Жанр: Научная фантастика
Бремя стагнатора
...место!
- Исполняю, маларо Луч!
Однолучевой махнул палашом в сторону ворот:
- Вперед, ребята! Обыскать все, ничего не пропустить. Кого найдете - сгоняйте на
площадь. Брать только живыми. Ясно?
- Ясно! - вразнобой ответили десантники. Они тоже торопились: после поимки ценного
пленника, командующий эскадрой обещал отдать им город до вечерней зари. Времени в обрез.
- И осторожней там! Внутри могут ждать сюрпризы, вроде, - он мотнул головой в
сторону площади, - вот этого Стрелять только по рукам! Чтобы не мог поджечь фитиль!
Бегущего - по ногам! Вперед!!!
Ведомые оставшимся шпионом, солмаонцы вломились в ворота. Солдаты рассыпались по
двору, по двое-трое врывались в двери складов, литейных, кто-то уже лез на пожарную
башенку.
У подножья лежало изломанное тело в парадном мундире слуги Всевидящего Ока.
- Кто это? - спросил Севнаго шпиона. - Надеюсь, не наш парень?
- Нет, это Веко Лебанури, начальник охраны.
- Почему он мертв? г
- Не знаю, маларо Луч. Наверное, зарезал кто-то из своих. Вы же знаете, кого набирают в
Легион Ока. Воров, убийц, насильников. Поняли, что запахло жареным, и сбежали. Командир
попытался помешать, ну и...
- Ясно. Жаль, что он умер, - однолучевой десантник пнул труп Лебанури, - думается
мне, что если бы мы смогли его порасспросить, он рассказал бы немало интересного.
Посреди главной площадки кузней под навесом громоздилось какое-то нелепое
сооружение, черное и мрачное. Огромный железный шар, склепанный из двух половинок,
покоился на солидном основании. Его бока охватывали толстенные, грубо кованые полосы,
справа висела раскрытая коробка странного механизма с двумя цилиндрами внутри. Больше
всего они походили на колбасы, выложенные на прилавке мясника.
- Это и есть та самая штуковина? Шпион кивнул.
- На бомбарду не похож, на повозку тоже... Проклятье! Он вообще ни на что не похож,
разве что на огромный котел. И не выглядит опасным.
- Со стороны - да, маларо Луч. Но вы не видели того, что видел мой напарник. Первая
модель взорвалась во время аварии. Пять человек погибло на месте, еще тринадцать ранило или
обварило.
- Гм... А с виду не скажешь. И он действительно может сдвинуть с места корабль?
- Не знаю. Такого опыта еще не проводили. Но во время первых испытаний пародел без
особых усилий смог поднять железную чушку в сто алинов. Мастер говорил, что и триста для
него не предел.
Из дальнего угла двора донеслись какие-то крики. Опрокинув тележку, на середину
выскочил молодой подмастерье и понесся к воротам. Сзади тяжело бухали сапогами морские
пехотинцы:
- Стой! Стой, тебе говорят!
Севнаго снял с перевязи самострел, быстро взвел тетиву, наложил болт. Единым,
движением вскинул оружие, поймал бегущего в прицельную рамку и плавно спустил рычаг.
Широкое, как наконечник палаша, лезвие резануло парня по ногам. Чуть ниже правого колена
появилась широкая рана, тут же поросшая бахромой кровавых капель. Подмастерье
пошатнулся, сделал еще шаг, нога предательски подломилась, и он упал лицом в снег. Почти
сразу же попытался вскочить, но сзади уже набегали десантники, его моментально скрутили и
потащили к командиру.
- Мастерский выстрел, маларо Луч.
Подмастерье дрожал всем телом и скулил от боли, как побитая собака. Севнаго взял его за
подбородок, спросил по-чжаньски:
- Кто такой?
Губы у парня прыгали от страха, несколько мгновений он не мог с ними справится:
- Помощник литейщика. Меня зовут...
- Меня не интересует, как тебя зовут.
Парень задрожал еще сильнее. Между ног сквозь потертую кожу штанов отчетливо
проступало мокрое пятно. Десантники загоготали.
- Что встали? - рявкнул на них Севнаго. - Ищите других.
Он снова боднул взглядом подмастерье:
- Жить хочешь?
- Д-да...
- Не слышу. Хочешь или нет?!
- Д-да, господин. Я все сделаю, господин.
- Знаешь мастера Косталана, кузнеца?
- Знаю, господин.
- Он здесь?
- Не знаю, господин. Как началась стрельба, я испугался и спрятался под тачку. В
последний раз видел его на башне, а потом...
- Ясно. - Севнаго что-то быстро прикинул в уме. - Показать сможешь?
- Да! Конечно! - обрадованный тем, что от него не требуют ничего невозможного,
паренек закивал головой, как припадочный.
- Командир! - Сразу с двух сторон - с оружейного двора и от громоздящейся в
отдалении кучи шлака - морские пехотинцы тащили новых пленников.
Первый - немолодой и кряжистый в налобной повязке кузнечного цеха, судя по могучим
плечам, был, скорее всего, молотобойцем.
- Как зовут?
Детина молчал, низкий лоб изрезали морщины, глаза горели яростным огнем. Он бы
давно вырвался из рук десантников, если бы не клинки абордажных палашей у самого горла.
- Ну!
По знаку Севнаго молотобойца чуть пощекотали пикой. Он дернулся, прогудел:
- Азнаги.
Молотобоец?
Да.
- Знаешь мастера Косталана?
Разговор в точности повторил предыдущий. Азнаги знал кузнеца, но с начала боя в кузнях
не видел. Показать поначалу не соглашался, но после третьего по счету тычка острием под
ребра мрачно кивнул.
Зато со вторым пленником долго возиться не пришлось - совсем молодой паренек, почти
мальчишка, плакал от страха и размазывал слезы по чумазому лицу.
- Не убивайте меня, пожалуйста! Я помогу, я всех здесь знаю!
Севнаго кивнул, молча дождался возвращения остальных пехотинцев.
- Больше никого, командир!
- Мы все обыскали...
- Пусто.
- Они, похоже, сбежали все.
- Все, кроме тех на площади, - напомнил однолучевой. Солдаты помрачнели. Командир
выдержал паузу и начал раздавать приказания:
- Безлучевой Нармагар!
- Я!
- Останешься со своими людьми охранять вот эту штуку, - он кивнул в сторону
пародела. Солдаты с интересом поглядывали на железного болвана, но, в общем, не слишком.
Машина не выглядела опасной. - Пошлешь кого-нибудь на корабли, пусть сообщит: нашли.
Они знают, что делать. Прибудут подводы - поможешь грузить. Ясно?
- Да!
- Выполняй! Остальным разделится на четыре группы, в каждую - по пленнику. И
прочесать город! Как только они укажут на мастера Косталана - вяжите без разговоров. И
смотрите, чтобы он не ускользнул.
Десантники быстро перестроились.
- Кандейл!
- Я!
- Берешь первую. Вот этого, - Севнаго указал на раненого подмастерье, - перевязать.
И пошли. Да покрепче перетяните рану. А то с полдороги придется самим его тащить!
- Рокагон! Ивнедар!
- Я!
- Я!
- Вторая и третья группы. Выполнять!
- Пленников трое, - сказал кто-то из безлучевых взводных.
- Правильно. С четвертой я пойду сам, а вместе с нами, - он обернулся к шпиону, -
вот он. Вы же знаете Косталана в лицо, Сантори?
- Мне ли не знать! Из-за его безумного проекта вокруг кузней сомкнулось кольцо людей
Ока, и мне пришлось бежать!
- Прекрасно! Тогда вперед. Тому, кто найдет кузнеца, император дарит земельный надел
в верхнем Азарате! Не зевать, псы войны!
Косталан потерял счет улицам и домам.
"Вроде бы за сотню... Или больше? Вперед!"
Маленький ухоженный дворик, заваленный каким-то скарбом, что хозяева, видимо,
побросали во время спешного бегства. Резные стулья, дорогие кожаные короба, вышитые
занавески...
"Следующий!"
Пустой палисадник, аккуратно подстриженная живая изгородь из самшитовых кустов,
припорошенных снегом.
"Не то!"
Еще дворик, сломанная повозка посередине, навстречу с лаем бросаются сторожевые псы.
Бронзовая цепь тянет их назад, к мраморной будке, больше похожей на небольшой дворец.
"Не у всех бедняков такие дома", - мельком подумал Косталан.
И еще. Еще. Еще.
Узкий проход между глухими стенами, в конце - небольшой пятачок перед вычурной
колоннадой дома.
"Так, здесь я уже был, похоже..."
А в следующем дворе ему неожиданно повезло.
Потрескавшиеся плиты на земле, давным-давно неработающий фонтан, укрытый снежной
шапкой, глухая стена без единого окна и ворох высохшего вьюнка внизу.
"Оно!"
Косталан поднялся по лестнице, вбежал в дом. Напрягая память, пытался вспомнить,
расположение комнат. Сейчас - прямо, потом повернуть, еще раз повернуть...
"Удача! Вот и знакомый коридор".
Молодой мастер пробежал десяток шагов, пнул первую попавшуюся дверь и оказался в
душной и зловонной камере. Три на пять - шаг у Косталана широкий, долго мерить не
пришлось. Тусклое смотровое окошко с железной сеткой под самым потолком почти не
пропускало света. Из полутьмы выступал лишь кусок стены, исписанный ругательствами на
нескольких языках. На ощупь она показалась кузнецу склизкой из-за потеков, тянувшихся с
потолка как сталактиты. По полу проворно сновали мокрицы. К стене жались две грубо
сколоченные лежанки и грязный стол из необструганных досок. Угрюмо тянуло затхлостью.
"Не та!"
Мастер ломился во все двери подряд, заглядывал внутрь, чертыхался и бежал к
следующей.
Еще одна комната, совершенно пустая, если не считать потертой циновки на полу и
замызганного кувшина в дальнем углу. Ночная ваза источала омерзительную вонь.
"Снова не та! Еще!"
Седьмая или восьмая по счету дверь не поддалась с первого раза. Косталан свирепо
толкнул ее плечом, а потом - разбежавшись - ударил всем телом.
Что-то хрустнуло, запор с треском вывернулся из пазов, и кузнец влетел в комнату.
"Пусто!"
Комната та самая - широкая кровать с балдахином, изящный столик для игр, коллекция
фигурок на полках.
Но Юнари здесь не было. Если бы не разворошенная постель, да надкусанный солнечный
плод на полу, могло показаться, что комната нежилая.
Косталан выскочил обратно в коридор.
"Где она?"
- Юнари! Юнари!!!
Он побежал дальше, вышибая двери, наскоро заглядывая в комнаты.
Девушки нигде не было.
"Неужели этот гад Креганон куда-то ее увез? Проклятье!"
Кузнец завернул за угол и вскрикнул от радости - прижавшись к дальней стене, на
корточках сидела Юнари, перепуганная и дрожащая.
Наверное, перестрелка и запах гари выгнали ее из комнаты, заставив искать выход. Но
найти его оказалось не так просто, девушка забрела в тупик и решила прятаться здесь.
- Юнари!
Она не отреагировала. Даже не подняла голову.
Широким прыжком мастер проскочил слепой отросток коридора, присел рядом с
девушкой на корточки. На сердце стало нехорошо от тяжелого предчувствия.
- Юнари! - он легонько обнял ее. - Это я, Косталан! Она вздрогнула, открыла глаза и
испуганно посмотрела на молодого мастера. Вжалась в стену еще сильнее:
- Нет! Не трогайте меня! Отпустите... Пожалуйста.
- Ты что, Юнари? - недоуменно сказал кузнец. - Ты... ты не узнаешь меня?
- Отпустите, - прошептала она, слабо трепыхаясь, и попыталась освободиться из его
рук.
Косталан помотал головой. На короткий миг разум его помутился, и он заорал чуть ли не
в полную силу.
- Креганон!!! Подонок! Что ты с ней сделал?
От громкого крика Юнари едва не потеряла сознание. Широко раскрытые глаза, такие
милые и знакомые, но в то же время - чужие, не узнающие, с ужасом смотрели на молодого
мастера.
Он попытался взять себя в руки.
"Нечего пугать девочку. Уведи ее отсюда, а потом разберешься, что случилось".
Кузнец погладил Юнари по голове, тихо проговорил:
- Пойдем со мной. Тебе нельзя здесь.
- Нет, - прошептала она. - Нет, нет...
И все же Косталану удалось уговорить девушку. Она еще посопротивлялась немного, но
потом, видимо, успокоенная его голосом и интонациями, согласилась пойти с ним. Юнари
вообще выглядела апатичной и доверчивой, приноровившись, ей можно было управлять, как
куклой.
Она была одета в некое подобие домашней рубахи, и мастер решил еще раз заглянуть в
комнату, поискать какую-нибудь одежду.
Увидев знакомую кровать, Юнари обрадовалась, подбежала к ней, легла, совершенно
по-детски подложив под голову кулачок. Косталан решил ей пока не мешать, обшарил
шкафчики, заглянул под столик, отбросил занавески.
Ничего. Никакой одежды. Тогда он взял с кровати покрывало и протянул руку Юнари:
- Нам пора идти.
Девушка медленно поднялась, без сопротивления дала себя закутать в
импровизированный плащ и вдруг тихо сказала:
- У тебя кровь на плече.
- Что? А, это... - Косталан уже почти забыл о ране. А ее стоило перевязать - кровь
пропитала весь рукав и капала на землю.
Юнари оторвала от простыни кусок материи, сноровисто перетянула руку. Ей не
привыкать - в термах учили оказывать первую помощь клиентам, если те, не приведи
Небесный Диск, порежутся. Мастер следил за ее действиями с затаенной радостью: "Значит, с
памятью все в порядке, просто эти мерзавцы опоили еечкакой-то отравой".
- Спасибо, - сказал он.
Девушка несмело улыбнулась и сама взяла его за руку.
А на лестнице особняка их ждал неприятный сюрприз.
В темноте коридоров глаза отвыкли от света, и на пороге дома Косталан с Юнари замерли
на мгновение, ослепленные снежным сиянием.
- Мои поздравления, Косталан-са! Вы все-таки нашли ее! - сказал знакомый голос.
Мастер не сразу заметил Креганона - тот прятался в тени фонтана. Самострела у него не
было, но в руках верный слуга Всевидящего Ока крутил перевязь с метательными ножами.
- Я не успел перехватить вас в кузнях, но знал, что вы придете сюда!
- Что вам еще надо, Креганон?
- Извините, Косталан-са, но вы сами должны понимать, что я не могу оставить вас
бледнозадым. Приказ Ока. Взорвать пародел я не успел, но его изобретатель не достанется
Солмаону. Я позабочусь. Так что, - он взвесил в руках нож, - ничего личного. Вы всегда
были мне симпатичны...
Ненависть съела остатки страха. Косталан плюнул себе под ноги и рассмеялся. .
- Знакомые слова. Вы повторяетесь.
- Разве я когда-нибудь говорил нечто подобное? - удивился Зрачок.
- Вы - нет, а Веко Лебанури произнес их совсем недавно.
Да? - без особого интереса спросил Креганон.
И что с ним?
Я его убил.
На мгновения рука офицера остановилась, нож завис в воздухе.
- Вы?!
Косталан посмотрел в небо, вдохнул полную грудь воздуха - и чуть не закашлялся,
потому что в нем оказалось полно гари и едкого дыма - и прикрыл рукой глаза Юнари.
- Не смотри. Скоро все закончится.
- Для вас - да, - цинично обронил Креганон, - но почему вы решили, что я убью
девушку? Она мне пригодится. Наверное, вы многому ее научили, а Косталан-са?
- Подонок!
- И не волнуйтесь, она не будет по вам скучать. Она вас просто не помнит. К сожалению.
Так уж вышло, что мы вынуждены были поить Юнари сонником - отваром из черного
порошка. Иначе бы она убежала разыскивать вас. А у него есть один очень неприятный
побочный эффект - через один-два оборота постоянного приема человек полностью
утрачивает память. Поэтому не волнуйтесь...
Креганон вдруг захрипел и вскинул руки вверх. В горле Зрачка торчал самострельный
болт. Офицер Ока зашатался, выронил нож и медленно повалился на колени.
Юнари вскрикнула.
Зрачок пытался что-то сказать, но изо рта у него шла лишь кровавая пена.
Еще через мгновение он умер.
- Вот он! - громко сказал мальчишеский голос. - Это он! Он!
Косталан резко обернулся.
В проеме въездных ворот стояли три солмаонских морских пехотинца и маленький
подавальщик Онгаст. Один из десантников перезаряжал самострел. Двое других держали
Косталана под прицелом.
- Стоять! Не двигаться! - сказал один из них на ломанном чжаньском.
Паренек указывал пальцем на молодого мастера и продолжал радостно выкрикивать:
- Вот он!
- Что здесь? - спросил невидимый командир.
- Похоже, мы нашли его, безлучевой Рокагон!
Косталан немного знал солмаонский - первый его наставник, мастер Саригано считал,
что любое знание лишним не будет, вот и обучил юного подмастерье северному языку.
Сейчас он с трудом, но все-таки понимал переговоры десантников.
Во двор шагнул командир - высоченный, как башня, в исцарапанном панцире. Тяжелый
аборадажный палаш небрежно подрагивал в руке.
Подошел к молодому мастеру, осмотрел его с головы до ног. Кузнец следил за ним
краешком глаза и не упускал из вида самострелыциков. Если бы они отвлеклись хотя бы на
мгновение...
- Надо же... - сказал командир на чжаньском. - Ты заработал мне земельный надел,
мальчик. Так ты и есть Косталан?
- Я! - с вызовом сказал мастер по-солмаонски.
- О! Ты знаешь наш язык? Мне не придется коверкать рот вашей тарабарщиной!
- А вы, значит, те самые кровавые убийцы, что готовы вырезать полгорода ради встречи
со мной?!
Рокагон ткнул Косталана палашом в живот.
- Не умничай, мальчик. И не бери на себя слишком много. Ты сам не так важен, как твоя
поделка. Веди себя как подобает. А не то...
- "Не то" - что? Вы меня убьете? Ха!
- Зачем? - притворно удивился взводный. - За тебя мертвого мне не достанется
ничего, кроме десятка плетей. Я доставлю тебя живым. И руки твои тоже пригодятся. Но никто
не говорил, что ноги должны быть в целости...
Косталан пожал плечами. Рокагон выглядел законченным садистом, мог и выполнить
свою угрозу.
- Впрочем, вполне возможно, что такие меры нам не понадобятся. У нас тут еще вот эта
милашка...
Юнари задрожала под взглядом солмаонца и крепче прижалась к Косталану. Несмотря на
всю тяжесть ситуации, в глубине души он возликовал: "Совсем, как раньше! Может, врал
Креганон, и память пропала не навсегда? И есть еще шанс, что все восстановится?"
- Как вы думаете, ребята, наш добрый Косталан будет хорошо себя вести, если мы
пообещаем не убивать девчонку прямо здесь?
Он взял Юнари за плечо и резко дернул к себе. Она охнула и попыталась оттолкнуть
командира. Рокагон ухмыльнулся и, резким движением развернув ее, ухватил сзади и зажал рот
ладонью. Но девушка в долгу не осталась. Еще совсем недавно сонная и апатичная, она словно
опять стала прежней. Юнари дернулась и со всей силы вцепилась зубами в руку командира.
- Ах ты, тварь! - выругался он и ударил ее в висок рукоятью палаша.
Девушка упала без звука, сломалась, как кукла уличного театральщика, лишенная
веревочек. Из рассеченной кожи на лице текла кровь, заливая щеку.
Косталан бросился на командира и вцепился ему в горло.
- Взять его! - скомандовал Рокагон, отбиваясь. Кузнец уже дотянулся цепкими
пальцами до кадыка, больше всего на свете опасаясь не успеть. На голову опустилось что-то
тяжелое, в глазах запрыгали искры. Косталан не отпускал. Сзади ударили еще. И еще. Мир
померк и провалился в никуда.
- Все! - сказал командир, потирая горло. - Вяжите его и девку! И уходим!
- А с этим что делать? - спросил солдат, указывая на Онгаста. - Отпустить?
Рокагон пожал плечами:
- Ты что, забыл девиз имперского десанта?
Морские пехотинцы ухмыльнулись. Тот, что стоял ближе всех к юному подавальщику, с
шелестом вынул из ножен палаш.
Паренек, в отличие от солмаонцев девиза не знал, как не знал и языка, но все прекрасно
понял.
- Отпустите меня! Вы обещали! - закричал подмастерье.
Выдав Косталана, он утратил свою полезность. Командир десанта махнул рукой, убрать,
мол. Короткий удар - и бедняга Онгаст, хрипя, осел на плиты двора. Дрожащие руки
безуспешно пытались зажать рану на груди. Кровь выплескивалась толчками, расцветив
красным грязно-серый ковер лежалого снега.
Свен ворвался в кабинет Игоря без стука, включил панель интервизора, ткнул пальцем:
- Что это?!
На экране со значком Хоуп-ИТВ в ближнем правом углу разворачивалась панорама
горящего города. С моря по нему били корабли, с каждым залпом поджигая все новые и новые
дома. По задымленным улицам суетливо метались человечки-муравьи. Суровый голос Микки
за кадром вещал что-то пафосное.
Квашнин вздохнул.
- Талвела с нашего разрешения транслирует запись "двойки". Солмаон так испугался
мощи недостроенной паровой машины, что решил выкрасть ее вместе с изобретателем.
- Я знаю! Миро мне только что объяснил! Я хочу знать другое! Ты с самого начала
ИМЕЛ! В ВИДУ! ВОТ ЭТО!! - с каждым новым словом голос Хеглунда гремел все громче, а
.для наглядности он еще тыкал в плазменную панель, оставляя на интервизоре тающие
радужные разводы.
- Сядь! - Игорь хлопнул ладонью по столу. - Прекрати истерику!
- Это не истерика, - чуть тише сказал Свен. - Я просто хочу знать.
Командир потер пальцами виски, устало посмотрел на него:
- Если тебе это так важно - нет, не имел. Аналитики просчитывали вероятность
силового исхода где-то на уровне тридцати - тридцати двух процентов. Солмаон уже потерял
Иррабана и решил таким макаром исправить положение. Что нам на руку, конечно.
- ТАМ РЕЗНЯ!! - снова выкрикнул Хеглунд. - Людей убивают. Мирных, ни в чем не
виноватых. И ты говоришь, что это нам на руку?!
- Тише! Убиваем не мы, прошу заметить. Они сами прекрасно справляются. Вряд ли мы
смогли бы так быстро и надежно поссорить их друг с другом, если бы они сами того не хотели.
А на руку нам то, что теперь Солмаон и Чжанжоу находятся в состоянии войны. Понял? Если
все правильно разыграть и не дать им помириться...
Свен вдруг спрятал лицо в ладонях и затрясся всем телом.
- Боже мой! И я помогал совершить все это! И еще хотел вытащить Иламу сюда, к нам!
Думал, дурак, что наш мир лучше!
Игорь подтянул ногой стул, присел рядом со Свеном.
- Спокойно, парень. Наш мир действительно лучше, хотя бы потому, что мы не
уничтожаем целый город ради одного человека.
- Но это спровоцировали мы! Три месяца мы пичкали солмаонцев ложной информацией
о паровой машине. И вот что вышло! Неужели ты не чувствуешь себя подлецом! Сколько
народу там погибло? Сто? Двести?! Тысяча?! - Хеглунд иссяк внезапно, словно перегорел.
Голос его стих, глаза потухли. Закончил он почти шепотом: - И каждый из них на моей
совести... и на твоей, командир...
- Не вали на себя чужую вину, Свен. Для похищения одного Косталана достаточно было
трех-четырех, максимум десятка шпионов, как это было с Иррабаном. Ну, может двух десятков,
учитывая, что кузнеца хорошо охраняли. Солмаон послал целую эскадру, и морские пехотинцы
вырезали половину города. Это знак, Свен. Император Гравандер хотел показать всему миру,
кто хозяин на Восточном материке. Отомстил за географа и заодно предупредил Чжандоу. Чтоб
в дальнейшем неповадно было красть его людей. На чувствительный, но по большому счету не
слишком болезненный щелчок он ответил сокрушительным ударом.
- На мы же...
- Прекрати повторять одно и то же! Заладил: "мы, мы, мы"! Пойми, что наша деза лишь
подарила Солмаону удобный предлог для нападения. Ко всему остальному мы не имеем
никакого отношения.
- Но теперь будет война.
- Да, скорее всего. Но для нас это самое выгодное развитие событий!
- Командир! - в голосе Хеглунда звучала боль и стыд. - Развяжем ее мы!
"Нет, это просто невозможно!" - Квашнин поймал себя на мысли, что самым лучшим
решением было бы закатить сейчас Свену пощечину. Обидится, конечно, но хоть в себя придет.
- Ты плохо учил историю Надежды. Солмаон и Чжандоу семь веков подряд прекрасно
воевали без нас. И всегда находили повод для столкновения, будь то ограбленные купцы или
оскорбительные выходки пьяной толпы. В девятое лето правления императора Игаменона III
Солмаон объявил Соцветию войну из-за того, что в гавани Меца на императорский штандарт
посольского корабля капнула пролетевшая птичка. Помнишь, как иносказательно называется
Солмаон? Земля Тысячи Побед. Может, это и преувеличение, но даже пятьсот выигранных битв
не могли случиться сами по себе.
Они проговорили еще не меньше часа. Игорю пришлось применить все свое красноречие,
весь дар убеждения, чтобы успокоить Свена. Тот все никак не мог отойти от груза собственной
вины. Конечно, парня можно понять. Он всегда слишком бурно воспринимал определенный
макиавеллизм в рекомендациях аналитического отдела. Некоторые операции казались ему
просто верхом цинизма. Да еще гибель Иламы порядком выбила его из колеи, Хеглунд до сих
пор ходит сам не свой и продолжает причитать, что он, мол, не успел ее вывезти.
А теперь еще и это нападение. Да, конечно, Гравандер не пошел бы на столь
демонстративный шаг, если бы не деза от ТС. Но в итоге император убил двух зайцев одним
ударом - выкрал машину и проучил чжаньцев, чтобы впредь и думать не смели о военном
превосходстве.
Но винить себя в этом - глупость. Тайная Служба свято верна своему принципу - ни
одной жертвы среди местных. А уж что они сами вершат над собой... страшно, конечно, жутко,
кровь в жилах стынет, но земляне здесь ни при чем.
Игорь вздохнул, покачал головой.
Хорошо еще, что Ли остался в Чжандоу, вдвоем они бы друг друга накрутили так, что
мало не показалось бы...
Если все это будет продолжаться и дальше, то отдел агентурных операций превратится в
рассадник чувствительных субъектов с гигантским комплексом вины. И всех придется
отправлять на психологическое рекондиционирование. Хеглунда уже сейчас пора скормить
психотерапевтам, иначе парень просто сломается.
Сегодня удалось переубедить Свена, а что будет дальше?"
Квашнин ошибался.
Ночью, около трех часов, его разбудил зуммер экстренного вызова.
Спросонья Квашнин долго не мог нащупать переговорник. Когда, наконец, нашел, то с
трудом попал в кнопку "вызов". После четырех часов бесконечных кошмаров пальцы дрожали
и не слушались.
- Командир! Игорь!
- Да... я слушаю... Миро, ты?
- Командир, - голос серба дрогнул, - Свен...
- Что?! - почти выкрикнул Игорь, мгновенно просыпаясь. - Что с ним?
Сердце дало сбой, в груди похолодело: "Боже, что там с Хеглундом?"
- Он не отвечал на вызовы, командир. И дверь не открывал. Пришлось ломать. Когда мы
вошли, он был уже холодный.
- Т-то есть?..
- Он мертв. Врачи говорят - наглотался антидепрессантов. То ли с дозой переборщил,
то ли... ну... сам так захотел. Теперь уж все равно.
Архивные справки.
Научно-популярное исследование "Была ли Америка сверхдержавой?".
Глава 5. "Новое слово со старым смыслом". Отрывок.
...Главная цель программы Стагнаторов недостижима по определению. Понятно, что
бесконечно сдерживать развитие аборигенов планеты не удастся, и контакт, в том числе и
силовой, в конце концов, произойдет. Столкновение цивилизаций неизбежно. Тайная Служба
Надежды в меру своих сил и способностей старается оттянуть этот момент на как можно
большее время, пока колония не встанет на ноги и не окрепнет. Тогда контакт уже не будет
грозить земным переселенцам полным уничтожением.
Но мы отвлеклись.
Модель действий Стагнаторов удивительно напоминает положение с космическими
программами в нача
...Закладка в соц.сетях
