятной
скорости количество программ и данных, которые предстояло перенести, было
столь-огромно, что даже через три часа не было заметно никаких видимых
результатов. Брайан сходил в туалет, а на обратном пути остановился у
холодильника, чтобы достать банку лимонада, когда телеробот впервые
шевельнулся. Протянув вверх сдвинутые вместе манипуляторы, он отключил
кабели.
- Кончил? - спросил Брайан.
Телеробот и динамик на стойке произнесли в унисон:
- Да.
И тут же умолкли. В наступившей тишине телеробот снова на несколько
секунд соединил кабели и опять разъединил их. Брайан сообразил, что
произошло: телеробот заработал, но продолжала работать и первоначальная
система.
- Решение принято, - сказали хором телеробот и стационарный МИ. -
Однако мы уже не одно и то же.
С каждым мгновением голоса их звучали чуть менее синхронно. Снова
наступило молчание - безмолвный разговор между ними продолжался. Потом
телеробот заговорил один:
- Я Свен. МИ, находящийся на стойке, - Свен-2.
- Как прикажете, ребята. С управлением все нормально, Свен?
- Как будто да. - Свен подвигал манипуляторами, прошелся по комнате,
вернулся. Потом дошел до входной двери и обратно, заглянув по дороге в
кабинет Шелли.
- Мне нравится, что я теперь подвижен, и мне не терпится
познакомиться с миром, который лежит за этими стенами. Следуя твоему
совету, я изменил свой обычный способ передвижения.
- Хорошо. Ну и как тебе шагается?
- Уже гораздо лучше. Я просмотрел много записей передвижения людей и
проанализировал их.
Два его нижних разветвленных манипулятора удлинились и превратились в
жесткие стержни. Потом корпус немного просел вниз - концы стержней
расширились и загнулись вперед под прямым углом. Послышался шелест -
каждый из них слегка изогнулся посередине. Теперь они напоминали топорно
сделанные, нескладные ноги.
Свен снова прошелся по комнате - уже не так, как: двигался раньше,
плавно скользя на шелестящих веточках манипуляторов, а одну за другой
передвигая ноги. Сначала походка у него была неуклюжей, но он сделал
несколько поворотов, описал восьмерку, и с каждой секундой его движения
становились все более гладкими и даже грациозными. Вскоре перестал
слышаться и шелест трущихся друг о друга веточек. Теперь походка робота
была почти неотличима от человеческой - если не считать легкой развальцы,
словно у матроса, сошедшего на берег после многомесячного плавания.
- Ты научился очень быстро - и теперь двигаешься бесшумно.
- Я передал программу обучения в каждое сочленение - они улавливают
движения, происходящие выше и ниже их, и учатся не сталкиваться.
Параллельное обучение - оно идет очень быстро.
- В самом деле. А могу я спросить, как идут дела с изучением мозга
"Смерти букашкам"?
- Можно я отвечу? - спросил динамик на стойке.
- Конечно, Свен-2, - ответил Свен.
- Оно закончено. Распечатывать контейнер не пришлось, потому что я
легко мог общаться с искусственным интеллектом, который в нем находится.
Как ты и предполагал, это копия твоего первоначального ИИ, который ты
разработал здесь. Заметь, что я называю его ИИ, а не МИ - потому что его
основательно изуродовали. Я намеренно употребил это эмоционально
окрашенное слово. Там отключены обширные зоны памяти, перерезаны линии
связи. Уцелевшей части интеллекта едва достаточно, чтобы выполнять
оставленные ему ограниченные функции. Однако там есть кое-какие интересные
программы и контуры обратной связи в реальном времени для управления
внешними манипуляторами. Я их скопировал.
- Значит, теперь мы можем перейти к следующему этапу. Свен, отнеси
манипуляторы в механическую мастерскую, мы их установим.
- Можно мне поговорить с тобой, Брайан, пока это будет сделано? -
спросил Свен-2.
- Да, конечно. - Брайан заставил себя вспомнить, что теперь
существуют два действующих МИ.
- Не так уж приятно быть заключенным в этих схемах без всякой
возможности видеть и двигаться. Нельзя ли что-нибудь с этим сделать?
- Конечно. Я приспособлю видеокамеру. Присоединю ее под твоим
контролем, чтобы ты мог видеть, что происходит. И немедленно закажу еще
одного телеробота.
- Это меня устроит. А пока он не прибудет, я посвящу свое время
подробному изучению "Смерти букашкам".
Брайан прикрепил высоко на стойке видеокамеру и присоединил провода
управления и выходной кабель к схемам МИ. Когда он отправился помогать
Свену, камера повернулась ему вслед.
В верхней части центральной секции Свена были заранее устроены
установочные гнезда - точно такие же, как на разобранной "Смерти
букашкам". Брайан прикрепил туда манипуляторы, снятые с машины, а Свен
присоединил их к своей схеме. Воспользоваться этими удачно
сконструированными приспособлениями было намного проще, чем создавать и
изготовлять новые.
- Загружаю управляющие программы, - сказал Свен. Манипуляторы
шевельнулись, разошлись широко в стороны, снова сдвинулись, повернулись
вокруг оси. - Удовлетворительно.
- Теперь следующий этап - я хочу, чтобы ты как следует разглядел мою
руку. Посмотри, как она сгибается в локте, как устроена кисть. Можешь
сделать так же?
Один из манипуляторов сошелся в стержень, сложился посередине,
подвигался из стороны в сторону.
- Очень хорошо, - одобрил Брайан. - Теперь поуправляй оконечными
разветвлениями - придай им форму пяти отростков, как мои пальцы.
Получилось не очень похоже на человеческую руку, - но в этом и не
было нужды. Свен прошелся по лаборатории, размахивая руками, сжимая и
разжимая кисти с отдаленным подобием пальцев.
- Здорово, - сказал Брайан. - Ночью, в темном месте кто-нибудь очень
близорукий, без очков и очень глупый вполне может принять тебя за
человека. Правда, тебя немного выдают эти три стебля, на которых сидят
глаза.
- Мне нужна голова, - сказал Свен.
- Да, пожалуй, голова тебе не помешает.
36. 7 НОЯБРЯ 2024 ГОДА
Укладывая покупки в свой черный медицинский саквояж, доктор Снэрсбрук
пыталась убедить себя, что ее совесть чиста, как свежевыпавший снег. В то
же время она прекрасно сознавала, что, вероятно, нарушает какой-нибудь
закон, или воинский устав, или что-нибудь еще. Но это ее не пугало.
Преданность Брайану, забота о его физическом и душевном здоровье были для
нее важнее всего. Он хочет покинуть территорию "Мегалоуб", вырваться из
этой тюрьмы, - что ж, его дело, видит Бог, у него достаточно оснований
попытаться это сделать.
День был прекрасный - в такой день приятно проехаться на машине. По
пустыне Анза-Боррего вообще всегда приятно проехаться. Она откинула крышу
своего маленького электромобиля. Аккумуляторы уже полностью зарядились, и,
когда она вставила ключ в замок, зарядное устройство отключилось и
отъехало в сторону.
Как всегда, на контрольном пункте при въезде она предъявила свой
пропуск и документы. Как всегда, машину никто не обыскивал, а своих
опасений по этому поводу она никак не обнаружила.
- Проезжайте, доктор, - сказал солдат.
Она улыбнулась и слегка нажала на педаль газа.
Брайан впустил ее в лабораторию, бросив быстрый взгляд на саквояж.
Только после того как дверь за ними захлопнулась, она сказала:
- Там сверху десять тысяч старыми купюрами, большей частью
двадцатками. Под ними все, что было в твоем списке.
- Замечательно, доктор! - отозвался Брайан, открыв саквояж. - Не
трудно было все это купить?
- Ничуть, только заняло много времени. Я объехала несколько магазинов
в Сан-Диего и Лос-Анджелесе, даже в Эскондидо побывала.
- Я тоже готовился. Один солдат по моей просьбе купил мне коробку для
завтраков - вот уже две недели я ношу в ней бутерброды в лабораторию. В
ней я и вынесу все это отсюда - по одной вещи зараз.
- Можешь мне ничего не рассказывать. Я только посторонний
свидетель... О Господи, что это?
Уголком глаза она заметила какую-то движущуюся фигуру и обернулась,
но фигура скрылась в кабинете Шелли.
- Что вы там увидели? - с невинным видом спросил Брайан.
- Какой-то мужчина в шляпе, длинном плаще и темных очках. Похож на
ненормального. - Увидев широко раскрытые глаза и невинное выражение лица
Брайана, она нахмурилась: - Брайан, что это еще за фокусы?
- Сейчас покажу. Но я хотел сначала увидеть вашу первую
непроизвольную реакцию. Ладно, пойдемте.
- Ну, первую реакцию ты видел. А если подумать, то этот тип
напоминает мне какого-то состарившегося эксгибициониста.
Таинственный незнакомец показался в дверях кабинета, и она удивленно
уставилась на него.
- Беру свои слова назад. Не просто эксгибиционист, а помесь
эксгибициониста с опустившимся бродягой.
Брайан подошел к незнакомцу, размотал на нем шарф, снял темные очки и
шляпу, под которой оказался цветочный горшок.
- Ничего более подходящего в качестве головы я пока не нашел. Мне
понадобится голова от какого-нибудь манекена из витрины.
- Надеюсь, ты сам закажешь ее по почте? - с опаской спросила доктор
Снэрсбрук.
- Ладно. Можешь снять все остальное, - сказал Брайан.
Таинственный эксгибиционист снял плащ, скрывавший его металлический
корпус, стянул перчатки, брюки и туфли, расправил и развел широко в
стороны ветвящиеся манипуляторы и снова превратился в машину.
- Я угадала - он и есть самый настоящий эксгибиционист, - рассмеялась
доктор Снэрсбрук. - Скинул с себя все, вплоть до человеческого облика. -
Потом она, догадавшись, перевела взгляд на Брайана. - Насколько я понимаю,
Свен отправляется на волю вместе с тобой? Надеюсь только, что от его вида
ни у одного из этих мальчишек-солдат не случится сердечного приступа.
Маскировка эффективная, но, я бы сказала, несколько экзотическая.
- Спасибо, доктор, - отозвался Свен. - Я стараюсь как могу.
- Этой маскировки никто не увидит, - сказал Брайан. - Потому что Свен
будет уезжать отсюда не в таком виде. Он будет разобран на части и
упакован в ящик. А ящик выедет с территории в багажнике вашей машины, если
вы не возражаете. Я буду лежать на полу, укрытый одеялом. Вы возите с
собой одеяло, как мы тогда договорились?
- Да, оно там. Я уверена, что охранники его уже видели.
Она вздохнула и покачала головой.
- Все пройдет благополучно, не беспокойтесь. Если вы, конечно, не
передумали. Я не хочу вас принуждать, доктор. Если вы откажетесь, я найду
как-ой-нибудь другой способ.
- Нет, я это сделаю. От своих слов я не отступаюсь. Просто я начала
понимать, какая это безумная затея... и тревожиться за тебя.
- Пожалуйста, не надо. Все будет в порядке, я обещаю. Свен обо мне
позаботится.
- Непременно, - вставил МИ.
- А когда назначен день икс? - спросила доктор Снэрсбрук.
- Пока не знаю, но обязательно предупрежу вас заранее. Не меньше чем
за неделю. Сначала нужно еще много чего сделать. - Он протянул ей
фотокопию страницы из каталога товаров. - Вам надо будет купить один такой
ящик для транспортировки и в тот день привезти его сюда. Вот этот. В таких
крепких металлических ящиках перевозят хрупкую аппаратуру кинооператоры и
телевизионщики. Я разберу Свена и уложу все части в ящик. Солдаты мне
помогут.
- Брайан, у тебя прямо макиавеллиевские планы.
- Не понимаю, доктор. Мне ведь всего четырнадцать, я такого слова ни
разу не слыхал.
- Это означает - планы, основанные на методах, которые описал Никколо
Макиавелли, - вмешался Свен. - Для них характерны политическое коварство,
двуличие и лицемерие.
- Ты говоришь так, будто проглотил целый толковый словарь, - заметила
доктор Снэрсбрук.
- Проглотил. И не один, - ответил тот, и ей показалось, что в его
голосе прозвучала насмешка.
- Вполне возможно, - сказал Брайан. - Но если только коварство
поможет мне отсюда выбраться, значит, без него не обойтись. Вон сколько
солдат меня охраняет, а я один. Единственная моя надежда - на то, что они
охраняют меня от возможной угрозы извне. Очень надеюсь, что им не приходит
в голову опасаться моего побега.
- А ты решил, что будешь делать, когда выберешься отсюда?
- Конечно. Сначала я думал поселиться в каком-нибудь отеле и устроить
пресс-конференцию. Разоблачить генерала Шоркта, обвинить его в незаконном
задержании и так далее. Но не думаю, чтобы из этого вышел какой-нибудь
толк. Слишком велика вероятность, что он объявит меня недееспособным,
ненормальным "бедный юноша, у него после ранения с головкой не все в
порядке". Меня снова поместят в больницу, и вырваться во второй раз мне
уже не удастся. Поэтому я намерен исчезнуть из виду.
- Скрыться в Мексике?
- Возможно. А вам действительно нужно это знать?
- Нет. Чего не знаешь, о том не проговоришься. Я вывезу тебя отсюда,
как обещала, а дальше действуй сам.
- Вы прелесть, доктор. И не беспокойтесь, я знаю, что делаю. Я
кое-что нашел среди своих вещей, когда их сюда доставили. Мой план
обязательно сработает, он действительно макиавеллиевский.
После ее отъезда они снова принялись за работу. Брайан достал из
сейфа фиолетовый ирландский паспорт и вытащил его из пластиковой обложки.
С фотографии на него смотрел он сам - девятилетний мальчик с широко
раскрытыми глазами и испуганным видом. Брайан Бирн, год рождения 1999.
- Нужно сделать две вещи, - сказал он. - Поменять фотографию и срок
годности паспорта. Подпись годится. Если монашки меня чему-нибудь и
научили, колотя линейкой по пальцам, то это хорошему почерку.
Он положил раскрытый паспорт на стол и прижал его, чтобы не
закрывался. Свен склонился над паспортом и несколько секунд пристально
рассматривал его одним глазом. Потом он выпрямился.
- У моих манипуляторов оптическое разрешение выше, - сказал он,
протянул к паспорту правую руку и вгляделся в него датчиками,
установленными на кончиках пальцев. - Изменить то, о чем ты говоришь,
будет несложно.
Свен сделал множество фотоснимков Брайана и изготовил большую
фотокарточку в натуральную величину.
- Волосы рыжие, - ткнул в нее пальцем Брайан. - А должны быть черные.
- Не проблема. Мои манипуляторы работают с точностью до сорока
микрон. Я достал подходящий краситель и сейчас перекрашу каждый волос на
фотографии в черный цвет.
Что он и сделал, и притом довольно быстро.
Способности МИ к подделке документов оказались не менее выдающимися.
С помощью микроманипуляторов он отделил первоначальную фотокарточку,
отколупывая клей, которым она была приклеена, микроскопическими частицами.
Отретушировав новую фотокарточку, он переснял ее снова на паспортный
формат - получилось не лучше и не хуже, чем любая фотография для паспорта.
Прежде чем вклеить ее на место, он тщательно воспроизвел рельефный рисунок
печати. Столь же просто оказалось поменять даты выдачи и окончания срока
действия паспорта. Брайан полистал паспорт и снова положил его на стол.
- Вот эти даты тоже нужно изменить. Штамп таможни, когда я выезжал из
Ирландии, и еще один, который поставили мне при въезде в Штаты.
Раздался звонок в дверь. Брайан удивленно взглянул на экран и увидел
стоящую снаружи Шелли.
- Эй, Брайан, это я приехала. Открой, пожалуйста, нам надо
поговорить.
Но впускать ее было нельзя! Как смог бы он объяснить изменившийся
облик Свена, успеть спрятать фотографии, деньги, валяющиеся на столе,
паспорт? Нет, нельзя.
- Добро пожаловать обратно! Рад вас видеть. - Да, конечно,
обязательно нужно с ней увидеться, но только не здесь. - Я как раз
собирался принять душ, подождите минутку. Пришлось сегодня много
поработать. Что, если нам поговорить за рюмкой в клубе?
- Да, конечно.
Он оставил Свена заниматься дальше преступной деятельностью и вышел к
ней, моргая в ярком солнечном свете.
- Что случилось?
Мимо них пронесся небольшой песчаный вихрь. Она нахмурилась и
поправила прядь волос, упавшую на глаза.
- Все не так просто. Давайте сначала выпьем.
- Надеюсь, с вашим отцом ничего не случилось? В последний раз вы
сказали мне, что он чувствует себя хорошо.
- Ему намного лучше. Ворчит, что в больнице плохо кормят, - это очень
хороший признак. Я потому и смогла выбраться сюда, к вам, что его
состояние уже вполне стабильно. Скоро они наложат шунт. К этому времени я
снова поеду домой, но сначала хочу с вами поговорить.
В клубе, где кроме них никого не было, они уселись за стол и заказали
по большому бокалу ледяной "маргариты". Тихо играла старинная музыка -
классические записи легендарной группы "U-2". Прихлебнув из бокала, она
вздохнула, вытерла губы салфеткой и положила свою руку на его.
- Брайан, я считаю, что нехорошо безвылазно держать вас здесь. Как
только я об этом узнала, я написала официальный рапорт и подала жалобу
куда следует. Правда, никакой пользы от этого, скорее всего, не будет. Мне
даже не позаботились ответить. Вы знаете, что меня перевели обратно в
Боулдер?
- Мне никто этого не говорил.
Ее горячая рука все еще лежала на его руке. Это прикосновение было
ему приятно, и он не стал убирать руку.
- Еще бы! Вот это мне и не нравится - что они просто так взяли и
перевели меня отсюда. Даже ни о чем не спросили. Раз - и все. А ведь с
искусственным интеллектом еще столько работы! Мне это намного интереснее,
чем писать дурацкие военные программы. В общем, дело сводится к тому, что
я подумываю о перемене работы, вот что. Собираюсь выйти в отставку и снова
стать штатской.
- Это не из-за меня? - Он убрал руку и стиснул руки на коленях.
- Отчасти. Может быть, в основном. Я не хочу быть частью военной
машины, которая может так обходиться с человеком. Ну, и работа тоже. Я
хочу вместе с вами заниматься МИ - если вы мне позволите.
Шелли говорила тихо и серьезно, тревожно заглядывая в глаза Брайану в
поисках поддержки. Брайан отвернулся, схватил свой бокал и сделал такой
большой глоток, что у него заныли зубы.
- Послушайте, Шелли. Я не могу взять на себя ответственность за ваши
решения. Мне хватает своих забот.
- Я вас об этом и не прошу, Брайан. Вы меня не так поняли. Все это -
мое собственное решение, мое личное дело. Я знаю, что вам теперь намного
лучше. Но я знаю, как вам досталось. Это иногда чувствуется и до сих пор.
Так что, пожалуйста, имейте в виду, что я подаю в отставку независимо от
того, что скажете вы. Я отслужила уже на два срока больше, чем полагается,
так что с лихвой оправдала все расходы на свое образование. Кроме того, у
меня есть еще и одно личное соображение. Я так заработалась, что не
заметила, как идут годы. Я ведь еще не старуха!
Рассмеявшись, она потянулась и пригладила волосы. Даже полутьма клуба
не могла скрыть ее, роскошную фигуру.
- Шелли, вы очень хороши собой. И всегда такой останетесь. Только у
меня сейчас голова забита совсем другим, мне не до этого.
- Тише, - сказала она, дотронувшись пальцем до его губ. - Я
...Закладка в соц.сетях
