Жанр: Научная фантастика
Наследие 1. Лик марса
...о Содружества. В следующем - очередь Чжан Шу из Маньчжурии... если
только не оправдается слух, что его отзовут раньше; тогда пост займет русский коллега
Гришэма, Кулагин.
Обидно, когда важная работа, напряженный график и даже плановые меры
обеспечения безопасности летят к чертям из-за политики. Но - такова цена
существования истинно международной космической станции в нынешней политической
ситуации. Ирония судьбы заключалась в том, что большая часть персонала МКС
политикой не интересовалась вовсе. Здесь, в космосе, один вид на голубую Землю,
открывавшийся из иллюминатора, так сплачивал горстку людей, собранных вместе в
крохотных герметичных отсеках, как не могло бы сплотить ничто там, внизу...
Порой полковнику очень хотелось взять да и прервать всякие сношения с Землей.
Вот разберетесь со своими проблемами, тогда и приходите...
- МКС, не понял вас.
Гришэм моргнул. Черт возьми, слишком давно он здесь - в этот раз скоро
исполнится три месяца. Надо же - начал разговаривать сам с собой, даже не замечая
того!
- О. "Гермес один-ноль-один" разрешаю подойти для стыковки. Он парил посреди
рубки управления МКС, находившейся по соседству с главным стыковочным узлом
станции. За иллюминатором, на фоне земного шара, темнел силуэт "Гермеса".
"Гермес" был сконструированной в Европе уменьшенной версией старого
американского орбитального шаттла. Запускавшийся с одного из десятка космопортов в
Гвиане, Занзибаре или Индонезии либо с носителя "Энергия-3" (русские до сих пор
строили самые большие, мощные и надежные ракеты-носители), "Гермес" был рабочей
лошадкой европейской космической программы, постоянно курсировавшей с Земли на
орбиту и обратно, перевозя пассажиров и груз.
- Понял вас, МКС, - отвечал голос в наушниках. - Иду на сближение. Дистанция
- сорок пять метров, скорость - один метр в секунду.
Гришэм сверился с показаниями своих приборов. Данные совпадали.
- Роджер вас, сорок пять, один метр в секунду.
Фактически "Гермес" приходил на станцию чаще, чем американский "Шаттл-2" или
"Стар Рэйкеры". Настолько, что заставлял усомниться в космическом превосходстве
США.
Конечно, эти открытия, сделанные на Марсе, все изменили. Черт побери, через
несколько лет, если все будет идти, как идет, и межнациональная рознь не приведет к
войне, МКС станет настоящим космическим городом, а он, Гришэм, уйдя в отставку,
поселится на Луне или на Марсе...
"Гермес-101" должен был привезти на станцию питьевую воду, полтонны прочих
расходуемых припасов (в основном пищу) и комплект новых солнечных батарей, взамен
тех, что износились по причине постоянных вспышек на Солнце в прошлом году.
С ним также должны были прибыть четверо пассажиров, замена для четверых из
шести находившихся на станции европейских ученых. В данный момент станция была
укомплектована шестью европейцами, двумя японцами, двумя маньчжурами, тремя
русскими и пятью американцами.
- МКС, я - "Гермес один-ноль-один". Дистанция - двадцать один метр, скорость
- четыре метра в секунду.
- Понял вас, "Гермес". Двадцать один, четыре метра в секунду. Предлагаю принять
на один градус влево и снизить скорость до двух метров в секунду.
- Роджер, МКС. Выполняю. Один градус влево. Дистанция - семнадцать метров,
скорость - два метра в секунду.
Тупой нос "Гермеса" медленно надвигался, перекрывая обзор; над кокпитом его
ослепительно сверкал проблесковый маяк. Далеко внизу синел испятнанный тучами
Тихий океан. Вот показалась огромная, вращающаяся против часовой стрелки спираль
урагана "Джулио"...
- Десять метров, скорость - два метра в секунду.
- Хорошо, "Гермес". Стыкуйтесь.
Нос шаттла скрылся за нижним краем иллюминатора. Шлюзовая камера и
герметичный рукав "Гермеса" находились прямо над рубкой управления, в грузовом
отсеке. Все внимание Гришэма устремилось к одному из телемониторов на пульте
управления, подключенному к камере, следящей за стыковочным узлом. Вот в кадр
медленно вполз стыковочный рукав шаттла, замер, снова двинулся вперед...
- Три метра, - заговорил Гришэм. - Два... полтора... один... полметра... есть
контакт! "Гермес один-ноль-один", стыковка завершена успешно. Добро пожаловать на
Международную Космическую Станцию!
- Merci beaucoup, MKC. Рад приветствовать вас.
- Давление выровнялось. Можете взойти на борт, когда будете готовы.
- Мы идем.
Гришэм выключил консоль, снял наушники и приготовился идти встречать
прибывших. Гостям на станции всегда были рады.
- Эй, полковник! Смитти на связи. - Это был Уэсли Смит, один из бортинженеров
НАСА. - Я у стыковочного узла. Э-э... думаю, вам...
Связь прервалась. Озадаченный Гришэм устремился к выходу, подтягиваясь на
руках. Накамура и Тейлор, несшие вахту в рубке, подняли на него вопросительные
взгляды.
- Видимо, неполадки со связью. Сейчас вернусь.
Нырнув головою вперед в люк, он оказался в главном рукаве, протянутом из одного
конца станции в другой. Свернув налево, он с привычной легкостью направился к
стыковочному модулю... но тут же резко затормозил, ухватившись за скобу.
Коридор перегородили четверо в черных бронекостюмах с голубыми шлемами,
неуклюже двигавшиеся в невесомости, со штурмовыми винтовками в руках. Пятый,
появившийся следом за ними, толкнул к полковнику Смитти, выглядевшего в своем синем
форменном комбинезоне ужасно уязвимым и хлипким.
- Полковник Гришэм? - спросил голос, слегка искаженный внешним динамиком
бронекостюма.
- Я - Гришэм. Что все это значит?
Позже полковник поймет, сколь жалко звучал его вопрос, но в тот миг ничего
другого не пришло ему на ум.
- Я - полковник Кювье, Европейский космический отряд Станция захвачена мной;
вас и ваших людей объявляю своими пленными.
- Какого хрена вы...
- Прошу вас, полковник. - Стоявший перед ним качнул стволом винтовки. -
Идет война, и мы, как выражаются ваши военные, просто занимаем выгодную позицию.
В коридор выбрались еще несколько солдат ООН, и Гришэм вдруг представил себе:
два древних парусника, сцепившихся бортами, люди в треуголках, с абордажными
саблями, прыгают на палубу.
И он ничего не мог поделать. На МКС не было ни единого вооруженного человека,
кроме этих солдат в бронекостюмах, прибывших на обычном шаттле вместо припасов.
- Играем в пиратов, Кювье?
- Отнюдь, полковник. Мы выигрываем войну еще до ее начала.
От тона, каким были сказаны эти слова, по спине Гришэма пробежал холодок.
Вторник, 5 июня;
16:15 по времени гринвичского меридиана.
Пентагон;
12:15 по восточному поясному времени.
Кэтлин Гарроуэй наконец-то оправилась после смены часовых поясов. Прошла
неделя с тех пор, как она вернулась в США, немедленно угодив в водоворот встреч и
совещаний, вначале - с самим генералом Уорхерстом, а после - с множеством военных
и штатских чиновников, допрашивавших ее о том, что она видела в Японии, с кем
беседовала, и - что еще могут означать те или иные места из отцовского письма. Она
помогала им, как могла... И слава богу, что не видела никаких особых приготовлений к
войне. Ей вовсе не хотелось бы играть роль американской шпионки, учитывая, что
доставленная ею информация могла бы быть обращена против Юкио.
К счастью, по этому поводу она могла сказать лишь то, что база на Танегасиме
прекратила связь с внешним миром, что опрашивавшие могли бы выяснить и без нее... да
еще - что не заметила среди японцев и, в частности, обитателей поместья Исивара какихлибо
враждебных или антиамериканских настроений. Ей до сих пор трудно было
поверить, что Япония может присоединиться к ООН в крестовом походе против
Соединенных Штатов.
Всю эту неделю она провела в доме Уорхерстов, в Уоррентоне, штат Вирджиния,
двадцать пять минут монорельсовым до Пентагона. Как ни уверяла Кэтлин, что в этом нет
нужды, что она вполне удобно устроится в отеле или вовсе вернется к себе, в Питтсбург,
Уорхерст настоял.
Уорхерсты ей понравились. Она видела, как они пытаются оправиться после
обрушившегося на них горя. Стефани, жена генерала, изо всех сил старалась, чтобы
Кэтлин чувствовала себя как дома. К концу недели Кэтлин очень сблизилась с ней и ее
невесткой Дженет, тоже гостившей в Уоррентоне; и даже маленький Джефф был рад
обрести в ней нового партнера по шахматам. Искреннее гостеприимство Уорхерстов
согревало ей сердце, и Кэтлин вполне понимала и разделяла их горе. Она знала, что во
время нападения на американское посольство в Мехико погиб американский солдат, но
даже не подозревала, что этот солдат может оказаться сыном командующего Корпусом
морской пехоты.
Казалось, Монтгомери Уорхерст пережил утрату спокойно, хотя генерала всегда
окружал ореол молчаливой печали. Наверное, именно поэтому она в конце концов
позволила уговорить себя остаться у них: трудно отказать тому, кому так больно. В любом
случае командующий, видимо, считал, что она еще может помочь установить связь со
своим отцом, и Кэтлин решила не упускать возможности выяснить, что происходит на
Марсе.
Но через неделю она уже начала гадать, когда же сможет уехать в Питтсбург. Нет,
торопиться ей было некуда, работа должна была начаться лишь в августе, однако в
Уоррентоне она чувствовала себя лишней. Тем более удивительным оказался утренний
звонок от Уорхерста и приглашение встретиться с ним в Пентагоне... за обедом.
Все пропуска и допуски ей оформили еще неделю назад. На станции монорельсовой
дороги ее встретил и проводил в приемную командующего армейский лейтенант. Здесь их
ждал майор морской пехоты.
- Кэтлин Гарроуэй к командующему! - доложил лейтенант, отдавая честь.
- Хорошо, лейтенант, - отвечал майор, не салютуя в ответ, так как в морской
пехоте отдавать честь, находясь в помещении, с непокрытой головой, не положено. -
Добрый день, мисс Гарроуэй! Пожалуйста, присядьте и подождите. Сейчас командующий
примет вас.
Взглянув на жесткие стулья, Кэтлин осталась стоять. Майор коснулся дисплея
ПАДа, лежавшего на столе. Не прошло и двадцати секунд, как дверь в кабинет
распахнулась, и в приемную вышел генерал Уорхерст. Кэтлин невольно встала "смирно",
едва удержавшись, чтобы не отдать честь человеку, вызывавшему уважение даже не
своими заслугами, но одним своим положением.
- Кэтлин, - тепло сказал он, пожимая ее руку, - рад, что тебе на сей раз удалось
проскользнуть мимо этих ублюдков внизу.
Он имел в виду сотрудников разведки, за прошедшую неделю вконец допекших ее
допросами.
Кэтлин невесело улыбнулась:
- Это было не так уж сложно, сэр.
- Проходи, проходи. - Прежде чем продолжать разговор, генерал поплотнее
прикрыл за ней дверь кабинета и указал на одно из двух роскошных кресел возле своего
стола. - Ну что ж, самое худшее позади. Брентлоу только что передал, что разведка
наконец решила, что ты - не японская шпионка.
Кэтлин перевела дух:
- Интересно, сэр... они в самом деле подозревали меня?
- Как тебе сказать... - рассеянно ответил генерал.
- Есть новости, сэр?
- Что ж, дела плохи. Ты, конечно, уже знаешь про МКС.
Кэтлин кивнула. Даже не следя за новостями, она вряд ли ухитрилась бы остаться в
неведении: с самой субботы Джефф только и говорил, что о захвате МКС войсками ООН
и о том, что произошло на Марсе.
- В каком-то смысле, нам это на пользу, - продолжал генерал. - Их действия
подтверждают правоту твоего отца. Быть может, хоть это заставит наших сидней оторвать
задницы от кресел и взяться за дело. Значит, так. Сегодня, в два двадцать пять по нашему
времени, зарегистрирован запуск корабля из Космического центра в Гвиане. Тридцать
одну минуту спустя последовал запуск из Сан-Марко Экваториал. Через несколько часов
оба они вышли в точку рандеву с МКС.
- Два корабля? Что это... Ой! Они готовятся встретить прибывающий с Марса
межпланетник?!
- Нет. Поначалу мы думали то же самое. Но теперь уверены, что первый борт
отправился прямо к Марсу.
О прямых полетах на Марс Кэтлин не знала почти ничего. Таким образом были
отправлены первые три экспедиции, еще до того, как построили первый межпланетный
корабль.
- По нашим данным, этот корабль - модифицированный "Фокон-1Б", оснащенный
второй ступенью ракеты-носителя "Протон". Скорее всего, сейчас он заправляется
топливом на МКС. А заправившись, сможет стартовать к Марсу по траектории, которая
приведет его к цели месяцев через пять.
- И этот "Фокон" везет еще солдат?
Генерал кивнул:
- Почти наверняка. Разведка полагает, что на борту - еще тридцать солдат ООН,
вероятно, из второй полубригады Иностранного легиона. Той самой, к которой приписан
и нынешний марсианский контингент войск ООН.
- Т-тво... - Осекшись, Кэтлин покраснела. - Простите, сэр.
- Ничего. Я тебя вполне понимаю. Короче говоря, пока МКС находится в руках
ООН, мы не сможем переправить твоего отца и его людей обратно на Землю. Даже если
им удастся отбить наши марсианские базы.
Известие поразило Кэтлин, точно удар в живот. Как она могла забыть? Все
межпланетные космические корабли должны дозаправляться на МКС, пополняя баки,
чуть не досуха высосанные чудовищной силой гравитационного поля Земли. Несомненно,
именно поэтому ООН прежде всего захватила орбитальную станцию - чтобы без помех
отправить на Марс "Фокон". По той же причине на МКС имелся флот буксиров,
перевозивших пассажиров и груз межпланетных кораблей на борт орбитальных шаттлов,
отправлявшихся на Землю.
Если МКС - в руках ООН, то все корабли, идущие с Марса, теперь отданы на
милость Объединенных Наций...
Холодная, неистребимая ярость обожгла Кэтлин.
- Сэр... Значит, вы просто бросите их?
Уголки губ Уорхерста дрогнули, еле заметно обозначив улыбку.
- Лучше сказать иначе. До тех пор, пока МКС остается в руках ООН, мы не сможем
переправить их с Марса домой.
- Вот как.
Интересно, какому подразделению выпадет честь отбить станцию? Этого было бы
достаточно, чтобы она сама пошла в морскую пехоту!
Кэтлин выпрямилась в кресле. Уорхерст, судя по всему, над чем-то размышлял.
Брови его сдвинулись, у рта появились жесткие складки.
- Завтра подразделение морской пехоты начинает отрабатывать в Вандерберге
варианты нападения на МКС. - Он взглянул в глаза Кэтлин. - Это, сама понимаешь,
секретно. Я даже не имел права говорить тебе об этом.
- Да... конечно.
Кэтлин ничего не понимала. Зачем же он тогда говорит ей об этом? Ведь не такой он
человек, чтобы хоть намеком обмолвиться о чем-то помимо собственной воли; то, как он
держится, пережив смерть сына, - лучшее доказательство. И последние его слова - явно
не случайны...
- В любом случае, - продолжал генерал так, будто ничего экстраординарного не
произошло, - твоему отцу на Марсе мы, боюсь, не сможем помочь ничем. Особенно,
пока МКС находится в руках противника. Однако здесь, на Земле, кое-что сделать
сможем. А именно: обеспечить ему возвращение домой. И, что еще важнее, сообщить ему,
каков общий счет.
- Вы уже установили связь с ним?
Кэтлин просили - вернее, можно сказать, приказали - не пользоваться
"альтернативным" каналом связи с отцом, пока политическая ситуация не прояснилась.
Это ей крайне не нравилось, и вопрос ее на деле был вежливым напоминанием Уорхерсту
о том, что ей очень хочется поговорить с отцом, но не хотелось бы мешать действиям
Пентагона.
Генерал отрицательно покачал головой.
- Нет. И тут мы как раз подошли прямо к тому, для чего я тебя сюда пригласил. Ты
говорила, что твой отец считает обычную электронную почту крайне ненадежным
средством связи с ним, и я склонен с этим согласиться. Противник поступил бы крайне
глупо, не предусмотрев такой возможности. Но, по твоим словам, у тебя есть и иной
способ связи с ним.
- Да. Через группу новостей, которую мы оба очень любим. Я могу поместить туда
сообщение, а папке остается только поискать сообщения от меня. Не могут же они
перекрыть всю Мировую сеть или проверять все постинги!
- Поскольку ты учишься в Карнеги-Меллон, то наверняка разбираешься в
подобных вещах. Могут ли они каким-то образом найти твое пользовательское имя в
постингах на Юзнете?
Кэтлин улыбнулась.
- Если даже им известно, в какой из восьмидесяти тысяч групп искать, меня они не
найдут. Там я пользуюсь глобалнетовским доменом, а не университетским, и имя
пользователя - "Тикако", а не "Гарроуэй".
Новость о таком замечательном способе связи с марсианским отрядом отчего-то,
вопреки ожиданиям Кэтлин, не обрадовала Уорхерста. Хмуря брови, он барабанил
пальцами по листу бумаги на столе.
- Мне бы очень хотелось воспользоваться этим каналом, Кэтлин. Очень хотелось
бы сказать твоему отцу, что мы - с ним, хоть сейчас и не можем ничем помочь. Я даже
было написал письмо... - Он указал пальцем на лежавший перед ним лист. - Вот оно.
- Так в чем же дело, сэр? Я могу...
- Дело в том... Мне запрещено устанавливать связь с твоим отцом. Эта новость
поразила Кэтлин еще сильнее, чем недавняя догадка о МКС, но с виду она оставалась
спокойной. Она уже знала, что Уорхерст ничего не говорит просто так... а порой -
намекает на нечто, совершенно противоположное буквальному смыслу своих слов.
- Могу я знать, почему, сэр?
Генерал вздохнул:
- Смысл в том, что президенту это, возможно, облегчит переговоры. Я лично не
понимаю, какие могут быть переговоры с этими ублюдками, но смысл - таков... А для
нас все это означает, что я не могу воспользоваться твоим каналом связи с отцом... Даже
если письмо у меня - наготове. - Поднявшись, он обошел вокруг стола. - Вот,
пожалуй, и все. Не пора ли нам пообедать? - Не дожидаясь ответа, он продолжал: - Я
распоряжусь, чтобы майор Гарт заказал для нас места в "Сычуань Гарден".
С этими словами он вышел из кабинета и прикрыл за собою дверь.
Кэтлин усмехнулась. Генералу вовсе не нужно было покидать кабинет, чтобы велеть
майору заказать столик в ресторане. Он просто хотел ненадолго покинуть кабинет - и
оставить ее одну со своим письмом.
Схватив со стола листок, она почувствовала себя точно так же, как в школе, когда
жульничала на экзаменах... Кэтлин едва не рассмеялась.
Но на этот раз учитель сам отдал приказ сжульничать... потому что морская пехота
никогда не бросает своих.
ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ
Среда, 6 июня;
20:26 по времени гринвичского меридиана.
Ущелье Титониус, Марс;
сол 5646-й, 01:55 по марсианскому сотенному времени.
С дисплея компьютера на Марка Гарроуэя глядело лицо дочери. Никогда не
приходилось ему чувствовать себя так одиноко и так тосковать по дому. Он словно бы
физически ощущал груз каждой из ста с лишним миллионов миль, отделявших его от
дочери, и гадал, увидит ли ее когда-нибудь снова.
Ненавистный Марс! Ненавистная морская пехота!
Хотя - нет. Нет!.. Он не испытывал ненависти к Корпусу, хотя именно Корпус
разлучил его с Кэтлин.
За бортом марсохода чернела марсианская ночь; россыпь звезд прямо над головой
резко обрывалась по сторонам - там, где поднимались к небу отвесные скалы. Ущелье
насквозь продувалось ветром; температура снаружи упала до минус девяноста пяти и не
собиралась на этом останавливаться. Через час ему надлежало заступать на вахту, но
страшно было даже думать о том, чтобы снова оказаться под открытым небом и бродить,
бродить по песку - иначе замерзнешь насмерть...
Десять солов миновали с тех пор, как они покинули станцию "Хайнлайн"... и поход
еще только начался. Дно узкого каньона, казалось, сплошь состояло из зыбучих песков и
огромных валунов. Впереди постоянно шли разведчики, ища безопасный путь для
марсохода, а тем, кто ехал в санях, чаще всего приходилось не ехать, а перетаскивать их
волоком через края кратеров. Не раз, кроме саней, вверх по ненадежному, осыпающемуся
склону пришлось тащить и сам марсоход.
Этот разлом в поверхности планеты был одним из самых мелких - и тем не менее в
нем легко поместился бы Великий каньон, что в Аризоне. Единственным преимуществом
его было то, что он вел напрямую к базе в ущелье Кандор - так же прямо, как и те
мифические древние каналы Марса.
Отбросив мысли о суровой, холодной ночной пустыне, Гарроуэй попытался вновь
сосредоточиться на лице дочери. Каждые несколько оборотов Фобоса он, при помощи
бортового компьютера, украдкой пробирался на Спейснетовский сервер "Марса-1",
ближайшее "зеркало" Юзнета, и проверял обновления той самой группы новостей.
Начавшийся с Интернета конца XX века, Юзнет неимоверно разросся. Некоторые
группы новостей до сих пор представляли собой все те же статические форумы,
электронные доски объявлений, но большинство, пользуясь преимуществами нового
оборудования и протоколов связи, обеспечивали возможность видеопостинга, когда
пользователь мог воочию увидеть говорящего вместе с иллюстрирующими его слова
картами, графиками, видеоклипами и прочими наглядными пособиями. Они с Кэтлин оба
участвовали в rec.humanities.culture.japan, форуме японистов и японофилов со всего мира.
Поэтому он и предложил воспользоваться данным форумом как средством ответить на его
первое письмо на Землю.
Конечно, пожелай люди из Пентагона ответить ему, не отправлять же им было
письмо на его обычный ящик на кандорском сервере. Если марсианский контингент ООН
всерьез решил перекрыть всю связь с Землей, они первым делом отключили электронную
почту или, как минимум, установили на сервер программу, следящую за почтовыми
ящиками всех морских пехотинцев и уничтожающую все письма, им адресованные.
А вот юзнетовское зеркало они вряд ли станут отключать. На то просто нет особых
причин. Но в то же время они не в силах проверить все постинги во всех его форумах. К
тому же, по всем признакам, его неавторизированное подключение к ретранслятору на
Фобосе до сих пор осталось незамеченным.
Как он и надеялся и даже, в некотором смысле, побаивался, новый постинг от
Кэтлин уже ждал его; такое знакомое, лицо ее, с наморщенной бровью, замерло в
гримаске, в которой тревога мешалась с восторгом. Судя по строкам в левом нижнем углу
экрана, с датой, временем и прочими данными, сообщение появилось в форуме около
двадцати шести часов назад.
Гарроуэй коснулся сенсора на клавиатуре, и изображение ожило.
- О... о'кей. Это - для человека, предлагавшего встретиться в Японии. - Кэтлин,
казалось, слегка нервничала, старательно подбирая слова. - Надеюсь, ты не прекратишь
постить сообщения в ку-джа: это, похоже, единственный способ поговорить с тобой.
Многие из наших здесь хотели бы с тобой связаться, только пока что у них... э-э...
несколько ограничен доступ. Сам можешь себе представить, насколько осложнилась
ситуация. Поговаривают, что Япония присоединится к ООН в противостоянии США, и,
судя по тому, что я видела, так оно и случится. Я лично имела возможность убедиться, что
некоторые японские базы приведены в состояние полной боеготовности. Например, та,
что на Танегасиме.
Танегасима? Это же - главный японский космодром, на крохотном островке в
пятидесяти милях к югу от южной оконечности Кюсю! Все это может означать, что
японцы готовятся привести в действие свои Космические силы самообороны. Плохи дела,
очень плохи...
- У меня есть для тебя картинка. Переведи ее в обычный формат, как всегда. До
встречи - в Японии или где еще... И - береги себя, ладно? - В глазах ее блеснули
слезинки. - Я люблю тебя.
Последние слова Кэтлин проговорила так быстро, что он едва расслышал их. Лицо
ее исчезло с экрана, сменившись колонками чисел. Всякий, случайно увидевший
сообщение, решил бы, что это - просто какая-нибудь картинка или иллюстрация личного
содержания, приватности ради помещенная в форум в нестандартном формате. В
некотором смысле, именно так оно и было. Три колонки чисел почти наверняка -
Билевский шифр, Гарроуэй еще раз проверил, подключен ли к "манжете" модуль памяти с
"Сегуном", и коснулся клавиши, загружая копию сообщения в программу-дешифровщик.
Через несколько секунд на экране появился текст:
5 июня 2040 г.
Марк!
Получил письмо через твою дочь. Девочка у тебя умная и сообразительная -
видимо, вся в отца.
Хотел бы я сообщить тебе более обнадеживающие новости!
Связь с тобой официально запрещена - на случай, если президенту потребуется
пространство для маневра в переговорах с ООН. У нас, в Вашингтоне, кое-кто еще
сохраняет оптимизм, но война с ООН почти наверняка начнется в ближайшие дни. По
нашим данным, они готовят массированное вторжение, стягивая силы к Квебеку и
Мехико. Возле наших берегов замечены военные корабли флотов Франции, Германии и
Маньчжурии.
Марк, еще должен сообщить тебе, что три дня назад, 2 июня, войсками ООН
захвачена Международная Космическая Станция. Только сегодня утром из Куру запущен
космический корабль ООН. Мы полагаем, что он идет прямым рейсом на Марс и имеет
на борту минимум тридцать солдат ВС ООН. Возможно, месяцев через пять прибудут к
тебе в гости. Что бы ты ни собирался предпринимать, сделай это до того, как к
противнику прилетит подкрепление.
В любом случае о Кэтлин не тревожься. Она остановилась у меня и здесь будет в
безопасности.
Боюсь, что тебе там, на Марсе, придется обходиться собственными силами и
решения принимать самому, исходя из обстановки. Нам очень поможет все, что хоть
как-то нарушит планы ООН. Дальнейшая связь - тем же способом, которым вы с
Кэтлин пользовались прежде. Нам необходимо знать, отчего ООН так заинтересована в
Марсе.
Считай это моим личным приказом, предоставляю тебе полную свободу действий.
К тому времени, как ты будешь у цели, мы, скорее всего, вступим в войну. Как ни жаль
оставлять тебя одного, но приходится, хотя бросать всего один с небольшим взвод
морской пехоты против всех этих гальюнников на Марсе - просто нечестно. Удачи! Мы
- с тобой!
Искренне твой,
Уорхерст, генерал КМП США.
Прочтя подпись, Гарроуэй моргнул от удивления. Уорхерст? Он посылал письмо
полковнику Фоксу и даже не думал, что оно попадет к самому командующему!
- Эй, майор! - окликнула его сержант Островски, протискиваясь в битком набитое
пассажирское отделение. - Вы просили предупредить. Ваша очередь заступать на вахту.
- Спасибо, сержант.
Скопировав расшифрованное письмо на "манжету", он отключил связь.
Уорхерст был прав, новости - крайне паршивые, особенно в части посланного ООН
на Марс подкрепления. Но забавно, однако после этой весточки с Земли е
...Закладка в соц.сетях
