Жанр: Политика
Сталин. Путь к власти.
...рос
считался решенным. Его авторитет воспринимался товарищами как что-то само
собой разумеющееся. Я не имею в виду, что они механически повиновались или
ощущали какую-то угрозу. Я признаю и теперь, что эта позиция являлась
результатом его несомненного превосходства"52.
Каким образом Ленину удавалось подчинять своей воле партию, не будучи
всемогущим главой исполнительной власти, имеющим право отдавать распоряжения
руководящим органам? Возможно, это объясняется авторитетом, который он
завоевал, основав партию большевиков, и совершил замечательный подвиг,
приведя ее к власти в 1917 г.? В какой-то мере это объяснение справедливо,
хотя его вряд ли можно признать исчерпывающим. Ибо остается открытым вопрос
о том, как Ленин приобрел авторитет еще в самом начале своей деятельности и
каким образом он сумел сохранить его. Здесь полезно вспомнить, что престиж
многих исторических вождей, достигнув вершины, затем быстро падал.
Источником же феноменального авторитета Ленина в партии явились в конечном
счете его необыкновенные качества как революционного вождя и политического
деятеля. Если употребить упоминавшиеся ранее понятия, то можно сказать, что
Ленин отвечал веберовской концепции харизматического лидера, когда лидер
завоевывает авторитет не в силу занимаемой по закону должности или
передаваемого по наследству титула, а благодаря своим дарованиям
(харизматическим качествам), "согласно которым его выделяют из среды
обыкновенных людей и обращаются с ним, как с человеком, наделенным
сверхъестественными, сверхчеловеческими или по крайней мере исключительными
способностями или талантом" (в последнем случае "сверхъестественное" и
"сверхчеловеческое" исключается)53. С другой стороны, можно вспомнить слова Ленина из "Письма к
товарищу о наших организационных задачах" (1902). Описав характер
революционной организации, которую предусматривает его план, Ленин заявил,
что ее задача - действовать, "сохраняя руководство всем движением, сохраняя,
разумеется, не силой власти, а силой авторитета, силой энергии, большей
опытности, большей разносторонности, большей талантливости"54. Это положение о
путях сохранения партией руководства массовым движением можно рассматривать
как достаточно точное описание тех качеств, посредством которых сам Ленин
удерживал руководство партией в течение двух последующих десятилетий.
В те пять лет активной жизни, которые ему еще оставались после взятия
большевиками власти, Ленин был истинным центром большевистского руководства.
Авторитет, энергия и такт руководителя позволяли ему управлять многими
волевыми личностями из числа большевиков и оберегать работу от слишком
серьезных сбоев из-за личных конфликтов и вражды, которые имели место,
например, между Сталиным и Троцким в период гражданской войны. Ленин
осуществлял верховное руководство в большевистской политике и в гражданской
войне, на международной арене, в экономике и в организации новой
государственной системы. В марте 1921 г., когда революция переживала
глубокий кризис, он явился инициатором одного из тех крутых и далеко идущих
изменений курса, которые были характерны для его политического стиля. К тому
времени белые армии оказались разбитыми, однако в уставшей и истерзанной
войной России крестьяне громко выражали недовольство, а местами и бунтовали
против насильственных поборов зерна, к которым правительство осажденной со
всех сторон страны постоянно прибегало при "военном коммунизме". В тот
момент, когда в Москве работал Х съезд партии, матросы и рабочие
Кронштадтского военно-морского гарнизона подняли вооруженный мятеж под
такими подстрекательскими лозунгами, как "Советы без большевиков!". Красная
Армия подавила восстание, но правительство Ленина учло его политическую
подоплеку. Под руководством Ленина Х съезд принял новую экономическую
политику (нэп), заменив принудительное изъятие хлеба прогрессивным
продналогом, которым облагались примерно 25 млн. существовавших тогда в
России мелких индивидуальных крестьянских хозяйств. Съезд ознаменовал собой
переход не только от войны к миру, но и от "военно-пролетарской диктатуры"55 первых лет к
гражданскому миру в условиях новой экономической политики, которая длилась в
течение почти всех 20-х годов.
Советская внешнеполитическая стратегия, в соответствии с которой
Коминтерн и Наркоминдел действовали как два инструмента двойственной
политики (с помощью одного стремились свергнуть капиталистические
правительства, а с помощью другого пытались устанавливать с ними деловые
отношения), были, по сути, творением Ленина в такой же мере, как и курс
советской дипломатии, имевший целью укрепить безопасность революционного
государства путем усугубления трений между врагами. Более того, Ленин
постоянно следил за внешнеполитическими делами и даже временами диктовал
народному комиссару иностранных дел Георгию Чичерину тексты дипломатических
нот иностранным правительствам56. Наряду со всей этой деятельностью по прямому политическому
руководству Ленин много выступал с речами, писал статьи для советской печати
и создал такие важные политические труды, как "Очередные задачи Советской
власти", "Пролетарская революция и ренегат Каутский", "Детская болезнь
"левизны" в коммунизме". В конце жизни, когда болезнь сделала Ленина
частично неработоспособным, он в серии коротких писем, которые Бухарин
позднее назвал "политическим завещанием" Ленина, продолжал давать
руководящие указания относительно будущей советской политики. В них в
основном речь шла о главной проблеме преобразования отсталой России нэпа в
страну, которую можно было бы с полным правом назвать социалистической.
Стоит ли удивляться, что в свете сказанного фигура Ленина в глазах
большевиков выросла до гигантских размеров. Он олицетворял собой чудо
удержания власти и последующих надежд на коммунистическую революцию на
родине и за рубежом. Не только близкие соратники, но и великое множество
членов партии не просто обожали, а буквально боготворили Ленина. Лучшим
свидетельством тому являются рассказы очевидцев, наблюдавших за партийной
аудиторией во время публичных выступлений Ленина. В своем репортаже Уолтер
Дюранти писал: "Я видел Ленина, когда он говорил со своими сторонниками.
Небольшого роста, энергичный, плотный человек под ослепительным светом,
встреченный бурными аплодисментами. Я обернулся, их лица сияли, как у людей,
взирающих на божество. И Ленин был таковым, независимо от того, считали ли
вы его заслуживающим проклятия антихристом или рождающимся раз в тысячелетие
пророком. По этому вопросу можно спорить, но, если пять тысяч лиц способны
засветиться и засиять при виде его (а я это наблюдал), тогда я заявляю, что
он был необыкновенной личностью"57. Мемуарная литература изобилует подобными фактами. Один
коммунист, который слышал Ленина на каком-то послереволюционном собрании,
рассказывал о реакции присутствующих: "Лица их просветлели. Это было
поистине интеллектуальное пиршество"58. Игнацио Силоне, впервые увидевший Ленина на конгрессе
Коминтерна в 1921 г., вспоминает, что "всякий раз, когда он входил в зал,
атмосфера менялась, делалась наэлектризованной. Это был почти физически
ощутимый феномен. Он заражал энтузиазмом так же, как верующий среди
сгрудившихся подле алтаря в соборе св. Петра излучает священное горение,
которое волнами расходится по храму"59.
Преклонение перед Лениным проявлялось в склонности последователей
делать его центральной фигурой культа его личности. Об этом, например,
свидетельствовала реакция общественности на ранение Ленина 30 августа 1918
г., когда какое-то время он находится между жизнью и смертью. В тот период в
советские газеты приходили тысячи писем с выражением преданности и горячих
пожеланий скорейшего выздоровления. Троцкий, впоследствии осудивший культ
Ленина, в речи 2 сентября 1918 г. заявил: "Никогда собственная жизнь каждого
из нас не казалась нам такой второстепенной и третьестепенной вещью, как в
тот момент, когда жизнь самого большого человека нашего времени подвергается
смертельной опасности. Каждый дурак может прострелить череп Ленина, но
воссоздать этот череп - это трудная задача даже для самой природы". По
словам Луначарского, Троцкий, по-видимому где-то в это же самое время, хотя
и не публично, заметил: "Когда подумаешь, что Ленин может умереть, то
кажется, все наши жизни бесполезны, и перестает хотеться жить"60. А через несколько
дней Зиновьев, выступая в Петроградском Совете (о чем шла речь выше),
заявил, что Советское государство нашло в Ленине "не только своего главного
политического вождя, практика, организатора, пламенного пропагандиста, певца
и поэта, но и своего главного теоретика, своего Карла Маркса", и далее
характеризовал Ленина следующим образом: "...возьмите фанатическую
преданность народу, какая отличала Марата, возьмите маратовскую
неподкупность, возьмите его простоту и интимное знание народной души,
возьмите его стихийную веру в неиссякаемую силу "низов"; возьмите все это от
Марата, прибавьте к этому первоклассное образование марксиста, железную
волю, глубокий аналитический ум - и вы получите фигуру Ленина такой, какой
мы ее знаем сейчас".
Ничто не могло для самого Ленина, которому было так чуждо всякое
стремление к личной славе, быть более неприятным, чем этот неиссякаемый
поток публичных эмоций и восхвалений. И поэтому, когда состояние его
здоровья улучшилось до такой степени, что он смог вернуться к работе, Ленин
ужаснулся, читая напечатанное в советской прессе после покушения. Его
помощник в Совете Народных Комиссаров В. Д. Бонч-Бруевич вспоминает, как его
срочно вызвали к Ленину, который воскликнул: "Это что такое? Как же Вы могли
допустить?.. Смотрите, что пишут в газетах?.. Читать стыдно. Пишут обо мне,
что я такой, сякой, все преувеличивают, называют меня гением, каким-то
особым человеком, а вот здесь какая-то мистика... Коллективно хотят,
требуют, желают, чтобы я был здоров... Так, чего доброго, доберутся до
молебнов за мое здоровье... Ведь это ужасно!.. И откуда это? Всю жизнь мы
идейно боролись против возвеличивания личности отдельного человека, давно
порешили с вопросом героев, а тут вдруг опять возвеличивание личности! Это
никуда не годится"61.
Не довольствуясь высказанной в частном порядке тревогой, Ленин поручил
Бонч-Бруевичу и еще двум помощникам посетить (начав с "Правды" и "Известий")
все редакции советских газет и разъяснить, что восхваление его личности
следует немедленно прекратить. "На другой же день газеты были все в другом
тоне, - говорится далее в воспоминаниях, - и Владимир Ильич более не
поднимал этого вопроса..."
Однако прошло немногим более года, и последователи Ленина опять
проявили склонность вознести его на пьедестал. В речах на одном из партийных
собраний, состоявшемся в апреле 1920 г. в честь пятидесятилетия Ленина, и в
опубликованных советской печатью по этому случаю статьях они провозгласили
Ленина вождем62
русской и мировой революции. Максим Горький сравнил его с такими
историческими фигурами, как Христофор Колумб и Петр Великий. Евгений
Преображенский назвал его "душой и мозгом Октябрьской революции". А. Сольц
изобразил Ленина историческим героем нового склада, вождем сознательно
действующих масс, которые нуждались не в герое для поклонения, а в вожде,
который, как Ленин, был бы "плотью от плоти их, их мыслью и словом". По
выражению Троцкого, Ленин сочетал в себе марксиста-интернационалиста и
русского революционного деятеля, чем-то "похожего на крепкого, умного
мужика". Россия, заявил Троцкий, никогда не переживала ни своей буржуазной
великой революции, ни реформаций, ее национальная революция вращалась вокруг
рабочего класса, руководимого Лениным. "Наша история, - продолжал он, - не
дала в прошлом ни Лютера, ни Фомы Мюнстера, ни Мирабо, ни Дантона, ни
Робеспьера. Именно поэтому русский пролетариат имеет своего Ленина". Бухарин
отдал дань Ленину как учителю, создавшему новую теоретическую школу
марксизма, и в этой связи отозвался об остальных большевистских лидерах как
о его "учениках". Сталин, выступивший одним из последних, заметив, что ему
осталось мало что сказать, посвятил свое выступление скромности Ленина.
Сталин напомнил о двух случаях, когда Ленин ошибался (в одном из них Ленин
не желал затягивать с началом восстания до созыва съезда Советов в октябре
1917 г.), а позднее мужественно признал свои ошибки. Затем в статье,
опубликованной в "Правде" к пятидесятилетнему юбилею, Сталин назвал Ленина
"организатором и вождем" Российской коммунистической партии. Статья
заканчивалась сравнением Ленина с пролетарскими вождями двух типов,
известных истории, - с такими выдающимися вождями-практиками,
самоотверженными в бурное время, но слабыми в теории, как Лассаль и Бланки,
с вождями мирного времени, сильными в теории, но слабыми в делах организации
и практической работы, каковыми являлись, например, Плеханов и Каутский.
Величие Ленина как вождя в том, что он, по словам Сталина, соединял в себе
оба таланта63.
Ленин вновь выразил, на этот раз публично, свое нежелание быть объектом
преклонения, когда вознамерились отпраздновать его день рождения. Он
отсутствовал на юбилейном собрании до тех пор, пока не прекратились
восхвалявшие его речи. Появившись после перерыва и встреченный бурными
аплодисментами, он сдержанно поблагодарил присутствовавших, во-первых, за
приветствия, а во-вторых, за то, что его избавили от выслушивания их. Затем
Ленин выразил надежду, что со временем будут созданы более "подходящие
способы" отмечать юбилейные даты, и закончил свою речь обсуждением будничных
партийных проблем. В этом же коротком выступлении он предупреждал партию об
опасности головокружения от успехов и превращения в "зазнавшуюся партию"64.
Таким образом, большевистская партия, несмотря на значительный рост
своих рядов после революции, продолжала, уже пребывая у власти, по существу,
оставаться тем, чем она была в самом начале, на заре века, то есть
сосредоточенным вокруг вождя движением. Но как относились к политическому
лидерству Ленина беспартийные массы России? Нам известно, что встречавшиеся
с ним русские рабочие и крестьяне ощущали притягательную силу его личности.
Например, М. А. Ландау-Алданов, русский социалист и политический оппонент
Ленина, рассказывает об одном рабочем, с которым имел короткую встречу: "Я
видел этого рабочего в тот момент, когда он вернулся после беседы с Лениным.
Рабочий был сильно возбужден, просто сам не свой. Обычно спокойный и
рассудительный, он вдруг заговорил, будто в экстазе. "Вот это человек, -
повторял он вновь и вновь, - это человек, за которого я отдал бы жизнь! С
ним для меня начинается новая жизнь! Эх, если бы у нас был такой царь!""65. Можно привести и
другие примеры. Нужно, однако, быть осторожными, обобщая эти свидетельства.
С уверенностью можно лишь сказать, что, несмотря на недостаточное развитие
средств информации в России того времени, Ленин как личность произвел в
народных массах чрезвычайно глубокое впечатление и возбудил сильные чувства,
как позитивные, так и негативные. Двойственный характер отношений
обусловливался тем фактом, что простые русские люди, издавна привыкшие
отождествлять политическую власть с царем, были склонны видеть в Ленине
олицетворение большевизма, к которому в революционный период население
испытывало довольно противоречивые чувства. Те, для кого большевистская
революция представляла угрозу их религиозным и иным ценностям, принимали
Ленина за воплощение сатаны; те же, для кого революция означала надежду
избавиться от нищеты, видели в нем избавителя. В результате Ленин еще при
жизни стал в буквальном смысле легендарной фигурой и героем фольклора.
В Средней Азии, например, имели хождение легенды, которые изображали
его освободителем, ниспосланным аллахом для того, чтобы сделать людей
счастливыми66. В
глухих деревнях Урала писательница Сейфуллина слышала похожие сказки. В
одной из них, созданной в духе древних русских былин о богатырях, говорилось
о том, как человек "чину-звания неизвестного, без пашпорту, а по прозванию
Ленин" поделил народ с "Миколашкой-царем", забрав себе простых людей и
оставив царю всю знать, и как Ленин одерживал в борьбе верх, поскольку бояре
ничего не могли делать без простого народа, а у генералов не было солдат,
которые бы за них воевали. Сейфуллина обнаружила, что в сельских районах у
Ленина были и обвинители и защитники. Причем и те и другие выражали свои
чувства с необычайной горячностью. Она слышала глубоко религиозных крестьян,
фанатичных приверженцев русской православной веры, изображавших Ленина
ужасным злодеем. Вдохновенно читавшие наизусть целые страницы Библии
старообрядцы и сектанты утверждали за Лениным число зверя, число шестьсот
шестьдесят шесть, число антихристово. Другие сектанты, также с множеством
ссылок на Священное писание, выступали за него, заявляя, что Ленин - это
носитель справедливого священного гнева праведности, что он пришел, чтобы
исполнить предсказание пророка Исайи, что поступает он по Библии, отбирая
"жирные пажити богатых". В старообрядческом поселке сухощавый, огненно-рыжий
кержак, утверждая веру в Ленина, записался в партию. И на каждом сходе,
грозно размахивая ружьем, выкрикивал священные тексты, доказывая
справедливость политических деяний Ленина67. Таким путем число
сторонников Ленина увеличилось за счет простых русских людей, хотя для них
марксизм оставался таким же загадочным, как и любая богословская система. Не
всегда эти люди вступали в партию.
Как уже указывалось, на отношение крестьян к новому строю оказывала
сильное влияние проводившаяся правительством аграрная политика. В период
"военного коммунизма" (1918 - 1921) советское руководство было как бы о двух
головах: поощряя раздел оставшихся земельных угодий и гарантируя владение
ими, оно в то же время национализировало землю, начало организовывать
коммуны и силой отбирать хлеб в деревне, чтобы накормить городское
население. В результате позиция крестьянина по отношению к новому
руководству была также двойственной, что хорошо иллюстрирует популярный в то
время лозунг: "Да здравствуют большевики, долой коммунистов!" Крестьянину
казалось, что внутри руководства существует раскол между теми, кто хотел бы,
чтобы крестьяне имели землю ("большевики"), и теми, кто желал бы эту землю у
них отобрать ("коммунисты"). Примечательно, что крестьянин имел склонность
отождествлять Ленина с первыми. Валентинов, вернувшийся в Россию во время
революции и работавший в редакции "Торгово-промышленной газеты",
зафиксировал следующее типичное выражение подобного мышления: "Ленин русский
человек, крестьян он уважает и не позволяет их грабить, загонять в колхоз, а
вот другой правитель - Троцкий, - тот еврей, тому на крестьян наплевать,
труд и жизнь он их не знает, не ценит и знать не желает"68. Одним из источников
позитивного образа Ленина как прокрестьянского "русского человека" являлось
его отождествление в народных умах с нэпом, при котором отношения между
городом и деревней были поставлены на прочную основу торгового обмена и
деревня начала вновь в какой-то мере преуспевать.
Ленин умер 21 января 1924 г., после долгих месяцев нетрудоспособности
из-за третьего инсульта. С момента оповещения о его болезни у народа было
время заранее психологически подготовиться к подобному исходу. Тем не менее
среди населения и в партии наблюдалось стихийно возникшее и широко
распространившееся чувство скорби. На траурных митингах в городах и селах
присутствовала масса народу. В Москве десятки и сотни тысяч людей стойко
переносили самый жестокий на памяти данного поколения русских мороз, ожидая
своей очереди, чтобы пройти в Колонный зал, где был установлен гроб с телом
покойного, и побывать на Красной площади в день похорон. Елена Истмен,
сестра видного большевика, получила пропуск, позволивший ей два часа
находиться в Колонном зале. В письме мужу, которого тогда не было в Москве,
она так описывала увиденное: "Матери высоко поднимают своих детей, чтобы
взглянуть на него, женщины с криком "товарищ Ленин" в истерике падают на
пол, здесь же находятся трое сильных мужчин в белых халатах, которые их
поднимают и выносят, а женщины рыдают так ужасно, что кровь стынет в жилах".
А город, по ее описанию, выглядел следующим образом: "Красные флаги с черной
каймой, на правой руке множества людей красно-черные повязки, многие продают
небольшие значки с портретом Ленина, его небольшие белые бюсты и статуэтки.
Белый яркий снег, густой холодный воздух, покрытые инеем волосы и меховые
воротники, белый пар от дыхания и красное пламя костров на ночных улицах.
Такова Москва в эти дни"69.
Примечания
1 Крупская Н. К.
Воспоминание о Ленине. М., 1957, с. 9.
2 Их брак был
бездетным.
3 Ленин В. И.
Полн. собр. соч., т. 1, с. 125 - 346.
4 Там же, т. 1,
с. 656 - 657 .
5 Там же, т. 2,
с. 532 - 533.
6 Там же, т. 3,
с. 597 - 598. Эта книга была в достаточной степени исторической и
статистической, чтобы миновать цензуру, и была легально издана в Петербурге
в 1899 году. Ленин, который все еще находился в Сибири, подписался
псевдонимом Владимир Ильин.
7 "От какого
наследства мы отказываемся?" (Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 2, с. 533).
Написанная в Сибири в 1897 году статья была опубликована легально в
Петербурге в следующем году. Чтобы получить разрешение цензора, Ленин широко
использовал эзопов язык. Так, представителем людей 60-х годов он избрал
малоизвестного писателя либеральных убеждений Скалдина. В 1899 году в письме
Потресову он признал, что фамилию Скалдина он выбрал в качестве псевдонима
для Чернышевского и что в вопросе о наследстве, возможно, несколько
перехватил (там же, т. 4, с. 544), Хотя Чернышевский умер в 1882 году, после
двадцатилетнего заключения и ссылки, его имя, с точки зрения цензуры, все
еще было запрещено.
8 Ленин В. И.
Полн. собр. соч., т. 2, с. 455 - 456, 459 - 460, 462.
9 Dan Theodor.
The Origins of Bolshevism New York, 1964, p. 143. Будучи видной фигурой
русских меньшевиков. Дан участвовал в русской революции, в 1922 году
депортирован и жил за границей до конца своих дней. Первоначально книга была
опубликована на русском языке в 1946 году в Нью-Йорке.
10 Ленин В. И.
Полн. собр. соч., т. 4, с. 376.
11 Формулировка
Ленина требовала, чтобы член партии наряду с признанием ее программы и
материальной поддержкой "лично участвовал в одной из партийных организаций",
в то время как в соответствующем абзаце мартовской редакции говорилось лишь
о том, что член партии должен оказывать ей "регулярное личное содействие под
руководством одной из партийных организаций".
12 Плеханов Г.
В. Соч., т. 13, М. - Л., 1926, с. 116 - 133, 134. Статья, озаглавленная
"Рабочий класс и социально-демократическая интеллигенция", появилась в
"Искре" в июле-августе 1904 г.
13 Троцкий Л. Д.
О партии в 1904 г. М. - Л., 1928, с. 127. Еще один цитированный Дэнелсом
критик осудил Ленина на страницах "Искры" за его культ профессиональных
революционеров.
14 Ленин В. И.
Полн. собр. соч., т. 6, с. 1 - 192. Андрей Желябов (1850 - 1881) - один из
организаторов и руководителей "Народной воли". Август Бебель ( 1840-1913) -
один из основателей немецкой социал-демократической партии.
15 Лавров П. Л.
Избр. произв., М., 1965, т. 2, с. 112, 119, 126 - 128. Следует отметить, что
суть своей философии Лавров изложил в "Очерках вопросов практической
философии" (там же, т. 1, с. 459 - 460). Взгляды Лаврова наиболее полно
отразились в книге Чернышевского "Что делать?".
16 Плеханов Г.
В. Соч. М. - Л., 1923, т. 8, с. 304.
17 Плеханов Г.
В. Соч. М. - Л., 1926, т. 13, с. 133 - 134, 139. Реплику о "катехизисе"
упоминает Н. Валентинов в книге "Встречи с Лениным" (Нью-Йорк, 1953, с. 55).
См. также примечание в"-- 18 (с. 1 4 - 15).
18 Левицкий В.
О. За четверть века. М. - Л., 1926, ч. 2, с. 122. Настоящая фамилия Мартова
и Левицкого была Цедербаум. Относительно доклада организации "Искра" на II
съезде см.: Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 6, с. 456.
19 Валентинов Н.
Встречи с Лениным. Нью-Йорк, 1953, с. 103, 108.
20 Сталин И. В.
Соч., т. 1, с. 56-58.
21 Weber M. The
Theory of Social and Economic Organization. N. Y., 1947, p. 359 - 362; Weber
M. The Three Types of Legitimative Rule. - "Berkley Publications in Society
and Institutions". IV, I, Summer 1958, р. I - II; Weber M. Essays in
Sociology. ed. Jerth N. Y. and Mills C. W. N. Y., 1958, p. 52. Относительно
концепции харизмы см.: Tucker R. C. The Theory of Charismatic Leadership -
"Daedalus", Summer 1968, p. 731 - 756.
22 Маркс К. и
Энгельс Ф. Соч., т. 22, с. 467.
23 Michels R.
Political Parties. N. Y., 19
...Закладка в соц.сетях
