Жанр: Стихи
Испанский Парнас, двуглавая гора, обитель 9 кастильских
...ой... - Отец Пабло, как цирюльник,
отворял кровь.
Кот на испанском воровском жаргоне означает "вор".
...как чучело фарисея... - Фарисеи - члены секты, принимавшие, согласно
евангельскому преданию, участие в осуждении Христа. Безобразные чучела их
носили в процессиях на страстной и пасхальной неделях.
Битва при Лепанто - большое морское сражение в заливе Лепанто (1571), в
котором испанцы разгромили турецкий флот. В битве принимал участие и Мигель
де Сервантес.
Каждый из его башмаков мог служить могилой для филистимлянина. -По
библейской легенде, царь филистимлян Голиаф был великаном; поэтому людей
высокого роста называли в Испании филистимлянами.
...в полселемина вместимостью. - Селемин - старинная мера емкости,
равная 4,6 литра. Существовали и другие меры емкости, упоминаемые у Кеведо:
асумбре - 2,16 литра и фанега (ханега) - 55,5 литра.
...одного имени с нашим учителем... - Имя учителя означает по-испански
"коза".
...утром в одну из пятниц обнаружил у него на камзоле хлебные крошки. -
У католиков в пятницу соблюдается пост, а по строгим правилам - вообще
воздержание от пищи до обеда.
...могли выдавать себя за коррехидоров или адвокатов. - Коррехидор -
администратор или судья в городах и провинциях. Коррехидоры и адвокаты
носили парики из белой шерсти.
Хозяин его был мориск и вор. ...не приходилось мне видеть собаки и
кошки, живущих в столь полном согласии... - Мориск - мавр, обращенный в
христианство. Морисков звали собаками, а воров - котами.
Хуан де Леганес. - В конце XVI века в Мадриде был известен некий
крестьянский юноша, умевший считать лучше всех своих современников.
Ecce homo! - согласно евангельскому преданию, слова Пилата, обращенные
к Христу.
...плащ и сутану. - Студенты носили сутану, подобно духовным лицам.
...служили носовыми платками большим носам, чем были когда-либо виданы
во время процессии на страстной неделе. - В Испании в религиозных процессиях
на страстной неделе участвовали маски, изображающие носатых фарисеев.
Математик. - В те времена математики были и астрологами, и
предсказывали будущее.
...взял меня за средний палец... - Сжатие среднего пальца левой руки
действительно может оказать рефлекторное действие на сердце.
Они еще собирались перетянуть мне ляжки веревкой... - Перетягивание
бедер облегчает работу сердца.
...Иудой - хранителем казны... - Согласно евангельской легенде, Иуда
был у апостолов казначеем.
...не соблюдало правил риторики, ибо из большего делалось меньшим... -
Одно из правил риторики гласило, что в речи убедительнее переходить от
меньшего к большему.
Корчете - прозвище полицейских-фискалов, означающее крючок.
Антонио Перес (1539-1616) - секретарь испанского короля Филиппа II. Был
обвинен в убийстве, организованном по тайному приказу короля, бежал за
границу, где напечатал компрометирующие испанскую политику документы;
пользовался покровительством Франции и Англии.
Театинец, - член ордена, названного по итальянскому городу Теато. В
обязанность монахов этого ордена входило исповедовать и утешать людей,
приговоренных к смертной казни.
...откапывала мертвецов, не будучи злоречивой. - Матери Пабло дли
колдовства нужны были зубы повешенных, но, откапывая их, она мертвецам
"косточек не перемывала".
...Изобретения Хуанело... - Имеется в виду водонапорная машина,
сооруженная итальянцем Хуанело Турриано (ум. 1585) для снабжения Толедо
водой из реки Тахо; считалась чудом технической мысли.
Великий мастер фехтования - то есть Луис Пачеко де Нарваес, автор книги
"Величие шпаги" (1600), где он кладет в основание теории фехтования
математический принцип. Враг Кеведо.
...обман с большим переходам на четверть окружности... - Пародируемый
автором Нарваес представлял школу фехтования Херонимо Карансы (XVI век),
одно из положений которого требовало, чтобы противники располагались на
противоположных точках воображаемого круга с диаметром, равным длине
вытянутой руки со шпагой. Противники двигались по этому кругу, но вступали в
него лишь для нанесения удара.
...per signum crucis... - начальные слова молитвы "Крестным знамением
освободи нас от врагов наших". В тексте она переделана так, что приобретает
смысл, данный в подстрочном переводе.
Махалаонда - селение неподалеку от Мадрида. Во времена Кеведо жители
его служили мишенью для насмешек из-за их необразованности.
Сакристан - церковный причетник.
Сакабуча - раздвижная металлическая труба, предшественница тромбона.
Хорнада - слово, означающее по-испански и акт пьесы, и дневной переход.
Прагматика - указ короля, имеющий силу закона. Стр. 153. Консептизм -
стиль в испанской поэзии XVI-XVII веков, требовавший от автора сложности или
утонченности выражаемой мысли (подробнее о консептизме см. во вступительной
статье).
Долина Иосафатова - по библейскому преданию, место предстоящего
Страшного суда.
...перестав быть маврами, хотя и сохранив кое-что от прошлого... -
намек на мавританские сюжеты в поэзии, особенно в романсеро (сборниках
испанских народных романсов).
...пристало ли отшельничество таким безбородым людям, как я - Внешним
признаком отшельника была длинная борода. .
Тетуан - город в Марокко, центр торговли испанскими пленниками и
невольниками.
"Introibo" - песнопение, предшествующее мессе; "Kyrie" - начальное
слово первых ее разделов.
Аиньян - Педро Линьян де Риаса (ум. 1607 г.), поэт; Эспинель Винсенте
(1551-1614) - поэт и прозаик, автор романа "Жизнеописание Маркоса де
Обрегона"; Алонсо де Эрсилья (1533-1594) - поэт, автор эпической поэмы
"Араукана"; Фигероа Франсиско де (1536-1617) - поэт; Падилья Педро де
(вторая половина XVte.) - поэт и импровизатор.
Бернардо дель Карпио - легендарный герой испанского эпоса.
Гарсиа де Паредес Дьего (1466-1530) - один из выдающихся воинов в
итальянской кампании; Хулиан Ромеро - один из испанских военачальников,
отличившихся во время войны во Фландрии (1573).
...буду совой, которая это масло... выпьет.., - по народному поверью,
совы выпивали масло из лампад.
...мы встретились с одним генуэзцем.., антихристом для испанских
денег... - Получаемое из колоний золото уходило за границу и оседало в
генуэзских банках.
Безансон - город во Франции, во времена Кеведо принадлежавший испанцам;
важный банкирский центр. Непонятно, почему Кеведо поместил его в Италии.
...преображенный в звонкую монету... - намек на то, что пирожники
начиняли свой товар мясом казненных. В подлиннике игра слое hecho cuarto
означает "четвертованный" и "превращенный в куарто",
Пассакалья-медленный испанский танец.
...день ее святого Мартина. - В этот день было в обычае колоть свиней.
Все начали... прикладываться к полу. - Землю целовали, чтобы оградить
себя от опасности.
...идальго, с домом и родовым поместьем в горных краях... - Жители
горных районов на севере страны претендовали на особое благородство, ибо не
знали над собой власти мавров.
...в бурой одежде... - Дорожная одежда обычно бывала бурого цвета.
...царь, что привык к яду... - Имеется в виду Митридат VII, царь
Понтийский (123-63 до н. э.). Опасаясь отравления, всю жизнь приучал себя к
ядам.
...пойду отведать похлебку у монастыря святого Иеронима... - У ворот
монастырей в определенные часы беднякам раздавали пищу.
...кладбище Антигуа в Вальядолиде... - По народному поверью, земля на
этом кладбище, якобы привезенная из Палестины крестоносцами, быстро
уничтожала трупы.
Дон Хуан. - Имеется в виду дон Хуан Австрийский (1547-1578), побочный
сын императора Карла V, победитель в битве при Лепанто; Луис Кихада - его
воспитатель, майордом Карла V.
Великий Полководец - Гонсало де Кордова (1453- [1515), завоевал
Неаполитанское королевство.
Арголья - игра в мяч, который забрасывали в обруч.
... в горах близ Алькала. - Алькала стоит на равнине.
...мученический конец святого Стефана... - По преданию, святой Стефан
был побит камнями.
Апосентадор - чиновник-квартирмейстер для важных лиц, прибывавших в
Мадрид.
...мотовило святого Андрея. - Мотовило своей формой запоминает
андреевский крест, который должны были носить лица, осужденные инквизицией
на длительное покаяние.
Писпириганья - детская игра, в которой щиплют друг друга.
...кровью.., агнца, лишь с помощью которой можно обрабатывать самые
твердые алмазы... - Во времена Кеведо алмазы обрабатывались другими алмазами
и горячей кровью козла или другого животного.
Один посмотрел на другого... - строки из популярного романса о смерти
дона Алонсо де Агиляра.
Каса делъ Кампо - загородный мадридский парк, место прогулок столичной
аристократии.
Валенсуэла - лошадь берберийской породы.
Лоа - род пролога, восхваляющего лицо, которому посвящена пьеса,
подчеркивающего заслуги актеров и взывающего к благосклонности зрителей.
Сенат - обычное почтительное обращение к зрителям.
Рамон Алонсо - испанский поэт и драматург XVII века.
Гарсиласо де ла Вега (1503-1536) - знаменитый испанский поэт-лирик.
Мушкетеры - зрители из простого народа, заполнявшие стоячие места в той
части театра, которая теперь называется партером.
Пинедо Бальтасар, Санчес де Варгас Эрнан, Моралес Алонсо де, по
прозвищу Божественный, - популярные актеры конца XVI - начала XVII века.
...служанка, которая была родом из Галисии. - Образ галисийца вошел в
испанскую литературу как воплощение необразованности и глупости.
...стал покушаться на роль папаши антихриста. - По поверью, антихрист
должен был родиться от священника и монахини.
Субботний стол. - В Кастилии было принято не есть мясо не только в
пятницу, но и в субботу. Но постепенно церковь стала разрешать есть по
субботам головы, ножки, жир и сбой.
...звали его Мата... - то есть "Убей!" (исп. Matar - убивать).
Доминго Тиснадо - пирожник; Эскамилья Перо Васкес - наемный убийца,
повешенный в Севилье; Алонсо Альварес де Сориа, он же Кривой, - сатирический
поэт, повешенный в Севилье в 1604 году за непочтительное прозвище, данное
коррехидору, Альварес укрылся в церкви, но был пойман полицейским во время
ночной вылазки. Этому коррехидору и полицейскому и хотят отомстить новые
друзья Паблоса.
...решил... перебраться в Вест-Индию... - то есть в Америку; так по
традиции, идущей от Колумба, в Испании называли Новый Свет.
В. Григорьев
Франциско де Кеведо.
Сновидения и рассуждения об истинах, обличающих злоупотребления, пороки и обманы во всех профессиях и состояниях нашего века
OCR Кудрявцев Г.Г.
ББК 84. 34 Ис КЗЗ
Л.: Худож. лит., 1980. - 544 с.
Составление, вступительная статья и критико-библиографические справки З. Плавскина
СОН О СТРАШНОМ СУДЕ
Перевод И.Лихачева
Графу Лемосу, главе Совета по делам Индий
Пред вашей светлостью предстанут сии нагие истины, ищущие не того,
кто оденет их, но того, кто их примет; ибо дожили мы до такого времени,
когда и столь высокое благо, как то, кои они являют, нуждается в
представительстве и заступничестве. Одни лишь эти истины сулят надежность.
Да живет ваша светлость долгие лета к чести нашего века.
Дон Франсиско Кеведо Вильегас
{Перевод посвящения здесь и далее: "Бесноватый альгуасил", "Сон о
преисподней", "Мир изнутри" выполнен А. Косс.}
Сновидения, ваша милость, порождаются Юпитером, и насылает их на нас
именно он, - так по крайней мере говорит Гомер, а в другом месте
присовокупляет, что не верить им нельзя. И воистину так оно и есть, когда
речь идет о предметах важных и до божественного касательство имеющих или
если сны эти видят короли или вельможи, как явствует из нижеследующих стихов
ученейшего и восхищения достойного Проперция:
Nec te sperne piis venientia somnia portis,
Quum pia venerunt somnia, pondus habent.
{He презирай ты и снов, из блаженных ворот исходящих, Эти блаженные сны
смыслом великим полны (лат.). "Элегии", IV. Перевод Л. Остроумова.}
А говорю я все это затем, что именно небом ниспосланным почитаю я сон,
приснившийся мне намедни, когда смежил я веки за чтением "Светопреставления
и Второго Христова пришествия" сочинения блаженного Ипполита, чему
следствием было, что приснился мне сон о Страшном суде.
И хоть трудно предположить, чтобы в доме поэта кто-либо мог здраво
судить (даже во сне), приснился он мне по той же причине, о которой поминает
Клавдиан в предисловии ко второй книге своего "Похищения", говоря, что по
ночам все животные видят во сне тени того, что занимало их днем. А Петроний
Арбитр пишет:
Et canis in somnis leporis vestigia latrat.
{Пес легавый во сне преследует с лаем зайчонка (лат.).}
А в рассуждении судей:
Et pavido cernit inclusum corde tribunal.
{И созерцает во сне, содрогаясь, судебное кресло (лат.)}
Итак, привиделся мне во сне отрок, который, проносясь по воздуху,
дыханием сообщал голос трубе, несколько искажая от усилия прекрасный лик
свой. Зову сему вняли мрамор гробниц и слух мертвецов. И тотчас пришла в
сотрясение вся земля и позволила костям идти на поиски друг друга. Прошло
некое время, хотя и малое, и я увидел, как из могил с грозным видом восстают
те, что некогда были воинами и полководцами, полагая глас трубный боевым
сигналом, и в страхе и смятении скупцы, страшащиеся какой-либо тревоги; а
преданные чванливой суетности и обжорству, вообразя, что это пронзительно
трубят в рог, почли сие приглашением на пирушку или охоту.
Это я прочел на лицах воскресших, причем никому из них не приходило на
ум, что трубный глас сей знаменует Страшный суд. Затем я приметил, что иные
души, одни с брезгливостью, другие с ужасом, отшатывались от своих прежних
тел: у кого не хватало руки, у кого глаза. Рассмешило меня несходство
призраков с их телами, и я преклонился перед божественным провидением,
претившим, чтобы в такой свалке перетасованных останков кто-либо, сбившись
со счету, присвоил себе ногу или иную какую часть тела соседа. Лишь на одном
кладбище приметил я, что покойники обменялись было головами, а потом все же
забрали каждый свою, да одному судейскому писцу что-то не по вкусу пришлась
его душа, и, чтобы от нее избавиться, он заявил, что она не его.
Затем, когда уже все узнали, что наступил день Страшного суда, надо
было видеть, как любострастники пытаются скрыться от собственных глаз, не
желая вести на судилище свидетелей, которые могли бы их опорочить: как
злоречивые хоронятся от собственных языков, а воры и убийцы сбиваются с ног,
чтобы убежать от своих рук. Обернувшись в другую сторону, я увидел скрягу,
вопрошавшего другого покойника (тот не мог ему ответить, ибо был
забальзамирован, внутренности его находились далеко и еще не успели
прибыть), не воскреснут ли его мешки с золотом, раз уж восстает из земли все
то, что было в ней погребено.
Великое множество писцов, увиденных мною в другом месте, показалось бы
мне отменно забавным, когда бы не огорчало меня то, с каким ужасом они
устремились прочь от собственных ушей, дабы не услышать себе приговора. Но
без них оказались, к сожалению, тут только те, которым их отрезали за
воровство. Однако всего более поразил меня вид двух или трех купцов,
надевших свои души наизнанку, отчего все их пять чувств оказались в правой
руке, на которую они были особенно нечисты.
На все это я взирал со склона высокой горы, пока вдруг не услышал
доносившиеся из-под ног моих крики, чтобы я посторонился. Не успел я
отступить на шаг или на два, как из-под земли выросло великое число красивых
женщин. Они бранили меня невежей и грубияном, поскольку я не проявил
довольно учтивости к дамам (ибо в аду почитают они себя таковыми и не могут
отказаться от сего безрассудства). Вышли они наружу, предовольные тем, что
обнажены, выглядят весьма прельстительно и глядит на них столько народу; но,
узнав, что наступил день возмездия и что красота их втайне свидетельствует
против них, приуныли и стали спускаться в долину с несравненно меньшей
резвостью. Одна из них, сменившая семь мужей, подыскивала себе пристойные
оправдания для каждого своего брака. Другая, бывшая некогда непотребной
девкой, дабы не идти на суд, без устали твердила, что недосчитывается двух
зубов и одной брови, и то и дело возвращалась вспять, пока наконец не
приблизилась к судилищу, где ее окружила столь великая толпа людей, погибели
которых она способствовала и которые все казали на нее пальцем, что она за
благо почла смешаться с толпой фискалов, сочтя, что даже в такой день народ
этот не столь уж бросается в глаза.
От последнего зрелища отвлек меня превеликий шум, доносившийся с берега
реки: несметная толпа устремлялась за неким лекарем, который лишь из
приговора узнал, из кого она состояла. Оказалось, что это его больные, коих
он прежде времени отправил на тот свет, отчего они перед смертью не успели
покаяться. Все они собрались, чтобы понудить его явиться на суд, и наконец
силой поставили перед престолом. В это время по левую руку от меня раздался
плеск - казалось, кто-то поблизости плавает, я обернулся и увидел бывшего
судью, стоявшего посреди ручья и со тщанием себя омывавшего, вновь и вновь
возвращаясь к этому делу. Я полюбопытствовал узнать, с какой это стати он
так усердно себя трет, и на это последний признался, что в свое время при
разбирательстве иных дел дал себя не однажды подмазать, и теперь старается
избавиться от улик, дабы не появляться с ними в том месте, где будет собрано
все человечество.
Стоило посмотреть, как полчище злых духов плетьми, палками и всякими
стрекалами гонит на суд толпу трактирщиков, портных, башмачников и
книгопродавцев, кои из страха прикидывались глухими - хоть они и воскресли,
но никак не хотели покинуть свои погребения. У дороги, где они проходили, на
шум выставил голову из своей могилы некий стряпчий и осведомился, куда их
ведут. "На праведный суд божий, - был ответ, - ибо день его настал".
На что, стараясь понадежнее спрятаться, он заметил:
- Если мне предстоит спуститься еще ниже, уж я как-нибудь постараюсь,
чтобы это случилось попозже.
В толпе, обливаясь потом от страха, плелся трактирщик. Он так ослаб,
что падал на каждом шагу, и мне показалось, что какой-то черт сказал ему:
- Так тебе и надо. Выпачивай воду и не подавай нам ее заместо вина.
Один из портных, росту низкого, лицом круглый, с неприглядной
бороденкой и еще менее приглядными делами, без устали повторял:
- Ну что я мог наворовать, коли сам все время подыхал с голоду?
А другие уверяли его (поскольку он ни за что не хотел признаться в
воровстве), что так может говорить лишь тот, кто не уважает своего ремесла.
Повстречались они с грабителями и разбойниками, которые в ужасе бежали
друг от друга, но тут черти преградили им дорогу, говоря, что разбойники по
праву могут присоединиться к швалям, ибо всякий из них тоже шваль, только с
большой дороги, а грабители - к портным, ибо в одних портках своих жертв
оставляют. Между двумя этими разрядами лиходеев долго не могло установиться
согласие, ибо они стыдились идти рука об руку, но под конец все вместе
спустились в долину.
За ними шествовало Безрассудство со своей свитой стихотворцев,
музыкантов, влюбленных и бретеров - все людей, вовсе решившихся ума. Они
остановились в стороне, где друг друга разглядывали евреи-ростовщики и
философы, и, купно взирая на святейших отцов, восседавших во славе,
воскликнули:
- Видно, потоньше нюх был у этих пап, ибо, имей мы носы хоть в десять
локтей длиной, мы и тогда бы не разобрали, где наша выгода.
Затем появилось двое или трое поверенных, подсчитывая, сколько у них
было, смотря по обстоятельствам, образов и подобий, и дивясь тому, что у них
осталось их столько в запасе, ибо жизнь они вели самую безобразную и
неподобную.
Наконец всех заставили замолчать.
Порядок наводил соборный страж; парик на нем был что шерсть у
волкодава. Он так громоподобно стучал своим жезлом, что на шум сбежалась
тысяча всяких каноников и немалое число ризничих и прочих церковных
прихлебал и дармоедов, даже епископ, архиепископ и инквизитор - троица
скверная и все оскверняющая, готовая перегрызть друг другу горло из-за того,
что каждый хотел присвоить себе чистую совесть, которая невзначай могла
оказаться здесь в поисках того, кто ей приглянется.
Престол являл собою творение всемогущества и чуда.
Господь был облачен так, как подобает всевышнему, благостен праведникам
и грозен погрязшим в грехах; солнце и звезды ловили каждое его слово; ветер
затих и онемел; воды улеглись в берегах; земля замерла в тревоге за чад
своих - человеков.
Кое-кто еще угрожал тому, кто дурным примером направил его на путь
разврата, но большинство погружено было в глубокое раздумье: праведники
размышляли о том, чем воздать им господу и что испросить себе, а злые - что
привести себе в оправдание.
Между воскресшими ходили ангелы-хранители; по поступи их и краске на их
ликах можно было заключить, какой отчет им предстоит дать за тех, кто был им
поручен. Демоны между тем просматривали свои списки, подсчеты и обвинения.
Наконец все защитники разместились с внутренней, а обвинители с наружной
стороны. Десять заповедей выстроились на страже райских врат, столь узких,
что даже тот, у кого от сплошного поста остались кожа да кости, должен был
кое-чем поступиться, чтобы пройти в такую щель.
С одного края собрались несчастья, болезни и печали, громко обвинявшие
врачей. Болезнь уверяла, что если она и поражала людей, то приканчивали их
все же медики; печали клялись, что не погубили никого без содействия
докторов, а несчастья ручались, что все, кого предали земле, не миновали ни
тех, ни других.
Тут медикам пришлось волей-неволей отчитываться во всех покойниках, и
тогда, хотя глупцы и уверяли, что по вине их погибло несравненно больше
народу, чем на самом деле, врачи, вооружившись чернилами и бумагой, взошли
на холм со своими списками, и как только вызывали того или иного, один из
врачей выходил вперед и громким голосом объявлял:
- Этот человек прошел через мои руки такого-то числа такого-то месяца.
Счет начали с Адама, и, чтобы показать всем, как придирчиво при этом
поступали, скажу, что даже от райского яблока потребовали отчет, и притом
столь строгий, что Иуда не удержался и промолвил:
- Как же отчитываться буду я, коли продал агнца его хозяину?
Прошли суд все праотцы, наступил черед Нового завета. Воссели одесную
господа все апостолы купно со святым рыбарем. Тотчас явился дьявол и
воскликнул:
- Вот кто всей рукой отметил того, на кого одним пальцем указал апостол
Иоанн, - кощуна, ударившего Христа по лицу. Он сам себя осудил и был
низвергнут в преисподнюю.
Приятно было видеть, как бедняки идут на суд наравне с королями;
последние при виде того, как тонзуры, венчающие головы священников,
позволяют им проходить без малейшей задержки, спотыкались от изумления и
чуть не теряли при этом собственных венцов.
Высунули головы свои Ирод и Пилат, и каждый прочел на лице Судьи, хоть
и сиявшем дивным светом, гнев его, - и воскликнул Пилат:
- Поделом мне за то, что я дал над собой власть всяким иудеям.
А Ирод:
- Да и мне не вознестись на небо, ибо в лимбе не захотят больше
довериться мне младенцы, когда узнают о делах моих. Хочешь не хочешь, а
придется отправляться в ад, который как-никак обитель знакомая.
Тут появилась огромная хмурая личность и, выставив вперед кулак,
произнесла:
- Вот свидетельство о пройденных мною испытаниях!
Все в изумлении переглянулись. Спросили у привратников, кто это такой,
на что мрачный верзила ответствовал:
- Я дипломированный магистр фехтования, прошедший проверку у самых
храбрых людей всего мира, и дабы вы в этом воочию убедились - вот
свидетельства моих подвигов.
Тут он принялся шарить у себя за пазухой с такой поспешностью и
раздражением, что бумаги, которые он хотел показать, выпали и рассыпались по
земле. Мигом подскочили подбирать их два черта и один альгуасил, но большую
прыть при этом проявил альгуасил. Тут спустился ангел и протянул руку, чтобы
взять бумаги и передать их защите, а забияка, отступив тоже, вытянул свою
руку и, одним прыжком став в позитуру, воскликнул:
- Вот от такого удара уже спасенья нет. И раз уж я учу убивать, зовите
меня Галеном. Если бы нанесенные мною раны разъезжали на мулах, их бы
принимали за негодных врачей. Проверьте меня, испытание я выдержу с честью.
Все рассмеялись, а один несколько чернявый прокурор осведомился, что он
слышал о своей душе. Стали спрашивать у него отчет, не знаю уже в чем, но
магистр фехтования отозвался, что ни о каких приемах против врагов своей
души он не знает. Тут было ему приказано идти прямиком в ад, но и на это он
возразил, что его, верно, принимают за ученого математика, ибо сам он
понятия не имеет, что такое прямая. Это его заставили уразуметь, и, крикнув:
"Следующий", он исчез в преисподней.
Тут с грохотом ввалилась толпа кладовщиков со своими счетами (косточки
которых отнюдь не служили им для отсчитывания произнесенных молитв). Среди
всеобщего шума один из судей произнес:
- А, отвешиватели явились. А кто-то поправил:
- Скажи лучше - обвешив
...Закладка в соц.сетях
