Жанр: Наука
Тайны НЛО
...ем раньше, зная теперь его происхождение. Даже вдвоем они не могли справиться с
ним - он был сильнее троих своих предшественников. Тесла поняла, что он вот-вот
освободится и снова вцепится в лицо Рауля.
- Я пойду принесу нож, - сказала она. - Ладно?
- Только быстрее.
- Досчитай до трех. И не давай ему укусить тебя.
- Я готов. Раз... два... три.
При счете "три" она бросилась к раковине, где громоздилась стопка грязных
тарелок. Они посыпались на пол, некоторые разбились. Наконец, она нашла
подходящее оружие - кухонный нож из набора, который ей подарила мать на
Рождество. Ручка была скользкой от жира, но в руке сидела удобно.
Уже возвращаясь на помощь Раулю, она вспомнила, что на кухне был не один
кусок ликса, а пять или шесть. Где остальные? Но думать не было времени. Рауль
опять закричал. Она, подскочив, ударила гадину ножом. Ликс зашипел, оскалив
черные зубы-иглы. Она резанула его по голове. Оттуда хлынула уже знакомая
желтоватая жидкость. Но тварь не ослабевала, и Рауль едва мог ее удерживать.
- Досчитай до трех.
- Опять?
- На "три" оторви его и брось. Раз... два... три!
Он сделал, как ему велели. Лике отлетел и шлепнулся об пол. Прежде чем он
успел опомниться и снова броситься в атаку, Тесла подняла нож и изо всех сил
рубанула. Мать знала толк в ножах. Лезвие пригвоздило тварь к полу, предоставив ей
бессильно извиваться, истекая кровью.
- Вот тебе, сволочь! - и она повернулась к Раулю.
Он все еще дрожал, и по лицу его продолжала течь кровь.
- Промой раны. Черт его знает, какой у них может быть яд.
Он кивнул и побрел в ванную. Она повернулась к издыхающему ликсу и тут же
вспомнила об остальных обрубках. Тут она услышала зов Рауля "Тесла..." и уже знала,
где они.
Он стоял в двери спальни и по выражению ужаса на его лице было ясно, что он
видит. Но у нее все равно вырвался стон, когда она увидела сама, что создания
Киссона сделали с женщиной, лежащей на ее кровати. Они еще были заняты своим
делом. Их было шестеро, таких же здоровых, как атаковавший Рауля. Сопротивление
Мэри длилось недолго. Пока Тесла защищала Рауля, они превратили ее в груду
полуобглоданных костей. Один из ликсов насквозь прогрыз си лицо, изуродовав его до
неузнаваемости.
Наконец она вспомнила про Рауля.
- Все же иди помойся. Тут уже ничем не поможешь.
Он мрачно кивнул и вышел. Ликсы уползали, их движения замедлились. Вероятно,
Киссон не хотел расходовать энергию после того, как его агенты сделали свое дело.
Она закрыла дверь, чувствуя тошноту, и пошла посмотреть, не прячутся ли под
мебелью еще ликсы. Тварь, которую она пригвоздила к полу, уже сдохла; или, во
всяком случае затихла. Она перешагнула через нее и отправилась за другим ножом.
В ванной Рауль осматривал свои раны. Они оказались небольшими, но яд
действительно попал в его организм, чего и опасалась Тесла. Все его тело дрожало, а
рука, тронутая Нунцием, болела так, словно ее опустили в кипяток. Он поглядел на
нее. Рука стала полупрозрачной - сквозь нее явственно просвечивала раковина. В
панике он снова взглянул на свое отражение в зеркале. Оно тоже расплывалось; ванная
вокруг померкла, и сквозь нее стал виден другой пейзаж.
Он открыл рот, чтобы позвать Теслу, но тут его отражение исчезло вместе с
зеркалом. Вспыхнул ослепительный свет, и он почувствовал, что кто-то тянет его за
руку. Он вспомнил описанную Теслой хватку Киссона и понял, что это она и есть.
Когда последний след квартиры Теслы исчез в бесконечном раскаленном небе, он
попытался нащупать свободной рукой раковину. Но на ее месте ничего не было.
Последняя надежда исчезла. Он был в Петле Киссона.
Тесла услышала, как в ванной что-то упало.
- Рауль?
Ответа не было.
- Рауль? С тобой все в порядке?
Опасаясь худшего, она побежала туда, держа нож в руке. Дверь была закрыта, но
не заперта.
- Ты там? - снова не получив ответа, она открыла дверь. Окровавленное
полотенце валялось на полу, сбив по пути полку с туалетными принадлежностями:
этот шум она и слышала. Рауля не было.
- Черт!
Она закрыла все еще лившуюся воду и позвала еще раз, потом обошла квартиру,
холодея от ужаса при мысли, что может найти его в таком же состоянии, как и Мэри.
Но нигде не было ни его, ни ликсов. Наконец, она, собравшись с силами, открыла
дверь спальни. Его не было и там.
Стоя у двери, она вспомнила ужас, с которым он смотрел на труп Мэри. Может, он
не выдержал и убежал? Она пошла к входной двери: та оставалась в том же
положении, как и была. Поднявшись по лестнице, она не нашла его и там и подумала,
что он мог, устав от всего этого безумия, выскочить на улицы Западного Голливуда.
Если так, то он просто сменил одно безумие на другое. Но тут уж она не виновата.
На улице его не было. На крыльце сидело двое парней, наблюдавших закат солнца.
Она не знала их, но все равно подошла и спросила:
- Вы не видели тут мужчину?
Они подняли брови и ухмыльнулись.
- Давно?
- Только что. Он выбежал из этого дома.
- Мы тут недавно. Извините.
- А что он сделал? - поинтересовался один, косясь на нож в руке Теслы. -
Слишком много или недостаточно?
- Недостаточно, - отрезала Тесла.
- Ну и хер с ним. Других полно.
- Мне нужен он. Но все равно спасибо.
- На что он хоть похож? - крикнул один из них вслед, когда она переходила
улицу.
Тут мстительность Теслы, которую она всегда подавляла, на миг вырвалась
наружу:
- На обезьяну, - крикнула она так, что было слышно от Мелроуза до СантаМоники.
- На проклятую обезьяну.
"Ну, дорогая, что теперь?"
Она налила себе текилы, села у окна и стала думать. Рауль исчез; Киссон в сговоре
с Иад; Мэри Муралес лежит мертвая в ее спальне. Все это мало успокаивало. Она
налила еще рюмку, чтобы успокоиться, не заботясь о том, что в состоянии опьянения,
как и во сне, Киссон может опять потянуть ее к себе.
Оставаться здесь было незачем. Пора возвращаться в Паломо-Гроув.
Она позвонила Грилло. В номере его не было. Она спросила дежурного, где он.
Тот не знал. Грилло ушел днем и до сих пор не вернулся. Было полпятого. Она
подумала что он отправился на прием.
Она решила, что, оставшись без союзников, должна как можно скорее найти
Грилло, пока обстоятельства не отняли у нее и его.
8
Грилло приехал в Гроув без большого гардероба, но посчитал, что в Калифорнии,
где джинсы и тапочки - обычная одежда, это не послужит препятствием для его
присутствия на вечеринке. Это была первая из многих ошибок того дня. Даже на
привратниках были черные галстуки. Но он показал им приглашение, в которое
вписал фальшивое имя (Джон Свифт), и его пропустили без вопросов.
Он не впервые проходил куда-то под псевдонимом. Когда он был еще
"репортером-следователем", а не копался в грязи, как сейчас, он посетил
неонацистское собрание, как дальний родственник Геббельса; бдения полубезумного
пророка (за серию очерков об этом он получил пулитцеровскую номинацию); и,
наконец, сборище садомазохистов, где имел удовольствие наблюдать одного сенатора,
кушающего собачьи консервы. Во всех этих местах он ощущал себя человеком,
пробравшимся в опасную компанию в поисках правды, этаким Марло с ручкой. Здесь
он чувствовал просто тошноту, как нищий, наблюдающий за компанией обжор. Как
Эллен и говорила, здесь собрались известные люди. Под крышей дома Бадди Вэнса
встретились несколько десятков лиц, знакомых всей Америке: легенды, идолы,
законодателя мод. Среди них рыскали хозяева отрасли - режиссеры, директора,
агенты, юристы. Тесла, постоянно вращающаяся в Новом Голливуде, насмотрелась на
этих людей, вытесняющих прежних боссов, Уэрнеров-Зелуников-Голвинов, и
правящих фабрикой грез при помощи калькуляторов и телефаксов. Здесь были и те,
кого уже наметили в кумиры будущего года, чьи имена будет с придыханием
произносить публика. Конечно, возможны накладки. Публика капризна и развращена
угождением. Но система готова и к такому. Аутсайдер мгновенно слетит с дистанции,
и все потом будут удивляться, как кто-нибудь мог видеть в нем звезду.
Среди собравшихся было несколько таких возможных кумиров, молодые актеры,
не знавшие Бадди, но приехавшие потому, что это Событие Недели.
Он увидел издалека Рошель, окруженную толпой поклонников, но она его не
заметила. А если бы и заметила, то, скорее всего, не узнала. У нее был совершенно
отсутствующий вид. Да и лицо его было неразличимо в толпе. Он в который раз
возблагодарил за это свойство. В его крови смешались шведские, русские, литовские,
еврейские и английские струйки. Он был всем и никем, и мог легко выдавать себя за
кого угодно. Разоблачить его могли лишь детали, но до сих пор ему везло.
Перехватив у официанта бокал шампанского, он ввинтился в толпу, запоминая
между делом имена встреченных знаменитостей. Хотя никто из них его не знал, он
обменялся со всеми кивками или даже приветствиями. Наконец-то, какая-то дама за
пятьдесят остановила его:
- Вы кто?
Он не разрабатывал детали своего "альтер эго", как у нацистов или у пророка,
поэтому просто сказал:
- Свифт. Джонатан.
Она кивнула, как будто ей это что-то говорило.
- А я Эвелин Куэйл. Можете звать меня Эв. Меня так зовут.
- Хорошо, Эв.
- А вас как люди зовут?
- Свифт.
- Прекрасно. Слушайте, может, вы поймаете этого типа и возьмете мне еще бокал
шампанского? Они так носятся.
Этот бокал оказался не последним. С каждым очередным, сопровождаемым
комплиментами Грилло, она сообщала все новые подробности о собравшихся. Да и о
себе. Грилло дал ей лет пятьдесят пять, но на самом деле ей было за семьдесят.
- Никогда бы не подумал! - воскликнул он.
- Контроль, мой милый. Ничего лишнего. Не хотите принести мне еще
стаканчик?
Она оказалась истинной сплетницей, восхитительной в своей стервозности. В
комнате не нашлось, пожалуй, никого оставленного ею без внимания. Бледная, как
смерть, дама в багровом оказалась кузиной Энни Кристол, звезды гейм-шоу -
отсутствие аппетита грозило свести ее в могилу в ближайшие три месяца. Зато Мерв
Тэрнер, один из боссов "Юниверсал", так растолстел, что жена отказалась иметь с ним
дело в постели. А Лайза Андреатта, бедное дитя! Родила второго ребенка и болеет -
врач заявил, что мать должна есть плаценту. Она съела собственную и чуть не
осиротила дочку прежде, чем та увидела лицо матери.
- Вот бред, - сказал он, широко улыбаясь. - Неужели это правда?
- Ручаюсь. Я прокрутилась в этом всю жизнь и сама чуть не свихнулась. Что-то
здесь жарко; может, выйдем проветримся?
- Конечно.
Она подала Грилло руку.
- Вы хороший слушатель, В таких компаниях это редкость.
- Разве?
- Вот оно что: вы, наверное, писатель?
- Да, - сказал он с облегчением, что не надо ей лгать. Она ему уже начинала
нравиться. - Только мне нечем похвастаться.
- А кому здесь есть чем хвастаться? Будем честными. Все здесь только ждут, мой
дорогой. Проматывают жизнь, пока есть время.
Она подвела Грилло к стоявшему в саду локомотиву.
- Видели? Не правда ли, гадость?
- Не знаю. Что-то в этом есть.
- Мой первый муж коллекционировал американских экспрессионистов. Поллок,
Роско и прочая чушь. Я с ним развелась.
- Вы не любите искусство?
- Я не люблю коллекционирование без конца. Это тоже бред, Свифт. Под конец я
сказала ему: "Этен, я не хочу быть еще одним экспонатом в твоей коллекции. Или они,
или я. Он выбрал то, что молчит. Такой был человек - культурный, но тупой.
Грилло улыбнулся.
- Вы надо мной смеетесь!
- Да нет. Напротив, я очарован.
- Вы ведь никого здесь не знаете? - спросила она неожиданно.
Он не знал, что сказать.
- Я наблюдала, как вы вошли и первым делом посмотрели на хозяйку - не
выставит ли она вас. Я нашла, наконец, того, кто никого не знает, но хочет знать. Я уж
знаю всех, но знать не хочу. Идеальная пара! Как ваша настоящее имя?
- Я говорил...
- Ну, не обижайте меня!
- Грилло.
- Грилло.
- Натан Грилло. Но пожалуйста... просто Грилло. Я журналист.
- Ах, как банально. Я думала - вы ангел, сошедший судить нас. Как Содом и
Гоморру. Видит Бог, мы это заслужили.
- Вы не очень-то любите эту публику.
- Единственное, что здесь хорошего - это погода. Тес! Не оборачивайтесь. У нас
гости.
К ним проследовал лысый, невысокого роста мужчина.
- Кто это? - шепотом спросил Грилло.
- Пол Ламар. Он был партнером Бадди.
- Комик?
- Так утверждал его агент. Вы видели его фильмы?
- Нет.
- В "Майн Кампф" и то больше смешного.
Грилло еще боролся со смехом, когда Ламар обратился к Эв.
- Прекрасно выгладишь, как всегда, - он повернулся к Грилло. - Это твой друг?
Эв заговорщически улыбнулась.
- Моя тайна.
- Простите, я не расслышал вашего имени.
- Тайны не имеют имен, - сказала Эв. - В этом все их очарование.
- Простите за назойливость. Позвольте искупить вину и показать вам дом.
- Чего ради я буду карабкаться по ступенькам? - осведомилась Эв.
- Но это дом Бадди. Он им очень гордился.
- Недостаточно, чтобы пригласить в него меня.
- Это было его убежище. Поэтому он уделял ему так много внимания. Можете
сами посмотреть.
- Почему бы и нет? - заметил Грилло.
Эвелин вздохнула.
- Что за любознательность! Ладно, пошли.
Ламар провел их через гостиную, где слонялись кучки гостей. Буфет и напитки
сильно расслабили их, и теперь они вяло обсуждали последние моды или
сплетничали. Кое-кто танцевал.
Грилло счел это зрелище не заслуживающим интереса, как и Эвелин, и они
решительно направились по ступенькам наверх вслед за Ламаром. Входная дверь была
закрыта, и ее подпирали два привратника. Праздничной атмосферы не чувствовалось.
Несмотря на нежную музыку, это был тот самый бред, о котором говорила Эв.
Ламар одолел уже дюжину ступенек.
- Давай, Эвелин! Это же не Гималаи!
- В моем возрасте...
- Ты совсем не выглядишь...
- Не заговаривай зубы. Я иду, как могу.
Поддерживаемая Грилло, она пошла наверх, впервые выказав свой возраст.
Наверху уже стояло несколько гостей с опустошенными стаканами в руках. Никто из
них не говорил, даже шепотом. Впервые у Грилло возникли подозрения, что тут что-то
неладно; они укрепились, когда он взглянул вниз. Рошель стояла у подножия
лестницы, глядя прямо на него. Он не сомневался, что она узнала его. Но она молчала
и смотрела на него, пока он не отвернулся. Когда он снова поглядел туда, ее уже не
было.
- Тут что-то не то, - прошептал он на ухо Эв. - Думаю, нам лучше не ходить
туда.
- Дорогой, я уже на полпути, - ответила она громко, цепляясь за его руку. - Не
бросайте меня.
Грилло поглядел вверх и увидел, что Ламар смотрит на него, как до того Рошель.
"Они знают, - подумал он. - Все знают и молчат".
Он опять попытался вразумить Эв.
- Может, подождем?
- Я пойду, с вами или без вас, - отрезала она, продолжая подъем.
- Вот первая остановка, - тоном гида оповестил Ламар. Эв устремилась к
коллекции Вэнса, попутно поздоровавшись со стоящими неподвижно гостями. Коекто
из них вяло кивнул. Их поведение чем-то напоминало Грилло только что
кастрированных котов. Но от Эв не так-то легко было отделаться.
- Сагански! - обратилась она к одной из фигур. У него был вид героя-любовника
в отставке. Рядом стояла женщина, потерявшая, казалось, все признаки жизни. - Что
ты тут делаешь?
Сагански поднял на нее глаза.
- Тсс! - прошептал он.
- Что, кто-нибудь еще умер?
- Жаль, - бессвязно пробормотал он.
- Брось, это случится со всеми нами. И с тобой, и со мной. Ты уже прошелся по
дому?
Сагански кивнул.
- Ламар... - его взгляд метнулся к комику, потом назад. - Ламар нам показал.
- Тут много интересного, - заметила Эв.
- Да... да. Особенно наверху.
- О, да, - вмешался Ламар. - Может, пойдем прямо туда?
Подозрения Грилло ничуть не уменьшились от лицезрения Сагански и его дамы.
Что-то в этом было жуткое.
- Думаю, мы посмотрели достаточно, - обратился он к Ламару.
- О, простите! Я забыл про Эв. Бедная Эв, для нее это слишком.
Это вызвало тот эффект, на который он рассчитывал.
- Не дури! Может, я немного устала, но еще не так стара. Веди.
Ламар пожал плечами.
- Ты уверена?
- Уверена, уверена!
- Ну ладно, если вы хотите, - и он пошел вверх, к следующей площадке. Грилло
последовал за ним. Проходя мимо Сагански, он услышал, как тот продолжает
бормотать про себя:
- ...да... конечно... особенно наверху...
Эв тоже пошла, преодолевая ступеньку за ступенькой.
- Эв, не спешите!
Она игнорировала его.
- Эв!
На этот раз она оглянулась.
- Грилло, вы идете?
Если Ламар и услышал подлинное имя ее тайны, то ничего не сказал. Он лишь
довел до верха лестницы и скрылся за углом.
Больше всего в своей работе Грилло не любил идти куда-то, игнорируя сигналы
опасности, подаваемые интуицией. Но он не мог бросить Эв, к которой успел
привязаться за этот час. Ругая себя и ее, он одолел подъем и завернул за тот же угол.
Внизу у ворот случился небольшой переполох. Он начался с ветром, ворвавшимся
неизвестно откуда и прошумевшим в кронах деревьев, окружающих особняк. Он был
сухим я пыльным и заставил нескольких припозднившихся гостей поспешно укрыться
в их лимузинах.
За ветром возник автомобиль, из которого вышел молодой человек и направился
прямо в дом.
Привратники были тверды. Они уже насмотрелись на таких молодых наглецов, у
которых яйца больше мозгов, а лезут посмотреть на светскую жизнь.
- Твое приглашение, парень? - бросил один из них.
На лице у парня была кровь, но не его. Во взгляде проглядывало такое бешенство,
что руки привратников сами собой потянулись к оружию.
- Я иду к отцу, - сказал он.
- Он тут гостит? - поинтересовался один. Вполне могло быть, что это
богатенький сынок, обалдевший от наркотиков, приехал искать папочку.
- Да, гостит.
- А как его имя? Кларк, принеси список.
- Его нет в вашем списке. Он здесь живет.
- Ты ошибся домом, сынок, - сказал Кларк, пытаясь перекричать завывания
ветра, который никак не унимался. - Это дом Бадди Вэнса. Если только ты не из его
ублюдков, - он улыбнулся, но его коллега не присоединился к нему. Он тревожно
смотрел на деревья, как будто пытался разглядеть что-то в облаке пыли.
- Ты пожалеешь об этом, ниггер, - сказал парень первому сторожу. - Я вернусь
и обещаю: ты первый на очереди.
Он ткнул пальцем в Кларка.
- Ты слышишь? Он первый. Потом ты.
Он залез в машину, развернулся и покатил вниз по Холму. По странному
совпадению тут же стих и ветер.
- Чертовски странно, - сказал тот, что смотрел на деревья, когда их шелест,
наконец, утих.
- Иди в дом, - обратился первый к Кларку. - Посмотри, все ли там в порядке?
- А что там может быть?
- Не твое дело. Иди, - бросил он, все еще глядя вслед врывшейся машине.
Двое оставшихся только сейчас поняли, какая вокруг царит тишина. Ни звука из
города внизу. Ни звука из дома. И в деревьях все стихло.
- Ты бывал под огнем, Рой? - спросил второй.
- Нет. А ты?
- Доводилось, - он вытряхнул песок из платка, который жена аккуратно
вложила ему в карман. Потом снова посмотрел на небо.
- Между атаками...
- Что?
- Тоже такое ощущение.
"Томми-Рэй", - подумал Джейф, отрываясь от своего занятия и подходя к окну.
Он был так увлечен, что не почуял близости сына, пока тот не поехал прочь. Он
попытался послать ему сигнал, но ответа не получил. Раньше им было легче
манипулировать. Что-то изменилось; что-то очень важное, чего Джейф не мог понять.
Сознание сына больше не было для него открытой книгой. То, что он сумел услышать,
не утешало. В парне чувствовался сильный страх.
Впрочем, незачем сейчас об этом думать; у него есть и другие дела. Томми-Рэй
еще вернется, в этом он был уверен.
День прошел с пользой. Помимо так нужных ему тератов минувшие два часа
принесли ему немало развлечений. Несколько мужчин пытались купить себе жизнь,
потрясая толстыми кошельками. Пара женщин обнажили силиконовые груди и
предложили ему в качестве выкупа себя; то же сделал и один из мужчин. Но их
преувеличенное мнение о себе растаяло, как сахар, и все их мольбы, жалобы и угрозы
не возымели действия, пока он не вытащил из них их страхи и не выкинул выжатыми
и обалдевшими в толпу гостей.
Теперь вдоль стены, как солдаты, выстроились его создания, пока неподвижные. В
темноте они были неразличимы, и он не мог уже сказать, у кого он взял их. Гунтер
Розбери, Кристин Сипаро, Лори Дойл, Мартина Несбит: где они. Слились в общую,
темную массу, над которой роились тени - еще более древние, еще более жуткие.
Теперь у него было вполне достаточное войско. Чуть больше - и оно станет
неуправляемым; может быть, уже стало. Но он все еще оттягивал момент торжества,
когда он сможет, наконец, овладеть Искусством. Прошло двадцать лет с того дня,
когда он нашел знак Синклита в не доставленном адресату конверте. Он никогда с тех
пор не был в Омахе, даже во время войны с Флетчером, которая швыряла его по всей
стране. Он сомневался, что там остался кто-либо из его знакомых. Болезни и возраст
позаботились о них. Его такие мелочи не волнуют. Годы прошли для него бесследно
благодаря Нунцию. Он ступил с обыденной почвы на неведомые земли и в пути редко
оглядывался. Но сегодня, когда известные всей стране лица прошли перед ним и
плакали, и умоляли, и обнажали свои груди, он не мог не вспомнить себя прежнего,
который и мечтать не мог о таком обществе. И тут он обнаружил то, что тщательно
скрывал от себя все эти годы. То, что он требовал у своих жертв. Страх.
Хотя он изменил почти все в себе, какая-то малая часть его осталась прежним
Рэндольфом Джейфом и шептала ему теперь: "Это опасно. Ты не знаешь, за что
берешься. Это убьет тебя".
После стольких лет этот голос звучал странно, но было в нем и что-то приятное.
Ведь это правда: он не знал, что случится, когда он овладеет Искусством. И никто
этого не знал. Он слышал разные истории, священные и сказочные, но все это были
только истории. Субстанция на самом деле не море, как и Эфемерида - не остров.
Это лишь приблизительное их описание, описание состояния духа. Может быть, Духа.
И сейчас он стоял в двух шагах от этой двери и не знал, что его ждет за ней.
Она так же могла вести к безумию, смерти и адским мукам, как и к славе и вечной
жизни. Не было другого способа узнать это, кроме как попробовать.
"Зачем все это? - опять спросил голос, который он не слышал двадцать лет. -
Почему не удовлетвориться властью, которая есть у тебя? Это же больше, чем ты мог
даже вообразить. Женщины предлагают тебе себя. Мужчины ползали у тебя в ногах и
пускали сопли, вымаливая пощаду. Что ты еще хочешь? Что ты еще способен хотеть?"
"Знания, - последовал ответ. - Чего-то за всеми этими соплями и слезами. Чегото
большего".
"Ты получил все, - не унимался голос. - Может, больше ничего и нет?"
Тихий стук в дверь; условный сигнал Ламара.
- Подожди, - пробормотал он, пытаясь собраться с мыслями.
За дверью Эв схватила Ламара за плечо.
- Кто там?
Комик слегка улыбнулся.
- Это друг Бадди.
- Кто?
- Ты его не знаешь.
- А зачем тогда с ним видеться? - вмешался Грилло. Он подхватил Эв под руку.
Подозрения его превратились в уверенность. Здесь дурно пахло, и за дверью
чувствовалось присутствие явно не одного человека.
Последовало приглашение войти. Ламар открыл дверь.
- Проходи, Эв.
Она высвободила свою руку из руки Грилло и пошла за Ламаром.
- Тут темно, - услышал Грилло ее голос.
- Эв! - Грилло последовал за ней. В комнате действительно было темно. На
Гроув уже спустились сумерки, и лишь немного света пробивалось через большое
окно. Но силуэт Эв был виден на фоне этого света. Он снова взял ее под руку.
- Ну, хватит, - и он потащил ее к двери. Тут кулак Ламара врезался ему в лицо.
Удар был неожиданным; он выпустил руку Эв и упал на колени, чувствуя, как из носа
потекла кровь. Сзади скрипнула закрываемая дверь.
- Что такое? - голос Эв. - Ламар! Что случилось?
- Ничего страшного.
Грилло поднял голову, пытаясь остановить кровотечение, и оглядел комнату. В
первый момент ему показалось, что она заставлена мебелью. Но скоро он понял свою
ошибку. Это было что-то живое.
- Лам... - вся бравада исчезла из голоса Эв. - Ламар, кто это?
- Джейф, - тихо ответили из тени. - Рэндольф Джейф, к вашим услугам.
- Можно зажечь свет?
- Нет, - ответил тот же голос. - Еще не время.
Несмотря на гудение в голове, Грилло узнал этот голос это имя. Джейф. Это
помогло ему опознать и то, что таилось в углах комнаты. Его звери.
Эв тоже увидела их.
- О, Боже, - прошептала она. - Боже, Боже, что это?
- Друзья, - успокоил Ламар. Голос его тоже дрожал.
- Не трогайте ее, - подал голос Грилло.
- Я же не изверг, - ответил Рэндольф Джейф. - Все, кто приходил сюда, ушли
живыми. Мне нужно от вас только немногое...
Его голос был, однако, не настолько убедителен, как тогда у Центра. Грилло по
роду занятий хорошо понимал, когда люди что-то скрывают. Наверняка в словах
Джейфа таился скрытый подтекст. Двусмысленность, которой раньше не было. Сулит
ли это надежду на спасение? Или напротив, гибель?
- Я помню тебя, - сказал Грилло. - Я видел, как ты посылал огонь.
- Нет. Это был не я.
- Тогда кто же?
- Какая разница, - вмешался Ламар. - Кого из них первого? - обратился он к
Джейфу.
Тот игнорировал вопрос.
- Кто я? Странно, что ты это спрашиваешь.
- Прошу вас, - прошептала Эв. - Здесь нечем дышать.
- Тсс, - сказал Ламар. Он подошел к ней и взял за руку. Джейф пошевелился на
своем месте, словно раздумывая.
- Никто не знает, как это ужасно.
- Что? - спросил Грилло.
- Искусство. Я достиг Искусства. Теперь я должен воспользоваться им. Это очень
трудно после такого долгого ожидания.
"Он боится, - понял Грилло. - Он на краю и боится заглянуть в пропасть".
Грилло решил не вставать с полу - так безопаснее. Он тихо спросил:
- Что такое Искусство?
Если слова Джейфа и были ответом, то очень туманным.
- Знаешь, я использовал их страх.
- А твой?
- Мой?
- Твой страх?
- Я думал, что овладел Искусством... но, может быть, это оно овладело мной.
- Ну и хорошо.
- Думаешь? Я не знаю, что с ним делать.
"Вот оно что, - подумал Грилло. - Он получил подарок и боится его
развернуть".
- Это может погубить нас всех.
- Ты говорил другое, - пробормотал Ламар. - Ты говори
...Закладка в соц.сетях
