Жанр: Научная фантастика
Глина
..., я слышал. Каолин не был единственным богатым отшельником,
удалившимся от мира и общающимся с ним через электронику или посредством
двойников. Но в большинстве случаев это аффектация. Поза. Способ ограничить доступ, и
для важных дел допускаются исключения. Исчезновение известного ученого можно
квалифицировать именно так.
Я начал говорить об этом, однако заметил, что Риту не обращает на меня внимания.
Ее взгляд был устремлен на что-то за моим правым плечом, зрачки расширились, а
подбородок дрожал. И почти тут же я услышал вздох, сорвавшийся с губ копии Каолина.
Прежде чем я повернулся, Риту выдохнула короткое слово:
- Падит...
Из-за цветника к нам шел глиняный человек. Это была серая копия, с кожей гораздо
более темной, чем у двойника Каолина. Дубль был снят с хрупкого мужчины лет
шестидесяти, слегка прихрамывающего, причем скорее по привычке, чем из-за недавнего
повреждения. Лицо, узкое и угловатое, несло некоторое сходство с лицом Риту. Сходство
усилилось, когда на нем появилась слабая улыбка.
Бумажный костюм порвался в нескольких местах, но на идентификационном значке
имелась надпись: "ВП. Йосил Махарал".
- Я ждал тебя, - сказал он.
Риту не бросилась к нему в объятия; ее голос все же дрогнул, когда она сжала
протянутую руку.
- Мы так беспокоились. Я рада, что ты в порядке.
По крайней мере можно предположить, что он был в порядке в последние двадцать
четыре часа, подумал я, отмечая для себя и порванный костюм, и трещинки на
псевдокоже. На лице двойника виднелись следы маскировки, в голосе звучала не только
нежность, но и усталость.
- Извини, что огорчил тебя, - сказал он и повернулся к Каолину. - И тебя,
старый друг. Не хотел вас расстраивать.
- Что происходит, Йосил? Где ты?
- Мне пришлось уехать на время и кое-что обдумать. Проект "Зороастр" и его
последствия... - Махарал покачал головой. - Сейчас мне лучше. Через несколько дней
все наладится.
Каолин шагнул к нему:
- Ты имеешь в виду решение...
- Почему ты не связался с нами? - вмешалась Риту. - Почему не сообщил?..
- Меня обуяла подозрительность. Я не верил ни телефонам, ни сетям. - Махарал
горько усмехнулся. - Паранойя не проходит так быстро, как хотелось бы, поэтому я и
послал эту копию, а не позвонил. Но позвольте уверить вас обоих, что сейчас дела идут
намного лучше.
Я отступил на несколько шагов, не желая вмешиваться. Риту и Каолин заметно
оживились и явно обрадовались. Конечно, не хотелось терять выгодное дельце, однако
счастливый конец - это в любом случае хорошо.
Только вот не уходило ощущение беспокойства - происходящее здесь не
подходило под определение "счастливый". И хотя перспектива вернуться домой с чеком
на внушительную сумму за утреннюю консультацию таяла, меня не оставляло чувство,
что работа еще не закончена.
3
КОЕ-ЧТО В МОРОЗИЛЬНИКЕ
...или реальный Альберт решает, что ему нужна помощь...
Я припарковался возле канала в Маленькой Венеции и сам прошел на яхту Клары.
Надеясь, что она будет дома.
Жить на воде - это в духе Клары. Во времена, когда большинство людей, даже
бедняки, заняты лихорадочным возведением собственных домов с претензией на
максимум пространства и вещей, она предпочла спартанскую компактность. Прилив и
отлив, постоянная качка напоминали Кларе о нестабильности мира, в чем ей виделось чтото
ободряющее, что-то обнадеживающее.
Или взять пробоины в переборке, через которые в уютный салон проникали
солнечные лучи. "Мои новые иллюминаторы", так назвала их Клара после того, как нам
удалось вырвать пистолет из рук Пэла, когда наш друг вдруг сошел с рельсов и дал волю
чувствам. В первый раз я увидел, чтобы он оплакивал свою незадачливую судьбу. В тот
день его выписали из больницы - то, что осталось, - снабдив новым, сияющим
инвалидным креслом, оснащенным современной системой жизнеобеспечения.
Позже, когда мы собрались отвезти Пэла домой, Клара отказалась слушать его
извинения и поклялась, что никогда ни заделает оставшиеся от пуль дырки, без которых
ей будет "чего-то не хватать".
Теперь вам понятно, почему я всегда, независимо от настроения, прихожу на эту
яхту, ставшую постоянным домом Клары.
Вот только на этот раз хозяйки не оказалось дома. Вместо нее я обнаружил на кухне
записку.
Ушла на войну.
Не жди!
Я негромко выругался. Уж не решила ли Клара расплатиться со мной за
несвоевременное появление моего зомби-двойника на яхте мадам Как-ее-там? Возможно,
я испортил кому-то аппетит, но... Впрочем, Клара всегда высоко ставила добрые
отношения с соседями.
Потом я вспомнил. Ах да, война. Клара действительно говорила что-то о том, что их
резервную часть отправляют воевать против Индии. Или Индианы?
Черт, это может затянуться на целую неделю. Или даже больше. Мне действительно
хотелось поговорить с Кларой, а не сидеть в неведении, не зная, где она и что делает в
пустыне.
Еще в записке говорилось:
Пожалуйста, не мешай работать.
Мне нужно закончить проект к завтрашнему дню!
Из-под двери кабинета виднелся свет. Должно быть, перед уходом Клара изготовила
двойника, запрограммировав ее на выполнение какого-то срочного задания. Наверное,
там, в кабинете, сидит, завернувшись в халат, ее серая или даже эбеновая копия, занятая
академическим исследованием по лингвистике банту или военной истории Китая.
Интересы Клары постоянно менялись, и я даже оставил надежду уследить за ними.
Впрочем, такая переменчивость свойственна современным исследователям.
А вот я принадлежу к исчезающему виду - наемным работникам. Моя философия:
зачем учиться, если у тебя есть пользующиеся спросом навыки? Никто не знает, когда это
устареет.
Магнитный замок неслышно открылся от моего прикосновения, и дверь в кабинет
отворилась. Как и указывалось в записке, она была там. Клара, правда, просила меня не
беспокоить ее двойника, но иногда мною овладевает неуверенность, и тогда я проверяю
всю яхту.
На этот раз, похоже, все было в порядке. Серая копия Клары сидела у стола,
заваленного бумагами и дискетами. Моим глазам открылись только ноги, весьма
реалистичные по форме, но малопривлекательные на ощупь. Все выше пояса было скрыто
голоинтерактивной тканью. Руки копии то взлетали над клавиатурой, то замирали, то
изображали сложные жесты.
- Нет-нет! Мне не нужна коммерческая симуляция войны! Я хочу получить
информацию о реальном событии! Никаких исторических книг, только документы,
касающиеся биопреступлений... Да, да, верно! Реальный ущерб, нанесенный реальным
людям...
Я знаю, что суд состоялся сорок лет назад! И что из этого? Ну так адаптируйте!
Черт возьми, и это они называют искусственным интеллектом!
Я не сдержал улыбки. Пусть и копия, но это была Клара. Умеющая сохранять
хладнокровие в минуты кризиса и способная на глубокое чувство. И эта ее нелюбовь к
некомпетентности, особенно у машин. А главное, ей бесполезно объяснять разницу между
компьютером и новобранцем, который может испугаться одного лишь крика.
Я часто задавался вопросом, почему Клара, усаживая своих двойников за
исследовательскую работу, никогда не загружает себя их памятью. Помогает ли ей это?
Ладно, я старомодный. (По уверениям Клары, это одно из моих "милых" качеств.) Но,
наверное, мне просто трудно представить, что поддерживает у голема мотивацию, если
ему не обещано воссоединение с оригиналом.
Впрочем, - подумал я, - ты ведь и сам это иногда делаешь. Не ты ли предоставил
ей в помощь своего эбенового двойника на прошлой неделе. Насколько помнится, он так и
не вернулся. Ну и ладно. Надеюсь, мы повеселимся.
Соблазн был, но я все же решил не беспокоить двойника. Кларе нравились
специалисты, и копия трудившаяся в кабинете и охваченная исследовательским порывом,
будет сидеть за компьютером до тех пор, пока ее недолговечный мозг не "испустит дух".
Опять-таки все сводится к личности. Полная концентрация на конкретной задаче, это моя
Клара.
Яхта тоже носила отпечаток характера владельца. В наше время все стремятся к
роскошному убранству, декоративности, а вот у Клары в доме только самое необходимое,
как будто она всегда готова сняться с якоря и умчаться к далеким берегам или даже в
другую эпоху.
Многие из имеющихся на яхте инструментов и приборов тоже несут отпечаток ее
индивидуальности и хранят тепло ее рук. Например, всепогодная навигационная система,
встроенная в рукоятку резной деревянной трости, или набор устрашающего вида
самонаводящихся боевых бола, выкованных из куска метеорита. И еще бронированные
чадры, свисающие с крючка. Внешняя отделка из полированной титановой сеточки
скрывает сам аппарат - свободной формы капюшон-излучатель, способный отправить
тебя куда угодно в виртуальном пространстве. Если, конечно, ты так уж хочешь посетить
эти стерильные цифровые дали.
Пожалуй, это было единственное твердое выражение ее чувств ко мне. Чадра и пара
кукол, изображающих нас двоих и напоминающих о нашей поездке в Денали. КуклаКлара
имела продолговатое лицо, которое сама Клара считала некрасивым (хотя я так не
думал), и коротко остриженные каштановые волосы. На мой взгляд, она выглядела
настоящей зрелой женщиной, тогда как мое слишком юное лицо, похоже, вечно будет
нести печать подростковой угрюмости. Может быть, поэтому я так цепляюсь за то, что
представляется мне серьезной работой, тогда как Клара свободно меняет увлечения в
поисках лучшего. Что еще?
Никаких сувениров. Никаких побрякушек, никаких трофеев из сотни экспедиций,
где ее копии-солдаты ползли под огнем артиллерии и сгорали в лучах лазеров.
Клара многолика: сегодня она прилежная ученица, завтра солдат и международная
знаменитость. Ну и что? А кто не привык жить параллельно несколькими жизнями? У
человечества есть один самый большой талант - почти безграничная способности
привыкать к Тому-Что-Будет... и потом принимать это как само собой разумеющееся.
Я еще раз посмотрел на оставленную Кларой записку. Отпечаток большого пальца,
выполненный так, что он напоминал ее ухмылку, указывал на второй листок.
Я оставила себя в морозильнике, на случай, если будет одиноко.
Ее дубликатор - изящная модель, произведенная в Габоне - занимал примерно
четверть объема крохотного салона. За затянутой морозной дымкой дверкой
морозильника виднелась гуманоидная фигура, формой и размерами напоминающая Клару,
вероятно, уже одушевленная и готовая к печи. Разглядывая знакомый силуэт, я чувствовал
себя мужем, чья уехавшая к маме жена оставила ему в холодильнике приготовленный
ужин. Разогрей и ешь. Странная мысль, учитывая отношение Клары к браку. Да, она
любит, когда ее копии занимаются конкретным делом. И эта, эбеновая, вряд ли станет
щеголять интеллектом или вести долгие разговоры.
Что ж, возьмем, что дают.
Но не сейчас. Я был на ногах почти сорок часов и, выбирая между сном и
суррогатным сексом, не колебался. Тем не менее, возвращаясь домой, я чувствовал
неясное беспокойство.
- Что с официантом из "Ванадиевой башни"? - спросил я у Нелл, поставив
"вольво" в маленьком гараже.
Домашний компьютер ответил привычным меццо-сопрано:
- Из ресторана сообщили, что трудовой контракт с одним из официантов
расторгнут. Причина - невнимание к посетителям. С сегодняшнего вечера на работу
выходит другой дитто.
- Черт!
За мной должок. Рабочий контракт - дело нелегкое; получить место в хорошем
ресторане почти невозможно. Хозяева желают видеть служащих с одним лицом.
Идентичные официанты более предсказуемы и не дерутся между собой из-за чаевых.
- Имя?
- Они не дают такой информации. Но я попробую узнать. У вас три текущих дела.
Займемся ими, пока будут готовиться копии?
В тоне Нелл звучала укоризна. Заведенный порядок совершенно разладился. Обычно
к этому часу двойники уже отправляются с поручениями, а риг ложится спать, сохраняя
драгоценные клетки мозга для творческой стороны бизнеса.
Вместо того чтобы свалиться на кровать, я подошел к печи и лег, предоставив Нелл
разморозить несколько заготовок для импринтинга. Они скользнули на прогревающиеся
лотки, и миллионы клеток-катализаторов начали свою короткую, но энергичную
псевдожизнь. Тестообразная плоть стала подниматься, набухать, наливаться цветом.
Нынешние дети принимают это как нечто естественное, но большинство людей моего
возраста до сих пор испытывают неприятное чувство, как будто на их глазах оживает
труп.
Я отвел взгляд.
- Начинай.
Нейронные зонды обвились вокруг моей головы. Наступила решающая стадия
импринтинга.
- Во-первых, мне пришлось все утро отбиваться от Джинин Уэммейкер. Она рвется
поговорить с вами.
Я моргнул, ощутив нечто похожее на щекотку. Дубликатор сравнивал мою
нынешнюю Волну с заложенной в его памяти.
- Дело Уэммейкер закончено. Контракт выполнен. Если у нее вопросы по
расходам...
- Маэстра полностью оплатила счет. Никаких претензий, никаких уверток.
От удивления я чуть не сел.
- На нее не похоже.
- Возможно, мисс Уэммейкер заметила, что вы были резки с ней сегодня утром. А
потом еще отказались принимать ее звонки. Тем самым вы укрепили свою позицию и
стали в положение диктующего условия. Возможно, ее тревожит тот факт, что она
слишком часто провоцировала вас. Наверное, опасается, что лишится ваших услуг
навсегда.
В рассуждениях Нелл что-то было. Я мог обойтись без маэстры. Не так все плохо,
чтобы хвататься за любое предложение.
Гудение тетраграматрона усилилось - аппарат снимал мой симпатический и
парасимпатический профили.
- Какие услуги? Я уже сказал, что дело закончено.
- Очевидно, она придерживается другого мнения. Ее предложение - ваша высшая
ставка плюс десять процентов за конфиденциальную консультацию сегодня после
полудня.
Я задумался, хотя принимать ответственные решения во время импринтинга не
рекомендуется, потому что в мозгу возникают случайные токи и поля.
- Что ж, если будет настаивать, сделай контрпредложение. Высшая ставка плюс
тридцать процентов. Или так, или никак. Если согласится, пошлем Серого.
- Серый разогревается. Эбенового готовить?
- Хм. Дороговато получается. Может быть, Серый успеет пораньше закончить с
Уэммейкер и вернется домой, чтобы помочь здесь.
- Но нам все равно нужен Зеленый... Нелл остановилась, не закончив.
- Есть звонок. Срочный. От некоей Риту Лизабет Махарал. Вы знаете эту
женщину?
И снова я едва не сел, что закончилось бы весьма печально для процесса трансфера.
- Познакомился сегодня утром.
- Могли бы сказать мне.
- Ладно, Нелл, соединяй.
На стене вспыхнул экран, и на нем возникло лицо юной ассистентки вика Каолина.
Она вовсе не казалась успокоенной, как час назад, когда мы расстались.
- Мистер Моррис... то есть Альберт...
Она запнулась, поняв, что застала меня не в самый подходящий момент. Многие
относятся к процессу дублирования как к некоему глубоко интимному делу и смущаются,
словно увидели, как ты одеваешься.
- Извините, что не встаю, мисс Махарал. Если дело срочное, я сделаю перерыв.
Или позвоните попозже...
- Нет, простите за беспокойство, я не знала... но... у меня плохие новости.
Об этом она могла бы и не говорить - я так и понял с первого взгляда. Что ж,
попробуем угадать.
- Ваш отец?
Риту кивнула, и на глазах у нее появились слезы.
- Нашли его тело...
Она судорожно вздохнула.
- Настоящее? - Вот уж неожиданность! - Не копию, которую я видел? Так ваш
отец мертв?
Риту кивнула:
- Вы не могли бы прислать вашего двойника? В поместье Каолина. Говорят, что это
несчастный случай, но я уверена, что папу убили!
СЕРЫЕ ВАЖНЯКИ
...или как первый вторничный дитто терпит неудачу...
Заметки на ходу.
Если бы это тело было настоящим, то какой-нибудь случайный прохожий мог
увидеть, как шевелятся мои губы, или услышать мой шепот. Но говорить в микрофон
неудобно и неприятно. Тебя могут подслушать. Поэтому все мои двойники снабжены
устройством безголосовой записи.
И теперь я один из них.
Проклятие.
О, не обращайте внимания. Я всегда немного брюзжу, когда поднимаюсь с
прогревающего лотка, беру с вешалки бумажный костюм, просовываю руки и ноги, еще
не остывшие и пышущие влитыми в них силой и здоровьем, в рукава и штанины, зная при
этом, что я копия, жизнь которой ограничена одним днем.
Конечно, я помню, что делал это тысячи раз. Часть современной жизни, вот и все.
Но все равно я чувствую себя мальчишкой, которому родители вручили список поручений
на день и объявили, что сегодня никаких игр, а только дела, дела, дела. Разница с
мальчишкой в том, что големы Альберта Морриса имеют хорошие шансы свернуть себе
шею, идя на риск, которому он никогда не подверг бы настоящее тело.
Маленькая смерть. Никто и не заметит. Никто и не всплакнет.
И отчего это я так сумрачен?
Может быть, из-за Риту? Она напомнила, что смерть поджидает каждого из нас.
Ну все! Встряхнись! Не время предаваться черной грусти.
Жизнь осталась прежней. Иногда ты кузнечик, иногда - муравей. Разница в том,
что сейчас ты можешь быть и тем, и другим в течение одного дня.
Пока я натягивал на себя колючую одежду, я-реальный тоже поднялся со стола и
бросил взгляд в мою сторону. Наши глаза встретились.
Если этот я доживет до вечерней разгрузки, то я запомню краткий миг контакта, не
сравнимого ни с чем подобным. Это хуже, чем пристальный взгляд зеркального двойника
или тревожное ощущение дежа-вю. Поэтому-то мы и избегаем таких контактов. Есть
люди, которые вообще не встречаются с самими собой, отгораживаясь от своих големов
ширмой. Другие, наоборот, даже находят удовольствие в общении с копиями. Люди такие
разные. Как говорится, человечество - великая сила. Сейчас, когда нас разделяли
секунды, я точно знал, что чувствует мой органический архетип. Он мне завидовал. Ему
самому хотелось бы пойти на встречу с прекрасной Риту Махарал. Предложить ей помощь
или утешение.
Крепись, Альберт. Для этого теперь существую я. В конце концов, она сама
попросила прислать копию. Высококачественного серого двойника.
Не тревожься, босс. Все, что тебе нужно, это загрузить мои впечатления в себя. Я
получу виртуальное продолжение, а ты будешь помнить все детали. Честный обмен.
Воспоминания об одном дне на жизнь после смерти.
В рабочие дни транспорт всегда проблема. У нас всего одна машина, и архи
предпочитает держать ее при себе на тот случай, если ему придется выезжать. Нельзя же
допустить, чтобы наше оригинальное тело промокло под дождем или наткнулось на чтото
острое. Например, на пулю.
Жаль, ведь большую часть времени Альберт проводит дома в халате и мягких
тапочках, "расследуя" дело в кресле. Он просеивает собранную информацию и делает
умозаключения. А "вольво" отдыхает в гараже. Нам же, двойникам, остаются автобусы
или скутеры.
Скутеров было два, а големов три. Так что мне ничего не осталось, как разделить
маленькую "веспу" с дешевым зеленым собратом, отправлявшимся с поручением в центр.
За рулем, конечно, стоял я. Зеленый сидел сзади, молчаливый, как бородавка, и пока
мы добирались до места, куда Риту обещала прислать машину, не проронил ни слова.
Чавес-авеню. Здесь, в небольшом тенистом парке, я и подожду молодую женщину.
Неплохое местечко для голема, тенистое, так что по крайней мере мне не грозит опасность
расплавиться на солнце.
Я остановил скутер, не глуша мотор. Зеленый ловко перебрался на мое место и
взялся за руль. Привычка. Сколько раз он это делал.
Скутер унесся прочь. Собрат даже не оглянулся. Вечером я узнаю, о чем он думал в
этот самый момент. Если, конечно, Зеленый вернется. А в этом у меня появились
сомнения - уж больно лихо парень обошел грузовой фургон. Так можно и скутер
потерять! Я бы на его месте был поосторожнее.
В ожидании автомобиля из "ВП" я закрыл глаза, подставив лицо теплым лучам
солнца. Моим серым копиям требуются такие органы чувств, и сейчас я улавливал запах
растущего неподалеку перечного дерева, по толстым сучьям которого ползали мальчишки
в длинных шортах. Дети всегда привносят в игру элемент серьезности, и их громкие
крики никак не вписывались в царящую в парке атмосферу умиротворенности и покоя.
Рядом копались в земле десятка полтора чудаков в широкополых шляпах, утоляя
страсть к садоводству в мире, где не осталось работы на всех. Поэтому я и выбрал для
встречи именно это место. Здешний клуб цветоводов сумел создать небольшой кусочек
рая. Не то что в моем районе, где всем на все наплевать.
Я огляделся - не мешаю ли кому. Парки предназначены для ригов. Дети здесь,
конечно, тоже настоящие. В большинстве семей ребятишек копируют, только чтобы
выучить какой-то требующий запоминания урок. Иногда копией балуют бабушку, редко
видящую настоящего внука. Некоторые родители, впрочем, даже от этого отказываются,
опасаясь нежелательных последствий для неокрепшего мозга. Со временем консерватизм
в этой области отомрет, как случалось в истории человечества уже не раз в отношении
других ставших рутиной чудес.
Я слышал о том, что некоторые разведенные пары практикуют новый, изощренный
способ мести. Мама отпускает двойника сынишки с папой в зоопарк, а потом запрещает
перегружать счастливые детские впечатления в память оригинала. Вот тебе!
Разумеется, большинство беззаботных гуляк - это оригиналы. А что? Лепишь
двойника, отсылаешь его в офис, а сам предаешься чувственным утехам. В этом
последнем достойной замены настоящей плоти нет. Правда, поручать ребенка заботам
Пурпурного или Зеленого не принято. Плохой тон. Но можно нанять современную "Мэри
Поппинс" из престижного агентства; такой шаг укрепит ваш социальный статус. Только в
этом районе города позволить себе данную роскошь не многим по карману.
Секундочку. Зазвонил телефон. Я включил его в тот момент, когда Нелл перевела
звонок на меня-реального.
Это Пэл. Я вижу его на крошечном дисплее. Он сидит в большом кресле-каталке,
полупарализованное лицо окружено сенсорами. Хочет, чтобы я к нему зашел. Что-то
случилось. Что-то, о чем нельзя говорить в открытую.
Мой риг отвечает недовольным голосом. Не спал два дня, бедняга. Сам приехать не
может, а делать еще одну копию не хочет.
- Я уже отправил трех дитто по разным делам Один из них навестит тебя, если
будет время.
Ха. Пэл живет в центре. В нескольких квартала от Теллер-билдинг. Не мог сказать
раньше?
Три дитто? Зеленый для разговора с Пэлом не годится, а Джинин Уэммейкер вряд ли
отпустит Серого в ближайшее время...
Остаюсь я. Значит, мне придется утешать и консультировать Риту Махарал, пока
копы будут бросать недовольные взгляды и бормотать о "лезущих не в свои дела частных
сыщиках". Потом тащиться через весь город к Пэлу, чтобы выслушивать его теорию о
заговоре неких темных сил, а затем вернуться домой и испустить дух. Отлично.
Ага. Вот и машина из "ВП". Не лимузин, но шикарная. Водитель - пурпурный
здоровяк, в котором интеллект потеснился, чтобы дать место рефлексам и собранности.
Такой доставит тебя куда надо. Но у него не станешь просить совета относительно
межличностных проблем. Я влез в салон. Он нажал на педаль. Улица отъехала назад.
Почитать? Я остановил выбор на "Журнале антиобщественных наклонностей". Надо
держать руку на пульсе - всегда есть что-то новенькое. Хочешь сохранить работу -
работай. Мой настоящий мозг всегда трудно переносит такого вида деятельность.
Поэтому приходится переплачивать за серые копии. У них отличная концентрация.
Никогда бы не окончил колледж, если бы некого было посылать в библиотеку.
Минуточку.
Я выглянул в окно, за которым проплывали купола "Всемирных печей". Но что это,
мы проехали мимо? Едем куда-то еще? Разве...
Ах да. Риту говорила о другом, о поместье Каолина. Итак, в конце концов меня все
же пригласили в святая святых. В убежище отшельника.
Ладно, почитаем о псевдозаключении на Суматре. Двойников преступника,
осужденного на двадцать лет, сажают на десять лет каждого. Экономия денег и тяжкое
бремя для нарушителя закона.
Когда я выглянул в окно через пару минут, мы ехали по шикарному району. За
высокими изгородями высокие дома. Роскошные особняки по обе стороны дороги, и чем
дальше, тем они выше, внушительнее. Защищеннее. Сенсоры в моем левом глазу
обнаружили над мощными ограждениями охранные поля. В декоративных пиках крылись
распылители с усыпляющим газом. В кронах деревьев таились следящие камеры.
Конечно, настоящего профессионала все это не остановило бы.
Въезд на территорию "Каолин Мэнор" не сопровождался какими-то строгостями со
стороны охраны. Ее вообще не было видно. Что ж. Лучшее всегда в тени.
Мы проехали за ворота и свернули направо.
Большое каменное шато, окруженное лужайками и старыми деревьями. Несколько
скромного вида строений, гостевые коттеджи, обнесенные живой изгородью. Садики...
Ничего особенного. Цветы - смотреть не на что, будь я богачом, такие бы не сажал.
Оглядевшись, я заметил некую архитектурную аномалию - зеркальный купол,
закрывавший крышу целого крыла. Приют знаменитого отшельника, удалившегося от
мирской суеты несколько лет назад и оставившего поместье слугам, гостям и големам.
Очевидно, у Энея Каолина это всерьез.
У главного входа белый больничный фургон. Я ожидал другого: лимузинов,
полицейских, специалистов с чемоданчиками. В конце концов, произошло убийство.
Судя по всему, мнение Риту о том, что дело нечисто, власти не разделяли. Поэтомуто
она мне и позвонила.
Присланный дворецкий-двойник открывает передо мной дверь. Другой проводит
внутрь. Приятное обращение, учитывая, что я всего лишь копия.
И вот я внутри, под высоким сводчатым потолком. Прекрасные деревянные панели.
Много декоративных штучек - шлемы на стенах, щиты, колющее оружие минувших
эпох. Кларе бы это понравилось, и я делаю несколько "снимков" на память.
Меня ведут в библиотеку, исполняющую сейчас другую, более мрачную функцию.
На великолепном вишневого дерева столе стоит гроб с открытой крышкой.
Прощание с ушедшим. С десяток фигур, но реальных только две - труп и оплакивающая
его дочь.
Мне нужно подойти к Риту, ведь это она вызвала меня, однако здесь всем заправляет
платиновый двойник Каолина. Тот ли это, с которым я встречался сегодня утром? Должно
быть, потому что, увидев меня, он кивает и снова обращается к видеофону,
консультируясь
...Закладка в соц.сетях
