Жанр: Политика
Незнайка в Совке
... живут такие
же, как мы, коротышки. А вон, гляди, на столе бумага какая-то. Прочитаем?
Слова на бумаге были понятные, и у Незнайки отлегло от сердца. Там было
написано:
"Дружище Клепка! Я ждал-ждал тебя, а ты не приехал. Так получилось, что я
должен уехать в Жиров. Приезжай скорее, меня могут выписать. Вернусь не знаю
когда.
Грум-Гржимайло".
- Клепка был здесь, - сказал Незнайка, - это хорошо. Он был здесь и
вернулся обратно. Значит, и мы выберемся. У Клепки есть друг, и этот друг
нам объяснит, как это сделать. А что такое "Жиров"?
- Вероятно, населенный пункт. Давай-ка подумаем, сможем ли мы управлять
машиной? С одной стороны, есть некий Грум-Гржимайло, вероятно разбирающийся
в управлении машиной лучше нас. С другой стороны, управляя машиной наобум,
мы можем залететь еще куда-нибудь, а вовсе не вернуться обратно в Солнечный
город. Что из этого следует?
- Что?
- Ничего, к сожалению, кроме того, что решение следует отложить. Нам же
пока ничего не угрожает, верно? Давай-ка пока исследуем эту комнату и ее
окрестности. Может быть, этот Грум-Гржимайло недалеко.
Обойдя комнаты, путешественники заключили, что попали в некое жилое
помещение. Тут были кухня, туалет и даже балкон. Приоткрыв дверь в прихожей,
Незнайка обнаружил площадку с другими дверями и лестницу, ведущую вниз.
- Похоже, что за этими дверями тоже квартиры. Если здесь все квартиры
такие же, как эта, карликовые, то, вероятно, местные коротышки весьма
неприхотливы или же не любят сидеть дома и целыми днями гуляют, а домой
приходят только переночевать, - сказал он.
Перейдя на кухню, такую же карликовую, как и комнатенки, путешественники
обнаружили на стене загадочный плакат. На нем размашистыми мазками был
нарисован суровый коротышка. Судя по тому, что одет он был в робу и
широкополую шляпу, а в руках держал длинную гнутую железяку, это был
рабочий-металлург. За его спиной дымили трубы и виднелись строительные леса,
на которых в нелепых позах висели коротышки-строители.
Изо рта рабочего вылетало облачко со словами: "Каждый должен делать свое
маленькое дело и не думать о наградах и тогда, возможно, произойдет нечто,
что начальство может классифицировать как относительный успех". В низу
плаката, видимо для непонятливых, было написано: "Больше товаров, лучшего
качества, с меньшими затратами! 3)"
- А как это - больше товаров, лучшего качества, с меньшими затратами? -
спросил Незнайка.
- Это такое... это... - начал было Спрутс с видом знатока, но
призадумался и махнул рукой: - Потом разберемся. Я вот тут осматривал
окрестности с балкона. Внизу сидит на лавочке какой-то тип. Выглядит он
вполне миролюбиво. Давай спустимся и поговорим с ним. Только не будем
говорить, кто мы. Осторожность не помешает.
Они снова открыли входную дверь. Спрутс предусмотрительно заблокировал
язычок замка сложенной бумажкой.
- Ключей у нас нет, а дверь может захлопнуться.
Спустившись вниз и выйдя на улицу, они обнаружили следующее.
Перед самой дверью подъезда была вырыта большая яма, тянувшаяся мимо дома
куда-то вдаль. На дне ямы блестели коричневые лужи, валялся всякий мусор и
громоздились куски бетонных труб. Для прохода от подъезда вдоль стены дома
пролегала узенькая тропинка, и жильцы чтобы не упасть в яму, должны были
ходить, вплотную прижимаясь к стене. В самом узком месте тропинки стояла
лавочка.
На лавочке в расслабленной позе сидел коротышка и невнятно напевал
заунывную песню. Рядом с ним стояла бутылка с прозрачной жидкостью, а на
мятой газетке лежало что-то похожее на кусок мыла в яркой обертке. 4)
Сидящий на лавочке показался Незнайке знакомым.
- Это же Пачкуля!
- Кто? - спросил Спрутс.
- Пачкуля Пестренький! Наш коротышка! Мы с ним однажды в Солнечный город
ездили на автомобиле. Значит, его тоже сюда перенесло.
- Или мы никуда не переместились, а изменились только дома, - сказал
Спрутс. - Поговорим с ним, пусть объяснит, как он сюда попал. Может быть, он
оказался в радиусе действия нашего аппарата?
- Эй, Пачкуля, привет, - сказала Незнайка, присаживаясь на скамейку.
Пачкуля покосился на него, но не ответил, а продолжил нудеть свою песню.
Потом он замолк и сплюнул на землю перед собой. Незнайка увидел, что под
ногами Пачкули будто бы человек десять наплевали. Глаза у него были мутные,
какие-то рыбьи.
- Ты что, болеешь? Может, тебя тряхнуло, когда сюда перенесло? Нас-то как
через мясорубку пропустили, все косточки болят. Ну, чего ты молчишь-то?
- Известно чего, - ответил Пачкуля, выдержав длинную паузу. Голос у него
был хриплый, словно треснутый, совсем не пачкулин. Незнайка внимательно
посмотрел на него, но не смог определить, Пачкуля это или очень похожий на
Пачкулю коротышка.
- Ты давно здесь сидишь? Может, знаешь, куда мы попали? - возобновил
расспросы Незнайка.
- Известно куда!
- Пачкуля, кончай придуриваться, это же я, Незнайка.
- А по мне хоть Всезнайка, - ответил Пачкуля.
- Послушайте, Пачкуля, - вмешался Спрутс, - а чего это тут яма прямо у
подъезда вырыта? Ведь можно упасть. Хоть бы загородку сделали. Кто тут
распоряжается?
- Известно кто.
Спрутс присел на корточки и внимательно посмотрел в глаза Пачкуле. Потом
встал и сказал Незнайке:
- Кажется, он не понимает, что мы ему говорим. От него будет мало толку.
Давай сделаем загородку, а то он еще грохнется в яму.
Путешественники протиснулись мимо лавочки и, пройдя по тропинке над ямой,
обнаружили свалку.
- Интересно, чего это они прямо у дома свалку устроили? - удивился
Спрутс, но не стал развивать свою мысль.
Как и на всякой свалке, там много чего было, нашлись и доски. Правда, они
были все подряд гнилые и ломались в руках, но удалось выбрать более-менее
крепкие. Связав доски проволокой, найденной тут же, путешественники
соорудили вокруг опасного места загородку.
Они снова попытались поговорить с Пачкулей, но тот отвечал односложно и
загадочно. Удалось, однако, выяснить что можно сесть на автобус и уехать в
некий "центр", видимо, городской.
- Это дело, - заключил Спрутс, - раз ходят автобусы, значит, есть и
коротышки посообразительнее этого Пачкули.
Они прошли к остановке по дорожке, обходя глубокие лужи, образовавшиеся в
выбоинах непонятного происхождения. Местные коротышки то и дело обгоняли их,
двигаясь быстрым шагом, как будто спешили на важное, но неприятное дело
вроде прививок или лечения зубов - такие у них были серьезные и нахмуренные
лица. Незнайка, привыкший прогуливаться и никуда не торопиться, пытался
обратиться к ним с вопросами, но те как будто его не слышали.
Спрутс предложил поговорить с местными на остановке, где собралась
небольшая толпа.
Но не успели они подойти к остановке, как появился автобус. Номер у него
был "0", на переднем стекле сбоку красовался номер "12", а на боку номер
"234", из-за которого выглядывал "567".5)[P1]
Коротышки штурмом брали автобус. Спрутс и Незнайка, подхваченные толпой,
в мгновение ока оказались втянутыми внутрь железной коробки. Автобус с
натугой тронулся, еще не закрыв двери, и некоторые коротышки висели на
поручнях снаружи.
Теснота была страшная. Спрутс хотел расспросить толстенького коротышку с
красным и сердитым лицом, но едва раскрыл рот, как краснолицый заорал:
- Чё толкаешься-то?
- Извините, я не толкаюсь, просто очень тесно, - ответил Спрутс, - не
могли бы вы мне сказать...
Тут автобус тряхнуло, и краснолицый снова заорал:
- Че толкаешься-то?
- Это не я, это автобус так тряхнуло, - оправдывался Спрутс, который тоже
почувствовал, как его пребольно пихают со всех сторон.
- Влез тут и толкается, как у себя дома, хам, - пробурчал краснолицый и
отодвинулся от Спрутса.
Это, правда, не прошло для него даром, и на него стал кричать другой
коротышка, которого тот нечаянно толкнул.
Краснолицый стал указывать на Спрутса, мол тот его первый толкнул.
Завязался неприятный скандал с тычками и оскорблениями, в который
втягивались все новые и новые пассажиры...
Спрутс больше не пытался никого ни о чем спрашивать и молча терпел давку.
Участники свары, невольным виновником которой он был, дрались без него,
насколько это можно было делать в тесноте. Незнайка же прижимал к себе
шляпу, чтобы ее не помяли в давке и тоже не помышлял о расспросах. Он
старался высмотреть, что творится за окнами и куда они едут.
Автобус трясло так, будто он ехал не по городской асфальтированной улице,
а по изрытому воронками полю боя. Под днищем автобуса что-то угрожающе
стучало, в салоне невыносимо воняло выхлопными газами.6)
На следующей остановке в автобус ухитрилось втиснулось еще столько же
человек, сколько там уже было, и дышать стало почти невозможно - вдох и
выдох удавалось сделать, только когда автобус встряхивало на очередной яме.
Это суровое путешествие продолжалось довольно долго, хотя, по наблюдениям
Незнайки проехали они недалеко - просто автобус двигался очень медленно.
Наконец, все начали выходить.
Покинув автобус, путешественники потратили некоторое время на то, чтобы
отдышаться, затем осмотрелись. Они оказались на большой площади, к которой
съезжались автобусы, привозя новые толпы коротышек. Выходя из автобусов,
коротышки тут же разбегались в разные стороны. Другие коротышки, наоборот,
приходили на площадь и штурмовали только что освободившиеся автобусы,
набивая их до отказа. Площадь кипела народом.
Спрутс вдруг нахмурился и спросил:
- Ой!.. Ты номер автобуса запомнил?
- Запомнил, их там целых четыре было. Проехали восемь остановок.
- Ладно, как-нибудь вернемся, давай запоминать все вокруг. Я думаю, нам
лучше сперва освоиться, а потом пускаться в расспросы. Времени еще полно.
Главное, не терять присутствия духа.
- И еще главное - найти Грума-Гржимайлу, - добавил Незнайка.
- Верно, но самое главное - немного перекусить. На сытый желудок легче
принимать решения и строить разные планы.
- Правильно, - согласился Незнайка. Но тут он вспомнил, чем кончилась его
попытка перекусить на Луне - а кончилась она, как известно, каталажкой, - и
сказал: - Интересно, а тут за деньги кормят или бесплатно?
Спрутс обратился к прохожему:
- Скажите, любезнейший, где тут ближайший шикарный ресторан?
Прохожий махнул рукой в сторону:
- Там.
- А скажите, пожалуйста, там даром кормят или за деньги? - спросил
Незнайка.
Прохожий не ответил и торопливо удалился.
Спрутс и Незнайка пошли в указанном направлении. Пройдя пару домов, они
очутились на необозримой площади, посреди которой высилось гигантское серое
строение, его верхняя часть терялась в низких облаках. Площадь была
пустынна, на горизонте виднелись какие-то здания. Дальнейшую перспективу
закрывала туманная дымка.
Немногочисленные прохожие были едва различимы вдали. Спрутс и Незнайка
зашагали к центру площади, намереваясь пересечь ее кратчайшим путем.
Пройдя примерно полпути, путешественники заметили, что они на площади
одни и что другие прохожие вроде бы обходят ее по краям.
- Странные они тут какие-то, - сказал Незнайка.
- Потом с ними разберемся, - деловито ответил Спрутс, - сначала поедим.
Вскоре они дошли до таинственного строения в центре площади. Кругом
никого не было. Строение не имело ни окон, ни дверей и вообще непонятно
было, каково было его предназначение. Странным было еще то, что вокруг
строения стояли лужи и как будто шел дождик, хотя площадь была сухая.
Путешественники задрали головы, но увидели только низкие облака,
окружающие глухие стены.
- Это не ресторан, - задумчиво сказал Спрутс.
Они пошли дальше, но не успели пройти и нескольких шагов, как за их
спиной раздался грохот. На то место, где они только что останавливались,
рухнула огромная ледяная глыба, а путешественников окатило волной мелких
брызг.
- Хулиганье! - закричал Спрутс, и, погрозив наверх кулаком, бросился
бежать, таща Незнайку за собой.
Ледяные глыбы посыпались градом. Ледяное крошево закружилось небольшой
метелицей.
В мгновенье ока путешественники оказались на другом краю площади. Они
были насквозь мокрые. Спрутс выгреб из-за шиворота пригоршню колючего льда.
Они добрались до людного места, но прохожие, похоже, ничуть не удивились их
запуганному и растрепанному виду.
Один из прохожих, взглянув на промокших путешественников, недобро
усмехнулся и сказал:
- Что, присыпало? Нет, чтобы как все, по краешку ходить, ан нет, все
напрямую хотят. Стиляги.
- А кто это там кидается? - спросил Незнайка. - Ведь так и убить можно.
Хоть бы какие заграждения поставили.
- Ишь, ты, - заметил другой прохожий, - заграждения захотел! А ты там не
ходи.
- Что же это за домина? - спросил Спрутс.
- Известно, что за домина, сами знаете, - ответили ему.
При этом все прохожие явно не хотели вступать в переговоры с
путешественниками и, мимоходом высказав им свое мнение, почему-то всегда
обидное, старались обходить их стороной.
Спрутс подтолкнул локтем Незнайку и шепнул:
- Слушай, давай не будем задавать лишних вопросов. Этого тут вроде не
любят. Вон, кажется, ресторан. Пойдем, поедим, заодно осмотримся.
Они подошли к ресторану, вход в который обозначался красочным и
несомненным символом - швейцаром.
Швейцар, правда, не стоял при входе и не открывал двери посетителям, а
наоборот, прятался за закрытой стеклянной дверью. На двери висела табличка
"Мест нет".
- А есть ли здесь поблизости другой шикарный ресторан? - остановил Спрутс
очередного прохожего. Тот в удивлении отшатнулся:
- Другой ресторан? Зачем?
И убежал от Спрутса, как от прокаженного.
- Странная страна, - озадаченно сказал Спрутс.
- Психи какие-то, - согласился Незнайка, - но мы кое-как их разговорили.
Путешественники вплотную подошли к стеклянным дверям.
- Мест нет! - бодро гаркнул из-за двери швейцар.
- Подождем, - вздохнул Незнайка, и, изучив надписи на двери, добавил: -
Ресторан-то работает. Скоро освободится место.
О том, что в ресторане что-то происходит, что там есть пища и кто-то ее
принимает, свидетельствовали приглушенный шум и аппетитные запахи кухни.
Незнайка сел на корточки около дверей, а Спрутс стал прохаживаться
туда-сюда, заглядывая в окна. Вдруг он резко повернулся, подошел к Незнайке
и сказал:
- Там полно свободных мест.
- Ну! Значит, нас сейчас пустят...
- Подожди! Там все за деньги. Я в окно видел.
- Что же делать?
- У меня есть немного фертингов. Случайно завалялись в кармане.
- Ура!.. А у них тоже фертингами расплачиваются?
- Я не разглядел. Но попробуем. Есть-то надо. Действовать буду я. Не
вмешивайся. Смотри, что будет.
Спрутс достал банкноту и, зажав ее в кулаке, подошел к двери.
- Закрыто! Спецобслуживание! - пролаял швейцар.
Спрутс молча просунул в щелку банкноту. Швейцар внимательно рассмотрел
ее, после чего с угодливой улыбочкой распахнул двери:
- Пожалуйста, пожалуйста, давно вас ждем.
Спрутс и Незнайка прошли в теплый, залитый светом вестибюль.
- Зачем ты заплатил? - недоуменно спросил Незнайка, - Надо было ему
просто объяснить, что есть места, а то он, наверное, отсюда не видит.
- Ты ничего не понимаешь, - ответил Спрутс, - у нас на Луне это
называется "дать на чай". Традиция. Разве в Солнечном городе не так?
- Нет. Кстати, обопьется он этим чаем на такие-то деньги.
За этим разговором они зашли в зал. Там стоял невообразимый шум, от
которого у Незнайки заложило уши. Шум шел от небольшой сцены, где несколько
коротышек орали и извивались, как бешеные. В их мелькали руках музыкальные
инструменты, но коротышки, казалось, не играли на них, а крутили, как
жонглеры или фокусники. Посетителей ресторана шум вовсе не беспокоил. Более
того, время от времени кто-нибудь подходил к сцене, бросал беснующимся
музыкантам деньги, и шум на некоторое время превращался в настоящий грохот,
перекрывающийся нечеловеческими по силе и мерзости воплями.
Путешественники огляделись. На всех свободных столиках стояли таблички:
"Спецобслуживание" или "Стол заказан". Спрутс без колебаний уселся за один
из столиков, а табличку сунул под скатерть. Незнайка сел тоже. Спрутс что-то
крикнул ему сквозь шум, но расслышать ничего было нельзя.
Официант долго не шел и появился только тогда, когда шум смолк. В отличие
от лунных официантов, вежливых и любезных, местный официант больше смахивал
на боксера и одним своим видом отбивал аппетит.
- Значит, два графинчика... - начал записывать он в блокнот.
- Подождите, а как же меню? - удивился Спрутс.
Официант молча швырнул на стол засаленную бумажку и снова принялся
чиркать ручкой в блокноте. Незнайка заглянул в меню.
"Суп слизистый"
"Чай ж/д"
"Сахар нерастворимый"
"Картофельный сок"
"Салат из хрена с редькой"
"Сладкий уксус"
- А что такое "чай ж/д"?
- Что такое? - Спрутс пододвинул меню к себе. - Это, наверное, чай,
который продают на железных дорогах... Ха-ха!... Ого, какой длинный
список... Батюшки, сладкий уксус! Он что, действительно сладкий?
- Не знаю, не пробовал. Небось дрянь какая-нибудь, - буркнул официант.
- А кто-нибудь заказывает?
- Никто.
- Фу ты... У вас что, вся еда такая, как в этом меню? А что вы там
записываете? Мы же еще ничего не заказали.
Официант сунул свой блокнотик в карман и присел на свободный стул,
воплощая бесконечное терпение.
- Каша какая-нибудь есть? - взмолился Незнайка, глотая слюну. - Каша-то
есть?
- Вы у меня спрашиваете? - вежливо осведомился официант, глядя куда-то
мимо Незнайки.
- У вас.
- Не знаю. Я это ваше меню вообще не читаю.
- Наше? Однако, - пробормотал Спрут. - Ну и порядочки у вас!
Он огляделся и, заметив, что все вокруг что-то все-таки едят,
распорядился:
- А сделайте то же, что и всем. Две порции.
Официант молча удалился.
Раздался жуткий грохот. Спрутс с Незнайкой невольно пригнулись, но тут же
сообразили, что это снова заиграл оркестр.
Спрутс что-то сказал, но Незнайка не расслышал. Спрутс повысил голос, но
опять безрезультатно. Тогда Спрутс сложил ладони трубочкой и стал кричать,
побагровев от натуги. Лишь теперь Незнайка услыхал:
- У нас на Луне тоже бывали журфиксы, только повеселее.
Незнайка вспомнил, что журфиксы - это когда богатые коротышки собирались
на вечеринки, куролесили и ломали мебель.
В ответ Незнайка также сложил руки трубочкой и, раздирая глотку,
рассказал Спрутсу о какофонистах в Солнечном городе.
Так они орали друг другу (впрочем, и все остальные посетители ресторана
общались так же), и сорвали бы себе голоса, но возник официант с подносом.
Собственно он давно уже стоял над путешественниками, ожидая перерыва в так
называемой музыке.
- И что же это такое? - спросил Спрутс, с подозрением изучая графинчик с
мутноватой бесцветной жидкостью.
- Картофельный сок, как вы заказывали, - ответил официант.
- А в тарелках?
- Наше фирменное блюдо - салат "Магнолия".
Фирменное блюдо салат "Магнолия" представляло из себя (как определил
Спрутс, исследовавший пищу, прежде чем ее съесть) смесь из мелко нарезанных
картошки, капусты, свеклы, огурцов, помидоров, яблок, моркови и так далее, и
все это было полито майонезом, посолено, поперчено, приправлено аджикой,
посыпано тмином и еще бог знает чем.
Незнайка судил о еде с других, если можно так выразиться, динамических
позиций. Во-первых, кусочки, из которых состоял салат, не накалывались на
вилку и соскальзывали с ножа, а ложку не дали. Во-вторых, было такое
впечатление, будто жуешь пенопласт с перцем.
Картофельный сок был, разумеется, весьма гадок. Однако вокруг все
хлестали его графинами, и путешественники решили, что они, очевидно, что-то
не поняли.
Под конец официант неожиданно принес "чай ж/д" в высоких подстаканниках.
Чай действительно сильно отдавал железной дорогой и сиял интенсивно желтым
цветом. Сахар, к нему прилагавшийся, был действительно нерастворим, как и
было обещано в меню.
После трапезы, дождавшись когда музыка ненадолго стихнет, Спрутс только и
сказал:
- Такая еда у нас на Луне называлась "сытная" и специально выдавалась на
фабрике Скуперфильда, чтобы...
Дальше он ничего не смог сказать, потому что его вдруг одолела икота.
Икал он громко и очень смешно, почти подпрыгивая на стуле. Незнайка
спросил:
- Может, похлопать тебя по спине или воды принести?
Спрутс, все еще икая, вручил Незнайке пачку фертингов и указал на
официанта. Тот протянул свои расчеты.
- А почему такая сумма? - удивился Незнайка. - Ведь мы брали все
одинаковое.
- Минуточку. - Официант, почиркал карандашом в блокнотике. - Сорок три
пятнадцать.
Спрутс хотел что-то произнести, но не смог и попытался изъясняться
жестами.
- Вы меня не поняли, - сказал Незнайка, - просто я имел в виду, что раз
мы брали все одинаковое, то и сумма должна получиться четная.
Официант внимательно посмотрел на Незнайку и, не отводя от него взгляда,
снова поводил карандашом в блокноте и объявил:
- Сорок один восемьдесят.
- Как это вы считаете? - опешил Незнайка. Спрутс застонал, как от зубной
боли, и толкнул Незнайку локтем. Но было поздно. Официант достал из кармана
свисток и засвистел.
В ресторане все сразу обернулись и, как из под земли, выскочил
милиционер.
- В чем дело?
- Вот, капитан, - скучающим тоном проговорил официант, - буянят, не
расплачиваются. Сели за заказной столик. Вот, видите, табличку нашу под
скатерть запихали.
- Да, нет, вы нас неправильно поняли, - оправдывался Незнайка, - мы хотим
расплатиться, но официант все время называет разные суммы.
- Понятно, - нахмурился капитан, - вы хотите сказать, что он вас
обсчитывает.
Официант горделиво выпрямился, всем своим видом выражая оскорбленное
самолюбие.
- Да вы на их деньги посмотрите!
В зале воцарилась мертвая тишина. Посетители перестали жевать. Музыканты
сгрудились у края сцены. Милиционер взял из рук Незнайки фертинги, похрустел
ими и зачем-то пересчитал.
После чего сказал:
- В отделение.
В отделении путешественников продержали почти до утра. Они сидели в
зарешеченном углу на лавочке напротив милиционера, который записывал что-то
в толстую тетрадь и, казалось, забыл о задержанных. Никакие их вопросы,
просьбы и прочие попытки обратить на себя внимание до милиционера не
доходили. Другие задержанные за ночь коротышки сидели смирно в общей клетке
и не шумели. Лишь когда за окном начало светать, милиционер спрятал тетрадь
в ящик стола и запер его на замок. Затем он достал одну из банкнот в сто
фертингов, которыми Спрутс пытался расплатиться в ресторане, поглядел ее на
просвет, а затем в лупу. Наконец он изрек:
- Понятно.
Незнайка все это время рассматривал милиционера, пытаясь вспомнить, где
же он его видел. Незнайка стал перебирать в памяти всех своих знакомых на
Земле и на Луне, но, поскольку знакомых у него была тьма-тьмущая, он
невольно стал вспоминать все связанные с ними смешные истории. Вспомнив, как
Авоська и Небоська выбрасывали балласт с воздушного шара, он не удержался и
прыснул со смеху. Милиционер покосился на него и спросил:
- Нравится у нас?
- Не знаю, - ответил Незнайка.
- Так, значит, деньги подделываем... - начал свой милицейский разговор
милиционер.
- Деньги настоящие, - перебил его Спрутс.
- Настоящие? Что-то я таких не видел. А ну-ка давайте ваши паспорта.
- Что-что?
- Паспорта.
- А это что такое? - недоуменно переглянулись Незнайка и Спрутс.
- Вы что, с Луны свалились?
- Вот именно, как вы сказали. Именно с Луны, - с достоинством проговорил
Спрутс. - Я действительно являюсь жителем Луны, и деньги, которые вы держите
в руках, имеют хождение на Луне.
Милиционер поглядел в окошко. Луны не было видно. Он сурово насупился и
сказал:
- Но-но, нечего мне тут лапшу на уши вешать. А вы тоже с Луны?
- Нет, - ответил Незнайка, - но я вроде бы тоже иностранец.
- Тоже со своими деньгами?
- Нет, у нас вообще деньги не приняты. Видите ли, мы попали сюда
случайно.
- Все случайности закономерны, - загадочно высказался милиционер.
- Это как это? - спросил Незнайка.
- Диалектика, - объяснил милиционер и хитро подмигнул, - случайности
закономерны, а закономерности случайны. Понятно?
Все трое помолчали.
- Хорошо, - сказал Спрутс, - что нам нужно делать, чтобы помочь вам
исполнить служебный долг или хотя бы не мешать вам его исполнять?
- Вообще-то вам лучше во всем честно признаться, - изрек милиционер еще
более загадочную фразу.
- В чем?
- Известно в чем.
- Мы не понимаем.
- Ну вы как дети. Смешно вас слушать.
- Ну а все-таки?
- В том, что вы есть Мига и Жулио, известные преступники. И нечего
отпираться. Вас опознали. Ваши сообщники уже во всем сознались.
- В чем сознались?
- Известно в чем.
Вновь повисла пауза. Милиционер спокойно смотрел на путешественников,
видимо ожидая, что они вот-вот признаются в немыслимых преступлениях.
Незнайка не выдержал первым и спросил:
- А что такое паспорта?
Милиционер показал маленькую книжечку с фотографией.
- А зачем они?
- Как же зачем? Ну вы как дети, честное слово. Ведь у пылесосов есть
паспорта? Есть. У телевизоров есть? Есть. У стиральных машин есть? У любой
вещи есть. А почему у коротышек не должно быть? Чем они хуже?
- Гм... Логично, - сказал Спрутс.
- Я сам знаю, что логично, а что нелогично, - заявил милиционер и зевнул.
Он посмотрел в окно, где из-за туч выглянул краешек Луны. - Ага! Итак, вы
живете на Луне.
- Да, живу. В городе Брехенвилле.
- Ага, в Брехенвилле, значит. Ну и как там?
- Ничего себе.
- Отвечайте на вопрос.
-
...Закладка в соц.сетях
