Жанр: Научная фантастика
Вторжение с ганимеда
...отов отдать вам всю
коллекцию моделей аэропланов времен Перовой мировой войны.
- Шутить изволите, - едва заметно улыбнулся Посредник.
- Я вполне понимаю, что вы можете счесть мою щедрость чрезмерной, - сказал
Меккис, но мы, ганимедяне...
- Нет, вы, наверное, не поняли. - Теперь Посредник улыбался уже открыто. - Я
бы и за деньги не взял эту коллекцию моделек. Грош им цена.
- Но маршал Коли говорил...
- Маршал Коли был коллекционером, мистер администратор, а я - бизнесмен.
Документы, о которых вы говорили, обойдутся вам где-то в районе сотни ганимедских
клудов. Это мое последнее слово.
- Хорошо, покажите.
- Только одну страничку, не больше.
- Я бы мог приказать арестовать тебя и изъять документы силой, - сказал Меккис.
- Верно, - согласился Посредник. - Но в таком случае остальных бумаг, которые
я мог бы предоставить, вам не видать, как своих ушей. Это всего одна из великого
множества подобных ей милашек.
- Хорошо. Мой секретарь выпишет вам чек на сумму в сто клудов. А теперь
покажите мне бумагу.
После ухода Посредника Меккис внимательно изучил документ. На вид он казался
подлинным: Меккис узнал характерный стиль Балкани. "Ключевой анализ, - подумал
Меккис, - экспериментов по химиотерапии, сделавшей возможной его Терапию
Небытия. Боже Всемогущий! Обязательно нужно увидеть, что еще есть на продажу у
этого молодого терранца", - решил ганимедский администратор. Он отказал в аудиенции
Гасу Свенесгарду. Когда Меккису сообщили о появлении Гаса, он даже не удосужился
просканировать его мысли.
- Как я уже говорил, - сказал он секретарю, - дайте ему то, что он просит, а меня
оставьте в покое.
Так Гас получил распоряжение выдать ему необходимое тяжелое автономное и
гомеостатическое наступательное вооружение.
Меккис не знал об этом, а если бы и знал, то ему было бы все равно. Поскольку
только что получил некое донесение, и новости оказались совершенно неожиданными.
- Перси Х и Джоан Хайаси, - сообщил ему секретарь, - сбежали из заведения
доктора Балкани в Норвегии. - Пауза, затем секретарь добавил: - А сам доктор Балкани
мертв.
На какой-то миг Меккис даже утратил способность думать. Он сидел с разинутым
ртом и высунутым языком.
- Как это случилось? - наконец выдавил он.
- Похоже, это самоубийство.
- Нет, - прошептал Меккис. - Самоубийством это быть не может.
- Я лишь передаю информацию, полученную из Культурного контроля, - сказал
секретарь.
- Что-нибудь еще?
Секретарь продолжал:
- Почти наверняка Перси Х вернулся на свою территорию. Это привело
Культурный контроль в панику, поскольку теперь сопротивление ганийским властям
может стать гораздо более упорным и умелым, чем прежде. Кто-то ухитрился протащить в
заведение Балкани двух роботов, одного - полную имитацию Перси Х, а другого -
Джоан Хайаси. Балкани, по-видимому, не заметил подмены, хотя роботы такого типа в
свое время были разработаны им самим. Существуют определенные подозрения, что
Балкани был двойным агентом, и что все обученные им чизы получили
постгипнотическое внушение на самоубийство. Некоторые из них уже покончили с собой,
причем, без всяких видимых причин.
- Благодарю, - сдавленно произнес Меккис. Он языком отключил интерком и
долго сидел в тишине. Стол перед ним был завален статьями, монографиями, книгами и
брошюрами доктора Балкани, и Меккис думал: "Пока я жив, Балкани жив тоже. То, что он
начал, заканчивать мне. Теперь все работы этого человека у меня в голове".
Он кликнул сущиков. Они тут же примчались, прискакали, прилетели из соседней
комнаты, страшно довольные тем, что снова понадобились, что могут быть чем-то
полезными хозяину.
- Инженер-электронщик, - сказал Меккис.
- Здесь, - пискнуло крошечное создание с изящными тонкими пальцами.
- Переделай мыслеусилитель, которым мы пользуемся для связи с Ганимедом, на
более короткий радиус действия, - велел он. "Мы всегда живем в сознании других, -
подумал он, - слипшиеся в вязкую массу посредством Великой Общности, и
практически почти не существуем как индивидуумы".
"Но я, - думал он, - стал индивидуумом. Я появился из Великой Утробы, я
появился на свет... в качестве кого? Истинного ганимедца? Человека? Нет, кого-то еще,
чуждого всему сущему, не принадлежащего ни к одному из видов. Балкани. Великая
Общность отторгла меня, сослала сюда гнить в самом заброшенном уголке системы.
Теперь же, - думал он, - я могу лишь поблагодарить их за это. Если бы я не ненавидел
их, то никогда бы не понял смысла теорий доктора Балкани".
Теорий? Нет, фактов. Правды, конечной правды существования!
- А как, - спросил Оракул, - вы собираетесь использовать переделанный
мыслеусилитель?
- Собираюсь связаться с Перси Х, - ответил Меккис.
- В таком случае, - смиренно заметил Оракул, - слишком поздно поворачивать
назад. Великая тьма уже спустилась на нас, и теперь ее уже ничто не остановит.
13
Завидев спускающегося с небес ангела света, Томы в ужасе разбежались кто куда,
оставив склад без охраны.
- Ага, наконец-то этих суеверных крыс проняло! - торжествующе воскликнул
Перси Х. - А теперь окружите-ка склад огненной стеной, чтобы они не мешали нам, пока
мы запасаемся всем необходимым.
- Будет сделано, - отозвался Линкольн, сосредоточенно вращая ручки настройки
аппарата.
Почти тут же пламя стало таким жарким, что двое ниг-партов едва могли дышать.
Но огонь горел, ничего не сжигая. Они вдвоем, работая быстро и четко, вскоре так
загрузили свой ионокрафт, что тот едва смог бы подняться с земли.
За работой Перси пел одну из тех песен без слов, которые сложились за многие
долгие и холодные ночи в горах. "Приятно чувствовать, как напрягаются мышцы, -
сказал он себе. - Куда лучше, чем думать, когда мысли приводят лишь отчаянию".
Вскоре ионокрафт с грузом и двумя людьми на борту поднялся в воздух, оставляя позади
окруженный огненной стеной склад, и, никем не замеченный, направился к горам.
Во время полета Перси все больше и больше ощущал себя птицей, и все меньше -
летящим в ионокрафте человеком. Он постепенно переставал замечать стены кабины и
пульт управления; наконец он перестал чувствовать даже штурвал и педали. На какое-то
время он вообще забыл о том, что он когда-то был человеком. Вокруг не осталось ничего,
кроме воздушных потоков, которые он видел благодаря колыханию листвы на деревьях
внизу. Он плавал в воздухе, ощущая его потоки, как складки на огромном полотнище из
прозрачного пластика, чувствуя, как переплывает из одного потока в другой, воспринимая
эти потоки, как части какого-то величественного хорала.
Откуда-то издалека кто-то окликнул его. Он узнал голос Джоан Хайаси, которая
сказала:
- Он знал, что ты слушаешь. Это ужасный человек.
На мгновение перед ним мелькнуло ее лицо, затем оно изменилось, черты начали
меняться, как влажная глина под пальцами скульптора, и вскоре Джоан исчезла. Перед
ним был Линкольн Шоу, который кричал:
- Очнись, Перси! Очнись! Мы едва не разбились!
Постепенно к Перси вернулось ощущение реальности, он снова находился в
ионокрафте и увидел, что по обе стороны машины проносятся горные склоны.
- Мне казалось, будто я превратился в птицу, - растерянно пробормотал он.
- Да, я знаю, - ответил Линкольн, дрожащими руками надевая очки в роговой
оправе. - Я как раз вовремя выключил проектор.
- Я пел для Джоан. А еще там был Пол Риверз - я подлетел прямо к его лицу.
- Это тебе так показалось, дружище. То, во что ты чуть не врезался, было вовсе не
лицом Пола Риверза. Это был скалистый горный склон.
- Знаешь, садись-ка лучше за управление, - сказал мокрый от пота Перси. У него
тряслись руки, и он понял, что больше не может управлять машиной.
- Да уж, пожалуй, - сказал Линкольн, пересаживаясь за штурвал.
Некоторое время они летели молча, наконец Перси заметил:
- Теперь провианта хватит надолго.
- Одно из преимуществ, - язвительно пробормотал Линкольн, - меньшего
количества ртов.
- А сколько там сейчас человек?
- Лучше не спрашивай, - отозвался Линкольн.
- Теперь я знаю только одно, - начал Перси, - что... - Он смолк. В голове у него
вдруг зазвучал голос. - Я слышу голос, - сказал он.
- Это все проектор, - ответил Линкольн. - Не обращай внимания.
- Перси Х, это ты? - спросил голос.
- Да, - ответил Перси. Голос казался каким-то странно знакомым, как и смутные
воспоминания, которые он в себе нес. В какой-то миг он решил, что это доктор Балкани, и
только потом сообразил, что это - Меккис, страшно изменившийся Меккис. Ничего
похожего на хладнокровного, самоуверенного и властного администратора, с которым
Перси встречался в день своего пленения. Теперь в голосе Меккиса слышались какие-то
странные, болезненные, дрожащие нотки.
- Я меня есть к вам предложение, - неуверенно начал Меккис.
- Я уже слышал ваше предложение, - ответил Перси, - и не принимаю его.
- Это, - сказал Меккис, - совсем другое. В тот раз я просил вас перейти на мою
сторону; теперь же напротив - я хотел бы объединиться с вами против нашего общего
врага, Великой Общности Ганимеда.
Над почти опустевшей ульвойской тюрьмой нависали низкие серые облака. Двери
тюремных камер, даже ведущие в тюрьму ворота были распахнуты, поэтому чайки, что
посмелее, решились залететь внутрь и бродили по коридорам в поисках пропитания. В
холодном воздухе стоял запах птичьего помета, а крики, напоминающие далекие
отчаянные вопли о помощи, эхом отдавались в пустынных переходах.
Заслышав эти крики, сущики маршала Коли тесно сгрудились вокруг хозяина, мелко
дрожа и стараясь убедить себя, что хозяин в любом случае знает, как поступить. Сам же
Коли, лежащий на кушетке в помещении, раньше служившем кабинетом доктора Балкани,
не обращал ни малейшего внимания на сущиков, поскольку был всецело поглощен
дововольно-таки приятным занятием. Он вел перекрестный допрос майора Рингдаля,
который сидел за столом покойного доктора Балкани, похолодевший от страха и крайне
несчастный. Электричество было отключено, поэтому им приходилось обходиться
свечами. Тянущий из-под дверей сквозняк заставлял пламя свечей мигать и танцевать, они
в любой момент были готовы погаснуть. Пляшущее пламя отбрасывало на каменные
стены комнаты демонические тени.
- Можете ли вы объяснить, - спросил маршал Коли, кивая в направлении
дезактивированного робота Перси Х и того, что осталось от робота Джоан Хайаси,
лежащих бок о бок в углу помещения, - как эти занятные устройства попали сюда?
- Никак нет, - ответил майор Рингдаль. - Если только доктор Балкани не...
- А что вы можете сказать по поводу книги доктора, майор? Что с ней случилось?
- Здесь имеется почтовый робот, который ежеутренне собирает всю исходящую
почту. Если Балкани поместил рукопись своей книги на поднос с исходящей почтой,
робот должен был забрать ее и автоматически отослать по указанному адресу.
- И куда же он ее отослал?
Рингдаль сипло отозвался:
- Мы не имели возможности установить это, сэр.
- А знаете куда, по-моему, он отправил рукопись? - Коли изогнулся яростной
дугой. - Сдается мне, что он послал ее своим соратникам по обширному и до сих пор не
установленному подпольному движению. Видите ли, майор Рингдаль, я не верю, что вы в
полной мере отдаете себе отчет в серьезности происходящего. Речь идет не просто о
прекращении операции Ульвойя. Мы больше не можем полагаться ни на одного из
подготовленных здесь чизов. А это львиная доля всех землян, занимающих руководящие
посты. Без этого человеческого буфера между правителями и управляемыми наши планы
в отношении планеты практически срываются. Если мы будем вынуждены сами управлять
законом и порядком на этой планете без человеческой помощи, то наши хлопоты и
расходы попросту превысят ее ценность.
- И что же вы собираетесь делать? - спросил майор Рингдаль.
- Мы можем оставить планету, - решительно заявил Коли. Он подал знак
носильщикам и, язвительно кивнув майору, отбыл. За ним к выходу поспешно потянулась
процессия сущиков.
Когда они покидали здание, на землю спустилась ночь. Незадолго до того, как они
добрались до ожидающего их ионокрафта, сущик-техник пробрался к хозяину и
испуганно спросил:
- Неужели мы действительно собираемся уходить? И сдаться?
- Конечно же, нет, - сказал Коли. - Мы всего лишь эвакуируемся с планеты,
чтобы получить возможность начать операцию "Стерилизация". Кроме того, все наши
ганимедские силы находятся в полной безопасности в космосе. Я лично прослежу за тем,
чтобы вся жизнь на Земле была уничтожена. Уверяю тебя, это будет исключительно
тщательная, аккуратная работа, а после того, как планета будет очищена, мы вернемся,
чтобы заново заселить земной шар нормальными ганимедскими формами жизни.
- Ваша мудрость поистине безмерна, - заметил довольный сущик-техник.
- Предскажи-ка что-нибудь, - приказал Меккис.
- Будущего нет! - Оракул испустил долгий усталый вздох.
- Если ты больше ни на что не способен, - сказал Меккис, - я могу тебя
заменить.
- Вы хотите сказать, убить. Впрочем, не имеет ни малейшего значения, сколько я
проживу - часом больше или часом меньше. Мы все равно уже мертвы, хотя еще и не
подозреваем об этом.
- Охрана! - рявкнул Меккис в интерком. Почти тут же в кабинет ворвался
человек-охранник. Подрагивающим языком указывая на Оракула, Меккис распорядился:
- Пристрелите его.
- Ваша собственная смерть... - начал было Оракул, но договорить свое
пророчество не успел.
- Вытащите отсюда труп и закопайте где-нибудь, - велел Меккис охраннику.
Настроение у него испортилось. Как только охранник покинул кабинет, он вызвал своего
электронщика. - Включи усилитель, - распорядился он. - Я хочу связаться с Перси Х.
Электронщик сориентировал мыслеусилитель в предполагаемом направлении
нынешнего пребывания Перси Х, затем настроил его на соответствующую частоту
мозговых волн. Тем временем Меккис с помощью своих сущиков напяливал шлемпередатчик.
- Перси, - глубоко сконцентрировавшись, подумал он, прикрыв холодные глаза.
Наконец поступила ответная мысль:
- Это Перси. Я здесь.
- На основании моих изысканий, - передал Меккис, - единственная наша
надежда на победу - это адское оружие. Думаю, ты должен воспользоваться им. - Он
тщательно скрывал и глушил все свои сомнения, стараясь передавать только ощущение
неотложной необходимости.
- Буду только рад сделать это, - ответил Перси, - если проживу достаточно
долго.
- Что ты имеешь в виду?
- Меня атакует ваш приятель Гас. Он окружил меня и долбит автоматическим
ганийским оружием. Похоже, на сей раз он меня поймал.
Меккис сконцентрировался, и через мгновение уже смотрел глазами Перси Х.
Повсюду виднелись автоматические танки, войска и ионокрафты самых разных типов и
размеров. И у всех была только одна цель - убивать.
Армии роботов и автономных боевых механизмов на поле боя противостояла армия
кошмаров. Когда обе армии схлестнулись, Перси и Линкольн скрючились у входа в
пещеру, управляя проектором иллюзий. Часть их людей затаилась в пещере позади них,
часть рассеялась на поле битвы. Это было все, что осталось от ниг-партов. Как же много
дезертировало... Глядя на расстилающуюся внизу долину, Перси видел, что и остальные с
поднятыми руками начинают сдаваться врагу.
- И ты тоже? - спросил Перси, хватая Линкольна за руку. - Значит, ты тоже
собираешься предать меня?
- Господи, я тут сижу, управляюсь с этим чертовым ящиком кошмаров, и ты еще
спрашиваешь, предал я тебя или нет!
- Если предал, - сказал Перси угрожающим тоном, - я убью тебя.
- Никогда ты меня не убьешь, приятель, - ответил Линкольн. - Кроме меня ведь
никто не скажет тебе правды о самом себе.
- Слушай, сам не знаю, что это на меня нашло, - Перси потряс головой, пытаясь
прояснить мысли. "Похоже, у меня с головой не все в порядке, - сообразил он. -
Должно быть, они используют против нас какой-то новый нервный газ". И тут Перси
заметил, что Линкольн смотрит на него с искренним сочувствием. - Слушай, я же
чувствую, - сказал Перси. - Ты считаешь, что мной овладела паранойя.
Линкольн отвернулся, но промолчал.
- Да ты сам посмотри, - Перси кивком указал на долину, откуда доносился лишь
приглушенный грохот мощных снарядов. - Может, только кажется, что все против меня?
Неужели я только воображаю все эти танки и ионокрафты? Неужели все эти ниг-парты,
переходящие на сторону противника - всего лишь плод моего воображения? Я восстал
против всей вселенной! В одиночку! И это вовсе не заблуждение.
- Будет тебе, Перси, - сказал Линкольн, в голосе которого восхищение
смешивалось с отвращением. - Ты выиграл. Думаю, что, как ты и говоришь...
- Погоди! - перебил его Перси, который, будучи опытным воином, снова
разглядывал долину внизу. - Нет, ты только посмотри, эти идиоты... Эти идиоты там,
внизу, не используют проекторы иллюзий! Но ведь без этого у них нет ни единого шанса!
Не медля ни секунды, оба ниг-парта нырнули в пещеру, и тут у них за спиной
раздался мощный взрыв, взметнулось адское пламя, поднялась туча пыли, и во все
стороны полетели осколки скалы.
- Это конец! - воскликнул кто-то, невидимый из-за пыли.
Ему вторил кто-то еще:
- Сдаемся!
К ним присоединились и другие:
- Сдаемся! Сдаемся! У нас нет ни единого шанса!
В этот момент послышался голос Перси Х:
- Сражайтесь, вы, слизняки! Сражайтесь до последнего! - Но, судя по топоту ног,
лишь очень немногие собирались подчиниться его приказу. Если вообще кто-нибудь
подчинился. - Пошли, - обратился он к Линкольну. - Отойдем подальше, вглубь
пещеры, и будем ждать их там. Они не могут взять сюда с собой свои дротики, танки и
авиацию - пещера слишком узкая. Это настоящий лабиринт, а я знаю здесь каждый
закоулок.
- Ты - босс, - мрачно ответил Линкольн. Они направились вглубь горы, освещая
себе дорогу ручными фонарями.
Наконец Перси сказал:
- Ладно, давай остановимся здесь.
Они спрятались за гладким сталагмитом и взяли наизготовку лазерные ружья. Перси
едва слышно прошептал:
- Да, жаль, у нас с собой нет этой адской машины.
- А я, лично, рад, что у тебя ее нет, - отозвался Линкольн. - Теперь, если нам с
тобой даже и суждено погибнуть, то хоть кто-то останется в живых.
- Даже если это будут червяки, чизы и предатели? - спросил Перси.
Линкольн ответил:
- Да, пусть это даже окажутся червяки, чизы и предатели. - В голосе его
чувствовалась усталость.
Разговор оборвался, поскольку в этот момент в темноте пещеры послышался шум
электродвигателей и топанье массивных металлических ног.
- Они идут, - сказал Перси. Соратники вскинули лазерные ружья.
Перси выстрелил первым, целясь в сторону входа в пещеру. Робот взорвался, во
вспышке ослепительного пламени они разглядели и других роботов, продвигающихся
следом за первым. Казалось, им нет конца. Снова и снова двое друзей стреляли, но
металлические великаны продолжали наступать, бесцеремонно топча останки своих
выведенных из строя товарищей. Воздух наполнился едким дымом и запахом горелой
изоляции. Перси и Линкольн непрерывно кашляли, не в силах остановиться, из глаз текли
слезы, оставляя потеки на их запыленных щеках. Жар от горящих машин вскоре поднял
температуру в замкнутом пространстве пещеры до невыносимого уровня. Однако оба,
обливаясь потом, продолжали отстреливаться.
Сперва заряды кончились у Перси. Он в очередной раз нажал на спуск, а когда
выстрела не последовала, громко выругался. Потом грубо выхватил ружье у Линкольна,
но тут же убедился, что в нем осталось всего два заряда.
- У тебя еще что-нибудь имеется? - спросил Перси.
- Ничего такого, что могло бы остановить эти штуковины, - ответил Линкольн.
После этого им ничего другого не оставалось, только беспомощно наблюдать, как
металлические чудовища надвигаются на них.
Во второй половине дня ионокрафт с Полом Риверзом и Джоан Хайаси на борту
спустился с безоблачного неба и приземлился прямо посреди улицы напротив убогого
обшарпанного отеля Гаса Свенесгарда. Пол распахнул дверцу и выбрался наружу, потом
повернулся к Джоан и сказал:
- Постарайся не высовываться. Не хотелось бы, чтобы тебя увидел Гас Свенесгард.
- Ладно, - сонно отозвалась Джоан, свернувшись калачиком на кресле. - Тем
более что меня ничуть не интересует эта старая затхлая дыра. Лучше побуду здесь, на
солнышке.
- Вот и отлично, - сказал Пол и направился к покосившемуся крыльцу отеля со
знакомыми провалившимися ступеньками. "Судя по поднимающемуся над горами дыму,
- подумал он, - ниг-партам приходится несладко. Если Перси снова угодил в плен
живым, то, на сей раз они просто сдерут с него кожу, и дело с концом". Он нервно ощупал
лазерный пистолет в кармане. "Если же Перси до сих пор жив, то мне не остается ничего
другого, как сжечь его заживо".
Вздохнув, он поднялся по шатким ступенькам и подошел к входной двери.
"Наверное, - подумал он, - если Перси захвачен в плен, мне лучше держаться поближе
к Гасу - рано или поздно, его все равно доставят сюда. Гас, похоже, сейчас самый
главный начальник".
Когда он вошел в вестибюль, Гас окликнул его:
- Эй, привет, с возвращением вас, сэр. Да уж, не каждый день кто-то возвращается
в этот отель по второму разу. - Он усмехнулся, очевидно, пребывая в отличном
настроении.
- Здесь так тихо, - осторожно ответил Пол. - Так спокойно.
- Только не сегодня, - фыркнул Гас и грубо подмигнул. - Угощайтесь. - Он
протянул Полу сигару, причем не обычную свою дешевую, а ручной скрутки "куэстарей".
- Предлагаю отпраздновать на пару.
Пол принял сигару, но закуривать не стал.
- Отпраздновать что?
- Смерть Перси Х, - возвестил грузный краснолицый лысеющий коротышка. - И
к-к-капитуляцию ниг-партов. - От возбуждения он начал заикаться, пытаясь выпалить
все слова одновременно. - То, чего не смогли добиться все ганийские оккупационные
силы вместе взятые, старина Гас Свенесгард добился, даже не засучив рукавов. - Он
заметил незажженную сигару и добавил: - Слушайте, если не курите, так, может, нам
выпить?
- Годится, - кивнул Пол. "Интересно, - подумал Риверз, - неужели он и
вправду покончил с ниг-партами и Перси Х? А если так, то где тело?" А Гас с широкой
улыбкой уже протягивал ему стакан скотча. Пол сделал глоток и поставил стакан на
столик. "Да, - подумал он, - пожалуй, понадобятся все мои способности, чтобы сойтись
с этим старым хитрым жучком". - А откуда вы знаете, - вслух спросил он, - что Перси
Х действительно мертв?
- Ну, - откровенно признался Гас, - на самом-то деле трупа я не видел, но
автоматический центр управления примерно час назад связался со мной по радио и
сообщил, что реальное сопротивление полностью подавлено. Среди пленных Перси не
оказалось, следовательно, он мертв.
- Разве он не мог сбежать?
Гас так яростно замотал головой, что даже отвислые щеки затряслись.
- Ни за что на с-с-свете! Они загнали его в пещеру, откуда не было другого выхода.
А я послал вдогонку роботов, которые должны были выследить его, если он все еще жив,
или отыскать среди других погибших. Скорее всего, доклад поступит с минуты на минуту.
А пока, думаю, имеет смысл сходить и сообщить этому червяку, Меккису, добрые
новости. Не желаете сходить со мной?
- Нет, спасибо, - отказался Пол. Ему вовсе не хотелось оказаться в
непосредственной близости от телепата-ганийца.
- Ну, как знаете, - сказал Гас и вышел.
Гас отправился в ганийский военный штаб на самом современном в Теннесси таксиионокрафте.
Когда такси садилось, он обратил внимание, что обычной для этого
обширного комплекса учреждений деловой суеты незаметно. Более того, здесь сегодня
было как-то необычно пустынно. Ни малейшего шевеления. "Странно", - подумал он,
вылезая из такси.
Встретив какого-то чиза, он отвел его в сторонку и спросил:
- Послушайте, что здесь происходит? Куда все подевались?
- Разве вы не знаете? - вопросом на вопрос ответил чиз, явно простой рабочий,
по-видимому, удивленный таким невежеством. - Ганийцы сваливают.
- Как? Уезжают из Теннесси? - переспросил буквально ошеломленный Гас.
- Черт, конечно нет. С планеты они сваливают, вот что.
Прежде чем Гас сумел придти в себя настолько, чтобы задать следующий вопрос,
работяга отправился дальше по своим делам. Его работа заключалась в том, что он
паковал в ящики какие-то микрофильмированные, явно официальные документы.
Несмотря на потрясение, Гас не мог не заметить своим расчетливым взглядом, что
ганийцы, похоже, оставляют кучу ценных вещей: не только машины и оборудование, но
даже свое самое современное оружие. "Надо бы, - прикинул он, - спросить старого
друга Меккиса, не разрешит ли он мне избавить территорию от всего этого хлама, так
сказать. Я же знаю, как старина не любит обременять себя ненужными вещами, которые
так мешают собираться".
В первый раз за эту неделю Гас был допущен в личный кабинет Меккиса.
Администратор, мирно свернувшись кольцом, читал какую-то земную книжку, но когда
вошел Гас, встретил его сердечной улыбкой.
- Я так понимаю, вы съезжаете? - выпалил Гас.
- Вот как? Только не я. - В голосе администратора послышались нотки холодного
высокомерия - очевидно, эта тема затрагивала какие-то его глубинные чувства.
- Но один рабочий сказал...
- Отбывают все ганимедские оккупационные силы за исключением меня.
Поскольку я уже довольно длительное время не связывался с родной планетой, то и сам не
знаю - почему. Впрочем, это меня очень мало интересует. Как бы то ни было, позвольте
вас заверить, что я и сущики из моей личной прислуги остаемся здесь.
- Не понимаю, - пробормотал Гас. - Разве вы, ганийцы, не всегда действуете,
как...
- У меня есть научные причины поступать иначе. Нужно довести до конца
эксперимент, начатый покойным великим доктором Рудольфом Балкани. Могу я
надеяться на ваше молчание?
- Что? А, ну да, конечно, - закивал Гас.
Меккис зубами поднял толстую отпечатанную на машинке рукопись и с трудом
водрузил ее перед собой на стол.
- Я получил это от нью-йоркского издателя Балкани. Ее только сегодня прислали
люди, работающие на меня. Это единственный экземпляр духовного завещания доктора
Балкани, его "Терапия небытия", которая теперь целиком и полностью принадлежит мне.
В ваших мыслях я вижу, что для вас это
...Закладка в соц.сетях
