Жанр: Научная фантастика
Меч Шаннары
... все, виденное нами в
жизни. Он может быть очень, очень опасным врагом.
- Я в этом ни секунды не сомневался,- сухо пробормотал Флик.
Несколько минут спустя дверь зала собраний распахнулась, и из
нее молча вышел Алланон. В тусклом лунном свете он выглядел
огромным и грозным, чем-то похожим на жутких Носителей Черепа,
которых они так боялись; его темный плащ слегка колыхался, а худое
лицо скрывалось в глубине просторного поднятого капюшона. Когда он
направился к ним, они притихли, не зная, что он сейчас скажет им и как
это отразится на их дальнейшей судьбе. Возможно, подходя к ним, он
уже заранее знал их мысли, но их глаза не могли проникнуть под ту
непроницаемую маску, что скрывала его суровые черты и прятала
носившего ее человека. Они заметили лишь внезапный блеск его глаз,
когда он остановился перед ними и медленно обвел взглядом их лица. В
маленькой компании воцарилась зловещая тишина.
- Настало время рассказать вам всю историю Меча Шаннары,
рассказать о тех страницах истории рас, что известны сегодня только
мне.- Его голос окреп и повелительно призвал их к вниманию.-
Жизненно важно, чтобы Шеа сейчас понял услышанное, а раз вы все на
равных делите с ним все опасности, то вам тоже следует знать истину.
То, что откроется вам сегодня, должно оставаться тайной до тех пор,
пока я не позволю вам раскрыть ее. Это нелегко, но вам придется
хранить молчание.
Жестом он предложил им идти за ним и зашагал прочь с поляны,
углубляясь во тьму лежащего впереди леса. Когда они прошли вглубь
леса несколько сотен футов, он свернул на крошечную, почти
незаметную полянку. Он уселся на источенный пень, оставшийся от
древнего ствола, и взмахом руки предложил им удобно устраиваться
рядом. Они быстро расселись и безмолвно ожидали, пока великий
историк собирался с мыслями и готовился говорить.
- Очень многие годы назад,- наконец начал он, тщательно
взвешивая каждое произносимое слово,- еще до великих Войн, до того,
как возникли известные нам сегодня расы, на земле обитал только
человек - по крайней мере, так он думал. Его история насчитывала
много тысяч лет - лет тяжелого труда и изучения наук, постигнув
которые, человек практически переступил черту, за которой лежали
разгадки всех тайн жизни. Это было легендарное, невероятное время,
столь невообразимое, что многое из происходившего в те годы осталось
бы для вас непонятным, даже если бы я сумел нарисовать вам самую
совершенную его картину. Но хотя все эти годы человек трудился над
раскрытием тайн жизни, ему никогда не удавалось преодолеть
всесильную притягательность смерти. Эта двойственность постоянно
сказывалась в истории даже наиболее развитых рас. Как ни странно,
стимулом каждого нового открытия служила все та же бесконечная гонка
- изучение наук. Не тех наук, что известны расам ныне - не изучение
жизни животных и растений, земли и простых искусств. Эти науки
создавали машины и энергию, они разделились на бесчисленные области
исследований, и все они стремились все к тем же двум целям - открытию
лучших способов жить и более совершенных способов убивать.
Он замолчал и мрачно усмехнулся про себя, склонив голову к
плечу и глядя в сторону внимательно слушающего Балинора.
- В самом деле, так странно думать об этом - человек тратил
столько времени, стремясь достичь двух совершенно противоположных
целей. Но ведь и сегодня, спустя столько веков - ничего не изменилосьЄ
Его голос на миг смолк, и Шеа рискнул коротким взглядом
окинуть друзей, но их глаза были прикованы к рассказчику.
- Технические науки! - Неожиданное восклицание Алланона
заставило Шеа резко повернуть голову.- В ту эпоху они значили все. Две
тысячи лет назад человеческая раса достигла в них высот,
непревзойденных за всю историю мира. Вековой враг человека, смерть,
осмеливалась забирать в свое царство лишь тех, чей природный срок
жизни подошел к концу. Все болезни были окончательно уничтожены, и
будь у человека еще хоть немного времени, он отыскал бы и средства,
продлевающие жизнь. Некоторые философы утверждали, что тайны
жизни запретны для смертных. Никто так и не смог доказать обратного.
Возможно, они и сделали бы это, но время их истекло, и та же энергия,
что освободила их жизнь от болезней и дряхлости, чуть не уничтожила
саму эту жизнь. Так начались Великие Войны, постепенно выраставшие
из маленьких междоусобиц и набиравшие новую силу, несмотря на то,
что большинство людей понимало, что происходит - но личная
неприязнь перерастала во всеобщую ненависть: поводом могли служить
расы, нации, границы, вероисповеданияЄ в конце концов, все что угодно.
Затем внезапно, столь внезапно, что мало кто успел это осознать, весь
мир охватил ряд военных ударов страны по стране, научно
разработанных и выполненных. В считанные минуты тысячелетняя
наука, веками накопленный опыт практически полностью уничтожили
жизнь на Земле.
- Великие Войны.- Его низкий голос зазвучал зловеще, а
сверкающие темные глаза внимательно изучали лица слушателей.-
Очень подходящее название. Силы, освобожденные за те краткие минуты
битвы, не только сумели перечеркнуть целые тысячелетия человеческого
развития, но также вызвали ряд катаклизмов, неузнаваемо
преобразивших земную поверхность. Наиболее страшными оказались
первоначальные удары, уничтожившие более девяти десятых всего
живого на земле, но и вызванные ими явления также несли гибель,
раскалывая континенты, испаряя океаны, на долгие века делая земли и
моря непригодными для жизни. Казалось, настал конец всего живого,
конец света. Лишь чудо спасло тогда наш мир.
- Я не верю в это.- Слова сорвались с губ Шеа прежде, чем он
успел спохватиться, и Алланон поглядел на него, скривив губы в
знакомой издевательской усмешке.
- Вот твоя история цивилизованного человека, Шеа,- мрачно
проговорил он.- Но нас сейчас больше интересует то, что произошло
впоследствии. В тот страшный период, что последовал за катастрофой,
остатки человеческой расы все же сумели уцелеть, укрывшись в
относительно нетронутых землях и борясь там за свою жизнь. Тогда и
началось развитие известных нам сегодня рас - гномов, карликов,
троллей, некоторые даже утверждают, что и эльфов - но эльфы были
всегда, и это совсем другая история для другой беседы.
Точно такие же замечания в отношении эльфийского народа Шеа с
Фликом слышали от Алланона еще в Тенистом Доле. В этот момент Шеа
мучительно хотелось прервать рассказ историка и расспросить его о расе
эльфов и о своем собственном происхождении. Но он не осмеливался
испытывать терпение Алланона, перебивая его, как уже несколько раз
делал в день их первой встречи.
- Отдельные люди сберегли тайны наук, определявших их жизнь
до разрушения старого мира. Лишь немногие помнили их. Большинство
опустилось на самый примитивный уровень, и редкому человеку
удавалось сохранить отдельные кусочки и обрывки знаний. Но они
сберегли в целости свои мудрые книги, которые могли поведать им
почти все тайны древних наук. Первые несколько веков они прятали и
хранили эти книги, не в силах постичь написанное в них, но зная, что
такое время наступит. Они упорно перечитывали свои бесценные тексты,
и когда сами книги начали от ветхости распадаться в пыль, а способа
сохранить или переписать их не было, владельцы стали заучивать их
наизусть. Шли годы, знание бережно передавалось от отца к сыну,
каждое поколение хранило знание в семейном кругу, оберегая его от тех,
кто мог найти ему неразумное применение, восстановив мир, в котором
могли повториться Великие Войны. В конце концов, у этих людей
появилась возможность занести знания в новые книги, но они
отказались. Они все еще боялись будущего, боялись друг друга и даже
самих себя. И тогда они решили дожидаться того дня, когда новые расы
смогут принять их знания.
Так прошли годы, и новые расы начали медленно подниматься над
чертой дикой жизни. Они стали объединяться в сообщества, пытаясь
построить новую жизнь на развалинах старой - но, как вам уже известно,
они оказались недостойны. Они яростно боролись за клочки земли, и
вскоре мелкие распри переросли в вооруженные столкновения. Именно
тогда сыновья тех, кто первыми сберег секреты старых наук, увидели, что
мир вновь неуклонно движется к тому самому положению, которое
разрушило прежнюю землю, и тогда они решили действовать. Человек
по имени Галафил понимал, что если ничего не изменится, то между
расами вспыхнет война. И тогда он созвал группу избранных,
обладающих знанием новых книг, на Совет в Паранор.
- Так вот как собрался первый Совет Друидов,- изумленно
прошептал Менион Лих.- Совет всех образованных людей той эпохи,
готовых объединить свои знания ради спасения рас.
- Весьма похвальное стремление объяснить отчаянную попытку
предотвратить всеобщее уничтожение,- отрывисто рассмеялся Алланон.-
Большинство членов Совета Друидов, а на первых порах - все они,
собирались с самыми лучшими намерениями. Они приобрели
невероятное влияние на все расы, ибо могли предложить им много
облегчающих жизнь новшеств. Они действовали только вместе, отдавая
свои знания ради общей пользы. Хотя им и удалось предотвратить
готовую вспыхнуть войну и какое-то время поддерживать мир в
отношениях рас, они столкнулись с непредвиденными трудностями.
Знание, которым обладал каждый из них, из поколения в поколение
неизбежно и незаметно изменялось, так что многие ключи к его
пониманию в итоге оказались утрачены.
Положение усложнялось и их неумением сочетать различные
факты, знания разных наук. Многие из членов Совета унаследовали
знания от своих предков, не понимая его практической сути, и большая
его часть казалась им просто лишенными смысла словами. Итак, хотя
друиды, назвавшие себя в честь древнего сообщества, искавшего
понимание, и могли во многом помочь расам, но все-таки они оказались
не в силах извлечь из заученных текстов достаточно информации, чтобы
усвоить хотя бы одно из важнейших понятий великих наук, понятий,
которые помогли бы всем землям развиваться и процветать.
- Значит, друиды хотели перестроить старый мир по своим
правилам,- быстро вставил Шеа.- Они хотели избежать войн, один раз
уже разрушивших мир, но при этом все же воссоздать старые науки.
Флик оторопело покачал головой, не в силах понять, при чем же
здесь Повелитель Колдунов и Меч.
- Верно,- ответил Алланон.- Но Совет Друидов, несмотря на все
свои огромные знания и добрые намерения, забыл об основном законе,
определяющем человеческое существование. Если разумное существо
начало стремиться к развитию, к постижению тайн прогресса, то оно
найдет для этого способ - не один, так другой. Друиды отгородились от
мира в Параноре, вдалеке ото всех земных рас, и поодиночке или же
маленькими группами трудились над тайнами старых наук.
Большинство полагалось на доступные материалы, знания отдельных
членов Совета, пытаясь перестроить и изменить прежние способы
управления силами природы. Но некоторых такой подход не
удовлетворял. Отдельные друиды считали, что вместо того, чтобы
пытаться глубже вникнуть в слова и мысли древних книг, следует
ограничиться изучением самого понятного и доступного и немедленно
использовать понятое в соответствии со своими новыми целями.
Вот так несколько членов Совета под руководством человека по
имени Брона начали проникать в древние мистерии, не стремясь к
исчерпывающему пониманию старых наук. Это были поразительные
умы, гении, и они упорно стремились к успеху, спеша овладеть силой,
что могла принести огромную пользу всем расам. Но по странному
капризу судьбы их открытия и исследования уводили их все дальше и
дальше от работы Совета. Старые науки казались головоломками,
лишенными ответов, и вскоре они отклонились в другие области,
медленно и неустанно углубляясь в мир знания, которое не постиг еще
никто за всю историю и которое никогда не называлось наукой. То, чем
они начали заниматься, обещало даровать им безграничную
мистическую силу - магия! Они успели раскрыть несколько секретов
мистики прежде, чем Совет обнаружил это и приказал им прекратить
работу. С гневными протестами последователи Броны в ярости
покинули Совет, полные решимости продолжать свой труд. Они исчезли,
и больше их с тех пор не видели.
Он немного помолчал, обдумывая свой рассказ. Слушатели
нетерпеливо ожидали его новых слов.
- Теперь мы знаем, что случилось в последующие годы. За время
своего долгого обучения Брона раскрыл величайшие секреты колдовства
и овладел ими. Но при этом он постепенно лишился своей личности, и
душой его завладели те самые силы, которые он так стремился покорить.
Забылись древние науки и их предназначение в мире людей. Забылся
Совет Друидов и их стремление сделать мир лучше. Забылось все, кроме
необоримого стремления все глубже постигать мистические искусства,
тайные силы разума, проникать в иные миры. Брона стал одержим
необходимостью расширять пределы своей власти - с помощью своей
ужасной силы он мечтал покорить весь населенный людьми мир. Итогом
этих его притязаний стала печально известная Первая Война Рас, в
которой ему удалось подчинить себе слабые и смущенные умы людской
расы и заставить этих несчастных людей сражаться с другими народами.
Ими всеми управляла воля человека, переставшего быть человеком,
потерявшего даже власть над собой.
- А его последователи?..- медленно спросил Менион.
- Пали жертвами того же. Они стали слугами своего бывшего
предводителя, порабощенные странной силой магииЄ- Голос Алланона
медленно умолк, словно он хотел что-то добавить, но не знал, как это
воспримут слушатели. Обдумав свою мысль, он продолжил.- Эти
несчастные друиды двинулись в противоположную сторону от того, что
искали, и это само по себе должно стать уроком для людей. Возможно,
при некотором терпении они и связали бы недостающие звенья старых
наук, а не пришли бы к открытию ужасной силы мира духов, жадно
поглотившего их беззащитные умы и не насытившегося. Человеческий
разум не в силах постичь суть нематериальной жизни на нашей земле. Ни
один из смертных не способен долго иметь дело с этим миром.
Вновь настала зловещая тишина. Теперь его слушатели поняли
сущность врага, которого надеялись перехитрить. Они боролись против
человека, переставшего быть человеком, превратившегося во
вместилище некой огромной силы, выходящей за пределы человеческого
понимания, силы столь могучей, что она, как и боялся Алланон,
разрушала разум людей.
- Остальное вам уже известно,- резким голосом произнес
Алланон.- Существо, называемое Брона, положило начало обеим
Войнам Рас. Носители Черепа - это последователи своего бывшего
лидера Броны, друиды, обладавшие когда-то человеческим обликом,
входившие когда-то в Совет Паранора. Они, как и их хозяин, были не в
силах избегнуть своей судьбы. Сам облик, который они приняли - это
воплощение олицетворяемого ими зла. Но для наших целей достаточно
знать, что они олицетворяют собой новую эпоху человечества, всех
народов четырех земель. Хотя старые науки и канули в вечность,
забытые так же надежно, как и годы, когда машины служили нуждам
людей, но на смену им пришли колдовские чары - более сильная, более
страшная угроза для человеческой жизни, чем любое оружие прошлого.
Не сомневайтесь в моих словах, друзья мои. Мы живем в эпоху
могущества колдуна, и его сила готова поглотить нас всех!
Мгновение длилась тишина. В ночном лесу сгустилось давящее
мрачное безмолвие, и последние слова Алланона словно продолжали
звенеть в воздухе. Затем Шеа заговорил.
- В чем же секрет Меча Шаннары?
- В Первой Войне Рас,- почти шепотом ответил ему Алланон,- сил
у друида Броны оказалось недостаточно. В результате объединенная
мощь других рас вкупе со знаниями Совета Друидов взяла верх над
людской армией и разгромила ее. Брона мог погибнуть, и тогда все
происшедшее сочли бы рядовой главой в истории - обычной войной
среди смертных - но он сумел раскрыть тайну сохранения своей духовной
сущности даже после того, как его бренное тело разложится и
превратится в прах. Он нашел способ вечно хранить собственную душу,
питая ее мистическими силами, которые подчинил себе, обретя
нематериальную, вечную жизнь. Теперь он мог соединить два мира -
наш и мир духов, откуда он призвал черных призраков, долгие столетия
дремавших в ожидании своего часа. Он выжидал, наблюдая, как растет
пропасть между расами, как и должно было случиться со временем, и
тает влияние Совета Друидов и слабеет их внимание к расам. Подобно
любому порождению зла, он дожидался, когда ненависть, зависть,
жадность - все человеческие слабости, свойственные и другим расам -
пересилят доброту и миролюбие, и тогда он нанес свой удар. Легко
подчинив себе первобытных, воинственных скальных троллей
Чарнальских гор, он укрепил их ряды существами из мира духов,
которому отныне служил, и его армия двинулась на разобщенные расы.
Как вам известно, они сокрушили Совет Друидов и уничтожили
его - лишь отдельные его члены сумели вовремя скрыться. Одним из
уцелевших был дряхлый мистик по имени Бремен, предвидевший
опасность и тщетно пытавшийся предостеречь остальных. Как друид,
первоначально он был историком, поэтому глубоко изучил Первую
Войну Рас и узнал о Броне и его последователях. Заинтригованный тем,
что они пытались совершить, и настороженный тем, что таинственный
друид смог овладеть ранее неизвестными людям силами, с которыми
ничто не могло соперничать, Бремен сам начал изучать мистические
искусства, но с много большей осторожностью и опасением перед силой,
которую мог случайно освободить. Спустя несколько лет работы он
убедился в том, что Брона в самом деле еще существует, и что следующая
война начнется и будет выиграна именно силами колдовства и черной
магии. Можете представить себе, как отнеслись к таким его словам
друиды - Бремен был практически изгнан из залов Паранора. В
результате он продолжил постигать мистические искусства в уединении,
а когда Паранор пал под натиском армии троллей, его в замке не было.
Узнав, что Совет захвачен и уничтожен, он понял, что если не начнет
действовать немедленно, то расы окажутся безоружными против
известных Броне чар и подвластных ему сил, неведомых смертным. Но
перед ним встала проблема - как победить существо, которое неуязвимо
для орудия смертных, существо, прожившее уже более пятисот лет. Он
отправился к величайшему народу того времени - к эльфам, которыми
правил тогда отважный молодой Джерле Шаннара - и предложил им
свою помощь. Народ эльфов всегда уважал Бремена, ибо понимал его
лучше, чем прочих друидов. Много лет, еще до падения Паранора, он
прожил среди них, изучая мистические науки.
- Вот этого я не понимаю,- внезапно вмешался Балинор.- Если
Бремен в совершенстве постиг искусства мистики, почему же он тогда
сам не вызвал на бой Повелителя Колдунов?
Ответ Алланона прозвучал несколько уклончиво.- В конце концов,
на Стрелехеймских равнинах он все же вышел на поединок с Броной,
хотя эта битва и не была доступна человеческому глазу, и оба они
сгинули в ней. Считалось, что Бремен сокрушил Короля Духов, но время
показало обратное, и теперьЄ- Он помедлил всего одно мгновение и
быстро вернулся к своему рассказу, но смысл этой кратчайшей паузы не
ускользнул ни от одного из его слушателей.
- Во всяком случае, Бремен понял, что ему необходим некий
талисман, готовый стать надежной защитой против возможного
появления существа, подобного Броне, даже в то время, когда не
останется никого, знакомого с мистическими искусствами, кто мог бы
предложить свою помощь народам Четырех Земель. Так к нему пришла
идея Меча, оружия, обладающего силой, способной уничтожить
Повелителя Колдунов. С помощью своего мистического искусства
Бремен выковал Меч Шаннары, создав его не только из обычных
металлов нашего мира, но, помимо того, наделив его особым защитным
свойством всех талисманов. Меч черпал свою силу из душ смертных,
которых защищал - сила Меча зависела от их собственного стремления к
свободе, готовности завоевать эту свободу, пусть даже ценой жизни.
Именно эта сила помогла Джерле Шаннаре уничтожить армию Севера и
ее призрачных союзников; и она же должна быть использована сегодня,
чтобы низвергнуть Повелителя Колдунов в породившую его
преисподнюю и навечно замуровать его там, чтобы окончательно
отрезать ему путь в этот мир. Но пока Меч остается в его руках, он в
силах помешать нам использовать его мощь, и это положение, друзья
мои, необходимо изменить.
- Но почему же только сын Дома Шаннары?..- сорвался вопрос с
подрагивающих губ Шеа, мысли которого вертелись в бешеном
хороводе.
- Вот величайшая ирония судьбы! - воскликнул Алланон прежде,
чем тот закончил свой вопрос.- Если вы внимательно слушали все, что я
рассказывал про изменение образа жизни, происшедшее после Великих
Войн, про современные науки, пришедшие на смену старым учениям, про
науку мистики, тогда вы поймете то, что я сейчас попытаюсь объяснить -
удивительнейший феномен. В то время, как науки древности
основывались на практических теориях, охватывающих видимый,
слышимый и осязаемый мир, наша современная магия основана на
совершенно иных принципах. Ее сила велика, пока она сопряжена с
верой, ибо это сила разума, неощутимая никакими человеческими
чувствами. Если разум не находит в себе веры в существование этой
силы, то она не может полноценно действовать. Повелитель Колдунов
сознает это, и вера в неизвестное и страх перед ним - перед всеми
мирами, существами и явлениями, непостижимыми для ограниченных
чувств человека - служит ему достаточной основой для изучения
мистических искусств. На этот принцип он полагается уже более пяти
веков. Точно так же, Меч Шаннары не станет могучим оружием в руках
человека, искренне убежденного, что не может использовать его силу.
Когда Бремен отдавал меч Джерле Шаннаре, он совершил ошибку,
передав его лично королю и королевскому дому - он должен был отдать
Меч народам Четырех Земель. В результате неверного понимания
людьми и искаженного толкования историками возникло всеобщее
поверие, что Меч - это оружие, предназначенное только для короля
эльфов, и лишь его прямые потомки смогут поднять Меч против
Повелителя Колдунов. И сегодня, если Меч возьмет в руки человек, не
являющийся сыном Дома Шаннары, то ему никогда не удастся до конца
поверить в свое право владеть им. Древняя традиция вызовет сомнения у
любого, кто не принадлежит к Дому Шаннары - а если в глубине души
человека останется хоть толика сомнения, Меч окажется бессилен. Он
превратится в обычный кусок металла. Лишь кровь и вера истинного
наследника Шаннары способны пробудить дремлющую силу великого
Меча.
Он замолчал. Звук его голоса сменился гнетущей тишиной. Он
рассказал им все, что мог рассказать. Алланон быстро обдумал данное
самому себе обещание. Он не раскрыл им всего, намеренно умолчав о той
детали, что ввергла бы их в слепой панический ужас. Душу его
разрывало желание открыть им всю правду и мучительное понимание
того, что этот шаг погубит их последнюю надежду на успех; а успех их
путешествия важен для всего мира - и один он понимал истинное
значение этих слов. Он молча сидел на пне, испытывая горечь от своего
тайного знания и гнев от запретов, наложенных им же самим - запретов,
не позволяющих раскрыть истину тем, чьи жизни полностью зависели от
него.
- Значит, только Шеа сможет владеть Мечом, еслиЄ- внезапно
нарушил молчание Балинор.
- Только Шеа - по праву рождения. Только Шеа.
Стало так тихо, что даже ночные обитатели леса, казалось,
прервали свой нескончаемый шорох, с трепетом внемля словам
нахмурившегося историка. Будущее представлялось очень простым -
победа или гибель.
- Теперь идите,- вдруг приказал Алланон.- Постарайтесь
выспаться. На рассвете мы покидаем деревню и отправляемся в залы
Паранора.
Глава 10
Для маленького отряда утро настало рано, и когда небо осветила
тусклая золотистая заря, его участники уже готовились, преодолевая
сонливость, к началу своего долгого пути. Балинор, Менион и юноши из
Дола ожидали появления кузенов Эвентина и Алланона. Они ждали
молча, отчасти из-за того, что еще не до конца проснулись и с трудом
могли беседовать, отчасти же из-за того, что мысли их были поглощены
предстоящим опасным путешествием. Шеа с Фликом молча сидели на
маленькой каменной скамейке, не глядя друг на друга, и обдумывали
рассказанную прошлой ночью Алланоном историю, прикидывая, каковы
их шансы добыть Меч Шаннары, с его помощью уничтожить
Повелителя Колдунов и живыми вернуться домой. К этому моменту у
Шеа уже прошло то состояние, когда единственным его чувством был
страх; сейчас он ощущал лишь странную вялость мыслей,
притупленность измученного сознания, и мог спокойно думать о том,
что отправляется буквально на заклание. Но все же, несмотря на все его
мрачные предчувствия в отношении похода в Паранор, где-то в глубине
его оцепенелого разума теплилась вера в то, что ему как-то удастся
выбраться из этого лабиринта непреодолимых препятствий. Он
чувствовал, как дремлет в нем эта вера, выжидая более подходящего
момента, чтобы пробудиться и потребовать решительных действий. Но
пока что он позволял себе покорно впасть в равнодушное оцепенение.
Юноши носили лесные костюмы, позаимствованные у гномов, и
теплые плащи, в которые сейчас кутались, спасаясь от прохлады раннего
утра. Помимо того, они захватили с собой короткие охотничьи ножи,
взятые из Дола, и заткнули их за свои кожаные пояса. Их рюкзаки были
по необходимости малы, в соответствии с небольшим ростом юношей.
Местность, лежащая на их пути, славилась как лучшие охотничьи угодья
во всех землях Юга, и в ней встречались небольшие поселения, где
Алланона и гномов готовы были принять как друзей. Но помимо того,
здесь обитал народ карликов, давних и смертельных врагов гномов.
Оставалось надеяться, что маленький отряд в пути сумеет остаться
незамеченным и избежать всяких стычек с охотничьими отрядами
карликов. Шеа аккуратно положил в рюкзак кожаный мешочек с
Эльфийскими камнями, никому их не показывая. С момента своего
прибытия в Кулхейвен Алланон ни разу не заговорил о них. Была ли
т
...Закладка в соц.сетях
