Жанр: Научная фантастика
Карлсон Нэпьер 1-5.
... и находиться над
сушей. Прямо перед нами уже могли быть горы или гигантские стволы
деревьев. Мне по-прежнему было беспокойно. Очень хотелось хоть что-нибудь
видеть. Если бы я мог видеть, что творится впереди, то был бы готов ко
всему.
- О чем ты говоришь? - спросила Дуари.
- Я не знал, что говорю. Наверное, я думаю вслух - о том, что все бы
отдал, чтобы видеть, куда лечу.
И вдруг словно в ответ на мои слова между облаками клубящегося пара
образовалась брешь и я увидел... Тотчас я бросился к штурвалу, потому что
перед самым нашим носом было скалистое ущелье. Скалы, поднимающиеся высоко
над нами.
Я изо всех сил пытался отвернуть в сторону, но неумолимый ветер нес нас
навстречу нашей судьбе. Ни одного звука не слетело с уст Дуари. На лицо ее
не легло даже тени страха, который она должна была испытать, должна - ведь
она была так молода.
На долю секунды я испытал ужас от того, что это прекрасное создание
сейчас разобьется о бесчувственную скалу. Я поблагодарил бога за то, что я
этого уже не увижу. Мы будем лежать здесь, у подножия обрыва, вместе -
вместе целую вечность и никто во Вселенной не узнает, где наша могила.
Через мгновение мы должны были разбиться. Но всего в нескольких ярдах
от утеса наш самолет был развернут вертикально. Ураган продолжал играть
нами как игрушкой.
Конечно, от столкновения ветра со скалой у основания должен был быть
мощный восходящий поток воздуха. Именно он спас нас, а еще то, что в
последний момент я выключил двигатель.
Теперь мы были высоко-высоко над какой-то равниной. Пар рваными клубами
расступался перед нами и мы могли, наконец, увидеть, что творилось под
нами. Наконец я вздохнул с облегчением.
Но мы по-прежнему были далеки от спасения. Ураган не стихал. Я
посмотрел назад, туда, где был просвет в оболочке - свечения уже не было.
Просвет закрылся и опасность мгновенного испепеления миновала.
Я включил двигатель, тщетно пытаясь бороться со стихией и заставить
самолет слушаться рулей. Но наше спасение зависело не столько от рулей,
сколько от ремней безопасности. Нас бросало так, что часто шасси было над
нами, а мы беспомощно болтались в своих ремнях.
Это было довольно изнурительно. Нисходящие потоки бросали нас
вертикально вниз с огромной скоростью, и когда уже казалось, что крушение
неизбежно, гигантская рука урагана бросала нас вверх.
Остается только гадать, сколько времени мы оставались игрушкой злого
гения бури. Только к сумеркам ветер начал слегка утихать и мы получили
какую-то возможность управлять самолетом. Но даже теперь мы были
подвластны ветру и не могли лететь против него.
Часами мы не разговаривали. Мы попробовали, но завывание ветра
заглушило наши голоса. Я видел, что Дуари совсем сникла от болтанки и
нервного напряжения, но ничем не мог ей помочь. Только отдых мог вдохнуть
в нее жизнь, но о каком отдыхе могла идти речь до нашего приземления?!
Новый мир раскрылся перед нами с наступлением утра. Мы огибали огромный
океан, были видны широкие равнины, леса и реки, а вдали - снежные вершины
гор. По моим расчетам, нас занесло на тысячи миль на север, так как
большую часть времени двигатель работал на полную мощность и ветер дул нам
в хвост.
Где мы очутились? Я был уверен, что мы пересекли экватор и были в
северной температурной зоне. Но где находилась Корва, я не знал, и, может
быть, никогда не узнаю.
3
Ураган стих с последними порывами ветра. Воздух стал вдруг неподвижным.
Это было похоже на райский покой.
- Ты очень устал, - сказала Дуари. - Давай я сменю тебя. Ты сражался с
этим штормом шестнадцать или семнадцать часов и не спал уже два дня.
- Так же как и ты. Не кажется ли тебе, что у нас росинки во рту не было
с тех пор как мы покинули Вепайю?
- Там, внизу, текут реки и полно дичи, - сказала Дуари. - Я даже забыла
как я хочу пить - и есть тоже. А спать! Не знаю чего больше.
- Мы будем пить, есть, а потом спать... - застонал я.
Я кружил вокруг в поисках признаков человеческого жилья, их следовало
опасаться больше всего. Отсутствие людей означало относительную
безопасность, даже в мире диких зверей.
Вдали показалось большое озеро или морской залив. Под нами лежала
равнина, то здесь, то там поросшая лесом. Я увидел пасущиеся стада.
Снизился, чтобы выбрать свою добычу, догнать ее и застрелить с борта
самолета. Не очень спортивный прием, но от него зависела наша жизнь.
Мой план был блестящим, жаль что он не сработал. Животные обнаружили
нас задолго до того, как стали досягаемыми и пустились наутек как летучие
мыши из Ада.
- Завтрак убежал, - сказал я.
- И обед с ужином, - добавила Дуари с печальной улыбкой.
- Остается вода. Мы можем по крайней мере напиться. - И я стал заходить
на посадку неподалеку от маленького ручья.
Зеленая трава, потравленная пасущимися стадами, тянулась к самому
берегу ручья и после того как мы напились Дуари растянулась на ней, чтоб
немного отдохнуть и уснуть. Я стоял, оглядываясь по сторонам в поисках
дичи, которую я распугал самолетом, надеясь что какое-нибудь животное все
же покажется из лесу.
Мои поиски легкой добычи продолжались не более минуты или двух, но
когда посмотрел на Дуари, она уже крепко спала. Я не решился ее будить,
так как знал, что сон ей нужнее, чем еда. Поэтому я сел рядом, охраняя ее.
Это было чудесное место, тихое и мирное. Только ласковое журчанье ручья
нарушало тишину. Оно казалось очень безопасным, так как у меня был хороший
обзор пространства вокруг нас. Звук воды успокаивал мои уставшие нервы. Я
прилег, удобно опершись на локоть. Так я пролежал минут пятнадцать, прежде
чем случилось нечто удивительное. Огромная рыба выплыла из ручья и села
рядом со мной. Какое-то мгновение она внимательно осматривала меня. Из-за
отсутствия выражения на ее лице невозможно было догадаться о чем она
думает. Она напоминала кого-то из кинозвезд и я не мог удержаться от
смеха.
- Почему ты смеешься?, - возмутилась рыба. - Надо мной?
- Конечно нет, - отвечал я, забыв даже удивиться, что рыба
разговаривает. Это показалось мне вполне естественным.
- Ты - Карсон Венерианский, - сказала рыба. Это был даже не вопрос, а
утверждение.
- Откуда ты узнала? - спросил я.
- Мне сказал Таман. Это он поручил мне привести вас в Корву. По
бульварам Санары пройдет большая праздничная процессия, которая проводит
тебя и твою принцессу к королевскому дворцу.
- Все это очень хорошо, - ответил я, - но не скажешь ли ты кто это
толкает меня в спину и зачем?
В тот же момент рыба исчезла. Я оглянулся и увидел дюжину вооруженных
людей, окруживших нас. Один из них тыкал мне в спину трезубцем. Дуари
сидела, на ее лице было оцепенение. Я вскочил на ноги. Дюжина копьев
повернулась ко мне. Два воина стояли над Дуари, приставив трезубцы к ее
сердцу. Я бы мог вытащить свой пистолет, но решился: прежде чем я перебью
их всех, один из нас умрет. Я не мог рисковать жизнью Дуари.
Пока я рассматривал воинов, я вдруг заметил в них что-то странное и
нечеловеческое. У них были жабры, которые были видны из-под их длинных
бород, а на пальцах рук и ног были перепонки. Я вспомнил говорящую рыбу -
так я спал и продолжаю спать! От этой мысли я улыбнулся.
- Отчего ты улыбаешься? - домогался один из воинов. - Из-за меня?
- Я улыбаюсь сам себе, - ответил я. - Я вижу такой интересный сон.
Дуари широко раскрыла глаза.
- Что с тобой, Карсон, - встревожилась она. - Что с тобой случилось?
- Ничего, кроме того, что мне не следовало бы засыпать. Жаль, что я не
могу проснуться.
- Ты не спишь, Карсон. Посмотри на меня! Скажи, что с тобой все в
порядке.
- Ты хочешь сказать, что видишь то же, что и я?, - не унимался я, кивая
в сторону воинов.
- Мы оба спали, Карсон. Но теперь мы не спим и уже в плену.
- Да, вы в плену, - сказал воин, уже говоривший со мной. - А теперь
следуйте за нами.
Дуари подошла и прижалась ко мне. Они не мешали ей.
- Зачем вы хотите взять нас в плен?, - спросила Дуари у воина. - Мы не
сделали ничего плохого. Ураган сбил нас с пути и мы приземлились здесь в
поисках воды и пищи. Отпустите нас. Мы не сделаем вам ничего плохого.
- Мы должны отвести вас в Мипос, - ответил воин. - Тирос решит что с
вами делать. Я всего лишь воин. Не мне решать.
- Кто такие Мипос и Тирос? - спросила Дуари.
- Мипос - это столица государства, а Тирос - король. Он сказал "джонг".
- Как ты думаешь, он нас отпустит?
- Нет, - сказал воин. - Тирос Кровавый не отпускает пленников. Вы
станете рабами. Мужчину могут убить сразу или потом, а тебя Тирос не
убьет.
Мужчины были вооружены трезубцами, мечами и кинжалами. Огнестрельного
оружия не было. У меня уже созрел план спасения Дуари.
- Я смогу задержать их с пистолетом, - шепнул я, - пока ты добежишь до
самолета.
- И что дальше?, - поинтересовалась Дуари.
- Возможно, ты найдешь Корву. Лети на юг в течение суток. Ты должна
долететь до океана. Затем поворачивай на запад.
- И оставить тебя здесь?
- Вожможно, мне удастся убить их всех. Тогда ты приземлишься и
подберешь меня.
Дуари покачала головой.
- Я останусь с тобой.
- О чем это вы шепчетесь?, - забеспокоился воин.
- Мы хотим узнать, не разрешите ли вы взять с собой наш самолет, -
сказала Дуари.
- А что мы с ним будем делать в Мипосе?
- Может быть Тирос захочет посмотреть на него, Илирюс, - вмешался
другой воин.
Илирюс покачал головой.
- Мы не сможем пронести его через лес, - ответил он. Затем резко
повернулся ко мне.
- А как вы его сюда доставили? - спросил он.
- Пойдем сядем в него и я тебе покажу, - ответи я. Мне бы только
заманить его в самолет с Дуари. Немало воды утечет, пока Илирюс снова
увидит Мипос. А мы и вовсе не увидим. Но Илирюс был подозрительным.
- Ты можешь рассказать мне как это сделать, - торговался он.
- Мы прилетели на нем из страны, находящейся за тысячи миль отсюда.
- Прилетели? Как это?
- Очень просто. В него надо сесть, потом он поднимается в воздух и
везет куда нужно.
- Вы обманываете меня.
- Давай я покажу тебе. Моя помощница и я поднимем его в воздух, и ты
увидишь это собственными глазами.
- Нет. Если то, о чем вы говорите, правда, вы больше сюда не вернетесь.
В конце концов они помогли мне подтянуть самолет к дереву и привязать
его. Я сказал им, что их вождь обязательно захочет взглянуть на него, и
если с самолетом что-нибудь случится, их ждет расплата. Это подействовало.
Они, как видно, ужасно боялись этого Тироса Кровавого.
Мы отправились через лес. Впереди и сзади нас сопровождали воины.
Илирюс шагал рядом со мной. Он оказался неплохим парнем. Шепотом он сказал
мне, что хотел бы нас отпустить, но боялся, так как об этом узнает Тирос и
тогда ему - конец. Он заинтересовался моими светлыми волосами, серыми
глазами и все время расспрашивал меня о стране, из которой я прилетел.
Меня так же заинтересовали он и его друзья. Все они были хорошо
сложены, с выпуклыми мускулами и без лишнего жира. Но лица у них были
странными. Их пышные черные бороды и жабры, о которых я уже говорил, их
выдающиеся губы и выпуклые глаза придавали им странный вид.
- Они похожи на рыб, - прошептала Дуари.
Лишь потом мы убедились, насколько Мипосанцы в действительности сходны
с рыбами.
Мы шли по хорошо протоптанной лесной тропинке. Это был типичный
Амторский лес, полный изысканной прелести. Блестящая кора деревьев была
разноцветной, а в листве пребладали пастельные тона: гелиотропные, лиловые
и фиолетовые. Цветущие растения-паразиты усиливали буйство красок. Даже
наши земные орхидеи выглядели бы рядом с этими роскошными цветами так же
тускло, как серые церковные мышки на празднике Mardi gras.
На Венере, как и на Земле, есть разные виды лесов. Лес, по которому нас
вели, был самым обычным, тогда как самыми удивительными и внушающими
благоговение были леса Вепайи, возносящиеся в небо более, чем на пять
тысяч футов. В Кооааде в одном из таких грандиозных деревьев на высоте
тысяча футов был высечен дворец короля.
Я давний почитатель красоты. Даже сейчас, когда мы с Дуари шли в
неизвестность, я продолжал восхищаться птицами с ярким оперением,
насекомыми, крошечными летающими ящерицами, летающими с цветка на цветок и
совершающим свой извечный обряд опыления. Еще я удивлялся, почему Илирюс
не отобрал у меня пистолет. Немного есть на свете людей, одаренных
телепатией больше меня, хотя я не всегда от этого выигрываю. Вот и сейчас
мне не следовало бы думать о моем пистолете. Пока я раздумывал, почему
Илирюс не отобрал его у меня, он указал на него и спросил, что это такое.
Конечно же, это могло быть и совпадение.
- Это талисман, - ответил я, - который защищает меня от зла.
- Дай мне его, - попросил он, протянув руку.
Я покачал головой.
- Я не сделаю ничего такого тебе, Илирюс, так как ты хорошо отнесся ко
мне и моей спутнице.
- Что ты имеешь в виду? - удивился он.
Несколько других воинов с интересом наблюдали за нами.
- Это мой личный талисман, - объяснил я. - Любой другой, кто тронет его
может умереть.
В конце концов это было правдой.
- Но если хочешь, можешь рискнуть. - Я достал оружие из кобуры и
протянул ему.
Минуту он колебался. Другие воины наблюдали за ним.
- В другой раз, - сказал Илирюс. - Сейчас мы должны торопиться в Мипос.
Я посмотрел на Дуари. Лицо ее было серьезным, хотя внутренне, я думаю,
она улыбалась. Некоторое время я держал пистолет в руке и, хотя воины
больше не проявляли желания подержать его, их любопытство к нему не
прошло. Они продолжали смотреть с интересом, но как я заметил, проявляли
осторожность, чтобы не дотронуться до него, когда были рядом.
Мы прошли по лесу около мили, когда наконец перед нами открылась водная
гладь озера, которое я увидел перед моей злополучной посадкой. На берегу,
вытянувшись на милю, лежал город, огражденный стеной.
- Это Мипос, - сказал Илирюс. - Самый большой город в мире.
С пригорка, на котором мы стояли, Мипос был хорошо виден. И я должен
сказать, что занимал он не более ста акров. Однако я не стал спорить с
Илирюсом. Если он хотел так считать, то я не имел ничего против.
Мы подошли к большим, хорошо охраняемым воротам. Когда охрана узнала
Илирюса, их широко распахнули. Офицер и стража окружили нас, засыпая
воинов вопросами. Мне было приятно услышать, что первое, о чем они
заговорили, был магический талисман, причинявший смерть всякому, кто
дотронется до него.
- Несчастный будет извиваться как червь в страшных конвульсиях, -
объяснял Илирюс. Невольно Илирюс оказался отличным пропагандистом.
Никто как-то не захотел дотронуться до талисмана.
- А теперь я хочу, чтобы вы доставили нас к Тиросу, - сказал я.
Илирюс и офицер были ошеломлены.
- Может, он сумашедший? - поинтересовался последний.
- Он чужестранец, - сказал Илирюс. - Он не знает Тироса.
- Моя спутница и я принадлежим к королевской фамилии Корвы. Когда
короля не станет, его место займу я. Король любой страны должен принимать
нас с почестями.
- Только не Тирос, - объяснил офицер. - Возможно вы не знаете, но Тирос
- единственный настоящий король мира. Все остальные - самозванцы. Вам
лучше не говорить Тиросу, что вы принадлежите к королевской фамилии. Он
немедленно прикажет казнить вас.
- Что же вы тогда будете с нами делать? - спросил я.
Илирюс вопросительно посмотрел на офицера.
- Отведите их в помещение для прислуги во дворце, - ответил тот, - они
подойдут в качестве прислуги королю.
Илирюс повел нас дальше. Мы прошли по узким извилистым улочкам
одноэтажных домов, построенных из ракушечника или известняка. Старые дома
были из грубо обтесаных досок, прикрепленных к каркасу, а новые - из
отшлифованных блоков известняка. Дома были такими же кривыми, как и улицы.
Очевидно, их строили "на глаз", без отвеса и линейки. Окна и двери были
самых разных форм, размеров и кривизны. Такие дома могли спроектировать
либо модернисты с моей планеты, либо пятилетний ребенок.
Город лежал, как я позже убедился, на берегу огромного чистого озера.
По мере приближения к воде стали попадаться двухэтажные дома, некоторые
даже с башенками. Наибольший из них был дворцом Тироса.
Пристройка, куда нас вели, находилась на территории дворца. Несколько
сотен крошечных камер опоясывали двор, в центре которого был бассейн.
Перед тем как нас впустили, Илирюс наклонился ко мне.
- Никому не рассказывай, что ты сын короля, - прошептал он.
- Но я уже рассказал об этом тебе и офицеру, - напомнил я ему.
- Мы будем молчать, - ответил он, - но рабы расскажут, чтобы добиться
расположения.
Я был озадачен.
- А почему ты не расскажешь? - спросил я.
- Во-первых, ты мне нравишься и во-вторых, я ненавижу Тироса. Все
ненавидят Тироса.
- Хорошо, спасибо за предупреждение, Илирюс. Не знаю, смогу ли я
когда-нибудь отблагодарить тебя.
Ворота отворились и нас впустили в нашу тюрьму.
Там находились по-крайней мере триста рабов, большинство из которых -
такие же существа, как и мы. Были и несколько мипосанцев. Последние были
обычными преступниками или же теми, кто прогневил Тироса Кровавого.
Мужчины не были отделены от женщин, поэтому нас с Дуари не разлучили.
Несколько рабов окружили нас, раздираемые любопытством. Одних
привлекала красота Дуари, других - мои светлые волосы и серые глаза. Они
начали разговаривать с нами, когда вошел офицер, который привел нас.
- Осторожно! - прошептал один из рабов. - Сюда идет Вомер. И они отошли
от нас.
Вомер подошел и осмотрел меня с ног до головы, а потом Дуари. Его
поведение было намеренно оскорбительным.
- Ходят слухи, что вы прилетели сюда как птицы?
- Откуда мне знать, что вам говорят? - парировал я.
Невозможно было понять реакцию этих мипосанцев, так как на их лицах,
как и подобает рыбам, не было никакого выражения. Жабры Вомера быстро
открывались и закрывались. Возможно, это был признак ярости или волнения.
Я не знал и не хотел этого знать. Он раздражал меня и вообще был
отвратителен. Он был удивительно похож на рыбу-луну, которую я много раз
видел в сетях у побережья Флориды.
- Не разговаривай со мной в таком тоне, раб, - вскричал Вомер. - Знаешь
ли ты, кто я такой?
- Нет, а что?
Дуари прижалась ко мне.
- Не зли его, - прошептала она, - нам будет от этого только хуже.
Я понял, что она была права. Мне было все равно, но ее я не должен был
подвергать опасности.
- Что именно вы хотели бы узнать? - переборов себя, спросил я
примирительным тоном.
- Я хочу узнать, правду ли говорит Илирюс, - сказал он. - Он говорил
мне, что ты приехал в большой штуковине, которая летает как птица. Это же
повторяют остальные воины.
- Это правда.
- Это не может быть правдой, - возразил Вомер.
Я пожал плечами.
- Если ты знаешь, что этого не может быть, зачем тогда спрашивать об
этом?
Вомер посмотрел на меня немигающим взглядом, потом повернулся и зашагал
прочь.
- Ты нажил себе врага, - сказала Дуари.
- Они все наши враги, - ответил я. - Я бы хотел набить ему морду.
Стоящий рядом раб улыбнулся:
- Мы все хотели бы.
У него была приятная внешность и хорошее телосложение. Он вовсе не был
похож на каприз природы, как эти мипосанцы. Я заметил его раньше. Он
украдкой смотрел на меня. Было очевидно, что моя внешность вызвала его
любопытство.
- Меня зовут Кандар, представился он, чтобы начать беседу со мной. - Я
из Джапала.
- А меня - Карсон Венерианский, - ответил я. - Я гражданин Корвы.
- Я никогда не слышал о такой стране и мне не приходилось раньше
встречать светловолосых и сероглазых людей. А на Корве все похожи на тебя?
Я попытался объяснить ему суть дела. Ну, конечно же, он не мог понять
того, что вдали от Амтора существует другой мир. Большие сомнения вызвало
и мое заявление о том, что Корва находилась от нас в тысяче миль на юге.
- Там находится край Амтор, - возражал он, - не более чем в четырех или
пяти сотнях коб. За ее пределами никакой страны существовать не может. Там
лишь пламя и раскаленная лава.
Итак, он тоже считал, что его планета плоская. Правда, в этом он был
более последователен, чем другие жители южного полушария.
Я спросил его о наших похитителях и о том, что можно от них ожидать.
- Работа на берегу не тяжелая, - объяснил он, - и к нам неплохо
относятся. Но в море - совсем другое дело. Молитесь, чтобы вас не
отправили в море.
Рабы, не считая мипосанцев, были выходцами из разных стран -
таинственных земель с причудливыми именами. Земли эти находились на
востоке, западе и севере, но ни одной не было на юге. Это была terra
incognita, земля ужасов, которой никто никогда не видел.
Почти все рабы были захвачены в результате кораблекрушений у берегов
озера, а также на побережье океана, находившегося в десяти милях от
Мипоса.
Кандар рассказал мне, что озеро проянулось на пятьсот миль вглубь
материка и что с противоположной стороны находится Джапал.
- Джапал торгует с несколькими дружественными странами на океанском
побережье и мы вынуждены проплывать мимо. Иногда мы терпим бедствие, а
иногда мипосанцы сами нападают на нас и захватывают пленников. Большая
часть кораблекрушений происходит в узком канале, отделяющем озеро от
океана. Только когда прилив достаточно высок, кораблям удается зайти из
океана в озеро. Если же он низкий, то воды озера несутся в океан и
преодолеть это течение невозможно. При высоком приливе воды океана
заходяят в озеро и канал становится судоходным.
Дуари и я имели маленький угол и надеялись только на то, что нас не
разъединят, пока я придумаю план побега. Нас, рабов, кормили два раза в
день - жаркое из чего-то похожего на креветки с рублеными кореньями и
мукой из зерен растения, растущего вокруг в изобилии.
Еда, по словам Кандара, не очень вкусная , но питательная и
укрепляющая. Иногда в жаркое добавляли мясо.
- Они хотят, чтобы мы были сильными, - объяснял он, - и могли лучше
работать. Мы строим им корабли, дома, гребем на галерах, обрабатываем
поля, носим тяжелые ноши. Мипосанцы, имеющие достаточное количество рабов,
не работают.
На следующий день после нашего захвата в пристройку вошел Вомер с
воинами, выбрал нескольких мужчин и приказал им следовать за ним. Среди
них были я и Кандар. Нас отвели к берегу и я впервые увидел корабли
мипосанцев. Некоторые из них были довольно большими - более ста футов в
длину. Они были оснащены парусами и веслами. Наибольшие, стоящие на якоре
за неумело сделанным волнорезом, я принял за военные корабли. Их большие
палубы, нависающие над верхними рядами весел, могли вместить сотни воинов.
На корме и на носу были маленькие каюты, над которыми были установлены
какие-то машины, цель которых мне была не ясна, о которых я вскоре узнал
все, к моему смущению и стыду.
Я спросил Кандара, имели ли мипосанцы корабли с двигателями, но он не
понял моего вопроса. Это подстегнуло мое любопытство и последующие вопросы
подтвердили мои опасения, что мы были занесены от Экватора далеко на
север. В те земли, которые были для жителей южного полушария terra
incognita Венеры, и где процветала совершенно другая культура. Все здесь
было по-иному, несравнимо с развитыми цивилизациями Вепайи, Корвы и
Хавату, которые я хорошо знал.
Здесь болели и старились люди. И мипосанцы, и их узники. Судя по всему
они не знали о сыворотке долгожительства, распространенной на юге. Их
оружие и обычаи также сильно отличались. Язык был другим, однако напоминал
языки южных народов.
Вомер приказал нам грузить баржу со щебнем для укрепления волнореза. Он
ходил между нами с кнутом и хлестал то одного, то другого раба по
обнаженным ногам и спине. Занятие чисто садистское, так как доставалось в
равной степени и лучшим, и худшим работникам. Я заметил, что он посмотрел
на меня и медленно направился в мою сторону. "Посмеет или нет?" -
мелькнуло у меня в голове.
Наконец он подошел на расстояние удара.
- Работай, раб!, - прорычал он и замахнулся кнутом, чтобы нанести
сильный удар.
Я бросил камень, который поднимал, и посмотрел на него. Рука нащупала
рукоятку пистолета. Вомер заколебался, его жабры бешено вздувались - знак
ярости или волнения у этих странных существ, не имеющих мышц на лице,
чтобы проявлять какие-то чувства.
Воины и другие рабы наблюдали за этой сценой. Мне было интересно, как
он выйдет из положения. Он поступил как типичный тиран со скверным
характером и хулиган.
- Работать!, - заревел он и, развернувшись, ударил другого раба.
Воины смотрели на него рыбьими глазами. Невозможно было угадать о чем
они думают, но заместитель Вомера не заставил себя ждать.
- Дай мне твой кнут, - сказал он ему. - Если ты боишься ударить раба,
то я это сделаю.
У малого было отталкивающее выражение лица. Что-то от усатого моржа.
Его жабры пульсировали и было видно, что он знал в толк в этом деле.
- Кто сказал, что я боюсь?, - возмутился Вомер.
- Я, - не отступал воин.
- Здесь я командую и могу наказывать или миловать по своему усмотрению.
Если ты так хочешь наказать его, возьми мой кнут.
Малый схватил кнут и пошел ко мне.
- Ты говорил ему об этом? - спросил я Вомера, похлопыывая рукой по
пистолету.
- Что это? - домогался воин.
- Это убивает, - ответил я. - Я могу убить тебя прежде чем ты ударишь
меня.
Губы его вытянулись в букву "О" и с шумом стали всасывать возду
...Закладка в соц.сетях
