Жанр: Политика
Русофобия
...арное изложение основных положений Кошена содержится в небольшой книжечке:
Огюстен Кошен. "Ле сосиете де пенсе э ля демократи", Париж, 1921. Подробное
изложение, опирающееся на огромный фактический материал, - в книге "Ле сосиете
де пенсе э ля революцион ан Бретань" (1788-89), Париж, 1925. Второй том посвящен
исключительно публикации документов. Концепция Кошена не получила (как, впрочем,
и следовало ожидать, ввиду ее "нелиберальности") признания большинства
историков[33 - Кажется, отношение к нему теперь изменилось. Примечание 1990 г.].
Его взгляды относят, как правило, к типу революции как "заговора", что, как мне
кажется, представляет их в совершенно искаженном виде.
О влиянии кальвинизма на создание "духа капитализма" имеется классическая
работа: Макс Вебер. "Ве протестан этик энд ве спирит оф капитализм", Лондон,
1980.
Влиянию на создание духа современной партийной жизни посвящена интересная книга:
Михаэль Вальцер. "Ве революшн оф ве сайнт", Кембридж, Масс, 1965.
О роли пуритан в английской революции см.: Белок, Хиллейр. "Кромвель", Лондон,
1934 и цитированную выше книгу М. Фрейнда.
Характеристика немецкого радикализма: цитированная выше книга Зомбарта, т. I, с.
45-47; и особенно Г. Фон Трейчке. "Деитше гешихте им нейнцентен ярхундерт", ч.
III, гл. 9, Лейпциг, 1895.
Русская публицистика 60-70-х гг. XIX в. см.: В. А. Зайцев. "Избранные
сочинения", т. I, М., 1934, с. 55, 62, 95, 96; Ю. В. Стеклов, "Чернышевский",
М.-Л,. 1928, ч. I, с. 158.
Достоевский Ф. М. "Дневник писателя", март 1876., май-июнь 1877 г., август 1880
г., январь 1881 г.
Л. Тихомиров. "Начала и концы ("либералы" и "террористы")", М., 1890 г.
К §5
Выражение "дьявол русской тирании" принадлежит Янову: "Синтаксис", № 6.
Шрагин о "России как жандарме Европы". "Самосознание", с. 56.
По поводу самооценки дореволюционной интеллигенции см.: В. Зернов. "Русское
религиозное возрождение XX в.", Париж, 1974; "Вехи" ("Сборник статей о русской
интеллигенции"), 2-е изд., М., 1909; "Интеллигенция в России", СПб., 1910.
К §6
По поводу цитат "Они о нас" см. статьи "Горского (псевдоним) в "Вестнике РСХД",
№ 97, "Сны Земли" Померанца, "Просуществует ли Советский Союз до 1984 года?"
Амальрика, "Противостояние духа" Шрагина, с. 60; Пайпса, "Россия...", с. 97,
Янова, "Новая...", с. 141 и "Разрядка...", с. 87, альбом "Ле пейнтюр рюс
контемпорен", Палэ де Конгресс, Париж, 1976, картина "Сиель Лурд", статью
Меерсона-Аксенова в "Самосознании", с. 103 и Амальрика в "Синтаксисе", № 3, с.
72.
Национально окрашенные цитаты из Янова см., "Разрядка...", с. IX, "Новая...", с. 1216,
31, 160, 177-180, 28, 177. Журнал "22", Тель-Авив, 1978.
Н. Я. Мандельштам, что "евреи - это и есть интеллигенция": "Вторая книга
воспоминаний", Париж, 1972, с. 119, 567-568. Аналогичные мысли Хазанова: Борис
Хазанов. "Запах звезд", Тель-Авив, с. 291, 284, 295, 278.
Шрагин о "национальном складе" интеллигенции: "Противостояние духа", с. 30.
Янов о желательности "нового Баруха": "Разрядка...", с. 89. Померанц о миссии
Израиля: "Сны земли" (Самиздат).
К §7
"Революцию делали не одни евреи" - "Вестник РСХД", № 97, с. 6.
Пьеса "Утомленное солнце" - "Время и мы", Тель-Авив, 1980, № 7.
Померанц о "проклятом вопросе": "Сон о справедливом возмездии", "Синтаксис",
№ 6.
Сборник статей "Россия и евреи", переиздан в Париже в 1978 г. См. также: Ф.
Светов. "Отверзи ми двери", Париж, 1978; статьи Бергмана и Дон-Левина в журнале
"22" Тель-Авив, 1978; статью А. Суконника в "Вестнике РСХД"; № 123; Померанц: об
"опасном слове" "Сон о справедливом возмездии", "Синтаксис", № 6; А. Янов,
обвинение в антисемитизме как атомная бомба "Синтаксис", № 6; отрывок из статьи
Синявского в "Континенте" № 1, касающегося "русского антисемитизма", переведен в
"Ве Нью-Йорк оф Буке". Апрель, 15, 1976; другая статья того же автора на ту же
тему: "Синтаксис", № 2, 1978, с. 48.
К §8
"Россия и евреи", статья И. О. Левина, с. 109 и И. М. Бекермана, с. 22-23. Обзор
революционной эмиграции из России см. в : "Хронике социалистического движения в
России 1878-1887 гг.". "Публикация материалов министерства внутренних дел". М.,
1907, с. 325-333. Показания Азева в: "Былое", № 1, июль, 1917.
Обширные статистические данные находятся в книге: А. Дикий. "Евреи в России и
СССР", Нью-Йорк, 1967. В книге встречаются неточности, но нетенденциозные: в
целом обрисованная там картина, по-видимому, соответствует действительности.
Рассказ Шульгина о его впечатлениях времен гражданской войны находится в его
книге "Что нам в них не нравится", Париж, 1929. Недавно на Западе опубликована
книга двух журналистов, посвященная расстрелу царской семьи: А. Саммерз и Т.
Манголд. "Ве Файл оф ве цар", 1976. В частности, см. с. 88 и с. 185-187
"Неизданные записки Л. Тихомирова", "Красный архив", т. 29, 1928. Список
руководства ОГПУ - НКВД - в книге Р. Конквеста "Ве грейт террор".
Выступления против "великодержавного шовинизма" - см. материалы XII съезда
РКП(б) 17-25 апреля 1923 г. Выступления Зиновьева, и Бухарина с. 553-557, 562566.
Термин "Русотяп" - там же, в докладах Орджоникидзе (с. 159), Скрыпника (с.
526), Орджоникидзе (с. 544).
Стихотворение Безыменского см. в альманахе "30 дней", 1925 г. № 9, другие -
"Правда" 13 августа 1925 г. и тот же альманах "30 дней", 1930 г, № 8.
Плющ о Кутузове как "реакционере", см. "Демократические альтернативы", "Беседы с
Леонидом Плющом".
Биография Троцкого с характеристикой его национальных чувств см.: Джоэль
Кармайкл. "Троцкий", Иерусалим, 1980. (Сокращенный перевод с английского).
Взгляды Хаима Житловского и Шарля Раппопорта: журнал "Время и мы", Тель-Авив,
1976, № 11.
Об Азеве и вообще эсерах см.: Б. Николаевский. "Азев Ве Спай", Н.-Й, 1934, с.
69, 88.
М. Н. Покровский. "Очерки по истории революционного движения в России XIX и XX
вв.". М., 1924, с. 152. Гр. С. Ю. Витте. "Воспоминания", т. I, Л., 1924, с. 360.
Дополнение Шульгина "Что нам в них не нравится". Шульгин цитирует "Бнай Брит
Ньюс", XII, № 9.
Отчет о выступлении Леба опубликован, например, в газете "Филадельфиа пресс",
19, II, 1912.
К §9
Макс Вебер об истории "еврейского гетто", см.: М. Вебер. "Гезамелте Ауфзетце цур
Религионсоциологие", Бд. III. "Дас антике юдентум", Тюбинген, 1923, с. 434-435.
Молитва, которую приводит Брод, см.: М. Брод. "Йоханнес Рейхлин унд зейн Кампф",
Штутгарт - Берлин - Кельн - Майнц, 1965, с. 263. Брод говорит, что видел эту
молитву в молитвеннике своей матери.
Мысли Лассаля: Ф. Лассаль. "Дневник", П,. 1919, с. 119. Мартова: Ю. Мартов.
"Записки социал-демократа", "Новь", М., 1924, с. 23.
Стихи Бялика см.: Х. Бялик. "Песни и поэмы". Перевод Б. Жаботинского, 2-е изд.,
СПб., 1912, с. 85, 119, 171, 191.
Статья из израильского журнала: Шмуэль Мушник. "Менора", № 22, VIII год изд.,
Иерусалим, 1980; из канадского: Гиндин. "Современник", № 34, Торонто, 1978, с.
209.
Цитаты из книги "Россия и евреи", с. 132, 117, 228.
К §10
По поводу рабочего законодательства в России конца XIX в. см.: В. П. ЛитвиновФалинский.
"Фабричное законодательство и фабричная инспекция в России", изд. II.
СПб., 1904; П. А. Хромов. "Экономическое развитие России в XIX-XX веках", М.,
1950, с. 350-354.
Общую атмосферу правительственных мероприятий в рабочем вопросе перед мировой
войной характеризует "Заключение междуведомственного совещания об изыскании мер
против забастовок", "Красный Архив", № 34, 1929.
РУСОФОБИЯ: ДЕСЯТЬ ЛЕТ СПУСТЯ
За последние годы мы стали свидетелями и участниками поразительного явления,
которому я, по крайней мере, не вижу прецедентов в истории. Марксистсколенинско-сталинско-брежневский
строй был безжалостным и античеловечным
железобетонным монолитом. Единственным его абсолютным принципом было сохранение
власти любой ценой. И вдруг он рассыпался без видимых причин: проигранной войны,
забастовок, волнений или голода. При этом строе на праздничные дни в учреждениях
опечатывались пишущие машинки, чтобы не дать печатать листовки, и назначались
патрули для ловли несуществующих злоумышленников. И этот же строй без
сопротивления отказался от господства над экономикой, цензуры, от бутафорских
выборов, допустил враждебные ему партии и средства информации. Это была не
медленная эволюция, а мгновенный ( в историческом масштабе ) крах. Он перевернул
всю нашу жизнь и взгляды. Относительный вес разных факторов, связи их друг с
другом - все стало иным.
Ввиду этого я и возвращаюсь к теме моей старой работы - "РУСОФОБИЯ". Она была
написана более десяти лет назад, в период безраздельного (и, как казалось, почти
вечного) господства режима. Мне и в голову не приходило, что работа сможет быть
напечатана при моей жизни. После долгих колебаний мы с друзьями решили
распространять ее в самиздате, надеясь, что из десятков экземпляров хоть
несколько уцелеет и донесет до потомков это свидетельство о нашем времени.
Жизнь оказалась переполненной сюрпризами. Во-первых, и тогда, в 1982 году,
работа стала распространяться в Самиздате довольно бойко. А потом началась
"перестройка" и "гласность", работа печаталась, да и не одним только изданием[34
- "Вече" (Мюнхен). 1988. "Кубань". 1989. №№ 5,6,7, "Наш современник", 1989, №№ 6
и 11 и ряд отдельных изданий.], даже переведена на несколько языков. Благодаря
этому на нее возникло много откликов, напечатанных, прочитанных по радио или в
виде писем автору. Эти отклики тоже дают материал для анализа явления,
рассматриваемого в работе.
Приведу для удобства читателя краткое резюме основных положений "Русофобии".
1. В нашей публицистике и литературе существует очень влиятельное течение,
внушающее концепцию неполноценности и ущербности русской истории, культуры,
народной психики: "Россия - рассадник тоталитаризма, у русских не было истории,
русские всегда пресмыкаются перед сильной властью". Для обозначения этого
течения и используется термин "русофобия". Оно смертельно опасно для русского
народа, лишая его веры в свои силы.
2. Русофобия - идеология определенного общественного слоя, составляющего
меньшинство и противопоставляющего себя остальному народу. Его идеология
включает уверенность этого слоя в своем праве творить судьбу всего народа,
которому отводится роль материала в руках мастера. Утверждается, что должна
полностью игнорироваться историческая традиция и национальная точка зрения, надо
строить нашу жизнь на основе норм западноевропейского, а особенно американского
общества.
3. Аналогичный узкий слой, враждебный историческим традициям остального народа и
убежденный в своем праве манипулировать его судьбой, возникал во многих
ситуациях. Его очень ярко описал французский историк О.Кошен в связи с Великой
Французской революцией. Кошен назвал его "Малым народом" (противопоставляя
остальному - "Большому народу"). Тот же термин используется в работе для всех
вариантов этого явления. В качестве других явлений приводится Английская
революция (пуритане), Германия 30-х гг. XIX века ("Молодая Германия",
"младогегельянцы"), Россия периода "революционной ситуации" - 70-е гг. XIX века.
4. В литературе современного "Малого народа" поражает, какую исключительную роль
играют еврейские национальные проблемы. Это, как и ряд других признаков,
указывает на то, что в нем есть влиятельное ядро, связанное с некоторым течением
еврейского национализма. Ситуация драматизируется реминесценциями той роли,
которую играло течение радикального еврейства в подготовке, осуществлении и
закреплении революции. Тем не менее "Малый народ" отнюдь не является
национальным течением: в нем участвуют представители разных наций (как и
социальных слоев). Точно так же, как и наша революция ни в коей мере не была
"сделана евреями": процесс начался в эпоху, когда ни о каком еврейском влиянии
не могло быть и речи.
Полная замена всех основ и скреп нашей жизни привела к тому, что влияние на
жизнь рассматриваемых в работе явлений стало совсем иным. Появилась возможность
по-новому взглянуть на них, да и проверить еще раз выводы работы.
1. РУСОФОБИЯ СЕГОДНЯ
В своей старой работе я вынужден был реконструировать, отгадывать то явление,
которое окрестил русофобией, по отдельным статьям самиздата, по эмигрантским
публикациям. Теперь, при полной гласности, при слиянии нашего и эмигрантского
книжного рынков, таких трудностей не существует. И течение, о котором тогда
можно было лишь догадываться, что оно окажет влияние на жизнь в будущем, сейчас
становится мощной и явной силой. В новых условиях само явление становится новым.
Вот для начала пример:
Холуй смеется, раб хохочет,
Палач свою секиру точит,
Тиран терзает каплуна,
Сверкает зимняя луна.
То вид отечества: гравюра,
На лежаке солдат и дура.
Старуха чешет мертвый бок.
То вид отечества: лубок.
Собака лает, ветер носит,
Борис у Глеба в морду просит,
Кружатся пары на балу,
В прихожей - куча на полу.
Луна сияет, зренье муча,
Под ней - как мозг отдельный - туча.
Пускай художник, паразит,
Другой пейзаж изобразит.
Вероятно, я мог бы процитировать это и 10 лет назад. Но тогда - что было в этом
значительного? В своих антипатиях человек не волен, а форма их выражения - всего
лишь личная особенность автора. Но сейчас мы со всех сторон слышим, что автор -
И. Бродский - величайший русский поэт современности, заслуженно увенчан
Нобелевской премией, а стихи его возвращаются на родину (хотя применимость
такого термина здесь, пожалуй, сомнительна). Социальная значимость этого
произведения стала совсем иной.
Вот пример из прозы. "В этой стране пасутся козы с выщипанными боками, вдоль
заборов робко пробираются шелудивые жители. (...) В этой стране было двенадцать
миллионов заключенных, у каждого был свой доносчик, следовательно, в ней
проживало двенадцать миллионов предателей. Это та самая страна, которую в
рабском виде Царь Небесный исходил, благословляя"; "Я привык стыдиться этой
родины, где каждый день - унижение, каждая встреча - как пощечина, где все -
пейзаж и люди - оскорбляет взор". Написано в 70-е годы, но даже не знаю, было ли
опубликовано тогда. Теперь же распространено большим тиражом ("Библиотека
"Огонек"). Автор Б. Хазанов (Г. Файбисович) издает (вместе с К. Любарским и Э.
Финкельштейном) в ФРГ журнал "Страна и мир", ориентированный в духе приведенных
цитат.
Таков "ветер перемен". В частности, почти все, что я цитировал в старой работе
из сам- и тамиздата, теперь нахлынуло сюда массовыми тиражами. С отменой
глушителя радиостанцию "Свобода" слышно 24 часа в сутки в любом месте - все ее
вещание накалено этой страстью. Русские ("русский шовинизм") - виновники голода
на Украине, русское сознание в принципе утопично, русские вообще - не взрослые.
И до полной потери приличия нескрываемый восторг по поводу всех бед нашей
страны: разрухи, междоусобиц, близкого голода.
Газеты, журналы, телевидение все более подчиняются этому течению. Известный
окрик с самых верхов власти - что мы живем плохо, так как русские ленивы - был
подхвачен с сочувствием. Например, журнал "Наука и техника" - где тут место
идеологии? Но: "Развитие кооперативов усилит имущественное неравенство. Один
человек талантлив и трудолюбив, другой ленив. Так было, есть и будет, пока не
исчезнет лень - одна из черт русского характера". Тут уже предопределена и
национальная раскладка этого имущественного неравенства. Другой вариант:
"Несомненно, что крепостное право не могло выработать рабских черт характера у
крепостного крестьянина". Может быть, проверим у Пушкина? Вот типичный
крепостной - Савельич. Но не согласный с Пушкиным автор зато нас утешает,
указывая надежду на будущее: "Ведь во Всероссийской политической стачке 1905
года участвовали дети бывших крепостных. Как изменилась психология за 44 года!"
Это ведь ужас, в эпоху какого помрачения разума мы живем! Считать рабами тех,
кто создал наши сказки и песни, кто насмерть стоял под Полтавой и Бородино! А
свободными душами - тех, кто пошел за полуграмотными, злобными, нравственно
ущербными крикунами, приведшими их - теперь уже все видят, куда. Победоносцеву
пишет один его корреспондент в 70-е гг., как "нигилист" агитировал мужика: бери
топор, и все, что сегодня барское, завтра будет твое. Мужик в ответ: а
послезавтра? И объясняет: если я не вор, не убийца, пойду грабить и убивать, так
почему ж ты-то у меня награбленное не отберешь? Ведь этот уж настоящий
крепостной (всего лет 10 до того освобожденный) видел нашу историю на полвека
вперед, видел то, о чем не подозревали Герцен, Чернышевский, Добролюбов,
Михайловский, Милюков. Но все равно - "раб".
Для более убедительного доказательства этого тезиса еще один автор спрашивает:
почему не "безбожный Запад", а Россия допустила "избиение церкви государством?
Как глубоко религиозный народ допустил физическое истребление за один год
Советской власти (1919 г.) 320 тысяч военнослужащих (см. "Комсомольскую правду"
от 12 сентября 1989 г.)". Толстый журнал ("Октябрь") пишет об одной из
величайших трагедий нашей истории с фельетонной беззастенчивостью. 300 тысяч -
это примерная численность всего духовенства - белого и черного - до революции.
И, конечно, оно не было все истреблено за один год, его истребляли еще лет 20.
Действительно, к началу войны (1941 г.) из этого числа служила едва ли одна
двадцатая часть, но остальные далеко не все и даже не в большинстве своем были
"физически истреблены". Если же сравнивать с Западом, в 20-е годы в Мексике
прокатилось гонение на католическую церковь не мягче нашего. Священника,
застигнутого за исполнением требы, расстреливали, за крестик сажали в тюрьму.
Поднявшихся на защиту своей веры крестьян вешали, расстреливали, запирали в
концлагеря. Организаторами были американизированные дельцы и адвокаты,
финансируемые из Штатов, американский атташе давал советы по проведению политики
"выжженной земли" и созданию концлагерей (американцы уже имели опыт на Гавайях).
Запад не только дал раздавить крестьян, но свободная пресса еще и замолчала всю
эту драму - так, что о ней мало кто и знает. (Сейчас переведен яркий роман Г.
Грина "Сила и слава" об этом гонении и путевые заметки Грина "Дороги
беззакония". Но самое сильное впечатление - от сухого рассказа историка,
например, J. Meyer "Apokalypse et revolution en Mexique" Paris, 1974.) Неужели
мало нам перенесенных мучений и надо еще представлять нас какими-то выродками в
человечестве, хватая для этого факты с потолка?
Другой автор и совсем без фактов, еще откровеннее: "Русский национальный
характер выродился. Реанимировать его - значит вновь обречь страну на
отставание". У третьего еще хлеще: "Статус небытия всей российской жизни, в
которой времени не существует". "Россия должна быть уничтожена. В том смысле,
что чары должны быть развеяны. Она вроде и уничтожена, но Кащеево яйцо цело". И
уже совсем срываясь: "Страна дураков... находится сейчас...в состоянии сволочного
общества". Про русских: "Что же с ними делать? В переучение этого народа на
жизнь ради жизни (таков язык подлинника!) поверить трудно. В герметизацию? В
рассеивание по свету? В полное истребление? Ни одного правильного ответа". И на
том спасибо!
Кажется, что существование русского народа является досадной, раздражающей
неприятностью. Доходит до чего-то фантастического! В "Литературной газете"
опубликовано письмо известного артиста Театра на Таганке В. Золотухина. Раньше
эта газета написала об "омерзительном зрелище", в котором он участвовал,
процитировав рядом некие слова "о чистоте крови" (произнесенные в месте, где
Золотухин не был). Актер стал получать письма с обвинением в беспринципности, в
том, что он - "враг еврейского народа". Такие же письма вывешивались в театре.
За что? Оказывается, за то, что на 60-летнем юбилее Шукшина, у него на родине,
Золотухин сказал - у нас есть живой Шукшин, живущие Астафьев, Распутин, Белов, и
мы не дадим перегородить Катунь плотиной! Не было бы это напечатано, я бы не
поверил!
Та или иная оценка России, русского народа всегда связана с оценкой его
культуры, особенно литературы. И здесь аналогичная картина, Например, "Прогулки
с Пушкиным" Синявского я упомянул вскользь еще в моей старой работе, тогда это
был небольшой скандал в эмигрантской среде.[35 - Пользуясь случаем, хочу
исправить допущенную в прежней работе ошибку. Синявский был осужден не на 5 лет,
а на 7, из которых отсидел 6.] Теперь же "Прогулки" печатаются здесь в
многотиражном журнале. Как ни объяснять их происхождение: желанием ужалить
русскую культуру, патологическим амбивалентным отношением любовь-ненависть к
Пушкину, стремлением к известности через скандал - у читателя все равно остается
чувство, что нечто болезненное и нечистое соединяется с образом того, кто до сих
пор озаряет светом нашу духовную жизнь. В статье об этих "Прогулках" Солженицын
обратил внимание на признаки такого же "переосмысливания" Гоголя, Достоевского,
Толстого, Лермонотова и высказал догадку: не закладывается ли здесь широкая
концепция - как у России не было истории, так не было и литературы? И угадал!
Уже в последние годы в здешнем журнале встречаем: "Вот у Гоголя тоска через
несколько строк переходит в богатырство, как у Пушкина - разгулье в тоску. Так
они и переливаются, жутко сказать, из пустого в порожнее, из раздолья в
запустенье - на всем протяжении русской гордящейся мысли. Пустота, неутолимый
наш соблазн, сама блудница вавилонская, раздвигающая ноги на каждом российском
распутье". И дальше отрывок из Блока: "О, Русь моя, жена моя!.." Очередь дошла и
до Солженицина. Синявский, его соредактор по журналу Розанова, Сарнов, В.
Белоцерковский и многие с ними заняты этим делом. Недавно в "круглом столе"
журнала "Иностранная литература" было высказано много серьезных упреков
литераторам, что боятся они (кого или чего - интересно?) разъяснять
бесталанность и реакционность Солженицина. Но раньше уже отличился Войнович
целым романом - грязным пасквилем на Солженицина. "Помрачение рассудка", "пятая
колонна советской пропаганды", "проповедь о великорусском национализме" и
"черносотенные инсинуации" - это В. Белоцерковский о Солженицине, в таком же
точно духе, что давние доносы Биль-Белоцерковского на Булгакова! И других
современников не минуло. "Главное - в астафьевском мировоззрении, основная черта
которого , на мой взгляд, - беззастенчивость". "Примитивный, животный шовинизм,
элементарное невежество" (о нем же). "Мракобесие Распутиных...". "Белов лжет...".
""Лад" - ложь". Так: от Пушкина до наших дней.[36 - Чувствуется, что здесь не
хватает Блока. В последний момент я нашел и о нем. Один автор в эмигрантском
журнале "Грани" умиленно объясняет, чем мы обязаны И. Бродскому. Оказывается,
автор никогда не любил Блока, но стеснялся этого. А вот Бродский в беседе с
Соломоном Волковым ("Континент", № 53) смело сказал: "Блока, к примеру, я не
люблю теперь пассивно, а раньше - активно (...) за дурновкусие. На мой взгляд, это
человек и поэт во многих отношениях чрезвычайно подлый". И тем снял тяжелый груз
с души автора.] Шире литературы - язык. Из совсем недавнего (кстати, еще нам не
встречался Тургенев, вот и он пригодился). "Во дни сомнений, во дни тягостных
раздумий о судьбе нашей страны невольно спросишь себя: что это за народ, который
одновременно истово клянется, что "мать" - это самое святое слово, и это же
слово так прочно соединил в своем великом и могучем языке с грязным
ругательством, что и само оно сделалось почти неприличным?"
Наиболее типичная в этом потоке литературы повесть В. Гроссмана "Все течет".
Если 10 лет назад я мимоходом упомянул о ней как о малоизвестном произведении,
но предтече всего направления, то сейчас она широко опубликована и подкреплена
публикацией тоже ранее неизвестного яркого романа Гроссмана "Жизнь и судьба", а
особенно его колоссальной рекламой. Схема повести: герой, выйдя из лагеря,
пытается осознать происшедшее с ним и страной. Виновен Сталин? - нет, он
приходит к мысли, что многие отталкивающие черты восходят к Ленину. Значит,
Ленин? Нет, герой идет глубже. В конце книги он излагает свое окончательное
понимание. Причина - в "русской душе", "тысячелетней рабе". "Развитие запада
оплодотворялось ростом свободы, а развитие России - ростом рабства". Сто лет
назад в Россию была занесена с Запада идея свободы, но ее погубило русское
"крепостное, рабское начало. Подобно дымящейся от собственной силы царской
водке, оно растворило металл и соль человеческого достоинства". И в других
странах иногда торжествовало рабство - но под влиянием русского примера. "Попрежнему
ли загадочна русская душа? Нет, загадки нет. Да и была ли она? Какая же
загадка в рабстве?" В повести как будто с сочувствием описываются крестьяне,
мрущие от голода при коллективизации. Но в конце читатель понимает: это их
собственная рабская душа заморила их, да еще насаждала рабство вне их страны.
Такая концепция глубинного отрицания России и всей ее истории встречалась мне до
того лишь однажды - в основном идеологическом произведении национал-социализма -
"Миф XX века" Розенберга. Там та же схема русской истории. Русские -
неполноценные, природные рабы. Их государство создали немцы-варяги. Но
постепенно растворились, потеряли расовую чистоту. Результат - монгольское
завоевание. Второй раз германцы создали русское государство и культуру в
послепетровское время, и опять их захлестнула расово-неполноценная стихия.
Концепция Розенберга последовательнее, так как явно формулирует практическую
цель: новое завоевание России и германское господство, застрахованное на этот
раз от растворения высшей расы неполноценным народом!
Повесть Гроссмана подводит к самому злободневному вопросу, осмыслению революции
и последовавшей цепи трагедий. Еще 10 лет назад вопрос казался лишь темой для
рассуждений идеологов, теперь же он встает перед каждым. И звучит ответ, уже
давно заготовленный, но сейчас внедряемый мощью средств массовой информации:
причина в русской традиции, русской истории, русском национальном характере (как
у Гроссмана).
Тут
...Закладка в соц.сетях
