Жанр: Наука
Принцип Питера
... искусств и очень
сильным по духу человеком. Я тогда на "кайф" засел, а Николай меня вытащил.
Начали мы дело делать. Кстати говоря, боевыми искусствами я тоже занимался с
молодости. Вот и Николая к этому пристроил. Собственно говоря, мальчишка и
сам был как кремень, как алмаз. А уже потом жизнь отшлифовала все ненужное,
и он засверкал, как бриллиант. Вернулся я с зоны в тысяча девятьсот
восемьдесят пятом году, а у Николая уже была своя группа. Мы ведь с Колькой
как решили? Самой простое - это кулак, рука, пять пальцев. Стало быть, такой
и должна быть группа. Точнее, не группа, а коллектив, который объединен
общностью интересов. Нас спорт объединял, хорошее отношение к жизни,
возможность получать удовольствие от того, что ты действительно можешь
сделать. Наверное, это называется возможностью к самореализации. Время-то
какое было - все только знаменами махали, в каждом кабинете Дзержинский
висел - садист, кокаинист и все прочее. Я когда в то время общался со своими
сверстниками с Запада, то чувствовал себя каким-то ущербным. А в группу нашу
кто входил? Я, Колька, Шалик Аркаша - актер (Аркадий Шалолашвили. - Прим,
авт.), Гога (Гога Геворкян) - Громила Геворкян, как писали потом, потому что
он весил сто тридцать шесть килограмм. Правда, потом, когда он в отношении
Кольки с "рамсами" попутал, то стал весить всего-навсего семьдесят с чем-то.
Но это, правда, Колькины личные дела. Ну и пятым был Витька Свердловский
(Виктор Казанцев). А Олег, он уже позже к нам пристал по эпизодам (имеется в
виду Олег Мифтахутдинов-Микотадзе). Про нас говорили, что у нас огромная
организация, частично это справедливо - мы действительно могли обратиться в
любую начинающую команду и, так сказать, подтянуть силы. Мы с Колькой могли
поднять столько людей, сколько нужно. Спортсменов могли подключить, через
меня - уголовный мир. Были у нас и машины, и оружие. А то, что говорили, что
некий Голубев - Бармалей - нашим идейным вдохновителем был, так это просто
ерунда какая-то. Ну какой он идейный вдохновитель? Он, конечно, человек
умный, аферюга, брачный аферист великолепный. Но какой же он бандит? Да и мы
не сказать что уж такими страшными бандитами были. Мы на чем тогда деньги
делали? У "Березок" альбатросовских и внешпосылторговских работали тогда
бригады ломщиков. То есть человек хочет продать чеки по хорошему курсу, а
его кидают. У ломщиков, большие заработки тогда были. Около тысячи рублей в
день. По тем временам - это как сейчас тонна баков. Ну, и эти ломщики
отдавали треть доходов нам, за что мы прикрывали их от ментов. То есть те
менты, которые следили за ломщиками, они от нас питались. И только с нашего
позволения могли убрать того или другого. Не то чтобы мы ими руководили, но
отмазать через них могли любого. Конечно, если приезжали залетные, то они
могли работать - никто им слова не говорил. Залетным, так сказать.
карт-бланш был. Кто с тебя может что взять, если ты - залетный? Поработал -
сваливай. Кто может запретить воровать? Никто. Я считаю, что тогда у нас
правильно было построено, не так, как сейчас. А то вот недавно тут в
гостинице "Москва" карманники начали свое отрабатывать, к ним подошли,
говорят: "Что это вы тут у нас, вы мешаете..." - "Да что же это такое, менты
вы, что ли? Надевайте тогда форму, идите махайте палочками, говорите, как
ездить. Какие же это бандиты, которые другим преступления совершать мешают?"
Тесно мы на Москву завязаны были, с Стариком работали, с Квантришвили, с
Антибиотиком. Был такой большой московский авторитет, интересный человек. И
как потом интересно получилось - когда Кольку убили в тысяча девятьсот
девяносто третьем, сразу брата Старика расстреляли из пулемета, а потом и
самому Старику влепили. И Шалик помер за несколько дней до Кольки. Я лично
считаю, что Шалика даванули. Это мое мнение, я так считаю, и дальнейшее
развитие событий тоже знаю. Что касается Антибиотика московского, то это был
величайший ум, уникальный. Вором он не был, но человеком был крупным. Он был
козырным человеком. Про Япончика рассказывать не буду, не хочу, да и не имею
права об этом говорить. Кстати, что касается деления на якобы воровскую
Москву и бандитский Питер, то я с этим не согласен. Правда - она одна, и
преступный мир тоже - один. И общак у нас был, и действительно мы
единственные тогда в Питере отправляли деньги в Москву через Жору... Сейчас
все кричат, что у них есть общаки, но пусть это останется на их совести. Я
лично делал наш общак не для того, чтобы говорили: "Вот, мол, у них общак
был!" Просто это было мне необходимо. Мне нужно было каждый день бриться и
смотреть самому себе в зеркале в глаза. Вот и все, остальное все цветы. А
уходило в Москву от нас от трети до четверти. В общем, по возможности.
Людей, которые с зон возвращались, мы подогревали. А с Москвой работали
очень плотно. Колька постоянно к Стари ездил. И Антибиотик, между прочим, к
нам сюда прилетал, если нужно было, через несколько часов, когда мы ему
звонили. Это ведь о чем-то говорит?
Про Кольку много всякой лабуды написали, что он, дескать, жадным был. А
Колька жадным не был. Он просто не любил деньги тратить, потому что знал,
как тяжело они доставались. Вот писали, что, мол, у Кольки дома чучела в
милицейской форме были... Какие чучела? Обычные макивары. По бабам он
никогда не ходил, жил с одной халдейкой и воспитывал ее пацаненка.
Двенадцать лет он с ней жил, а ребенок ее был ему как сын. Терпел от нее
такое... Стирал за нее, та забухает с очередным мужиком, а Колька с
пацаненком Мишкой в Дом пионеров ездил. Ну а потом уже, когда пацаненок
подрос, все-таки ушел от этой бабы. Она связалась с одним уродом, тот
задушил ее, а, уходя из квартиры, пацаненку газ включил... И когда нас уже
всех взяли, менты сделали так, что Кольке в хату бросили этого убийцу. То
есть хотели прямо зафиксировать на него прямую мокруху. Тот только в камеру
вошел, сразу заорал: "Коля, я только Людку убил, а сына твоего не убивал". А
Колька ему и отвечает: "Хорошо, за бабу я не могу с тебя спросить, тем более
что я с ней развелся, но за Мишку я с тебя спрошу - не сейчас, а когда ты
освободишься. Вот тогда мы пойдем с тобой клюкву собирать на болоте, а до
той поры ты в педерастах побудешь". И он взял его и засунул мордой в толчок,
прямо так вмял в дерьмо зековское. И сразу сделал педерастом. А пятнадцать
лет пидером побыть - это нелегко.
Что касается того, что мы сгорели, то мы по большому счету не сгорели, мы
просто вовремя не тормознулись. Всегда нужно уметь вовремя остановиться. А
мы машину запустили, но не успели набрать такую сумму, чтобы легализоваться
и жить спокойно. Чутьчуть нас опередили...
В те времена был такой Дахья - барыга, так сказать, "корм". Он тогда все
время в "Тройке" торчал. Мы его уже разрабатывали, смотрели на него, он нам
интересен был. Я тогда у одной балеринки знакомой спросил: "А вот тот дядя,
он кто?" Она говорит: "Из комитета". Я сразу Кольке говорю: "Стоп". А то
ведь мы уже готовы были, знали, где у этого Дахьи какие налички запрятаны
были. Хотели его, так сказать, обезжирить. Мы ж никогда не выхватывали
каких-то нормальных людей, только негодяев. Мы, если можно так сказать, были
волками каменного леса... Когда всех взяли, я еще долго на воле бегал, концы
подбирал. Ну а потом и меня взяли. Пытались нас расколоть на тех ментов,
которые с нами работали, а мы никого не отдали. Как сели впятером, так и все
Никто за нами не имел неприятности. Почему меня и уважают до сих пор. Потому
что, имея возможность сдать ментов, мы их не сдали.
В городе нас знали все, и Васильевых мы в свое время переломили и
получали с них в спорных вопросах. И с братьями Виноградовыми бились, с
Фекой схлестывались. Он один раз бабу у меня украл, я на него с бритвой
ходил. А Колька дрался редко, зачем ему было драться? Я ему всегда говорил:
"Коля, тебя возьмут в спину, когда ты ждать не будешь. И возьмет тебя
дилетант, Коля. Ты готовишься всю жизнь к встрече с профессионалом, а
профессионалы у нас редкость". И ведь так оно все и получилось. У Кольки
были прозрачные голубые глаза, бледно-голубые, как у настоящего воина. Это
очень страшно, когда ты видишь мертвые глаза своего брата, уже подернутые
пленкой, в которых есть какое-то знание, недоступное смертным. Я потом долго
по всем этим смертям разбирался. И сделал все за три года. И менты знают,
что я все сделал. Но никто мне ничего не докажет и не предъявит. И никто мне
не помогал. Хотя тогда, в тысяча девятьсот девяносто третьем, когда Колька
погиб, у меня даже не было денег, чтобы его похоронить. Все вместе с Колькой
ушло. И мне давали деньги взаймы на похороны! И я все потом отдал. И ведь
что самое смешное - брали эти деньги назад. Похоронные деньги! Имен называть
не буду, но только два человека деньги назад не взяли.
А меня и сейчас все в городе знают. Я везде спокойно сажусь туда, где
считаю нужным. А мое место там, где я имею право решать вопросы. У меня
великолепная жена, чудесная дочка. Меня здесь уважают и на Кавказе. Сейчас
вот в Чечню собираюсь. И будь уверен, примут меня там как надо. Мне ведь
дороги везде открыты...
Судя по всему, съездить в Чечню Маккена не успел. В самом начале 1997
года он был задержан РУОПом и арестован по обвинению в вымогательстве.
Статья 148 - самая распространенная бандитская статья.
Стирала
... В каком-то смысле он - человек легендарный. Потому что всю свою жизнь
(а родился он в 1940 году) был профессиональным игроком в карты - "стиралой"
или "каталой", кому как нравится. Слово "стирала" пошло от блатного
наименования карт - "стары". А происхождение термина "каталы", может быть,
уходит в еще более старые времена. По крайней мере сам Лобовик (таким
прозвищем мы будем называть этого человека потому, что он не согласился,
чтобы его настоящее имя и кличка были упомянуты - слишком многие его слишком
хорошо помнят) считает, что "катать" начали еще в XIX веке. Допустим, продал
какой-нибудь купец на хорошие деньги товару, возвращается с толстым
кошельком домой на пароходе - тут его и надо прокатить: подсаживались к
купчине игроки и... в общем, не умеешь играть, не садись, никто тебя
насильно не тянул, а карточный долг, известное дело, - долг чести.
Лобовик родился в одном южном русском городе, и его биография могла бы
послужить основой для интереснейшего боевика. А может быть, даже для
приключенческого сериала. В его жизни было много крутых поворотов, он вырос
в приличной семье, получил высшее образование и даже проработал какоето
время за границей. Активно занимался когда-то спортом, но "стары" повернули
его жизнь совсем в другое русло - видать, так карта легла. За ним стоит
целое направление в криминальном и околокриминальном мире России и Союза. Он
согласился дать интервью в декабре 1996 года при условии сохранения его
полного инкогнито. Многие хорошо информированные эксперты считают, что клан
карточных шулеров и мошенников был в какой-то степени одним из краеугольных
камней, на которых позже было выстроено поражающее воображение здание
современной российской организованной преступности. Наверное, мало осталось
таких людей, которые смогли бы рассказать о зарождении и развитии "катки"
лучше и интереснее Лобовика [104].
В карты играли всегда на деньги, естественно. Без денег-то, как известно,
интереса нет. В старой дореволюционной России это все было очень развито.
Потом поутихло немножко. В сталинские времена, конечно, тоже играли, но у
людей особых денег не было, а те, у кого они были, долго на воле не
засиживались. Был даже такой анекдот про еврея, который купил "Победу", а
его вызывают в органы и спрашивают: "На какие деньги?" Он отвечает: "Так у
меня ж был мотоцикл, я его продал, немножко добавил и купил". "А мотоцикл на
какие деньги?" А еврей: "А вот за мотоцикл, гражданин начальник, я уже
отсидел". К началу 60-х годов люди с деньгами снова стали появляться, и
возник интерес эти деньги у них отобрать. Но в тюрьму, известное дело, идти
никому не хотелось, вот поэтому умные люди и нашли лазейку в Уголовном
кодексе, где никакой статьи за карточную игру предусмотрено не было, дырку,
так сказать, обнаружили. В катке ведь самое главное что? В катке самое
главное лоха найти хорошего. Кстати, как мне евреи объясняли, "лох" это на
их языке и значит "дырка". То есть ноль, пустое место. Хотя лохов обижать
грех, лохи - это, между прочим, самые хорошие люди, потому что они
доверчивые и в добро"верят. Да и, так сказать, все мы по жизни лохи. Я вот
кого-нибудь в карты обкатаю, а потом в кабаке халдеи меня по-своему
обкатывают. Круговорот воды в природе получается. Поначалу катка в южных
городах расцвела, на курортниках. Тогда смотрели: если загара нет на
человеке - значит, он недавно приехал, значит, с деньгами, значит, обкатать
его еще не успели. Ну, и начинали к нему разные подходы искать. Если кто-то
думает, что в нашем деле самым главным были крап и зарядка колод, так это не
так. Самым главным всегда была психология, чтобы Лох Петрович поверил. Тут,
конечно, иногда до полного идиотизма доходило. Скажем, подходит иной раз
кто-нибудь к приезжему и говорит: "Хочешь, я тебя сейчас отведу, покажу
обезьяну с медным клювом". Тот говорит: "Конечно хочу". Ну и ведут его,
родимого, туда, где люди стиры месят. Слово за слово, лошок уже в игре. Ну,
шансовто у него, ясное дело, никаких, он потом вскинется, вспомнит: "А
обезьяну-то, обезьяну-то показать обещали!" А ему и говорят; "А ты к зеркалу
подойди и смотри сколько хочешь". Но это все шуточки, конечно. Надо сказать,
что в катке всегда своеобразный кодекс был - если человек, скажем, на
похороны приезжал, его никогда никто не обкатывал, горе у человека, надо
понимать. Рабочих - слесарей да токарей - тоже никто не трогал. Их не на что
обкатывать было, люди-то они что тогда были, что сейчас - небогатые. А
обыгрывали в основном евреев из Ленинграда (правда, евреи играли только в
преферанс и только в стационарной обстановке). Ну, не только евреев, но и
торгашей. А почему из Ленинграда в основном, так потому, что москвичи,
скажем, они тоже с деньгами приезжали, но уж больно скандальными были, ну и
порасторопнее, чем питерские. Еще любили обкатывать северян, которые на юга
с длинными рублями заявлялись, дальнобойщиков там, шабашников. В катке с
лохами, конечно, определенную сноровку в руках иметь нужно было. Но при этом
подниматься до квалификации фокусника не требовалось. Ведь колоду зарядить
(то есть растасовать в определенном порядке, так, как это выгодно "катале".
- Прим. А. К.) и при лохе можно было. Заряжали по-разному, можно было
"собрать со стола", был "чес" (хитрая тасовка. - Прим. А. К.), когда лошку
даже снимать давали - ничего это не меняло. Вообще вольтов было много, но
все они, конечно, годились только для Лохов Петровичей. А для лобовой игры
все это уже не катило. В лобовой игре ведь профессионалы друг с другом
садились, их так и звали - лобовики. Ну, мы все по Союзу друг друга знали,
знали, кто на что способен, кто в какой игре силен, у кого какие сюрпризы
заготовлены. Вообще, лобовая игра - это схватка нервов, характеров и
психологии. Я, скажем, в терце силен был - ну, естественно, старался свою
игру навязать. Ну а мне предлагали свою. Ну а подпишусь я на нее или нет,
это уже вопрос. В лобовой игре самое главное - это замазать человека
("замазать" - втянуть в игру на своих правилах и условиях и вообще отобрать
у противника инициативу. - Прим. А. К.). Если лобовик настоящий, с холодным
разумом, то он никогда не замажется. Хотя все относительно, потому что в
душе все-таки каждый лох, и я сам не исключение. Скажем, был такой Плинтус,
вот он не человек был, а настоящий компьютер, с ним бесполезно играть
садиться было, а я все равно, как баран, к нему шел и предлагал ему в терц
перекинуться. Я очень хорошо играл в терц. Можно сказать, второй в Союзе
был. Но с Плинтусом у меня шансов никаких не было, и я ему всегда деньги
засаживал. Ну, почти всегда. Один раз засадил ему четыреста, а потом сотку
отыграл. И игру прекратил. Кстати говоря, все знают, что игру в любой момент
прекратить можно было всегда, это право игрока. И никто никакой предъявы
сделать не мог. А рассказы всякие про то, что человека силком заставляли
играть - брехня это наглая... Я вот сказал, что Плинтус по Союзу в терц
первым был, а я сам вторым, но это все, так сказать, профессиональный
рейтинг. Никаких чемпионатов Союза между лобовиками никогда не было, просто
мы знали, где друг друга найти. Но это так, лирическое отступление.
Настоящая катка началась, когда умные люди додумались, где именно можно с
наибольшей выгодой лоха выбивать. А где? В такси, конечно...
А почему в такси? Потому что в аэропорту народ еще совсем свежий, лох там
при деньгах, необкатанный совсем, нешуганый, ну и опять же уходить из такси
легче. Технология была простая. Во-первых, должен был быть свой водила, это,
конечно, не самая большая проблема. Ну и двое игроков - переворотчиков и
воздушник. Переворотчик - это тот, кто лоха изначально пробивал, то есть
подкатывал к нему, входил в доверие. Если он видит, что лох перспективный,
то дает маячок водителю. А что такое маячок? Это условный знак, скажем,
потер пальцем подбородок - значит, лоха ведет... "Давайте я вам с вещами
помогу, давайте вместе поедем, я уже и попутчика нашел, дешевле будет..."
Дальше уже дело техники. Лоха сажают на заднее сиденье за кресло водителя,
переворотчик садится рядом с лохом - он, мол, его друг. Воздушник сидит
рядом с водителем. Почему воздушник? Потому что на блатной фене "воздух" -
это деньги, следовательно, воздушник - это тот, кто после обкатки с деньгами
уходит... Лохам, конечно, удивляться бесконечно можно. Замазывали их, как
правило, примитивно - тот же переворотчик, уже сидя в тачке, начинает
разводить - дескать, мне тут одну игру интересную показали, простенькую
совсем, а воздушник подхватывает - дескать, у него карты с собой случайно
оказались...
Короче говоря, где-то году в шестьдесят шестом на катке началось самое
настоящее безумие - все южные города ринулись в катку, причем заниматься
этим делом стали все кому не лень - и спортсмены, и инженеры, и коммунисты,
и даже воры сели в катку. Кстати, о ворах - все воровские масти мусора сами
придумали. Настоящих воров, их очень мало было. А всяких прошляков, или, как
я их называл "воров с пиздой на жопе", их до чертовой бабушки было. А почему
вся эта компания в катку села? А потому, что хлеб легкий был, деньги сами в
руки прыгали. Как следствие, уровень катки начал стремительно падать. А как
ему не падать, если все южные города засрали разные уроды? В Москве, кстати,
к каталам-южанам относились с прохладцей, правда не ко всем южанам, а только
к киевлянам. Там в парке имени Горького была такая бильярдная, которую
называли "Академией". В этой "Академии" собирались и воры со всего Союза, и
лобовики, это был такой союзного значения сходняк. Про него, кстати говоря,
и мусора прекрасно знали. Ну да не о том речь. Так вот. В Москве лобовиков
уважали, а всех остальных к ядреной маме посылали. Что имеется в виду?
Лобовик - это тот, который сам деньги проигрывает другому лобовику. Но ведь
были такие уроды, которые только лохов обкатывать норовили. А сами, чтоб
бабки засадить, так ни Боже мой... Вот таким в "Академии" говорили: "Сам
проигрываешь - тогда садись с людьми играть, а нет - гуляй до ридной хаты".
Появлялся, скажем, в "Академии" такой Витя Маленький из Одессы, ну и жадный
же был, скотина. Причем обкатывал только лохов. Денег у него было какое-то
невероятное количество, он их в банки закатывал, а банки потом в том же
парке имени Горького зарывал в землю. И что характерно, никому ведь в голову
даже не приходило отследить его до тайничков и там над денежками-то по башке
его и шваркнуть. Не то воспитание у людей было. Был интерес Витю замазать, в
игру втянуть.
Я Маленького на чистой психологии взял, через жадность его. Встречаемся
мы с ним однажды, я ему и говорю, мол, знаешь, я сон видел, будто я тебе в
карты засадил. Он аж подпрыгнул: "А во что?.." - "В стос". - "А сколько?" -
"Пятьсот". - "Отдать не хочешь?" Я говорю: "На, держи..." И он, урод, взял.
На другой раз я ему точно также во сне уже тысячу "проиграл". И Витя снова
взял. Ну а потом я ему говорю: "Витек, выиграл я у тебя, десять тысяч
выиграл. Во сне". Но он, естественно, взвился: "Да не может быть, чтобы ты у
меня выиграл". Ну, я говорю: "Пойдем проверим". Ну и проверили,
естественно...
А другой случай смешной был, когда два каталы лоха сняли в московском
аэропорту, якобы какого-то с золотых приисков старателя, ну и повезли его в
"Акадсмшом, а по дороге в "Академию" они лоха подогревали, на большую игру
замазывали, поэтому засадили ему прилично - тысяч тридцать проиграли в
надежде на то, что потом отыгрыш возьмут. А на самом деле воздушник был в
доле с этим старателем и спускал своего переворотчика. Позже уже в
"Академии" этот переворотчик увидел старателя в окружении воров. Такие вот
бывали огорчения.
По-честному говоря, мы сами все время без денег сидели, в сплошных
долгах. Потому что заигранные были до конца. Это ж болезнь самая настоящая.
Я вот про Плинтуса уже рассказывал, и ведь знал, что все время только
проигрывать ему буду, а все равно, как магнитом, тянуло. Помню, даже один
раз крикнул ему: "Ну добей ты меня". А он ухмыльнулся и говорит: "Ни один
министр столько денег не получает, сколько я у тебя сегодня взял, Лох
Петрович. Хватит, пожалуй, гуляй..." К слову сказать, Плинтус играл только в
коммерческие игры, а коммерческие - это терц, деберц и преферанс. Что
касается крапа, то были, конечно, и такие темы. Но друг другу лобовики особо
не крапили, потому что легко могли поймать на этом друг друга. Но закон был
простой: "Схавал - терпи. Фуфлыжник - это тот, кто не расплатится, даже если
его и на крапе кинули". Что угодно можно было друг другу заряжать, и если ты
мне подставился, то уж, извини, я с тебя получу.
Ну а для лохов, конечно, крапили стары с большим размахом. Известное
дело, в центровых магазинах у своих девочек запечатанные колоды продавались
либо крапленые, либо заряженные, девочки в доле были. Но, подчеркиваю, вся
эта дурь только с лохами проходила... Самый распространенный крап был - это
трещотка так называемая. Когда карты с торца чутьчуть бритовкой надрезались,
насечки такие делались. Если другой картой по торцу ведешь, она чуть-чуть
потрескивает. Были и другие способы - под лампу карты рубашками вверх клали,
чтоб выгорали. Обычный человек не заметит, а у стиралы глаз острый, он
различит...
Так вот, когда все скопом в катку кинулись, в ней тесно стало, много
случайных людей в замес вошло" которые и самого смысла-то катки не понимали,
все они по одному букварю работали. Но профессионалы ведь как работали? Они
вышибали людей до поноса, так, что тем оставалось лишь в контору с заявками
идти. И очень быстро все южные города оказались в буквальном смысле
засранными. И тогда катка пошла севернее. Скажем, в Питере все это движение
гораздо позже пошло. Питер вообще город особый, северный. В нем менталитет
другой.
И вообще, в конце шестидесятых - начале семидесятых годов Ленинград
считали городом фарцовщиков. Я все удивлялся в свое время: такие стиралы,
как Боря Рожа или Алик Купец, они сами питерскими были, а предпочитали
играть в других городах, говорили, что не было в Ленинграде темы. Частично
это соответствовало действительности.
В то время в Питере другая интересная тема развивалась. О которой, кстати
говоря, до сих пор почти нигде ничего не написано было. Там появились так
называемые дипломники. Вот они, эти дипломники, были, если можно так
сказать, предшественниками настоящей организованной преступности. Кто-то все
очень хорошо продумал и организовал людей, грамотных инженеров, художников,
печатников - и начали шлепать фальшивые дипломы об окончании вузов. Причем
подделки эти были высочайшего качества. Я почему об этом знаю, потому что
сидел с пятью такими дипломниками. Дипломы эти сбывались в основном разным
бабаям и зверям в южные республики. Скажем, работает человек в торговле, а
ему, чтобы какой-то пост занять, позарез нужно высшее образование. Учиться
ему лень, да и не способен он учиться, да и на хрен ему эта учеба не нужна,
он и так все знает, а диплом нужен - может, зверек какой решил секретарем
райкома стать. Короче, клиентура была такая, которая, естественно, с заявкой
в ментовку не побежит. Диплом один стоил, кстати говоря, не так чтобы
дорого, тысячи полторы рублей всего. Зато спрос был огромный, документы
работали, как я уже говорил, высочайшего качества. Это сейчас все просто: и
аппаратура есть, и сканеры разные, и лазерные принтеры, а тогда пойди
попробуй печать в точности перерисовать, подпись. Вот тогда на этих дипломах
и начали увязываться связи, которые по-настоящему заработали много позже.
Люди-то друг другу услуги оказывали, знакомились, то да се. Организация
дипломников была по
...Закладка в соц.сетях
