Жанр: Стихи
Фламенка. (Старопровансальский роман в стихах).
...ь Гильема. Пусть
Отбросит всякий рыцарь грусть
Любовную, пусть из-за ков
Помешанных клеветников
Он вежества не ненавидит,
7660 Пусть влюбится, коль случай выйдет!
Собрался в путь Гильем со свитой.
Ни дамы не было забытой,
Ни рыцаря: всех обошед,
Покинул залу он - привет
Всем послан был. Фламенка рада
Тому, как ею все ж услада
Ему подарена была.
Едва ль другая столь смела
Была средь дам и мастерица
7670 Такая, чтоб договориться
У целой залы на глазах
И на слуху, отбросив страх.
С любимым - чтоб он с ней возлег
И всем то было невдомек.
Наутро рыцарями стали
Те, что вкусить Гильему дали
Услад, неведомых досель.
Уложенный к жене в постель
Эн Арчимбаутом, он забаву
7680 Устроил для себя на славу.
Несчастный же подумать - веря
Тогдашней клятве в полной мере -
Не мог, что спрятан смысл двойной
В софизме, сказанном женой {226}.
Безумец, дурень и простец,
Под стать Боецию мудрец {227},
Тот муж, что мнит лишить супругу
Возможности потрафить другу.
Был как бы от стыда багров
7690 Круг солнца, стих колоколов
Звон к утрене - и загремели
Литавры, барабан, свирели,
Фанфары и рога, те - глуше,
Те - звонче, но не по-пастушьи.
К турниру это был призыв,
Звучал он, всадников взбодрив
И лошадей: чтоб в срок прибыть,
Они во всю скакали прыть.
Тонуло в шуме все и звоне,
7700 Трясли бубенчиками копи,
То издавая трель, то звяк,
Поскольку их менялся шаг:
То это был галоп, то рысь.
Себе на горе разрослись
Цветы и травы тут - все вяло!
Вот было каково начало!
Король и семь баронов пост
Свой заняли, став на помост,
Затем Фламенка со своими
7710 Служанками, и дамы с ними.
Бароны держат над собою
В честь рыцарей, готовых к бою,
Один из знаков и эмблем,
Украсивших копье и шлем
И щит бойцов. Пообещав
Немедля вслух - отдать рукав {228}
Сопернику, кто первым в прах
Другого сбросит, - при словах
Последних услыхала крик
7720 Фламенка общий; он возник
Из-за того, что выпад дерзкий
Уже свершил Гильем Неверский:
Рукав пора снимать с руки -
Граф до ля Марш был мастерски
С седла им ссажен, наземь сбит,
Захвачен конь, отобран щит.
Вмиг горожан полна арена,
К Гильему очевидцы плена
На случай, если граф в поруке
7730 Нуждается, все тянут руки.
Гильем же говорит им: "С графа
Брать вовсе не хочу я штрафа,
Зато к моей пусть даме граф
Чрез дверку ту пройдет, сказав,
Что послан мной он и в обмен
На плен мой - ей сдается в плен".
Вернул доспехи и коня
Он графу, и верхом, тесня,
Толкая и давя народ,
7740 К Фламенке устремился тот.
Сцепил он руки, на колени
Встал и поведал ей о плене
Своем: "На то, чтоб к вам идти,
Тот, кто являет во плоти
Цвет рыцарства, меня обрек.
Богат доход мой и оброк,
И, коль хотите, я сумею
Тем угодить вам, что имею.
Коль вольным я от вас уйду,
7750 С меня получите вы мзду".
Ему Фламенка: "Мне угодно,
Чтоб стали вы, сеньор, свободны,
Но вас пленившему спасибо
За то должны сказать вы, ибо
Хотел того он. Так что, граф,
Прошу свезти ему рукав
В знак благосклонности, тем паче,
Что упустить ни в чем удачи
Не должен он. Когда рассвет
7760 Настал, то, на помост взошед,
Чтоб весь турнир окинуть взором,
Пред королем, моим сеньором,
Послать рукав дала я слово
Тому из рыцарей, другого
Кто первым выбьет из седла.
Коль бог не хочет, чтоб дала
Я слово зря, и рыцарь знатен,
Мне сей исход весьма приятен".
- "Что ж, миссия не тяжела
7770 Отнюдь для вашего посла.
То, что скажу я, не причуда:
Пусть бог не даст уйти отсюда
Мне и попасть в родной удел,
Коль вру, что я б сильней хотел
Упасть, чем сбить его с коня, -
Ибо послал он к вам меня".
Он дар берет: рукав так тонко
Свернуть служанка-компаньонка
Иль кто из дам других навряд
7780 Могли б. Он знал, что будет рад
Гильем, и, спешась, произнес
Учтиво: "Я, сеньор, привез
Дар куртуазный. Той, кем он
Вам послан, я освобожден.
Дарительница рукава,
Благорассудная, слова
Такие шлет вам: час был ранний,
Когда, придя к началу браней,
Она при короле обет
7790 Дала - на что не мог запрет
Наложен быть - тому рукав
Отдать, не ущемляя прав
Любви, кто первым наземь сбросит
Соперника; и преподносит
Бог, сделав так, что первым вами
Другой повержен, радость даме:
Та тотчас стала весела,
Чему в свидетельство дала
Рукав". Гильем нетерпеливо
7800 Его берет, затем учтиво
Расправив, прячет внутрь щита,
Прижав при помощи и рута
Серебряного, чтоб, свисая,
Высовывался из-за края
Чуть-чуть, зато чтоб пред собой
Его он видел в миг любой.
Другим бы разве так пристали
Дары подобные? Едва ли.
Не тот ли может ждать поблажки,
7810 Кто ни промешки, ни промашки
Не знал за дамою своей?
И это в ней всего ценней:
Даруется удел счастливый
Любовью дамы, не ленивой
Всегда на всякую услугу,
Но не на притесненья другу.
Насколько сладостно с такой,
Приятной самой и благой
И нежной и во всем примерной,
7820 Настолько тягостно со скверной
Особой, нрав которой груб,
Дурны манеры, разум туп.
Те знают, кои претерпели
Зло это, не приблизясь к цели!
И я о том молчать не стану,
Как предана она обману
И счастлива, предлог нашед
Сказать возлюбленному "нет".
Столь неотесанную тешит
7830 То, что никто ее не тешет,
До дня, когда, не видя в лоске
Нужды, забудут все о теске:
Коль "нет" такая произносит,
Когда ее хотят и просят,
То вовсе смысла нет, когда
Уже не просят, молвить "да".
Коль "некала" при просьбе всякой,
Быв юной, - в старости не "дакай"!
Своим не ублажить ей даром
7840 Ни в юном возрасте, ни в старом.
Мне ясно, что когда б цепа
У красоты, как у вина
Иль золота росла с годами,
То, мучась, милосердья в даме
Вы не нашли б наверняка:
Хотя по всем статьям дика,
Служенья жаждет и почета,
А к ней придет за тем же кто-то -
Спесивой станет и бесстрастной,
7850 Притом что грамота несчастной
Жалована на малый срок!
Краса иссякнет, как поток,
На краткий миг после дождей
Живей бегущий, чем ручей,
Водой обязанный ключу.
"Вы думаете, я шучу?
Нет, здравый смысл тому нас учит,
Что только зря влюбленных мучит
Задержка дамы иль запрет.
7860 Пусть позабудет впредь о "нет",
Пусть от привычки этой вредной
Скорей избавит ум свой бедный,
Ибо тому, кто уж привык
К дурному, не отвыкнуть вмиг.
Не шутки ради нам Гораций {229}
Оставил несколько нотаций:
Вкус, коим котелок пропитан
Сначала, до конца храпит он.
И все, когда нечист сосуд,
7870 Скисает, что в нею нальют.
Но с дамой мучиться не надо
Гильему: все для друга рада
Сказать и сделать, что должна,
По слову первому она.
Меж тем, с лувенским Гонтариком
Бой в нетерпении великом
Тот начинает, кто доселе
Непревзойден был в ратном деле,
То бишь Альфонс, Тулузский граф.
7880 Два славных рыцаря стремглав
Несутся; тот и этот щит
Смят; под ударами трещит
Нагрудник конский и подпруга.
Сбить наземь силятся друг друга,
И каждый не жалеет шпор.
Жесток удар, могуч напор.
Сбив седла, копья изломав,
Дерутся с помощью булав
И жезлов; шлем стремясь рассечь,
7890 Лишь гнут его, зазубрив меч.
Не видел свет подобной рубки.
Никто не делает уступки,
Показывая, как он смел.
С арены уходя, успел
Гильем Неверский дать наглядный
Бойцам урок работы ратной.
Шестнадцать захватил коней
Кастильских он, со сбруей всей
И седлами, и всех поврозь
7900 Хозяев их; не удалось
Тулузской стороне помочь им -
Граф спасся, плен достался прочим:
Джауфре де Блай средь тех рубак,
Граф, не риставший натощак;
Арнаут Бувильский - друг баронам
Благим и враг угрям копченым;
А третий - Юк де Люзиньян;
Средь сих владельцев замков рьян
И славен каждый был воитель.
7910 Гильем спросил у них: "Хотите ль,
Чтоб плен не тяготел над вами?"
- "О да, сеньор". - "Сеньоры, к даме
Моей тогда направьте шаг,
К тому, где королевский стяг
Вы видите, ступайте входу,
Клянусь, вам даст она свободу".
- "Благодарим, сеньор, мы ей
Себя вручим как ваш трофей".
Доспехов и коней возврат
7920 Недолог; все туда спешат,
Где возле узкого проходца
Фламенка шутит и смеется
И, как король и свита вся,
Вслух говорит, что удался
Турнир. Ей пленники пред всеми,
С почтеньем молвив о Гильеме,
Сдаются, говоря: "Благая,
Короной красоты блистая,
Соединяете в себе вы
7930 Все из достоинств королевы.
Гильем Неверский куртуазный
Нас - бой ведя в разнообразной
Манере, - в плен забрал, и вот,
В дар, под начало ваше шлет".
Фламенка королю со смехом
Бросает: "Я рукав с успехом
Пустила в дело: возросло
Баронов, взятых в плен, число".
И тем: "Вас не хочу держать я
7940 В неволе, не мое занятье.
Забудьте же, что вы в плену,
Я вас пленившему верну,
Его лишь и благодарите:
Взял в плен и даст из плена выйти".
Они, как только с ней простились,
На луг к Гильему возвратились,
Чтоб передать от той поклон,
Чьей щедростью возвышен он.
Эн Арчимбаут, все поле сечи
7950 Объехав, рад был каждой встрече
С соперником. Вот дон д'Андюз
Схватился с ним, отнюдь по трус:
Так люто бьются, что пробит
У каждого тяжелый щит
И разъезжается кольчуга,
Но наземь им не сбить друг друга.
Граф де Сент-Поль стал в свой черед
Ристать, когда пред ним, в намет
Коня пустив, эн Аймерик,
7960 Нарбоннский герцог, вдруг возник:
Так в этой схватке оба круты,
Что чуть не с первой же минуты
Пришлось им наземь соскользнуть.
Их кони сшиблись грудь об грудь,
Стремясь друг друга побороть,
И рухнули - расселась плоть.
К ним рыцарей два стана мчатся
. . . . . . . . . . . . . . . . {230}
Как в деле лучше преуспеть,
7970 Чтоб подвиг их считали впредь
Примером доблести и чести.
Держались в каждом стане вместе
Бойцы: копей вернув себе,
Столь многие спешат борьбе
Предаться с небывалым жаром,
Что глушится удар ударом.
Теснимы, сил лишась, приняв
Удары копий и булав,
Они, отъехав, ищут случай
7980 Вновь показать в бою, кто лучший,
Чьи правильней приемы, чей
Удар точней и конь ловчей.
Сошлись Гильем де Мониелье
И эн Гарин де Реортье:
Бургундец {231} был обескуражен
Тем, что с седла два раза ссажен;
Лежит он, и никто нейдет
На помощь - этот стан и тот
Осмеивают исполина,
7990 А он был больше Константина {232},
Соперник же, хоть ростом мал,
Когда к упавшему взывал,
То громко говорил и звучно:
"Сеньор, ну как внизу, не скучно?"
Свое ристание Туренский
Виконт и граф Готье Бриеннский
Вели на куртуазный лад:
К руке соперника прижат
Выл щит, рука уперта в боге.
8000 Удар их копий столь жесток,
Что, щит пробив, пронзает руку,
Но это незаметно: муку
Терпя, они свой стойкий нрав
Являют, виду не подав,
Что ранены и терпят боль,
Меж тем, раненья тяжки столь,
Что без оружья, без турнирной
Борьбы придется месяц мирный
Прожить им. Графу де Родез
8010 Шампанский граф наперерез
Помчался: оба в битве яры,
Великолепны их удары.
Пахва, нагрудник, удила,
Ремень стремян, лука седла,
Подпруга, трок, продетый в пряжки, -
Искромсаны; никто, промашки
Не сделав, не повержен в прах -
Устаивают на ногах,
Щит у груди, над головой
8020 Копье: затеять пеший бой
Готовы, не жалея сил.
Но тут король провозгласил:
"Бароны, на сегодня хватит!
Пусть больше сил никто не тратит.
Все схватки славны; захоти
Придумать кто, не превзойти
Мечтам ристаний столь отменных".
Вот по домам коней и пленных
Разводят, но на зависть всем
8030 Был тех, кого забрал Гильем
Неверский в плен, благой удел:
На них цепей он не надел,
И им не нужен поручитель,
Почтившим даму, чей учитель -
Благодеянье. Общий сбор
Трубит рожечник и жонглер
То там, то здесь. После обеда
Ведется про турнир беседа
Баронами при короле -
8040 Сведя, мол, лучших на земле
Бойцов, другим он не чета:
"Но выше всех свои цвета
Тот носит, кто, его начав,
От дамы получил рукав".
Перед вечерней, на закате,
Тот, для кого Амор занятье
Найдет, к той во дворец идет,
Без чьих не может жить щедрот.
Весьма радушен дамы вид,
8050 И он ее благодарит
За тот рукав из багряницы.
Поближе каждый стать стремится
К другому, чтобы, чередуя
С объятиями поцелуи,
Ласкать хотя бы ткань одежд,
И все; они полны надежд,
Чуть только будет то удобно,
Все показать, на что способны.
Вновь на турнир с утра спешил
8060 Народ; Фламенку на настил,
Взяв за руку, король возвел.
Вновь отдан вмиг был узкий дол
Турнирным пляскам всевозможным:
Ни танец аббатисы сложным
Столь не бывал, ни пикомпан {233}.
Считать не успевали ран,
Пленений, возвращений к воле,
Там - падали, там - встав, кололи.
С виконтом де Мелюн, верхом
8070 Сидевшем на коне гнедом,
Сумел сеньор де Кардальяк
Управиться; дивился всяк,
На ход нежданный боя глядя:
Виконт был выше на две пяди
И силу большую имел;
Но предначертан сей удел
Любому, и весьма он част:
Чего природа не додаст
Кому-то в росте или в силе,
8080 Вернет то в доблести и пыле.
Не может выглядеть убого
Тот, скрыто в ним достоинств много.
Есть поговорка: "Мозгу прок
Ничтожный от волос и щек".
Тот ростом взял, кто не удал,
Кто мужествен, тот ростом мал.
А с графом Фландрским, что пришпорил
Как раз коня, в ристанье спорил
Джауфре де Люзиньян, и лугом
8090 Они скакали друг за другом.
Им удается на куски
Рассечь ударами щитки,
Пронзить кольчугу и вспороть
Камзол, под тканью ранив плоть.
Едва не падают на землю
. . . . . . . . . . . . . . . . {234}
¶ДОПОЛНЕНИЯ§
Перевод А. Г. Наймана
¶АРНАУТ ДАНИЭЛЬ§
Когда с вершинки
Ольхи слегает лист,
Дрожат тростинки,
Крепчает ветра свист,
И нем солист -
Замерзнувшей лощинки -
Пред страстью чист
Я, справив ей поминки.
Морозом сжатый,
Спит дол; но, жар храня,
Амор-оратай
Обходит зеленя,
Согрев меня
Дохой, с кого-то снятой,
Теплей огня, -
Мой страж и мой вожатый.
Мир столь прекрасен,
Когда есть радость в нем,
Рассказчик басен
Злых - сам отравлен злом,
А я во всем
С судьбой своей согласен:
Ее прием
Мне люб и жребий ясен.
Флирт, столь удобный
Повесам, мне претит:
Льстец расторопный
С другими делит стыд;
Моей же вид
Подруги - камень пробный
Для волокит:
Средь дам ей нет подобной.
Было б и низко
Ждать от другой услад,
И много риска:
Сместится милой взгляд -
Лишусь наград;
Хоть всех возьми из списка
Потрембльский хват -
Похожей нет и близко.
Ее устои
Тверды и мил каприз,
Вплоть до Савойи
Она - ценнейший приз,
Держусь я близ,
Лелея чувства, кои
Питал Парис
К Елене, житель Трои.
Едва ль подсудна
Она молве людской;
Где многолюдно,
Все речи - к ней одной
Наперебой;
Передаст так скудно
Стих слабый мой
То, что в подруге чудно.
Песнь, к ней в покой
Влетев, внушай подспудно,
Как о такой
Пропеть Арнауту трудно.
¶БЕРТРАН ДЕ БОРН§
О Лимузин, земля услад и чести,
Ты но заслугам славой почтена,
Все ценности в одном собрались месте,
И вот теперь возможность нам дана
Изведать радость вежества сполна:
Тем большая учтивость всем нужна,
Кто хочет даму покорить без лести.
Дары, щедроты, милость в каждом жесте
Любовь лелеет, словно рыб - волна,
Мила любезность ей, благие вести,
Но также - двор, турниры, брань, война:
В ком тяга к высшей доблести сильна,
Не оплошай, ибо судьбой она
Нам послана с доной Гвискардой вместе.
¶ПЕЙРЕ КАРДЕНАЛЬ§
Любовь я ныне славлю всласть:
Она дает мне спать и есть,
Меня не жжет, не студит страсть,
Я не блуждаю где невесть,
Вдаль не гляжу, зареван,
Не мучит душу мне разлад,
Я не унижен, не распят,
К посланцу но прикован,
Предать меня не норовят,
Дела мои идут на лад.
Против меня не ставят спасть,
Не страшно мимо стула сесть,
Не надо ни изменниц клясть,
Ни грубого ревнивца месть,
Никем не атакован,
Ничьей внезапностью по смят,
Не гнусь под грузом глупых лат,
Не гол, не обворован,
Не говорю, что я объят
Любовью, ни что в сердце ад.
Не говорю, что должен пасть,
Что мук любви не перенесть,
Встреч не ищу, не славлю власть
Той, что могла мне предпочесть
Любого, будь готов он;
Нет дела до ее наград,
До сердца, сданного в заклад;
Не бит, не ошельмован,
Любовью в кандалы не взят,
Напротив, ускользнул и рад.
Благую победитель часть
Избрал: его венчает честь,
А побежденного ждет пасть
Могилы, страшно произнесть.
Но высший тем дарован
Удел, кто из души разврат
Изгнал, кто армией услад
Не мог быть завоеван;
Победа эта им стократ
Важней, чем городов захват.
Хочу на тех охулки класть,
Чья речь - ручей, чьих чар не счесть,
Кто скор корысть красавиц красть,
Вливая ловко в ласку лесть;
Их раж и жар раскован,
Они о нас надменно мнят;
Визг розг и грязь грызне грозят,
Но зря тот арестован,
Чья явь - любовь, а яства - яд;
Плачь, коль оплачен оптом клад.
Курс волей облюбован
Такой, что чувства наугад,
А не куда хочу, летят.
¶ПРИЛОЖЕНИЯ§
А. Г. Найман
О "ФЛАМЕНКЕ" - СТАРОПРОВАНСАЛЬСКОМ РОМАНЕ XIII в.
В начале XIX в. новоназначенный префект департамента Од обнаружил в
каркассонской муниципальной библиотеке рукопись in-octavo в деревянном
переплете, с вырванным началом и концом и несколькими недостающими в
середине листами. 139 сохранившихся листов были записаны с двух сторон в
одну колонку стихами на старопровансальском языке, 25 позолоченных заглавных
букв и 221 монохромная (синего или красного цвета) украшены богатым
орнаментом, пергамент листов был в хорошем состоянии. Рукопись направили
ученому эрудиту Франсуа Рейнуару, и вскоре, в составе первого тома словаря
провансальского языка, он опубликовал несколько сотен стихов новонайденного
романа {Raynouard F. Lexique roman, ou dictionnaire de la langue des
troubadours, vol. 1. Paris, 1838, p. 1-47.}, дав ему название "Фламенка",
каковое за ним и закрепилось (подлиннее заглавие навсегда утрачено для нас
вместе с титульным листом рукописи). Первое полное издание романа вышло в 65
г. {Meyer P. Le Roman de Flamenca. Paris - Beziers 1865.} Новейшее издание,
снабженное превосходным научным аппаратом, появилось несколько лет назад в
Швейцарии {Gschwind U. Le Roman de Flamenca. - Romanica Helvetica, vol. 86
A-B. Bern, 1976.}.
В последние годы читатели, интересующиеся средневековой куртуазной
литературой Западной Европы, нередко получали возможность знакомиться с
новыми ее памятниками. В серии "Библиотека всемирной литературы" был выпущен
том "Трубадуры. Труверы. Миннезингеры" (серия I, т. 23), Главная редакция
восточной литературы издательства "Наука" издала небольшую, но достаточно
репрезентативную антологию старопровансальской поэзии {Песни трубадуров. М.,
1979.}, а в серии "Литературные памятники" вышли "Смерть Артура" Томаса
Мэлори (1975), романы о Тристане и Изольде (1970), "Песни" Бернарта де
Вентадорна (1979) и романы Кретьена де Труа (1980). К этому списку надо
добавить и несколько выходящих в той же серии книг - итальянский сборник
XIII в. "Новеллино" и собрание средневековых провансальских новелл,
представляющих собой жизнеописания трубадуров. В том же ряду стоит и
"Фламенка" - один из двух дошедших до нас провансальских куртуазных романов.
Как всякий выдающийся памятник литературы, "Фламенка", которой
посвящена колоссальная научная литература {Полная библиография может быть
найдена в ука
...Поділитися у соцмережах
