Жанр: Научная фантастика
Мир без звезд
...ой, и ветер в ветвях сосен, и мы дошли до альпийских лугов и смотрели
вниз на крутые голубые склоны, и играли в снежки на перевале, и на одной ночевке у
озера видели одновременный восход Луны и Юпитера, когда они отбросили две
ровнейшие дорожки, и красивее их были только глаза Мэри.
Но это не было просто развлечение. Для нее, а потому и для меня, это было вроде
паломничества. Ведь эти места любили и другие. Но их взяла смерть, и они никогда не
придут обратно. Мы делали это за них. Мы поклялись тогда друг другу, что никогда не
забудем своих мертвых.
Валланд чуть-чуть улыбнулся:
- О Господи, как же мы были молоды!
Рорн открыл было рот, и я ощетинился заранее. Сколько можно выносить его
проповеди? И в этот миг раздался голос с головного каноэ:
- Я-о-о-о-о айее! Айее!
Плотно набитые в нашей лодке ниао зашевелились и стали выглядывать вперед
через головы своих товарищей. Солдаты положили руки на оружие. Гребцы перестали
грести. Я слышал шум ветра; ветер крепчал. Белые барашки шлепали по корпусу нашего
судна, и оно покачивалось. Сдвинув очки на глаза, я тоже посмотрел вперед.
Мгла несколько рассеялась, и я увидел другое каноэ Стада в нескольких километрах
к западу. Оно болталось на воде без признаков жизни. Но с каноэ айчунов закричал
карлик, и его слова подхватили гиганты.
- Что они говорят? - спросил Валланд.
- Там наши, в той лодке, - ответил Рорн. - Испуганные... похоже, раненые... Я
еще не очень много знаю слов ниао. Айчуны исследуют их мысли.
"Мысли они читать-то и не умеют, - мелькнуло у меня в мозгу. - Однако они
достаточно уже могли изучить людей, чтобы уметь определять эмоциональные образы.
Если они возьмутся за меня, что они увидят?"
Я старался подавить смесь страха, ярости и надежды, обуревавшие меня в тот
момент. С тем же успехом я мог бы приказать грозе перестать.
- Очевидно, спасшиеся после битвы, - заметил Валланд. - Должно быть, раненые
и обессиленные не могут добраться домой.
Раздалась команда, и наша лодка сменила направление.
- Что ж, лишняя лодка позволит уменьшить давку у нас.
Умеют ли айчуны отличать Стадо от Стаи чисто ментально? Я думал, что нет.
Видовых различий не было. Телепатия айчунов должна была действовать только на
близких расстояниях и неточно, иначе зачем бы им было действовать через карликов?
Если ты делаешь себе инструмент, то для той работы, которую без него сделать не
можешь. И другую работу он тоже не сделает. Карлики были специализированы. Они не
стали бы следить или предупреждать, если их не попросить специально. В течение
миллионов и миллионов лет здесь никогда не был нужен радар ни в каком виде, и
благодаря всемогуществу глубинных дьяволов не нужно было знание военных хитростей.
На этом Валланд построил свою стратегию, и это срабатывало, пока дело не
касалось Рорна. Мы могли только надеяться, что получится и дальше.
Айчуны наверняка отметили гнев и ужас на борту каноэ. Это было вполне
естественно после битвы. Что же касается эмоций моих или Валланда - нам-то чего было
приходить в возбуждение?
- Заткни глотку, собака! - рявкнул я на Рорна.
- Что за притча? - Он замигал на меня.
- Не говори "наши"! Они не наши. И не твои. Ты своих продал!
Я неуклюже на него замахнулся. Он отбил мою руку. Стоявший за ним солдат
отодвинул меня копьем. Валланд взял меня за руку:
- Спокойней, шкипер. - И Рорну: - Не то чтобы я был не согласен.
Он добавил пару сочных оскорблений.
- Тихо! - сказал Рорн, пригладив свои растрепанные ветром волосы. - Я с вами
поговорю, когда вы придете в себя.
От его хозяев долетел вопрос. Он ответил на языке внешников. Я примерно понял,
что он говорил: "Ничего страшного. Заложники проявляют неразумие".
Мы с Валландом обменялись взглядами. Нельзя было показывать свое облегчение.
Это тоже могли заметить.
- А что ты от нас ожидал, сука? Да я бы тебе кишки выпустил!
- Я сказал "тихо". Не будете слушаться - придется наказать.
Мы пестовали в себе жажду мести, как комнатный цветок. Каноэ ползли вперед. Вот
один ниао поднялся в дальнем - ох и далеком же! - каноэ и помахал рукой. Это,
несомненно, был солдат, и сильно изуродованный. Я не задумывался о том, какими
средствами его заставили сотрудничать. "Это не моя идея и не Хьюга, - сказал я про
себя, пытаясь оправдаться в собственных глазах. - Выдумка я-Келы, скорее всего. Чего
же ожидать от столько перестрадавшего народа?"
Если до того время шло медленно, теперь оно просто остановилось. Лодки медленно
сходились, как гипербола с асимптотой. Я уже наполовину потерял рассудок, когда
Валланд повелительно заорал мне:
- Смотри!
И в тот же момент прозвучал приказ. Весла остановились. Кто-то заподозрил
неладное.
- Пошли!
Я вскочил на ноги. Мы были не так близко, чтобы перепрыгнуть в дрейфующую
лодку. Я знал, что сгрудившиеся тела в ней выглядят так же, как и прочие ниао. Но быть
может...
Раненый солдат упал.
Рорн вцепился в меня. Поврежденной рукой я отбил его руки, а кулак здоровой руки
врезался ему в нос. Удар отдался в моих костях. В Валланда полетело копье. Он отступил
в сторону и нырнул за борт. Я за ним.
Вода была теплая и мутно-красная. Я задержал дыхание и заработал руками и
ногами изо всех сил. Когда я выныривал, судно Рорна все еще было почти у меня над
головой.
Стрелы взрезали волны. Я снова нырнул и поплыл наугад.
Азкаты в лодке вскочили, схватились за весла и отчаянно начали грести нам
навстречу. Это была идея Валланда: ненадежная, но любой шанс надо было использовать,
чтобы с нами не сделали того, что с Рорном.
Пока противник был занят переговорами в хижине, большую часть лодок ниао
унесли и спрятали. Осталось немного - не так мало, чтобы это казалось невероятным, но
достаточно мало, чтобы они были перегружены и двигались медленно. Одна из них ушла
вперед с небольшим экипажем и я-Келой в роли капитана.
У наших людей на берегу был компас, отмечавший курс айчунов. Наспех
проинструктированный, я-Кела был снабжен таким же прибором и рацией. Брен, Гальмер
и Урдуга объяснили ему, где залечь и ждать. И его бойцам дали пару лучевых пистолетов.
Их заряды вспыхнули завесой молний. Вода закипела - на спуск жали неумелые
стрелки. И все же флотилия айчунов подалась назад.
Но враг не отступил. Четыре огромные фигуры бросились в воду и поплыли. Эти
солдаты, привычные к водной планете, могли добраться до нас раньше я-Келы. Они могли
отволочь нас обратно - или в крайнем случае убить. Мои силы были на исходе - я
плохой пловец.
Валланд, по человеческим меркам, был хорошим пловцом. Мощным кролем он
сравнялся со мной за минуту.
- Загребай воду, - выдохнул он. - Экономь энергию. Она еще понадобится.
- Нам конец, - прохрипел я.
- Или да, или нет. Но лучше так.
Ближайший солдат рванулся ко мне, но Валланд перехватил его. Они сцепились и
ушли в глубину.
В меня вцепилась рука. Я взглянул в разинутое рыло, бессильно попытался
вырваться и погрузился. В голове стоял грохот. Я отрешенно подумал: "Вдохни воду,
идиот. Вдохни и умри свободным". Но рефлекс не давал этого сделать. Я кашлял,
плевался и пытался вывернуться.
Мое лицо снова было на воздухе. Меня тащили на буксире. Рядом появился
Валланд. Своему противнику он сломал шею. Сейчас он дважды ударил. Солдат завопил и
отпустил меня.
Валланду пришлось меня поддерживать. Оставшаяся пара солдат приближалась по
окрашенным кровью волнам. Валланд мог действовать только ногами. Они стали
обходить его с двух сторон. Я увидел, как поднялся кинжал.
Потом вода наполнилась телами и оружием.
Команда я-Келы тоже состояла из хороших пловцов. Полдюжины их бросились в
воду, как только увидели наш прыжок. Опередив свое каноэ, они подплыли к нам. Их
товарищи не очень отстали, и, хотя стрелки не решались стрелять рядом с нами, они
могли не подпускать подкрепления противника.
Схватки я не видел. Меня охватила тьма.
Потом я лежал в каноэ, блевал, кашлял и плакал. Это была не просто реакция. Меня
еще и тошнило. Бог галактики, кто бы ты ни был, неужели мы должны все убивать и
убивать, пока не переполнится чаша терпения Вселенной и она не исчезнет в коллапсе?
Худшее было впереди. Я рад, что был тогда лишь наполовину в сознании. Азкаты с
радостными воплями бросились в погоню за айчунами. Скоро мы подошли на расстояние
выстрела для снайпера вроде Валланда. Один из айчунов бросился в воду и ушел вглубь,
но Валланд подождал, пока он всплывет за воздухом, и пристрелил и его.
Над нами ревел шторм. Солнце скрылось за черными тучами, слепили молнии, гром
раскалывал небо, и по моему голому телу хлестнули первые плети дождя. Поверх прицела
я взглянул на лодку Йо Рорна, за которой мы теперь гнались, чтобы отобрать наше
снаряжение. Рорн вскочил и закричал, и такое страдание было в этом крике, что, когда
топор солдата раскроил ему череп, это было почти что к лучшему.
Валланд тяжело опустился рядом со мной. По его щекам и бороде скатывались
капли воды, как слезы.
- Я этого не хотел, - мрачно сказал он. - Они сошли с ума, когда увидели, что мы
убили их богов. Их обуяла жажда мести, а под рукой был только он.
Лодки рассеялись и уходили. Ту, за которой мы гнались, экипаж оставил.
- За это спасибо, - сказал Валланд. - Не будет больше бойни... Ты ведь тоже был
одним из нас, Йо.
- Но зачем ты убил айчунов? - еле выговорил я. Моя слабость еще не прошла. -
Мы ведь были в безопасности. Зачем?
- Мы не были в безопасности. И еще очень долго не будем. А я дал понять
каждому, кто этим интересуется, что их можно победить, как и всякого другого. Нам
нужно все, что работает на нас.
Он встряхнулся.
- Ладно, что сделано, то сделано. Нам надо или быть беспощадными, или сдаваться
прямо сейчас. Есть, конечно, пределы, за которые выходить нельзя, но мы еще к ним
близко не подошли. А сейчас бы тебе, шкипер, поспать, и тогда станет получше. Поехали
домой.
Глава 16
День застыл в полудне. Мы отдыхали, восстанавливали силы и отсыпались. Тем не
менее, когда мы вышли из нашего лагеря и увидели озеро, горящее красным в пурпурных
сумерках, возникло ощущение заката. На всю местность легла великая тишь. Ниже по
берегу мерцали костры Стаи я-Келы. Большая часть членов Стаи после оглушительного
празднования победы на озере вернулась домой, в леса, но я-Кела и еще несколько его
соплеменников остались с нами. Мы собирались пойти к ним и составить планы.
Сразу за воротами мы остановились. Валланд, Брен, Галь-мер, Урдуга и я -
крохотная кучка.
То, о чем думали все, Гальмер сказал вслух:
- Ты и в самом деле веришь, что у нас есть шанс?
- Ну конечно, - сказал Валланд. Его оживленность бросала вызов дикому и
суровому ландшафту. - Мы отбили обратно наш лагерь. Ничего из того, без чего нам не
обойтись, не разрушено. У нас есть союзники. Сынок, если мы не попадем домой, значит,
мы этого не заслуживаем!
- А противник, Хьюг? Айчуны! Они ведь не примут поражение, как спортсмены.
Они пойдут на нас, а против всей планеты нам не выстоять.
- Свои трудности у нас есть, - согласился Валланд. - Но ты подумай сам. Мы
показали Стае, что глубинных дьяволов можно побеждать. После этого они пойдут за
нами в пламя сверхновой, если с ними правильно обращаться - а я теперь знаю как.
Его взгляд упал на широкий водный простор.
- Расстояние - хорошая защита. Нападающий растягивает линии коммуникаций, и
они становятся тоньше. Лесные племена могут их перерезать. Хотя я не собираюсь сидеть
и ждать. Мы скоро сами кое-что предпримем. Мы сожжем Прасио, опустошим его
окрестности и прогоним Стадо обратно к морю. Глубинные дьяволы не привыкли быстро
действовать. Им понадобится время, чтобы прийти в себя и организовать контратаку. Но к
тому времени мы будем готовы.
- И все же, - сказал я, - это война. А когда мы будем работать?
- Это не наша война, - ответил Валланд. - В основном она касается Стай. Мы им
обеспечим руководство, новые виды оружия, разумную тактику, понятие о стратегии.
Этого, я думаю, будет достаточно. Ты подумай, вряд ли в Стаде такая уж чертова уйма
солдат. Глубинным дьяволам их не было нужно много, а времени вывести целую орду у
них не будет - тем более что им ее не прокормить. Нет, большинство будет свободно для
работы - мы и те, кто будет нам помогать.
Помолчав минуту, он добавил:
- Ив любом случае это не будет война на уничтожение. Наша сторона будет
довольствоваться удержанием этой территории, может быть, захочет еще отбить часть
захваченных ранее, но Стаи не завоевывают мир. И если глубинные дьяволы не
безнадежно глупы, они примут эти условия, раз уж им утерли нос. А тогда мы пятеро
займемся, наконец, настоящим делом.
Брен вздохнул. Он все никак не мог избавиться от переживаний плена.
- Это если нас не убьют в случайной стычке. Если мы останемся верны своей цели,
а будет неудивительно, если мы так устанем, что просто на все плюнем.
Валланд расправил плечи. Свет окрасил медью его волосы. Огромный на фоне неба,
он сказал:
- Нет, не плюнем. Мы все время будем помнить, что наша цель - вернуться
домой.
Он повернулся и пошел, широко шагая, к лагерным кострам я-Келы. На ходу он
коснулся клавиш омнисонора, и раздалась песня:
Все громче чуть слышно звучавшая песня и
громче мой голос живой,
Шаги ты заслышишь все ближе и ближе,
они уже рядом с тобой,
Я снова вернулся домой.
Мы пошли за ним. Мы построили космическую шлюпку и получили помощь
внешников. Это заняло сорок лет.
(Все предыдущее опубликовано капитаном Гильдии Фелипом Аргенсом в его
автобиографии. Редактором посмертного издания среди его вещей была найдена
дополнительная запись.)
ЗЕМЛЯ - МИР СПОКОЙНЫЙ
Да, конечно, здесь ветры гуляют в огромных лесах, возродившихся после того, как
там осталось мало людей, здесь кричат птицы и ревут водопады, здесь океаны мощной
волной устремляются за луной два раза в сутки. В городках при космопортах полно
развлечений, а университарии и прочие образовательные центры блещут юными
дарованиями из всех краев галактики. Нет, эта планета никак не музей. Она цветет, и
больше всего процветают наука и образование.
Но у нее слишком много в прошлом. Здесь не строят нового, здесь сохраняют
прежнее. Это неплохо. Традиции нам нужны. Даже с узко практической точки зрения
полезно знать, что, если оставишь свою собственность на Земле на попечение нескольких
роботов и вернешься через пять сотен лет, не обнаружишь никаких изменений. И когда
сюда прилетают авантюристы со звезд, даже они ведут себя тихо.
Мы с Хьюгом Валландом расстались в Ниорке. Брен, Гальмер и Урдуга откололись
раньше. Я же должен был доложить, а его ждала девушка, и потому мы вместе
отправились на "Лунной королеве". Он не вдавался в обсуждение своих планов, но я
предположил, что его встретят при приземлении парома.
- Да нет, - сказал он. - У нас так не принято. Слушай, а что, если нам как следует
сегодня погудеть на прощальном ужине? Я знаю ресторан, за право быть
приготовленными в котором спорят лучшие куски мяса.
Он не обманул. Вина тоже было много и хорошего. В теплой атмосфере за бренди и
сигарами я спросил его, планирует ли он долгий отпуск, как я сам.
- Да нет, наверное. Мы, понимаешь, и так долго были прикованы к одной планете,
а у меня еще есть целая вселенная таких мест, которых я не видел. А потом и таких,
которых еще никто не видел.
- Ты собираешься податься к исследователям? - Я поднял брови. - А я
рассчитывал, что мы с тобой еще полетаем вместе.
На его массивном лице обозначилась улыбка:
- Шкипер, ты классный парень. Только не думаешь ли ты, что нам всем лучше
разбежаться на пару столетий?
- Может быть.
Я был разочарован. Честно говоря, мы столько прожили в тесноте, которая любого,
кроме бессмертного, видящего перспективу лет, могла бы довести до убийства. Мы
вместе дрались и вместе работали, вместе смеялись и пели, вместе надеялись, и это он нас
всех вдохновлял и поддерживал. Навязанная нам война - отличное лекарство от
монотонности жизни, любил повторять Валланд, но, если бы не он, мы бы не победили.
Мне не хотелось его терять.
- Но ты еще здесь побудешь?
- Конечно! Как ты думаешь, что меня сюда привело?
- Мэри О'Мира. - Я кивнул. - Вот это, должно быть, девушка! Когда ты меня
представишь?
Впервые я увидел, как он уходит от ответа.
- Да, ты понимаешь... Это не так-то просто. Я бы рад, но она не очень любит
гостей. Ты уж прости меня. Давай еще по коньячку?
Я на него не давил. Мы в галактике и за ее пределами научились не лезть в чужие
дела. Конечно, я строил догадки. У каждого бессмертного свои странности. У него - эта
фантастическая моногамия, которая нас и спасла. А что у нее?
Валланд снова компанейски улыбнулся, рассказал пару свежих, услышанных им
анекдотов, и мы с ним попрощались в приподнятом настроении.
Через несколько дней после этого я был в универсариуме. Ученые хотели знать все
подробности о планете нашей вынужденной посадки. Они собирались послать туда
миссию, которая могла бы работать на коммерческой базе, основанной нашей компанией.
И до того, как умрет культура айчунов - когда им придется смириться с реальностью и
стать одной из многих рас космоса, - они хотели ее изучить.
Покончив с этим делом, я вернулся в Ниорк по делам компании. Гильдия
неожиданно решила, что наши наниматели должны нам премию за пережитые нами
трудности. Неприветливый главный бухгалтер сообщил мне сумму (объяснившую его
недовольство) и провел через все формальности.
- Каждая выплата должна быть вручена непосредственно получателю, - заявил он.
- Столько планет и столько людей, что Гильдия больше не доверяет почте. Я связался со
всеми остальными, но мастера Валланда по указанному им адресу не обнаружил. Он
останавливался в гостинице в городе и выбыл, не указав куда.
- Конечно, поехал к своей девушке, - сказал я. - Мы вообще-то планировали
увидеться, но не очень скоро.
- Вы не могли бы его найти? Честно говоря, ваша ассоциация мне несколько
надоела напоминаниями об этом деле.
Я задумался. Хьюгу будут куда полезнее эти деньги сейчас, чем накануне отбытия в
новый рейс. Время от времени он кое-что говорил о Мэри О'Мира, но, собрав это все
вместе, я удивился, как мало получилось.
- Ладно, я все равно сейчас болтаюсь, так что попробую его разыскать.
Я это делал не только для него, но и для себя. Для компании я был не героем, а
капитаном, потерявшим корабль. И я хотел загладить это впечатление, а то на следующие
пятьдесят лет быть бы мне капитаном какого-нибудь заштатного парома.
Я вышел на улицу Там было тихо. Машины проезжали редко, пешеходов был мало.
Стены высоких башен заросли плющом и мхом. Солнце сияло вовсю - солнце Дома
Людей, - и это лишь подчеркивало тишину.
"Сопоставим факты, - сказал я сам себе. - Она живет - как там оно называется
- на побережье Мэн. Исторический, но микроскопических размеров городок. Он никогда
не говорил, какой именно, но их не может быть много. Надо свериться со службой
данных, потом съездить и проверить. Мне в любом случае не повредит поездка на
природу".
Так оно и вышло. Поисковый робот нашел только один вариант. Я взял напрокат
флиттер и отправился на север. Эту часть континента поглотили леса, и я летел над
сплошной зеленью километр за километром. До места назначения я добрался уже в
сумерки.
Эту деревню построили тогда, когда люди впервые пересекли омывающий ее
фундаменты океан. Сначала это был городок лесорубов и китобоев. Потом люди ушли на
запад, потом к звездам, и сейчас здесь было не больше двухсот человек: те странные
люди, преданные родовым связям, которые еще меньше, чем даже на Ландомаре,
интересуются внешними мирами и используют свое бессмертие, чтобы все глубже и
глубже пускать корни в Землю.
Я поставил флиттер на площадке, где других машин не было, и пошел вниз по
склону холма в город. За мной оставалась березовая роща. В сумерках светились стволы, в
воздухе плыл аромат березовых листьев. Передо мной стояло несколько домиков с
черепичными крышами и украшенными мозаикой стенами, их окна сияли желтым. А за
ними плескалось море, и на небо выходили первые звезды.
Прохожий подсказал мне, как найти дом гражданского руководителя. По его имени
- Том Салтонстолл - можно было только догадываться, насколько он стар. Я нашел его
на террасе, в кресле-качалке, с трубкой, а его единственная жена готовила обед. Он
приветствовал меня со сдержанной вежливостью. Что-то в нем было особенное, и через
минуту я понял что: он выглядел так же молодо, как и я, но его манеры напоминали тех
существ (я встречал таких), которым не удалось привить бессмертие, и они умерли.
- Вам нужен Хьюг Валланд? Разумеется, нам он известен. - Руководитель
всмотрелся в меня сквозь сумрак и добавил, взвешивая каждое слово: - Весьма
достойный сочлен.
- Полностью разделяю ваше мнение! Я был капитаном В его последнем рейсе. Не
рассказывал ли он вам, что случилось?
- Немножко рассказывал. - Салтонстолл взглянул с облегчением. - Тогда вы
понимаете... Простите, капитан Аргенс, я не сразу вспомнил ваше имя. Мне следует
пройти курс освежения памяти. Он хорошо о вас отзывался, сэр. Счастлив с вами
познакомиться.
Он старомодно пожал мне руку.
- Не окажете ли вы нам честь с нами отобедать?
- Благодарю вас, но я должен найти Хьюга. Где он?
- Его дом находится на следующей улице вниз, третий от угла налево. Но в такой
вечер вы его там не найдете. Он вернется поздно.
Ага! Я внутренне усмехнулся. На востоке разгоралось зарево встающей луны.
Лучше бы мне было остаться и поговорить с руководителем и его женой, но я не
ожидал ничего, кроме местных сплетен, а они заранее нагоняли на меня скуку.
Сославшись на усталость, я вернулся к своему флиттеру. Там была навесная койка, душ и
запас еды. Завтра пойду к Валланду.
Но после ужина мне не сиделось на месте. Мультисенсорная программа, которую я
поймал, была не для космонавтов. Взошла луна, перекинув изломанный мост над водами
и окрасив серебром березы. Трещали цикады, и это был единственный звук под теми
немногими звездами, которые не затмила луна. Дом Людей. Как бы далеко ни уходили мы
от него, соль его вод и ритм его приливов навеки в нашей крови. Мне захотелось
пройтись.
Каменистая дорожка вилась к вершине холма, песок тихо поскрипывал у меня под
ногами. Вблизи леса слышнее стал запах зеленой листвы. На высокую траву ложилась
роса. Невидимое в наступившей темноте, разговаривало море за деревней.
И в этом говоре возникла другая нота. Я будто ослеп и снова оказался в призрачном
мире, озаренном странным красным мерцанием, где только эти струны и этот голос
поддерживали во мне волю для битвы.
- Хьюг! - крикнул я и бросился вперед.
Он меня не слышал. Я обогнул рощу и понял, куда попал, как раз когда он
заканчивал. Последний куплет, который он никогда нам не пел.
И снова засни, коль проснешься во тьме,
и да будет спокоен твой сон.
Пока на земле расцветают цветы
и вертится звезд колесо,
Да будет спокоен твой сон.
Я вжался в чащу и обругал себя последними словами. Он прошел мимо меня к
своему дому так же гордо, как он шел тогда, когда наша вновь построенная лодка впервые
взлетела в небо.
Подождав, я пошел дальше. Впереди меня стояло небольшое здание со шпилем,
белеющее под луной. И так же белели цветники и каменные плиты. Я искал, пока не
нашел. Он наверняка был неоднократно восстановлен после столетий выветривания, но
надпись не изменилась, даже стиль букв и написание дат сохранились. Написано было
немного:
Мэри О'Мира 2018-2037.
Мне хочется верить, что, встретив Хьюга наутро, я ничем себя не выдал.
Закладка в соц.сетях
