Жанр: Психология
Философские сказки для обдумывающих житье
...в тот вечер был после суток дежурства на "скорой
помощи", но, как всегда, плотно окружен кучей детей и детей постарше, которым он
дает "свет в окошке". Он для них - Спаситель, но, как и все Спасители до него -
без семьи и личной жизни. Какая жена выдержит клуб и мастерскую в своем родном
доме, да еще на свои личные средства?
Януш Корчак - человек-подвиг, но мало кто знает или задумывался над тем, что он
был всегда одинок. Антон Макаренко... Вы читали его письма любимой, которая
годами не находила возможности жить с ним - в колонии? Если сюда приписать еще
Альберта Швейцера и других подвижников, то компания окажется просто блестящей.
Отношение
Мое отношение к тому, что Аллочка ушла? - Огромное уважение к Аллочке. Это
настоящий сильный поступок, за который человеком можно любоваться. Есть даже
маленькая гордость - хочется верить, что этому она научилась у меня.
"И все?.." - Конечно же, нет. Много еще и других хороших чувств.
Что мне люди никак не могут простить, так это как-то слишком разумного отношения
к происходящему. Почему я не делаю то, что делают все нормальные люди в подобных
ситуациях? Конкретно: "Николай Иванович, почему вы не боролись за семью? Она
что, вам не дорога? Или вы Аллочку не любили?"
У меня секретов нет, слушайте, детишки...
Почему я "не боролся за семью?" - Странная фраза, вполне на уровне "Перестали ли
вы пить водку по утрам?" О нашей семье - об Аллочке, детях и себе - я заботился
всегда, и дай Бог всем такие семьи. Или здесь имеется в виду, что мне надо было
препятствовать уходу Чуды? Я действительно совершенно не препятствовал этому.
Мне это даже в голову не пришло: лишать любимого человека свободы.
Я мог бы сделать это жестко и эффективно, у меня есть (по крайней мере было)
много в руках ниточек и рычагов. Но мне хочется себя уважать, а это было бы
низким поступком. Нет задачи кого-то где-то удержать, есть общая задача -
подарить людям больше счастья. А для этого надо посмотреть, где и при каком
людском раскладе счастья будет больше.
А здесь - будет? Этого не знает никто, и ровно поэтому Алла имела права на свое
решение.
- Чуда, все нормально. У нас же с тобой все хорошо, и ты уходишь не от плохого,
а к своему счастью. Если у тебя там все сложится, значит, все хорошо. Если же
нет, ничего страшного - ты просто возвращаешься сюда, и у нас будет все попрежнему
хорошо.
- Солнышко, какое вернуться?! Да я же знаю, что у тебя сразу же появится другая
женщина. Я же знаю, что возвращаться мне будет некуда!
- ... Да, конечно, я один оставаться не буду. У меня сейчас никого нет, но,
какая бы женщина ни появилась рядом со мной, она будет знать, что до лета я не
свободен. Другое дело, что она тоже имеет право на свое счастье, и с лета место
рядом со мной будет ее. Чуда, у тебя есть полгода.
А если бы я увидел, что ей там плохо, но она не возвращается из-за разных
глупостей (чувство вины перед В.П., передо мной и пр.), я бы вернул ее силой.
А дети?? "Бедные дети..." - ну, я не думаю, что стоит вздыхать и произносить
традиционные глупости. Все в порядке. Я успел воспитать своих детей, они умеют
жить сильно и радостно, и теперь уже никакие бабушки не сумеют внушить им, что в
их жизни произошла Трагедия. Раньше они жили со мной и часто были с мамой в
гостях у Виктора Петровича. А сейчас они живут у Виктора Петровича и часто с
мамой бывают в гостях у меня. Они смотрят на мир просто и открыто: какая
трагедия?? Количество любящих их людей уменьшилось или увеличилось? А обживать
новые места - в этом и есть предназначение настоящих мужчин. Они сейчас этим и
заняты.
То, что произошло, в мои планы не входило. Мне было бы лучше, если бы Аллочка
была со мной. Но если задуматься о том, что она - тоже живой человек и тоже
имеет право на счастье, то, похоже, она права. Я - сильный и свои проблемы решу
всегда, соответственно... Соответственно один (я) теряет мало, а другие (Чуда и
Виктор Петрович - тоже, кстати, вполне живой человек) приобретают много. Детей
выносим за скобки, потому что воспитать в них самое главное - умение быть
счастливыми - я уже успел, а остальное не вычисляется. Сумма: Алла решила
правильно.
Я хотел, чтобы Алла была счастлива? - Она счастлива. "Солнышко, я сейчас ОЧЕНЬ
счастлива. Я счастлива спокойно".
Вы этому не рады?
Размышления и разборки
Аллочка ушла не от меня, а к Любимому, но она ушла. И в этом надо разобраться.
Ну, что же...
Жили мы хорошо. Мы жили славно.
Великолепный анекдот. Непосредственно перед уходом Аллочки семейный журнал
"Очаг" пригласил нас поучаствовать в конкурсе "Счастливая семья", и, если бы не
это препятствие, мы, похоже, имели все шансы оказаться в числе если не
победителей, то призеров.
НО:
У Аллы были причины сменить семью. Я вообще с трудом представляю на ее месте
другую Героиню, которая взялась бы жить рядом со мной. Да нет, все правда, я и
теплый и уживчивый, но жизнь со мной трудна. У меня на первом месте - работа, я
требователен и к себе, и к другим, и той мягкой расслабленности, которая дорога
людям в семье, дома - рядом со мной нет. И моя хорошая Чуда от меня устала.
Усталость росла не только от моего стиля жизни, Аллочке было трудно с детьми -
рядом со мной. Как говорила она сама, папа был для них единственным авторитетом.
Мои дети сильные и подвижные и требуют сильного управления, а не вялых замечаний
или крика. Аллочке это было трудно, она на детей срывалась, а дети отвечали ей
так, что она уставала от них еще больше. И получался замкнутый круг...
Аллочка убеждена, что в этом есть и моя вина. Я всегда защищал того, кого
обижают: если Ваня обижал Сашу, я защищал Сашу. Если Саша обижал маму, я защищал
маму. Но если мама обижала Ваню или Сашу, я защищал их - а маму останавливал.
Тут же, как всегда. Но ведь это значит - при детях...
"И дети меня перестали уважать..." - вывод Чуды.
Непосредственно перед уходом были и две Пустые Обиды, которые подтолкнули
Аллочку к принятию Решения. Эти ее обиды на меня были действительно пустыми и
необоснованными, и уже ПОСЛЕ Аллочка их сняла. НО - но они сыграли свою роль,
курок оказался уже спущен.
Расстреляли, а потом выяснилось, что зазря. Извинились и даже сожалели, но
человека, простите, уже нет. Так получилось.
А теперь - главное. Главное в том, что Аллочка не получала от меня самого
главного для нее - Любви. Той любви, о которой мечтают обычные женщины,
воспитанные в романтических традициях. А этого не было. И не будет от меня
никогда. Никому.
"Женщине надо, чтобы ее просто любили..." Конечно. Только, пожалуйста,
расшифруйте подтекст этой фразы, и она перестанет быть такой красивой. Женщине
надо, чтобы ее любили - то есть ей от мужчины нужны внимание и забота. И не
просто внимание и забота, а повышенное - побольше, чем всем остальным. Тут
важнее даже не "получать много", а "получать больше, чем другие". Не так даже
важно, сколько достанется мне, главное, чтобы это не досталось другим...
Красиво?
После этого стандартно идут две отбивки: "А вот и нет!" (но без аргументации) и
"А что, мужчине другого надо?!" - Конечно, того же самого. В этом плане мужчина
является скотиной ничуть не меньше женщины.
"Меня никто никогда не любил, мною всегда только пользовались..." Пользовались?
- Верно. Аллочкой было приятно пользоваться, и я делал это с удовольствием. А в
обмен отдавал себя, и отдавал щедро. Мы пользовались друг другом, и мне этого
хватало - я уже переболел любовью с переживанием единственности и уникальности.
За которой, правда, обычно не стоит ничего, кроме обычного хочу. Хочу получить:
тепло, внимание, близость...
У большинства нормальных и хорошо воспитанных людей за словом "Любовь" стоит
только острое желание пользоваться другим человеком. Слышишь "Любовь" -
расшифровывай "Желание". Само же слово "Любовь" выполняет роль Прикрытия, роль
Красивой Завесы расчетливого желания и по сути фиксирует лишь нежелание видеть в
своих отношениях явный взаиморасчет.
Посмотрите на свои отношения с любимыми и проведите инвентаризацию.
Так вот: Аллочка плакала не о том, что ею пользовались - все пользуются всеми.
Она плакала о том, что рядом с ней этого никто не скрывал.
Я этого не скрывал.
И сейчас мне очень хочется верить, что сейчас Аллочка любима и любит. Любима -
то есть будет дорогой и желанной всегда, а не только пока отвечает мечтам и
потребностям. И что она любит - то есть не уйдет к тому, кто сможет предложить
ей больше.
Можно, я эту мысль не буду проговаривать до конца?
Поздняя вставка
Господи, когда же я прекращу пропускать эти красивые романтические глупости?
"Хочется верить, что Аллочка любит - то есть не уйдет к тому, кто сможет
предложить ей больше"... Ей предложат счастья больше - откажись? Это с каких же
пор я стал желать Аллочке дурного?
Чур меня, чур - любовь попутала...
Любовь - совсем не синоним "доброго". За этим словом стоит по крайней мере
десять различных смыслов, и только несколько из них украшают человеческую жизнь.
Любовь как радость и восхищение - да. Любовь как забота - да много раз. А вот
любовь как фиксация на Единственном - вот уж нет. Душа бедна и хватает только на
одного - ну ладно, понять еще можно, но для людей рангом выше нищих ставить себе
на душу запрет любить других замечательных, то есть очень многих, людей - и
глупо, и безнравственно.
Ты лишаешь себя любви к другим - это добро? Ты отказываешь в своей любви людям,
которых мог бы согреть, которые нуждаются в этом кусочке счастья, - как ты
можешь совершить такое?
Любовь как фиксация на Единственном - это недобрый и изуродованный лик любви.
Нет, я желаю Аллочке ни в какие любови не западать, сохранять всегда украшающее
ее здравомыслие и оставаться свободной для правильных решений. И просто для
любви.
О душевной боли
Есть ли боль в душе?
Для большинства зрителей, по моим впечатлениям, это один из самых любопытных
вопросов. А для меня - самый пустой.
Куда как интереснее и важнее определить свое отношение к Боли. Разглядите веер
интерпретаций:
Душа болит, - значит, не компьютер, а живой Человек. Значит, мне родной и
близкий.
Душа болит, - значит, просто Человек. А хотелось верить, что выше...
Не важен вопрос: "Есть ли боль?", важен вопрос "Как я отношусь к боли?"
"Если душа болит, - значит, она еще дышит..." - Нет. Душа может быть живой,
может дышать - но при этом праздновать, а не болеть. Если моя душа болит, -
значит, я еще скотина. Значит, я все еще считаю свои проигрыши и не нахожу в
себе души и сознания, чтобы радоваться за тех, кто стал счастлив.
За Аллочку и В.П.
Первое и главное впечатление, когда приехал к ним в гости: удивительное
спокойствие и уют, исходящие от них обоих. И еще - они удивительно похожи друг
на друга! Такие мягкие, спокойные, домашние...
Они красивы. На них приятно смотреть.
Хотя по дороге к ним, надо признать, переживания были сложнее.
Вообще эта история дает богатый материал к размышлениям о том, чем можно душу
задевать. Итак: с самого начала всей этой нравоучительной драмы душа моя
двигалась быстро и живо, волновалась, но без боли.
Характерно было возмущение мамы: "В семье трагедия, а он ходит радостный!.."
И вдруг, рассказывая о происшедшем другу, использую фразу: "От меня ушла
жена..." - и сразу хлюпанье в горле и слезы на глазах. Это было настолько
неожиданно, что после я проверил это экспериментально: произношу "От меня ушла
Аллочка" - в душе нормальный свежий ветер, но стоит сформулировать: "От меня
ушла Жена" - и в душу врывается Боль.
Меняется одно Слово - и душа рвется. О, великий и могучий!
Еще милый эпизод. Жизнь трудная, лег в два, в пять свело ногу, уже не спалось,
сел работать. Закрутился, вошел в день без зарядки и душа. Что со мной было в
три часа дня? Да плохо было. Я начал страдать, томиться, потом позвонил Аллочке
и начал рассказывать ей что она совсем не подумала обо мне а мне плохо и так
далее.
Правда, мне хватило юмора перед этим уточнить, что это касается только моего
состояния здесь и сейчас.
Слава Богу, спустя два часа, когда я успел и поспать, и подвигаться, и вылить на
себя бодрую воду, душа приняла вполне приемлемые формы.
Итак, что чувствую я? - А что чувствуете вы, когда Судьба закрывает Прошлую и
открывает перед вами Новую Страницу?!
Спасибо, Судьба! Чуда, спасибо!
Критическое Приложение
- Я раньше с вами боялась разговаривать, вы мне казались очень умным...
- А теперь?
- А теперь не боюсь.
Вот так
Читательские письма приносят автору много радости, особенно если у него развито
чувство юмора. Как я чувствую по письмам, многим читателям видятся прямо-таки
евангельские картинки: по мраморным залам Клуба торжественно, но легкой, летящей
походкой шествует Сам Козлов Николай Иванович, а за ним торопятся его
Подвижники, ловящие Его пронзительные, проникающие в самую душу взгляды и
внимающие каждому Его - всегда точному - Слову. А когда я иду на встречу с
Новичками, я знаю, какие будут жадные взоры: вот Он, сейчас Он начнет Говорить,
сейчас мы причастимся его Окончательной Просветленности!
Тут у меня возникает ощущение, что меня с кем-то путают.
Пожили бы они рядом со мной денек, другой, чайку бы вместе попили, посуетились
по глупостям - и увидели, что...
Я НЕ ПРОСВЕТЛЕННЫЙ. Я ЛУЧШЕ - Я ЖИВОЙ
Чем и горжусь.
Богом стать нетрудно: по крайней мере, его представителем на Земле меня пытались
сделать уже неоднократно.
Чаще всего женщины и особенно душевно неуравновешенные.
Они при этом, естественно, оказывались Апостолами.
Но я не Бог и не Воплощаю никого, кроме себя. Я совершенно обычный человек,
только живу хорошо и пишу красиво. Пишу хорошо и живу красиво. Всего-навсего.
Веселым взглядом психиатра
Грустные наблюдения: я до сих пор ни разу не встретил духовного лидера, который
одновременно сумел бы создать вокруг себя серьезную Организацию и не залезал бы
на Пьедестал.
Вот безмерно уважаемый мною В.Л. Леви - на пьедестал категорически не лезет,
человек среди человеков, - но и Движение не создал. А те, кто создали Движение,
Организацию, Секту - не буду их называть, ибо люди мне близко знакомые, -
практически все тумбочки под себя подставляют.
Соответственно чувства к ним очень смешанные: уважение - и улыбка, восхищение -
и некоторая печаль.
Кто пижонит, бегая всегда с озабоченным видом и радиотелефоном в руке. Кто
торжественно восседает с полуприкрытыми глазами действительно в притихшем
окружении Сподвижников, готовые общаться лишь с тем, кто признает: его Учителем,
а себя - несмышленым Учеником.
Да, практически все они - преинтересные, сильные, неординарные люди, практически
все учат Добру. Но каждый - немного по-своему, и поэтому между собой они обычно
не дружат.
Разве можно дружить при идейных разногласиях?
Они - учителя, готовые учить даже камни. В душе - паранойяльная вера, в уме -
зашоренность, в речи - категоричность, прикрытая только Обязательной Любовью к
Людям. Эти Гуру и Маги всегда читают лекции, и перед одним человеком обычно с
такой же настойчивостью, как и перед многочисленной паствой. Они мало кого
слушают. Им не интересны люди, сидящие перед ними: массы - только материал,
который должен усвоить известную лидеру Идею. Правду. Одну-единственную.
Возражения, как правило, пресекаются - или любовно-жалостливым взглядом: "Не
дорос... Еще не готов...", или воодушевленными повторениями того, что Лидер
только что рассказывал. И еще раз повторениями.
А мыслящим людям время терять жалко, поэтому они или уходят, или смиряются и
возражать перестают, что, собственно, и требовалось. Что теперь увидит Новичок?
- Вот умный, а Лидеру не возражает. Значит...
Если же на Лидера наедет такой же упертый, начинается бодание. Осознанно или на
фоне малой психиатрии происходит бой - бой за право на духовное влияние. Борьба
за Власть.
Обычная человеческая возня.
Так вот:
Все, что написано ниже, представляется мне полностью неправильным, совершенно
несправедливым и абсолютно необоснованным. Но дело в том, что писали так люди
очень неглупые, и эти люди мне возражали, более того, возражали сильно. Они
критиковали меня: мои взгляды, меня, мою жизнь - то есть были внимательны ко
мне. Их критика резка - ровно потому, что они уважают меня и доверяют мне. За
все это я их люблю и именно поэтому даю им Слово.
Без комментариев. Я бы хотел, но авторы не разрешили. Все думаю: интересно,
почему?
Сказ о том, как Фома и Ерема счастье искали
Сказитель - Татьяна С.
Жила-была Вселенная - такое подвижное и шустрое создание. Все в ней крутилось и
вертелось с какой-то страшно закономерной силой. Одна ее часть сближалась,
соединялась, слипалась, сдружалась, влюблялась, сходилась-женилась, сливаясь в
некую Единую и Целостную структуру, летела прямо к Богу в Рай. Одновременно
другая ее часть довольно активно взрывалась, распадалась, отдалялась, ругалась,
злилась, расходилась-разводилась, рассоединяясь и дробясь на части, катилась
прямо к Черту в Преисподнюю. Шаловливым дитем эта Вселенная оказалась. Может
ведь в любой момент из-за своей же дурости и неосмысленности сама себя развалить
и разрушить.
Но на ее счастье жили-были Фома и Ерема. Жили они, друг о друге ничего не
знаючи. Решили как-то Фома и Ерема счастливыми стать. А так как были они
мудрецами-философами, то у каждого была своя Правда о Счастье и о том, как
несмышленой Вселенной помочь глупостей не наделать.
Еще у них было Понимание того, что Счастье без Любви вряд ли найдешь, а потому
была у каждого еще и своя Любовь.
А еще у них было по Хлевику уютному, а в Хлевике по Хрюшечке. Очень уж они своих
Хрюшек любили, и те платили им тем же. Днем и ночью ухаживали Фома и Ерема за
своими любимицами: по часам вкусное пойло подавали, подстилочку меняли, чтобы
уютненько, тепло и мягонько было. Хрюшечкам так хорошо и счастливо было, что
оставалось им только толстеть и хрюкать, что они с успехом и делали.
Но на беду или на счастье Заботники ихние задумали еще весь Мир осчастливить.
Начали они умные книжки и статьи разные писать и всех вокруг учить, как
счастливыми стать. А так как Мир в то время очень уж несчастливый был, работы на
этом поприще было видимо-невидимо. Стала забота о Хрюшечках сбои давать: то
пойло вовремя не подадут, то не очень вкусное, так как средства на мировые нужды
понадобились, а кошелечек свои границы имел; то подстилочку когда надо не
подстелют; да и хлевики со временем прохудились, задувать со всех сторон стало.
Видят Хрюшечки такое дело, стали они на жизнь такую роптать. А в это время
Молодцы наши додумались еще до того, что для полного Счастья Свобода должна
быть. Открыли они в хлевах все двери и окна. И вместе с этим пришла еще одна
напасть - стал всякий народ забегать, суетно стало и хлопотно.
Но нет худа без добра - стали Хрюшки свободными, стали гулять по травам-муравам.
Появились у них друзья разные, и полюбили они их тоже. И всем им очень уж хорошо
стало.
Вот как-то Ереминой Хрюшечке Друг ее возлюбленный предложил от всего сердца свой
хлевик. Посмотрела она - он оказался таким хорошим и уютным, с ее ни в какое
сравнение не идет.
Посокрушалась Хрюшечка о том, как же это она Ерему одного оставит. Стали они с
Еремой совет держать, как быть. А к тому времени Ерема еще придумал, что для
полного Счастья Привязанности быть не должно. И не только к чему-либо, но
обязательно и друг к другу. Ну, а раз так, решила она особо и не привязываться к
Ереме.
А еще Ерема для себя твердо решил, что она не от него уходит, а к Счастью
своему, в теплый хлевик, к сытой кормушечке, не понимая, бедная, что со временем
и этот хлевик прохудиться может. В общем, благословил он ее, тем более что сам
не очень-то и привязан был. А что б Ереме одному особо тоскливо не было, будет
он к ним в гости захаживать. На том и порешили. Ушла она на новое место
жительства и стала там еще больше толстеть и хрюкать от счастья и удовольствия.
А боль от потери близкой и родной Хрюшечки Ерема продышал и наверняка в пятку
загнал. Так рухнул их Союз и раздробился на части.
Потом Ерема открыл новую страницу в своей жизни. После чего, наверняка, у него
были и другие Хрюшечки.
История начала повторяться. Хотя, может быть, когда-нибудь найдет он ту, которую
будет все устраивать. А пока... А пока шелестят страницы.
А как же у нас там Фома поживал все это время? А у Фомы было вот что. Как стало
его Хрюшечке плохо, да стала она роптать на жизнь и на другие хлевики
поглядывать, начал ей Фома объяснять, что плохо ей не от того, что Фома такой уж
не заботливый, а от того, что она уж очень несовершенная. Стоит ей только
захотеть и хоть что-то в себе изменить, даже самую малость, сразу все для нее и
переменится. А Фома ей в этом поможет. Лучше лишнюю книжку не напишет и отнимет
часок-другой от проблемы Мирового Счастья. Не поверила она сначала. Потом
подумала-подумала и решила попробовать. Ну, а если не получится, она ведь
свободная, как захочет, так и сделает.
Трудное это дело оказалось, но и не бесполезное: если пойло не по часам было
подано, стала в весе терять - ну и хорошо; не очень вкусное - стала учиться
кушать все подряд; подстилка несвежая - сама себе поменяла, стала двигаться,
сало с боков исчезло; ветер в дыру задувает - стала закаляться; народу полно
захаживает - стала учиться принимать и любить их всяких, таких, какие есть, и в
то же время не давать садиться себе на шею. От такой жизни совсем хрюкать
разучилась, научилась быть счастливой в малом. А Фома ей помогает, ради нее сам
от многого своего отказался и научился не зависеть от своих желаний даже
Мирового значения, да еще от этого удовольствие получать.
Научилась Хрюшечка работать, стала Фоме помогать, хлев их в дом превратился. А
Хрюшечка стала стройной и красивой, и не только телом, но и душой. Сама не
заметила, как превратилась в Человека. И сделал он ее женушкой своей и назвал
Галатеей.
Слились они силою любви своей в Единое Целое по доброй воле, оставаясь
совершенно свободными, так как никто никого не удерживал и каждый волен был
выбирать, где и с кем ему быть, а также свободными от всех зависимостей, какие
только могут быть на свете. И превратились они в Монолит, который ничем нельзя
разорвать, разъединить, разбить, расколоть на части, так как души свои они сами
связали Любовью и не боялись быть Привязанными.
Дом же их наполнился друзьями. Был среди друзей такой, который тоже ей свой
хлевик предлагал, а Фоме - чтобы тот потом к ним в гости ходил. На что она ему
ответила: "Не разделяй нас любовью своей, так как слиты мы в Единое Целое, а
посему лучше присоединяйся к нам, посмотри, как любим мы, научись сам, позови
любую Хрюшечку любой толщины и хрюкатости, и силой любви своей создай свою
Галатею". Подумал Друг, попробовал, увидел, что это хорошо, и сделал так.
После того много всякого народа было у них, и все делали так. Образовывались
пары. Пары дружили и учились друг у друга любить. Рождались у них дети и внуки и
тоже делали так, как их родители. Много в этом краю народа человеческого
появилось, и все соединены были друг с другом через Любовь в нечто Единое Целое
- Монолит, который нельзя развалить, разбить и рассоединить на мелкие частицы.
Народ был счастлив в своем Единстве.
А что же случилось с Еремой? Ерема же работал не покладая рук, решая мировую
проблему со счастьем. Потоки страждущих и несчастных стекались к нему со всего
белого света, так как успел он к тому времени прославиться. У него иногда просто
не хватало ни сил, ни времени на всех, но он все же успевал каким-то чудом учить
хоть кого-то, хоть чему-то: кого-то он научил не хрюкать, кого-то не толстеть,
кого-то покрыться шерстью, чтобы не бояться холода, многих научил своей Свободе.
И бегают многие Хрюшки по полям, лугам в диком состоянии, совершенно ни к кому
не привязанные. Появились у многих поросята, а у этих поросят - еще поросята. И
делали они так, как их родители. Получилось огромное свиное стадо, состоящее из
разных пород, более сильных и выносливых, выведенных благодаря огромным усилиям
Еремы. Все они были счастливы. А Ерема? Наверное. Ведь жизнь была наполненной.
Только чем?..
Вот такая Правда о Счастье была у них. Разная. А секрет заключался в том, что
Фома однажды Бога повстречал и Бог ему секрет этот открыл. А замысел Его
творений был прост: хотел Он, чтобы очень шустрое и беспокойное создание
Вселенная повзрослела наконец, посерьезнела, из своего разрозненно-распущенного
состояния стала чем-то целым и собранным, чтобы не гуляла одна ее часть влево, а
другая вправо, чтобы отдельные части ее двигались в унисон, пронизанные единым
чувством, чтобы соединились они самым ненасильственным на свете способом, а
именно нитями Любви, в Единый Организм. А началось бы все с самого малого, с
Союза Мужчины и Женщины, кристаллизуясь вокруг них, образуя сообщества. Да будет
она пронизана Любовью, счастливая!
Ерема же пока Бога не встретил, а может, и сам не очень хотел, поэтому секрет
ему не достался.
... Хорошая эта Сказка. После нее хочется помолчать и в тишине подумать.
Побудьте в тишине. Подумайте. Найдите ей место в своем сердце.
Но...
Но я уже привык, что за очень, за слишком красивыми вещами оказываются вещи
нередко прозаические и местами вовсе даже некрасивые. Реальность - грубее.
А что там, внутри этой чудесной куклы? Мальчик смотрит, а внутри нее - пакля...
Аркадий Егидес
Мне нравится эта Сказка, и в первую очередь ее литературные достоинства. Более
чем интересно было прикоснуться и к работе Фомы, совершенно конкретного и очень
живого человека.
К сожалению, Владимира, мужа Татьяны С., волнуют немного другие проблемы.
Прослушиваю кассету:
- Нет, вы мне ответьте: вот у меня есть свой Путь, точнее, я его ищу. А Татьяна
мне навязывает Путь свой, а когда я его без оглядки не принимаю, мне идут
претензии, что я не ищу сближения. Так чтобы было сближение, я должен сойти с
Пути своего или она - со своего? Пути-то у нас - разные!
Здраво и в точку. А далее криво:
- Так вот: почему она не хочет сближаться, идти по моему Пути, искать его вместе
со мной?
- А потому что никакого Пути у тебя нет, развиваться ты не собираешься, ничего
ты не ищешь!
Как было красиво о семейной паре в
Поділитися у соцмережах
