Жанр: Философия
Суфии: Восхождение к истине
OCR: Ихтик (г. Уфа)
http://ihtik.da.ru
Ihtik@ufacom.ru
Суфии: Восхождение к истине
— М.: Изд-во Эксмо, 2003. — 640 с. (Серия
Антология мысли
).
ISBN 5-04-007641-Х
Составление, пересказ текстов, предисловие, словарь Лео Яковлева
Тексты переводов В. Максимова цитируются по изданиям:
Идрис Шах
Сказки дервишей
,
Караван сновидений
. — М.: Издательство
Фаир
.
Суфийский путь — это непрерывная работа мысли и сердца, в которой путеводной звездой служат притчи и афоризмы великих учителей суфизма. В этой книге впервые на русском языке представлено столь полное собрание суфийской мудрости. В ней объединено наследие таких классиков этого учения, как Газали, Санайи, Аттара, Джами, Навои, живших в XI—XV веках на территории восточного Ирана (Хоросана). К этой же цепочке духовной преемственности принадлежит и знаменитый шейх Накшбанд из Бухары.
Заключают книгу эссе замечательного русского востоковеда Е. Бертельса и несколько очерков современного суфи Идрис Шаха, которые представляют пример истинно суфийского подхода к толкованию скрытого смысла собранных в книге занимательных историй мудрых мыслей.
Лео Яковлев. Суфи, кто они?
Газали
Лео Яковлев. Абу Хамид ал-Газали
Притчи. Перевод В. Наумкина
Могущество Истины
Голоса, идущие свыше
Проницательность суфиев
Власть поэзии
Каждому — свое
Изгнание из рая
Запах чеснока
Границы щедрости
И еще о границах щедрости
Долг платежом красен
Эмир Басры и поэт
Кто щедрее?
Щедрость сильнее смерти
Феноменальная скупость
Эконом Аби Хафса
Хлеб-сольДоброта в наследствоНедостаток скромности
Шестнадцать маленьких притч об искренности, щедрости и скупости.
Мысли и афоризмы о любви, красоте, надежде, зависти и знании. Перевод В. Наумкина
Санайи
Лео Яковлев. Абул-Маджд Мадждуд ибн Адам Санайи
Двенадцать маленьких притч из поэмы
Сад истин
. Пересказ Лео Яковлева
Миссия поэта
Слепые и слон. Перевод В. Максимова
Верблюд
Косой
Халиф Омар и дети
О влюбленных
О бренности земного бытия
Махсити
Об истинной дружбе
Подлинная искренность
Покаяние
Где справедливость
Мысли и афоризмы. Перевод Е. Бертельса
Аттар
Лео Яковлев. Фарид ад-Дин Аттар
Повести и притчи
Книга о соловье. Перевод Е. Бертельса
Муравей и стрекоза. Перевод В. Максимова
Царь и бедный мальчик. Перевод В. Максимова
Дервиш и царевна. Перевод В. Максимова
Шейх Санан. Перевод Р. Сабирова
Десять маленьких притч из
Поэмы перехода
. Перевод Е. Бертельса
Находчивый дервиш
Молчаливый шейх
Богатые, бедные и рай
Мужество матери
Роковое дерево
Каждому по заслугам
Пути Господни неисповедимы
Тайное станет явным
Зазнавшиеся ученые
Высокомерный отшельник
Мысли и афоризмы. Перевод Е. Бертельса
Руми
Лео Яковлев. Джалал ад-Дин Мухаммад Руми
Притчи из
Поэмы о сути всего сущего
.
Пересказ Лео Яковлева
Бакалейщик и его попугай
Мастер и косоглазый подмастерье
Халиф и Лайли
Ослица и колючка
Царь Соломон и удод
О мухе, вообразившей себя кормчим
Глупец, убегающий от смерти
Поручение попугая
Любитель татуировки
Лисица, волк и лев на охоте
Спор на корабле
О том, как глухой навещал больного
Раб Лукман и его хозяин
Спор византийцев с китайцами
Пожар
Суфий и его осел на постоялом дворе
О человеке, увидевшем молодой месяц
Крестьянин и лев
Как суфии продали осла
Освобождение несостоятельного должника
Поиск жилища
О явных и скрытых достоинствах
Стена над потоком
Сокол в плену у сов
Колючки на дороге
Правитель и наставник
Мудрость и совершенство Лукмана
Всадник и змея. Перевод В. Максимова
Садовник и похитители плодов
Храбрец и медведь
Женитьба шута
Собака и слепец
Везение вора
Ссора четырех иностранцев
Рассказ о старом и больном человеке и лекаре
Как одного старика разбойники пугали намерением убить другого
Плач над умершим отцом
Испуг лучника
Бедуин и мудрец
Мышь и верблюжья уздечка
Дерево бессмертия
Ссора из-за винограда
Печаль судьи
Крестьянин и горожанин
Сокол и утки
Маджнун и собака
Разоблачение обманщика
Шакал, вообразивший себя павлином
Охотники и горный козел
Дерево и незрелые плоды
Как выглядит слон
Двухцветная борода
Ловец змей и дракон
Рассказ об учителе
Ювелир и его сосед
Дервиш, нарушивший свой обет
Жалобы мула
Терпение мудрого Лукмана
Заяц в роли посланника Луны
Вор, притворившийся барабанщиком
Клятва собаки
Объяснение в любви
Эмир и его раб Сонкур
Змея в сапоге
Лучшее место для влюбленных
Битье определяет сознание
Барабан султана
Горошина в кипящем котле
Царь Соломон и комар
Молитва во здравие грешников
Полководец Пророка
Происшествие с дубильщиком кож
Разновесы из глины
Жена суфия и ее любовник
Дикобраз и душа человеческая
Чалма правоведа
Награда поэту
Советы пойманной птицы. Перевод В. Максимова
О том, как один человек обращался за советом
Отшельник, веселившийся в голодный год
Рыболовы и три рыбы
Бедуин и голодная собака
Исчезающая ткань
Едок и еда
Ученик и плачущий учитель
О том, как попугай учился говорить
Маджнун
Лиса, лев и осел
Осел и царские скакуны
Напуганный человек
Монах со свечой
Ответ вору-фаталисту
Красота Лайли
Замогильный голос
Пропавшее мясо
Совершенное гостеприимство
Опасная игра
Испытание жемчужиной
Кража барана
Усердный сторож
Проспавший возлюбленный
Певец и пьяный военачальник
Муравей и зерно
Конь эмира
Скупой человек и нищий
Безнадежный больной
Воин и вороватый портной
Купец и женщины
Разговор мужа и жены
Кто старше
Зло в одеждах благочестия
Баран, верблюд и бык
Лягушка и хомяк
Султан Махмуд и ночные воры
Царь и пьяный законовед
Джами
Лео Яковлев. Hyp ад-Дин Абд ар-Рахман ибн Низам ад-Дин Ахмад ибн Шамс ад-Дин Джами
Притчи из поэм
Золотая цепь
,
Саламан и Абсаль
,
Дар благородных
,
Четки праведников
. Пересказ Лео Яковлева
Цапля и юноша, стиравший белье
Деревенский простак и его осел
Пловец и медведь
Слепой и уродина
Молодая красавица и влюбленный старик
Рассказ о непостоянном влюбленном
Абу Али ибн Сина и сумасшедший
Царь Ануширван и его держава
Халиф Омар Второй и его казначей
Возвышение Александра Македонского
Верблюд и лиса
Веские доказательства
Хитрая птица и глупая рыба
Рассказ о юноше в пестром халате
Царь и судья
Царь Хосров и рыбак
Ученый, потерпевший кораблекрушение
О том, как Александр Македонский прибыл в город людей, чистых нравом
Горожанин и крестьянин
Смерть Абул Маджда Санайи
Царевна и молодой негр
Возгордившийся раб
Стихотворец и царь
Старик и врач
Рассказ о любителе вина
Бедняк и толкователь снов
Непутевый сын
Бедуин и халиф
Бедуин и верблюд
Черепаха и утки
Ворона и куропатка
Глупец в большом городе
Рассказы, притчи и анекдоты из
Весеннего сада
. Перевод 3. Хасановой
Лео Яковлев. Что растет в весенних садах Абд ар-Рахмана Джами?
Александр Македонский и мудрец
Как стать мудрым
Мудрость индийских книг
Заветы царей
Индийские дары
Рассказ о трех мудрецах
Совет мудреца
Александр Македонский и его министр
Мубад и Кубад
Дервиш и падишах
Царь Нуширван и его золотой кубок
Мамун и его раб
Акил и Муавия
Случай на охоте
Царевич Бахрам у дверей гарема
Письмо Хурмуза
Справедливость халифа Омара
Халиф и вор
Помилование
Находчивый малыш
Тиран и женщина
Совет Александра Македонского
Александр Македонский и его военачальники
Сущность щедрости
Похвала щедрости
Бедуин и правоверный Али
Ибн Джафар и черный раб
Певица, ибн Джафар и ученый
Доброта ибн Джафара
Халиф и юродивый
Несостоявшаяся месть
Благородство перед ликом смерти
Приключения Асмаи
Пределы щедрости
Поэт и щедрый Маан
Находчивый бедуин
О любви
Халиф Абу Бакр и невольница
Рабыня-певица и влюбленный юноша
Судьба невольника
Смерть влюбленных супругов
История великой любви и дружбы
Халиф и раб-певец
Увядшая любовь
Красавец и остроумный брадобрей
Ложный путь
Любовь дервиша
Юноша среди дервишей
Анекдот об Асмаи, Харуне и бедуине
Анекдот о халифе и бедуине
Анекдот о глупых и умных
Анекдот о любопытном человеке
Анекдот о собаке и пьянице
Анекдот о судье, ехавшем верхом на пьянице
Анекдот об ученом и ткаче
Анекдот о слепом и светильнике
Анекдот о поэте и ученом
Анекдот об ученом и женщине
Анекдот о Джахизе и женщине
Анекдот об уродливом грешнике
Анекдот об уроде и лекаре
Анекдот о носатом человеке
Анекдот о волосатом человеке
Анекдот о Муавии и Акиле
Анекдот о грешном потомке праведного Али
Анекдот о человеке, выдававшем себя за потомка Али
Анекдот о принципиальном бедуине
Анекдот о слепом
Анекдот о находчивости Бухлюля
Анекдот о богатом наследнике
Анекдот о разбойнике-тюрке
Анекдот о нищем
Анекдот об учителе
Анекдот о сыне учителя
Анекдот об учителе и его младшем брате
Анекдот об умирающем больном
Анекдот о названных братьях
Анекдот о злом горбуне
Анекдот о старухе и богомольце
Анекдот об обманщике в суде
Анекдот о бедуине и его верблюде
Анекдот о бедуине, потерявшем верблюда
Анекдот о совестливом враче
Анекдот о неумелом лекаре
Анекдот о собаке на пиру друзей
Анекдот о жадном мальчишке
Анекдот о поэте и рифмоплете
Анекдот о двух поэтах
Анекдот о Сахибе Аббаде и поэте-плагиаторе
Анекдот о неудачной мести поэта
Анекдот о поэте, сложившем стихи в нужнике
Анекдот о поэте и лекаре
Анекдот о проповеднике-стихотворце
Лиса и волк
Скорпион и черепаха
Мышь и бакалейщик
Лиса и собака
Ответ лисы
Верблюд и куст
Пес и лепешка
Ответ рака
Жаба и рыба
Ответ голубки
Воробей и аист
Собака и нищий
Урок лисенку
Шершень и пчела
Ответ муравья
Верблюд и мышь
Овца и козел
Бык со сломанными рогами
Верблюд и осел
Павлин и ворон
Лиса и шакал
Шакал и петух
Миниатюры, рассуждения, мысли и афоризмы из
Весеннего сада
и других произведений.
Перевод 3 Хасановой
Навои
Лео Яковлев. Низам ад-Дин Мир Али Шир Наюи-Фани
Притчи из поэмы
Язык птиц
. Пересказ Лео Яковлева
Четыре маленьких притчи о праведных халифах
Шейх Аббас
Образ любви
Капризная красавица
Птица Кикнус
Пустует ли Дом Господа
Посол Александр
Гибель купца
Свидание
Судьба скупого
Пробуждение
Любовь и философия
Один на свете
Время и место смерти изменить нельзя
Не в богатстве счастье
Шейх Кубра и собака
Роковые письмена
Большие шахматы и жизнь человеческая
Заблуждения шейха Мансура
Подарок скитальца
Праведник в Судный день
Отец и сын
Явление Байазида
Крик осла
Судьба обманщика
Рассказ о двух приятелях
Рассказ о перевоспитании щеголя
Рассказ о пропавшем осле
Рассказ о человеке, достигшем своей цели
Царь и нищие
Встреча с Хызром
Корона и власть
Выносливость и сила
Адам Непорочный
Рассказ об Ибрагиме, сыне Адхама
Рассуждения, притчи и рассказы из поэмы
Возлюбленный сердец
. Перевод Л. Рустамова
О правоверном царе
О правоверных беках
О недостойных наместниках
О несправедливых, невежественных и развратных царях
О вазирах
О недостойных канцлерах
О воинах и войсках в походе
О том, как люди царя похожи на самого царя
О судьях
О муфтиях-правоведах
О преподавателях
О врачах
О сладкогласых птицах в розовом саду поэзии
О писцах
О школьных учителях
Об имамах
О чтецах Корана
О музыкантах и певцах
О сказочниках и рассказчиках
О проповедниках
О звездочетах
О купцах
О городских перекупщиках
О рыночных продавцах
О ремесленниках и мастерах
О полиции, стражах и узниках
О земледелии
О головорезах и подонках общества
О бродягах и скитальцах
О навязчивых нищих
О сокольничих и охотниках
О супружеской жизни и женщинах
О лицемерных шейхах
О кутилах
О дервишах-суфиях
О покаянии
Рассказ о раскаявшемся грешнике
О подвижничестве
Рассказ о подвижнике Шамс ад-Дине
Об уповании
Рассказ об уповании святых паломников
О довольстве малым
Рассказ о шейхе, который довольствовался малым
О терпении
Рассказ о терпении влюбленного
О приветливости и вежливости
Рассказ о награде за вежливость
О прославлении Бога
Рассказ о скрытом смысле
О внимании
Рассказ о судьбе влюбленного
Об удовлетворенности
Рассказ о том, что халиф Али писал об удовлетворенности
О любви
Рассказ о любви Меджнуна
Рассказ о любви к Истине
Рассказ о высшей степени любви
Мысли и афоризмы. Перевод А. Рустамова
Обращения к Богу. Перевод С Ганиевой
Накшбанд
Лео Яковлев. Шейх Баха ад-Дин Мухаммад ибн Бурхан ад-Дин Мухаммад ал-Бухари Накшбанд
Изречения и афоризмы шейха Баха ад-Дина Накшбанди, записанные его учениками
Мир Али Шир Навои-Фани. О ходже Бахауддине Накшбанди, горевшем в истинном отрешении (Из поэмы
Язык птиц
). Перевод С. Иванова
А. Семенов. Бухарский шейх Баха-уд-Дин (По персидской рукописи).
У гробницы Бахауддина (очерк о посещении мавзолея Накшбанда из статьи В. Гордлевского
Бахауддин Накшбенд Бухарский).
Дополнения
Евгений Бертельс. Из очерка Происхождение суфизма и зарождение суфийской литературы
I. Зарождение суфизма
II. Начало создания теоретической базы
III. Мутазилиты и развитие суфизма
IV. Деятельность переводчиков
V. Неоплатонизм
VI. Дальнейшее развитие суфизма
VII. Халладж и его учение
VIII. Основные элементы суфизма
IX. Суфийская община и ее организация
X. Газали и его роль
XI. Зарождение суфийской литературы
Идрис Шах. Из книги Суфизм
Ал-Газали из Персии
Фарид ад-дин Аттар, химик
Маулана Джалал ад-дин Руми
Джами
Накшбанди
Путешественники и виноград
Слон в темноте
Словарь. Сост. Лео Яковлев
СУФИ, КТО ОНИ?
Входите все.
Во внутренних покоях
Завета нет, но тайна здесь лежит.
А. Блок
В наши дни, когда на право духовного наставничества современного человека претендуют многочисленные религии и вероучения, слова суфи
, суфии
и суфизм
все еще остаются тайной за семью печатями практически для всех.
В самом деле, если такая религия
существует, то почему ее адепты не пропагандируют своих взглядов на улицах и не раздают в метро листовок, где бы точно указывалось, что они, суфи, собой представляют и как намереваются облагодетельствовать человечество?
Более того, на протяжении тысячи лет сущность суфизма пытались постигнуть вначале ученые Ближнего и Среднего Востока, а затем и всего мира, однако об успехе этих усилий даже сейчас говорить, мягко говоря, преждевременно. Поэтому любые попытки в столь кратком вступлении объяснить в двух словах
, кто такие суфии, можно рассматривать лишь как первый шаг на пути к постижению этой по-настоящему волнующей тайны.
Итак, суфи
— это человек, верящий в возможность непосредственного приобщения к Всевышнему (Высшему существу) и подчиняющий свою жизнь стремлению к этому приобщению. Жизнь, подчиненная какой-либо цели, часто ассоциируется с Дорогой, и суфи обычно именуют себя людьми Пути, имея в виду Путь к Истине, являющейся одним из имен Всевышнего.
Исторически суфизм связан с исламом, и это не случайно. Благодаря Мухаммаду и его последователям свет единобожия озарил обширные пространства Востока, и исламу было суждено стать мостом между христианским западным миром, впитавшим в себя эллинизм и иудаизм, и мирами Будды, Патанджали и Лао-Цзы, откуда было заимствовано понятие Путь
и некоторые сопутствующие этому понятию взгляды, а также медитация, используемая суфи.
Суфизм шел от практики к теории, и первоначально его носителями были дервиши — странники, бродившие по необъятным пространствам исламского мира от Гибралтара до Ганга.
Суфи пытались указать людям прямой путь к Богу без посредников-священников, и это вызывало враждебное к ним отношение исламских богословов-ортодоксов. Суфи стали подвергаться преследованиям, и среди них появились мученики, пострадавшие и казненные за свои убеждения. Но, как это уже не раз бывало и будет в истории человечества, интерес к запретному и преследуемому учению только повышался и оно становилось массовым. В этих условиях ортодоксальные исламисты нашли единственно правильный выход: признали учение суфи одной из ветвей ислама и легализовали его.
Особая заслуга в этой мировоззренческой акции принадлежит крупнейшему исламскому теологу ал-Газали из Туса — современнику и собеседнику Омара Хайяма. Тем не менее, напряженные отношения между суфи и ортодоксальными исламистами сохранились и, можно сказать, сохраняются по сей день, ибо правоверные историки ислама и сегодня связывают ослабление ортодоксального вероучения с суфийскими влияниями.
Легализация суфизма на первых порах способствовала росту его популярности. В средние века в исламском мире постоянно возникали, дробились и исчезали суфийские братства, носившие имена основавших их суфийских лидеров. Затем в суфийском движении наступил период спада, хотя отдельные братства сохранили свое влияние и в Новое время.
Не стоит забывать, что теоретики раннего суфизма, как и Па-танджали, Лао-Цзы и многие другие восточные мудрецы, считали целью своего учения нравственное совершенствование человека, а не создание массовых организаций, участвующих в политической жизни стран и народов. Именно политическая неангажированность
учения привлекла к нему крупнейших интеллектуалов исламского Возрождения — ученых и поэтов. Также влекла их и глубокая терпимость этого учения, допускавшего любой, лишь бы искренний Путь к Богу. Этот скрытый, но мощный экуменизм, ненавистный тем, кто манипулирует верой и убеждениями людей в политических целях, открыл суфизму путь к сердцам европейцев.
Иранский теоретик и историк суфизма ал-Худжвири из Газни еще в XI веке предвидел судьбу своего учения. Он писал в книге Раскрытие скрытого за завесой
, что на Земле во все времена жили и будут жить несколько тысяч тайных суфи
, причем многие из них даже не будут догадываться о совершенстве своего состояния. Именно эти люди, по словам ал-Худжвири, придают истории человечества определенную направленность, обеспечивая ее приближение к Истине.
Суфи живут по формуле в миру, но не от мира
. В миру они пребывают, как все, выполняя предписанные окружающим их обществом законы и правила (если таковые, конечно, не противоречат принципам нравственности и человечности) и стараясь как можно лучше сделать мирскую работу. Но личность свою они при этом сохраняют в полной независимости от общества и всегда абсолютно свободны от честолюбия, алчности, интеллектуальной спеси, от слепого повиновения и благоговейного страха перед вышестоящими в мирской иерархии.
Никакие общественные законы ничего не могут изменить во Вселенной суфи. Они следуют своим принципам мышления и склонностям, оставаясь совершенно независимыми от похвалы или порицания мирских авторитетов.
Все сказанное относится к историческим судьбам суфийского учения, однако не дает ответа, как стать суфи. Попытаемся прояснить и это: суфи нельзя стать — им нужно быть, и первая цель суфийского учения — помочь человеку, не знающему о том, что он суфи, постичь свою суфийскую сущность.
Быть суфи означает быть таким, каким ты был до того, как появился в этом мире
,— сказал по этому поводу знаменитый суфи, багдадский шейх Абу-Бакр ас-Шибли.
Путь к своей цели тайный суфи
может пройти с учителем, и тогда он, возможно, будет более легким, приятным и скорым. Этот же путь может быть пройден самостоятельно, ибо великие суфийские учителя прошлого — Ибн-Араби, Манайи, Хайям, Саади, Аттар, Руми, Хафиз, Джами, Ансари и многие другие оставили на нем свои знаки для идущих вослед. Но этот самостоятельный путь окажется, возможно, более трудным, отягощенным колебаниями и сомнениями.
Ярким примером такого трудного пути к пониманию и восприятию суфийских ценностей является путь Льва Толстого, который во всех деталях можно проследить по его дневниками и письмам. События жизни Толстого в 1909—1910 годах свидетельствуют о том, что он достиг цели, хотя в полной мере насладиться достигнутым им совершенным состоянием и воссоздать его в своих творениях у него уже не оставалось времени и сил. Но то, что он оставил людям подробнейшее описание и детальный анализ своих поисков, ошибок, сомнений и колебаний на этом Пути, чтобы идущие вослед за ним их не повторили, обеспечило ему достойное место среди великих Учителей человечества.
Опыт Толстого и других великих суфи свидетельствует о том, что если в душе идущего скрыт тайный суфи
, то путь к пониманию своей сущности этот идущий непременно пройдет.
Когда же первая цель достигнута и человек осознал себя суфи, ему начинает открываться иной мир, иная Вселенная, та самая, что, по словам ал-Худжвири, скрыта за завесой людской суеты сует.
Жизнь достигшего первой цели обретает столь необходимые в наше время спокойствие и уверенность, что он начинает распознавать в мире вещей и событий Знаки Всевышнего и учится анализировать содержащуюся в них информацию, для восприятия которой человеческая логика непригодна.
Альберт Эйнштейн, чей путь к пониманию своей суфийской сущности также можно проследить по его наследию и свидетельствам, высказался по этому поводу точно и определенно: в истинных открытиях, по его словам, никогда не участвует логическое мышление. Присущее Эйнштейну странничество, пренебрежение личным благополучием, которое он назвал
амбициями свиньи
, свидетельствуют о том, что он был истинным человеком Пути. Сохранилась его собственная запись:
Я никогда не принадлежал ни стране, ни государству, ни кругу друзей, ни моей семье. Еще юношей я уже ясно осознал бесплодность надежд и чаяний, исполнения которых большинство людей добиваются всю жизнь
.
Вторая и главнейшая цель суфийского учения — помочь суфи в его восхождении к Истине. Путеводная звезда в этом движении едина для всех суфи, и имя ей — Любовь. Значение Любви в суфийском мировоззрении так огромно, что великий шейх ибн-Араби и его последователи называли суфийское мировоззрение
религией Любви
.
В этой книге представлены избранные страницы из наследия четырех великих Учителей суфийского Пути — Газали, Са-найи, Аттара и Руми. Их имена объединяет не только общность происхождения (все они местом своего рождения или своей жизнью связаны с Восточным Ираном — провинцией Хоросан, исторические территории которой сегодня частично находятся в современном Иране, а также в пределах Афганистана и новых среднеазиатских государств), но и то, что по истокам своего суфийского мировоззрения они принадлежат к восточной школе и к восточным традициям суфизма. Объединяет их и то, что жизнь и суфийское служение каждого образует своего рода эстафету во времени с передачей факела мистического Знания в той последовательности, в которой здесь приводятся их имена. При этом, если память прошлого не сохранила свидетельств о встречах Газали и Санайи, то история о свидании старика Аттара с мальчиком Руми в иранской литературе существует. Вот что об этом знаменательном событии пишет российский исследователь суфийской литературы Евгений Бертельс:
Легенда рассказывает, что Аттар, будучи в преклонных годах, встретился с Джалал ад-Дином Руми, которому тогда было лет пять или шесть. Старый поэт сразу понял, кого он видит перед собой, и подарил мальчику рукопись своей книги Книги тайн
, как бы намечая его в свои преемники. Легенда эта, конечно, исторического факта под собой не имеет и изобретена кем-нибудь из составителей жизнеописаний поэтов. Но хотя это и легенда, нельзя отрицать, что соотношение Аттара и Джалал ад-Дина Руми ею выражено очень хорошо.
В творчестве молодого Руми мы видим завершение того дела, которое было начато его предшественником Аттаром. Большая поэма Руми, знаменитое Месневи
, построена так же, как и поэмы Аттара: без определенного сюжета, без задания — ряд рассказов, как бы случайно идущих друг за другом, связанных только ассоциацией мыслей, в данный момент возникших. С другой стороны, и это пламя, эти бурные порывы Аттара, тоже нашли свое отражение у его преемника. Аттар и Джалал ад-Дин Руми — это как бы одно и то же явление, луч, пропущенный через призму и падающий на два экрана. На более близком он меньше, на далеком — разросся до необычайных размеров. Если Аттар — поэт только персидский, то Джалал ад-Дин — уже поэт мирового масштаба, который, будь он известен шире, стал бы достоянием всего человечества, подобно Шекспиру и Гете
.
Несмотря на то, что оценка Е. Бертельсом творческого наследия Руми и в том числе сравнение его с Шекспиром и Гете нисколько не преувеличены, первым в предлагаемой читателю книге стоит Газали, и это объясняется не только хронологическими соображениями. Как уже говорилось, суфийская история хранит память о многих своих мучениках, ставших жертвами исламских властей и толпы, подстрекаемой исламскими ортодоксами. Так было до Газали, который, завоевав непререкаемый личный авторитет непревзойденного знатока и толкователя Корана, использовал его, чтобы доказать богоугодность суфийского Пути, обеспечив тем самым безопасность и свободу развития суфийской философии и практики в рамках ислама.
Цепь духовной преемственности, восходящая к Газали, после Руми была продлена в Хоросане великими поэтами и мыслителями Джами и Навои, чьи притчи и высказывания также предлагаются вниманию читателя. Важнейшим звеном этой цепи стал бухарский шейх Накшбанд, жизнеописанию и учению которого посвящено несколько страниц этой книги.
А в дополненении к основным материалам приводятся фрагменты блестящего эссе Евгения Бертельса по истории суфизма и ряд очерков Идрис Шаха, иллюстрирующие работу известного современного суфия с суфийскими образами и текстами.
Как и всякое восхождение, Путь суфи имеет свои этапы, стадии или уровни. Единого мнения о количестве этих уровней в суфийском учении не существует. Достигнуть их и двинуться дальше к вершине суфи может и индивидуально, и с помощью великих Учителей прошлого, и в общении с себе подобными. Но, чтобы начать это движение, человеку нужно прежде всего осознать себя суфи и тогда тайны мира постепенно откроются ему.
Окруженный стеной сад Истины
— так назвал свою книгу Санайи, великий суфи и поэт из Хоросана. Нужно попытаться найти дверцу в этой стене и открыть ее. Удается это не всем. Попавший в конце своей жизни под мощное влияние суфийской поэзии, Сергей Есенин писал:
...В Хоросане есть такие двери,
Но открыть те двери я не мог.
Путь в сад Истины у каждого свой
...Закладка в соц.сетях
