Жанр: Религия
Иудаиские праздники, комментарий
...азных уголках страны схватывали членов
Эцеля, перевозили их в уединенные дома, в отдаленные киббуцы, допрашивали,
избивали, в отдельных случаях пытали. Выявлялись и прикрывались источники
финансирования. Списки имен членов организации [около 700 человек] были
переданы британской полиции, осуществлявшей аресты. В отдельных случаях
члены Хаганы непосредственно передавали членов Эцеля в руки британской
полиции.
"Сотрудничество с ненавистными мандатными властями вызвало у части
пальмахников острый душевный кризис. Многие просили освободить их от
участия в операции. Лишь те, кто вызвался действовать добровольно,
продолжали охотиться за "отступниками". Эта акция грозила перерасти в
гражданскую войну. Однако Эцель решил воздержаться от ответных действий.
"Не поднимайте руки, не ведите вооруженной борьбы против этой молодежи, -
приказал Менахем Бегин, руководитель Эцеля. - Не они виновны. Они наши
братья. Их одурманивают и подстрекают... Не будет между нами
братоубийственной войны".
"Сезон" продолжался несколько месяцев, до марта 1945 года, [однако,
несмотря на все старания Хаганы, М.Бегина они поймать так и не смогли].
Широкая общественность, хотя она и осуждала деятельность Эцеля, не
откликнулась на публичное обращение Бен-Гуриона, призывавшего "не давать
пристанища террористам и передавать их властям". И члены Хаганы,
сознательно совершившие все, на что они пошли, чувствовали отвращение и
презрение к самим себе. Дело это было для них "горькой, трагической
необходимостью", которой они подчинялись, "стиснув зубы". В короткий срок
одержал Бен-Гурион физическую победу над организациями "отступников",
только печальная это была победа. Внутренняя борьба оставила в душах
открытые раны, привела к предельной поляризации позиций, довела людей до
ослепляющей ненависти, которую быстро не погасишь. Краткая пора "Сезона"
оставила в обществе огромное внутреннее напряжение - горючий материал,
готовый воспламениться в поворотные моменты борьбы за еврейское
государство". (Конец цитаты из биографии Бен-Гуриона)
Все это ограничило масштабы деятельности Эцеля, но не могло
остановить ее. После окончания Второй Мировой войны Эцель устраивал
нападения на военные объекты, мосты, железные дороги, патрульные катера,
жизненно важный нефтепровод Киркук - Хайфа (25 мая 1945). В сентябре 1945
года ситуация внутри ишува изменилась. Хагана поняла, что англичане,
несмотря на все, что произошло во время Второй Мировой войны, не собираются
разрешить уцелевшим евреям Европы репатриироваться в Землю Израиля, и
поэтому она решила - вместо того, чтобы воевать против Эцеля, -
присоединиться к активной вооруженной борьбе с англичанами. Хагана, Эцель и
Лехи некоторое время координировали свои действия. Эта координация, однако,
оставалась тайной даже для большинства членов Хаганы, и официально
Еврейское Агентство, контролировавшее Хагану, неизменно осуждало те
операции Эцеля, которые вели к человеческим жертвам.
22 июля 1946 г. бойцы Эцеля взорвали крыло гостиницы "Кинг Девид" в
Иерусалиме, где помещались штаб-квартира мандатного правительства и
командование британских военных сил в Палестине. Британские власти объявили
о награде за голову Менахема Бегина, ввели дополнительные войска и ответили
объявлением комендантского часа, арестами, депортациями, телесными
наказаниями и казнями. Эцель отомстил поркой схваченных его бойцами
британских офицеров и захватом заложников. Четыре члена Эцеля и Лехи были
повешены в тюрьме Акко, а двое других, которых должны были повесить в
Иерусалиме, взорвали себя в камере тюрьмы (27 апреля 1947 г.). 4 мая группа
Эцеля прорвалась в крепость Акко и освободила 41 члена Эцеля и Лехи. Когда
власти приговорили к смерти еще троих членов Эцеля, члены организации
похитили двух британских сержантов и повесили их после казни бойцов Эцеля.
Сообщения обо всех этих актах передавались через подпольную радиостанцию,
газеты и листовки с эмблемой Эцеля (рука, сжимающая оружие, на фоне карты
полной Эрец-Исраэль, включая Трансиорданию, и лозунга "рак ках" - "только
так").
Героизм бойцов Эцеля вызвал сочувствие среди еврейского народа и
народов европейских стран. Деятельность Эцеля была одной из существенных
причин, заставивших британское правительство отказаться от мандата и
передать вопрос о Палестине на рассмотрение в ООН. Вот описание положения
англичан в Палестине в начале 1947 г. из книги Давида Нива "Эцель":
"Британские силы в Палестине перешли к круговой обороне. Семьи
офицеров и служащих перебирались из частных домов в военные лагеря. Затем
все подданные Великобритании, не выполнявшие жизненно важные функции, были
вывезены в Англию, а прочие были поселены в отдельных районах, окруженных
высокими заборами из железобетона и колючей проволокой.
"Развитие событий принудило английское правительство заняться
пересмотром своей политики и поисками планов решения проблемы, которые
позволяли бы сохранить британское влияние на Ближнем Востоке. 14 февраля
1947 г. Эрнест Бевин (министр иностранных дел Великобритании) заявил, что
Лондон передаст вопрос на обсуждение в ООН, но не раньше, чем соберется
Ассамблея, намеченная на сентябрь. Это означало, что Ассамблея 1947 г.
пошлет на место событий комиссию, та займется разработкой рекомендаций и
подаст их Ассамблее в 1948 г.; таким образом он полагал добиться отсрочки и
тем временем ослаблять силы евреев, затопляя Палестину английскими
войсками, применяя смертные приговоры подпольщикам и подрывая экономику
евреев. С другой стороны, план Бевина нацеливался на предоставление арабам
возможности сплотиться и вооружиться. Командование Эцеля решило поэтому
нанести по врагу серию непрекращающихся ударов небывалой силы. С 19 февраля
по 3 марта 1947 г. организация обрушила удары на 18 целей. Акции достигли
своего апогея 1 марта: в тот день из пулеметов и минометов были атакованы 5
военных лагерей. Огонь открыли и по автомобилям военного флота в Хайфе. В
различных местах были подорваны 10 военных грузовиков. Центральным событием
стало нападение людей Эцеля, переодетых в англичан, на офицерский клуб в
Иерусалиме, в результате чего погибли старшие офицеры охранки и военной
разведки.
"В Лондоне дебаты вокруг Палестины приняли самую острую форму. 3
марта лидер консервативной оппозиции в Палате представителей Уинстон
Черчилль спросил: "Так как в Палестине расположено в 4 раза больше солдат,
чем в Индии (около 100 тыс. человек), и это стоит 40 млн. фунтов стерлингов
в год, то какой смысл продолжать кровопролитие? Большинство крупных газет
призывает кабинет правительства: Управлять или уйти! И большинство требует
уйти". Назавтра правительство Великобритании послало срочную депешу
генеральному секретарю ООН с просьбой ускорить обсуждение Палестинской
проблемы. В результате этого окончательное решение ООН было принято уже на
Генеральной Ассамблее 1947 г.
"После принятия резолюции ООН от 29 ноября 1947 г. о разделе
Палестины Эцель стал постепенно выходить из подполья, помогал отражать
атаки арабов и продолжал операции против британских военных лагерей с целью
захвата оружия. Осенью 1947 года, на момент выхода из подполья, в Эцеле
было 4000 человек, в Лехи - 500, а в Хагане (полулегальной) - около 45,000.
(конец отрывка из книги Д.Нива)
13 апреля 1948 г. Эцель развернул широкое наступление на кварталы
Яффо, которая по плану раздела ООН должна была относиться к арабскому
гусударству и представляла плацдарм для нападения на Тель-Авив. Захват Яффо
был завершен Хаганой. С другой стороны, нападение членов Эцеля и Лехи 9
апреля 1948 на арабскую деревню Дейр-Ясин расположенную на стратегически
важной высоте, контролирующей дорогу на осажденный арабами Иерусалим
(сейчас там расположен Иерусалимский район Гар-Ноф), в ходе которого, без
намерения Эцеля, оказалось много жертв среди гражданского населения
деревни, вызвало панику среди арабов по всей Палестине и их массовое
бегство; а Еврейское Агентство, конечно, сурово осудило Эцель за "жертвы
среди мирного населения".
После провозглашения независимости Израиля 15 мая 1948 г. Эцель решил
влиться в Армию Обороны Израиля, но в Иерусалиме он должен был действовать
независимо - потому что правительство Израиля, согласившееся с планом ООН
об интернационализации Иерусалима, объявило еврейскую часть города
контролируемой (а не аннексированной) территорией, а Эцель требовал
немедленной аннексии еврейской части Иерусалима. Кризис в отношениях Эцеля
и Хаганы разразился 20 июня, когда снаряженное Эцелем в Европе судно
"Альталена" подошло к берегам Израиля с большим количеством оружия (включая
полутяжелое и 3 бронетранспортера), боеприпасов и около 800 человек на
борту. Судно было посажено на мель в порту Тель-Авива. В переговорах с
правительством Израиля Эцель потребовал 20% оружия для своих отрядов в
Иерусалиме. Бен-Гурион, однако, желавший осуществлять единоличную верховную
власть, потребовал сдать все оружие Хагане. Когда руководство Эцеля
отвергло ультиматум правительства о сдаче "Альталены", судно было
обстреляно с берега, взорвано и потоплено; при этом 18 членов экипажа
погибло.
Взрыв возмущения охватил десятки тысяч членов и сторонников Эцеля по
всей стране. Они начали выходить из Армии Обороны Израиля, чтобы вести
независимую вооруженную борьбу. Потребовалось громадное самообладание со
стороны руководителя Эцеля Менахема Бегина, чтобы этот инцидент не перерос
в настоящую гражданскую войну; однако до сих пор сторонники
ревизионистского движения не могут забыть Рабочей партии расстрел
"Альталены".
После образования Государства Израиль ревизионистское движение было
преобразовано в партию Херут, которая в дальнейшем объединилась с правыми
либералами в блок Ликуд. Лидер Херута М.Бегин с 1948 г. был бессменным
вождем оппозиции, пока "переворот" в израильской политической жизни в 1977
г. не привел его к власти (на посту премьер-министра он оставался до 1983
г.).
1.9. ИЗРАИЛЬСКО-АРАБСКИЕ ВОЙНЫ
Считая, что в целом наши читатели имеют представление об этом вопросе, мы
хотели бы дать здесь только несколько важных штрихов.
В истории арабо-израильских отношений мы наблюдаем поразительный
феномен: нежелание арабов согласиться с существованием еврейского
государства приводит к поражению арабов и к расширению территории Израиля.
Ситуация настолько напоминает историю с Казнями Египетскими, описанную в
Торе, что поведение арабских лидеров можно было бы назвать "комплексом
Фараона" - именно его продолжающееся сопротивление еврейскому Исходу и
влекло за собой все новые казни, обрушивавшиеся на Египет. Арабы в нашем
веке действовали по той же схеме. Если бы они мирно согласились на раздел
Палестины согласно решению ООН, то Израиль, конечно, не стал бы вести
войну. Но арабы не согласились, и в результате Войны за независимость
Израиль захватил Яффо, Западную Галилею и Акко, Лод, Рамле, Иерусалимский
коридор и Западный Иерусалим, Беер-Шеву и Ашкелон. Если бы после этого
арабы согласились на мирный договор, то Израиль, конечно, с радостью
подписал бы его. Израиль не только не имел к арабам никаких территориальных
претензий, но даже когда в 1956 г. израильская армия для прекращения
деятельности террористов была вынуждена захватить сектор Газы и Синай, она
оставила эти территории после получения от Египта обещаний разместить там
наблюдателей ООН и не перекрывать Тиранский пролив (через который в порт
Эйлат шло, в частности, снабжение Израиля нефтью из Ирана). И когда в 1967
г. египетское правительство, не согласное на мир, потребовало убрать
наблюдателей ООН, закрыло Тиранский пролив, заключило военный союз с Сирией
и Иорданией и пообещало сбросить Израиль в море, то Израиль снова был
вынужден начать войну. В результате этой Шестидневной войны под контроль
Израиля попали
Иерусалимский Старый город и Восточный Иерусалим, Иудея, Самария,
Голаны и сектор Газа, а еврейский народ получил праздник 28 ияра - День
Освобождения Иерусалима.
И однако, есть существенная разница между последствиями Шестидневной
войны и последствиями Войны за Независимость. В обеих войнах арабы,
напавшие на наше государство, угрожали самому нашему существованию. И в
той, и в другой войне Израиль занял территории, которые по "международному
решению" должны были принадлежать арабам. В первом случае произошло
массовое бегство арабов из занятых Израилем районов, и эти районы были
аннексированы. При этом весь мир - кроме, конечно, арабских стран - признал
возникшие в результате войны границы Израиля. Во второй раз (Шестидневная
война) арабы остались на своих местах, а захваченные территории
аннексированы не были. И вот - почти ни одна страна до сих пор не признала
сложившиеся после войны линии перемирия. Со времени окончания Шестидневной
войны прошло уже двадцать пять лет, но политическая проблема, возникшая
после нее, до сих пор не улажена.
Почему во второй раз арабы не ушли? Оказывается, дело в том, что их
не только не выгоняли (чего не делали и в первый раз), но наоборот, их
уговаривали не уходить. Более того, министр обороны Моше Даян предпринял
специальные усилия чтобы удержать арабов, которые уже собирались уходить в
Иорданию. Фактически во время войны 1948 года Израиль стремился отстоять
как можно большую территорию страны, считая, что все удержанное станет
нашим; а в 1967 году Государство Израиль противилось тому, чтобы
присоединить к себе занятую часть Земли Израиля.
Одна из причин такого поведения в том, что между 1948 и 1967 годом в
идеологии правившей тогда в Израиле партии Мапай (Авода) произошли
серьезные изменения. Возобладало мнение, что "зеленая черта" - линия
перемирия 1948 года - будет навечно разделять Израиль и арабские страны.
Историческая связь еврейского народа с территориями за "зеленой чертой"
всячески затушевывалась. Так, в школьных учебниках почти не упоминались
города Шхем, Хеврон, Иерихон, в которых евреи жили тысячелетиями и где
происходили важнейшие события нашей истории. Правительство считало, что
нельзя воспитывать в народе "империалистические завоевательные побуждения",
чтобы никто не сказал, что мы хотим присоединить к нашей земле то, что
сегодня находится у арабов. Эта "подчистка истории" обошлась нам весьма
дорого: хотя евреи и не собирались захватывать территории за "зеленой
чертой", но арабы в 1967 году начали войну и принудили нас к этому; и,
поскольку мы не были готовы сразу же сделать эту землю своей, эти
территории остались в глазах всего мира "арабскими".
Рассмотрим простой пример: историю площади перед Котелем. Эта площадь
сегодня - центральная в государстве, на ней происходят все самые
торжественные события, солдаты приносят присягу и т.д. Никто не требует от
Израиля отдать эту площадь арабам. Но возникла она, когда в 1967 году,
сразу после занятия Старого Города, последовал приказ снести арабские дома,
стоявшие на этом месте и вплотную подходившие к Стене. Весь мир,
естественно, промолчал, никто даже не заметил этого события. А вот Храмовая
гора, где тысячелетие стоял еврейский Храм, была "возвращена" арабам,
потому что социалистическое правительство считало, что "мы не настолько
примитивны, чтобы увлекаться религией и строить Храм". Результат такой
политики налицо: сегодня это самая горячая точка арабского
подстрекательства.
Подобное произошло и с пещерой Махпела в Хевроне, где захоронены
праотцы еврейского народа Авраам, Ицхак и Яаков. Поскольку в 1929 году
арабы устроили погром в Хевроне и уничтожили еврейскую общину города, то
было бы естественно сразу после Шестидневной войны отстроить еврейский
квартал и отдать евреям пещеру Махпела (или хотя бы разделить ее поровну
между евреями и арабами, так как она является святыней для обоих народов).
Но правительство Израиля ничего подобного не сделало. Наоборот, считая, что
"все это религия, все это несовременно и никому не нужно", оно отдало
пещеру Махпела арабам. Потребовались гигантские усилия со стороны евреев,
самоотверженность поселенцев Кирьят-Арбы и Хеврона, чтобы получить хотя бы
ограниченное право молиться в этой пещере; муниципальная же власть в ней до
сих пор принадлежит арабам.
Убеждение, что "нам совершенно не нужны территории", было
распространено в 1967 году в Израиле настолько сильно, что после
Шестидневной войны правительство даже не задавалось вопросом "как освоить
отвоеванные территории", но лишь вопросом "как их лучше отдать: просто так,
в качестве жеста доброй воли для улучшения взаимопонимания, или же как
плату за мирный договор?" В ответ на проявленное нами нежелание сделать всю
страну своей и возникла палестинская проблема.
Ведь эта проблема, заключается в сущности, совсем не в том, признают
ли арабы наше право на территории или нет (мало ли есть других стран,
которые до сих пор не подписали между собой мирный договор и довольствуются
лишь перемирием; миллионы людей переселяются из-за войн в другие страны - и
весь мир считает это хоть и нежелательным, но нормальным явлением!). С
точки зрения мирового сообщества - и здесь источник давления на Израиль, -
проблема в том, что Израиль вынужден продолжать подавление палестинских
беспорядков, он вынужден держать под своим контролем миллион арабов, не
предоставляя им права гражданства, и т.д. Иными словами, конфликт
акцентирован именно на палестинской проблеме, а не на беженцах в арабских
странах или общих израильско-арабских взаимоотношениях.
Иногда споры между правыми и левыми о путях решения конфликта кажутся
сугубо академическими. На самом же деле это очень практические споры. От
той позиции, которую будет занимать большинство еврейского народа, зависит
поведение каждого еврея в критический момент, когда будет решаться наша
судьба. И также поведение арабов определится тем, на что мы в этот
критический момент будем готовы. Заселение территорий, за которое борются
правые партии, важно прежде тем, что это воспитывает наш народ в сознании
"эта страна наша". (Ведь с точки зрения формальной наши права на Ашдод,
Акко или Беер-Шеву не больше, чем на Шхем или Хеврон.) И у арабов политика
реального еврейского заселения территорий создает ощущение, что евреи не
могут здесь отступить; она создает то сильнейшее духовное давление, которое
может заставить их отказаться от продолжения войны - войны, которую они
ведут не ради работы, жилья или сохранения своей культуры (все это Израиль
и так предоставляет арабам), а чтобы "уничтожить сионистское
новообразование со священной арабской земли".
Таким образом, проблемы, которые у нас есть с арабами, это в первую
очередь проблемы национальной психологии, и только во вторую - военные
проблемы. Можно выиграть на поле боя и потом проиграть в
дипломатическо-психологическом противостоянии, как это не раз происходило
на Ближнем Востоке. Конечно, без армии нельзя достичь победы, но главное -
это психологическая победа. На это указывает Тора (Бытие, 32:25) в истории
о праотце нашем Яакове, получившем имя "Израиль", когда он боролся с
ангелом Эсава. Тора рассказывает, что перед этим Яаков боялся продолжить
свой путь в Страну Израиля из страха, что Эсав убьет его; но когда Яаков
победил ангела, т.е. победил Эсава в своей душе, то реальный Эсав
неожиданно чудесно изменился, примирился с Яаковом, и "пошел Яаков своим
путем".
Сегодня самыми опасными являются причитания, что нам якобы "все равно
придется отдать территории". Именно здесь проходит линия настоящей борьбы,
ибо эти причитания воздействуют на наиболее уязвимую точку нашего народа -
его духовную борьбу с "ангелом Ишмаэля" (родоначальника арабов). Чтобы
противостоять этому, мы должны учиться более глубоко понимать ситуацию.
Когда говорят: "В Хевроне всего двести евреев, а арабов шестьдесят тысяч,
давайте же отдадим этот город им", нам следует вспомнить, что и в Хайфе
когда-то тоже было двести евреев и шестьдесят тысяч арабов (и первым
евреям, которые в середине прошлого века селились там, тоже говорили:
"Зачем же вы идете жить в это арабское место! Поселитесь лучше в Иерусалиме
или Цфате!"), и тем не менее Хайфа сегодня наша. В конце концов, к
еврейскому государству отойдет именно та земля, которую мы сможем заселить
и освоить, и относительно которой мы будем уверены, что она принадлежит нам.
----------------------------------------------------------------------------
К продолжению
Еврейские праздники
MACHANAIM - JEWISH HERITAGE CENTER FOR RUSSIAN SPEAKING JEWS
----------------------------------------------------------------------------
К оглавлению книги "День Независимости и День Иерусалима"
РАЗДЕЛ 2. РЕЛИГИОЗНЫЙ СИОНИЗМ
Мы не имеем здесь возможности, за недостатком места, подробно излагать
концепции религиозного сионизма; поэтому мы остановимся только на некоторых
его моментах.
2.1. Рав Авраам-Ицхак hа-коhен Кук
Выше мы говорили, что религиозный сионизм возник в 1840-60-х годах в
работах раввинов Калишнера, Гутмахера и Алкалая и получил дальнейшее
развитие в деятельности рабби Могилевера (в 1870-е - 90-е годы) и движения
Мизрахи (1900-е годы). Но настоящее цельное выражение философия
религиозного сионизма получила в работах и в деятельности рава
Авраама-Ицхака hа-Коhена Кука (1865 г., Литва - 1935 г., Иерусалим),
выдающегося религиозного авторитета, философа и каббалиста, одного из
руководителей еврейского ишува в Земле Израиля. Р.А.-И.Кук родился в
маленьком литовском местечке в раввинской семье и получил классическое
религиозное образование. Высшее религиозное образование он получил в
крупнейшей в Литве Воложинской иешиве, где очень сблизился с ее главой,
р.Н.Ц.И.Берлином, который был активным сторонником движения "Хибат Цийон".
Кроме обычных иешивных предметов, р.Кук изучал также современный иврит и
литературу, еврейскую и общую философию, Каббалу. После окончания иешивы он
в течение 16 лет служил раввином в маленьких литовских городках, а в 1904
г. переехал в Землю Израиля, где стал раввином Яффы и практически всего
"нового ишува". (См. ниже, рассказ Ш.Й.Агнона о его встрече в то время с
равом Куком.) В 1919 г. он стал главным раввином Иерусалима, а в 1921 г., в
связи с образованием Главного Раввината, был избран на пост первого
ашкеназского главного раввина Земли Израиля, который он занимал до своей
смерти в 1935 г.
Являясь яркой личностью, с совершенно независимой и внутренне очень
последовательной системой взглядов, р.А.-И.Кук удивительным образом
находился в оппозиции к каждому из существовавших в то время среди евреев
Земли Израиля течений - и в то же время имел с каждым из них нечто общее,
что делало его как бы "точкой пересечения" всего еврейского населения
страны. Рав Кук не боялся открыто отстаивать свое мнение и даже вступать в
конфликт, и вокруг его имени постоянно кипели страсти.
Р.А.-И.Кук активно поддерживал современных ему сионистов Второй и
Третьей алии, несмотря на их ярко выраженную (а иногда даже фанатичную)
антирелигиозность. В то же время он находился в постоянной полемике с этими
сионистами, доказывая им, что сионизм не может по-настоящему расцвести в
отрыве от религии; что они отрицают иудаизм из-за несогласия с его внешними
проявлениями - при том, что они не сами не осознают, насколько
будущее сионистского движения нуждается в черпании жизненной силы из
иудаизма. И при том, что широкие массы этих нерелигиозных сионистов очень
уважали р.Кука - что не было в то время ни с каким другим раввином, -
многие деятели этого движения относились к нему с опаской.
По своему воспитанию, своим гигантским знаниям в Торе и религиозному
авторитету, по акцентированию важности изучения и соблюдения Торы рав Кук
был очень близок к Старому ишуву и к движению "Агудат Исраэль"; он был
близок к ним даже внешне (т.е. ходил в "харедимной" одежде). Но в то же
время рав Кук вел постоянную критику Старого ишува за то, что они не видят
положительных ростков будущего в нерелигиозном сионизме; и сам подвергался
непрекращающейся кампании нападок со их стороны.
Рав Кук воспитывался в иешиве и считал развитие иешив важнейшей и
необходимой частью еврейской жизни. В то же время он критиковал современные
ему иешивы за то, что они не дают общего светского образования. Он считал,
что необходимо создать обновленную иешиву, в которой изучались бы как
Библия, Талмуд и еврейская мысль, так и светские науки, а также
социологические дисциплины и литература. Ее выпускники стали бы подлинными
учителями и духовными лидерами своих общин. В 1924 г. рав Кук основал в
Иерусалиме иешиву, резко отличавшуюся от других подходом к изучению религии
и отношением к сионизму; она приобрела известность под названием "Мерказ
hа-Рав".
Рав Кук активно поддерживал университет, считал широкое светское
образование совершенно необходимым, был сам очень образован в современной
ему науке. (Кстати, он был одним из немногих раввинов, которые считали
положительным шагом в познании мира теорию эволюции. Хотя, конечно, рав Кук
отрицал материалистический подход дарвинизма, но он считал, что сама идея
эволюции - при том, что эта эволюция проходила не сама по себе, но при
Божественном управлении - согласуется в принципе с концепциями Каббалы,
согласно которым Всевышний "творил миры и разрушал их", пока не был
образован наш мир.) Но при всем своем уважении к науке рав Кук указывал,
что занятие исключительно наукой таит в себе угрозу отчуждения человека от
вечных духовных ценностей, и поэтому призывал к синтезу религиозных и
светских знаний.
Рав Кук поддерживал рабочее движение в ишуве, ценил его за "страсть к
социальной справедливости" и постоянно указывал, что последовательное
применение законов Торы в социально-экономических вопросах несовместимо с
чисто капиталистической системой: Тора в законах о десятине,
благотворительности, седьмом и юбилейном годе и во многих других законах и
принципах ограничивает привилегии собственников и налагает на них тяжелые
обязательства, она требует определенного перераспределения заработанных
средств в пользу мало
...Закладка в соц.сетях
