Жанр: Электронное издание
deaver2
..., но он покачал головой.
- Мел, сколько ты нашел проводов?
- Похоже, их было только два.
- Многожильные или оптико-волоконные?
- Да нет. Совершенно обыкновенные.
- Шунтов нет?
- Нет.
Шунтом называется отдельный провод, замыкающий электрическую цепь в том
случае, если для обезвреживания
перерезается провод, идущий к взрывателю или часовому механизму. Все сложные
бомбы имеют шунтирующие
механизмы.
- Так, - оживился Селитто, - а это уже добрый знак, не так ли? Наш
дружок становится небрежным.
Но Райм думал как раз наоборот.
- Вряд ли, Лон. Предназначение шунта только в том, чтобы затруднить
обезвреживание бомбы. Отсутствие шунта
говорит о том, что Танцор был абсолютно уверен: бомбу ни за что не обнаружат, и
она взорвется там, где и должна, - в
воздухе.
- Ну и дрянь, - презрительно бросил Деллрей, оглядывая компоненты
бомбы. - С какими такими людьми должен
был якшаться наш парень, чтобы собрать такую штуковину? Я хочу сказать, у меня
есть хорошие осведомители. Они могут
знать о том, кто поставляет материал для подобных умельцев.
Фред Деллрей тоже многое знал о бомбах. Его напарник и друг Тоби
Долиттл находился в административном
здании в Оклахоме, когда маньяк загнал туда начиненный взрывчаткой грузовик.
Тоби погиб на месте.
Но Райм покачал головой.
- Фред, здесь нет ничего такого, что было бы трудно достать. Конечно,
за исключением взрывчатки и
детонационного шнура. Но этим Танцора, скорее всего, снабдил Хансен. Проклятье,
да он мог купить все что нужно в
магазине для радиолюбителей.
- Что? - удивленно спросила Сакс.
- Да-да, - подтвердил Купер. - Мы называем их "Всё для террориста".
Райм проехал вдоль стола к куску стального кожуха, смятого словно
клочок бумаги. Он долго смотрел на него, а
затем, отъехав назад, устремил взгляд в потолок.
- Но почему он прикрепил бомбу снаружи? - задумчиво произнес
криминалист. - Перси сказала, в ангаре было
полно народу. К тому же, разве пилот перед вылетом не осматривает самолет,
проверяя шасси и все такое?
- Думаю, обязательно проверяет, - сказал Селитто.
- Тогда почему Эд Карни и его напарник не увидели бомбу?
- Потому что, - вдруг заговорила Сакс, - Танцор не мог подложить бомбу
до тех пор, пока не возникло твердой
уверенности, что на самолете полетит тот, кто ему нужен.
Райм круто развернул к ней свое кресло.
- В самую точку. Сакс! Он был там и следил. Увидев, как Карни садится в
кабину. Танцор понял, что сможет
расправиться по крайней мере с одной жертвой. Затем в промежуток времени между
тем, как Карни поднялся на борт, и
взлетом, он закрепил бомбу. Сакс, ты должна найти этом место. И осмотреть его.
Не теряй времени, в путь.
- У меня всего один час, а теперь уже меньше, - хладнокровно заметила
Амелия Сакс, направляясь к двери.
- И еще одно, - сказал ей вдогонку Райм.
Она остановилась.
- Танцор не похож на всех тех, с кем тебе приходилось до сих пор
встречаться, - как ей это объяснить? - Имея с ним
дело, не всегда видишь то, что есть на самом деле.
Сакс подняла бровь, словно призывая его перейти к делу.
- Вероятно, сейчас его нет в аэропорту. Но если ты увидишь, что ктото...
в общем, стреляй не задумываясь.
- Что? - рассмеялась она.
- Беспокойся в первую очередь о себе, и лишь затем о месте
преступления.
- Я же только полицейская, - бросила Сакс, выходя из лаборатории. -
Какое Танцору до меня дело.
- Амелия, послушай...
Но ответом ему стали звуки удаляющихся шагов. Знакомый рисунок: сначала
гулкий стук по дубовым половицам,
затем приглушенные шаги по восточному ковру, потом звонкое Цоканье по мрамору в
вестибюле. И, наконец, кода:
хлопнувшая входная дверь.
Глава девятая
Час 3-й из 45
"Главное качество солдата - выдержка и хладнокровие".
"Так точно, сэр, я это усвоил".
Стивен Колл сидел за столом на кухне Шейлы, пытаясь определить,
насколько сильно он ненавидит Эсси,
шелудивую кошку, или как там ее зовут, и прослушивая длинный разговор,
записанный на магнитофон. Сначала Стивен
хотел отыскать всех кошек и придушить их, но затем передумал. Время от времени
четвероногие черви издавали жуткие
завывания, и он решил, что соседи могут забеспокоиться, если в квартире Шейлы
Горовиц вдруг станет тихо.
Терпение... Стивен смотрел, как крутится кассета, и слушал. Только
через двадцать минут он, наконец, услышал то,
что надеялся услышать. Отлично. Улыбнувшись, Стивен достал из чемодана "Модель
40", уютно устроившуюся там, словно
младенец в колыбели, и подошел к холодильнику. Приложив ухо к дверце, он
прислушался. Шум прекратился.
Холодильник больше не трясся. Стивен испытал облегчение, представив себе
огромного червя внутри, теперь уже
остывшего и неподвижного. Взяв рюкзак, он вышел из полумрака квартиры,
наполненного терпким кошачьим зловонием,
запахом пыли и миллионами следов отвратительных червей.
Дорога за город.
Амелия Сакс неслась на полной скорости по аллеи распускающихся весенних
деревьев. Вдоль одной обочины
лежали валуны, вдоль другой возвышалась скала. Все словно задернуто зеленой
дымкой, в которой сверкали звездами
желтые цветки филлиреи.
Сакс, потомственная горожанка, родилась в Бруклине и прожила там всю
свою жизнь. Для нее природа
ограничивалась воскресными прогулками в Проспект-парке и вечерними поездками в
Лонг-Айленд, где ей не раз
приходилось укрывать в лесу свой черный спортивный "Додж-Чарджер", похожий на
акулу, от полицейских, решивших
оштрафовать ее за превышение скорости.
Нажав педаль акселератора. Сакс на повороте обошла микроавтобус с
прилепленным на заднем стекле вверх ногами
котом и направила свою машину, криминалистическую лабораторию на колесах, вглубь
округа Уэстчестер.
Оторвав руку от руля, молодая женщина вонзила ногти в кожу черепа.
Затем, снова стиснув руль, она утопила
педаль в пол и не снимала с нее ноги до тех пор, пока вокруг не появились первые
признаки сельской цивилизации:
рестораны быстрого обслуживания, заправочные, приземистые торговые центры.
Мысли Сакс были поглощены бомбами и Перси Клэй.
И Линкольном Раймом.
Сегодня он был каким-то другим. С ним произошла серьезная перемена.
Сакс работала с криминалистом уже
больше года, с тех пор, как он предложил ей помочь в поисках серийного убийцы,
терроризировавшего Нью-Йорк. В то
время Сакс было очень плохо - неудачно окончилась любовная связь, скандал о
коррупции в отделении изменил ее
отношение к полиции. Но Райм не дал ей уйти из правоохранительных органов.
Просто не дал, и все. Хотя сам он был лишь
вольнонаемным консультантом, он устроил так, что Сакс перевели в
криминалистический отдел. Она пробовала было
возражать, но быстро сдалась. Ей очень понравилась новая работа. И ей
понравилось работать вместе с Раймом. Его
блестящие способности она находила возбуждающими, устрашающими и, в этом она
никому не признавалась, чертовски
сексуальными.
Из чего вовсе не следовало, что Сакс научилась читать его душу.
Линкольн Райм держал карты близко к груди и не
собирался раскрывать их даже перед своей помощницей.
Стреляй не задумываясь...
Что все это значит? На месте преступления ни в коем случае нельзя
стрелять, если есть хоть какой-то способ этого
избежать. Даже одиночный выстрел может безнадежно загрязнить место преступления
углеродом, серой, ртутью, сурьмой,
свинцом, медью и мышьяком, уничтожив жизненно важные улики. Райм рассказывал,
что, как-то раз, вынужденный
стрелять в спрятавшегося на месте преступления преступника, он больше всего
беспокоился о том, что уничтожит улики. А
когда Сакс, решив, что в кои-то веки оказалась прозорливее его, заметила: "Райм,
но какое это имело значение? Ведь
преступник был бы в твоих руках, так?", Райм язвительно возразил: "А что если у
него были сообщники? Что тогда?"
Чем же отличается этот Танцор у гроба от остальных преступников, если
не считать его дурацкого прозвища?
Только тем, что он, кажется, чуть умнее простого мафиози и наемного убийцы?
Райм предложил осмотреть ангар за один час. Сакс показалось, что он
согласился на это исключительно ради Перси
Клэй. Что было совершенно на него не похоже. Если Райм считал нужным, он не
задумываясь изолировал место
преступления на несколько дней.
Эти вопросы не давали покоя Амелии Сакс, которая терпеть не могла
вопросы без ответов.
Но время на размышления кончилось. Резко крутанув руль микроавтобуса.
Сакс въехала в широкие ворота
аэропорта "Мамаронек", спрятавшегося в лесах округа Уэстчестер на севере
Манхэттена. Здесь обслуживались и самолеты
крупных компаний - "Юнайтед Экспресс", "Америкен Игл", но в основном на
аэродроме стояли реактивные лайнеры
мелких фирм, не имевшие маркировки.
Въезд охранялся полицейскими. Они проверили и перепроверили документы у
рыжеволосой красавицы, одетой в
джинсы и ветровку, управлявшей передвижной лабораторией департамента полиции
Нью-Йорка. Увидев указатель
"Гудзон-Эйр", Сакс направилась в ту сторону и нашла в конце ряда коммерческих
терминалов небольшое кирпичное
здание.
Быстро выскочив из машины, она представилась двум полицейским,
охранявшим ангар и небольшой серебристый
самолет со стремительными обводами, стоящий там. Молодая женщина с
удовлетворением отметила, что ангар полностью
обнесен ограждением из желтой ленты. Но размеры ангара были удручающими.
Всего один час? Да для осмотра такой территории не хватит и целого дня!
Огромное тебе спасибо, Райм.
Сакс быстро поднялась в контору.
Там стояли кучками десятка два мужчин и женщин. В основном лет
двадцати-тридцати, кто в костюмах, кто в
рабочих комбинезонах. Наверное, до вчерашнего вечера это была группа
энтузиастов-единомышленников. Теперь лица
состарила тревога.
- Здесь есть человек по имени Рон Тэлбот? - спросила Сакс, демонстрируя
свой серебряный значок.
К ней подошла женщина лет пятидесяти, самая старшая из присутствующих.
- Я Салли-Энн Маккей, - представилась она. - Управляющая офисом. Что с
Перси?
- С ней все в порядке, - осторожно ответила Сакс. - Где мистер Тэлбот?
Вышедшая из кабинета брюнетка лет тридцати в мятом синем платье обняла
Салли-Энн за плечи. Та участливо
сжала ей руку.
- Лорен, как ты?
На опухшем лице Лорен застыло выражение ужаса.
- Вам уже удалось установить, что произошло? - спросила она Сакс.
- Мы только начали расследование... Итак, где мистер Тэлбот?
Салли-Энн, вытерев слезы, указала взглядом на дверь в углу. Войдя в
кабинет. Сакс увидела грузного мужчину с
двойным подбородком и спутанными седоватыми волосами. Тяжело дыша, мужчина
изучал компьютерную распечатку.
Когда он оторвал взгляд, Сакс поняла, что он тоже плакал.
- Я следователь Сакс из полиции Нью-Йорка, - представилась она.
Мужчина кивнул.
- Вы его уже нашли? - спросил он, выглядывая в окно, словно надеясь
увидеть пролетающую мимо душу Эда
Карни. - Убийцу, - пояснил Тэлбот, поворачиваясь к Сакс.
- В настоящий момент мы разрабатываем несколько версий.
Амелия Сакс, полицейский во втором поколении, прекрасно владела
искусством давать уклончивые ответы.
В дверях кабинета появилась Лорен.
- Я не могу поверить, что его больше нет, - сквозь слезы выдавила она.
- Кто мог такое сделать? Кто?
Сакс, несколько лет прослужившей в патрульной службе, не раз
приходилось сообщать скорбное известие родным
и близким, но она так и не смогла привыкнуть к наполненным болью голосам.
- Лорен, - взяла молодую женщину за руку Салли-Энн, - Лорен,
отправляйся домой.
- Нет! Я никуда не уйду. Я хочу знать, кто, черт побери, это сделал! О
Эд...
Сакс подошла к столу, за которым сидел Тэлбот.
- Мне нужна ваша помощь. Скорее всего, преступник прикрепил бомбу
снаружи к обшивке самолета, под кабиной.
Нам необходимо установить, где он мог это сделать.
- Снаружи? - нахмурился Тэлбот. - Но как?
- С помощью магнита и клея. Клей к моменту взрыва не успел полностью
затвердеть, так что это произошло перед
самым взлетом.
Тэлбот кивнул.
- Можете на нас рассчитывать. Сделаем все, что в наших силах.
Сакс похлопала по висящей на бедре радиостанции.
- Сейчас я свяжусь со своим начальником. Он в Манхэттене. Мы зададим
вам несколько вопросов.
Надев наушники с микрофоном, она нажала кнопку вызова.
- Райм, я на месте. Ты меня слышишь?
Связь осуществлялась на стандартной полицейской частоте, и по правилам
требовалось обращаться друг к другу
исключительно по позывным и так далее. Но Сакс и Райм редко придерживались этого
предписания. Голос Райма,
отразившись от одному богу известно скольких спутников, заворчал в наушниках:
- Слышу. Долго же ты ехала!
- Райм, не перегибай палку. Где находился самолет перед вылетом? -
обратилась Сакс к Тэлботу. - Скажем, за час -
час с четвертью?
- В ангаре, - без колебаний ответил тот.
- Как по-вашему, преступник мог незаметно пробраться к самолету? После
того, как вы называете, когда пилот
обходит вокруг самолета?
- После наружного осмотра? Думаю, мог.
- Но в ангаре же постоянно находились люди, - сказала Лорен. Приступ
слез прошел; молодая женщина вытерла
лицо. Она несколько успокоилась, и теперь ее глаза вместо страха горели
решимостью.
- Будьте добры, представьтесь.
- Меня зовут Лорен Симмонс.
- Лорен у нас помощник руководителя полетами, - пояснил Рон Тэлбот. -
Мой заместитель.
- Мы работали вместе со Стю, - продолжала Лорен, - нашим главным
механиком - нашим бывшим главным
механиком, переоборудуя самолет. Работали целые сутки непрерывно. И мы не видели
никого постороннего.
- Значит, - сказала Сакс, - преступник установил бомбу после того, как
самолет покинул ангар.
- Определи точную хронологию! - затрещал в наушниках голос Райма.
- Где именно находился самолет с того момента, как покинул ангар, и до
взлета?
Сакс передала его вопрос Тэлботу и Лорен, и те провели ее в зал
совещаний, заполненный диаграммами,
таблицами, кипами книг и тетрадей. Лорен развернула подробный план аэродрома. Он
был испещрен непонятными для
Сакс цифрами и буквами, но здания и рулежные полосы были хорошо видны.
- Ни один самолет не может двинуться ни на дюйм, - хриплым баритоном
сообщил Тэлбот, - без разрешения
диспетчерской службы. "Чарли Джульетт"...
- Прошу прощения? "Чарли" как?
- Номер самолета. Мы называем самолеты по двум последним буквам
регистрационного номера. Си-Джей. "Чарли
Джульетт". Он стоял в ангаре. Вот здесь... - он указал место на плане. - Мы
закончили погрузку...
- Когда? - крикнул Райм так громко, что Тэлбот услышал и без помощи
Сакс. - Нам нужно точное время!
Бортовой журнал "Чарли Джульетт" превратился в пепел, а регистрационная
лента ФАГА еще не была
расшифрована. Но Лорен сверилась с записями компании.
- Диспетчер дал разрешение выруливать на взлетно-посадочную полосу в
семь шестнадцать. А в семь тридцать Эд
сообщил о том, что убрал шасси.
Райм услышал ее слова.
- Четырнадцать минут. Спроси, не останавливался ли за это время самолет
и находился ли он постоянно в поле
зрения.
Сакс повторила его вопрос.
- Наверное, здесь, - сказала Лорен, указывая место на плане.
Участок узкой рулежной полосы длиной около двухсот футов. С обеих
сторон загороженный рядами ангаров.
- О, и это зона НВ башни! - воскликнула Лорен.
- Точно, - присоединился к ней Тэлбот, словно ее слова имели какое-то
значение.
- Перевод! - крикнул Райм.
- Что это значит? - спросила Сакс.
- С башни диспетчерского пункта эта зона не видна, - объяснила Лорен.
- Точно! - послышался в наушниках торжествующий крик. - Сакс, оцепляй
это место и ищи. Об ангаре забудь.
- Ангар мы осматривать не будем, - обратилась Сакс к Тэлботу. - Можете
продолжать свою работу. Но мне нужно
оцепить эту рулежную полосу. Вы можете связаться с диспетчерской?
- Связаться-то я могу, - с сомнением произнес тот. - Но вот понравится
ли это диспетчерам...
- Если заартачатся, пусть звонят Томасу Перкинсу. Это глава
манхэттенского отделения ФБР. Он свяжется с
главным управлением ФАГА.
- В Вашингтоне? - недоверчиво переспросила Лорен.
- Именно с ним.
Тэлбот слабо улыбнулся.
- Это меняет дело.
Направившись к выходу. Сакс задержалась в дверях, тревожно оглядывая
оживленное летное поле.
- Знаете, я на машине, - обратилась она к Тэлботу. - Есть какие-нибудь
особые правила езды по аэродрому?
- Да, - ответил тот. - Постарайтесь не наехать на самолет.
Часть вторая
Зона действия
Охотничий сокол, каким бы прирученным и миролюбивым
ни казался, по сути своей остается животным диким - настолько
диким, каким только может быть животное, живущее с человеком. И,
кроме того, он охотится.
Стефан Бодио, "Страсть к соколам"
Час 3-й из 45
- Райм, я здесь, - объявила Сакс.
Выйдя из передвижной лаборатории, она надела резиновые перчатки и
обмотала обувь резиновыми полосами, как
учил ее Райм, чтобы отпечатки ее ног нельзя было спутать с отпечатками
преступника.
- Сакс, а где находится это здесь? - язвительно спросил криминалист.
- В том месте, где рулежная дорожка упирается во взлетно-посадочную
полосу. Между рядами ангаров. Там, где
остановился самолет Карни.
Сакс беспокойно взглянула на темнеющую вдали полоску деревьев. Воздух
был перенасыщен влагой. Судя по
всему, надвигалась еще одна гроза. Молодая женщина ощутила себя совершенно
беззащитной. Возможно, Танцор здесь,
быть может, он вернулся, чтобы уничтожить оставленные улики, быть может, он
решил убить полицейского и замедлить
расследование. Как случилось тогда, когда Танцор взорвал бомбу в конторе на
Уолл-Стрит, убив двух экспертов из команды
Райма.
Стреляй не задумываясь...
"Черт бы тебя побрал, Райм! Ты меня совсем запугал. Почему ты ведешь
себя так, будто этот тип проходит сквозь
стены и плюется смертельным ядом?"
Сакс достала из багажника источник поляризованного света и большой
чемодан. Внутри чемодана находилась
добрая сотня различных инструментов, необходимых в профессии криминалиста:
отвертки, пассатижи, молотки, кусачки,
ножи, оборудование для снятия отпечатков пальцев, пинцеты, кисточки, щипцы,
ножницы, набор для исследования
сгоревшего пороха, карандаши, полиэтиленовые и бумажные пакеты, моток желтой
ленты...
Перво-наперво обозначить периметр.
Молодая женщина окружила желтой лентой всю зону.
Во-вторых, определить места нахождения корреспондентов средств массовой
информации и оценить радиус
действия объективов фотоаппаратов и микрофонов.
Прессы нет. Пока нет. Господи, спасибо тебе за это.
- Сакс, что ты говоришь?
- Благодарю Бога за то, что здесь нет журналистов.
- Замечательно. Но все же скажи, что ты делаешь?
- Все еще обозначаю периметр.
- Найди...
- Вход и выход, - закончила за него Сакс.
Шаг третий: определить, откуда преступник пришел и куда ушел. Это будут
вторичные места преступлений.
Но она понятия не имела, откуда появился Танцор. Он мог прийти откуда
угодно. Незаметно выскочить из-за угла,
приехать на тележке с багажом, на заправочной машине...
Надев специальные очки. Сакс стала водить по бетонной полосе источником
поляризованного света. Конечно, на
улице это было совсем не то, что в темном помещении, и все же направляя луч под
острым утлом, она видела в волшебном
зеленовато-желтом свете блестящие искорки. Но, увы, никаких следов.
- Ее же полили, - раздался голос у нее за спиной.
Резко развернувшись. Сакс положила руку на "Глок" и наполовину вытащила
пистолет из кобуры.
"Райм, я никогда не была такой пугливой. Это все ты виноват".
За желтой лентой стояли двое в рабочей одежде. Осторожно приблизившись
к ним. Сакс проверила удостоверения
личности. Фотографии совпадали.
- Каждую ночь все дорожки поливают. Нам показалось, вы здесь что-то
ищите, - пояснил тот, что заговорил
первым.
- Водой под давлением, - добавил второй. Замечательно. Все мельчайшие
следы, все отпечатки ног, все кусочки
кожи, которые мог оставить здесь Танцор, безвозвратно исчезли.
- Вы видели здесь кого-нибудь постороннего вчера вечером?
- Это связано с бомбой?
- Приблизительно в четверть восьмого? - настаивала Сакс.
- Нет. Здесь безлюдно. Ангары заброшены. Наверное, их скоро будут
сносить.
- А вы сейчас что здесь делаете?
- Увидели полицейского. Вы ведь из полиции, правда? Ну, и решили
подойти, взглянуть. Это ведь связано с
бомбой, да? Кто ее подложил? Арабы? Или экстремисты, мать их?
Сакс постаралась отогнать непрошенных зрителей.
- Райм, вчера ночью рулежную дорожку поливали водой, - сказала она в
микрофон. - Похоже, под большим
давлением.
- Только не это!
- Я...
- Привет!
Вздохнув, Сакс обернулась, ожидая увидеть вернувшихся рабочих. Но это
был молодой самодовольный
полицейский в фуражке и отутюженных брюках. Он поднырнул под ленту.
- Прошу прощения, - двинулась ему навстречу Сакс, - но доступ сюда
закрыт.
Полицейского ее слова не остановили. Молодая женщина проверила
удостоверение личности. На фотографии он
был похож на модель с обложки журнала мужской моды.
- Вы из полиции Нью-Йорка, да? - полицейский рассмеялся. - Красивая у
вас там форма!
Он окинул оценивающим взглядом обтягивающие джинсы.
- Доступ сюда закрыт.
- Я могу вам помочь. Я окончил курсы криминалистики. Правда, в основном
приходится патрулировать дороги, но
все же кое-какой опыт у меня есть. А волосы у вас - это что-то! Впрочем,
наверное, это вы уже слышали.
- Я действительно вынуждена попросить вас...
- Меня зовут Джим Эвертс.
Только не надо переходить на имена. Это прилипает хуже клейкой ленты.
- Офицер Сакс.
- Скверная это штука - бомба.
- Видите ли, Джим, эта лента натянута здесь для того, чтобы никого не
пускать на место преступления. Если хотите
помочь, быстро отойдите за нее.
- Подождите, разве к полицейским это тоже относится?
- Да, относится.
- И даже ко мне?
- И к вам тоже.
Место преступления безнадежно портят пять самых страшных врагов
криминалиста: погода, родственники жертвы,
подозреваемые, охотники за сувенирами и, худшее из худшего, собратьяполицейские.
- Я и пальцем ничего не трону. Ей-богу. Мне просто будет приятно
смотреть, как вы работаете, милочка.
- Сакс, - прошептал Райм, - скажи ему, чтобы живо убирался с места
преступления, мать его.
- Джим, живо убирайся с места преступления, мать твою!
- В противном случае ты доложишь его начальству.
- В противном случае я доложу твоему начальству.
- О-о-о-о, вот вы как?
Джим Эвертс поднял руки, признавая свое поражение. С его лица исчезли
последние намеки на заигрывание.
- Сакс, шевелись.
Полицейский, пытаясь сохранить лицо, медленно направился к ограждению.
Один раз он обернулся, но все же
удержался от обидного замечания.
Амелия Сакс начала ходить по методу "решетки", то есть производить
движения вперед и назад в одном
направлении (север - юг), а затем проделывать те же движения в перпендикулярном
направлении (восток - запад).
Существует несколько различных способов осмотра места преступления. На
улице чаще всего используется слалом
- движение по синусоиде, что позволяет быстро осмотреть большую территорию. Но
Линкольн Райм не желал даже
слышать об этом. Он использовал только "метод решетки". Когда Райм был главой
следственного отдела, выражение "метод
решетки" стало синонимом осмотра места преступления, и плохо приходилось тому
эксперту, который, используя
"решетку", срезал углы или витал мыслями в облаках.
Сакс потратила полчаса, расхаживая взад-вперед по полосе бетона и рядом
с ней. Поливальная машина, уничтожив
следы и мелкие улики, все равно должна была пощадить более крупные предметы,
которые мог обронить Танцор. Не
должна она была испортить и следы ног и отпечатки тела в мягкой земле рядом с
рулежной дорожкой.
Но Сакс ничего не удалось найти.
- Проклятие, Райм, совершенно ничего.
- Ну же, Сакс, готов поспорить, что-нибудь да есть. И не что-нибудь, а
много чего. Просто надо повозиться чуть
больше обычного. Помни, что Танцор не похож на других преступников.
О, опять он за это.
- Сакс, - голос тихий и вкрадчивый. Она ощутила дрожь. - Вживись в
него. Ты понимаешь, о чем я говорю.
Сакс прекрасно понимала, что он имеет в виду. Ей стало плохо от одной
этой мысли. Да, она знала, что надо делать.
Лучшие криминалисты способны сделать так, что граница у них в мозгу, отделяющая
охотника от добычи, растворяется,
перестает существовать. Они ходят по месту преступления не как полицейские,
пытающиеся отыскать улики, а как
преступник, разделяя его мысли, желания, страхи. Райм обладал этим талантом. И
Сакс, хотя она и пыталась это отрицать,
также обладала им. С месяц назад она проводила осмотр места преступления -
мужчина убил жену и ребенка - и нашла
орудие убийства там, где остальным даже не пришло в голову искать. После этого
Сакс не могла работать целую неделю. Ее
терзали навязчивые мысли, что это именно она зарезала жертвы. У нее перед
глазами стояли их искаженные от ужаса лица,
она слышала их предсмертные крики. Молчание.
- Говори со мной, - прошептал Райм. И уже решительно: - Ты - это он. Ты
идешь там, где шел он, думаешь то, что
он думал...
Разумеется, он и раньше говорил ей такие слова. Но сейчас, как и во
всем, что имело отношение к Танцору,
молодой женщине показалось, что Райм думает не только о том, чтобы обнаружить
какие-то незаметные улики. Нет, она
нутром своим почувствовала, что он отчаянно хочет узнать этого преступника.
Понять, кто он, что заставляет его совершать
убийства.
Ее снова охватила дрожь. Мысли упорядочились, формируя цельную картину.
Ночь. Огни аэродрома. Звуки
взлетающих самолетов, запах выхлопов.
- Ну же, Амелия... Ты - это он. Ты - Танцор у гроба. Тебе известно, что
Эд Карни находится на борту самолета,
теперь тебе нужно закрепить бомбу. Думай только об этом.
Она послушно выполнила его приказание, призывая откуда-то из потаенных
глубин желание убивать.
Райм продолжал говорить своим чарующе мелодичным голосом:
- Ты великолепно знаешь свое дело. У тебя нет никаких моральных
принципов. Ты убьешь кого угодно, сде
...Закладка в соц.сетях
