Жанр: Электронное издание
longshot
...елать первую подачу. Это был
досадный промах.
Санджер повернулся и посмотрел на всех троих.
- Ваши рации при вас? - Они кивнули. - О'кей, в эфире мы пользуемся
кодовыми именами, чтобы не было путаницы. Пестрый, дудочник - это президент.
- Пестрый дудочник? - переспросил Джокер. - Вы серьезно?
Санджер улыбнулся.
- Такое у него кодовое имя. Мы начали его использовать во время выборов, и,
насколько я понимаю, менять его никто не собирается.
- А президент знает? - поинтересовался Говард.
- Разумеется, - ответил Санджер. - У него есть чувство юмора. А знаете, кем
были Джордж и Барбара Буш? Матерым волком и Спокойствием. Немного
претенциозно, да?
- Пожалуй, - согласился Говард.
- Так вот, кодовое имя премьер-министра - Краснобай. У "Бредовой конторы"
скудная фантазия. - Санджер усмехнулся жаргонному словечку. - Так мои ребята
называют аналитический отдел Службы, - пояснил он. - Главным агентом здесь
будет Дейв Стедман, он прилетит вместе с президентской командой. Как только
вертолет приземлится, вся ответственность переходит к Стедману, и именно его голос
будет давать руководящие указания, которые вы услышите в эфире. А где вы
намереваетесь пристроиться?
- Когда вертолет приземлится, мы будем на игровой площадке, - ответил
Говард. - Затем проследуем за вами до гостевых трибун. Насколько я понимаю,
наиболее уязвим проход от вертолета до трибуны?
- Как раз нет. От зданий он будет закрыт вертолетом, - сказал Санджер. -
Самое уязвимое место - это ложа. - Он показал рукой на здания, выходящие окнами
на стадион. - Наши люди расставлены на всех этажах, указанных Энди Кимом как
потенциально опасные точки. Эд Малхолланд прислал в помощь сотню курсантов из
Академии ФБР. Шестьдесят человек мы рассредоточили вокруг стадиона, и им же
дали задание заодно следить за окнами зданий. - Сверху послышался рокот
вертолетных турбин, и они, задрав головы, увидели в небе вертолеты, кружащие над
стадионом. - Вон два "Хьюи" Национальной гвардии и полицейский поисковый
вертолет. В гвардейских вертушках и на крышах самых высоких зданий мы посадили
снайперов из балтиморского СВАТа. - Санджер обвел рукой стадион. - Привлекли
почти сотню дополнительных секретных агентов и внедрили их в толпу зрителей.
Он указал на длинное кирпичное здание справа от стадиона, большинство окон
которого смотрело прямо на стадион.
- Там у нас тоже сидят снайперы.
Джокер оглядел здание. Оно было настолько близко, что виднелись лица
смотрящих в окна людей. Если там располагаются офисы, можно себе представить,
сколько народу остается на сверхурочную работу по вечерам, когда на стадионе
проходят игры. Бейсбольная площадка была видна находящимся в здании не хуже, чем
тем, кто заплатил за вход.
- Хочу особо подчеркнуть, насколько важно, чтобы на вас всегда хорошо был
заметен опознавательный знак, который мы вам выдали, - продолжил Санджер. -
Желательно, чтобы ваши фэбээровские значки тоже были на виду. И ни в коем случае
не делайте движений, которые могли бы интерпретироваться как угроза президенту.
Сегодня все немного нервные.
Трое мужчин кивнули головами.
- О'кей, - произнес Санджер. - Я вас покидаю. Надо еще кое-что проверить до
посадки президентского вертолета. Он повернулся, чтобы идти, затем вдруг
остановился, как будто неожиданно что-то вспомнив. - Ах, да, - сказал он, - мы
взяли сегодня утром Патрика Фаррелла. Он отрицает какое бы то ни было знакомство
с Мэтью Бейли, но сейчас на него нажимают. Если ему что-то известно, его заставят
говорить.
Санджер улыбнулся и ушел.
- А на хрена им темные очки? - спросил Джокер. - Чего ради их носят все
агенты Секретной службы?
- Это придает им таинственности, - заметил Клутези. - Делает их выше других
людей. Почти как ваш пиджак. - Он усмехнулся и вытер лоб носовым платком. Жара
стояла за восемьдесят градусов , и воздух был насыщен влагой.
Говард улыбнулся.
- Дело не в таинственности, - сказал он. В наушниках раздавался голос
Санджера, запрашивающего агентов, находящихся на крыше банка, об обстановке. -
Они могут оглядывать толпу, и никто не узнает, на что или на кого они смотрят в
данный момент. Без очков они смогли бы посмотреть в глаза лишь немногим людям, а
в очках - проглядеть всю толпу. И если какой-нибудь психопат будет думать, что за
ним все время наблюдают, он не станет делать глупостей. Однако все это теория. -
Говард полез в карман пиджака и достал темные очки. Надел их и усмехнулся. - Если
гора не идет к Магомету...
Джокер оглядел стадион. Он приложил бинокль к глазам и просканировал
окружающий пейзаж от отелей "Марриотт" и "Холидей Инн" до крыш самых высоких
зданий вдалеке. На одной он заметил двух человек в синей униформе с надписью
СВАТ на груди, нанесенной белыми буквами через трафарет. У одного из них была
винтовка с оптическим прицелом и синяя же кепка, повернутая козырьком назад.
- Четыре секунды, говорите? - спросил Джокер.
Говард посмотрел в свой бинокль.
- Это для снайпера, удаленного на две тысячи ярдов, - сказал он. - При
выстреле с этих зданий полет пули займет менее секунды.
- Откуда же здесь можно сделать дальнобойный выстрел? - поинтересовался
Джокер.
Говард показал пространство над городом.
- Оттуда, с высоты порядка четырехсот футов. Насколько я понимаю, это должно
быть этажей в двадцать пять или больше здание, а, как вы видите, ничего подобного
здесь нет.
Джокер кивнул и принялся рассматривать в свой мощный бинокль толпу.
- Вы действительно полагаете, что здесь может быть Мэри Хеннесси?
Говард пожал плечами.
- Возможно, - произнес он.
Мэтью Бейли посмотрел на альтиметр и увидел, что они по-прежнему на высоте
девятьсот футов. Прямо под ними проплывали плоские крыши кирпичных жилых
домов, усыпанные блоками воздушных кондиционеров. Бейли был удивлен, насколько
просто оказалось управлять громоздким дирижаблем, стоило ему прислушаться к
совету Фаррелла и рассматривать его скорее как лодку, чем как аэроплан. Попрежнему
досаждала постоянная вибрация, но Бейли надеялся, что это не помешает
Ловеллу, когда придет время стрелять.
- Можно начать снижение, самые высокие здания мы уже прошли, - сказал
через шлемофон Фаррелл.
Бейли кивнул и слегка крутанул колесо управления. Нос дирижабля наклонился
вниз, как у кита, собирающегося нырнуть в глубину. Фаррелл не спускал глаз с экрана
спутниковой навигационной системы и параллельно следил за показаниями
дальномера и радиокомпаса, пытаясь выверить позицию дирижабля, пока они не
подлетели точно к тому месту, откуда Ловелл сделает свой выстрел с двух тысяч
ярдов. Фаррелл обернулся и кивнул Ловеллу.
- Почти на месте, - прокричал он сквозь шум двух моторов. - Самое время.
Ловелл улыбнулся и полез в сумку. Вытащил оттуда маленький автоматический
пистолет и выстрелил оператору в шею. Ассистент посмотрел вверх, открыв рот, и
Ловелл пустил ему пулю в лоб. Кровь и мозги брызнули на стекло, а ассистент упал
лицом на телекамеру, которую он готовил к съемке. Оператор держался ладонями за
раненую шею, кровь хлестала у него между пальцами, а рот беззвучно открывался.
Ловелл всадил вторую пулю ему в череп, и массивное тело оператора завалилось на
бок, сотрясая всю гондолу. Ловелл поставил пистолет на предохранитель и убрал
обратно в сумку. Использованные им патроны имели пониженный пороховой заряд,
благодаря которому пули вылетали со сравнительно небольшой скоростью, ее было
достаточно, чтобы убивать на близком расстоянии, и при этом пуля оставалась в теле
и не пробивала стенку или окна гондолы.
Ловелл отстегнул ремень и перетащил трупы в дальний конец гондолы, чтобы они
не мешали ему, затем встал на колени и распаковал свою винтовку.
Бейли тоже вылез из кресла, но следя затем, чтобы не разъединилась шлемофонная
связь. Из-под сиденья Фаррелла он вытащил синюю нейлоновую сумку. В ней лежало
лазерное устройство наведения, обычно применяемое охотниками, оно было
укреплено на металлической раме и снабжено телескопическим прицелом. Бейли
перенес устройство к отверстию в полу гондолы, где телевизионщики собирались
установить свою камеру. Отпихнув их аппаратуру в сторону, Бейли поставил его на
платформу и прикрутил четырьмя болтами.
Мэри Хеннесси предъявила билет седовласому контролеру на входе и прошла
через турникет, стараясь не стукнуть сумкой о хромированные поручни. Стадион был
полон болельщиков, большинство из которых были одеты в разноцветные тенниски и
шорты, а черные с оранжевым цвета "Иволг" пестрели буквально везде. Толпа гудела,
и до Мэри долетали хорошо аргументированные споры о достоинствах игроков,
команд, сумеет или нет премьер-министр добить со своей подачи до принимающего.
Она шла вдоль прилавков с едой, где продавцы в рубашках с короткими рукавами
торговали огромными солеными кренделями и хот-догами, а воздух был пропитан
густым ароматом жареного картофеля и лука. Туалеты были справа. Келли Армстронг
стояла у входа, одетая в бледно-голубой жакет поверх белого платья. Она не подала
вида, что узнала Мэри, но проследовала за ней в туалет. Большинство кабинок были
пусты, и Мэри зашла в самую дальнюю от входа. Поставив сумку на унитаз, она
разделась, достала оранжевую с черным форму контролера, натянула черные бриджи,
пристегнув их оранжевыми подтяжками, надела рубашку, жилет и оранжевую кепочку
с блестящим черным козырьком. Рацию и кобуру она пристегнула к поясу, затем
достала косметичку и проверила в маленьком зеркальце свой внешний вид. Оторвала
кусок туалетной бумаги и стерла им помаду с губ. Порывшись в сумке и достав очки с
двойными линзами, надела их. Очки в сочетании с отсутствием косметики делали ее
гораздо старше. Кивнув своему отражению, она свернула прежнюю одежду и
запихнула ее в сумку.
Мэри выскользнула из кабинки и затолкала сумку на самое дно мусорного ящика,
стоявшего возле раковин. Напоследок еще раз погляделась в тусклое туалетное
зеркало и пошла следом за Келли, чтобы смешаться с толпой. На выходе она услыхала,
как агент ФБР шепнула ей "Удачи!".
Лу Шолен открыл окно конторы и встал сбоку, оглядывая издалека бейсбольный
стадион. Машины на улице двигались вплотную, бампер к бамперу, поскольку
конторские служащие спешили поскорее разъехаться по своим пригородам. За шоссе
располагались припортовые магазинчики, а за ними - порт, полный маленьких
лодок. Шолен вставил в ухо динамик рации и включил питание. Рацию он прикрепил
сзади к поясу, поднял свой "хорсткамп" и присел на колено сбоку от стола. На стол он
положил конторский гроссбух, на него ствол винтовки и припал глазом к окуляру.
Нашел окуляром насыпь подающего, затем слегка сдвинул винтовку влево, чтобы в
перекрестье оказалась грудь какого-то мужчины в сером костюме и темных очках.
Шолен проверил плавность хода спускового крючка, затем убрал с него палец и
положил винтовку на бок. Посмотрел на свои массивные водонепроницаемые часы из
нержавеющей стали и встал на ноги. Возбуждение, охватившее его, было почти
сексуальным, и он несколько раз глубоко вздохнул. Высоко в небе над стадионом
появился большой зеленый президентский вертолет. Шолен поднял винтовку и
сфокусировал прицел на вертолете, пока тот описывал круг над стадионом, затем
нацедил ее туда, где, как он знал, располагались баки с горючим. Один выстрел - и
вертолет рухнул бы, объятый пламенем, унося с собой самого главного человека в
Америке. Шолен улыбнулся. Конечно, это стоило таких денег, но пять миллионов
долларов ему платили совсем за другое. Он положил винтовку обратно на стол и стал
наблюдать, как вертолет мигает посадочными огнями.
- Невероятно, да? - произнес Коул Говард, не отрывая глаз от бинокля и следя за
тем, как дверца президентского вертолета приоткрылась и вывалилась наружу,
образовав трап.
- Просто непостижимо, как такая раскоряка может летать, - заметил Клутези.
Оба агента ФБР покинули главную трибуну и вместе с Джокером спустились вниз,
к игровому полю, чтобы находиться поблизости от президента, когда тот спустится на
землю. Джокер стоял спиной к вертолету, обозревая толпу в поисках знакомых лиц.
Пока Говард разглядывал вертолет, два агента Секретной службы спустились по
трапу под неистовые аплодисменты зрителей. Другие агенты окружили вертолет,
поводя головами из стороны в сторону и не снимая рук со спрятанных пистолетов. В
ухе Говарда щелкнуло радио, и он узнал голос Санджера, запрашивающего
оперативную обстановку у людей, стоящих возле туннеля, ведущего на трибуну, через
который пойдет президент. Вертолет приземлился возле самого туннеля и прикрывал
президента со стороны зданий, выходящих окнами на стадион.
В ухе Говарда чей-то голос сообщил, что Пестрый дудочник идет к дверям
вертолета. На верхней ступеньке трапа показался президент и помахал толпе. Говард
услышал, как какой-то агент сообщил, что видит мужчину, опускающего руку в
карман пиджака. Трое в черных костюмах тут же окружили этого человека. Оказалось,
что он полез в карман за фотокамерой. Даже если президент и заметил эту маленькую
суматоху, то не подал вида. Он сошел вниз по трапу, махая правой рукой, а левой
держась за поручень. Едва нога его коснулась земли, как вокруг сгрудилось
полдюжины телохранителей Секретной службы, и они все вместе направились к
туннелю, походя на странное четырнадцатиногое существо. Только когда президент с
охраной скрылись в туннеле, появилась первая леди, также в сопровождении еще
нескольких агентов Секретной службы. Она последовала примеру своего мужа и,
прежде чем спуститься с трапа, помахала рукой. Вторая группа агентов взяла ее в
кольцо и протолкнула в туннель.
Толпа закричала, а лопасти президентского вертолета начали ускорять вращение
под нарастающий вой его мощных турбин. Гигантская винтокрылая машина
оторвалась от земли, медленно развернулась в воздухе и устремилась в небо. Она
поднялась над трибунами в лучах мощных прожекторов, которые горели вовсю,
несмотря на то что дневного света было еще предостаточно.
- Пойдем, - произнес Говард и повел Клутези с Джокером к входу в туннель.
Джокер шел подскакивая, чтобы не отстать от стремительно передвигающегося агента
ФБР. - Санджер говорит, что у нас есть допуск в ложу, но он хотел бы, чтобы мы
соблюдали дистанцию.
- Трибуна закрытая, поэтому вряд ли снайпер попытается стрелять в него через
стекло, не так ли? - спросил Джокер. - Оно изменит полет любой пули.
Двое секретных агентов, заложив руки за борта пиджаков, преградили дорогу
Говарду, Клутези и Джокеру, пока не увидели их опознавательные значки, после чего
отошли в сторону, лица их при этом не выражали никаких эмоций.
- Да, это в случае, если бы был только один снайпер, - отозвался Говард. - Но
мы имеем дело с тремя. Вполне возможно, что первым выстрелом они разобьют
стекло, а вторым и третьим - попытаются убить.
Они подошли к ложе как раз вовремя, чтобы увидеть, как президент пожимает
руку премьер-министру. Оба говорили и улыбались, хотя Говарду показалось, что
президента разбирает скука и он лишь изображает оживление. Первая леди
присоединилась к ним и начала что-то убежденно говорить премьеру. На некотором
расстоянии от важных персон стоял Санджер, медленно поворачивая голову из
стороны в сторону.
- Ваш премьер увлекается спортом? - спросил Говард Джокера почти шепотом.
- В основном крокетом, - ответил Джокер. - Еще посещает иногда футбольные
матчи.
- Я не вижу здесь его жены, - заметил Говард.
- Она не слишком занята государственными делами. Совсем не так, как ваша
первая леди.
Говард усмехнулся.
- Да, я вас понимаю. По-моему, мы проголосовали сразу за двоих, даже не
заметив этого.
Агенты Секретной службы непрерывно сновали вокруг президента и его гостей и
все время были начеку, даже когда вокруг не было посторонних на расстоянии
пятидесяти футов. Были там и другие представители безопасности - группа
телохранителей премьер-министра. Они казались меньше ростом и не такими
крепкими, как американские агенты, а также хуже экипированными. Американцы
были в дорогих, безупречно сшитых костюмах, ослепительно-белых рубашках и
аккуратно завязанных галстуках. Англичане тоже носили костюмы, но явно сшитые не
по мерке, а туфли их были поношены и покрыты пылью. Тем не менее одна общая
черта с американскими коллегами у них была - холодный наблюдающий взгляд. Но в
то время как американцы прятали глаза под темными очками, англичане смотрели на
мир в открытую, и Говард, стоя возле дверей с Клутези и Джокером, не раз встречался
с ними взглядом.
- Эти парни из спецназа? - спросил Джокера Клутези.
Джокер пригляделся к охранникам премьера и усмехнулся.
- Ни в коем разе. Это полицейские, а не солдаты.
В наушнике Говард услышал голос агента, очевидно Дейва Стедмана,
запрашивающего обстановку у агентов вокруг стадиона. Президент показал на насыпь
у места подающего, и премьер-министр криво усмехнулся. Первая леди что-то сказала
ему и для убедительности положила руку на его плечо. Все трое засмеялись.
- Премьер совсем не выглядит счастливым, - прошептал Говард.
Джокер пожал плечами и тихо произнес.
- У него дома полно проблем. А как они будут уезжать? На вертолете?
Говард покачал головой.
- С мотокортежем.
- Но ведь это рискованно?
- Они лишь доедут до национального аквариума, это меньше чем в миле отсюда.
Санджер говорит, первым от главного входа отъедет обманный мотокортеж.
Настоящий - десятью минутами позже от заднего выхода. У них будет
бронированный "роллс-ройс" из британского посольства в Вашингтоне. При таких
мерах безопасности Санджер чувствует себя на седьмом небе.
Джокер кивнул и выглянул из окна гостевой трибуны. Агенты Секретной службы
подтягивались к игровой площадке.
- Я, пожалуй, спущусь и еще раз проверю все на земле, - сказал он. - Вы не
против?
- Разумеется, - ответил Говард. - Только помните, что сказал Санджер -
никаких резких движений, о'кей? - Говард проводил Джокера взглядом.
- Это не твоя подруга? - спросил Клутези, хлопая Говарда по плечу.
У Говарда все опустилось внутри, когда он узнал Келли Армстронг.
- Какого черта она здесь делает? - еле слышно пробормотал он.
Келли подошла и поздоровалась с Клутези и Говардом.
- Я не ожидала вас здесь встретить, - обратилась она к Говарду.
- Я как раз собирался сказать то же самое, - ответил он.
- Мне нужно было поговорить с англичанами относительно мер безопасности, -
сказала она. - А почему вы здесь? Мне казалось, Кимы просчитали весь стадион.
- Они это сделали, но мы решили поместить возле президента Креймера на
случай, если он кого-нибудь узнает.
- Какого Креймера? - спросила Келли хмурясь.
- Англичанина, которого мы нашли в доме.
- Это же О'Брайен.
- Его настоящее имя Креймер. Он работает на САС.
У Келли был обескураженный вид.
- Почему вы мне не сказали? - спросила она.
- Мы сами узнали лишь недавно, - ответил Говард.
- Но поставить меня в известность, что вы будете здесь, вы были обязаны.
- Не вижу почему. У вас своя работа, у меня своя.
- Но, если вы полагаете, что покушение произойдет здесь, я должна об этом
знать.
Говард тяжело вздохнул.
- Как я уже говорил, мы просто хотим, чтобы Креймер присутствовал здесь с
целью кого-нибудь опознать. Он будет возле президента несколько ближайших дней,
пока мы ищем снайперов.
- Когда вы наконец перестанете все скрывать от меня? - прошипела Келли. -
Вы намеренно хотите сделать из меня дуру.
- О чем вы говорите?
- Вы прекрасно знаете о чем, - взбеленилась она. - С самого начала вы
старались отстранить меня от этого расследования.
В их сторону начали поворачиваться головы зрителей, чтобы послушать, о чем
спор. Клутези наблюдал за обоими, задумчиво поскребывая подбородок.
- Это неправда, Келли, - ответил Говард. - А кроме того, здесь не место для
подобных разговоров.
- А где место? В кабаке? Я слышала, вам работается лучше только после
нескольких стаканов.
- Это не тема для обсуждения, - тихо произнес Говард.
- Да ну? Кто был пьяницей, тот им и останется, - отрезала она. - Нам всем
прекрасно известно, что, если бы не ваш тесть, вас и близко к Бюро не подпустили бы.
- Какое-то мгновение казалось, что она сейчас залепит ему пощечину, но тут она
развернулась на каблуках и отошла.
Говард почувствовал, как колотится его сердце, и с трудом сдержал ярость.
- Интересно, какая муха ее укусила? - задумчиво проговорил Клутези.
- Она просто злобная сучка, - ответил Говард.
- Не думаю, - покачал головой Клутези. - По-моему, за этим стоит что-то
другое.
Через открытое окно гостиничного номера Карлосу было видно, как вертолет
поднялся в воздух и, словно гигантское насекомое, полетел прочь. Сцепив пальцы в
замок, Карлос хрустнул косточками. Издалека донеслись первые аккорды "Звездного
знамени", эхом резонирующие вокруг стадиона. Он проверил, закреплен ли микрофон
на воротнике рубашки и хорошо ли сидит наушник, после чего перенес на туалетный
столик телевизор. Взяв с кровати подушку, положил ее поверх телевизора, затем
подтянул стул и сел. Телевизор послужит прекрасной опорой для руки, держащей
винтовку, а подушка добавит устойчивости и поможет самортизировать отдачу. Рядом
с телевизором Карлос положил Р228 с глушителем.
На столе рядком лежали три блестящих медных патрона. Он поднял один и
покрутил гладкую гильзу меж пальцев.
- Этот за тебя, Лена, - прошептал он. Поцеловал патрон и опустил его в
патронник. Первым выстрелом - разбить стекло, второй - в грудь президента. Если
будет время, то и третий. Свершится величайшее дело в его жизни: убийство
президента Соединенных Штатов Америки. Возможно, ответственность ляжет на
ИРА, но оплата пойдет ему. Сердце бешено стучало, и Карлос сделал глубокий вдох,
чтобы успокоить нервы. Необходимо выкинуть из головы все мысли и
сосредоточиться на мишени - не на человеке. Издалека донесся низкий гортанный
голос, начавший петь национальный гимн.
Патрик Фаррелл изучил показания приборов, слегка развернул нос дирижабля
влево и посмотрел на, альтиметр. Они находились на высоте четырехсот футов, и
Фаррелл пытался установить аппарат точно в нужное положение. Первичные данные
он снимал с дальномера, радиокомпаса и спутниковой навигационной системы, но
окончательную установку необходимо было произвести визуально, пользуясь
лазерным прицелом Бейли. Во время подготовки они ориентировались на точку
пересечения аллеи и дороги, располагавшуюся ровно в двух тысячах ярдов от места
подающего. Если разместить дирижабль точно над пересечением, это будет лучшей
позицией для выстрела Ловелла. Фаррелл потихоньку, толчками провел дирижабль
над школой, делая едва заметные корректировки рулем и педалями. Как только он
установит дирижабль в воздухе над нужной точкой и при помощи двух моторов
стабилизирует его, можно будет с помощью компьютера просчитать направление и
скорость ветра, а потом сообщить эти данные снайперам, чтобы те сделали
соответствующие поправки.
- Мы почти на месте, - передал Фаррелл через шлемофон. - Переключаю
рацию на главную частоту.
Бейли оглянулся через плечо и кивнул, когда Фаррелл перестроился на частоту,
используемую снайперами. Ловелл присел на колено у одного из окон, припав глазом
к окуляру. Он был неподвижен словно каменная статуя, и Бейли едва различал, как
колышется при дыхании его грудь. Позади Ловелла из двух трупов постепенно
натекала лужа крови. Он приложил глаз к телескопическому прицелу. Далеко внизу
виднелось маленькое красное пятно от луча лазера, танцующее на крыше черного
"кадиллака". Аллея проходила левее пятна, поэтому Бейли начал выкрикивать
Фарреллу указания, медленно подводя его к точному месту, с которого Ловелл
произведет выстрел.
Марта Эдберг стиснул пальцы и с ненавистью посмотрел на телемонитор.
Картинка на нем дергалась во все стороны, словно человек, управлявший камерой,
страдал болезнью Паркинсона.
- Уэнди, - процедил он, скрежеща зубами, - тебе не составит труда передать
Лонни, чтобы он взял себя в руки? Скажи ему, что, если он не даст мне устойчивый
кадр, я сам приду и придушу его вот этими руками.
Помощница Эдберга что-то тихо произнесла в микрофон, и картинка на мониторе
установилась.
- Спасибо, - поблагодарил ее Эдберг. На главном экране певец в ковбойской
шляпе изо всей мочи драл глотку, исполняя "Звездное знамя", а изображение было
настолько четким, что Эдберг видел слезинки, выступающие на его глазах.
- Уэнди, дай-ка мне крупным планом знамя, а потом наложи на него певца, -
распорядился он. Ассистентка быстро передала команду одному из операторов, и на
мониторе моментально возникло изображение звездно-полосатого полотнища. Уэнди
подвинула один из ползунковых регуляторов и медленно вывела флаг на главный
экран, чтобы он, словно призрак, заколыхался позади певца. - Хорошо, -
одобрительно произнес Эдберг.
На телефоне перед Уэнди загорелась лампочка, и она сняла трубку. Послушав
какое-то время, протянула трубку Эдбергу.
- Это парень из Секретной службы, он хочет знать, почему до сих пор нет
картинки с дирижабля.
Эдберг посмотрел на десятый монитор. Экран все еще был пуст.
- Передай ему, что я тоже хотел бы это знать, - произнес Эдберг. - Скажи еще,
что у нас нет связи с дирижаблем, поэтому мы предполагаем, что у них технические
неполадки.
Уэнди передала послание, после чего прикрыла микрофон ладонью.
- Он заявляет, что хочет говорить лично с тобой, Марта.
Эдберг бешеным взглядом посмотрел на нее.
- Объясни этому Дику Трейси, что мы как раз сейчас ведем трансляцию
изображения, которое смотрят миллионы телезрителей, и что я позвоню ему как
только будет время. А сейчас я занят.
Многострадальная ассистентка кивнула. Эдберг впился глазами в ряды мониторов.
Картинка опять плавала. Эдберг обхватил голову руками.
Пока президент и первая леди перекидывались словами с премьер-министром,
Коул Говард и Дон Клутези перешли к дальней стене ложи. При первых же звуках
национального гимна все встали по стойке, смирно и устре
...Закладка в соц.сетях
