Жанр: Психология
Система и личность
...й философией.
В настоящее время язык будущего, которым будет пользоваться
все человечество Земли, формируется, по-видимому, на территории
Бразилии и СССР, крепкие корни психики населения которых
по-прежнему произрастают из семян Рима (Москва называет себя
"третьим Римом"). Мы на пороге более соответствующего нашему
времени гуманизма.
Целый пласт европейской культуры до 1800 года находился в
стадии духа и пока продолжает свое развитие. На мой взгляд, в
Европе рождается спасение мира, который путем ряда осторожных,
взвешенных мер постепенно должен будет прийти к взаимопониманию
и предоставить всем желающим возможность прогрессивного
развития.
Определение социума как организмического следует применять и в
случае индивидуальной психосоматики; болезнь, которую субъект
выявляет в самом себе, всегда есть вопрос психологический, и если
субъекту плохо, то это значит, что он сам создает болезнь там, где
он ее ощущает.
Любое психоаналитическое, и особенно онтопсихологическое обследование
показывает, что болезнь вызывается ошибочным, пусть
даже и без злого умысла, образом действий.
Анализируя общество как систему, мы должны обладать знанием
"социального организма". Вместо того, чтобы с легкостью обвинять
во всем правительство, врачей, учителей, университет или молодежь,
необходимо понять предпосылки проблемы. Например, откуда
появляются врачи? Ведь они - это мы: у прекрасных родителей
рождается малыш, который впоследствии идет в школу к учителям,
потом получает образование в университете, в том университете,
который мы сами как законопослушный народ и создали... Где-то
среди них и наше "я", созданное не для того, чтобы заниматься
политикой группировок, а для того, чтобы, не перепрыгивая через
указанную Бытием дорогу, осуществить реализацию того метафизического
смысла, к которому Бытие призывает каждого человека.
После первого индивидуального тела вторым субстанциальным телом
является система, то есть общество.
Система между тем является совокупностью моделей, структурированных
эманацией интенциональности коллективного бессознательного
- они приходят к нам не извне. Мы сами создаем то,
что потом квалифицируем как убийство. Это надо учитывать - не
Система и личность
для того, чтобы обвинять самих себя, а для того, чтобы распознавать
мотивы любых политических феноменов. Когда, например,
одна группа резко противопоставляется другой, это означает, что,
в основе, эти две группы очень схожи. В самом деле, в соответствии
с одним из законов бессознательного, то, что имеет близкие
корни, в итоге перетекает в любовь или ненависть.
Понять эти отношения значит уметь ориентироваться в сфере
парламентской, социально-экономической деятельности, быть способным
вносить цельные предложения по ее улучшению.
Недавно я разговаривал с итальянским представителем книготорговцев,
обеспокоенным возможным проникновением маркетинга и
в сферу книгоиздания. Будут проводиться маркетинговые исследования
книг, и как следствие, могут исчезнуть книготорговцы, работающие
по старинке. Но я посоветовал им самим первыми
ввести маркетинговые исследования. Сегодня все переходит в распоряжение
машин, так как это дешевле и ведет к меньшей ответственности.
Мы подготавливаем систему, которая упразднит проблему служащих,
которые мало того, что плохо подготовлены в профессиональном
отношении, но еще стоят дороже чем производимый ими
продукт.
Начинают испытывать нужду те люди, которые могли бы работать
творчески, но устаревшее оборудование не позволяет им этого.
Устраивая постоянные забастовки, мы можем добиться лишь отношений,
при которых люди, как роботы-автоматы, будут заниматься
однообразным, обезличивающим их делом.
Машина есть благо и огромный выигрыш в скорости, если она
используется подготовленным и более развитым сознанием ответственного
хозяина. Безусловно, машина в руках инфантильного индивида,
стремящегося поскорее к обладанию без учета обстоятельств
бытия, становится запрограммированным убийством разума.
Может случиться, например, что некий гениальный ученый создаст
некое сложное устройство, которое потом будет продано
обществу, станет объектом бизнеса и предметом массового спроса,
а в дальнейшем превратится в сеятеля смерти, хотя его изначальная
функция была вполне безобидна.
В качестве более простого и чаще встречающегося примера можно
привести случаи гипнотизирования компьютером разума оператора,
который вместо контроля над машиной, сам попадает под ее
контроль. Здесь у человечества только два пути: отказаться от
машины либо развиться до такой степени, чтобы добиться господства
над ней.
Сегодня мы идем вперед к обществу безусловно энергичных,
приятных, красивых людей, которое, однако, постоянно подстегиОрганика
социума
вает нас изнутри: "Стань лучше!". Поэтому в роли разрушителя
выступит не машина, а несовершенство человека, который окажется
не в состоянии координировать машину. Виновен, в сущности,
всегда человек.
Изучая отдельные эпизоды истории мы видим, что некоторые
общества становятся чрезвычайно богатыми, а другие разоряются.
Из этого вовсе не следует, что это произошло в результате действий
явно преступной силы.
Возможно, в обществах первого типа существовал круг профессионалов
высокого класса, умевших заставить "вещи" работать,
организовывать их надлежащим образом.
Общества другого типа, не обладавшие психической зрелостью,
хотя и пытались контролировать ход вещей, оказались разрушены
своими собственными "генераторами" силы. Великие изобретения
требуют превосходящих их потомков. В противном случае возникает
вавилонское столпотворение.
Машина есть продукт нашего высшего разума. Это очень по-человечески:
самые способные придумывают и реализуют нечто такое,
что другие не могут даже представить. И косвенным путем
возвышенный разум обязательно становится смертоносным для
низших. Жизнь движется вперед. Если ты находишь решение, то
идешь вперед вместе с жизнью, не находишь - остаешься позади.
Встречающиеся нам на каждом шагу проявления неравенства
зависят не только от неправильного распределения денег. Известно,
например, что на юге Италии было всегда очень много денег,
однако юг никогда не мог сравниться с северным "savoir faire", то
есть "умением жить" - это системный вопрос, в том смысле, что
надо уметь "управлять системой". Бывает, впрочем, что лучшие
представители юга, люди в высшей степени умные, отправляются
служить на север, где действует система. А на юге, представляющем
по сути часть третьего мира, остается большинство, не способствующее
развитию.
Самые умные, не находя подходящей среды, переезжают и еще
больше обедняют ту среду, которую покидают.
Отдельно стоит рассмотреть вопрос о положении молодежи в
обществе.
Жизнеспособный молодой человек прежде всего должен знать,
что его все любят, все ищут, всем он нужен, но исключительно
для использования и потребления его потенциала. Взрослый ищет
его в качестве слуги для своей власти, а не для того, чтобы помочь
ему построить будущее, отличное от окружающего его настоящего.
Любому взрослому нужен молодой человек для решительного
укрепления системы, печатью которой уже отмечен взрослый. Под
Система и личность
"взрослым" я понимаю социальный истеблишмент, систему в малом
и большом - от семейного круга до объединения наций.
Сознавая эту ситуацию, молодой человек должен притвориться,
что приспосабливается к системе, изучая ее, пока не получит в
свои руки власть и возможность регулировать ее в соответствии со
своим творческим измерением.
Но в начале он должен быть терпелив, браться за ту работу,
которая дает в настоящем наибольшие преимущества для экономического
выживания, даже если она и не отвечает его высшим
устремлениям.
Если молодой человек не приемлет такую переходную ситуацию,
у него может пропасть интерес к жизни. Часто молодой человек
не хочет жить и занимается поиском и разбором беспокоящих его
изъянов; или же, отдавая себе отчет в этом антагонизме, низводит
себя до такой посредственности, что нападает на систему, вместо
того, чтобы изучить ее, впитать ее силу и затем изменить. Впрочем,
молодой человек способен победить настолько, насколько его
в свое время научили этому сами взрослые. Единственное эффективное
и ведущее к победе решение состоит в притворном приспособлении
системе при одновременном и постоянном самосовершенствовании,
беспрерывном движении вперед.
Общество немедленно разрушилось бы, если бы мы отдали его
в руки молодых людей, так как они к этому профессионально не
готовы. Необходим гибкий опыт старика, взрослого, для того,
чтобы постоянно находить все лучший и лучший ответ на все
новые вызовы времени. Молодой человек часто теряет потенциал,
имевшийся у него в отрочестве, так как он совершает профессиональные
ошибки. Сначала он должен "переварить" обучение в
соответствии с обстоятельствами, непрерывно стремясь достичь совершенства
и повышать квалификацию до тех пор, пока в один
прекрасный день не сумеет проторить свой собственный путь.
Наступит день, когда в соответствии с законами биологии ему
будут переданы полномочия. Понятно, что рано или поздно, молодые
люди займут свое место у кормила власти, однако они
должны согласиться с тем, что существуют определенные стадии,
через которые надо пройти, чтобы достичь соответствия этой роли.
Для молодежного вопроса также характерна описанная выше
организмическая синергия, вина за которую лежит на взрослых, не
дающих молодым продвинуться, но молодой человек не должен
останавливаться в развитии, обвиняя семью: он должен принять
ситуацию к сведению и искать средства, ведущие к его цели.
Возвращаясь к изучению с помощью нашей методики индивидуальной
психосоматики, мы замечаем, что поражается прежде
всего та ее часть, которая была наименее развита, хотя она же,
Общество: разум или мнение?
как правило, наиболее чувствительна. Часть разума субъекта стремится
к развитию, пробует тем или иным образом двигаться вперед,
осуществляя, следовательно, постоянный рост "я", другая же
его часть, которой он пренебрегал, в конце концов, отстает в
развитии.
В этой части обычно и прокладывает себе дорогу болезнь, которая,
если ее вовремя не обнаружить и не вылечить, полностью
поражает субъекта. Часть, которой пренебрегли, признав чуждой,
убивает потом всю личность.
То же самое происходит и в обществе. Каждый раз, когда более
ответственный и критически настроенный индивид не берет на
себя внутреннее обязательство решить проблему - в том смысле,
что она не становится его внутренним психическим приоритетом,
- его впоследствии убивает то, чему он не уделил должного
внимания.
Смещая акцент на систему, я утверждаю, что если правящий
класс не проявляет в той или иной форме обеспокоенности по
поводу беспокоящих массы социальных проблем и не находит
путей их решения, они будут все больше и больше нарастать, пока
не уничтожат все.
Глава вторая
Общество: разум или мнение?
Рассмотрение темы "Система и Личность" продиктовано необходимостью
решить проблему экзистенции индивида в этом мире с
учетом подробного исторического контекста.
Поскольку существует взаимосвязь между трансцендентальной
гипотезой существования человеческого субъекта и повседневностью
его бытия - банальной, суровой, отчаянной, четко опирающейся
на общественные предписания, как в таком случае соотнести
духовные первоначала индивида с условиями реальной или
кажущейся примитивности повседневных обстоятельств, как пробиться
через допускаемые противоречия и насилие? Что скрывается
за тем огромным аппаратом, который мы определяем как государство,
законы, справедливость и который, в конце концов, становится
подобен гигантскому Молоху, великому Левиафану из
страшных снов или гоббсовских реминисценций, ведущих к допущению
"человек человеку - волк"? Кроме того, в обществе сущеСистема
и личность
ствует узаконенная агрессивность в отношении тех бытийных потребностей,
испытываемых так или иначе, отчаянно или невротически,
любым индивидом.
Идея Бога также является сублимацией некой массы насилия,
накапливающегося в обществе. При мысли о Боге каждый испытывает
страх перед большинством, властью, "другими" людьми. Все
религии, как бы они ни пытались выйти за рамки этого мира в
трансцендентность, на поверку оказываются той культурной формой,
в которой созревает превосходство, придающее "жесткость"
повседневности, которую мы все испытываем. Является ли идея
единственного Бога, кажущаяся самой великой и истинной, установкой,
априорно восходящей от трансцендентных, философских
представлений, результатом логических изысканий или же напротив,
это адаптация к исторической и политической необходимости,
вызванной зарождением империализма? Гениальность великого
классического Рима впитала идею единого христианского Бога, как
наиболее примиримую с идеей Императора. Идея сообщества богов,
возглавляемых Юпитером, немного легкомысленным в плане
соблюдения законов, им самим устанавливаемых, более соответствовала
идее республики, способствуя тому, чтобы собрать вместе
и привлечь всех, кто способен внести достойный вклад в общее
дело. Таким образом реформа, успешно осуществленная Константином
в 313 году, была назревшей необходимостью, выраженной
в обществе в виде идеи единственного императора, Бога над Сенатом,
консулами, над всем тем, что включает в себя понятие "res
publica"*. Конечная мотивация многих эпизодов истории религии
должна рассматриваться через призму психосоматической необходимости
общественного развития. В таком случае обычно принимается
как не вызывающее возражений то мнение, которое более
подходит властной группировке, являющейся победителем на данном
историческом отрезке.
Вопрос вот в чем: что истинно в обществе? Согласно вечному
закону, указанному религиями, каждое общество должно руководствоваться
какими-то писанными правилами. Все законы космоса,
будучи предварительно написанными единым разумом, должны
уважаться всеми, независимо от стадии развития народа или исторической
эпохи. А единственный закон таков, что все, кто ему
подчиняются будут спасены и всегда правы, что оправдывает по
сути примат власти и насилие над другими. По этой причине идея
единого вечного закона обеспечивает превосходство над остальны*
Res рчЬЧсп (лат. - общее дело) - понятие римского права, близкое к современному
понятию "государство". - Ред.
Общество: разум или мнение?
ми, тот, кто ее поддерживает, имеет привилегии, землю и посмертные
преимущества.
Изучая изнутри религиозную психологию различных народов,
можно обнаружить, что этот закон вечен и, вместе с тем, изменчив:
в католическом или еврейском монотеизме он на стороне
абсолютизма, в монотеизме ислама он абсолютно преображается,
то есть, в каждой религии он полностью меняет свой смысл, порой
на противоположный.
Почему система так часто использует идею трансцендентного?
Почему, чтобы овладеть человеческой душой, необходимо структурировать
или насиловать то онтическое, трансцендентное, которое
выводит любое человеческое существо за пределы его собственной
истории. Если закону не удастся связать внутренний мир человека,
этот закон всегда будет иллюзорным, относительным. В таком
случае мы имеем дело с самой системой, которая для уничтожения
любой формы сопротивления, способного разрушить незыблемость
закона, опирается на область абсолютного, метафизического с
целью гарантирования собственной жесткости и объективности.
Можно было бы дать и такое объяснение: этот переход неизбежен,
поскольку большинство людей - пока не достигнет высшего состояния
сознания - может нести ответственность только подчиняясь.
Рассуждения великих идеологов, как стоящих у власти, так и
навязывающих власть другим, всегда одни и те же: человек, если
его не направить по каким-то заранее определенным рельсам, так,
чтобы он испытывал страх, будет вести себя глупо и безответственно.
В подобной ситуации уже не может идти речь о многоплановой
ответственности одного человека, для движения вперед становится
необходимым подогнать всех под одну гребенку и укрыть
все многообразие идей каждого под единообразным мундиром,
чтобы полученный результат можно было синхронизировать с различными
мерками, законами, бесконечными бюрократическими
проявлениями внешнего аппарата.
Когда я говорю об этом, я не пытаюсь кого-либо обвинять. Это
фактическая сторона существования человеческого коллектива. Похоже,
что самые удачливые, или побеждающие в данный момент,
находясь на императорском пороге или накануне получения перевеса
в парламенте, оправдывают идеологическую голословность,
политические ошибки и даже пустяковые вещи, необходимостью
дисциплинировать массу, которая дегенерировала бы в противном
случае. Возможно, что это правда.
Вечный закон существует. Одни выводят его от некоего Бога,
другие считают его законом природы, предвосхищая таким образом
теорию естественного права. Каждый коллектив, каждая группа
искала свою "forma mentis" - форму мышления для своего воплоСистема
и личность
щения, то есть отправной точкой для материальной формализации
какого бы то ни было аспекта всегда является психическая система.
Основой человека является психическое, которое мы называем
потом его идеей, логикой, рациональностью - это все равно. В
итоге, если имеет силу естественное право, то есть право, основанное
на категорической интенциональности натуры, предполагается,
что у природы есть только одно направление, и что все
законы, любые формы поведения, приспосабливающиеся к этому
направлению, являются выигрышными, единственными, имеющими
силу.
Понимаемая таким образом, парадигма так называемого вечного
закона видится в новом свете. На мой взгляд, более разумен
подход исторического позитивизма, считающего справедливым и
законным то, что последовательно признается истинным на различных
исторических стадиях общественного сознания. Однако,
анализ этого позитивного права, опирающегося на общественные
институты, формализующие то одну, то другую группу людей,
показывает, что оно возвращает нас вновь в глубины теории естественного
права, так как впоследствии эта группа оказывается
выделенной как хранитель истины и справедливости и, следовательно,
ощущает себя вправе осуществлять насилие в отношении
всех, кто не входит в нее.
Приведу пример: в Италии, где большинство считало себя последователями
Муссолини, или в Германии - последователями
Гитлера, как оправдать себя Бенедетто Кроче*, посчитавшего справедливым
мнение меньшинства? Это принцип вновь использует,
на мой взгляд, навязывание собственной идеологии в качестве
приоритетной, и затем, когда она утвердилась в качестве высшей,
дает право на насилие в отношении сторонников иных мнений.
Если бы мы могли узнать реальную внутреннюю мотивацию некоего
лидера, то к удивлению многих обнаружилось бы, что истоки
представлений Гитлера о культуре коренились в доктрине тибетского
далай-ламы, содержащей вдохновляющие философские формулы,
оправдывавшие его действия, суть которых была не в желании
оккупировать кого-либо, а в желании спасти, очистить мир.
Существует идеология, полагающая, что для спасения мира необходимо
действовать, невзирая на жертвы, попирая целомудрие,
другие полагают, что действовать надо политическими методами,
третьи предпочитают конкретные дела, а четвертые выбирают меч.
Последний путь - самый быстрый, и он часто становился непреодолимым
искушением для многих великих полководцев и дикта*
Бенедстто Криче (1866-1952), итальянский философ, историк, литературовед, политический
деятель. Основоположник "этико-политической" школы в итальянской историографии.
Активно выступал против фашизма. - Ред.
Общество: разум или мнение?
торов, сверхзадачей которых выступало риторическое намерение
отправить в ад силы невежества, то есть и здесь осуществить некое
освящение, давая привилегии одним и уничтожая других, не заслуживших
права пользования преимуществами коллективных благ.
Определенные личности, согласно идеологии Гитлера, приводили
в упадок не биологическую расу, а духовную.
Этим я хочу показать, что все начинается с мнения. Обращайтесь
осторожно с умом: были бы у Гитлера другая психология,
взгляды, культура, мы, возможно, получили бы еще одного святого,
еще одну Мать Терезу из Калькутты или же Шарля Де Фоку.
Так называемые примитивные народы, которых мы относим к
третьему миру, весьма часто считают нас существами низшего
порядка, поскольку наша идеология ниже их собственной. Любую
попытку цивилизации они воспринимают как оккупацию их душ
и разума. Магия бога, предков, традиций у многих народов являются
коллективными останками инфантильного или даже рационального
всемогущества, тем не менее эти воззрения, как бы там
ни было, управляют властью.
Я не собираюсь критиковать или нападать: я анализирую различные
ситуации, чтобы в конце концов прийти к разумной терпимости
в отношении всех вещей с тем, чтобы в любом месте,
где бы мы ни находились, не вставая ни на чью сторону, пребывать
устремленным к единой цели - исполнить лихорадочную, жгучую
потребность реализации себя в совершенном акте бытия в
соответствии с имеющимися историческими средствами. Тогда, активизируя
личный эгоизм, можно будет благоприятно воздействовать
на эгоизм социальный.
В ходе исследования нынешнего общества, непрерывно стремящегося
стать еще жестче, мы замечаем, что любое законодательство
в экстремальной ситуации всегда утверждает по сути примерно
следующее: "Я есмь Бог и нет иного бога кроме меня". В этом
выявляется истинная сущность любой идеологии. Однако, так же
поступает любая личность, любая группа, стремящаяся узаконить
собственное превосходство над другими. Справедливы ли они? Это
еще надо посмотреть.
Возвращаюсь к упоминанию о Кроче, поскольку, на мой взгляд,
для того, чтобы понять эти вещи, надо прочувствовать изнутри
логику либерализма и нацизма. Нацизм рождается из социализма.
Народ создает эту реальность, высшей точкой которой становится
одно имя или личность. Ни один диктатор не приходит без согласия
разъяренных масс. Недостаточно убить одного Грамши, как
было с Муссолини, или отнять Веймарскую республику, как в
истории с Гитлером. Руководить этой гигантской силой можно,
лишь располагая конкретной властью, источником которой являСистема
и личность
ется народ: тот, кто движет массами, может потом навязать свою
идеологию с помощью насилия.
Сегодня закон. Сенат, борцы за экологию и т. д. второстепенны
по отношению к идеологии, принимаемой индивидом в качестве
своей собственной, которую он с юности впитывает и с которой
в дальнейшем идентифицируется и сосуществует. В сущности, все
наши законы суть воззрения группы, имеющей в данный момент
конкретную власть. А наши действия в обществе опираются в
основном на представления (а не на истину) другой группы, занимающей
силовые точки общественной структуры, воплощаемые
в следующей форме: "Я имею больше тебя, и существую выше,
следовательно, я важнее тебя". В конце концов любой индивид
должен отступить перед нетерпимым для вечного закона, закона
природы фактом. По взаимному соглашению или в силу малой
численности мы живем по законам прослойки, которая в течение
одного, двух, трех столетий занимает приоритетное, властное положение
по отношению к остальным слоям населения.
Справедливость законов изменяется не в связи с функцией,
которую они должны были бы выражать, а в соответствии с
представлениями, которым удастся завоевать большее число людей.
Противоречить закону равносильно выступлению одного человека
против целого войска. Воплощенное в законе мнение отражает не
истину, а организованную массу людей, которая может тебя уничтожить
не моргнув глазом, и если надо, уничтожает без колебаний.
Исследуя психологическую мотивацию масонских движений прошлого
или даже нашей недавно возникшей мафии, возникает вопрос,
что же их отличает, каковы их правила чести? Не могу
сказать, что закон какого-нибудь государства справедлив, а закон
мафиозной группы - нет; это просто разные мнения с тем преимуществом
у легального закона, что его поддерживает абсолютное
большинство, а за другим стоит меньшинство. Это противоречие
возникает от различия в силе мало- и многочисленных групп, в
результате которого подавляющему большинству тем или иным
образом удается выразить свое мнение и навязать его всем остальным.
Итак, согласно моей точке зрения, если мы собираемся идти
вперед, как в индивидуальном, так и в общественном плане, необходимо
анализировать вещи, факты, не лакируя их метафизическими,
абсолютными истинами, влияние которых прямо пропорционально
толщине исторического слоя, который неодинаков у
разных народов.
Когда Ганди на исходе жизни осознал, что в сущности, он
победил английскую идеологию, вытеснив ее другой идеологией -
индийской, он подумал, что сумел найти решение, панацею для
Общество: разум или мнение?
всех проблем Индии. На самом же деле английская власть поддерживала
(пусть даже с применением определенного насилия) некое
спокойствие. Ганди был убежден, что истина, им осознанная, окажет
важную услугу Индии, а потом и всему миру. А коли так, то
это оправдало в его глазах отмену несправедливых английских
законов. И опять мы имеем дело с мотивом: "Я есмь Бог и нет
иного Бога помимо меня". Эта ловушка переходит из одной головы
в другую, и в результате создается атмосфера "человек человеку
- волк", пропитывающая каждое движение человека.
Мы должны быть внимательными к бесконечному калейдоскопу
масок, постоянно сменяющих друг друга в обществе, потому что
в большинстве случаев мы атакуем в другом то, что в реальности
необходимо для нас самих. Дойдя до понимания того, что все
относительно, что все вокруг лишь мнения, что абсолютной справедливости
не существует, мы не оправдываем нашего особого
права на насилие или на превышение власти. Речь идет о подъеме
на одну ступеньку ментального превосходства. Нужно научить наш
разум спокойно управлять идеологиями так же, как мы справляемся
с молотком и гвоздями, пилой и доской.
Все это отно
...Закладка в соц.сетях
