Жанр: Научная фантастика
Полейтесь, слезы
...бы он мне врать? Ну, хотя бы, чтобы не потерять меня.
Ведь мне надо было выбрать между ним и Мики Квином. - Девушка сделала паузу.
- И я выбрала его. И всегда буду выбирать его.
Однако с Дэвидом я должна была переспать. Я имею в виду с Мики Квином.
Я связался с чокнутой, ненормальной, запутавшейся девицей, подумал
Джейсон Тавернер. Такой же.., нет, хуже, чем Хизер Гарт. Таких я еще не
встречал за все свои сорок два года. И мне от нее не отделаться, иначе обо
всем тут же узнает мистер Мак-Налти... Боже, а может, у меня вообще нет
выхода? Она поиграет со мной, пока ей не надоест, а потом вызовет полицию?
Тогда мне конец.
- Как вы думаете, - произнес он вслух, - за сорок с лишним лет нашел ли я
ответ на ваш вопрос?
- Смотря на какой, - едко отозвалась Кэти. Джейсон кивнул.
- Вы ведь думаете, что после того как мы переспим, я вас сдам полиции, -
сказала она.
По правде говоря, так откровенно Джейсон свою мысль до сих пор не
формулировал. Но общий смысл его опасений девушка передала верно. Поэтому он
ответил очень осторожно:
- Я полагаю, в свои девятнадцать лет вы научились невинно и безыскусно
использовать людей в своих целях. И это очень плохо. Раз начав, вы не можете
остановиться. Вы даже не сознаете, что делаете.
- Вас бы я никогда не сдала. Я вас люблю.
- Вы знаете меня часов пять. Может быть, даже меньше.
- Я никогда не ошибаюсь, - твердо и торжественно произнесла она.
- Вы ведь даже не знаете, кто я!
- Я ни про кого этого не знаю, - сказала Кэти. Последнее, очевидно,
стоило принять на веру. Джейсон решил пойти другим путем.
- Послушайте, вы представляете собой причудливую комбинацию невинного
романтика и... - он хотел сказать "предателя", но вовремя исправился, -
расчетливого, тонкого манипулятора.
Попросту говоря, интеллектуальная проститутка, подумал он про себя.
Именно интеллектуальная - она ведь проституирует собственное сознание. Хотя
сама, конечно, этого не сознает. А если бы осознала, тут же бы заявила, что
ее вынудили. Конечно, вынудили. Только вот кто? Джек? Дэвид? Сама ты себя
вынудила. Тем, что хочешь получить сразу двоих.
Бедный Джек. Бедолага сидит по уши в дерьме на Аляске, дожидаясь, пока
чокнутая уличная девчонка вызволит его из беды. Не торопись, парень.
В тот вечер он поужинал с Кэти в небольшом итальянском ресторанчике в
двух кварталах от ее дома. Похоже, она была знакома с хозяином и
официанткой, во всяком случае, они с ней поздоровались, на что Кэти ответила
рассеянным кивком, словно не до конца их узнала. Или, прикинул Джейсон, не
до конца поняла, где находится. Девочка, подумал он, где же другая часть
твоего сознания?
- Лазанья здесь просто отличная, - сказала Кэти, не глядя в меню.
Казалось, она находится где-то далеко. И с каждой секундой продолжает
удаляться. Похоже, надвигался кризис, но Джейсон недостаточно хорошо ее
знал, чтобы предугадать, какую форму он примет.
- Когда у вас припадок, - спросил он напрямую, - что с вами происходит?
- О, - равнодушно откликнулась девушка, - я бросаюсь на пол и визжу. И
еще пинаюсь. Бью всех, кто пытается меня остановить. И ограничить мою
свободу.
- Это может случиться сейчас?
- Да. - Кэти подняла голову. Джейсон отметил, что лицо ее похоже на
перекошенную маску. Но глаза оставались совершенно сухими. Похоже, на этот
раз обойдется без слез.
- Я не приняла лекарство, - выдохнула девушка. - Мне положено принимать
двадцать миллиграммов акто-зина в день.
- Почему вы не выпили лекарство? - спросил Джейсон. Чертовы больные
никогда его не пьют, ответил он сам себе. Сколько раз уже приходилось
сталкиваться с подобными случаями.
- Лекарство притупляет мой разум, - произнесла она, прикоснувшись пальцем
к кончику носа. Казалось, девушка исполняет некий важный для нее ритуал.
- Но если оно...
- Я никому не позволю воздействовать на мой мозг! - взвизгнула Кэти. - Не
позволю этим козлам ко мне прикасаться! Вы знаете, кто они?
- Вы только что сказали. - Джейсон говорил тихо и медленно, стараясь
держать ситуацию под контролем. Он словно удерживал девушку от срыва в
безумие.
Официант принес заказ. Еда оказалась просто отвратительная.
- Изумительная, истинно итальянская пища, - сказала Кэти, рассеянно
наматывая спагетти на вилку.
- Действительно, - проворчал Джейсон.
- Вы думаете, что у меня начнется припадок. И не хотите оказаться
замешанным.
- Правильно, - кивнул Джейсон.
- Тогда уходите.
- Я... - Он запнулся. - Вы мне нравитесь. Я хочу убедиться, что с вами
все в порядке.
Ложь во спасение. Подобную ложь Джейсон всегда одобрял. Лучше солгать,
чем брякнуть: "Как только я выйду, вы через двадцать секунд свяжетесь по
телефону с мистером Мак-Налти". Хотя подумал он именно так.
- Со мной все будет в порядке. Они отправят меня домой. - Кэти рассеянно
обвела рукой ресторан - посетителей, официантов, кассира. Повара,
суетящегося в задымленной, не вентилируемой кухне. Пьяного у стойки бара,
крутящего в руках бокал пива "Олимпия".
Стараясь говорить убедительно и спокойно, Джейсон произнес:
- Вы ведь взяли на себя ответственность.
- За кого? За вашу жизнь я ответственности не брала. Это ваша забота. Не
грузите меня.
- Ответственность, - сказал Джейсон, - это осознание последствий своих
поступков для других людей. У вас нет четкой моральной и этической позиции.
Вы все время ведете себя так, словно вообще ничего не произошло. И постоянно
пытаетесь переложить ответственность на чьи-то плечи.
Вскинув голову, девушка пристально посмотрела ему в глаза.
- Я что, причинила вам вред? Я спасла вас от полиции. Может, не следовало
этого делать? - Кэти почти кричала. По-прежнему сжимая в руке вилку, она
смотрела на него безжалостным, немигающим взглядом.
Джейсон вздохнул. Безнадежно.
- Нет, - произнес он наконец. - Вы поступили правильно. Спасибо. Я вам
очень благодарен. - Выговорив эти слова, он вдруг ощутил по отношению к ней
прилив острой ненависти. За то, что его так унизили. Да кто она такая?
Девятнадцатилетняя пропащая девица, сопля, как она смеет так обращаться с
взрослым шестым?.. Это было настолько не правдоподобно, что временами
Джейсону хотелось рассмеяться. Но в целом ему было не до смеха.
- Вы воспринимаете мое тепло? - спросила она.
- Да.
- Вы чувствуете, как растекается вокруг моя любовь? Постарайтесь ее
услышать. - Кэти замолчала, напряженно прислушиваясь. - Моя любовь подобна
нежным побегам винограда.
Джейсон жестом подозвал официанта.
- Что у вас есть, кроме вина и пива?
- Марихуана, сэр. Лучший сорт - "Золотой Акапулько". И гашиш, класс А.
- А крепкие напитки?
- Нет, сэр.
Джейсон жестом отпустил официанта.
- Вы обращаетесь с ним, как со слугой, - заметила Кэти.
- Ну да, - ответил Джейсон и громко закряхтел. Наконец-то удалось ее
разозлить. Может, теперь все пойдет по-другому? - Самый обыкновенный
паршивый официант в самом обыкновенном паршивом ресторане. Идем отсюда.
- Так вот что значит быть знаменитым, - с горечью произнесла Кэти и
положила вилку на стол. - Теперь я понимаю.
- Ничего ты не понимаешь, - проворчал Джейсон, стараясь, чтобы его
услышали все вокруг. Утешительные нотки в его голосе пропали. Он встал и
надел пальто. - Я ухожу.
- О боже, - запричитала Кэти. Глаза ее закрылись, рот же, напротив,
исказился гримасой и широко открылся. - Боже мой, нет. Вы не понимаете, что
вы сделали. Не понимаете.
Зажмурив глаза и стиснув кулачки, девушка завизжала. Джейсон никогда
раньше не слышал, чтобы люди так кричали. Визг и перекошенное лицо его
потрясли. Существуют крики сумасшедших, вспомнил Джейсон. Их издает не
человек, они поднимаются из глубин коллективного подсознательного.
Хозяин заведения и два официанта застыли с меню в руках. Странным образом
Джейсон отмечал все детали. Казалось, что в момент крика все вокруг замерло.
Окаменели посетители - подняв вилки, опустив ложки, они прекратили жевать.
Все вокруг остановилось, остался один ужасный, страшный крик.
При этом она выкрикивала слова. Грубые простонародные слова, которые
пишут на заборе. Короткие разрушительные слова, рвущие на части всех в
ресторане, в том числе и его, Джейсона. В особенности его.
Хозяин, шевеля усами, кивнул официантам, и те вытащили девушку из-за
стола. Она бессильно повисла у них на руках. Повинуясь короткому жесту
хозяина, официанты поволокли ее на улицу.
Джейсон оплатил счет и поспешил следом. В дверях, однако, хозяин его
перехватил.
- С вас три сотни долларов.
- За что? - опешил Джейсон. - За то, что ее вышвырнули на улицу?
- За то, что не вызвали полицию. С тяжелым сердцем Джейсон отдал деньги.
Официанты усадили Кэти на тротуар недалеко от входа. Девушка молчала;
прижимая пальцы к искривленному гримасой рту, она раскачивалась вперед и
назад. Некоторое время официанты смотрели на нее, словно пытаясь определить,
будут ли с ней еще проблемы. Затем, следуя общему решению, поспешно
вернулись в ресторан. Джейсон и Кэти остались вдвоем под бело-голубой
неоновой вывеской.
Опустившись на колени, он положил руку ей на плечо. На этот раз она его
не оттолкнула.
- Мне очень жаль, - искренне произнес он. Так оно и было на самом деле. Я
ее спровоцировал, подумал Джейсон. Не поверил в эти бредни. И проиграл.
Ладно, теперь все будет так, как она хочет. Лишь бы все быстрее кончилось.
Интуиция подсказывала, что быстро не кончится.
Глава 5
Держась за руки, они шли по ночному городу мимо назойливых сияющих,
мигающих, заливающих все вокруг потоков света. Эта часть города Джейсону не
нравилась, ему приходилось видеть подобное миллионы раз в разных уголках
мира. Именно отсюда он убежал в свое время, в самом начале жизни, чтобы
добиться успеха, пользуясь тем, что он - шестой. И вот он вернулся.
На людей он зла не держал. Он понимал, что они попали в ловушку. Обычные
люди, у них не было выбора. Не они придумали этот мир, он им тоже не
нравился, но они вынуждены были его терпеть, в то время как Джейсон мог
позволить себе другое. Джейсон даже ощущал своеобразную вину, видя сумрачные
лица, искривленные опущенные рты. Перекошенные несчастливые рты.
- Да, - сказала Кэти, - мне кажется, я в самом деле в вас влюбляюсь.
Виноваты вы - вы и ваше магнитное поле. Знаете, я ведь могу его видеть.
- Вот как, - рассеянно пробормотал Джейсон.
- Оно имеет цвет багряного-черного бархата. - Кэти сжала его руку. И
Джейсон удивился, какие у нее сильные пальцы. - У вас ярко выраженное
магнитное поле. А мое вы видите?
- Нет, - сказал Джейсон.
- Странно. Я думала, видите. - Она успокоилась, истерика прошла, наступил
период относительной стабильности.
Полная психопатка, подумал Джейсон. Да еще припадочная. С другой стороны,
если каждый день...
- Моя аура, - перебила его мысли Кэти, - ярко-красная. Цвета страсти.
- Я рад за вас.
Девушка резко остановилась и заглянула ему в лицо, пытаясь разгадать его
выражение. Джейсон надеялся, что сделать это непросто.
- Вы злитесь на меня? За то, что я сорвалась?
- Нет, - покачал головой Джейсон.
- По голосу видно, что злитесь. Наверное, только Джек меня понимает. И
Мики.
- Мики Квин, - задумчиво произнес Джейсон.
- Он знаменит? - поинтересовалась Кэти.
- Весьма. - Джейсон мог бы многое ей рассказать о Мики Квине, но смысла в
этом не было никакого. На самом деле она не хотела ничего знать. Ей
казалось, что она все понимает.
"Что еще тебе кажется, девочка? - думал Джейсон. - Тебе же наверняка
кажется, что ты что-то знаешь и про меня. Ты знаешь про меня так же мало,
как про Мики Квина и Арлина Хоува, как про всех остальных, кто для тебя даже
не существует. Подумай, что бы я мог тебе рассказать, если бы ты на
мгновение согласилась меня послушать. Но тебя пугает то, что ты можешь
услышать".
- Ну и как ты себя чувствуешь после того, как переспишь со столькими
знаменитостями? - спросил он. Девушка резко остановилась.
- Вы думаете, я спала с ними, потому что они знамениты? Считаете меня СФ
- сексуальной фанаткой? Вы действительно так про меня думаете?
Как липучка для мух, подумал Джейсон. Она запутывает меня моими же
словами. Я не могу победить.
- У вас была интересная жизнь. Вы - интересный человек, Кэти.
- И важный, - добавила она.
- Конечно, - согласился Джейсон. - Очень важный. В некотором отношении я
бы назвал вас самым важным человеком из всех, с которыми мне приходилось
встречаться.
- Вы серьезно?
- Серьезно, - убежденно сказал Джейсон. Как ни странно, он не солгал.
Даже Хизер так его не уматывала. Он не мог больше терпеть происходящее и в
то же время не мог никуда от него деться. Ему казалось, что он сидит за
пультом своего уникального, исполненного на заказ воздушного автомобиля, а
впереди горит одновременно зеленый, красный и желтый свет. Ни одно разумное
решение не проходило. Все тонуло в иррациональности. Как может быть сильна
нелогичность, подумал Джейсон. Сила архетипов... Она исходит из леденящих
душу глубин коллективного подсознания и связывает в одно целое его, ее и
всех остальных на этом свете. В узел, развязать который невозможно, пока все
они живы. Неудивительно, подумал Джейсон, что так много людей хотели бы
умереть.
- Хотите посмотреть фильм про капитана Кирка? - спросила Кэти.
- Мне все равно, - поспешно ответил Джейсон.
- Отличный фильм! - воскликнула она. - Идет в Двенадцатом кинотеатре. Про
одну планету в системе Бе-тельгейзе и планету Тарберга в системе Проксима.
Только в "Капитане Кирке" она заселена миллионами невидимых...
- Я видел, - перебил Джейсон.
Около года назад он действительно приглашал на свое шоу Джефа Помероя,
который сыграл в этом фильме капитана Кирка. Они даже разыграли маленькую
сценку. Тогда фильм ему ужасно не понравился. Джейсон был уверен, что сейчас
он понравится ему еще меньше. К тому же он ненавидел Джефа Помероя как на
экране, так и в жизни.
- Вам не понравилось? - с искренней заинтересованностью спросила Кэти.
- Джеф Померой - редкий козел. Равно как и все, кто ему подражает.
- Он тоже лежал в Морнингсайде, - сообщила Кэти. - Представляете, он тоже
лежал в этой клинике!
- Охотно верю, - проворчал Джейсон. - Там ему самое место.
- А знаете, что он однажды мне сказал?
- Я знаю Джефа. Думаю, что он сказал...
- Он сказал, что я - самая робкая девушка на всем белом свете. Интересно,
правда? Между прочим, он видел меня в моем мистическом состоянии - когда я
падаю на пол и визжу. И все равно так про меня сказал. На редкость
проницательный и тонкий человек. Я в этом уверена. А вы?
- Конечно, - кивнул Джейсон.
- Тогда, может быть, пойдем ко мне? - предложила Кэти. - И потрахаемся,
как дикие кошки?
От изумления Джейсон едва не закашлялся. Неужели она так и сказала?
Повернувшись к девушке, он попытался разглядеть выражение ее лица, но они
проходили между двумя вывесками, и увидеть ничего не удалось.
Господи, подумал он, помоги мне отсюда выбраться. Я должен вернуться в
свой мир.
- Вас смущает моя откровенность?
- Ничуть, - буркнул Джейсон. - Откровенность меня никогда не смущала.
Знаменитого человека откровенностью не удивишь. Никакой. Даже вашей.
- А какая у меня откровенность? - спросила Кэти.
- Самая откровенная.
- Значит, вы меня поняли?
- Да, - кивнул Джейсон. - Я действительно вас понял.
- И вы не смотрите на меня с презрением? Как на ничтожество, которому
следовало бы умереть?
- Нет, вы очень важный человек. И очень честный. Самый честный и
откровенный человек из всех, кого я встречал. Клянусь вам, я в самом деле
так думаю.
Она дружелюбно похлопала его по руке.
- Не надо особо усердствовать. Пусть все будет естественно.
- Все очень естественно, - успокоил он девушку. - Уверяю вас.
- Вот и хорошо! - радостно воскликнула Кэти. Похоже, он рассеял ее
сомнения. Теперь она была в нем уверена.
И от таких вещей зависит его жизнь?.. Или не зависит? Может, он просто
пасует перед ее патологическими рассуждениями? На какой-то момент Джейсон
растерялся.
- Послушайте, - произнес он и остановился. - Я хочу, чтобы вы отнеслись к
моим сдовам очень серьезно. Ваше место - в тюрьме для психически
ненормальных преступников.
Она испуганно сжалась и ничего не ответила.
- Поэтому, - продолжал Джейсон, - я буду держаться от вас как можно
дальше.
Вырвав руку, он развернулся и решительно зашагал в противоположном
направлении, не обращая на нее внимания, торопясь смешаться с толпой
прохожих, что сновали по неопрятным тротуарам, залитым светом дешевых
неоновых ламп.
Потеряв ее, думал Джейсон, я скорее всего потерял и свою жизнь. Ну и что
теперь?
Он остановился и посмотрел по сторонам. Интересно, наврала она про
микропередатчик?
Веселый Чарли посоветовал искать Хизер Гарт. Как и все работники
телевидения, Джейсон знал, что Веселый Чарли никогда не ошибается.
Только вот проживу ли я достаточно долго, чтобы с ней встретиться? И если
на мне жучок, то не навлеку ли я смерть и на нее? Как зачумленный? К тому же
если Ал Блисс меня не знает и Билл Уолфер меня не знает, почему меня должна
знать Хизер Гарт? Может быть, потому, что она шестая, как и я? Единственный
представитель шестых, кого я знаю. Может быть, это сыграет роль? Если тут
вообще что-то может сыграть какую-то роль.
Джейсон нашел телефонную будку, зашел внутрь, захлопнул дверь от уличного
шума и опустил золотую монету в приемник. У Хизер Гарт было несколько
незарегистрированных номеров. Один номер - для деловых звонков, другой - для
друзей, третий - для любовников... Разумеется, Джейсон знал этот номер -
будучи для Хизер тем, кем он для нее был и, дай бог, оставался до сих пор.
Экран засветился. По его дрожанию Джейсон понял, что Хизер в автомобиле.
- Привет, - сказал Джейсон.
Хизер наклонилась вперед, чтобы лучше его рассмотреть. Рыжие волосы
ослепительно блестели. Зеленые глаза сверкали.
- Кто вы такой, черт бы вас побрал?
- Джейсон.
- Не знаю никакого Джейсона. Кто вам дал этот номер? - Голос ее был груб
и одновременно тревожен. - Не смейте больше сюда звонить. Еще раз спрашиваю,
кто вам дал номер?
- Номер мне дала ты. Шесть месяцев назад. Сразу, как только он у тебя
появился. Твой самый интимный из интимных номеров. Так ты его, кажется,
называешь?
- Кто вам все это рассказал?
- Ты сама. В Мадриде. У тебя был отпуск, ц я снял номер в соседнем отеле.
Ты выезжала на своем "роллсе" каждый день около трех Вспомнила?
- Вы из журнала? - резко спросила Хизер.
- Нет. Я твой возлюбленный номер один.
- Мой.., кто?
- Любовник.
- Так ты мой поклонник? Скотина, я тебя уничтожу, если ты еще хоть один
раз мне позвонишь!
Изображение и звук пропали, Хизер бросила трубку. Джейсон опустил в щель
еще одну монету и повторно набрал номер.
- Снова ты, скотина? - откликнулась Хизер. Голос ее звучал гораздо
спокойнее.
- У тебя один фальшивый зуб, - сказал Джейсон. - Когда ты проводишь время
с любовниками, ты приклеиваешь его специальным эпоксидным цементом; но со
мной ты его иногда вынимаешь и бросаешь в стакан с зубной пеной от доктора
Слума. Это твоя любимая чистящая паста. Потому что она напоминает тебе
времена, когда зельтерский бром не был под запретом, его можно было свободно
купить в магазинах, причем настоящий зельтерский бром, а не дешевые
подделки, которые делают в подпольных лабораториях...
- - Откуда вы все это узнали? - перебила Хизер. Ее лицо было напряжено,
голос сух и отрывист. А тон... Ему приходилось слышать такой тон. Так Хизер
разговаривала с людьми, которых презирала.
- Смени тон, - приказал Джейсон. - Искусственный зуб - моляр. Ты
называешь его Энди. Правильно?
- Эти сволочи знают обо мне все. О боже! Мои самые страшные кошмары
подтверждаются. Как называется ваш клуб? Откуда вы? И как, черт побери, вы
узнали подробности моей личной жизни, до которой вам нет никакого дела?
Запомните, то, чем вы занимаетесь, - противозаконно. Если вы еще раз меня
потревожите, я обращусь в полицию. - Она наклонилась, чтобы повесить трубку.
- Я - шестой, - сказал Джейсон. - И ты тоже. Поэтому мы были вместе.
- Мне плохо, - простонала Хизер. Даже в полумраке ее машины было видно,
как она побледнела. - Послушайте, сколько я должна заплатить, чтобы вы
оставили меня в покое? Я всегда знала, что рано или поздно найдется
какая-нибудь сволочь и...
- Перестань обзываться! - взорвался Джейсон. Брань действительно его
раздражала.
- Чего вы хотите? - выдавила из себя Хизер.
- Встретиться в Альтрочи.
- И это вам известно. Единственное место, где я могла спокойно посидеть,
без того чтобы меня не доставали всякие подонки с просьбой подписать меню,
которое они только что утащили с соседнего столика. - Хи-зер тяжело
вздохнула. - Ладно, хватит. Я не стану встречаться с вами ни в Альтрочи, ни
где-либо еще. Оставьте меня в покое или моя охрана отрежет вам яйца.
- У тебя только один охранник, - перебил ее Джексон. - Фред, ему
шестьдесят два года. Когда-то он был Снайпером в отряде рейнджеров округа
Орандж и неплохо выбивал студенческих лидеров во время беспорядков в
Фулертоне. Сейчас его не стоит бояться.
- Вот оно как, - пробормотала Хизер.
- Ладно, расскажу тебе кое-что еще. А ты подумай, откуда я мог узнать
подробности. Помнишь Кон-станс Эллар?
- Конечно, - кивнула Хизер. - Жалкая старлетка, похожая на куклу Барби. С
маленькой головой и раздутым телом. - Губы Хизер презрительно скривились. -
Набитая дура.
- Правильно, - согласился Джейсон. - Набитая дура. Лучше не скажешь.
Помнишь, что мы с ней сделали во время одного из моих шоу? Это было ее
первое выступление перед такой огромной аудиторией. Причем в прямом эфире.
Помнишь, что мы тогда сделали, ты и я?
Тишина.
- В обмен на приглашение на шоу ее агент согласился, чтобы она
прорекламировала товар нашего спонсора. Первоначально предполагалось, что
это будет крем для удаления волос на ногах. Но мы с тобой пробрались в
студию за несколько минут до рекламного ролика и подменили баллончик -
вместо крема для удаления волос дали женский гигиенический дезодорант.
Хизер, ты должна это...
- Я слушаю.
- При этом мы оставили инструкцию, которая гласила: "Демонстрировать
продукт с выражением довольства и счастья". Потом выскочили из студии и
ждали начала передачи.
- В самом деле?
- Наконец появилась мисс Эллар, зашла в гримерную, открыла пакет, а
потом.., я до сих пор умираю от смеха.., она подошла ко мне и сказала
совершенно серьезно: "Мистер Тавернер, простите, что отвлекаю вас такой
чепухой, но, для того чтобы продемонстрировать женский гигиенический
дезодорант, мне придется снять юбку и трусики. Прямо перед камерой". "Ну и
что? - сказал тогда я. - В чем проблема?" - "Мне понадобится маленький
столик, куда бы я могла все это положить. Будет нехорошо, если я брошу вещи
на пол. Представьте, на глазах у шестидесяти миллионов зрителей я опрыскиваю
половые органы этим дезодорантом, а мои трусики лежат на полу. Не
элегантно". И она бы сделала это в прямом эфире, если бы Ал Блисс не...
- Безвкусная история.
- В свое время она тебя здорово повеселила. Эта на битая дура
действительно собиралась в свой первый выход на большой экран
продемонстрировать действие продукта с выражением довольства и счастья...
Хизер повесила трубку.
Как заставить ее поверить? От ярости Джейсон так стиснул зубы, что едва
не сломал серебряную пломбу. Только этого не хватало, подумал он. Заниматься
саморазрушением. Неужели она не понимает, что я действительно знаю про нее
все? Ну кто еще может знать такие подробности? Только человек, долгое время
находящийся в близкой связи. Другого объяснения нет и быть не может. Тем не
менее она умудрилась его оттолкнуть.
Джейсон опустил в приемник еще одну монету и набрал номер.
- Привет, - сказал он, когда Хизер наконец взяла трубку. - Я еще кое-что
про тебя знаю. Ты не любишь, когда звонит телефон. Поэтому у тебя десять
номеров. На все случаи жизни.
- Всего три, - ответила Хизер. - Так что кое-чего вы не знаете.
- Я хотел сказать...
- Сколько у меня номеров? - перебила его Хизер.
- Послушай, я устал, - искренне произнес Джейсон. - Ты меня никогда не
подловишь, да я и не собираюсь продолжать эти игры. Я хочу... Послушай,
Хизер, я хочу понять, как получилось, что никто меня не знает. И прежде
всего - ты. Я думал, что ты сумеешь мне это объяснить, потому что ты тоже
шестая. Неужели ты вообще меня не помнишь? Ну посмотри на экран! Посмотри
внимательно!
Вскинув бровь, женщина уставилась на изображение.
- Вы молоды, хотя и не очень. Красивы. У вас уверенный наглый голос. И
вам доставляет удовольствие надо мной издеваться. Вы - само воплощение
сволочизма. Вы говорите, выглядите и ведете себя как настоящая сволочь.
Довольны?
- Я попал в беду, - сказал он. Говорить подобное было по меньшей мере
глупо, ибо она его не узнала. Между тем с годами у Джейсона выработалась
привычка рассказывать ей о своих неудачах. Привычка не умерла. Она
прорвалась, несмотря на изменившуюся реальность.
- Это нехорошо, - сказала Хизер.
- Меня никто не помнит. У меня нет свидетельства о рождении, я никогда не
рождался. Можешь такое представить: я никогда не рождался!.. Соответственно
у меня нет никаких документов, за исключением
...Закладка в соц.сетях
