Жанр: Научная фантастика
Вероятностный человек. Вероятностная планета. Батальоны тьмы.
...битаемые планеты здесь отравлены тысячелетия тому назад. За
исключением Земли!
- Туристы, - еле слышно проговорил Данецкий. - Туристический корабль. Эти
мальчики все-таки будут сбиты с толку. Их судно попадет в тиски концентрической
окружности гиперпространства, как охотящийся за добычей зверь, а их датчики будут
обмануты шумом проходящего мимо звездолета. Но надолго ли?
Он увидел внизу разрушенный город. По треску приборов Данецкий понял, что
включилась система оповещения.
- Туристы? - громко спросил Данецкий. Ему сразу же ответил автомат,
запрограммированный оценивать ситуацию:
- Да, Данецкий. Это Земля. Туристические корабли регулярно посещают ее.
Определенные зоны очищены от радиации. Мы должны что-то предпринять, Данецкий.
Корабль перегревается. Эффективность защитных экранов - только три процента.
- Земля? - переспросил он.
- Вы запрашивали о ближайшей планете с атмосферой, пригодной для дыхания,
Данецкий.
- И это именно такая планета?
- Да, конечно!
- А что здесь за обстановка?
- Большая часть поверхности Земли загрязнена радиацией, и там нельзя появляться без
защитной противорадиационной одежды.
- Которой у меня нет, - усмехнулся Данецкий.
- И которой корабль не может обеспечить.
- Здесь есть джакобы?
- Мы выходим из Фазы! - услышал в ответ Данецкий и приказал немедленно увеличить
мощность.
Корабль на какое-то мгновение завис над руинами города, который все еще
поддерживался ходулями - действующими силовыми полями, и затем устремился ввысь
сквозь лучи восходящего солнца и облака. Идущий за ним космический крейсер прорвал
ограничения трехмерной клетки, которая защищала его в гиперпространстве.
- Ну, как там? - закричал Данецкий.
На экране высветилась карта поверхности Земли, над которой завис корабль. Данецкий
успокоился - он не заметил холодного мерцания, характерного для интенсивной радиации.
Корабль отреагировал на это сообщение и начал погружаться в облака, направляясь к тому
месту, которое когда-то было равнинами Кента. На гладкой металлической обшивке идущего
на посадку корабля Данецкий, как в зеркале, мельком увидел свое отражение. Он был небрит,
глубоко посаженные глаза, казалось, запали еще глубже. Он похож на преступника, которого
постоянно преследовали и который стал объектом внимания для остатков клана джакобов, и ко
всему приготовился. Ему на самом деле нечего было терять.
Данецкий заложил в компьютер несколько инструкций, касающихся ручного управления.
Он не мог довериться роботу, чтобы тот выполнял его приказы. Джакобы были рядом - может
быть, они наблюдали за ним даже сейчас, хотя Данецкий надеялся, что они все еще летели по
одному из тысяч ложных следов, которые образовались от ударных волн, оставленных за собой
огромным межпланетным кораблем.
- Какие будут приказания, Данецкий? - прервал его мысли робот.
- Уничтожь себя!
Металлический конус издал скрежещущий звук, и из него начали вырываться тонкие
струйки пара. Данецкий взвалил на плечи тяжелый спускаемый отсек и направился к большому
выходному люку. Позади него робот превратился в лужу расплавленного металла. Когда
скорость корабля внезапно упала, Данецкий открыл люк, через облака заглянул вниз и подумал,
что, видимо, здесь все и кончится - здесь, где начинался род человеческий.
- Род человеческий! - громко произнес Данецкий.
Спускаемый аппарат с силой швыряло из стороны в сторону, и Данецкого протрясло с
головы до ног раз двадцать, прежде чем он почувствовал, что плавно летит в воздухе. Когда до
земли оставалось метров шестьдесят, он включил рычаги управления.
Внезапно Данецкий ощутил резкий толчок. Он хотел взглянуть на свой корабль, но его
уже давно скрыли облака.
"Всего год назад, - подумал Данецкий, - я бы не смог так поступить. Теперь я совсем
озверел. Мне нужны еда, убежище, оружие. Тогда я смогу убить двух последних джакобов и...
И что потом?"
- Доктор Дросс, вы не можете это сделать! Черт побери, доктор, ведь вы держите в руках
не заплесневелые покрывала, в которые заворачивали трупы, и не заржавленные железяки
времен Парового Века! Это очень сложный механизм. Оставьте его в покое!
Доктор Дросс не обращал внимания на говорившего. Он налег всем своим грузным телом
на чрезвычайно интересный экземпляр роботостроения, относящийся к периоду Третьей
Конфедерации, и взял в руки голову робота. Доктор пытался отделить плоское лицо гуманоида,
чтобы рассмотреть изнутри черепную коробку. Голову он бросил в какую-то желтую грязь.
Нэггс принадлежал к числу тех людей, с которыми просто невозможно спорить. Он
обладал высочайшей квалификацией - ему не было равных в его специальности. Какой бы
древний кусок железа он ни извлек из руин разрушенного форта, он быстро пробегал по нему
пальцами и говорил: "Да, вполне возможно, что назначение штуковины можно определить
довольно точно; доктор, это простая предохранительная система". Или: "Нет, вы не правы,
доктор. Не забывайте, что все было разрушено тысячи лет назад и другие отряды уже побывали
здесь. Данный предмет скорее всего не что иное, как пеленгатор для нахождения электронных
подслушивающих устройств - такие были у первых высадившихся на планете бригад из
галактики. Интересная вещица, но вы можете встретить ее в любом музее в Галактическом
Центре".
Нэггс поднял и еще раз внимательно осмотрел голову робота.
- Не бросайте подобные вещи, - посоветовал он. - У них всегда сохраняется след
памяти о прошедшем времени! Вполне вероятно, что он может дать нам информацию о
последних днях форта.
Нэггс был довольно хилого телосложения, маленького роста и болезненно худ. Его нос
находился на уровне широкой мясистой груди Дросса.
- Мистер Нэггс, разве я не отдавал вам всегда такие находки?
- Не всегда, доктор, не всегда! - не согласился с ним Нэггс.
- И разве я не предоставил вам полную свободу действий в вашей области? -
продолжал Дросс.
- Только на этот раз, доктор, - ответил Нэггс. - Но я не доверяю вам, когда вы
протягиваете руки к защитным системам. Вы просто не можете удержаться, чтобы не потрогать
и не повертеть их в руках - в том-то вся и беда! Да еще туристы! Почему вы все не можете
оставить меня в покое, чтобы я мог спокойно заниматься своей работой. Ужасно, доктор, когда
вокруг все кишит назойливыми и любопытными женщинами. Они оставляют после себя уйму
всяких безделушек, которые захламляют мое рабочее место!
Дросс продолжал спокойно смотреть сверху вниз на маленького инженера, который кипел
от возмущения. Хотя он и улыбался, глаза его превратились в узкие щелочки.
- У меня свои трудности, мистер Нэггс. Одна из них - та, о которой вы упомянули. Я не
больше, чем вы, хочу, чтобы вокруг моих раскопок крутились ничего не смыслящие в этом
посетители, которые приходят сюда только поглазеть и оставляют после себя всякий хлам.
Другая трудность состоит в том, что мы вынуждены работать здесь в неподходящих условиях.
Вместо современного оборудования приходится довольствоваться устаревшими роботами,
чтобы просеять остатки самого мощного оборонительного сооружения, которое когда-либо
было возведено в древнейшем мире. И обе эти трудности, мистер Нэггс, - тут Нэггс уловил,
как Дросс едва различимо повысил голос, произнося его имя, отчего оно прозвучало как-то
невнятно, - мешают работать из-за присутствия, - Нэггс отпрянул назад, но не очень
проворно, так что Дросс схватил его своими огромными ручищами за плечи и приподнял от
земли, - упрямого, самодовольного, властного... - с каждым словом Дросс все выше
поднимал сопротивляющегося Нэггса, - абсолютно безрассудного... - Дросс прижал Нэггса к
своему огромному животу, - карлика, который никак не дает работать самому знаменитому
археологу во всей галактике!
Дросс перевернул Нэггса вверх тормашками, и тот в испуге уставился на желтую грязь,
которая совсем недавно покрывала внешнюю границу форта, с лежавшим в ней
обезглавленным роботом.
Когда Нэггс завопил во всю глотку, Дросс швырнул его на землю. Намерения Дросса
были слишком понятны, а Нэггсу вовсе не хотелось вываляться в грязи.
- Корабль! - пробулькал Нэггс, уткнувшись в грязь. Подняв голову, он посмотрел на
Дросса, который довольно посмеивался.
- Туристы! - пробормотал Дросс. - Вот и наши туристы пожаловали.
Нэггс в ярости уставился на Дросса.
- Только взгляните на меня! Мне придется ухлопать целый час, чтобы отчиститься. Вы
сумасшедший, Дросс, просто сумасшедший! Вас надо отправить отсюда. Вы совершенно не
можете держать себя в руках! Вы никогда не найдете...
Он вдруг замолчал, потому что Дросс бросил на него свирепый взгляд. Нэггс, хлюпая в
грязи, стал подниматься на ноги.
- Шумит-то не как туристический корабль, - сказал он.
Данецкий оттащил спускаемый аппарат в сточную канаву. Он разглядел ее, несмотря на
то что наносы и небольшие кусты почти скрыли канаву из виду. Всюду царило запустение.
Когда-то здесь было большое поле, а теперь - рощица буков и ив. Это место никогда не
подвергалось радиационной бомбардировке. И совсем не хотелось думать о смерти.
Жизнь могла оборваться в каком-нибудь ужасном катаклизме, когда клубы нагретого
добела пара окутали бы его корабль, а солнечная пушка раздробила его на молекулы. Но не тут,
не в приветливом месте, где даже дождь был слабым и теплым.
Это была Земля.
Данецкий никогда не собирался побывать на Земле, хотя высадиться на разрушенной
планете было пределом мечтаний многих его друзей. Они говорили об остатках сотен империй,
которые когда-то существовали на Земле. Но почему-то никто никогда не летал сюда. Данецкий
hp мог припомнить некого из своих знакомых, кто побывал на планете.
О Земле можно было только мечтать. Ты всегда говори л себе, что посетил бы ее, если
появится свободное время А между тем Тотекс выдавал информацию о том, как примерно
выглядит планета. И ты уже никогда больше не притворялся, что тебя тянет туда.
Данецкий съел все, что было у него в запасе, - трапеза могла оказаться последней. В
тяжелом спускаемом отсеке было мало того, что ему пригодится. Консервированный воздух в
количестве, достаточном для того, чтобы добраться до поверхности планеты, если его корабль
взорвется, да консервы, которых хватит всего на день. Больше ничего. Ничего, что могло бы
хоть самую малость помочь ему избежать преследователей.
Если они настигли корабль и уничтожили его, не исследовав, что находилось внутри,
значит, он спасен. Но вряд ли джакобы поступили так. Они торжественно поклялись, что
вернутся с ним или с тем, что от него осталось, чтобы доказать - зловещее задание выполнено.
Жук у него под ногами исследовал крошки синтетических продуктов. Он поднял свои
усики, когда Данецкий отодвинулся, чтобы освободить жуку дорогу к подмокшим крошкам.
Данецкий вдруг понял, что уже больше двадцати лет не думал о природе - пи о полях, пи о
жуках, пи о чем-либо другом. На это просто не хватало времени. Хороший навигатор-практик,
который мог быстро настроить системы, снабжающие энергией космические корабли,
летающие в гиперпространстве, всегда был нарасхват.
- Это поле не мое, - обратился он к жуку, который привел своего собрата оценить,
насколько хороши крошки.
Данецкий не услышал шума поискового корабля - он летел тихо, совершая виток за
витком. Термодатчики корабля безошибочно обнаружили его Данецкий наблюдал, как два
черных блестящих жука обсуждали что-то между собой. Именно они уловили незнакомый, еле
различимый звук.
И тут Данецкий увидел корабль. Разглядывая небольшой зеленый кусочек Земли, он
потратил несколько драгоценных минут. Джакобы играли с ним. Они уже давно могли бы
покончить с ним в какой-нибудь резне, какие не были редкостью.
Жуки вернулись к крошкам. Последнее, что видел Данецкий, когда пустился бежать, -
как они смешно шевелили усиками. Из бокового крыла черного корабля-разведчика со свистом
вылетел наблюдатель-модуль, похожий на паука.
Данецкий побежал. Зачем он бежит? Легкие его чуть не разрывались, а сердце бешено
колотилось, чтобы организм мог справиться с неимоверным напряжением. Он задыхался,
жадно ловя широко открытым ртом воздух.
Данецкий бежал через канавы, увертывался от цепляющихся веток, больно хлеставших
его по лицу, пробирался по кочкам, которые отбрасывали его из стороны в сторону, отчего стал
похож на хромого паука. Глаз наблюдательного модуля пробивал себе дорогу через подлесок,
неотступно следуя за ним и ни на миг не прерывая зловещую и безжалостную погоню.
Он видел только одного джакоба, одного из дюжины или сотни преследователей, которые
охотились за ним по всей галактике. Молодчики, которые преследуют его, теперь не дадут
передышки.
Данецкий знал, в чем его беда. Он вдруг понял, что устал уничтожать других, используя
для этого свою отточенную сноровку. И все же он не мог остановиться и оглянуться, без страха
встречая маленький самолет. Пока не мог.
- Надеюсь, мисс, вам понравился обед? - произнес робот.
Халия поблагодарила обслуживавшего ее робота. Ей нравился экскурсионный самолет.
Окруженный ярким свечением, он по спирали спускался через газовую оболочку Земли.
Маленький, быстрый и в чем-то совсем древний. Она потянулась к путеводителю.
- Не хотите ли пристегнуться к сенсорной рамке? - почтительно обратился к ней робот.
- Я лучше почитаю, - ответила она. Сейчас ей больше хотелось читать, чем общаться с
машинами. Халия открыла книгу.
Из малого салона раздался голос миссис Зулькифар:
- Не думаю, что это была прекрасная идея, Бригадир! Вы считаете нашу поездку
удачной?
- Конечно, Эмма!
- А этому типу, интересно, кто разрешил здесь появляться? - громким шепотом
спросила она.
Халия вздохнула. Миссис Зулькифар указывала своим тяжелым подбородком на странную
фигуру мистера Мунмена. Сама Халия никогда не могла до конца преодолеть страх перед
высоким сухопарым человеком. Не помогали и заверения Уордла в том, что мистер Мунмен -
совершенно обычный.
Особенно страшно было, когда лицо его чуть светилось, глаза становились похожими на
две круглые белые линзы, а длинные руки производила такое впечатление, будто его только что
вытащили из могилы.
Однако Халия пыталась преодолеть свой страх. В свободном сообществе, которое
поддерживало нечто вроде порядка в галактике, было место даже для Воскресших. Они, как и
любой другой, имели право летать на экскурсионных самолетах.
Миссис Зулькифар так не считала.
- Просто ужасно, - сказала она, - Он должен был остаться на корабле.
Мистер Мунмен не мог не обратить внимания на слова женщины. Когда он заговорил,
казалось, что голос доносится из глубокой бездны.
- Я слышу вас, мадам. Мне понятно ваше состояние. Вы боитесь меня, я знаю. - Он
разглядывал свои мертвенно-бледные руки призрака. - Вам известно, что значит видеть меня.
Я существую! Стюард! - позвал он.
Робот, обслуживающий пассажиров, сорвался с места и ринулся вперед.
- Что желаете, сэр? Поездка будет продолжаться еще несколько минут. Могу принести
напитки. Мы обеспечим вам полнейший комфорт. Доктор Дросс информирован о вашем
предстоящем прибытии.
- Оберните вокруг меня защитный экран, - попросил мистер Мунмен.
Миссис Зулькифар сердито посмотрела на пего.
- Я тоже так думаю! - выразила она все свое отвращение к Воскресшим, какого больше
не было ни у кого во всей галактике.
До известной степени Халия могла ее понять. Воскресших совсем немного, и люди могли
бы относиться к ним с сочувствием, но их внешность вызывала только чувство страха. Они -
зомби-мертвецы, которые встали из могил, уготованных им несчастной судьбой.
- Было бы правильнее, если бы их похоронили, - обратилась миссис Зулькифар к
Бригадиру. - Вот уж не ожидала, что мне придется путешествовать и дышать одним воздухом
с мертвецом.
- Отвяжитесь вы от мистера Мунмена! - не выдержала Халия, сама себе удивляясь. -
Он имеет полное право находиться здесь, а вот у вас нет никакого права так говорить о нем! -
Ей хотелось попросить Воскресшего Человека сесть рядом с ней, но она видела его холодные,
бледные руки, так пугавшие ее.
Миссис Зулькифар сделала вид, что ничего не замечает.
Халия старалась выбросить все из головы. Экскурсия вызывала у нее чувство трепетного
ожидания. Она вспомнила, что подобное чувство испытывала очень давно, еще ребенком.
Путеводитель сообщал банальные сведения: "Вы посетите одно из чудес всех времен! Вы
не пожалеете, что привяли участие в экскурсии! Вы увидите развалины самого
могущественного форта, сооруженного в те далекие дни, когда империя Второй Межпланетной
Конфедерации, как гордый корабль, выстояла в штормах войн и мятежей. С тех пор как форт
был разрушен пожарами и радиацией, прошли тысячелетия. Выдающийся археолог доктор
Дросс сам проведет вас по руинам. Зрелище поистине захватывающее. Вы познакомитесь с
великой цивилизацией, которая погибла в ужасной мгновенной катастрофе. Вас приведет в
трепет легенда о Затерянном Форте и позорной Черной Армии!"
Несмотря на столь восторженное описание, Халия опять почувствовала волнение - такое
же, какое охватило ее, когда Солнце и его планеты показались из-за гигантских кубов
нереальных миров. Что заставило ее так трепетать - страх или удовольствие от осуществления
детских снов?
"Ваша экскурсия будет безопасной, - сообщал далее путеводитель. - И хотя
большинство зон планеты нельзя посещать без специальной защиты, руины подвергались
действию излучения лишь короткоживущих изотопов. На сотни километров вокруг Древнего
Монумента нет никакой опасности".
- И все же я никогда раньше не слышала о докторе Дроссе, что бы вы там ни
говорили, - услышала Халия голос миссис Зулькифар.
- Может, и нет, мадам, - ответил несколько обескураженный солдат. - Тем не менее
считаю, что доктор - сторонник наиболее захватывающей из всех теорий, касающихся Второй
Межпланетной Конфедерации и ее гибели! - Поймав взгляд Халии, он продолжал говорить:
- Дросс - замечательный человек! Крупнейший специалист во всей галактике! Конечно,
не все с ним соглашаются - позволю заметить, что в некоторых кругах его считают
чокнутым, - но у него есть свои последователи.
- И вы, я вижу, в их числе! - вставил мистер Мунмен.
- Да, сэр! - ответил Бригадир. За время всего долгого путешествия он ничего не имел
против присутствия Воскресшего Человека и все же не мог не сторониться его в ограниченном
пространстве небольшого самолета.
Он повернулся к Халие:
- В этих путеводителях много чепухи. Они ничего не расскажут вам о настоящей тайне,
моя дорогая. Ничего!
Девушку явно заинтересовал его рассказ.
- Ничегошеньки! - добавил Уордл. - А ведь здесь были самые великие мастера
роботостроения. Замечательные люди! Они жили вместе с роботами, дышали с ними одним
воздухом и даже, насколько мне известно, влюблялись в них. Величайшие кибернетики! И если
доктор Дросс скажет, что где-то здесь есть Затерянный Форт, я готов ему поверить!
- Я думала, что вы уже наигрались в солдатиков, Бригадир! - пренебрежительно
прощебетала миссис Зулькифар. - Разве ваша маленькая армия не была расформирована?
- Да, была расформирована! До чего додумались - разогнать нас! Как будто мы уже не
нужны! Ошибаются! Я им говорил - наша планетная система еще не готова н миру!
- А вы? - прервала его Халия.
Уордл уставился на нее. Казалось, что он видит ее впервые.
- Никогда не думал об этом, - пробормотал он, - никогда!
- Вы все еще играете в солдатиков, - изрекла миссис Вулькифар.
Уордл ничего не мог ответить, чтобы сгладить ситуацию, Его рот растянулся в привычной
заискивающей улыбке, которая когда-то забавляла Халию, а теперь вызывала только жалость.
Мистер Мунмен показывал на руины внизу.
- Вот там их знак, - сказал он. - Герб Второй Межпланетной Конфедерации.
Несмотря на то, что минули столетия, герб уцелел. Три солнечных луча ярко блестели на
не тронутом излучением щите - гордый знак древней империи.
- Каждый луч символизирует планеты, входившие в империю, - прокомментировал
Уордл.
- Одну планету разрушили, - грустно заметила Калия. - Смотрите, а что там
написано? - В тепле салона самолета она буквально ощутила холод грозящей опасности. У нее
все оцепенело внутри.
Уордл читал надпись с гордостью знатока.
- Сильно сказано! Послушайте! Только одна строчка, но она сохранилась, хотя прошли
тысячелетия. Обещание и угроза: "Батальоны тьмы придут наконец!"
Маленький самолет парил над древним городом.
Глава 2
- Я отказываюсь! - закричал во всю глотку Дросс. - Нет - и все! Нет!
Бронзово-зеленый робот спокойно смотрел на него.
- Но это предусмотрено нашим договором, сэр. В Галактическом Центре еще могли
поверить, что вы были слишком заняты и поэтому не встретили последнюю группу
экскурсантов. И предыдущую тоже, доктор. Но не три же раза подряд!
- Я сыт ими по горло, Батти! - продолжал кричать Дросс.
- Понимаю, сэр!
- Меня воротит от того, что приходится прерывать свою работу. Воротит от злобных
доктринеров, которыми битком набиты тесные конторы Центра. Мне порядком надоели все эти
шуты, сующие нос не в свои дела! Вспомни-ка того молодого придурка, который прилетел
сюда со своими упрямыми родителями три месяца назад, в начале лета. Того самого, кто
"откопал" шагающий модуль, надежно нами спрятанный. Машина могла бы отправить нас ко
всем чертям - она все еще действует, хотя прошли тысячелетия, - и от всех нас даже следа не
останется!
Тщедушный коротышка позади робота хихикнул, - это был Нэггс.
- Не беспокойтесь, доктор, - сказал он. - Я разомкнул все действующие детали адской
машины. Не хотите ли, чтобы я показал нашим посетителям остатки робота-воина, которого мы
нашли? Тот самый экземпляр, над которым вы так дрожите, доктор. Втрое больше, чем наш
Батти, полностью вооруженный - грандиозная работа! Может, покажем его - пусть наши
визитеры натрясутся от страха! - Он добродушно улыбнулся Дроссу, но тот не клюнул на
приманку.
- Вы готовы, сэр? - спросил робот.
- Конечно, - ответил за Дросса Нэггс.
- Тогда я провожу посетителей в комнату для приема туристов, сэр, - пробормотал
робот.
- Нет, - возразил Дросс. - Ведите их прямо на главную смотровую площадку. С
экскурсией надо поскорее закончить. - И, обращаясь к Нэггсу, добавил:
- Вы еще не собрали того гуманоида?
- Я совсем забыл! - Нэггс поднял руки, изображая досаду. - Мне надо почиститься,
доктор, чтобы не оскорбить своим видом наших гостей. А голову робота я подберу потом. В
любом случае час-другой уже не играет роли - пролежала же она здесь тысячи лет.
Данецкий совсем выбился из сил, но все еще держался на ногах и инстинктивно бежал к
какому-нибудь укрытию. Деревья здесь были более высокими и могучими, а земля покрыта, как
ковром, первыми опавшими осенними листьями.
И где-то рядом наверняка есть дупло, где можно спрятаться на некоторое время, чтобы
собраться с силами, отдышаться и опять бежать, спотыкаясь. Ни о каком побеге не могло быть
и речи - чувствительные датчики обнаруживали все живое по всей округе.
- Куда идем, Данецкий! - неожиданно услышал он звонкий молодой голос.
Сколько же сейчас лет последним оставшимся из клана джакобов? Двадцать?
Восемнадцать? Они свое взяли, сколько бы лет им ни было. Они не оставили ему никакой
возможности. Железный паук - шагающий модуль - е лязгом раздвинул деревья и
остановился.
Данецкий снова побежал. Теперь молодчики наверняка выйдут наружу. У них есть
оружие, но они скорее всего хотят добить его руками. Данецкий схватился за сухую ветку, но
она выскользнула у него из рук, и он не смог за нее удержаться. Данецкий продолжал свой
нескончаемый бег. Теперь он видел сквозь туман деревья, и ему казалось, что они окаймлены
чем-то красным. И то было не утреннее солнце, окрашивающее верхушки деревьев, а кровь,
заливавшая его поцарапанное лицо.
Он не мог больше двигаться и остановился, решив подождать.
Шума погони не слышно. Знакомый звук продиравшегося напролом "паука" -
наблюдателя прекратился. Кругом стояла тишина, только капли дождя тихо шелестели на
листьях деревьев. Совсем рядом ухнула птица, и вспугнутая стая лесных голубей с шумом
взвилась в воздух. Данецкий оглянулся. Джакобы все еще не вышли наружу из шагающего
модуля.
Он вдруг почувствовал прилив сил и большими шагами рванул в темноту леса. Один из
джакобов зло выкрикнул что-то, но Данецкий не разобрал слов. Уже во второй раз, с тех пор
как он покинул гиперпространство, у него появилась надежда. Наверное, у "паука" -
наблюдателя что-то сломалось. Только этим можно объяснить его остановку, а иначе джакобы
давно вышли бы наружу и уже настигли бы его.
Данецкий, споткнувшись о корни дерева, врезался в кучу мягкой черной земли. Не
обращая внимания на боль в вывихнутой правой лодыжке, он пробирался через крапиву и
кусты ежевики, пока не оказался в мрачных зарослях огромных деревьев, росших на высоком
склоне оврага, - земляного вала, сооруженного в оборонительных целях. И опять джакобы не
преследовали его.
Поднявшись наверх, Данецкий остановился, потому что здесь лес кончался. Он изумленно
уставился на огромную чашу оврага, которая предстала его взору. Перед ним внизу лежали
развалины военной базы. Батти походили на черные металлические скелеты. Их смотровые
площадки были грудой свалены в стороне прямо под открытым небом. Только несколько
чахлых низкорослых деревцев проглядывали то тут, то там среди развалин, но весь форт
создавал впечатление, что его навсегда покинули, когда здесь упала последняя мощная бомба
из тех, что принесли сюда хаос и разруху.
"Оружие, - было первой мыслью Данецкого. - Где же еще можно достать оружие, как
не на военной базе?"
- Неужели нельзя сделать что-то вроде укрытия? - пожаловалась миссис Зулькифар. -
Что за удовольствие слоняться в ожидании в такую невыносимую погоду! Лучше бы я
оказалась сейчас на астероиде.
- Да уж, об этом совсем не подумали, - согласился Бригадир Уордл. - Я-то, старый
вояка, привык к таким условиям, а вот наших дам, конечно, надо бы поудобнее устроить.
- А я люблю дождь, - произнесла Халия.
- И я, - откликнулся Воскресший Человек, но больше никто не поддержа
...Закладка в соц.сетях
