Жанр: Научная фантастика
Ледяной бастион
...рки на согнутую в локте
левую руку, - но на самом деле это не совсем так. Роберт, конечно, это
прекрасно понимает, но в некоторых вещах ему не хочется признаваться даже
самому себе. Да, Мерсар и слаб и трусоват, но почему в таком случае он сидит
в своем кресле, и сидит, позволю себе заметить, далеко не первый год,
обрастая постепенно чинами и орденами? Да потому что он проводит политику,
угодную его милости лорду-владетелю. Запомни, Кэт: на этой планете любая
блоха, находящаяся на государственной службе, проводит только ту политику,
которая разработана их милостями леди Энджелой Бифортской, блистательной
супругой лорда-владетеля, и славным лордом-канцлером Бартоломью Ровольтом
после чего одобрена самим его милостью... и спущена вниз, для почтительного
исполнения. У нас не Аврора и не Орегон, и никакой самодеятельности на
Бифорте не бывает. Все идет по плану...
- По какому же?..
- По весьма обширному, мэм следователь. Создание на Бифорте по-настоящему
мощной тайной службы неизбежно привело бы к тому, что ее отдельные
представители, войдя в этакий патриотический раж, кинулись бы выжигать
скверну каленым железом - древнейшее выражение, не слышала? - и всячески
наводить порядок. Знаешь, к чему бы это привело? Начался бы стремительный
отток денег. Сорок процентов работающего на планете капитала находится вне
поля зрения государственных налоговых институтов. Плохо? Говорят, кошмарно.
Но этот капитал дает вал услуг, вал того или иного промышленного продукта,
абстрактно-бумажный вал банковских и прочих финансовых операций - и, что
интересно, так или иначе, но все равно наполняет казну. Я уж не говорю о том
пресловутом бифортском дефиците рабочих рук, который оценивается в три
миллиона рыл ежегодно. У нас самая эффективная в человеческих мирах
экономика, каждый финансовый год мы заканчиваем с большими плюсами - за счет
чего? Ответ прост, как все гениальное, - за счет невиданно, невероятно
либерального подхода правительства к вопросам незначительных нарушений наших
и без того либеральных законов. Человек, который делает вид, что занимается
всякими-разными махинациями, свято убежден в том, что никаких налогов он не
платит а на самом деле это не так, ибо от целого ряда акцизов и сборов уйти
просто невозможно: невыгодно. Таких людей у нас довольно много, и
правительство смотрит на них сквозь пальцы. Безусловно, политика эта
негласна, но попробуй ее изменить?.. В результате Мерсар всячески сдерживает
своих песиков, раз за разом укорачивая им поводки, - и мы имеем сложившуюся
a(bc f(n. Роберт глотнул вина и посмотрел на Лейланда. Гангстер меланхолично
крутил в руках изящную серебряную вилку, и на его губах играла иронично
понимающая усмешка.
- Браво, милорд, - сказал он, поймав взгляд Роберта. - Ни добавить, ни
убавить. Думаю, редкий аналитик сумел бы разжевать наше сегодняшнее положение
более внятно. Могу лишь добавить, что все это было заложено в бифортскую
политику с самого начала, с первых дней завоевания планеты экипажами Торварда
Неукротимого. Мало кто мог представить себе, к каким результатам эта политика
приведет. Но вот Бифорт стал идеальным местом для зарабатывания больших или,
по самочувствию, очень больших денег, и нам с вами выпало занять на нем свои
места. Мне мое место нравится, и за него я готов воевать до конца... Кириакис
усмехнулся и вновь склонился над очагом, поправляя кочергой занявшиеся
пламенем свежие поленца.
- Ждать нам придется недолго, - загадочно пообещал он.
Глава 8
Он был невысок, откровенно пухловат и казался беззащитным. Мягкие карие
глаза дружелюбно щурились в лицо собеседнику, и, не зная, кто он таков на
самом деле, в нем никак нельзя было угадать самого остроумного, самого
язвительного и самого непримиримого репортера Бифорта. Его звали Дин Лоренц,
и последние пять-семь лет это имя, как правило, произносили вместе с намертво
прилипшей к нему кличкой - Дин Разрушитель. Он действительно разрушал.
Разрушал карьеры зарвавшихся чинодралов, излишне громогласных полицейских,
давил, как назойливых клопов, тех, кто, по его мнению, хотел от жизни слишком
многого. Он был самой совершенной на Бифорте машиной по формированию
общественного мнения, и его услуги стоили дорого - Дин Разрушитель знал себе
цену. И ее платили, платили хотя бы потому, что работа ловкого жонглера могла
оказаться более полезной, чем тяжкий труд целой когорты опытнейших адвокатов.
Сегодня перо Лоренца требовалось лорду Арифу Кириакису, и он безропотно
согласился прибыть в неблизкий для него запыленный Арминвилл, где
высокопоставленный работодатель уже млел от жары под полосатым зонтом уютного
летнего ресторанчика. С лордом Арифом Лоренца связывали кое-какие эпизоды из
прошлой жизни. Они не виделись несколько лет - лорд Ариф, разумеется, не раз
любовался физиономией Дина во время его разгромных репортажей "с места
события", но его Лоренц видеть не мог - и тем не менее он узнал его сразу,
едва покрытый слоем белой пыли наемный коптер опустился на веранду
уединенного заведения. Он узнал и Кириакиса, и его мрачноватого друга,
бифортского лорда-наследника, предпочитавшего существовать на своей
собственной планете инкогнито. Дину, несмотря на его гигантское
профессиональное любопытство, вполне хватало мозгов на то, чтобы не задавать
ему дурацких вопросов, но тем не менее, поймав короткий взгляд узколицего
молодого джентльмена, сидевшего рядом с непринужденно хлебавшим виски лордом
Кириакисом, Лоренц внутренне содрогнулся.
- Надеюсь, вы не успели изжариться, старина? - дружелюбно поинтересовался
Ариф, протягивая своему гостю руку в тонкой нитяной перчатке. - Проклятая
пыль, она забивает даже глаза... Будете виски? У здешнего хозяина недурной
выбор.
- Сочту за честь, джентльмены, - мило улыбнулся Лоренц, присаживаясь за
столик. - В самом деле, я и не думал, что здесь может быть такая жара.
- Бывает и хуже, - лениво пошевелился в кресле Роберт. - Это еще терпимо.
Как ваши дела, Дин? Я слышал, что несколько последних э-ээ... разоблачений
принесли вам целое состояние? Лоренц не без труда проглотил свой виски и
осторожно вернул рюмку на стол. Его последние по времени дела, щедро
оплаченные мафией, помогли свалить нескольких крупных чиновников, занимавших
ответственные посты на уровне министерств, в один прекрасный день
потенциальные работодатели Лоренца пришли к выводу, что его гонорар потребует
трат куда меньших, нежели утоление постоянно растущих аппетитов зажиревших
g(-ch. Суммы, полученные им за столь полезные для некоторых людей услуги,
были, понятное дело, тайной за семью печатями - для всех. Но, оказывается, не
для лорда Арифа Кириакиса. Валять с ним дурака не следовало.
- Да, моя ситуация выглядит довольно безоблачно, - признал Лоренц, - в
целом, я хотел сказать. В деталях все не так гладко. - Сейчас у всех не
гладко, - усмехнулся Ариф. - У нас так вообще...
- Вам требуется моя помощь, - утвердительно произнес репортер.
- Вы удивительно догадливы, дружище... Многого мы от вас не потребуем, но
то малое, которое нам необходимо, должно быть выполнено быстро и на
высочайшем профессиональном уровне. Лоренц презрительно фыркнул.
- Простите, джентльмены, но у меня ведь иначе не бывает...
- Разумеется... Что ж, слушайте. Вам необходимо проникнуть в сектор
портовых таможенных терминалов А, Е и Ф. Они ориентированы на грузопоток со
стороны Авроры и, в меньшей степени, - Объединенных Миров. В последнее время
внутренние пользователи этих терминалов жалуются на резкое усиление
контрольно-ревизионного пресса, комиссии следуют одна за другой, и у
некоторых весьма уважаемых людей сложилось такое впечатление, что официальные
чины, ответственные за соблюдение ряда таможенных процедур, вступили в
преступный сговор с целью совместно оговоренного, так сказать, увеличения
аппетитов. Вы меня понимаете, не правда ли? Это безобразие необходимо пресечь
самым жестким образом. Страдают очень серьезные люди, почтенные
налогоплательщики. Если так пойдет и дальше, казна его милости лордавладетеля
может потерять достаточно серьезные суммы...
- Конечно, - понимающе улыбнулся Лоренц. - Моя команда приступит к
расследованию завтра же. Если все будет нормально, материал пойдет в эфир
через пять-шесть дней. Такие сроки вас устраивают?
- Думаю, что да, дружище. Вопрос гонорара обсуждать не будем - вы получите
столько, сколько закажете. Эта работа чрезвычайно важна для нас...
- Приятно иметь дело с солидными людьми, коротко поклонился Лоренц,
вставая. - Результат заказа вы увидите воочию. Всего наилучшего, джентльмены.
Еще раз поклонившись, репортер повернулся и зашагал к ожидавшему его коптеру.
- Все-таки странная штука этот наш благословенный Бифорт, - проговорил
Роберт. - Лоренц силен именно тем, что в его материалах нет ни слова лжи... А
почему? Да потому, что куда ни копни, а все одно уткнешься носом в дерьмо.
Важно суметь его правильно подать - он вот умеет, молодчина. Класс!..
- Свобода средств массовой информации - одно из самых мощных средств
противодействия произволу властей предержащих. Конец цитаты, - усмехнулся
Ариф. - Изобретение твоей матушки, между прочим. До сих пор не могу понять,
как на это согласились Ровольт и прочие...
- Их заставили согласиться. В первые годы после Завоевания мой папаша был
невероятно либерален... так говорят. На самом же деле он исступленно искал
механизмы того самого общественного противодействия, он хотел свой либерализм
зацементировать намертво - так, чтобы обратной дороги уже не было. Я полагаю,
что он побаивался самого себя. Ты ведь понимаешь, с какими соблазнами ему
приходилось сражаться. Я не думаю, что ему было легко. Ариф криво усмехнулся
и достал из массивной хрустальной пепельницы забытую там сигару, которая
успела дотлеть почти до середины.
- Странно, что мы с тобой заговорили на эту тему именно сейчас. За его
спиной негромко скрипнула калитка старинной литой ограды, и в загончик вошла
Кэтрин, ожидавшая их в припаркованном неподалеку коптере с затемненными
окнами.
- Вы невежливы, - обиженно произнесла она. - Ваш гость давно улетел, а я попрежнему
сижу и кого-то жду.
- Упрек принят, - покачал головой Роберт: - Прости, мы немного заболтались.
Я понимаю, что тебе было скучно, но поверь - память у Лоренца
профессиональная, а связывать твое имя с нашими мне все-таки не хочется. По
крайней мере - пока... Лоренц - это ходячая картотека, и кто знает, что
придет ему в голову через пару лет? Ну что. Ара, повернулся он к своему
$`c#c, - мы летим?
- Угу, - кивнул тот. - Поехали. Расплатившись по счету, они вернулись в
коптер. Ариф опустил деревянную перегородку, отделявшую салон от передней
кабины, и приказал пилоту лететь в порт. Роберт скучающе глянул в выпуклое
боковое окно и потянулся за очередной сигарой. Под куцыми крылышками
разворачивающегося коптера медленно крутился весь Арминвилл - сонный городок
в два десятка кварталов, усыпанный вездесущей белой пылью. Типичное
тропическое захолустье; а впрочем, на Бифорте вообще не было больших городов,
все его немногочисленное население обитало либо на уединенных ранчо, либо кто
победнее - в сотнях таких аккуратных городишек, во множестве выросших за
последние десятилетия. Жить здесь было спокойно и удобно, работы на Бифорте
было куда больше, чем рук, и жизнь текла тихо, размеренно - в конце концов,
чего еще надо простому человеку? Зевнув, Роберт подумал, что он бы такой
жизни не выдержал. А папаша молодец, сказал он себе вдруг. Молодец прежде
всего в том, что создал мир нового типа, на котором можно жить как угодно - и
ничего тебе за это не будет, ты только не воруй, не убивай и не хами шерифу.
И никого не волнует, лорд ты, президент-директор или еще какой жучила: живи
сам и не мешай жить другим, а не то община тебя живо к ногтю подгонит. Это
здорово, поэтому у нас есть этакие вот Дины Разрушители, Дины Правдоискатели
и Дины Народные Защитники. Кто сказал, что мафия - не народ? А так как всем
хочется кушать, значит, с ними всегда можно полюбовно договориться, важно
знать - как. Вот и получается, что жить и работать здесь куда проще, чем на
какой-нибудь, мать ее, Авроре, причем всем проще. Роберт почувствовал, что
засыпает, и, подняв руку к потолку, вывернул рукоять климатизатора до упора,
чтобы снизить температуру подаваемого в салон воздуха.
- Последнее время эта жарища стала меня усыплять, - пожаловался он Арифу.
- Ничего, - усмехнулся тот, - на Грехэме не жарко.
- На Грехэме сырость, - поежился Роберт. - Воды по колено, и в Саберхиле -
тоже...
- Я с удовольствием слетал бы вместо тебя.
- Упаси Боже!.. Роберт не сумел сдержать ироничной улыбки и, стремясь
скрыть ее от ревнивого Арифа, наклонился над полированной консолью,
разделявшей задний диван надвое: там скрывался довольно объемистый бар с
холодильником. Откинув крышку, он достал дорожный бокал из тонкого серебра и
заиндевевшую бутылку легкого игристого вина.
- Мне тоже, - сказала Кэтрин. - Пьяницы...
- Добавь еще "рожи бандитские", - посоветовал Ариф, - для пущего колориту.
- А какие? - удивилась Кэтрин. - Не бандитские?
- Бедлам на борту, - сокрушенно вздохнул Роберт, - а впрочем, я понимаю:
она мне тоже завидует... Ариф насупился и сунул руку в бар, намереваясь
достать еще один бокал. Франкитти все-таки ударили - вчера вечером, и сегодня
Роберт должен был вылететь на Грехэм для осуществления очередной части
задуманной ими операции. В Саберхиле начиналась небольшая война - клан
Франкитти громил клан Максаковых, преступный мир встал на уши, и атмосферы,
более благоприятной для нанесения очередного удара, вообразить было трудно.
Ариф и в самом деле завидовал Роббо, его ручки так и чесались самостоятельно
сыпануть перцу под хвост старинным недругам его семьи, но он прекрасно
понимал, что в данной ситуации темное инкогнито "лорда Роберта Вербицкого"
выглядит куда выгоднее его респектабельной знаменитости. Сейчас он ее
проклинал, как проклинал и все те условности, которыми обросло бытие его рода
за последние десятилетия. В глубине души Арифа Кириакиса вообще воротило от
той показной легальности их бизнеса, которую так любила выставлять на
всеобщее обозрение леди Ивонна. Он был прирожденным гангстером, ему нравилось
быть гангстером, и он этого никогда не скрывал; он предпочитал идти в бой с
открытым забралом. Он прекрасно ощущал и тяжкий груз своего рождения, и
связанную с ним меру своей ответственности, но, будучи личностью по меньшей
мере двойственной, всегда стремился решать возникающие перед ним проблемы
путями, весьма далекими от общепринятых в качестве протокола - во-первых, на
ca+."-.ab( ему было плевать, во-вторых, Ариф Кириакис всегда спешил хотя и
очень стремился это скрыть.
- Я не завидую, я, наверное, за тебя беспокоюсь, - Кэтрин пригубила вино и
откинулась на спинку дивана. - Мне вообще не нравится Грехэм. Тогда, с этим
Марковым - ты помнишь?.. - Спасибо, - серьезно ответил Роберт. - Я помню. Но,
Кэт, - что суждено...
- Ах, не надо!.. - Она поморщилась и потянулась за сигаретой. - Ты сам в
это не веришь. Или уже поверил? Роберт беспомощно пожал плечами и,
перегнувшись через консоль, потерся лицом об ее обнаженное плечо. Коптер
начал снижаться. Вновь опустив перегородку, Ариф что-то негромко сказал
пилоту, и тот послушно повернул штурвал, целясь в зону крупнейших частных
складов, сконцентрированных в южной части необозримо гигантского космопорта.
В нескольких километрах справа по борту стремительно промелькнуло размытое
белое пятно - в остекление упруго ударила волна басовитого рыка, и коптер
мягко качнулся.
- Лайнер, - поморщился Ариф, - как всем надоели эти дневные рейсы!..
- Ночью не хватает приводных эшелонов, - лениво возразил Роберт, - а
расширять порт уже некуда. Ариф неодобрительно покачал головой. На
противоположной стороне планеты уже готовились к строительству нового,
второго космопорта, но там, на разбросанных посреди океана вулканических
островках, его очень трудно было сделать достаточно большим. Проект выглядел
беспрецедентно дорогим и при этом - довольно сомнительным. Изрядную часть
расходов взяла на себя корпорация его семьи, и Арифу откровенно не нравился
этот выбор леди Ивонны: по таким деньгам риск казался ему чрезмерным.
Выполняя команду Арифа, пилот посадил коптер на крыше огромного
полуподземного комплекса на самой окраине порта. Отсюда, с высоты в два
десятка метров, уже была видна покрытая густым разнотравьем саванна - горячий
ветер привольно гулял над нею, пригибая гибкие стебли к земле: казалось, по
бурому ковру трав гуляют широкие мягкие волны. Роберт вылез из машины и
довольно потянулся. Комплекс принадлежал Гордону Лейланду, и здесь их с
Арифом знала каждая блоха. Подбежавший к коптеру служащий в аккуратном
комбинезоне указал на двери расположенного неподалеку лифта.
- Господин Гордон в данный момент находится в одном из нижних терминалов, -
объяснил он. - Прошу вас, господа. Клерк вывел их на один из нижних уровней.
Повинуясь его команде, разъехались громадные двери, и в лицо прибывшим ударил
характерный запах большого пыльного склада. Лейланд стоял возле ряда округлых
фиолетовых контейнеров, с крайнего из которых двое парней деловито срывали
печати таможенного контроля. Увидев гостей, он махнул рабочим рукой и с
приветливой улыбкой шагнул навстречу.
- Не ждал вас так рано. Как наши успехи?
- Мы договорились, - усмехнулся Ариф. - На этой планете еще не перевелись
дельные парни. С завтрашнего дня здесь будет шнырять Дин Лоренц со своей
командой - помогите ему, это в наших интересах. Я думаю, что максимум через
неделю мы с вами получим ожидаемый результат.
- Тот самый Лоренц? - поднял брови Лейланд. - Да, он и в самом деле
толковый болтун. Наверное, самый толковый из всех, кто взялся бы за такое
дело. Вы знали его раньше?
- Конечно. Вы же понимаете, мы принципиально не работаем с посторонними
людьми. - Пойдемте в мою контору, - предложил Лейланд, но Ариф остановил его
взмахом руки:
- Не стоит, дружище. Мы буквально на минуту. Вы еще не слышали о том, что
на Грехэме люди Франкитти разгромили игровой центр "Саберхил Гейме",
принадлежащий Максаковым? Убит Стэн Максаков и все его люди, оказавшиеся
рядом. Материал скорее всего будет в сегодняшних новостях на всех каналах -
посмотрите. Лейланд нахмурился.
- Я все-таки думал, что они пойдут дипломатическим путем. По крайней мере,
я на это надеялся. Сейчас не те времена - ну, вы сами знаете... Что ж, ваш
расчет оказался верным. Что теперь? Вы летите на Грехэм?
- Да, Роберт вылетает немедленно. "Валькирия" уже готова к старту: мы
считаем, что времени у нас немного. Мы залетели к вам по дороге на военную
базу. Итак, Дин Лоренц: постарайтесь обеспечить ему необходимые условия,
идет?
- Разумеется. Удачи, ребята! Если что случится, я тотчас же дам вам знать.
- Обоюдно, дружище... "Валькирия" приземлилась на базе ударно-штурмового
крыла "Доркастер оф Грехэм" вскоре после полудня по местному времени. Линкор
лорда-наследника прибыл на планету без каких-либо уведомлений, и командир
крыла, спешно вызванный на борт корабля, получил строжайшее приказание
выдерживать режим полной секретности на все время пребывания его милости на
планете. Его это не удивило: он уже привык. Через пятнадцать минут после
того, как он молодцевато спрыгнул с нижней ступеньки трапа, на гладкой
"спине" громадного линкора бесшумно разъехались в стороны бронещиты одного из
транспортных деков и в сияющее весенней голубизной небо гудящим жуком взвился
мощный коптер. Еще через четверть часа Роберт уже сидел в роскошном рабочем
кабинете господина Лемуэля Тройла и, нетерпеливо постукивая по журнальному
столику золотым карандашиком, прихлебывал горячий кофе, ожидая вызванного с
совещания хозяина. Молодая секретарша, обладательница откровенно отвислого
зада и глубокого унтер-офицерского баритона, то и дело всовывалась в двери и
интересовалась, не желает ли его милость лорд Роберт еще чего-нибудь. Его
милость меланхолично пожимал плечами, и она исчезала, не понимая, чем какойто
там лорд мог так возбудить ее грозного и великолепного шефа, который, едва
заслышав имя своего нежданного гостя, приказал провести его в свой кабинет и
не отказывать ему ни в чем.
- Я не думал, что у тебя такая красавица секретарша, - сказал ему Роберт,
когда Тройл, сбрасывая на ходу пальто, ворвался наконец в свой кабинет.
- Если Ивонна увидит здесь другую... - грустно махнул рукой Лем. - Как ты?
Опять дела?
- Да, все те же. Наверное, зря ты так резко сорвался со своего заседания -
я вполне мог бы и подождать.
- Там ничего серьезного, - поморщился Тройл. - И вообще - тьфу на них! Весь
этот директорат давно разогнать пора. Им бы все заседать и заседать, а как
доходит до дела, у всех находятся тысячи причин для оправдания своего
лентяйства. Ты, честно говоря, не совсем вовремя, - сказал он, подходя к
бару, - ты знаешь, что у нас творится?
- Смотря что ты имеешь в виду...
- У тебя в чашке кофе? Значит, коньяк... Я имею в виду то, что у нас в
Саберхиле началась война кланов. Черт знает что, сто лет такого не было.
Местные копы сбились с ног в поисках убийц этого чертова Мориса, лорднаместник
ежедневно дрючит планетарную прокуратуру, а теперь еще эти красавцы
стрельбанину учудили - совсем весело! Тройл сел в кресло перед столиком,
разлил коньяк по крохотным серебряным рюмочкам и с хрустом вскрыл упаковку
тонко нарезанного лимона. Роберт молча перелил содержимое своей рюмки в
довольно объемистую чашку с остатками кофе и наполнил ее снова.
- Так будет лучше, - сказал он. - На Бифорте почти везде жарища... Лем,
каких красавцев ты имеешь в виду? Я хочу сказать, что по этому поводу думает
прокуратура?
- По поводу Мориса?
- И по поводу Мориса тоже. Какие у них версии?
- Ну, все обвиняют Максаковых, - Тройл осторожно глотнул коньяку, на
секунду блаженно прикрыл глаза, отправил в рот дольку лимона, - но никаких
доказательств нет, да и вообще: я лично склоняюсь к мысли, что дело здесь
опять-таки нечисто. Подумай сам: Максаковы в жизни ни с кем не воевали, ну -
чудили себе и чудили. Зачем им устраивать такой тарарам? К тому же, заметь
еще вот что: все, от рядового копа до его милости лорд-прокурора Чаркаша
пришли к выводу, что по Морису работали очень серьезные профессионалы,
которые незаметно пришли и так же незаметно ушли. Такая работа стоит дорого,
очень дорого. Для Максаковых эта игра не стоила бы свеч, тебе не кажется?
Pоберт чуть прикусил губу. Вот так, сказал он себе. Прав, сукин сын, ах, как
же он прав! Нет, мало нас папеньки в детстве пороли! Не хотим мы головой
думать, ой как не хотим. Не ровен час, очередная наша привычно "военная"
операция приведет к таким результатам, что чертям тошно станет.
- Но обвинили-то все равно их, - возразил он. - И в первую очередь их
обвинили Франкитти, а уж они-то, наверное, весьма заинтересованы в поиске
истины!
- Франкитти - дебилы, и ты зря им льстишь, уверенно заявил Тройл. - Это я
говорю вовсе не из корпоративных чувств, нет, я знаю, о чем толкую, я,
наверное, самый мощный на Грехэме эксперт по этой семейке. Они никогда не
думают головой, это их жизненное кредо. Сперва сделай, а потом подумай - это
у них девиз, уж ты поверь мне. Вот они и бросились делать. Франкитти
допрыгаются, это я тебе серьезно говорю. Если они сейчас начнут настоящую
войну, а дело тем и пахнет, они потеряют все, что имеют в мирах Содружества,
их отсюда просто-напросто вышибут.
- И ты при этом не упустишь своего?
- Ну я же не дурак, Роббо... У меня достаточно средств, чтобы надавить на
Чаркаша, заставить его принять самые жесткие из всех возможных, да что там -
вообразимых! - мер, и мы их отсюда вышибем. Назад они уже не вернутся. Ты же
понимаешь, по каким законам мы живем.
- Ты хочешь сказать, что на хороший кусок всегда найдутся желающие?
- Я скажу так: то, что не съем я, проглотят другие. Мне даже выгодно будет
лишний раз подкормить кое-кого из хороших людей. Роберт вздохнул и задумчиво
поболтал в воздухе своей чашкой с кофейно-коньячной смесью. Перспектива
разделаться с Франкитти без лишней крови и, конечно же, лишнего риска,
пружиной выскочившая из рассказа Тройла, пришлась ему по вкусу, но принимать
решение было рано - и в то же время ему некогда было предаваться раздумьям.
Ему требовалась уверенность - или да, или нет, - а дать ее Лем Тройл не
мог...
- Послушай-ка, - сказал он, глотнув из чашки, - ты не мог бы посвятить мне
остаток сегодняшнего дня? Тройл посмотрел на часы и потер подбородок,
размышляя.
- Да, - ответил он. - Ты хочешь кого-то повидать?
- Старшего из Максаковых и прокурора Чаркаша. Ты поможешь?
- Именно в таком порядке?
- Разумеется, Лем: то, что я буду требовать от Чаркаша, напрямую зависит от
ответа, который даст мне Максаков.
- Я могу просить тебя раскрыть карты? Роберт в
...Закладка в соц.сетях
