Жанр: Научная фантастика
Агент Кормак 1. Звездный дракон
...е четырех сволочей из ЦСБЗ, которые разместились у противоположной
стены, да?
Корлакис обратился к Пелтеру:
- Хочешь, чтобы мы их убрали?
Ариан не ответил. Он, Дюсаш и Свент, казалось, пытались друг друга "пересмотреть". Стэнтон
заставил себя сдержаться, хотя его все это ужасно раздражало.
- Да, было бы лучше, чтобы за нами не наблюдали, - наконец ответил Пелтер, переведя взгляд
на Корлакиса. - Хотя одного из людей можно было бы сберечь. Забавно было бы потом потолковать
по душам.
Кивнув, наемник обратился к Стэнтону:
- Голем, говоришь? Которая?
- Высокая брюнетка. Номер серии от двадцатого до двадцать пятого. Есть номера серий и выше,
но этих уже трудно иногда засечь.
- Тогда, пожалуй, эта железяка нам не помешает. - Он искоса глянул на мистера Крана. -
Остаются только вопросы: где, когда и как? Есть предложения?
- Если мы их тут шлепнем, придется на взятки выложить десять тысяч, - заметил Свент.
Пелтер, как всегда, принял руководство:
- Сейчас все вернемся к вам в гостиницу. Мы со Стэнтоном снимем номера. Их четверо, за всеми
нами им не уследить. - Он устремил взгляд на Свента и Дюсаша. - Вы вдвоем в какой-то момент
улизнете и начнете контрслежку. Я хочу знать, куда они ходят, чем занимаются. Не хотят ли устроить
что-то вроде наблюдательного пункта. Еще я хочу знать, нет ли здесь других тварей из ЦСБЗ. - Он
обратился ко всем сразу: - Напасть на них надо ночью, а ночи тут короткие. Все сделаем тихо и
избавимся от трупов.
Стэнтон согласно кивнул. Правда, он не был до конца уверен в том, что Свенту и Дюсашу
требовался подобный инструктаж - вслух.
- Я бы взял на себя ту, маленькую, котоадапта, - предложил Меннекен.
- Не возражаю, только чтобы без шума, - согласился Пелтер.
- Я-то шуметь не буду. А за нее обещать не могу.
- Если никто не против, я бы хотел вернуться к тому, зачем я попросил вас здесь собраться, -
бесстрастно произнес Пелтер.
- На меня внимания не обращай, - хмыкнул Меннекен.
Пелтер так и сделал, но сам продолжил разговор только после того, как убедился, что все его
слушают.
- Я заплачу каждому из вас по сто тысяч новокарфагенских шиллингов, если вы поможете мне
найти и убить одного типа.
Корлакис присвистнул.
- Тот еще тип, значит.
Стэнтон пояснил:
- Это агент ЦСБЗ по имени Ян Кормак.
- Да я их на завтрак ем, - заявил Меннекен. Корлакис промолчал. Джон догадался, что это имя
ему знакомо.
Пелтер глянул на припаркованный антигравомобиль, на который указал Дюсаш, и не смог
удержаться от презрительной ухмылки. Эти парни вели себя очень непрофессионально, не сравнить с
Кормаком. Он прогнал ухмылку и попробовал, понять, откуда у него взялась такая мысль. Может быть,
из-за раздвоения, Из-за того, что надо было управлять двумя модулями, которые теперь, похоже,
относились один к другому почти враждебно? Или мысль была его собственной? Он отряхнул с волос
дождевую воду и вгляделся в сумерки.
Небо становилось все темнее, все сильнее лил дождь. Между плитами на стоянке буквально на
глазах вылезала какая-то жесткая поросль, похожая на черный вереск, но не только ее принес с собой
ночной ливень.
- Это что еще за пакость? - выругался Свент.
Он, Дюсаш и Пелтер проводили взглядом нечто, медленно ползущее по залитым дождем плитам.
Это было существо в форме утолщенного ромба, с выпученными глазами и вздернутым носом. Оно
ползло, помахивая коротким плоским хвостом. Общая длина твари составляла около двух метров.
Казалось, она способна подмять под себя человека.
- Тебе ли не знать. Ты кусок этой красотки вчера вечером скушал, - заметил Дюсаш.
Свент на миг оторопел.
- Сухопутный скат? - уточнил он.
- Ага, с горчичным соусом! - хихикнул Дюсаш. Пелтер не обращал на них внимания. Он
вглядывался в пелену дождя, и ему казалось, будто он видит проглядывающий в ней силуэт - нечто
огромное, что пытаются образовать дождевые капли, но никак не могут. Переключившись на зрение
Крана, Ариан получил более четкий образ. Откуда-то появились ромбы - возможно, это было нечто
вроде отзвука в обоих модулях после того, как он увидел ската. Чтобы погасить этот отзвук, он
запустил программу отключения органического модуля. В поле зрения Крана все стало серым,
оптический кабель неприятно надавил на висок. Пелтер отказался от взгляда через глаза андроида и
перевел внимание на двоих наемников.
- Не стоит стоять тут весь день. Нам надо составить план действий.
Парни выглядели недовольными. "В чем дело?" - подумал он и раздраженно подключил второй
модуль. Все сразу стало ясно. Свент и Дюсаш были недовольны тем, что торчали под дождем, а не
сидели в теплом уютном баре, в гостинице. Ариан отвернулся, дал быстрый знак Крану и направился к
отелю. Андроид зашагал следом. Двое наемников с сомнением переглянулись и пошли за ними.
Стэнтон, Меннекен и Корлакис поджидали их в баре. Все трое играли в кости. Оставалось только
позавидовать тому, что они могут так легко расслабляться, когда нет дела. Ариан такую способность у
себя никак выработать не мог. Когда Джон посмотрел на него, он встретился с ним взглядом и подумал:
"Как с ним быть?". И решил: "Пока - никак". Стэнтон все еще был слишком нужен ему.
Пелтер подошел и сел на краешек низкого стула. Подтянулись Свент и Дюсаш. Корлакис
приложил ладонь к пластине на крышке маленькой плоской коробки - будто нажал на кнопку на
шахматных часах.
- Хватит? - спросил Ариан, покосившись на Свента и Дюсаша.
- Хватит, - отозвался Свент. - Время от времени они сигналят из окон лазером, но только и
всего. Ни глубокого сканирования, ни посланий через гиперпространство. Они не слишком хорошо
экипированы.
- Значит, они сюда притащились не из-за нас, - заключил Стэнтон.
- Сомневаюсь, - отозвался Свент. - Говорю же: паршиво экипированы.
- Выкладывайте остальное, - распорядился Пелтер, четко и раздраженно выговаривая слова.
По всему ходу оптического кабеля он чувствовал боль, в глазнице образовалась корка засохшей
лимфы. Кроме того, кабель натер ему кожу на виске, и ссадина начинала кровоточить, когда
приходилось напрягаться, работая над более сложными программами управления Краном. И еще что-то
мучительно мешало - нечто такое, что он никак не мог ухватить. Запретные знания, ну что же, что...
- Чернявая - определенно голем, - сообщил Свент. - Все остальные - люди, если только они
не прячутся под какими-нибудь обалденными программами эмуляции. Но судя по прочей экипировке, я
в этом сильно сомневаюсь.
Думаю, они тут выслеживали сделки с продажей оружия, пока кто-то из них не положил глаз на
нас. Вот теперь они могут в любую секунду отправить сообщение через гиперпространство.
- Толку-то, - фыркнул Корлакис. - Тут рансибля нет, подкрепление к ним в мгновение ока не
прибудет. До ближайшего рансибля - месяц полета по бортовому времени. - Я не против того, чтобы
о нашем пребывании здесь было известно, - сказал Пелтер. - Я против того, чтобы стало известно о
том, что мы приобрели космический катер.
- Ясно. - Корлакис пожал плечами. - Значит, все-таки мы их кокнем.
Пелтер глянул на Свента и с помощью модуля подсознательно поторопил его. Наемниккоротышка
продолжил:
- Я насчитал пятерых. Четверо людей парами по очереди дежурят в машине - наверное, чтобы
под дождем не торчать. Другая парочка и голем торчат в кафешке с зарешеченным окном. Они следят за
каждым из нас, кто выходит отсюда. Мы разделяемся - и они разделяются. - Свент сунул руку в
карман и выложил на стол маленькую бутылочку для сбора проб. В бутылочке лежали две крошечные
блестки. - Эта тварь, голем, посадила их на меня и Дюсаша с помощью маленького газового
пистолета. За дураков они нас держат, что ли?
- Что это? Жучки или трейсеры? - поинтересовался Стэнтон.
- Трейсеры.
- Отключены? - хрипло спросил Пелтер.
- Само собой. - Свент слегка обиделся.
- Хорошо, - кивнул Пелтер. - Люди - не лробле-ма, но лучше бы избавиться от них до того,
как мы возьмемся за эту тетку, голема. Сделаем вот как...
Пелтера замутило, и он прислонился к двери своего номера. Что-то творилось с его модулями,
оптическим кабелем и командным блоком. Он чувствовал, как происходит обмен большими объемами
информации, как образуются и рвутся соединения. Сделали дело, пожали друг другу руки,
разбежались... Ариан вставил карточку в считывающее устройство рядом с дверью, мысленно
проклиная то, что не может пользоваться контактными пластинами, поскольку скрывает свою истинную
личность. Наконец устройство прочитало карточку, дверь открылась, и он буквально ввалился в номер.
Вошедший следом за ним мистер Кран спокойно закрыл дверь. Дрожащими руками Пелтер оторвал от
рулона один пластырь, потом - еще один. Приподнял грязную сетчатую рубашку, прилепил пластыри
к груди. Только теперь он заметил отметины от старых пластырей и грязь на коже. Попытался
пробудить в себе желание помыться. Не получилось.
Аналог эндорфина, содержавшийся в пластырях, начал проникать в кожу. Лекарство прогнало
тошноту, притупило ноющую боль в левой половине головы. Пришло облегчение, но оно было
минимальным, пока модуль Сайлэка вдруг не отключился. В голове сразу начало проясняться,
виртуальное зрение, обеспечиваемое вторым модулем, приобрело почти болезненную ясность. Пелтер
обрел способность видеть за пределами наполненных сведениями таблиц и графиков, плавающих в
некоем отвлеченном пространстве. Теперь у всего этого появился фон. Этим фоном была громада
живой чешуйчатой плоти.
- Дракон.
Ответа не последовало. Но ясность осталась. Медленными, осторожными шагами Ариан добрался
до кровати и сел. Так не должно было быть. Уж слишком легко и просто. Он попытался заново
включить модуль Сайлэка и тут же снова ощутил прилив слабости и тошноты. Еще одна попытка -
боль вернулась. Итак, второй модуль пытается отключить первый. Тогда он отключил второй, и боль
пошла на убыль, а с ней и тошнота. Чешуйчатая стена исчезла, и все, что Ариан видел через модуль
Сайлэка, приобрело различные оттенки серого цвета. Вот так, значит: все происходило постепенно, но
все-таки им управляли. Неописуемым усилием воли Пелтер принялся включать и выключать каждый из
модулей во всех возможных комбинациях. Он учился управлять ими, изумляясь, что начинает
испытывать наслаждение от тошноты и боли. Наверное, потому, что ему было с чем сражаться.
13
Пузырьковые металлы. Пионером в разработке и выпуске
этих материалов является компания "Cryon Corporation".
Впервые пузырьковый металл был произведен в 2110 году.
Процесс производства прост. Исходный металл (или сплав)
заливают в формы в условиях невесомости (поэтому изначально
пузырьковые металлы получали на орбитальных станциях), и в
расплав вводится газ (как правило, инертный). Получившуюся
"металлическую пену" остужают. Детали, изготовленные
таким способом, обычно имеют высокие показатели прочности
на сжатие и растяжение, но подвержены коррозии. В
дальнейшем были разработаны антикоррозийные газы и
устройства для их введения в расплав из керамопластмасс. Эта
технология нашла широкое применение, и в настоящее время
металлические детали обычным способом изготавливаются
только для электронной промышленности, где требуется
кристаллическая структура или чистота металла.
Каталог "Cryon Corporation"
Кормак наконец проснулся, услышав негромкий, но настойчивый голос ИР "Гибрис",
обращавшийся к нему, и мгновенно почувствовал тишину. Он инстинктивно "пошарил" в поисках
соединения - так искал первую сигарету с утра закоренелый курильщик, а потом обнаружил бы, что
пачка пуста. Куда подевался голос из его головы и едва заметный синаптический разряд, из-за которого
он моментально проснулся бы и был бы в полной боевой готовности? Чувство потери было необычайно
острым, но Ян погасил его. Этот голос он слышал ушами:
- Ян Кормак... Ян Кормак...
- Да, в чем дело?
- Шален просила меня сообщить вам, что ее зонд начал передачу данных с места взрыва. Имеют
место некоторые аномалии.
Кормак перекатился к краю кровати, смутно вспоминая о переплетении покрытых испариной рук
и ног, о поцелуе в щеку, о негромком смехе в темноте.
- Скажи ей, что я сейчас приду.
Он посмотрел на настенный таймер. Прошло десять часов, но далеко не все это время он спал.
Чувствуя себя намного виноватым, Ян встал с кровати и пошел в душевую кабинку. Через десять минут
он, надев рубашку и брюки и пристегнув к запястью футляр с сюрикеном, направился к центру связи,
который на "Гибрис" заменял капитанский мостик и отсек управления.
Прошагав по прямоугольной части центра, Кормак вышел в его обширную круглую часть. Отсюда
производился запуск зондов, сюда стекались сведения, передаваемые ими. Вдаль стен в продольном
помещении теснились дисплеи и прочее оборудование. За пятью компьютерными консолями сидели
люди в голубой форме инженеров, обслуживающих рансибли. У некоторых из них Кормак заметил
модули, напрямую подключенные к консолям с помощью оптических кабелей. Инженеры трудились
тихо, молча. Вся их работа состояла в том, чтобы слушать сообщения различных подразумов "Гибрис".
Шален сидела на полу под одной из консолей, перед открытой панелью. Вокруг нее по полу были
в беспорядке разбросаны инструменты и чипы. Кормак присел на корточки рядом с ней. Женщина
подняла голову, улыбнулась ему, а он не смог улыбнуться в ответ.
- Вы сказали: "аномалии".
Улыбка сменилась удивлением и угасла. Шален пожала плечами и отключенным газовым
паяльником указала на мигавший на консоли сигнальный свет.
- Это предупреждение о загрязнении среды.
- Зонд находится на месте взрыва.
- Мы запрограммировали его так, чтобы он не регистрировал изотопы. Мы прекрасно понимали,
какой жуткий радиационный фон там, внизу, так что предупреждение не об этом.
Она в задумчивости отложила паяльник и начала устанавливать чипы в панель. Кормак видел, что
Шален обиделась на него за холодность, но они находились на работе, и Ян не мог допустить, чтобы
работе помешала вчерашняя ночь. Эмоции следовало держать в узде.
- Я подумала: нет ли какой-то проблемы, которую не в состоянии оценить диагностика.
"Гибрис" провела самостоятельное исследование. С этой стороны все в полном порядке. Проблема с
зондом. - Старший офицер подняла голову. - "Гибрис", ты закончила проверку зонда?
- Продолжаю проверку, - отозвался бортовой ИР. - Судя по всему, у зонда развивается
структурная слабость.
- Ты используешь настоящее время, - заметил Кормак.
- Процесс продолжается. Первоначально слабость имела место в манипуляторах для сбора проб,
теперь она нарастает.
Ян посмотрел на Шален.
- Понимаю, это не моя территория, но, может быть, имело бы смысл поднять зонд на орбиту или
хотя бы увести его от места взрыва, если это еще возможно.
- Он понадобится нам для исследования, вы это хотите сказать, - отозвалась Шален. Он кивнул.
Она не отрывала от него глаз, затем кивнула, и в ее взгляде Кормак прочел: "потом". - "Гибрис",
насколько утрачена целостность зонда?
- Он все еще способен переносить высокую гравитацию. Слабость развивается только в деталях,
изготовленных из керамаля. Каркас зонда выполнен из пенистого сплава.
- Что могло стать причиной? - спросил Кормак. - Мороз?
Шален непонимающе покачала головой.
- Для керамаля? Нет... "Гибрис", какая температура около зонда?
- Одна целая восемьдесят сотых градуса по шкале Кельвина.
- Сама не знаю, зачем спросила. Керамаль сохраняет структурную целостность до минус
девяноста по Кельвину.
- Кислота? Какой-то едкий газ?
- Нет, наверняка что-то особенное, иначе это выяснилось бы еще в процессе сбора проб...
Минутку... "Гибрис", в каком году изготовлены буферы самаркандского рансибля?
- Рансибль на Самарканде был установлен в две тысячи триста восемьдесят третьем солстанском
году.
- Ясно, - удовлетворенно кивнула Шален. Ян вопросительно вздернул бровь, а она продолжала:
- В две тысячи триста девяносто седьмом году началось применение сверхпроводников широкого
спектра. На самаркандском рансибле была использована старая технология - сверхпроводящая
вольфрамовая сталь с керамической пропиткой, помещенная в жидкий гелий. Сверхпроводники,
способные работать при комнатной температуре, в то время не были способны вынести нагрузку,
испытываемую буфером рансибля. Я говорю о мощнейшем электромагнитном импульсе.
- И?
"Зачем понадобились такие обширные пояснения?"
- Разве вы не понимаете? - удивилась Шален. - Вольфрамовая сталь с керамической
пропиткой - это ведь и есть керамаль.
Кормак кивнул.
- Значит, то, что погубило буферы, теперь разъедает ваш зонд.
Шален проговорила:
- "Гибрис", возможно ли осуществить внутреннее микросканирование зонда?
- Сканирование начато.
- Что вы предполагаете обнаружить?
- Саботаж... Уж слишком все очевидно.
- Но как?
- Дело в том, что буферы наверняка были слишком холодными, чтобы внутрь них мог
проникнуть какой-то специально произведенный вирус. Они защищены от всего на свете, кроме
нейтронного излучения. Значит, мы имеем дело с наномашинами.
- Если это наномашины... разве с ними можно справиться? Неужели вы сумеете установить здесь
рансибль?
Шален сосредоточенно покусывала костяшки пальцев.
- Они-то могли выдержать ядерный взрыв... От них избавляются как от инфекции: всегда
выживает хотя бы один микроб, и все может начаться сначала. Но... наномашины в отличие от вирусов
и бактерий не подвержены мутации. Как только мы получим образец, сумеем изготовить контрагент,
противоядие. - Она посмотрела на Кормака, тот озадаченно глядел на нее. - Это тоже наномашины,
только их единственная цель будет состоять в том, чтобы выслеживать и разрушать вражеские
наноустройства. Но пройдет много лет, прежде чем Самарканд будет очищен от этой заразы.
- А новый рансибль?
- О, его мы, безусловно, сможем защитить. В его конструкции предполагается совсем немного
керамаля. Буферы будут представлять собой сверхпроводники на основе С 70. К ним наномашины не
посмеют прикоснуться. Придется применить запрещающее сканирование - типа того, что
используется в оружии.
Кормак ждал продолжения.
- Это для того, чтобы наномашины не смогли покинуть планету, - объяснила Шален таким
тоном, словно она устала разговаривать с недоумком. - Кроме того, на Самарканде придется ввести
ограничения на пользование рансиблем до тех пор, пока планета не будет полностью очищена.
Следовательно, корабли сюда прилетать не смогут.
- Здесь их никогда много не бывало.
- Верно, - кивнула Шален и занялась установкой чипов.
- Обнаружен наномицелий, - сообщил ИР "Гибрис" в тот миг, когда пауза еще не успела стать
слишком мучительной.
- Мицелий? - переспросил Ян. Шален обернулась и нахмурилась.
- Это волокна типа грибка. Нужно обязательно получить хотя бы немного для анализа. Придется
применить изоляцию первой степени и...
ИР "Гибрис" прервал ее:
- Необходимости в доставке нет. Наномицелий обнаружен также на шаттл-палубе.
Вдруг по стенам замигали лампы тревожной сигнализации, и голос ИР разнесся по всему кораблю:
- Тревога. Вероятно нарушение целостности обшивки в области шаттл-палубы. Пятнадцатый
отсек будет герметизирован через десять минут.
Центр связи располагался не в пятнадцатом отсеке. Кормак, Шален и пятеро инженеров смотрели
на экраны, на которых демонстрировался этот отсек. Паники не было. Если бы возникла серьезная
опасность, "Гибрис" уже герметизировала бы отсек, а люди оттуда были бы эвакуированы в аварийных
скафандрах. А они покидали отсек с чувством легкого недовольства. У выхода их поджидали четверо
сотрудников с ручными сканерами, имевшими неприятное сходство с полицейскими дубинками. Этими
сканерами техники обследовали эвакуируемых, особенно тщательно - подошвы их обуви. Один из
эвакуируемых, мореадапт с костистым гребнем на лысине, был вынужден снять туфли и бросить их в
бак, поставленный возле люка.
- Детекторы выявят всех зараженных? - поинтересовался Кормак. - Никто не пожелал ему
ответить. - Что ж, будем надеяться, что вам удастся создать противоядие, - заключил он.
Они пронаблюдали за тем, как из отсека вышел последний эвакуируемый, как был закрыт и
тщательно герметизирован люк.
- "Гибрис", нам нужны пробы, - сказала Шален. На экранах появилось изображение шаттлпалубы.
Видоискатель камеры сосредоточился на участке отполированного пола. На полу виднелись
тусклые следы, а от них тянулись черные волокна, похожие на высохшую ржавчину. Камера
отодвинулась и показала маленький дрон с дистанционным управлением, зависший в десяти
сантиметрах над полом. Дрон представлял собой хромированный цилиндр размером не больше
человеческого предплечья, снабженный несколькими парными манипуляторами. В одном из них,
напоминавшем крабью клешню, дрон держал бутылочку для сбора проб. Как только он поравнялся со
следами, расправился другой манипулятор. Над одним из отпечатков манипулятор сложился, появился
дымок. Только на фоне этого дыма стал виден желтый луч лазера. Дрон аккуратно вырезал две полоски
напольного покрытия, поднял их и бросил в бутылочку.
- Мне придется спуститься к изолятору, - сообщила Шален. - У меня уйма работы. Вся
обшивка этого корабля изготовлена из керамаля.
Долгую секунду женщина ждала, что он ей что-нибудь скажет. Ян молчал.
Вернувшись в свою каюту, Кормак включил дисплей, получил изображение из изолятора и
увидел, что дракониды снова трапезничают. "Они ли это?" - подумал он. Как-то все это мало
походило на дракона. Нет, разумеется, возможно было все, но зачем? Зачем дракону потребовалось
убивать жителей Самарканда? Но может быть, вопрос следовало ставить иначе: зачем он уничтожил
самаркандский рансибль? Ян покачал головой. Пока было собрано слишком мало сведений для
построения гипотез.
- "Гибрис", есть какие-нибудь успехи с сохранившейся памятью рансибля?
ИР отозвался быстро и безапелляционно:
- В данный момент у меня нет возможности им заняться.
- Мицелий?
- Две трети моей мощности занято его расшифровкой и разработкой противоядия.
- Ладно. Можешь связать меня с ней напрямую?
- Да.
- "... выбрасывайте архетипы но сохраняйте идеи вода в ванне ребенок проклятье не обладаю
голодный крот повелитель боли повелитель боли где же предел? Окалина вздымалась к зеленым
гниющим плодам..."
Прикоснувшись кончиком пальца к полоске регулировки, Кормак отключил звук. Буферы
рансибля были разрушены наномицелием. И снова включил звук.
- "... голодный голодный едок зеленая зеленая трава зеленая упал в дождливый день кровоточат
рвутся люди ящерицы Янус..."
- Люди-ящерицы?
- Кто разрушил буферы рансибля?
- "... пять ушли улетают на невидимых крыльях гниющие плоды черные репьи шипы персик..."
Кормак отключил звук. На мгновение ему показалось, что он за что-то ухватился, но разве ИР
рансибля мог знать, кто заразил буферы мицелием? Вряд ли. Если бы ИР об этом знал, он бы передал
больше информации до момента катастрофы и мгновенно отключил бы рансибль. Фримен застрял бы
где-то посреди необъятных просторов космоса, но это было бы лучше, чем если бы он вызвал гибель
десяти тысяч человек.
- "Гибрис", покажи мне мицелий на шаттл-палубе.
Изображение на экране сменилось. ИР помалкивал - возможно, Кормак ему надоел. А он
уставился на экран. Даже при том, что часть палубы была не видна, форма следов не оставляла
сомнений. Отпечатки были длинными, вывернутыми наружу, задний палец отпечатался отдельно. Это
явно были не следы человека, а следы дра-конидов, но можно ли было считать это неопровержимой
уликой? Любой, кто побывал на поверхности планеты, мог занести на корабль частицы мицелия.
Дракониды пробыли там дольше, следовательно, скорее всего, мицелий занесли они.
- "Гибрис", дракониды занесли мицелий на борт.
- Уже знаю.
Кормак забарабанил кончиками пальцев по крышке стола.
Что теперь?
Он мог попытаться еще раз побеседовать с драконидами, но последняя попытка общения с ними
исчерпала пределы его терпения. Ян был уверен, что они способны говорить с ним тем или иным
способом, но один из них просто сидел себе и ухмылялся, а второй таращился на устройство выдачи
еды. Вероятно, следовало общаться с глазу на глаз, а не жестами через обзорное окно и словами через
интерком.
- Проклятье!
Он встал и отправился к изолятору.
Выйдя из кабины лифта, Кормак увидел, что у обзорного окна изолятора стоит Мейка. Ее поза
выдавала глубокую задумчивость: она поддерживала одной рукой подбородок, а другой - локоть этой
руки. Яну она показалась более взрослой. А может быть, он сейчас смотрел на нее иначе? Сколько же
ей лет - от восемнадцати до трехсот... За последние четыре столетия стало совершенно невозможно
судить о возрасте по внешности человека.
Ян направился к ней, биолог заметила его приближение, когда он был уже в двух шагах от нее.
- А, Ян Кормак.
- Вас что-то беспокоит?
- Нет, не то чтобы... Не беспокоит. Я просто заинтригована. Произвела кое-какую проверку. -
Она указала на пол в изоляторе около стены. - Видите?
Кормак посмотрел туда, куда она указывала, и увидел нечто наподобие скомканных
полиэтиленовых комбинезонов. Он перевел взгляд с них на драконидов. Те неподвижно восседали
посередине помещения. Кормак заметил, что их кожа стала чище и ярче.
- Кожа, - сказал он. - Они полиняли.
- Они сделали это уже трижды с тех пор, как мы их сюда поместили. Дракониды регенерируют:
сбрасывают кожу вместе с поврежденными радиацией клетками и быстро их заменяют.
- Да, "Гибрис" мне уже об этом сообщила.
Мейка искоса глянула на Кормака.
- А не сообщила ли она вам заодно о том, что у них иммунитет к раку и к ошибкам репликации?
- Полезные способности, но у нас они тоже имеются.
- Да, но наши способности достигаются путем изменений в ДНК, которые производятся с
помощью вирусов или наномашин. Тем самым достигается коррекция генетической матрицы,
полученной при рождении. У нас по-прежнему может развиться рак, и соответственно его приходится
лечить. А здесь все совсем иначе.
- Не знаю, имеет ли это отношение к делу, но в свое время помимо точки зрения о том, что
дракониды - это и есть тот народ, представителем
...Закладка в соц.сетях
