Жанр: Психология
Цивилизация каннибалов
... же имеет "перехлесты":
от иных подстроенных ими "хохм" можно остаться калеками, или получить разрыв
сердца. Скорее всего, - это потомки смешения с диффузным видом недалеких
суггесторов, по-видимому, "самых поздних", т.е. отделившихся от поедаемых
суггерендов в числе самых последних. Они - как бы некие "дворняжки", но с
незначительной примесью "породы" - охотничьих собак.
Кроме того, по-видимому, сюда же следует отнести и таких достаточно
необычных суггесторов, которые вполне осознают свою, если не подлость, то по
крайней мере, бессовестность, бессердечность, иногда даже мучаются из-за
этого, но изменить себя они не в силах. Чаще всего такие индивиды находят
для себя выход в той или иной творческой, либо деловой сублимации. Из них
получаются хорошие, хотя и болезненно тщеславные, рационализаторы и
изобретатели, подчеркнуто (аж нарочито) "честные" общественные деятели, а
также "строгие, но справедливые" производственные руководители. (В далеком
прошлом в сознании именно таких людей-самобичевателей могла возникнуть
мазохистская химера о "первородном грехе человека".) К сожалению, при
удачной карьере они все-таки теряют все свои прежние зачатки
самокритичности.
В общем же случае, суггесторы занимают промежуточную, но все же еще и
отстраненную, позицию по отношению к суперанималам и к диффузному виду, хотя
и находятся они ближетаки к этим последним. В масштабах генетических
дистанций все это для большей ясности можно выразить следующим образом. Виды
соотносятся между собой так:
Сп : Сг : Дф : Нн = 8 : 4 : 2 : 1
Здесь позицию Сг=4 следует считать выступающей из плоскости. (Сп -
суперанималы, Сг - суггесторы, Дф - диффузники, Нн - неоантропы). Или в
другом ракурсе, при "виде сверху", это будет выглядеть иначе:
Сп...................................... Дф.. Нн
/
Сг------------------------------------/
Отсюда видно, что гибридизация двух хищных видов между собой
("волко-шакализация") является наименее перспективной. Но все же такое
гибридное потомство суггесторного и палеоантропического видов встречается.
Это - самые жуткие выродки, отмеченные обычно в гиперболической форме в
фольклоре и истории. Синяя Борода, Носферату, Дракула (точнее, их реальные
прототипы), многие "великие гангстеры Америки" и т.д. Им часто свойственны и
соматические (телесные) уродства, в дополнение к психологической
чудовищности и в усиление ее, или какие-нибудь необычные и сильные девиации
(отклонения); кроме того они либо стерильны, либо абсолютно - стопроцентно -
гомосексуальны. Всех их отличает как коварство, так и чудовищная жестокость.
Именно они "ставят личные рекорды" в жестокости, "побивая" в этой области
все "достижения" женщин-суггесторов. Плюс ко всему, их характеризует
совершеннейшее, истинное бесстрашие.
Реальным примером может послужить "Крошка Билли" (настоящее имя Уильям Г.
Бонней, 1859 г.р.) - абсолютно не ведающий страха гангстер-убийца - герой
американского фольклора. Память о нем внедрена в общественное сознание
американцев в виде образа явно положительного героя: вот так и происходит
хищная деформация общества! Этой же цели служит и средства "массовой
культуры" - от художественных фильмов с множеством "хороших" гангстеров, и
вплоть до грандиозно массового выпуска детских комиксов на эту же
"животрепещущую" тему. Теперь и у нас начинается то же самое. Так, напр.,
вышел на экраны, в дополнение к прочей "чернухе", и фильм, созданный по
мотивам упомянутого ранее "тюремного романа" - о "высокой" любви
женщины-следователя к убийце-рецидивисту. Не станет дело и за комиксами.
Таким образом, в итоге все же получается, что человек - этакое "самое
сексуальное животное", - хотя и охватывает обширнейший диапазон проявлений
сексуальности (от платонической любви и до сексуальных действий с
животными), тем не менее, именно в видовом плане он проявляет исключительную
избирательность, разборчивость, по большей части - неосознанную.
Следует также отметить, что видовая эксвизитность, неразборчивость половых
связей - это, в основном, бич больших городов (с населением за 200 тысяч,
т.е. там, где возможна достаточная анонимность), и она является одной из
главных причин семейных неурядиц, ведущих к распаду таких семей, разводам, и
она же наиболее значима по своим последствиям: остается гибридное потомство.
Значительная часть этого эксвизитного потомства в первых поколениях, как уже
указывалось, не достигает яркой симптоматики (степени клинической
выраженности), достаточной бы для их изоляции в лечебных заведениях. Это -
вся та, весьма многочисленная публика "с пунктиками", "со странностями", с
признаками шизоидности, "малахольности" и т.п. Явные же процессы вырождения
приходятся чаще всего на 2-е, 3-е и 4-е поколения.
Первое же поколение гибридов нередко являет собой феномен т.наз.
"гетерозиса": т.е., наоборот, демонстрирует повышенную жизненную энергию и
сверхактивность. И судя по всему, именно такие вот "недосумасшедшие" (к
величайшему сожалению, не изолированные) несут в мир, как и несли в прежние
времена, наибольшее количество социального зла и общественного хаоса.
Но вместе с тем, они же придают и наибольшую динамику общественным
движениям, проявляя социальную сверхэнергичность. Это - именно то, что
Л.Н.Гумилев определил как "пассионарность" [9]. Дисбаланс сознания
пассионариев простонапросто не дает им возможности остановиться и подумать,
что же это они такое вытворяют. Они неспособны "присесть и поразмышлять" над
своим жутким поведением, их в таких случаях поджидает страшная депрессия, им
необходимо постоянно отвлекаться каким-либо "общественным делом",
обязательно "быть на людях". Это о них пишет в "Окаянных днях" И.Бунин:
"Какие же они все неутомимые, дьявольски двужильные - все эти Ленины,
Троцкие, Сталины, фюреры, дуче!" Чистокровные же представители хищных видов
все же более психически стабильны и спокойны. Они, в частности, могут годами
вынашивать месть, или "для дела" способны затаиваться на длительное время,
тщательно готовиться (иллюстративна здесь вендетта, кровная месть). И в
итоге, любое такое дело они всегда стараются довести до своего страшного
конца. Гибриды же совмещают в себе несовместимое. И этот трагический
саморазлад приводит к самым неожиданным и непредсказуемым последствиям. Его
можно было бы определить, как "синдром Достоевского", ибо и Раскольников, и
многие другие герои его произведений, отражают именно эту двойственную
гибридную позицию, в первую очередь присущую самому Достоевскому.
Все же, справедливости ради, нужно отметить, что именно от таких вот
"недопроявленных сумасшедших" гибридов исходит и значительная часть
достижений во многих областях духовной жизни человечества. Именно этот
аспект выхватил и осветил знаменитый психиатр Ч. Ломброзо в своем труде
"Гениальность и помешательство". Но они же - эти "помешанные гении" -
привносят повсюду и гибельные тенденции, наиболее "легкая форма" которых -
это "маразматизация" художественного творчества и литературы.
Ч. Ломброзо [12] также вплотную подбирался и к идентификации "преступного
типа" - т.е. суперанимала и одного из подвидов суггесторов (тех
манипуляторов, которые в силу подходящих своих внешних, "устрашающих",
данных способны длительное время успешно имитировать суперанимала - как
правило, до столкновения с истинным сверхживотнымнеотроглодитом).
Но все дело в том, что внешние физиологические характеристики оказываются
здесь неоднозначными, что и не позволяет дать подобное конкретное описание.
Сущностные характеристики видовых различий лежат глубже, и проявление их на
поверхности, во внешнем облике, имеет лишь опосредованный, вторичный
характер.
...Четыре вида женщин, в общих чертах описанных выше, представляют,
собственно, весь гетеросексуальный нормативный "ассортимент", предлагаемый
мужчинам Природой. Хотя здесь, вроде бы, считается, что гибридные женщины -
явление так или иначе патологическое - разве что "на любителя", чаще на
такого же малахольного, но тем не менее, даже и при таких полностью
гибридных связях возможны случаи видового генетического восстановления
потомства, как бы непроизвольная селекция; обычно происходит восстановление
хищного генотипа, как более простого.
К тому же женщины имеют в своем характере множество неприятных черт,
свойственных также и педерастам - пассивным гомосексуалистам. Правильнее
будет говорить, что "ничто педерастическое женщинам не чуждо". Это -
неимоверно важное - обстоятельство, обычно абсолютно не замечаемое или
игнорируемое большинством мужчин, разбивает вдребезги последнюю эротическую
иллюзию мужчин: встретить когда-нибудь совершенно необычную - прекрасную и
душевную, как бы даже и неземную - незнакомку. Эта иллюзия сама по себе
достаточно безобидна и мало кем принимается за чистую монету, за
исключением, возможно, только искренних поэтов - этих, как правило,
полубезумцев, грезящих наяву и кончающих жизнь в обязательном порядке
довольно рано: ввиду явной своей бытовой неадекватности.
[ Прибавление. Тема "незнакомки", идеальной женщины без прошлого - одна из
сквозных тем поэзии, в то время как проза "снизила, опустила" ее до сюжетной
незнакомки с весьма богатым, но простительным прошлым.] Но самым главным во
всем этом "иллюзорном деле" является то, что базируется указанная иллюзия на
вполне реальном, расхожем (и именно поэтому-то и страшном!) допущении, что
женщина якобы является хранительницей и гарантом нравственности. Здесь
наличествует явно неправомерное смешение консерватизма женщин и
вынужденности их позиции в отношении морали, позиции - в подавляющем
большинстве случаев ханжеской. Но объективности ради, все же нужно отметить,
что, так или иначе, но внешние функции сбережения и охранения моральных норм
в обществе многие женщины исполняют рьяно, исправно и неутомимо.
Если упомянутые сволочные черты характера у мужчин сразу же берутся "на
заметку" и становятся объектом той или иной негации, типа высмеивания,
конфронтации и т.п., то у женщин они же признаются простительными и, мало
того, - даже необходимыми и желательными, вплоть до того, что они получают
психологические псевдообъяснения и разноплановые оправдания: дескать,
"настоящая женщина" должна быть обязательно малость "стервозной" и т.д. -
явная параллель с "критериями" для "настоящих мужчин".
Кстати, точно такая же двойственная картина наблюдается и в подходе к
интеллектуальным способностям обоих полов. Если очевидные глупости говорит
или делает мужчина, то он заведомо признается дураком, если же что-либо
"сморозила" или "отчудила" женщина, то это уже проявление пресловутой и
столь же знаменитой "женской логики" и ничего больше. (Конечно, в этой
снисходительности, возможно, есть и нечто благородное, если даже и не
рыцарское, но так же равно можно посчитать и унизительным такое отношение к
женщинам - прямо, как к дефективным детям.) Наиболее же отчетливо эта
позиционная разница проявляется в перанусном копулятивном поведении, и здесь
"двуликий анус" иллюстративен как нигде. Если подобная сексуальная практика
ставит мужчину (правильнее в таком случае будет уже употребление кавычек:
"мужчину") на самый край социальности, помещает его вне нормативного
"мелового сексуального круга", то для женщины - это всего лишь
незначительный штрих в ее сексуальной биографии, и даже отнюдь не
негативный, ибо в сексологической литературе зафиксировано и оргазменное
поведение именно такого плана у женщин. К тому же и абсолютно
гетеросексуальные (единственно нормальные!) мужчины не выказывают своего
отрицательного отношения к освещаемой копулятивной гетеросексуальной
модификации, считая, что "в сексуальном плане между мужчиной и женщиной
допустимо все".
Эти "педеро-феминные" черты характера в обязательном порядке и во всем своем
(довольно-таки значительном) объеме присущи суггесторному виду женщин,
самому многочисленному хищному женскому компоненту, а также эти же черты
свойственны суггесторам-мужчинам и многим суггесторно-диффузным гибридам.
Женщинам других видов они присущи в той или иной, но все же в гораздо
меньшей, степени. Гибридные женщины своей шизоидностью или бытовой
неадекватностью обычно отодвигают далеко на задний план этот "обязательный"
психологический пласт в своем характере, и даже - в случае обладания
достаточной женской красотой и привлекательностью - им удается перевести все
это хозяйство в русло "изюминки", "оригинальности", что определяется
"слабыми и охочими до женщин" мужчинами, как "интересность", извиняющая все
остальное, за что они, подчас, и расплачиваются очень и очень горько.
Недооценивание мужчинами, а не то и полное непринимание ими в расчет, зла,
исходящего от женщин, и их огромной потенциальной опасности, делают для них
"слабый пол" на порядок опаснее. Эта разница - без всякого преувеличения, -
как соотношение между реальной живой змеей на груди и "змеей" просто: как с
абстрактным понятием или с одноименной статьей из энциклопедии. У любого
мужчины найдутся десятки примеров, доказывающих и прискорбно иллюстрирующих
сказанное.
Вот почему совсем не случайны попытки мужчин всех времен и народов всячески
осадить женщин. Эта дискриминационная в отношении женщин тенденция
прослеживается буквально у всех народов и во все эпохи, и декларируется она
чаще всего в форме присвоения женщинам статуса второсортности. Крайний,
предельный случай в этом направлении явили миру арабы: у них женщины - это
существа, не имеющие души и поэтому вынуждено пользующиеся душами своих
детей. (Здесь оказалась как бы предвосхищена практикой позднейшая
"психологическая теория отсутствия души у женщин", созданная О.Вейнингером
[30].) Дальше вроде бы как уже и некуда, разве еще только то, что кормят
женщин во многих арабских сообществах в последнюю очередь: вместе с
собаками, и -тоже объедками.
[ Прибавление. Есть и еще один, самый страшный (опять-таки, понятно, для
женщин) факт проявления неравноправия полов. Это - старение: "старый мужчина
- это все-равно мужчина, а старая женщина - это старая женщина". Все это
очень и очень несправедливо, и все - как раз именно из-за влияния хищного
стереотипа "красоты", и в этом моменте тоже проявляющей свои истинные,
реальные "спасительные" возможности. Ведь человеческая красота - это
разновидность уродства, но как бы со знаком плюс. 95 °/о людей по ее канонам
откровенно некрасивы! И поэтому влечение к женщине в нормальном, т.е.
нехищном обществе должно оставаться всегда на "казановском" уровне. Как
известно, Казанова имел равно повышенное влечение ко всем взрослым женщинам,
даже к старухам. Одновременно, он смертельно ненавидел гомосексуалистов.
Подобную сексуальность можно лишь приветствовать. И она, действительно,
предельно естественна. Достаточно вспомнить "голодное" поведение мужчин,
длительно пребывавших в условиях изоляции от женского общества. Или -
замечательные порядки, бытующие у австралийских аборигенов: мальчики и юноши
"набираются опыта" у древних старух, а затем, по мере взросления и старения
берут себе все более и более молодых партнерш. Великолепный обычай!
Трогательный и справедливый! ] В этом же состоят и корни "двойной морали",
согласно которой поведение женщин не должно быть схожим с мужским в любой
области, но особенно грозно это "морализирование" проявляется в двух сферах
- профессиональной и сексуальной. Действительно, женщины претендующие на
успешное овладение мужской профессией или уже обладающие таковой выглядят в
глазах мужчин, по меньшей мере, подозрительно. В идеальном случае, женщины,
имеющие детей, не должны работать вообще, а заниматься их воспитанием и
заодно - самообразованием. Но и то - лишь до наступления у детей
пертубертатного периода (полового созревания). Дальнейшее воспитание должно
осуществлять уже общество - это было бы аналогом "мужских домов" у т.наз.
"примитивных" народов, точнее бы - естественных обществ. Но, конечно же,
подобные мероприятия способны принести пользу и осуществимы они лишь в
гипотетических - честных и разумных - человеческих сообществах, что пока
(или же и вообще) слишком фантастично для того, чтобы стать реальностью.
Если вышеприведенные упреки в адрес наших милых дам можно все же попытаться
как-то оспорить, то второсортность и ущербность эстетического восприятия у
женщин прослеживается уже бесспорно и однозначно, точно так же, как и
эстетическая (помимо нравственной) сниженность мужеложества. Ситуация здесь
такова, что в обоих этих случаях присутствует влечение к мужчине, как к
психоэстетическому элементу восприятия, объекту. Но все дело и вся соль в
том, что женщины объективно красивее мужчин! Ведь именно они являются
носительницами симметричного набора хромосом - XX. Контрастным доказательным
примером являются птицы, у которых наряднее уже петух, также имеющий тот же
симметричный хромосомный набор.
И поэтому требования женщин к физическим - т.е., собственно эстетическим -
качествам мужчины, как предмету их любви (объекту сексуального предпочтения
или же позитивной оценки) вынуждено более элементарны, точно так же, как и у
петухов к курицам. Действительно, - ну, прямо-таки какой-то эстетический
курьез, и не иначе: красавец - разноцветный петух (алый гребень, шпоры,
хвост радугой!), и... как угорелый без устали гоняется за невзрачными
блеклыми хохлатками. Хорошо хоть, что у людей активное начало все же за
мужчинами, именно поэтому так чудовищно смотрятся все эти суфражистки и
феминистки - в большинстве своем лесбиянки или же бисексуалки.
[ Прибавление. Но есть все же в этой женской необъективности что-то очень и
очень отталкивающее. Роскошно-пышнотелая, златовласая,
изумрудно-зеленоглазая красавица боготворит (или же только создает видимость
- это еще более противно!) своего мужа: высочайшего начальника - брюхатого,
плюгавого, лысого, уродливого мужичонку, к тому же еще - растлителя и
садиста, что наверняка хорошо известно и ей самой.] Для женских критериев в
оценке ими мужчин доминантны сила, волевые качества, нередко - физиология,
часто - материальная сторона вопроса может решить все. Существует даже
определенная, зафиксированная в литературе и фольклоре зависимость: чем
красивее женщина, тем большая вероятность того, что ей будет нравиться, или
же в конце концов так или иначе "сядет ей на хвост", и причем - успешно, что
называется, "завоюет ее", более уродливый мужчина. "Соломенный парень
золотую девку берет", - и хотя в этой пословице, точнее, в народном
наблюдении, предполагается несколько иной контекст (этакий "мужской
шовинизм"), тем не менее все это лишний раз говорит о том, что красивая пара
- это большая редкость. И причина этого во многом состоит именно в
"некомпетентности" женщин в этом оценочно-эстетическом вопросе.
[ Прибавление. Кстати, нигде так явно не проявляется связь столь знаменитых
философских категорий - эстетическое и этическое, - как в гомосексуальной
своей сниженности. Достаточно будет указать лишь на творения великого
Микеланджело, точнее, на те из них, в которых этот знаменитейший гомик
пририсовывал к откровенно по-мужски мускулистым телам женские груди, и
получал таким патологическим образом своих псевдоженщин - совершенно
неотличимых от современных уродин, которых делают из себя путем
"бодибилдинга" (культуризма) некоторые женщины. Подобное наращивание мышц
женщинами - это такое же отвратительное занятие, как и женский бокс, борьба
(в мазуте или в грязи), как и вообще весь этот неприемлемый - ни этически,
ни эстетически - спектр: от женщин-гладиаторов в цирках Древнего Рима и до
позавчерашней пьяной драки проституток на Казанском вокзале в Москве.] О
второсортности эстетического восприятия у женщин и их одновременной
этической сниженности совершенно объективно говорит еще и то, что все эти
"сердцееды", "бонвиваны", "дамские угодники", "донжуаны", "половые
разбойники" и т.д., пользующиеся у наших милых дам неограниченным успехом, -
все они, как на подбор, представляют собой, во всех мыслимых отношениях,
немыслимо мерзкую публику.
Кроме того, эти потаскуны, а как правило, большинство из них - суггесторы,
вырабатывают и сообразные своей подлой сущности неимоверно похабные ритуалы
ухаживания, становящиеся по необходимости затем и общепринятыми, что
разлагающе воздействует на культуру общества. (К счастью, не все женщины
"падки на подлецов и мерзавцев", есть и "счастливые исключения", и к тому же
- достаточно многочисленные, как, например, до недавнего времени в России.)
Ко всему еще нужно учесть и то, что именно такими вот павианообразными
паскудцами наводнены все творческие сферы культуры и искусства. Вот, как-то
совсем недавно, довелось услышать по радио рассказ о некоем отечественном
кинорежиссере (имя им сейчас легион!), который лепит такую
"порнуху-чернуху", что даже его "творческие" коллеги чувствуют себя
смущенными, вплоть до того, что пытаются как-то его урезонить! Тот же им
"объясняет": "Ну, дайте же мне, наконец-то, выплеснуться, перегореть!" А сам
он, рассказывают дальше, весь из себя старый, лысый, остатки волос седые...
Ну куда и когда такому-то уже выплеснуться?! Когда он сам по себе и есть
помойка!! Только так вот - вместе с помоями! Похоть, до конца жизни -
похоть, в самых мерзких своих формах...
В дополнение к отмеченным этико-эстетическим категориям, нужно сказать, что
инверсное (извращенное) половое влечение еще ко всему и "портит погоду" в
общей, нормативной области взаимоотношений полов, созданием некой "атмосферы
подозрительности" как бы замарывает всех мужчин. Единственным до некоторой
степени возможным оправданием пассивных гомосексуалистов (педерастов)
является их психо-либидозный движитель: сексуальная мечта о женщине с
фаллосом. Все-таки женщина, даже и здесь справедливо: "ищите женщину" и
найдете! Примечательно, что подобная, позорящая весь "прекрасный пол",
прослойка - это продажные женщины, проститутки, а отнюдь не лесбиянки и
бисексуалки.
[ Прибавление. В связи с этим возникает одно весьма примечательное, чисто
местное обстоятельство. Россия, как уже указывалось, характеризуется
феминной социальной направленностью (не Дядя Сэм, не Джон Буль, а -
Россия-Матушка). И здесь все делается "побабьи": то есть, орут, надрываются,
а толку мало, точнее, от этих сверхусилий почти всегда выходит один вред.
Поэтому-то и приходится по большей части заниматься поисками виновных
(точнее, хотя бы номинальных козлов отпущения, ибо виновных как таковых нет)
- " кто виноват?", и к тому же всегда с опаской подходить и очень
нерешительно браться за чтолибо новое - "что делать?".
Ко всему еще присутствует одновременная социальная придавленность,
ущемленность мужской составляющей российского общества (контрастный пример в
этом являют латиноамериканские страны, в которых существует довольно-таки
"крутой" культ "настоящего мужчины"). В результате всего этого создается
парадоксальная ситуация, еще одно "русское чудо", и следует печальный, хотя
до какой-то степени и забавный вывод: наиболее мужественными - в
традиционном, классическом определении - здесь могут быть признаны
единственно именно педерасты, как презревшие, несмотря на опасность
(уголовную ответственность), некие социально-этические нормы и правила.
Правда, сейчас - после опрометчивой отмены 121-ой статьи УК -и эти
противоестественные "герои" сошли со сцены.
Действительно, честных, бескорыстных борцов за какое-либо "правое дело" в
России практически нет: буквально единицы на всю такую огромную страну!
Взять хотя бы нынешнюю политическую оппозицию. Несмотря на всю
тысячепроцентную справедливость своих призывов и обвинений, "непримиримые"
до сих пор не имеют приемлемого лидера русской национальности! Правда, в
этом плане нельзя не отметить появление на политическом горизонте
знаменитого генерала Александра Лебедя! Но и он "частично в пушку", - имея в
виду его недальновидную (?!) позицию в августе 1991 года.
Так что здесь могут существовать и существовали немало разрозненных
борцов-одиночек, но все они обычно являются либо шизофрениками, либо
нацменами, т.е. нерусскими, к тому же - всегда преследующими свои локальные
цели. Точно так же нельзя считать мужественными - даже потенциально - пьяных
хулиганов, террористов и бандитов, которые в одиночку или группами нападают
на цепенеющие при этом толпы безоружных людей. Ибо то, что такие небольшие
"компании" или даже одиночки способны терроризировать и психически подавлять
большие группы, не имея какой бы то ни было подлинной смелости, являе
...Закладка в соц.сетях
