Жанр: Электронное издание
Часть IV
На пути
к феминизации
власти?
Глава 1
ЖЕНЩИНЫ-ДОМОХОЗЯЙКИ,
ЖЕНЩИНЫ-ПОЛИТИКИ
Вопрос относительно власти женщин постоянно
тревожит воображение мужчин. Уже в мифах первобытных
народов иногда упоминаются ситуации изначального
состояния, отмеченного господством женщин; нет
недостатка и в таких легендах, которые выводят на сцену
принадлежащих к женскому полу чудовищ, матерей-
людоедок, дьявольское могущество колдуний*. Vagina
dentata^, самка богомола, роковая женщина - со ста*М
ария-Луиза фон Франц связывает это с действием анимы,
которую К. Юнг представлял себе как олицетворение всех проявлений
женственного в психике мужчины: таких как смутные чувства и
настроения, пророческие озарения, восприимчивость к иррациональному,
способность любить, тяга к природе и - последнее по порядку,
но не по значению - способность контакта с подсознанием. Вот
почему во всем мире распространены сказания, в которых действует
дева-отравительница. Это красавица, в одеждах которой обычно
таится оружие или смертоносный яд, и ими она убивает своих любовников
в первую же ночь. В подобном обличье анима так же холодн
а и своенравна, как и некоторые аспекты самой природы. В Европе
она и по сей день дает о себе знать верой в ведьм (подробнее об
этом см.: Мария-Луиза фон Франц, Процесс индивидуации, в кн.:
Юнг Карл Густав. Человек и его символы. М., 1997. С. 175-186).
^Vagina dentata (лат.) - зубастая вагина.
родавних времен встречается тема губительной власти
женского пола.
В эпоху Нового времени также широко признавали
влиятельность женщин: это и владычество красавиц над
влюбленными в них мужчинами, и теневое правление,
и власть матерей над детьми, и господство женщин в обл
асти нравственности и моды. В XIX веке к этому доб
авляется теория первобытного матриархата, согласно
которой политическая власть в доисторические времен
а якобы принадлежала женщинам. Конечно, в Новое
время мужчины постоянно отстраняли женщин от политической
и экономической власти, однако в сфере
частной жизни властные полномочия женщин пользов
ались невиданным в более ранние эпохи уважением и
социальным признанием.
И как же обстоит дело в наши дни? Совершенно
очевидно, что теперь вопрос ставится по-иному и как
никогда прежде остро. Начиная с незапамятных времен
исключение женщин из высших сфер власти было чемто
само собой разумеющимся, зато теперь этим не перест
ают возмущаться. Прежде считалось вполне естественным,
чтобы женщины "сидели дома", зато в наши дни
считают возмутительным факт, что в парламент избир
ают так мало женщин. Теперь, когда быстро растет
число акций в пользу паритета между полами в политических
организациях, завоевывает всеобщее признание
мысль о том, что в ближайшем будущем женщины внесут
новую струю в политическую жизнь наряду с изменениями
в системе руководства промышленными предприятиями.
Подходит к концу эпоха, которая обрекала
женщин на второстепенные роли. В наши дни мужчины
признают полноправное участие женщин в политической
жизни и больше не считают для себя зазорным
иметь начальником женщину. Новый феминизм живет
в ожидании того дня, когда власть будет востребована
женщинами на равных с мужчинами, когда в действие
вступит механизм получения женщинами удовольствия
от победы и от самого соревнования, когда они, избавившись
от застарелой робости, будут подвигнуты на
борьбу за высшие места в иерархии. После феминизма,
связанного с комплексом жертвы, пробил час "феминизм
а власти"^.
Конечно, по обеим сторонам Атлантики в многочисленных
обращениях подвергают критике и новые
способы внушения женщинам комплекса вины, и оспарив
ание завоеваний "победных" лет, и "возврат к политике
дубинки", жертвой которой становится второй
пол. Но одновременно с этим слышны и другие голоса,
возвещающие нам "потрясение основ социальных полов"*,
неизбежность ослабления мужского влияния,
занятие женщинами более высокого положения во властных
структурах как в экономической, так и в политической
области. Все это становится причиной констатируемой
феминистками разного толка "войны против
женщин", а она, в свою очередь, якобы представляет
собой лишь одну из сторон более сложной реальности,
характеризуемой также и "войной против мужчин".
"Мужчины в кризисе: грядущий второй пол" - с таким
заголовком вышел недавно "The Economist"**, и происходит
все это именно тогда, когда эксперты, не без торжеств
а, прогнозируют в будущем захват центров при^Naomi
Wolf, Fire with Fire, op. cit.
*Социальный пол - понятие, возникшее в 50-е годы в связи с
распространением феминистской идеи, впервые высказанной в эссе
Симоны де Бовуар "Второй пол" (1949), относительно того, что мы
не рождаемся женщинами, а социализируемся в них. Так, в своей
работе "Бедствие пола" американская исследовательница Юдит Батлер
утверждает, что биологический пол не является истоком пола
социального: в том виде, в каком мы с ним сталкиваемся в наши
дни, он представляет собой продукт власти, причем оба пола продуциров
аны одной и той же властью, которую она называет "гетеросексу
альной матрицей" или "гетеросексуальной гегемонией" (об этом
см.: Judith Butler, Gender Trouble. Feminism and the Subversion of identity,
New York, Routledge, 1990).
**"The Economist" - "Экономист" (название влиятельного
американского журнала).
нятия важных решений женщинами: скоро все мы посмеемся
над "наивностью мужчин и женщин 80-х годов, которые
верили в то, что невидимый потолок якобы всегда
будет мешать женщинам в достижении вершины"^. Слабые
мужчины и успешные женщины: на горизонте демокр
атий будто бы обретает конкретные очертания феминиз
ация власти, представляющая собой последний этап
современного поступательного развития равноправия.
Нет недостатка в аргументах в пользу подобной
оптимистической перспективы. В развитых странах отныне
насчитывается большее число студенток, чем студентов;
девушки все энергичнее проникают в бастионы,
традиционно считавшиеся отведенными для юношей,
и составляют около половины учащихся высших коммерческих
школ. На промышленных предприятиях многих
стран Организации экономического сотрудничества
и развития среди инженерно-управленческого состава
число женщин либо уже достигло критической отметки,
либо близко к ней. С 1974 по 1986 год процент женщин,
занимающих руководящие и административные
должности, вырос в Канаде с 15,9 до 34,5%, в Швеции -
с 8,8 до 20 "/о, в Соединенных Штатах с 18,5 до 37,5%, а
в Федеративной Республике Германии -с 15 до 20,9%.
Во Франции на протяжении 80-х годов около половины
вакантных руководящих и административных должностей
заняли женщины. С 1968 по 1990 год процент предст
авительниц женского пола среди лиц "свободных профессий
и руководящего состава" увеличился с 18 до 30,7%.
К этому следует еще добавить быстрый рост числа женщин,
организующих собственные предприятия: в Канаде
женщины создают в три раза больше предприятий,
чем мужчины; уже в конце 80-х годов каждым третьим
предприятием владела женщина, а в 2000 году женщины
будут владеть каждым вторым из них.
^John Naisbitt, Patricia Aburdene, Mega Tendances 1990-2000: ce
qui va changer, Paris, First, 1990, p. 245.
Эти успехи женщин сопровождаются появлением
новых стимулов к продвижению по служебной лестнице.
Наряду с распространением газет для executive women*
быстро увеличивается и число пользующихся успехом
сочинений, которые предлагают женщинам "рецепты"
карьерного роста, практические и психологические советы
по захвату ключевых постов. С социальной моделью
скромной и покладистой женщины все больше сопернич
ает модель женщины, "умеющей за себя постоять".
Соревновательная культура, нацеленная на преодоление
трудностей и карьерный рост, внедрилась и в женский
универсум. Добиваться успеха в служебных делах, стремиться
к занятию руководящих постов - все это стало
для женщин социально узаконенной целью, настойчиво
внушаемой средствами массовой информации.
Значит ли это, что будущее неотвратимо проявит
себя в формах феминизации власти? Если проанализиров
ать современные данные, то это в высшей степени
сомнительно. В большинстве стран политика по большей
части остается закрытым для женщин миром: народы
Европы, за исключением северных стран, выбирают
в депутаты от 6 до 20% женщин. По всей Европе
женщины составляют треть членов политических партий,
однако почти везде они очень слабо представлены в их
руководящих органах. Во всех правительствах, за исключением
правительств Скандинавских стран, женщины
оказываются в меньшинстве и чаще всего отвечают за те
секторы, которые считают "женскими"; женщин-министров,
выполняющих высшие функции, можно встретить
редко. Напрашивается банальный вывод: политика попрежнему
остается занятием для мужчин.
Не менее явно отстранение женщин и в мире бизнес
а. Если число женщин среди руководящего персонала
предприятий, бесспорно, увеличивается, то высшие эшелоны
власти по-прежнему формируют из мужчин. В Со*Executive
women (англ.) - руководящие женщины.
единенных Штатах женщины занимают от 30 до 40%
управленческих постов, однако этот процент снижается
до менее 5% на уровне административных советов и
генеральных дирекций крупных предприятий^. В 1989 году
всего три женщины оказались во главе Fortune 500 -
пятиста самых крупных американских компаний. В высшем
руководстве органов местного самоуправления женщины
составляют лишь 1%. И только 1% числа руководителей,
получающих свыше 200000 долларов в год, -
это женщины. Подобная редкость женщин на постах
директоров имеет ту характерную черту, что она наблюд
ается во всех странах. В Канаде, так же как в Германии
или в Великобритании, доля мужчин в административных
советах превышает 95%; из 30 женщин, входящих
в административные советы 100 самых крупных
английских компаний, 26 не имеют права решающего
голоса. Среди 800 руководителей 100 самых крупных
британских компаний женщин всего 12, и ни одна из
них не входит в число 20 наиболее высокооплачиваемых
сотрудников.
Во Франции, как и в Германии или в Великобритании,
среди руководителей 200 ведущих предприятий нет
ни одной женщины. Из 300 важнейших промышленных
объединений Франции едва наберется 5% таких, где в
составе генеральной дирекции есть хотя бы одна женщин
а. Если в категорию руководителей высшего ранга
входит всего лишь 5% женщин, то более 60% частных
предприятий не имеют ни одной женщины не только в
высшем звене, но и во всем руководящем составе. В числе
2 261 членов правления 200 ведущих французских
предприятий 58 женщин^. И в общественных организ
ациях число женщин в руководстве также очень мало:
^A. M. Morrison, "Women and Minorities in Management", American
Psychologist, fevrier 1990; G. N. Powell, "One More Time: Do
Female and Male Managers Differ?", Academy of Management Executive,
IV, 3, 1990.
^Le Monde, 8 mars 1996.
1% в Национальном обществе французской кинематогр
афии, а также в "Эклерср де Франс"* и в "Гидах Франции"**;
3% в РАТП^. Незначительное присутствие женщин
на верхних ступенях иерархической пирамиды -
это явление универсальное, очень ярко выраженное, один
аково сильно заявляющее о себе как в общественном,
так и в частном секторе: чем выше мы поднимаемся по
иерархической лестнице, тем меньше женщин там встреч
аем.
К тому же, несмотря на постоянно растущую феминиз
ацию высшего образования, и в этой области на протяжении
последних двадцати лет не видно никакого
сколько-нибудь значимого изменения в лучшую сторону.
В Соединенных Штатах в 1978 году в числе 6400 высших
должностных лиц и самых высокооплачиваемых руководителей
было 10 женщин; в 1990 году на 4 000 их
приходилось 19. В том же самом году женщины и предст
авители меньшинств занимали менее 5% от общего
числа высших управленческих должностей, тогда как
в 1979 году на их долю приходилось 3%. В администрации
Квебека количество женщин в высшем руководстве
увеличивается всего на 1% в год, да и то этот рост с
1983 года имеет тенденцию к замедлению. Женщины,
разумеется, создают все больше собственных предприятий,
однако их предприятия, что немаловажно, очень
малы, там редко трудятся более 5 наемных работников,
и в подавляющем большинстве случаев они относятся к
сектору торговли и бытовых услуг: в Канаде в середине
80-х годов 50% таких предприятий имели годовой оборот
менее 100000 долларов^.
*"Эклерср де Франс" - французская скаутская организация.
**"Гиды Франции" - французская женская скаутская организ
ация.
^Helene Y. Meynaud, "L'acces au dernier cercle", Rewe francaise
desaffaires sociales, ь l, janvier-mars 1988. P. 67-88.
^Helene Lee-Gosselin, Monica Belcourt, "Les femmes entrepreneuses",
in Prendre sa place: les femmes dans l'univers organisationnel, Ottawa,
Agence d'Arc, 1991, p. 55-88.
Напрашивается следующий вывод: вопреки дискредит
ации основанной на мужском шовинизме культуры,
вопреки феминизации дипломов о высшем образов
ании и вопреки повышению общественной значимости
деятельности в области досуга и связей с общественностью
нет, или почти нет, никаких перемен в том, что
касается включения женщин в круг лиц, принимающих
ответственные решения. Почти все без исключения ком
андные посты занимают мужчины, и все происходит
так, словно некий "стеклянный потолок" (glass ceiling)
неизменно останавливает женщин, едва они достигнут
определенного уровня. И самым примечательным фактом
остается не покорение женщинами вершин, а устойчивый
характер их оттеснения от этих вершин и воссозд
ания в обществе власти представителей мужского
пола.
Чем объясняется это неукоснительное исключение
женщин из сферы руководства? Своего рода прогрессистский
рационализм предлагает нам усматривать в этом
явлении всего лишь некий архаизм, обреченный на исчезновение
под воздействием сил современности: власть,
подобно всем другим областям, якобы должна прекратить
существование в качестве неизменного атрибута
только одного пола. И в самом деле, трудно себе предст
авить (если принять во внимание нынешний менталитет
и повышение квалификации женщин как по уровню
знаний, так и по профессиональному уровню), что предст
авительницы женского пола и впредь сохранят столь
скромное представительство на высших ступенях иерархической
лестницы: их продвижение на высокие посты
в управлении весьма вероятно. Но каким будет это продвижение?
Подобным внезапно нахлынувшему потоку
или же подобным ограниченному в масштабах наступлению,
приводящему к периферийным изменениям во
взаимном расположении двух гендеров? Весь вопрос как
раз в том и состоит: удастся ли "демократической революции"
положить конец традиционному господству
мужчин в сферах власти? И сумеет ли эта революция
привести в обозримом будущем к формированию дей-
ствительного разнополого состава политических и экономических
элит?
Предприятие
против женщин?
Феномен glass ceiling часто и не без оснований объясняют
исходя из устойчивости связанных с полом стереотипов,
которые отстраняют женщин от занятия определенных
должностей и замыкают их в рамки социально
приемлемого поведения; такие стереотипы вдобавок еще
порождают ролевые конфликты между женственностью
и компетентностью и лишают объективности оценку их трудовых
достижений. Вот почему именно мужчины-руководители
продолжают сочетать успех на профессиональном
поприще с качествами, обычно приписываемыми
мужчинам^; вот почему женщин всегда считают "слишком"
эмоциональными, наделенными меньшими бойцовскими
качествами, плохо вписывающимися в производственную
обстановку, менее инициативными, менее заинтересов
анными в делах предприятия. Вот откуда берутся
^V. Е. Schein, "Relationships between Sex Roles Stereotypes and
Requisite Management Characteristics among Female Managers", Journal
of Applied Psychology, vol. XXXI, 1975, p. 259-268; О. С. Brenner, J.
Tomkiewicz, V. Е. Schein, "The Relationships between Sex Roles Stereotypes
and Requisite Management Characteristics Revisited", Academy
of Management Journal, vol. XXXII, #3, 1989, p. 662-669.
те сексистские представления, которые, в частности, меш
ают ответственным работникам "объективно" оценить
компетенцию и трудовые достижения женщин^. Искаж
ая складывающиеся у вышестоящих начальников относительно
потенциала женщин представления, обусловленные
половой принадлежностью стереотипы наносят
вред представительницам женского пола при их продвижении
по служебной лестнице, они делают их жертвами
практики "двойных стандартов" и обрекают на исполнение
менее престижных, менее разнообразных и менее
ответственных функций. Вдобавок ко всему, поскольку
руководителям труднее критиковать результаты труда
женщины, чем мужчины^, женщины из руководящего
персонала имеют худшую feed back*, меньше возможностей
узнать правду, ликвидировать свои промахи и
добиться лучших результатов.
Порождаемые сексуальной принадлежностью предубеждения
не только воздвигают преграды, сковывая женщин
при их продвижении наверх, они еще и создают
барьеры для освоения ими примыкающих территорий.
Большое число исследований показало, что женщины
из руководящего состава в подавляющем большинстве
оказываются на предприятии назначенными на непроизводственные
должности (отделы по работе с персоналом
и по связям с общественностью; информационные,
плановые и финансовые службы), традиционно рассматрив
аемые как пригодные для представительниц женского
пола, и гораздо реже им доверяют производственные
функции (само производство, коммерческие отде^Е.
D. Pulakos, К. N. Wexley, "The Relationships among Perceptual
Similarity, Sex and Performance Ratings in Manager-Subordinate Dyads",
Academy of Management Journal, vol. XXVI, #1, 1983, p. 129-139;
T. L. Ruble, R. Cohen, D. N. Ruble, "Sex Stereotypes", American Behavioral
Scientist, XXVII, 3, 1984, p. 339-356.
^A. Harian, C. L. Weiss, "Sex Differences in Factors Affecting Managerial
Career Advancement", in P. A. Wallace, Women in the Work
Place, Boston, Aubum House, 1982.
*Feed back (англ.) - обратная связь.
лы), ассоциируемые с чисто мужскими качествами, такими
как энергичность, напористость, решительность,
максимальная самоотдача. Маркетинг, где женщины
занимают немаловажное место, представляет собой
единственное исключение из этого правила. Как бы то
ни было, но основанный на сегрегации порядок вещей
очевиден: на 500 крупнейших американских предприятиях
женщины-руководительницы высшего звена в 10 раз
более многочисленны в отделах по управлению трудовыми
ресурсами, нежели на должностях, связанных с производством.
Женщин, которых считают слишком эмоцион
альными и плохо приспособленными к обстановке
жесткой борьбы, вдобавок ко всему без малейшего энтузи
азма воспринимают различные партнеры предприятия*:
их определяют на непроизводственные должности,
а их выдвижение на позиции, где они непосредственно
влияют на производство, встречается весьма
редко. Однако именно опыт, полученный на должностях,
связанных с производством, в основном и рассматривается
как столбовой путь для поднятия на высшие ступени
иерархической лестницы: в отсутствии подобного опыта
как раз и состоит одна из основных причин блокирования
продвижения женщин к вершинам служебной пирамиды
предприятия^. Загнанные в рамки непроизводственных
*"Мужчина привык внушать к себе уважение; клиенты верят
в его компетентность, ему незачем быть настороже, он уверен, что
сумеет произвести на них впечатление. Женщина не внушает такого
доверия, и поэтому она пыжится, проявляет излишнее усердие. В деловом
мире, в сфере управления женщины подчеркнуто скрупулезны,
придирчивы, часто агрессивны" (Бовуар Симона де. Второй пол.
М.: Прогресс; СПб.: Алетейя, 1997. С. 780).
^Один американский опрос, проведенный среди пробившихся
сквозь "стеклянный потолок" женщин, показывает, что 3 из каждых
4 участниц опроса занимали в 1990 году производственные должности
(см.: Terri A. Scandura, Breaking the Glass Ceiling in the 1990s,
Department of Labor, Women's Bureau; L. Larwoo, V. E. Gattiker, ,
in B. A. Gutek, L. Larwood, Women's Career Development, Newbury
Park, Sage, 1987, p. 129-156).
служебных обязанностей, лишенные богатого и разнообр
азного опыта, который поместил бы их в главный нервный
узел всего предприятия, женщины только в самых исключительных
случаях достигают вершин иерархической
лестницы: glass ceiling - это прежде всего glass wall*^.
Если неблагоприятные для женщин социальные суждения
о них и оказываются глубоко укорененными в историю,
то наряду с этим они могут быть подкреплены и
даже сформированы организационными структурами
и практикой их действия. Мы обязаны работам Розабет
Мосс Кантер, ныне ставшим классическими, выявлением
специфического детерминирующего воздействия
организаций как на поведение женщин, так и на поведение
мужчин по отношению к женщинам. Тот факт, что
женщины фигурируют в столь ничтожном количестве
на самом верхнем уровне иерархии менеджмента**, связ
ан отнюдь не с их личностными особенностями, а со
свойственной организациям тенденцией отказа от неоднородности
групп. Пытаясь уменьшить разнохарактерность
оценок и межличностных отношений в сфере
выполнения должностных обязанностей, организации
стремятся к однородности своих членов, они привлекают,
кооптируют, тянут наверх тех, кто им подобен и по
половой принадлежности, и по ментальности, и по поведению,
и по внешнему виду, но зато отвергают тех,
кто выглядит "непохожим" на них. Колебания при принятии
решений влияют на единство мнения верхушки,
и виновниками этого выступают женщины, восприним
аемые как "другие" - как менее преданные предприя*Glass
wall (англ.) - стеклянная стена.
^"On the Line: Women's Career Advancement", Catalyst, 1992,
p. 12-20.
**Менеджмент - позиции в структуре организации с управлением
подчиненным персоналом и координацией деятельности во имя
эффективной работы организации по реализации ее целей. Менеджмент
рассматривается как самостоятельная категория занятых в организ
ации со своими отличительными социальными процессами; эта
категория преследует собственные специфические интересы.
тию, непонятливые и непредсказуемые. Редкость женщин
на командных постах, по всей видимости, является
результатом действия механизмов "гомосексуального
и гомосоциального воспроизводства", свойственного
крупным современным организациям^.
Сходным образом именно из строгого учета количественного
состава женщин на предприятии, точнее
говоря, из их положения, напоминающего положение
меньшинств, следует исходить, чтобы понять трудности
в достижении ими директорских постов. Конфигурация
относящийся-к-меньшинству/относящийся-к-большинству,
совпадающая с различием женщины/мужчины,
приводит мужчин к тому, чтобы преувеличивать собственные
отличия, чтобы втискивать женщин в рамки
определенных ролей, навешивать на них ярлыки и рассм
атривать их скорее как олицетворение всего женского
пола, нежели как личностные индивидуальности^.
В качестве группы, относящейся к меньшинствам, женщины
больше, чем мужчины, находятся на виду; их поведение
систематически обсуждается, подмечается и оценив
ается. Боясь оказаться в центре всеобщего внимания
и подвергнуть удару свою идентичность в роли женщины,
большинство женщин избегают конфликтных или рисков
анных ситуаций и предпочитают держаться скромно,
в соответствии с традиционным женским стереотипом.
И, как следствие этого, их игнорируют, признают за ними
незначительный уровень профессионализма, начальники
их просто не замечают*. Малое количественное
представительство женщин в верхах порождает у пред^Rosabeth
Moss Kanter, Men and Women ofthe Corporation, New
York, Basic Books, 1977, p. 63.
^Черты "женщины-алиби" в положении меньшинства описаны
Розабет Мосс Кантер: Ibid., p. 206-242.
*Именно эта, существовавшая от века практика принижения
женских способностей, побудила Стендаля в свое время заявить: "Благод
аря нынешней системе воспитания молодых девушек все гении,
родившиеся женщинами, пропадают для общественного счастья"
(Стендаль. Указ. соч. Т. 7. С. 191).
ставительниц прекрасного пола стремление к замкнутости,
к отходу на второй план: женщинам наносит вред
не "страх успеха", а "страх оказаться на виду".
Следствия подобного количественного соотношения
этим не исчерпываются. Ситуация отнесения к меньшинству
затрудняет приобщение женщин к состоящему главным
образом из мужчин миру правящей элиты-со свой-
ственными ему ритуалами инициации, нормами поведения,
ценностями и стилем жизни. Женщины, как чужаки
в чисто мужской "братии" менеджмента^, лишены соци-
альных моделей идентификации, они автоматически вызыв
ают подозрительность, а потому их, для подтверждения
собственной состоятельности, вынуждают демонстриров
ать большую результативность, чем их коллег
мужского пола. Существуя в мире, где всем заправляют
мужчины, женщины оказываются отключенными от информ
ационных сетей власти и лишенными сведений закрытого
характера, плохо осведомленными относительно
закулисных игр и политической стратегии предприятия,
относительно lobbying* и bargaining**, которые как раз и
обеспечивают получение высших руководящих постов.
Женщины отсечены от неформальных контактов при
межличностном общении и получаемой таким образом
поддержки, им гораздо труднее, чем мужчинам, получить
помощь от старших товарищей или спонсоров, которыми
в большинстве случаев оказываются мужчины. Уже долгое
время прослеживается связь, существующая между
успехами на профессиональном поприще и системой поручительств
а. В 70-е годы каждые 2 из 3 руководителей
^Относительно женщин и мужской культуры управления см.:
Gladys Symons, "Coping with the Corporate Tribe: How Women in Different
Cultures Experience the Managerial Role", Journal of Management,
XII, 3, automne 1986, p. 379-390; "Corporate Culture, Managerial
Women and Organizational Change", in Proceedings ofthe International
Conference on Orga
...Закладка в соц.сетях
