Жанр: Научная фантастика
Спасательная шлюпка
...бы найти
того, кто уничтожил корабль, но это уже ничего не прибавит тому, кого я
носила. Я отдала его. Судно и команда потеряны, и теперь уже ничего нельзя
изменить.
- Но если эта потеря служит выгоде альбенаретцев - всей расе - что тогда?
- Выгоде? Для всей нашей расы?
- Да.
- Каким образом? И откуда вам, человеку, знать, что выгодно нам, а что -
нет?
- Потому что в данном случае это выгодно и для землян.
- Этого не может быть. Мы слишком разные люди.
- Вы уверены? - спросил Джайлс. Он едва держался на ногах. Постепенно он
стал сползать по стенке машины. Капитан молчала. - Вы жили с нами на
шлюпке, и вы по-прежнему уверены, что мы так непохожи и не можем добиться
понимания?
- Возможно... - Две мощные руки схватили его и поставили на ноги, прижав к
борту машины. - Вы больны?
- Слегка... ранен.
Он пытался сказать еще что-то, но губы не слушались его. Как сквозь туман,
он видел, что капитан заглянула внутрь вездехода. Ясно, что она не могла не
увидеть Хэма. Джайлс думал, что она потребует объяснений или поднимет
тревогу, но этого не произошло. Он ощутил, как его усаживают на сиденье, и
тело капитана закрывает происходящее от сородичей, наблюдавших за ними
сквозь прозрачную перегородку. Он рухнул на сиденье, и ремни автоматически
защелкнулись. Дверь закрылась, и через секунду капитан влезла через другую
дверь и села на второе кресло. Она взялась за управление, и вездеход выехал
из ворот. Она вела прямо от купола. Помолчав, она сказала:
- Я - бывший капитан, и теперь умру, как наземник, не знавший космоса, без
почестей и сожалений со стороны друзей. Но кое-что еще не кончено. Вы
заставили меня спасти ваших рабов, и вот один из них мертв, а вы не так
легко ранены, как думаете. Кроме того, вы спросили меня, нет ли сходства
между нами и землянами, и этот вопрос озадачил меня. Если бы вы спросили
меня до последнего полета, я бы ответила без колебаний, но теперь... Я не
знаю.
Дальше Джайлс ничего разобрать не мог. Он лежал, отдаваясь тряске вездехода.
- Вы можете говорить? - спросила она.
- Да, - прошептал он и сделал попытку говорить громче. - Теперь я многое
понял. Альбенаретцы ищут смерти не больше, чем мы. Смерть - лишь состояние
на пути к чему-то большему - к единству во Вселенной.
- Конечно.
- Нет... не совсем. Вы не понимаете, как это трудно понять землянам. Для
нас смерть индивидуальна - это конец всего, освобождение того, что
называется душой и окончание срока пребывания во Вселенной.
- Но раса живет. Личность только часть расы.
- Для альбенаретцев, но не для нас. В этом вся разница. Мы думаем лишь о
себе. "Когда я умру, - говорим мы себе, - мир кончится". Мы не можем понять
вас, а вы - нас.
- Тут и в самом деле нет ничего общего.
- Есть. Общая ошибка. Наши философы были правы лишь до тех пор, пока мы
жили порознь. Но теперь мы встретились, и невозможно применить теорию
одного для всей Вселенной. Тут лежит ошибка, и она смертельна для расы. Для
нас недостаточно сказать, что "с моей смертью кончится мир", потому что
теперь мы знаем, что такое Вселенная, и смешно думать, что она исчезнет
вместе со смертью индивидуума. Она слишком велика для этого.
- Общая ошибка еще ничего не значит.
- Но кое-что значит то, что мы можем помогать друг другу. Там, где
ошибаемся мы, права ваша философия - раса выживает. Как личности мы не
можем постичь Вселенной, но как раса - можем. Вы же можете почерпнуть у нас
точку зрения на то, что индивидуум не должен стремиться поставить под
угрозу выживание всей расы. Вспомните, как вы отступили, а я привез шлюпку
сюда.
Его слова растаяли в замкнутом пространстве кабины. Джайлс ждал ответа,
повернув голову к капитану. В сущности, он напомнил ей о поражении и о том,
что она считала своей честью.
- Верно. И это не даст мне покоя. Вы совершили невозможное.
- Потому что я был в безвыходном положении. Я должен был попасть в эту
систему, хотя вся Вселенная пыталась мне в этом помешать.
Капитан медленно повернулась к нему.
- Но это означает анархию. Раса не может выжить, если ее представители
способны на такое.
- Наша выжила, и мы достигли звезд - с вами.
- Даже если вы и правы, как мы можем помочь друг другу?
- Мне нужна ваша помощь, чтобы спасти человека от людей, которые хотят
использовать его для убийства миллионов себе подобных. Вместе мы можем
спасти его, как вместе довели шлюпку до этой планеты. Ведь хотя на
последнем участке вы не могли управлять шлюпкой, и это сделал я, но
несколько дней пути разрушили во мне множество ложных истин.
- Но даже если мы и сделали это, что это доказывает?
- Это значит, что мы дополняем друг друга. Мы вместе можем сделать то, что
не под силу одному. То, что спаслись несколько человек и вы - не большое
событие, но если удастся спасти несколько миллионов человеческих жизней и
потенциально альбенаретских и позволить им идти по пути понимания и
сотрудничества в космосе и на планетах, не замыкаясь каждый в своей
скорлупе, это может сделать честь и вам, и вашему ребенку. - Она вздрогнула.
- То, о чем вы говорите, выходит за рамки моей компетенции. Вы хотите
чего-то необычного.
- Да. Но я не знаю, как сказать это на альбенаретском. У нас это называется
"дружба".
- Дружба. Странное слово, оно основано не на родстве, сходстве обязанностей
и необходимости.
- Она основана на взаимном уважении и признании. Этого достаточно?
Он сел, ожидая ответа, но так и не смог определить выражения ее лица.
- Это ново для меня, - произнесла она. - Правда, я заметила, что между
вашими людьми и мной на 20Б-40... - внезапно она сказала. - Ну, впрочем,
достаточно. Что мы должны сделать?
Силы внезапно оставили Джайлса, и он поник на сидении.
- В журнале вездехода записан один пункт доставки - тот, куда я ездил,
прежде чем разыскать вас...
Она быстро просмотрела записи и выбрала нужные цифры.
- Готово, я запрограммировала автопилот.
Вездеход свернул вправо, и Джайлс погрузился в дремоту.
- Мы прибыли, - разбудил его голос капитана. Он открыл глаза и увидел, что
они находятся посреди ярко освещенной пустыни. Постепенно глаза привыкли к
свету и Джайлс смог различить маленький купол.
- Хорошо, что мы остановились снаружи, - сказал он.
- Мы должны войти? - спросила капитан.
- Да, - сказал Джайлс, собираясь с силами. Боль усиливалась, и он
чувствовал, как будто его оплели тугой металлической лентой.
- Да, - повторил он, - но мы не будем въезжать. Здесь есть вход, и они не
должны знать, что мы приехали. - Он попытался сесть, но лишь слабо шевелил
руками.
- Подождите, - сказала капитан.
Она повернулась и достала из багажника запасной скафандр. Когда она
развернула его, стало ясно, что он рассчитан на существо гораздо меньших
размеров.
- Вы не можете выйти без костюма, - в отчаянии сказал Джайлс. - Снаружи
слишком холодно.
- Другого здесь нет, а этот мне не подходит. Неважно, тут недалеко.
Она вышла, подошла к машине со стороны Джайлса, открыла дверцу, поставила
Джайлса на ноги и повернула его к куполу. Кожа вокруг ее рта и носа стала
покрываться инеем, но она, не замечая холода, спокойно шла по твердой почве
планеты.
Они обогнули здание и нашли маленький вход, над которым горела тусклая
красная лампочка. Он был открыт. Капитан, не выпуская Джайлса, нажала
кнопку, и дверь распахнулась. Она внесла Джайлса внутрь, и дверь
захлопнулась. Одновременно зажегся свет. Они оказались в маленькой комнате,
на другом конце которого была еще одна дверь.
- Вы можете идти? - спросила она.
Джайлс покачал головой.
- Неважно, - сказала она.
Они вошли во вторую дверь, и, пройдя по короткой лестнице, оказались внутри
дома. Из коридора, справа от них, послышался шум голосов. Капитан потащила
Джайлса по коридору. Они вошли в комнату, в которой он уже был раньше.
Капитан остановилась и на противоположной стене появилось ее отражение.
Джайлс был, пожалуй, слишком бледен, но капитан искрилась черным и
серебряным, как поверхность планеты - ее шерсть была покрыта кристалликами
льда.
Она подошла к ближайшему пустому креслу и усадила туда Джайлса, а потом
сняла ему шлем. Люди в комнате от изумления не могли произнести ни слова и
лишь оторопело глядели на нее.
- Я привела сюда известного вас Адельмана, - сказала она. Он должен кое-что
сделать с моей помощью. Но сначала я хочу увидеть, имеется ли между вами и
ним вещь, называемая "дружбой". Вы должны понимать, что означает это слово
вашего языка.
17
Беспомощно сидя в кресле, Джайлс проклинал себя за ошибку - антропоморфизм.
Увлекшись, он забыл, что капитану негде было постичь смысл слова "дружба".
Как он мог считать себя проникшим в тайны чужой психологии?
Все столпились возле кресла, в котором сидел Поль, и молча глядели на него.
Он был привязан к креслу, и из уголка рта у него текла струйка крови.
Очевидно, Поль имел неосторожность выказать какое-то неповиновение, и
Байсет принялась за него. Может быть, это даже хорошо - Поль был здесь
единственным, кого Джайлс мог бы назвать другом. Теперь Полю достаточно
показать это, чтобы удовлетворить капитана и спастись самому. Без помощи
альбенаретца им отсюда не выбраться.
- Поль, - сказал Джайлс, - для капитана "дружба" - всего лишь слово. Но
ведь мы с тобой друзья, Поль, не так ли? Ты пойдешь со мной, правда?
Он вложил в свои слова максимум выразительности, так что Поль должен был
понять подтекст: "ИДИ СО МНОЙ И ВЫЖИВЕШЬ, ИНАЧЕ НАМ ОБОИМ КОНЕЦ!"
- Я... - начал было Поль, но тут его лицо отвердело, и в нем появилось
что-то, чего Джайлс никогда в нем не наблюдал, - Нет. Что бы я ни получил
взамен, я говорю "нет". Я никогда не лгал, не солгу и теперь. Мы выросли
вместе, но мы никогда не были друзьями. У меня нет друзей, так же как и у
тебя. Ни у одного подлинного Адельмана нет друзей. У них есть только долг.
Он спокойно встретил взгляд Джайлса. Тот слабо мотнул головой - его надежда
была уничтожена, но он не винил Поля. Тот сказал правду, и на его месте
Джайлс поступил бы так же.
- Хорошо, - сказал он, - тогда я - не настоящий Адельман. На шлюпке я
понял, что есть вещи поважнее долга. - Он перевел взгляд на рабочих. - Вот
и мы все. Сначала я хотел попасть на 20Б-40, потому что так мне велел долг.
Я хотел, чтобы вы все выжили - это тоже мой долг, долг СТАЛЬНОГО. Но за
время полета я узнал вас и полюбил вас, невзирая на то, что многие из вас
принесли мне больше огорчений, чем радости. Вы не ангелы, как, впрочем, и
все люди. Вы даже не принадлежите к Адель, но я жил с вами и едва не умер с
вами, так что вы все кое-что значите для меня. Вы - и все рабочие, такие
же, как вы, на Земле, - он печально поглядел на них. - Неужели никто не
понимает, о чем я говорю? Совсем никто?..
Внезапно от группы отделилась Мара и пошла к нему.
- Не пускайте ее! - крикнула Байсет. - Эстевен, Гроус, притащите ее назад!
Двое мужчин переглянулись, колеблясь.
Байсет вопила:
- Вперед! Делайте, что я вам приказываю!
Мужчины, не глядя друг на друга, двинулись к креслу Джайлса, но, дойдя до
кресла, они не потащили Мару назад, а встали рядом с ней.
- В чем дело, болваны? Тащите ее сюда!
- Нет, - сказал Эстевен. Его лицо было бледно, а губы плотно сжаты. - Ты
мне не хозяйка. Если бы твоя воля, я давно бы умер от тонки или сошел с
ума. Джайлс спас меня от капитана и он спас меня от наркотика. С какой
стати я должен подчиняться тебе?
- Верно, - сказал Гроус. - Мы свободные люди.
- Что вы плетете, амбалье отродье?.. - Байсет замолчала, ибо все, только
что стоявшие рядом с ней, пошли к Маре и мужчинам.
- Вернитесь!!!
Заколебалась, пожалуй, только Дай, но Френко схватил ее за руку и повел с
собой.
- Никто не властен над нами, - сказал Эстевен. - Мы в колонии. Ты не можешь
бить нас или судить, заставлять работать или делать, что тебе захочется.
Здесь тебе еще придется доказать свою правоту.
- Вы так считаете? - сказала Байсет.
Она сунула руку в карман и вытащила бластер.
- Я убью вас всех, а потом скажу, что вы были революционерами из "Черного
Четверга". Меня продержат под домашним арестом, пока не прибудет
следователь с Земли, и он - или она - оправдает меня. Считайте, что вы уже
в могиле...
Она следила лишь за людьми. И это было ее ошибкой. Внезапно капитан
рванулась к ней с неожиданной проворностью, и Байсет вскинула бластер.
- Стойте! - крикнула она. - Я и вас убью, если потребуется!
Но капитан не остановилась. Сейчас Байсет нажмет на спуск...
В отчаянии Джайлс выхватил пустой бластер и навел на Байсет.
- Байсет! - крикнул он.
Она взглянула на него, увидела бластер и повернула оружие против него, но
было уже поздно. Джайлс увидел вспышку и услышал крик Гроуса, но капитан
уже настигла Байсет, и та упала.
Джайлс ощутил приступ слабости. Его сознание было ясно, но зрение
помутилось. Он увидел двоих, нет, троих капитанов. Джайлс прищурился, но
комната была заполнена альбенаретцами и массой людей, которых еще секунду
назад не было.
Одним из них был Амос Барси, освобождавший Поля Окэ с помощью двоих людей с
полицейскими значками - очевидно, служащих участка 20Б-40.
Освобожденный Поль выбежал из комнаты, бросив на ходу:
- Запомни этот день, Джайлс. Сегодня ты лишил свою расу спасения, и она
вступила на путь смерти, по которому уже идут альбенаретцы.
- А, может, на новый путь для обеих рас, а, Поль? Подождем. Я считаю себя
правым.
Тот повернулся и вышел. Двое унесли тело Байсет и там, где стоял Поль,
теперь находился человек с медицинской сумкой, который принялся
обрабатывать раны Джайлса. Через его голову он увидел подошедшего к нему
альбенаретца.
- Капитан? - неуверенно спросил он. Даже теперь он не мог отличить их
одного от другого.
- Я удовлетворена, - сказала она. - Она действительно существует, эта
дружба. И мне сказали, что многие расы тоже так считают.
- Сказали... - Джайлс оглядел остальных альбенаретцев. - Откуда они все
взялись?
- Не знаю. Очевидно, своей настойчивостью вы возбудили в моих сородичах
любопытство, и они послали за мной. В качестве предосторожности они
сообщили в полицию - в вашем вездеходе было подслушивающее устройство, так
что нас слушали и полицейские, и мои соплеменники.
Медик сделал Джайлсу укол, и силы стали постепенно возвращаться.
- Не понимаю, - сказал он.
- За нами следили, Адельман. Еще с момента приземления. Как я могу судить,
в колониях наши расы гораздо ближе друг к другу. Но я хочу, чтобы вы
исполнили свое обещание.
- Обещание?
- Вы обещали сказать мне, кто из вас уничтожил мой звездолет. Я жду этого.
- Джайлс... - предостерегающе сказала Мара.
Но он поднял руку, успокаивая ее.
- Я скажу.
- Джайлс!
- Нет, нет. Все будет хорошо. Слушайте. - Он повернулся к капитану. - Бомбу
подложил я.
- Вы? - капитан невольно нагнулась к нему.
- Да. Я должен был попасть на 20Б-40, чтобы не вызвать подозрений Поля. Я
улетел с Земли, чтобы убить его. Но сейчас я понял слишком многое. Идея
была в том, чтобы нанести вашему кораблю небольшие повреждения, чтобы он
повернул к 20Б-40 для ремонта.
- Я слушаю, - сказала капитан.
- Чтобы исполнить план, я подложил в нужное место бомбу. Вот откуда я знал
курс корабля и расположение системы 20Б-40. Бомба была небольшая, и
путешествие в шлюпке не входило в наши планы.
- Но бомба оказалась чересчур мощна?
Джайлс покачал головой.
- Нет. Она была такая, какая надо. Но тут случилось неожиданное: кто-то еще
подложил вторую бомбу, но гораздо более мощную, которая разрушила ваш
корабль. Боже, какие идиоты придумали бомбу, которая привела к тому, что
корабль вспыхнул, как сухие листья?
- Но зачем нужна была вторая бомба?
- Для другого плана, которого я не знал. По нему я должен был достичь
20Б-40 в шлюпке, и не один, а с группой людей. - Джайлс указал рукой на
рабочих. - Ясно было, что если корабль погибнет, альбенаретцы предпочтут
умереть вместе с ним, кроме вас, которая поведет шлюпку к спасению,
выполняя свой долг перед людьми.
- Зачем вы согласились подложить вторую бомбу?
- Я этого не делал. Это мог сделать лишь единственный человек - Байсет.
- Это та, которую я убила? - спросила капитан.
Джайлс кивнул.
- Байсет призналась в этом. Для осуществления второго плана она должна была
подложить бомбу сама. Причем мощность ее должна была быть такова, что кроме
ЕЕ рабочих, никто не уцелел. Я уверен, что проверь вы корабль, оказалось
бы, что все шлюпки, кроме нашей, были испорчены. Наступило молчание.
Наконец, капитан произнесла:
- Откуда ей было знать, что я... Что вы способны довести судно до 20Б-40, а
не до Бальбена?
- Она и не знала. Она и ее люди были столь невежественны в этом вопросе,
сколько был и я. Ей не приходило в голову, что вы не поведете шлюпку к
ближайшей планете. Когда же вы стали упорствовать, она применила свой
последний козырь - единственную личность, которая годилась для черной
работы. - Он кивнул на Эстевена. - Она сначала снабдила его наркотиком и
бумагой, а потом сказала, что бумаги больше нет. Так ведь, - сказал он,
обращаясь к Эстевену.
- И я ей поверил! - воскликнул Эстевен. - Я ПОВЕРИЛ ЕЙ! Вот почему я рвался
к книге.
- Да. - Джайлс повернулся к капитану. - Теперь вам известно все, капитан.
- Да. Теперь я могу вернуть себе ребенка и жить. Я частично избавилась от
позора, убив того, кто лишил меня корабля, и я заслужила почет тем, что
поняла, что такое "дружба". Я объясню его всем своим сородичам.
- И когда вы сделаете это, потребуется объяснить им еще одно слово. Это
"сотрудничество". Оно означает, что люди и альбенаретцы, как друзья,
поведут корабль.
Глаза капитана вспыхнули.
- Вы многое сделали, Адельман. Но берегитесь, не заходите слишком далеко!
Джайлс медленно кивнул.
- Возможно, вы и правы. Будьте счастливы. Райцмунг!
- Святая раса не нуждается в счастье. Необходимо понимание Пути,
Она уже хотела выйти, но снова повернулась к Джайлсу.
- Это не рабы. Я изменила свое мнение о них. Они доказали, что достойны
быть свободными людьми. Все, кроме той. И, прежде дружбы, между нами и вами
должно быть уважение.
Она выпрямилась и вышла, идя как человек, знающий свой путь, ведущий его в
Вечность.
Закладка в соц.сетях
