Жанр: Научная фантастика
Фактор аннигиляции
...генное население. У Принца Передана были только следы негроидных черт
его отца - слегка кудрявые волосы, немного расширенный нос; но его кожа была бледной, глаза -
голубыми, и губы - тонкими.
- Вот ваш новый монарх, сказал он, заметив заинтересованность Джандрака. - Если вы его
примете.
Джандрак попытался изобразить очаровательную улыбку.
- Я рад снова встретиться с вами в более удовлетворительных обстоятельствах, Ваше
Высочество.
- Я потребую доказательства ваших слов.
Только сейчас Джандрак заметил, что Гейм Либер тоже находился в комнате; он вертелся у
книжных полок и смотрел на титулы. "Историк, по видимому, недоволен", - подумал он.
- Вы имеете ввиду предупреждение насчет Пятна? Да, мы с Греймом только что обсуждали это,
- в его тоне слышался опасный сарказм.
Либер фыркнул.
- Настоящая комедия, не правда ли? Настоящий фарс! Мы вполне можем нарисовать целостную
картину с вашим участием, Санн, чтобы вы перестали прикидываться дураком. Принцу теперь известно,
что настоящая цель вашего визита в Сморн состояла в том, чтобы вывести на него Пятно. По
корыстным причинам, похоже, вы сделали ему предупреждение - или, по крайней мере, половинчатое
предупреждение. Но чего вы не знаете, так это того, что после вашего отлета он проверил вашу
информацию и обнаружил, что Пятно движется в противоположном направлении, из чего он заключил,
что вы лгали и пытались его надуть. Как следствие, Пятно пришдо к Сморну совершенно неожиданно.
Джандрак облизнул губы.
- Пришло? Тогда что же случилось? Почему вы все не погибли?
Передан некоторое время внимательно на него смотрел.
- Многие из нас погибли. Не было предупреждения. Нас спасло только одно.
Он сделал паузу и взглянул на Либера перед тем, как продолжить.
- Наш лагерь был защищен самой большой в галактике концентрацией глушащих полей. Они
каким-то образом некоторое время удерживали смертельное поле Пятна. Усиление полей еще больше
снизило смертельное влияние на наши сознания, и некоторое время мы были в состоянии довольно ясно
думать и действовать.
- Понятно... - пораженно пробормотал Джандрак. - Это была очень удачная ситуация.
- Да. За это время, которое мы таким образом выиграли - а это было только временное явление,
потому что мы понимали, что Пятно в конце концов пробьет наши волновые фронты - мы оказались в
уникальном положении глубоко внутри поля Пятна, и были все еще живы.
- И вы использовали это время для того, чтобы эвакуироваться, и затем пошли в атаку?
- Нет, это было бы невозможно. Наше экранирование было не таким эффективным, - Передан
опустил глаза и погладил статуэтку. Похоже, ему не хотелось продолжать дальше.
- Скажите ему! - слегка покраснев, с неприветливым выражением на лице потребовал Либер. -
Вы же вскоре выступите с публичным заявлением, так что нет смысла стесняться сейчас.
Принц согласно кивнул.
- Благодаря моему превосходному Научному Отделу мы оказались в состоянии воспользоваться
этой беспрецедентной ситуацией. Моим ученым удалось узнать кое-что о природе Пятна, что оно
делает, чего оно хочет. Более того, мы установили с ним коммуникацию.
- Вы разговаривали с ним? - Джандрак не верил своим ушам.
- В каком-то смысле. Пятно нельзя полноценно назвать чувствующим, в том смысле, в котором
мы это понимаем. Но оно обладает определенной ментальностью, примитивной , чужеродной, но
достаточной для того, чтобы, используя подходящую методику, с ним можно было общаться и
приходить к определенным соглашениям. Мы предложили ему выгодный обмен, на который оно легко
согласилось. Вот почему я выбрал этот момент, чтобы нанести контрудар по Дому Греченов, потому
что совершенно невероятно, чтобы я мог сейчас проиграть. Я обладаю властью распоряжаться жизнью
и смертью в галактике.
- Вы имеете в виду, что вы его приручили? Вы пригрозите населению аннигиляцией, если они
вам не покорятся? - при этом Джандрак подумал про себя, что Максим, возможно, и не был таким уж
плохим, в конце концов.
- Не совсем. Мы, конечно, могли бы так сделать. Нам удалось так близко подобраться к Унимму,
не поднимая тревоги, отчасти благодаря помощи Пятна. Но мы не желали бы править, пользуясь
подобными угрозами. Нет, я прибыл в королевство как спаситель, но не для того, чтобы угрожать.
Пятно ищет пищу. Но его пища - особого рода. Оно кормится индивидуальностью органических
существ, той таинственной сущностью, которая делает любого мужчину, женщину или животное
сознательным существом, слегка отличным от любого другого. Когда она поглощается,
индивидуальность теряется; за этим следует смерть и тело распадается на свои химические
составляющие.
- Это достаточно интересно, если не считать того, что слишком близко касается нас, но это более
или менее то, что мы уже и так знали. Однако, все предполагали, что Пятно просто бродит наугад по
населенному людьми космосу, и со временем снова выбредет наружу, так что выжившие останутся в
безопасности. Вообразите тогда наш ужас, когда мы узнали, что Пятно осведомлено о размерах
королевства и не собирается уходить, пока не пожрет его целиком.
Либер бормотал что-то на заднем плане.
- Человечество, сожранное живьем, - пробормотал он.
Передан не обратил на него внимания.
- Несколько дней спустя дальнейшие исследования навели нас на идею возможного выхода из
ситуации. Переживания - это часть того, Чем Пятно наслаждается в существах, которых поглощает.
Но это только специи, пикантные добавки, улучшающие вкус его диеты. Основа же его питания - это
просто существо, сам факт пребывания в живом состоянии. Для этого индивидууму нет необходимости
быть взрослым. Подойдет любая стадия развития.
Направление беседы озадачило Джандрака.
- К чему вы клоните? Чтобы мы предлагали ему наших новорожденных детей?
- Не совсем. Пятно может извлекать как питание, так и удовлетворение из гораздо более ранних
фаз жизненного цикла. Короче говоря, оно может извлекать их из только что оплодотворившейся
яйцеклетки. Отсюда и наше решение проблемы, в соответствии с которым каждый подданный
королевства должен будет жертвовать - от женщин нам будет требоваться часть ее
неоплодотворенных яйцеклеток, а от мужчин - регулярные пожертвования спермы. Яйцеклетки и
сперматозоиды будут сводиться вместе, в присутствии Пятна, миллиарды за раз, и стимулироваться для
воссоединения. Вы согласитесь с тем, что каждый раз, когда сперматозоид оплодотворяет яйцеклетку,
то теоретически это значит, что зачат новый индивидум. Для Пятна это не теория, но факт; оно будет
питаться, поглощая эквивалент миллиардов человеческих индивидуумов. Оно уже согласилось
принимать такое угощение раз в месяц в обмен на то, что оно не будет трогать население королевства. В
дополнение к этому, - Передан небрежно махнул рукой, - в качестве деликатеса мы будем время от
времени поставлять ему группы взрослых людей. В королевстве ежегодно приговариваются к смерти
тысячи людей, так что они могут умереть с пользой, и здесь не будет никаких проблем.
Джандрак был ошеломлен.
- Но каждая оплодотворенная яйцеклетка - это развивающееся человеческое существо,
потенциальная личность. Вы сами так сказали!
- Просто зигота. Одноклеточное создание, в котором, с нашей точки зрения, едва ли можно
обнаружить что-то человеческое. Но вы правы, это такой налог, взимать который будет непросто.
Возникнут проблемы.
- Почему бы не использовать животных?
- Пятно этим не удовлетвориться. Больше всего оно любит человеческих существ. Их
индивидуальность, хотя для нас это материя странная и таинственная, для него гораздо изысканней, чем
сущность более низших существ.
Внезапно Джандраку припомнилась древняя легенда, которую он когда-то слышал, о народе,
которому каждый год приходилось приносить в жертву чудовищу какой-то процент своих
новорожденных детей.
- Какой мужчина или какая женщина согласиться на то, чтобы отдавать свое семя ради подобной
цели? - возразил он. - Это же отвратительно!
- Да, это отвратительно, - согласился Передан, - но, к сожалению, другой альтернативы нет,
если не считать гибель рассы. Взгляните на это дело логически: что на свете может растрачиваться
больше, чем клетки, предназначенные для размножения? Они, как икра, мечутся триллионами, просто
для того, чтобы оказаться выброшенными. И если одна клетка из миллионов встретит партнера и
образует зиготу, то из них еще меньше достигнет зрелости.
- Представляйте это дело как хотите, заявил Джандрак с бравадой, на которую нормально не
решился бы, - но мне это все же не нравится, и я не собираюсь этого делать.
- Никто не будет от этого освобожден, - сказал Передан более жестким тоном, - кроме короля.
Послушайте, Санн. Я полагаю, что правильно прочитал ваш характер. Вы человек, которого не собьет с
пути слезливый сантиментализм; вы реалист. Я могу использовать ваши способности. Я послан за вами,
чтобы предложить вам должность в реорганизованных Королевских Военных Силах, и я готов сейчас
выслушать вашу новую клятву в верности.
Джандрак бросил умоляющий взгляд на Либера, но старик казался смущенным и в основном
смотрел в сторону. В нормальных условиях Джандрак бы уцепился за это предложение. По сути дела,
он и сам не совсем понимал, что его удерживает, если не считать того, что он отчасти не совсем еще
верил, что до него дошел смысл плана принца. Что-то в нем восставало против этого, наперекор
здравому смыслу.
- А если я откажусь? - спросил он.
В виде гримасы неудовольствия принц сильно сдвинул брови на утомленном лице.
- Откажитесь? Какой же здесь разумный выбор? Сам факт того, что я могу отвадить Пятно, не
оставляет Дому Греченов никакой власти. Где Максим со своими фаворитами может спрятаться? К
кому они могут обратиться? Королевство должно обратиться ко мне или погибнуть, - он
проницательно посмотрел на посмотрел на Ждандрака. - Вы должны понять одну вещь. Данный
момент времени является критическим, жизненно важным для успеха моей миссии. Реорганизация
королевства включает в себя неприятные решения. Я собираюсь подавлять раздоры, и подавлять их
жестким образом. Берегитесь, как бы вам не присоединиться к тем тысячам, которых сейчас казнят
ежечастно.
Джандрак кивнул, полагая, что все понял.
- В этом отношении, по крайней мере, я на вашей стороне, - сказал он. Я рад слышать, что
Гринсект сто своей зловещей командой уже получил по заслугам.
Пока он произносил эти слова, Либер со значением сверкал на него глазами. Но скорее взгляд
принца дал ему понять, что он сказал что-то не то.
- Не говорите мне, что вы их отпустили!
- Они безопасно заперты в камерах.
Либер влез в их разговор с сухим, горьким смешком.
- Гринсект со своим штатом являются самой профессиональной политической полицией, которая
вообще существует. - пояснил он Джандраку. - И они знают все королевство с изнанки. Потребуются
годы, чтобы чоздать заменяющую их организацию и довести ее до их уровня.
Некоторое время Джандрак не мог сказать ни слова.
- Вы... вы собираетесь сами их использовать. - сказал он вялым, недоверчевым голосом.
- Ну, разумеется, - сообщил ему принц. - Аппарат власти одинаков, независимо от того, в чьих
руках он находится.
Пока он слушал слова Передана, Джандраку казалось, что всю жизнь он прожил в миреосязаемого
зла, в котором никогда ничего хорошего не происходит. Ему казалось нелепым, что он никогда не
принимал это зло за то, что оно есть на самом деле.
- Я рад, что я не вы, - задохнулся он, побелев. - Вы даже хуже Максима. У него, по крайней
мере, есть то оправдание, что он ненормальный!
Молодое-старое лицо принца погрустнело; затем он откинул голову назад и расхохотался долгим,
неприятным, пугающим смехом.
- Должно быть, я все-таки неверно о вас судил! Я принимал вас за человека амбициозного,
реально мыслящего. Но у вас, похоже, в голове ничего нет, кроме пустоголового идеализма! Что же,
подобные ситуации для того и существуют, чтобы отделить мужчин от юношей!
- Простите меня, Ваше Высочество, если я предпочитаю свободу, - даже если это только
духовная свобода, - службе, которую вы мне предлагаете...
- Вы дурак, свободы не существует, - хихикнул Передан. - Материальная вселенная - это
ловушка, сквозь ячейки которой мы не можем проскочить, сколько бы не пытались. В течение всей
истории люди лелеялм такие мысли, как та, что вы так запоздало обнаружили, из-за возникшей у вас
приверженности и отвращения. Но вселенная всегда потешается над такими идеями. У нее всегда
найдется что-нибудь более странное, более чудовищное, такое, с чем нам не под силу справиться - как,
например, Пятно.
Поскольку Джандрак не ответил, возбужденным жестом он указал на ряды окружавших его книг,
как старомодных, состоящих из листов, так и современных, в виде свитков, проводя пальцем поперек
полок.
- Вы думаете, я рад той роли, которая была на меня возложена? У меня нет желания заниматься
политикой. Это просто моя обязанность по отношению к моему отцу, моему дому и королевству,
которое в свое время должно стать моим. По правде говоря, я бы лучше занимался своими
исследованиями, стараясь найти какой-нибудь другой смысл жизни. Посмотрите на эти тома: Теория
Игр, Каббала. Сайентология - которую когда-то описывали как науку жизни! Психокинетика. Теории
Мотивации. А вот интересней: Принятие решений и Структура Нервной Системы. И все же - знаете ли
вы, что показали мне мои прошлые исследования и современные доктрины? Они показывали мне, что у
нас нет выбора, кроме как играть в ту игру, которую навязывают нам обстоятельства. Я участвую в этой
игре, чтобы победить, и сейчас я сделал неотразимый ход. Шах и мат.
- Так вот что для вас это все означает, - тупо заметил Джандрак. - Личную победу.
- Вы сами бесповоротно меняете свою судьбу, герцог.
В этот момент их перебил Грэйм Либер.
- Боюсь, что я согласен с Санном, - с сожалением проговорил он. - Передан, несколько минут
назад вы попросили меня написать официальную историю, обработанную согласно вашим требованиям.
Даже Максим, хоть он и сумасшедший, позволял мне спокойно работать и писать отчеты, которые были
объективными даже в том случае, если были не очень-то лестными для него. Может быть, он поступал
так именно из-за того, что он сумасшедший. Во всяком случае, несмотря на наши прошлые отношения,
я вынужден отказаться. Я не буду на вас работать.
- А я отказываюсь от вашего назначения, - присоединился к нему Джандрак, уже осознав, что
подписывает себе смертный приговор. - И не буду кормить вашего монстра своей спермой.
- Глупо, глупо, - Передан повернулся к Грэйму Либеру. - Мне горько выносить смертный
приговор другу. Но во многих отношениях я не такой человек, который может позволить себе
испытывать нормальные чувства. Я - будущий король. Интересы государства - прежде всего, и мы не
потерпим оппозиции.
Он сделал жест охранникам, стоявшим у двери по стойке "смирно".
- Отведите их обратно в камеру. Проследите за тем, чтобы в эти последние часы жизни они не
испытывали неудобств.
Когда их уводили, Джандрак заметил, что принц избегает смотреть на Либера. Он отвернулся,
склонив голову и опершись рукой о стол. Он трясся всем телом.
- Вы думаете, он действительно прикажет нас расстрелять? - спросил Джандрак, когда они
снова уселись в камере. - В вашем случае, похоже, причина для этого не слишком серьезна.
- Вы думаете, он действительно прикажет нас расстрелять? - спросил Джандрак, когда они
снова уселись в камере. - В вашем случае, похоже, причина для этого не слишком серьезна.
- Боюсь, что прикажет. Он не видит другой альтернативы, - хроникер вздохнул. - Ах, быть
монархом - это ужасная вещь. Это искажает мышление и расстраивает чувства.
- Это меня слабо успокаивает, - и все же, как ни странно, Джандрак не жалел о своей вспышке в
приемной, хотя он легко мог спастись, уступив желаниям Передена. Он не воспринимал нависшую над
ним смерть философски, как, похоже, ее воспринимал Либер; он просто решил, что больше не будет
пресмыкаться, независимо от последствий.
Возможно ли такое, подумал он, что на его взгляды повлиял жесткий индивидуализм Кастора
Кракно?
- И, кроме того, вы должны понять, что он в ужасном положении, - размышлял Либер. - Ему
нужно организовать Зиготный Налог в широком масштабе, за очень короткий период времени, иначе
Пятно может забеспокоиться и проглотить еще несколько миллиардов людей. Вообразите себе, что это
значит - пытаться объяснить населению, что от него требуется! Последующие несколько месяцев
будут очень тяжелыми. И я не единственный близкий друг, который кончит тем, что превратится в
труп.
- У меня из-за него сердце кровью обливается, - раздраженно бросил Джандрак, бегая тудасюда
по камере.
Через час мрачного сидения в камере Джандрак услышал шум и удары в коридоре снаружи. Он
прижался ухом к двери, чтобы лучше слышать, и отпрыгнул, когда дверь открылась.
- Сэр?
Джандрак вытаращил глаза. В камеру заглядывали трое растрепанных солдата, все еще носившие
форму Королевских Военных Сил. Ему даже не нужно было смотреть знаки полка у них на форме -
они были ему знакомы; это были солдаты взвода жизнеобеспечения из того полка, которым он сам
командовал - Королевский Полк Армагеддона.
- Ого, будь я проклят! Ради космоса, что вы здесь делаете?
Капрал бросил взгляд в ту и в другую сторону коридора.
- Лучше побыстрее отсюда смотаться, сэр.
- Вы чертолвски правы, - Джандрак щелкнул пальцами в сторону Либера. - Шевелитесь
старина, мы уходим.
- Вы идите. Я слишком устал бороться.
- Вам не повезло; вы мне больше нравитесь живым, чем мертвым, - схватив старика за руку,
Джандрак выдернул его из камеры. В коридоре на полу лежали два охранника в зеленой форме.
Жесткие береты с перьями, которые носили все сержанты Передана, слетели у них с голов и лежали в
луже крови, сочившейся из тел.
- Отсюда - куда?
Солдаты поспешно провели их до конца коридора, круто повернули и прошли в отверстие в стене.
Как только они прошли, запирающая панель тихо скользнула за ними на свое место.
- Мы в подвалах Политического Крыла, - сообщил им капрал. - Это лабиринт тайных
проходов.
- Ладно, - решительно сказал Джандрак, - а теперь объясните, что вы здесь делаете.
- Весь полк знает о вашем аресте, сэр. Когда в городе шли бои, Политическая Полиция сходила с
ума, арестовывая практически всех, кто носил форму. Так мы и попали сюда. Конечно, немало
офицеров полка было арестовано, как вы знаете.
Джандрак, который почти не контактировал с полком за прошедшие несколько месяцев, не знал об
этом. Тем не менее, он кивнул.
- Когда бунтовщики захватили камеры, возникла некоторая сумятица, - продолжал капрал. -
Нам удалось захватить одного из политиков, лейтенанта. Он выглядел крутым, но оказался мягким, как
воск. Он дал нам схему этих проходов. Естественно, мы не могли уйти, оставив вас здесь.
У Джандрака потеплело на душе. Все еще существовала такая вещь, как верность.
- Куда ведут эти проходы? - спросил он.
Солдаты изучали закодированную надпись на стене туннеля.
- Похоже, туннели проходят над всем Внутренним Городом. Тайные выходы из них по большей
части в официальных учреждениях, иногда на улицах.
Джандрак думал быстро.
- Хмм. К этому времени бунтовщики перекроют весь Внутренний Город. Если мы сможем
добраться до Старого Города, то я знаю место, где мы будем в безопасности.
- Это то же самое, что пройти сквозь стальную стену, сэр. Бунтовщики будут охранять все
подряд, и особенно выходы. А мы все еще в форме!
- Если мы можем добраться до моего коттеджа в Дубовом Парке, я, наверное, смогу помочь, -
заметил. Либер.
- Каким образом? - спросил Джандрак.
- Как я вам говорил, электроника - это мое хобби. У меня есть некоторые устройства, которые
помогут нам пройти через посты.
- Что же, до парка мы можем добраться, - подтвердил капрал, разглядывая план, хмуря брови.
- Мы идем, сэр?
Джандрак кивнул.
- Воспользуемся шансом. Давайте, двигаемся.
Капрал дал Джандраку ручной нейтронный излучатель, который он забрал у одного из убитых
бунтовщиков. Они двинулись по одному из боковых туннелей, отделанному металлом, консультируясь
с диаграммами, которые с определенными интервалами были воспроизведены на стенах туннелей.
Джандрак мог вообразить, что сотни, едва не тысячи, пленников пришли этим путем. Система
подземных туннелей давала возможность Политической Полиции арестовывать своих жертв и
мгновенно, будто бы при помощи магии, убирать их с глаз публики.
Вскоре они поднялись по спиральной лестнице. Капрал осторожно поднял люк и выглянул
наружу, затем кивнул остальным. Выбравшись, они обнаружили, что находятся в тишине и спокойствии
Дубового Парка.
Вокруг никого не было. Либер вел их через рощи огромных, мутировавших дубов, пока они не
пришли к его коттеджу под ветвями одного из деревьев. Джандрак и его люди достали оружие, но,
похоже, в коттедже никого не было.
- У Передана еще руки не дошли до перетряхивания моих бумаг, буркнул Либер, открывая дверь.
- Во всяком случае, ему нет необходимости идти дальше досье Гринсекта.
Внутри коттедж оказался точно таким же, каким Джандрак его и запомнил: уют, аккуратность и
чистота. Старик закрыл за ним дверь, затем прошел в соседнюю комнату. Через открытую дверь они
видели, как он роется в шкафах и сундуках, выбрасывая кучи незнакомых, завораживающих аппаратов.
- Вообще-то жаль оставлять все это, - заметил Либер. - Столько труда я вложил во все это
оборудование... а, вот и они.
Он достал горсть черных полосок, к которым с интервалами были прикреплены блестящие,
дискообразные призмы, по четыре на полоску.
- К счастью, когда я изобретаю что-нибудь такое простое, как это, то я делаю по меньшей мере
дюжину экземпляров - у меня есть автоматический сборщик для вещей такого типа, как вы понимаете
- так что их хватит на всех нас. Пусть каждый наденет полоску на голову.
- Что это такое? - подозрительно спросил Джандрак, ощупывая головную повязку, которую ему
вручил Либер.
- Это позволяет вам незамеченным пройти мимо стражи городской стены.
Остальные начали тут же подгонять полоски. Джандрак, однако, не был удовлетворен.
- Я стану относиться к этому лучше, если вы объясните.
- Само по себе устройство очень простое. Стоящая за ним теория посложнее, но все равно ее
нетрудно уяснить. Области восприятия в мозгу работают путем узнавания в окружающем знакомых
форм и моделей. Призмы на этих головных повязках являются проекторами, работающими на
голографическом принципе, и, когда они включены, тело оказывается обернутым слабосветящимися
формами и фигурами, которые постоянно меняются. Однако, эти модели тщательно подобраны таким
образом, чтобы они ни малейшим образом не походили на что-либо из обычных переживаний. Их
геометрия - такого типа, который просто не встречается в природе, - Либер пожал плечами и
улыбнулся. - Эта часть, конечно, вне моей компетенции. Мне пришлось воспользоваться
компьютерами дворца, чтобы сконструировать эти голографические повязки. Во всяком случае, суть в
том, что тот, кто на вас смотрит, просто не может вас увидеть. Поскольку их аппарат восприятия никак
не может объяснить образы, которые он воспринимает, то они ничего и не видят.
- Вы хотите сказать, что они сделают нас невидимыми? - с сомнением спросил Джандрак.
- В сущности, да. У стражников может возникнуть ощущение беспокойства, но они ничего не
заметят в течение нескольких минут; это время потребуется на то, чтобы их концептообразующие
области мозга выделили повторяющиеся элементы в новых моделях и увидели бы в них что-нибудь
осмысленное.
- Сэр, я не понял ни слова из этого, - заметил капрал, - но я хотел бы попробовать.
- Да, полагаю, мы должны попробовать, - Джандрак надел повязку и взглянул на Либера. - Вы
готовы уходить?
- Да. Мы включим повязки, когда выйдем из парка. Выключатель - это вон та маленькая
кнопка. Но, перед тем, как идти - еще одно дело.
Он шагнул к музыкальному проигрывателю, оттащил его от стены и явно включил там какой-то
переключатель.
Комната - весь коттедж - исчезли. Джандрак со всоими солдатами стоял среди странного,
многоцветного лабиринта, с коридорами, бесконечно простирающимися во всех направлениях,
изгибающимися и поворачивающими с изобретательностью, отвергающей логику.
Не было ни следа Грэйма Либера.
- Что за... - сердито начал было Джандрак. Но он прервался, когда Либер появился снова,
выйдя, казалось из ближайшей стены.
- Не паникуйте, - ободряюще сказал он. - Это просто шутка, чтобы запутать людей Передана,
если он пошлет их обыскать мой коттедж.
Джандрак оглядел прочный с виду, пугающий лабиринт.
- Тоже голография?
- Верно, весь лабиринт - это иллюзия, проектируемая со стен и с потолка. В реальности мы
стоим в передней комнате коттеджа.
- Выглядит совсем как настоящий, - пробормотал один из солдат.
- Преимущество хорошо выполненной голографии состоит в том, что она неотличима от
реального предмета, - ответил Либер. - Должен заметить, что этим устройством я особенно горжусь.
Лабиринт хитроумно устроен таким образом, что человек никогда из него не выберется, если будет
действовать систематически. Там есть несколько очень ловких визуальных трюков, из-за которых
человеку будет казаться, что он прошел много миль, в то время как он ходил кругами на пространстве в
несколько ярдов. Стены лабиринта - только видимость, конечно, так что сквозь них можно проходить;
но, пройдя, вы окажетесь просто в другой части лабиринта. Нам, однако, нет необходимости ходить так
далеко. Просто следуйте за мной.
Глядя прямо вперед, он косо прошел сквозь ближайшую "стену". Взяв себя в руки, Джандрак
последовал за ним.
Последующие несколько моментов казались сумасшествием. Проходя сквозь голографические
образы, он видел мельтешение невозможных картинок. Инстинкт требовал, чтобы он повернул туда или
сюда, в направлении, куда указывал здравый смысл. Только не выпуская из виду удаляющуюся спину
историка, он смог пройти по прямой и выйти через дверь коттеджа на открытый воздух.
Сразу же вслед за ним появились кап
...Закладка в соц.сетях
