Жанр: Религия
Евреи и Талмуд
...три
тысячи лет тому назад так же определенно и ясно, как они могли бы быть выражены
в ХVIII веке Клодом де Сен-Мартеном, встретилась у левитов с учением совершенно
отличного происхождения, но имевшем с этой последней странное сходство: в
поклонении гордости расовой. Здесь нам приходится говорить о странном
извращении, проникшем даже в среду правоверных евреев, касающемся предназначения
Израиля и обетования истинной веры, им полученного.
Пророки не переставали твердить евреям ту истину, что Бог избрал народ
еврейский, дабы сделать из него "избранный народ", что Он направлял и охранял
его с особенной любовью и что другие народы никогда не были предметом такого
постоянного попечения. Эта мысль, не всегда удерживавшая евреев на наклонной
плоскости, ведшей к отступничеству, однако, заставляла их убеждаться в их
племенном превосходстве.
В силу уверенности, что Божество имело на них особые виды, многие из них верили,
что это божественное избрание было справедливой наградой за заслуги их расы. Они
рассматривали "завет" сынам Израиля, как договор между двумя силами,
закреплявший за евреями, в обмен за их верность, материальное господство над
прочими народами; презрение, смешанное с ненавистью, было единственным чувством,
которое им внушали другие народы, что же касается до их собственного, то он, в
их представлении, возвышался до признания себя "народом-богом" более, нежели
"народом Божьим".
Таково было состояние умов большей части обитателей Иудеи, когда пленение
открыло им Халдею с ее мудрецами. В то время когда Ассирия, Иран, Мидия и Персия
были населены исключительно воинами, когда все способности финикийцев были
поглощены торговлей, евреи и халдеи являлись двумя самыми развитыми народами
Азии. Несходные во многих отношениях, они были близки по развитию своих
образованных кругов: поклонение гордости человеческой, убаюкивавшее халдеев,
служение расовой гордости, вдохновлявшее евреев, способствовали их взаимному
пониманию и влиянию друг на друга.
В нашу задачу не входит выяснение того, что халдейская философия сначала, а
впоследствии персидская, заимствована у левитов. Достаточно будет напомнить, что
предание называет учителем Зороастра еврейского пророка Даниила или Эздру, и
что, вне сомнения, там надо искать зарождение некоторых возвышенных начал,
вытекающих из еврейского единобожия, встречаемых в учении азиатского философа.
Обратно, халдейское мышление властно воздействовало на правоверное еврейство и
послужило основанием зарождения секты, долженствовавшей видоизменить Израиль и
возвратить его имени этимологический смысл: "тот, кто борется с Богом". Это была
секта "фарисеев", название которой происходит от еврейского слова "особенный",
которое само по себе заставляет думать, об ереси и схизме. [20]
Ни в Писаниях, ни у еврейских историков, до пленения вавилонского нигде не
упоминается о фарисеях, а после появления работ Мюнка никем более не
оспаривается, что эта секта зародилась именно во время этого пленения, как
следствие влияния, которое халдейская философия оказывала на некоторых еврейских
ученых, по большей части левитов. Но если выводы Мюнка на этот счет достаточно
доказательны, то он, как, нам кажется, недооценивает важность заимствований,
сделанных этими учеными евреями из доктрин их учителей. Они в действительности
заимствовали от них не только долю суеверий, касавшихся сущности вещей, их
перевоплощений и свойств первичных начал, но также и самую основу
пантеистического учения, которую они, правда, переделали на еврейский лад и
которую постарались согласовать с гордостью "избранного народа". Из этого то
вклада халдейского мышления в еврейскую мысль и образовалась Каббала (или
предание) фарисеев, долго передаваемая изустно от учителей к ученикам,
вдохновившая восемьсот лет спустя изложение Талмуда и нашедшая свое полное
выражение в Зефер-ха-Зогаре. [21]
Прежде, чем гордо провозгласить себя, как выражение чаяний евреев, "предание"
фарисеев должно было преодолеть серьезные затруднения. Главное происходило от
возврата правоверия, вызванного в еврейском народе пленением. Проповедывать
изгнанникам, оплакивавшим разрушение храма Иерусалимского и вымаливавшим у
Иеговы прекращения бедствий их родины, что сам Иегова не более, как пустая
мечта, было не только идти навстречу полной неудаче, но еще и подвергать себя
серьезным опасностям, из коих наименьшей была бы потеря навсегда какого бы то ни
было влияния в Израиле. Фарисеи признали более разумным приобрести доверие своих
соплеменников, став во главе, религиозного движения, притворно подчеркивая
исполнение мельчайших предписаний закона я установив мелочные и сложные обряды.
В то же время они развили новое учение в своих закрытых собраниях, настоящих
тайных обществах, насчитывавших всего несколько приверженцев во время пленения и
не превышавших 6.000 членов во время Иосифа Флавия, времени их наивысшего
развития.
Это собрание ученых пантеистов должно было очень быстро приобрести руководящее
влияние на еврейский народ. Когда персы завладели Вавилоном в 538 году до Р. Х.,
евреи надеялись на окончание своего пленения. Оно действительно закончилось два
года спустя указом Кира, разрешавшим желающим вернуться на родину. Первая партия
из 5.000 евреев отправилась вскоре после этого под предводительством Зоровавеля,
и увеличилась затем новыми переселенцами, ведомыми Эздрой и Неемией. [22] Но с
пророками, возвращавшимися восстанавливать храм, к сожалению, вернулись и
фарисеи, осквернявшие его своей ересью.
Впрочем, ничего, могущего непосредственно оскорбить национальное чувство, не
прорывалось наружу во всем том, что они считали возможным открыть из своей
тайной науки; как бы глубоко они ни были проникнуты халдейским пантеизмом
фарисеи все же сохранили нерушимо свою племенную гордость. Эта религия
"обоготворенного человека", которой они пропитались в Вавилоне, рассматривалась
ими как работающая на пользу евреев - существ высших и избранных. Обетование
всемирного господства, которое правоверные евреи почерпали в Законе, фарисеи
понимали не в смысле царства Бога Моисеева над народами, но в виде материального
владычества евреев над вселенной. Ожидаемый Мессия не являлся для них
искупителем первородного греха, победителем чисто духовным, долженствовавшим
подчинить мир своему духовному водительству, это был временный царь, залитый
кровью победоносных войн, который сделает Израиля владыкой мира и растопчет все
народы под колесами своей колесницы. [23]
Этого господства над народами фарисеи не ждали от несуществующего Иеговы, почему
и продолжали внешне ему поклоняться, лишь делая уступку народному чувству; они
ожидали его от вековой терпеливости Израиля и от применения средств
человеческих. Как бы чудовищно ни отличались эти принципы от старого закона
Моисеева, в них, как мы видим, не было ничего такого, что могло бы делать
непопулярными тех, кто ловко капля за каплей проводил их в среду евреев.
Все остальное взяла на себя искусная, тайная организация фарисеев, и вскоре
упрочила свое всемогущество в Иудее. Нельзя лучше определить их воздействие на
еврейскую среду до Р. Х., как сравнив его с деяниями франк-масонов в современном
обществе. Малочисленные, но тесно спаянные, обязывавшие своих членов строжайшим
сохранением тайны, фарисеи неустанно преследовали двойную цель. 1-ое, овладеть
политическою властью, захватом высших религиозных должностей, влияние которых
было громадно в возрожденном еврейском народе и подчинить себе Синедрион; [24]
2-ое, понемногу склонить убеждения народа в пользу их тайного учения. Они вполне
достигли обеих этих целей.
Действительно, Иосиф Флавий изображает их пользующимися неоспоримой властью
благодаря тесному единению, позволявшему им обращаться со всеми не посвященными
в их тайную науку евреями, как с невеждами, и рассматривать посвященных, как
существ, стоящих выше всего остального человечества. Они захватили в свои руки
судебные учреждения, господствовали над Синедрионом и имели такое влияние, что
судьи и даже сами священники, составлявшие высший класс народа, должны были, для
сохранения какого либо влияния, стать на их сторону. Саддукеи, по свидетельству
Иосифа Флавия, во всем не согласные с учением фарисеев, были принуждены, занимая
какие-либо должности, "приспособляться к линии поведения фарисеев, ибо народ не
потерпел бы, чтобы они этому учению противились". [25]
С другой стороны они без особого труда заставили изменить взгляды многих евреев
на важнейшие вопросы веры. Обладание большинством высших религиозных должностей
и большинством голосов в Синедрионе давало им возможность властно истолковывать
Закон. Они толковали его произвольно, искажая смысл написанного, пользуясь для
этой цели "методом аллегорическим", лежавшим в основе Каббалы, послужившим
впоследствии примером для ересиархов всех времен в борьбе, их со священными
текстами и служащим ныне главнейшим оружием модернизма. Этим способом священное
писание лишалось всякого прямого значения и смысл, в него вложенный, вместо
того, чтобы быть выражением объективной правды, признавался лишь маской для
фактов и теорий, скрываемых от непосвященных. Внешняя простота повествований и
заповедей рассматривается ими как мудрость священного писания, стремившегося к
тому, чтобы непосвященные книжниками читатели, принимали бы эти заповеди и
повествования в буквальном смысле, тогда как они, согласно фарисейской Каббале,
служили лишь приманкой для устного развитая теорий, по большей части не имеющих
никакой связи с текстом, или даже находящихся с ним в полном противоречии.
Свободные вести, по собственному усмотрению, развитие этих теорий, фарисеи
достигли таким образом, уже в века, предшествовавшие явлению Христа, принятия
евреями большинства положений своих тайных учений. Таким образом в противность
закону Моисееву, предписывавшему любить и относиться с уважением к чужестранцам,
фарисеи внушили народу инстинктивное отвращение ко всему не еврейскому,
выразившееся между прочим в болезненном страхе малейшего соприкосновения,
(приравниваемого к осквернению). Таким же образом их представление о
человеческой природе Мессии, как царе мирском, истребителе всех не-евреев,
заменило Спасителя сверхчеловеческого, божественное происхождение Которого
воспевал Давид и непорочную славу, а также и крайнее унижение Которого возвещали
пророки. Наконец, таким же образом правоверное представление о рае и геенне
огненной были отвергнуты для замены их учением о переселении душ, заимствованным
фарисеями у халдеев. [26] Перед самым рождением Спасителя эта эволюция сделалась
почти всеобщей, при чем сами жертвы ее не отдавали себе отчета в том, что они
отпали от преемственной веры предков.
Тем не менее не все умы в Иудее были покорены умелой тактикой фарисеев... Довольно
большое количество евреев, или более просвещенных, или же направляемых
божественною мудростью, поняли, что фарисеи увлекали Израиль в ересь, и пытались
им противодействовать. Парализованные политической мощью, поддерживавшей их
соперников, эти правоверные евреи были принуждены отказаться от открытой борьбы
и почти все покинули отечество. На берегу Мертвого моря в диких и пустынных
местах они построили монастыри, в которых и сохранили до времени пришествия
Христа, обетование истинной веры. Там жили, руководствуясь монашескими
правилами, описание которых оставили нам Иосиф Флавий и Плиний, около 4.000
евреев, служивших и молившихся Богу Моисея, в ожидании исполнения пророчеств;
высокая добродетель их жизни приобрела им всеобщее уважение. Ессеи, как их
называли, не выказывали ни малейшей слабости по отношению к тем, кто старался
заставить Израиль изменить своему призванию. Исполняя все, предписания закона,
они тем не менее воздерживались от посещения Иерусалима для принесения жертв, но
не потому, что они не одобряли приношение жертв в храме Иерусалимском, который
они, наоборот, глубоко чтили, а потому, что эти жертвоприношения совершались
евреями еретиками. [27]
Религиозная иерархия Ессеев, очень замкнутая, не ограничивала все же свое
влияние стенами монастыря. У них было много светских последователей в Иерусалиме
и других городах Иудеи, составлявших верных последователей монахов с Мертвого
моря, и признававших их духовное водительство. В каждом значительном центре, на
одного из этих посвященных возлагалась обязанность объединять всех верующих в
Истинного Бога, учение которого, вдохновленное ветхим заветом, было уже заранее
в полном согласии с основами Нового Завета. [28]
Таково было религиозное настроение еврейского народа, когда родился Господь наш
Иисус Христос.
ГЛАВА III
ХРИСТОС И ФАРИСЕИ
Торжество фарисеев было близко к завершению, когда голос Праведного поколебал
здание, ими воздвигнутое, и обнаружил глубокое лицемерие этих скрытых еретиков.
Евангелие отмечает сильнейшее смятение, охватившее фарисеев, когда первые чудеса
Иисуса заставили почувствовать, что Он есть ожидаемый Мессия. Уже раньше Сын
Божий в вопросе о праздновании субботы заклеймил лживость фарисеев,
преувеличивавших соблюдение внешнего благочестия, а в тайне подготовлявших
разрушение Закона. Толпы народа, следовавшая за Христом и воодушевлявшиеся видом
чудес, Им свершаемых, казалось, предвещали конец царствования "торговцев храма".
Вследствие этого фарисеи отправили к Иисусу послов из Иерусалима.
Это посольство нашло Его на берегу Генисаретского озера. Избрав предлогом один
из обрядов омовения, установленный фарисеями, они поставили Ему в вину
неисполнение Его учениками этого обряда и сказали Ему: "зачем ученики Твои
преступают предания (каббалы) старцев?" Иисус ответил им: "зачем и вы
преступаете заповедь Божию ради предания вашего?" И, упрекая их в забвении слова
Божия, добавил: "Лицемеры, хорошо пророчествовал о вас Исайя, говоря:
приближаются ко Мне люди сии устами своими и чтут Меня языком, сердце же их
далеко отстоит от Меня: но тщетно чтут Меня, уча учениям, заповедям
человеческим". [29]
У всей секты было одно желание убить Сына Марии, как ранее было убито столько
пророков, пытавшихся вернуть Израиль к вере Авраама. Евангельский рассказ полон
заговоров фарисеев, насилий и козней, ими замышлявшихся, дабы от Него
избавиться. Их злоба возрастала по мере, того, как Христос переходил из города в
город, из синагоги в синагогу, пробуждая в сердцах сынов Иудиных воспоминание
древних обетований, данных их отцам, и воспоминание старой веры, коей они
поклонялись. Эта злоба дошла до предела, когда Иисус был встречен в Иерусалиме,
внимавшем Его словам. Там, окруженный их кознями и ощущая дыхание их ненависти,
Сын Божий обратился с горечью к фарисеям:
"Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что уподобляетесь окрашенным гробам,
которые снаружи кажутся и красивыми, а внутри полны костей мертвых, и всякой
нечистоты; так и вы: по наружности кажетесь людям праведными, а внутри исполнены
лицемерия и беззакония. Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что строите
гробницы пророкам и украшаете памятники праведников, и говорите: "если бы мы
были в дни отцов наших, то не были бы сообщниками их в пролитии крови пророков";
таким образом вы сами против себя свидетельствуете, что вы сыновья тех, которые
избили пророков; дополняйте же меру отцов ваших. Змии, порождения ехидны, как
убежите вы от осуждения в геенну? Посему, вот, Я посылаю к вам пророков, и
мудрых, и книжников; и вы иных убьете и распнете, а иных будете бить в синагогах
ваших и гнать из города в город; да придет на вас вся кровь праведная, пролитая
на земле, от крови Авеля праведного до крови Захарии, сына Варахиина, которого
вы убили между храмом и жертвенником. Истинно говорю вам: все сие придет на род
сей. Иерусалим, Иерусалим, избивающий пророков и камнями побивающий посланных к
тебе! сколько раз хотел Я собрать детей твоих, как птица собирает птенцов своих
под крылья, и вы не захотели! Се, оставляется вам дом ваш пуст". [30]
Предупреждение, что пришли времена, когда Божественное терпение утомилось от
преступлений Израиля, и что Бог отнимает от него Свое благоволение и отбирает
его власть, чтобы разделить ее между другими народами, Христос выражает в
захватывающих словах, предсказывающих Богоубийство и наказание евреев:
"Выслушайте другую притчу. Был некоторый хозяин дома, который насадил
виноградник, обнес его оградою, выкопал в нем точило, построил башню и, отдав с
его виноградарям, отлучился. Когда же приблизилось время плодов, он послал своих
слуг к виноградарям взять свои плоды; виноградари, схвативши слуг его, иного
прибили, иного убили, а иного побили камнями. Опять послал он других, слуг,
больше прежнего; и с ними поступили так же. Наконец, послал он к ним своего
сына, говоря: постыдятся сына моего. Но виноградари, увидевши сына, сказали друг
другу: "это наследник; пойдем убьем его и завладеем наследством его. И,
схвативши его, вывели вон из виноградника и убили. Итак, когда придет хозяин
виноградника, что сделает он с этими виноградарями? Говорят Ему: "злодеев сих
предаст злой смерти, а виноградник отдаст другим виноградарям, которые будут
отдавать ему плоды во времена свои".
Иисус говорит им: "неужели вы, никогда не читали в писании: камень, который
отвергли строители, тот самый сделается главою угла? Это от Господа, и есть
дивно в очах ваших. Потому сказываю вам, что отнимется от вас Царство Божие и
дано будет народу, приносящему плоды его; и тот, кто упадет на этот камень,
разобьется, а на кого он упадет, того раздавит". [31]
И евангелие добавляет:
"И слышавши притчи Его, первосвященники и фарисеи поняли, что Он о них говорит;
и старались схватить Его, но побоялись народа, потому что Его почитали за
Пророка". [32]
Увы, пришел день, когда совершилось преступление, в течение трех лет
подготовлявшееся фарисеями, и Праведник был приведен связанным в Синедрион,
состоявший из главарей-фарисеев, и где чернь еврейская, возбужденная
первосвященниками и старейшинами (т. е. той же самой сектой, члены которой
захватили все эти должности), потребовала от Пилата освобождения Варравы и
распятия Христа.
Руки широко отверстые, которые Спаситель мира протягивал всем грешникам, фарисеи
пригвоздили к древу Креста. И в то время, как у Его подножия рыдали апостолы и
святые жены, евреи Богоубийцы со смехом повторяли незабываемые слова: "Кровь его
на нас и на детях наших".
ЕВРЕЙСКОЕ ПРОИСХОЖДЕНИЕ АНТИХРИСТИАНСКИХ ГОНЕНИЙ
Фарисеи думали, что убийством - убив Христа, они отвратили опасность,
беспокоившую их в продолжение трех лет, почему они вначале и не были встревожены
проповедью апостолов. Когда число обращенных в Иерусалиме стало увеличиваться,
они ограничились тем, что, приказав привести Петра и Иоанна в собрание
Синедриона, угрожали им; после, второго ареста апостолов подвергли бичеванию.
Наконец, под влиянием беспокойства, их жестокость увеличилась и диакон Стефан
был побит, камнями, после того как напомнил своим судьям о кровавой цепи,
связывавшей их с древними гонителями пророков Израиля. [33]
Между тем ученики Христа поделили между собою области для проповедования
Евангелия и разошлись по всей Римской империи, переходя из города в город и из
синагоги в синагогу; увеличивая на своем пути число обращенных. Вскоре фарисеи
не могли более сомневаться, что владычество их секты над еврейским народом,
которое они стремились распространить над всем миром, находится в опасности. Они
решили начать смертельную борьбу против учения Христа и преследовать по всему
миру тех, кто его проповедовал. Для достижения этого у них не было недостатка в
средствах, рассеяние Израиля среди других народов было уже давно совершившимся
фактом и обеспечивало Синедриону, во всех странах нужное количество сотрудников,
агентов и верных исполнителей. Сам же Синедрион (за исключением Гамалиила,
склонявшегося к Христианству, и нескольких Саддукеев, также жестоких врагов
Христианства) состоял исключительно из фарисеев.
Чтобы составить себе точное представление о состоянии еврейского народа около
35-го года нашего летоисчисления, надо припомнить, что ни один народ в течение
веков не был так рассеян по всему миру, и ни один так крепко не сохранил
сознание своего единства.
Рассеяние началось в царствование Соломона, распространившего еврейские колонии
даже до Испании (Тарсис) и до Эфиопии (Офир) обязанных снабжать его золотом,
слоновою костью и драгоценным деревом. [34] После того произошло пленение
Вавилонское, опустошившее области Иудеи; правда, что изгнанники после побед Кира
получили разрешение вернуться на родину, но многие им не воспользовались, и
книга Эсфири нам их описывает рассеянными по всем областям империи Персов. В это
время большое число беглецов достигло Египта и устроилось на жительство в
древней стране Фараонов. Победы Александра еще более способствовали расселению
евреев, приобретших своим быстрым подчинением расположение македонского
завоевателя; многих из них он поселил в Александрии, другие направились в
Грецию, третьи следовали за его войсками, при которых Квинт Курций отмечает их
присутствие. В Риме, мы их встречаем, начиная с последних дней республики,
поселившимися в большом количестве, следовавшими за римскими армиями в их
победоносных походах, чтобы снабжать их продовольствием и собирать военные
подати, и в то же время уже достаточно сильными, чтобы волновать форум своими
угрозами. [35] Короче, ничто не кажется более доказанным, чем этот отрывок из
записок Страбона, писавшего в начале I-го века нашего летоисчисления и
замечающего: "Евреи распространились во всех городах, и трудно отыскать такое
место на земле, где бы их не, было, и где, бы они не устроились весьма прочно".
[36] И, действительно, евреи занимали прочное положение, составляя в некоторых
местах, например, в Александрии, треть всего населения, и почти повсеместно
приобретая права:
1. селиться в отдельных кварталах ("гетто", о которых так много кричали, бывшие
в начале привилегией, происходят оттуда);
2. быть освобожденными от некоторых налогов и
3. быть подсудными свободно выбранным из своей среды судьям.
Каждая из еврейских колоний, которыми был покрыт мир во время Иисуса Христа и
его первых апостолов, образовывали род республик, религиозным и административным
центром которых были синагоги. Но эти поместные синагоги были лишь отблеском
святого места, на которое оставались обращенными взоры евреев-изгнанников, этого
Иерусалимского храма, в котором одном приносимые Иегове жертвы почитались
действительными, во всех прочих городах жертвоприношения были запрещены. НаБлагодаря нами описанной организации, еврейский народ представлял в 35 году
нашего летоисчисления противоречивый вид крайнего рассеяния и теснейшего
религиозного и политического единения. Сотни и сотни городов, римских, азиатских
и даже варварских скрывали в своих "гетто" три четверти народонаселения древнего
царства Иудейского; но Синедрион и храм Иерусалимский сохраняли для этих
изгнанников то же обаяние и тот же авторитет, как и для их братьев, оставшихся в
Палестине. Платя на храм те же налоги, объединяясь мысленно вокруг
жертвоприношения, они были для Синедриона подданными, общение с которыми было
более затруднительно, но которых не оставляли без часто посылавшихся гонцов.
Если мы вспомним, что в то время и за долго перед этим Синедрион был в руках
секты фарисеев, то становится понятным, что эта последняя могла простым
приказом, от имени верховного совета еврейского народа, поднимать против
Христианства все бесчисленные еврейские колонии, охватывавшие весь мир. Это
действительно и случилось, как только быстрое распространение Христианства стало
всем очевидным, т. е. в 35 году.
Этот важный вопрос не может быть подвергаем сомнению, если его рассматривать в
освещении неопровержимых фактов, доставляемых нам отцами церкви, блюстителями
христианского предания первых веков.
Вот подлинное свидетельство Св. Юстина философа, одного из известнейших
мучеников второго века, который, говоря о фактах, известных церкви и не
отрицаемых его противниками, писал в своем "Разговоре с евреем Трифоном"
(Tryphon: вероятно раввин Тафон, известный в книгах Каббалы): "В оскорблениях,
наносимых Иисусу Христу и нам, другие народы менее виновны, чем вы, евреи. Это
вы виновники их предубеждения по отношению к нам, и плохого мнения их о нас и о
Праведном. Действительно, распявши Его и с достоверностью узнавши об Его
воскресении и вознесении на небо, вы не только не покаялись, но в этот самый
момент разослали по всему миру своих тщательно подобранных агентов. Эти агенты
рассказали повсюду, каким образом зародилась эта нечестивая секта, называемая
Христианской, и распространили про нас отвратительные слухи, повторяемые еще и
теперь всеми, нас не знающими" (§XVII). В §ХVIII Св. Юстин философ снова
возвращается к этому обвинению и выражается еще более определенно: "Как я уже
говорил, вы выбрали людей, способных осуществить ваши планы, вы их разослали во
все стороны и распространили, при их посредстве, что некий Иисус из Галилеи
основал противозаконную и нечестивую секту, и вы добавляли, что Иисус Христос
научил своих учеников совершать гнусные преступления, о которых вы твердите даже
теперь, уверяя, что они свойственны всем, смотрящим на Иисуса Христа, как на
Спасителя и Сына Божия. Что же касается нас, то мы не питаем ненависти ни против
вас, ни против тех, кто от вас получил это плохое об нас мнение. И мы даже молим
Бога даровать и им и вам свое прощение и помилование".
Что же это за "гнусные преступления", в которых посланники Синедриона обвиняли
христиан перед еврейскими колониями, рассеянными по всему миру, и перед
народами, среди которых они жили? Достаточно перелистать языческих писателей
того времени, чтобы отдать себе в этом отчет. "Христиане, - говорят они, -
исповедуют гнусное и тайное вероучение, они поклоняются ослиной голове, и делят,
во время своей священной трапезы, тело ребенка, замазанное в тесто
...Поділитися у соцмережах
