"Но какой густой мрак
окутывает еще природу".
Вольтер
ВВЕДЕНИЕ
В начале, как и в конце этого произведения, я привлекаю внимание к истине, совершенно новой для людей периода цивилизации: она состоит в том, что теория четырех движений - социального, животного, органического и материального - была единственным исследованием, которое дол-жен был иметь в виду разум. Это - исследов
ание всеобщей системы природы; это - проблема, которую Бог ставит на разрешение перед всеми планетами; и их обитатели могут достигнуть счастья лишь после того, как они ее разрешат.я:
Здесь я приглашаю читателя вспомнить, что я счел необходимым ознакомить его
с расчетами, которые подготовили мое открытие. Вследствие этого я собираюсь обсуждать предмет, который покажется совершенно лишенным отношения к судьбам,- земледельческую ассоциацию. Сам я, когда начинал размышлять об этом предмете, никогда не предполагал, чтобы столь скромный расчет мог привести к теории судеб; но, поскольку он стал ключом к этому, необходимо, чтобы
я сказал о нем несколько пространно.я:
II. О земледельческой ассоциации
Решение этой столь пренебрегаемой проблемы вело к решению всех политических проблем. Известно, что иногда достаточно самых малых средств, чтобы произвести самые большие дела: при помощи металлической иглы управляют молнией и ведут судно сквозь бурю и мрак; при помощи столь же простого средства можно положить предел всем общественным бедствиям; и в то время как строй цивилизации плавает в крови, чтоб утолить торговое соперничество, узнают, без сомнения, с интересом, что одно хозяйственное мероприятие покончит с ним навсегда без всякой борьбы и что морская держава, до сих пор столь страшная1, будет повержена в абсолютное ничтожество благодаря действию земледельческой ассоциации.я:
Эта идея на первый взгляд кажется гигантской и неосуществимой из-за препятствия, которое такому объединению противопо-ставляют страсти, препятствия тем более отпугивающего, что их невозможно понемногу преодолеть. Едва ли возможно объединить в земледельческое общество двадцать, тридцать, сорок человек или даже пятьдесят; нужно по крайней мере восемьсот, чтобы образовать ассоциацию природосообразную, или привлекательную. Я понимаю под этими словами общество, члены которого будут вовлечены в трудовую деятельность соревнованием, самолюбием и иными движущими силами, совместимыми с движущей силой выгоды: порядок, о котором идет речь, вызовет у нас страсть к земледелию, ныне столь отталкивающему, что им занимаются только по необходимости и из страха умереть от голода.я:
Земледельческая ассоциация, если предположить, что она охва-тит около тысячи человек, представляет для хозяйства столь
огромные благодеяния, что трудно объяснить беззаботность современных людей в этом отношении; существует же разряд ученых-экономистов, посвятивших себя специально расчетам усовершенствования хозяйства. Их пренебрежение исследованием метода ассоциации тем более непонятно, что они сами указали на некоторые выгоды, которые произошли бы от этого: например, они признали, и всякий мог признать это, как и они, что триста семейств ассоциированных селян имели бы лишь один-единственный амбар, хорошо содержимый, вместо трехсот плохо устроенных амбаров; одну-единственную чановую вместо трех сотен чанов, содержимых большей частью с крайним незнанием дела; что у них было бы в разных случаях, а особенно летом, лишь три или четыре больших очага вместо трехсот; что они посылали бы в город только одну молочницу с бочкой молока на рессорной повозке, что' сберегло бы сотню полудне'й, потерянных сотней молочниц, которые таскают сотню кувшинов молока. Вот некоторые виды экономии, которые предвидели различные наблюдатели, но все же они не указали и двадцатой доли выгод, какие были бы порождены земледельческой ассоциацией.
Ее сочли невозможной, потому что не знали никакого способа образования ее; разве это основание для заключения, что его не откроют и что не следует искать его? Если примут во внимание, что она бы утроила [а зачастую удесятерила бы] доходы от всего хозяйства, не станут сомневаться в том, что Бог не имел в виду средства к ее установлению, потому что он должен был заняться прежде всего организацией хозяйственного механизма, который является стержнем человеческих обществ.
Люди, торопящиеся опровергать, выдвинут против этого немало возражений. "Как соединить в одном обществе семьи, одна из которых обладает 100 000 ливров1, а у другой нет ни обола2? Как разобрать столько различных интересов, примирить столько противоречивых желаний? Как поглотить все эти проявления соперничества в плане согласованных интересов?" На это я отвечаю указанием на соблазн богатств и удовольствий: самая сильная страсть селян, как и горожан,- любовь к выигрышу. Когда они увидят, что социетарный кантон дает, при равных шансах, в три раза [в пять раз, в семь раз] больше дохода, чем кантон из бессвязных семейств, и обеспечивает всем членам ассоциации самые разнообразные наслаждения, они забудут все предметы своего соперничества и поспешат создать ассоциацию: она распространится без какого-либо закона на все области, ибо повсеместно люди страстно стремятся к богатству и удовольствиям.

В общем, эта теория земледельческой ассоциации, которая изменит судьбу рода человеческого, потворствует страстям, общим всем людям, она их соблазняет приманкой наживы и высоких наслаждений; в этом гарантия ее успеха у дикарей и варваров, как и у людей строя цивилизации, поскольку страсти повсеместно одни и те же.
Нет спешной необходимости ознакомить с этим новым порядком, которому я дам наименование прогрессивных серий, или серий групп, серий по страсти.
Я обозначаю этими словами объединение нескольких ассоциированных групп, которые отдаются различным отраслям одного и того же вида труда или одной и той же страсти.
Теория серий по страсти, или прогрессивных серий, не выдумана произвольно, как наши социальные теории. Распорядок этих серий во всем аналогичен распорядку математических рядов, всеми свойствами которых они обладают, как, например, равновесием соперничества между крайними группами и средними группами серии.я:
Страсти, которые считали врагами согласия и против которых написали столько тысяч томов, которые скоро падут в небытие, страсти, говорю я, стремятся только к согласию, только к социальному единству, от которого мы считали их столь отдаленными; но они могут приходить к гармонии только по мере того, как они правильно развиваются в прогрессивных сериях, или сериях групп. Вне этого механизма страсти - это только сорвавшиеся
с цепи тигры, непонятные загадки; это-то и побуждает философов говорить, что следовало бы подавлять их,- мнение вдвойне нелепое: потому что невозможно подавить страсти1 и потому что, если бы каждый их подавлял, состояние цивилизованности склонилось бы быстро к ущербу и пало бы обратно к состоянию кочевничества, при котором страсти были бы еще столь же зловредны, какими их можно видеть среди нас; ибо я верю в добродетели пастухов не больше, чем в добродетели их защитников.
Социетарный2 порядок, который придет на смену бессвязно-сти3 строя цивилизации, не допускает ни умеренности, ни уравнительства, ничего предусматриваемого философами; он хочет страстей пылких и утонченных: как только ассоциация образована, страсти приходят к согласию тем легче, чем они живее и многочисленнее.
Дело не в том, что этот новый порядок должен был что-либо изменить в страстях; это не было бы возможно ни для Бога, ни для людей: но можно изменить ход страстей, не изменяя ничего
в их природе. Так, например, если человек без состояния ненавидит брак, а ему предложат женщину с приданым в 100 000 ливров ренты, он с радостью согласится заключить этот союз, который накануне отталкивал его. Изменилась ли из-за этого его страсть? Нет, но его господствующая страсть - любовь к богатству - изменила свой ход: чтобы достичь своей цели, она взяла путь, который не нравился ей вчера; от этого по природе своей она не изменилась, она изменила лишь ход.
Следовательно, если я утверждаю, что при социетарном порядке люди возымеют вкусы, отличные от тех, какие у них сейчас,
и что пребывание в деревне они будут предпочитать городской жизни, то вовсе не следует думать, что, изменив вкусы, они изменят и страсти; они всегда будут руководимы только любовью
к богатствам и наслаждениям.
Я настаиваю на этом замечании, чтобы отклонить смехотворное возражение, которое порождают некоторые тупые умы; когда они слышат разговор об изменениях вкусов и привычек, которые произойдут при социетарном порядке, они сейчас же восклицают: "Вы, значит, измените страсти!" Нет, конечно, но им откроют новые возможности, которые обеспечат им в три-четыре раза большее развитие, чем то, какое они получают в бессвязном строе,
в котором мы живем. Вот почему можно будет увидеть, как люди строя цивилизации будут охвачены отвращением к привычкам, которые им приятны сейчас, как привычка к жизни семейным хозяйством, когда они заметят, что в семейном быту дети заняты лишь тем, что ревут, ломают, ссорятся и отказываются от всякой работы, и что те же дети, будучи введены в прогрессивные серии, или серии групп, заняты там только производительным трудом, без всякого внешнего побуждения соперничают в соревновании, что они вполне по собственному своему желанию обучаются земледельческим работам, промышленному труду, наукам и искусствам; что они создают продукцию и дают доходы, в то же время полагая, что развлекаются. Когда отцы увидят этот новый порядок, они найдут, что их дети достойны обожания в сериях и отвратительны в бессвязных семьях. Когда они, далее, заметят, что в резиденции фаланги (таково наименование, которое я дал ассоциации, обрабатывающей кантон) держат столь чудесный стол, что за одну треть расходов, которых сто'ит питание в семье, в сериях находят обслуживание втрое более тонкое и более обильное, так что там можно питаться втрое лучше, расходуя на это втрое меньше, чем
в семье, да еще избегать затруднений по приобретению продуктов
и приготовлению; когда они увидят, наконец, что во взаимоотношениях серий никогда не терпят никакого обмана и что народ, столь лживый и столь грубый при строе цивилизации, в сериях становится сверкающим правдивостью и учтивостью, они проникнутся отвращением к этому семейному быту, к этим городам, к этой цивилизации, которые являются предметом их нынешней привязанности; они захотят ассоциироваться в фаланге серий и жить в ее здании. Изменятся ли они в отношении страстей оттого, что станут гнушаться привычек и вкусов, которые ныне им приятны? Нет, но их страсти изменят свой ход, отнюдь не изменив ни целенаправленности, ни природы своей. Поэтому вовсе не следует думать, что порядок прогрессивных серий, уже не будучи строем цивилизации, должен произвести хотя бы малейшее изменение в страстях: они были и останутся неизменными, производя разлад и бедность вне прогрессивных серий или же согласие и богатство в социетарном строе, который является нашим предназначением и образование которого в одном только кантоне вызовет самопроизвольное подражание во всей стране, благодаря одной лишь приманке огромных доходов и бесчисленных наслаждений, которые этот порядок обеспечивают всем людям, каково бы ни было различие их имущественного состояния.

Перехожу к результатам этого открытия в научном отношении.
III. О притяжении по страсти и о его отношениях
с определенными науками
:Первой наукой, которую я открыл, была теория притяжения по страсти.
Когда я осознал, что прогрессивные серии обеспечивают
полное развитие страстям людей обоего пола, разного возраста
и различных классов; что при этом новом порядке станут приобретать тем больше силы и богатства, чем больше будут иметь страстей, я пришел отсюда к догадке, что если Бог предоставил столько влияния притяжению по страсти и столь мало разуму, его противнику, то это для того, чтобы повести нас к этому порядку прогрессивных серий, удовлетворяющему притяжение во всех отношениях. С тех пор я полагал, что притяжение, столь очерненное философами, было истолкователем видов Бога в отношении социального порядка, и я пришел к аналитическому и синтетическому исчислению притяжений и отталкиваний по страсти; они ведут во всех отношениях к земледельческой ассоциации.я:
:Люди легко верят тому, чего желают, и многие из читателей не будут дожидаться более пространного разъяснения, чтобы возыметь к этому открытию полное доверие. Желая поддержать их надежду и укрепить ее у тех, кто колебался бы, я особо настаиваю на легкости безотлагательного перехода рода человеческого к порядку согласованности. Эта легкость столь велика, что можно будет уже с нынешнего - 1808 - года видеть начало организации земного шара: если какой-нибудь государь захочет использовать в опытном кантоне одну из армий, которые континентальный мир оставляет в бездействии; если он назначит 20 000 человек на подготовительные работы в опытном кантоне, можно будет, пересаживая деревья вместе с их родной почвой (так, как это практикуется в Париже) и ограничиваясь кирпичными постройками, ускорить предприятие настолько, что к концу весны 1808 года первая фаланга прогрессивных серий вступит в действие, и хаос строя цивилизации, варварства и дикости тотчас же рассеется на всей земле, унося с собой единодушные проклятия всего рода человеческого.я:
"Природа, - говорят философы, - окутана непроницаемой завесой, которую не смогут прорвать все вековые усилия" (Анахарсис1). Вот софизм, весьма удобный для невежества и самолюбия: люди любят уговаривать, что то, чего они не сумели, не сумеют и другие.я:
Между тем социальный порядок, несмотря на несостоятельность таких вождей, делает еще некоторые успехи, как, например, уничтожение рабства; но какая медлительность в том, чтобы задумать и выполнить доброе дело! Минуло двадцать веков науки, прежде чем предложили малейшее смягчение участи рабов; значит, нужны тысячи лет, чтобы открыть нам глаза на истину,
чтобы внушить нам акт справедливости! Наши науки, похваляющиеся любовью к народу, совершенно не ведают средств благоприятствовать ему; недаром попытки людей нового времени, направленные к освобождению негров, привели лишь к пролитию потоков крови, к ухудшению бедствий тех, кому хотели оказать услугу; и всс еще не знают методов освобождения, хотя возможность этого дела доказана самым фактом существования современных обычаев [из которых не умеют вывести теорию постепенного освобождения].
Итак, случайности, а не политическим и моральным наукам мы обязаны нашими слабыми успехами в области социального духа; но случайность заставляет нас приобретать каждое открытие ценой веков бурных опытов.я:
:Чтобы оценить ресурсы, которые порядок согласованности будет предоставлять для гурманства, следует знать, что он отнюдь не многолюден, как строй цивилизации. Войдем в некоторые подробности об этом.
Теория дает указание на 800 или 810 жителей в каждой фаланге, а средняя площадь кантона указывается в 3456 туаз2 диаметром. Эта территория превзойдет квадратное лье в отношении 87 к 63. Таким образом, порядок согласованности будет допускать едва 600 жителей на квадратное лье в 2500 туаз.
Между тем строй цивилизации скопляет в некоторых странах, как Вюртемберг, более 4000 жителей на квадратное лье, т. е. в семь раз больше надлежащего числа, а в областях среднего значения обычно находится 1200 жителей на лье, где должно было быть только 600.
Принимая во внимание телесную слабость людей строя цивилизации, можно было бы их оставлять до 800-900 на лье, но только временно и при условии постепенного сокращения до 600 по мере того, как земной шар будет становиться пригодным к обработке, а род человеческий будет набирать силы.
Надо будет, следовательно, разгружать цивилизованные области, которые переполнены народом и имеют часто свыше 800 жителей на квадратное лье, включая и жителей городов. Отток будет направляться не в смежные местности, как, например, из Франции в Испанию, но в различные пункты всех невозделанных стран. Их начнут разрезывать в шахматном порядке границами фаланг, которые пересекут Африку, Америку и Австралию с тем, чтобы просвещать страну и приобщать туземные орды.

Известные европейские страны, как Вюртемберг, эвакуируют более 3000 жителей с квадратного лье. Это будет большой выгодой для их государя, который будет иметь колониальную акцию, или право собственности в размере одной двенадцатой на невозделанные страны, какие будут освоены его эмигрантами.я:
К счастью, земля обширна в соотношении с ее слабой населенностью: мы достигли еще только трети того числа, которое является подходящим для доведения земного шара до малого комплекта в два миллиарда; можно будет, следовательно, распространяться по желанию и жить просторно. Именно для того, чтобы уготовить нам это благосостояние, Бог ограничил нас столь малой численностью и скучил как пленников на некоторых территориях, которые мы оспариваем друг у друга, тогда как наибольшая часть земного шара остается невозделанной из-за опасения потерять колонии.
Впредь ничто не будет мешать тому, чтобы народы рассеивались, когда земля вся будет объединена под властью единого
и неизменного правительства, которое сможет обеспечить каждому государю колониальное возмещение по странам, которые он населил избытком своих подданных.
Хотя порядок согласованности может допускать временно только 900, а впоследствии 600 жителей на квадратное лье, он приведет к тому, что это малое число жителей, сформированных
в прогрессивные серии, будет собирать продукцию столь обильную, какую могло бы дать втрое большее количество бессвязных земледельцев на той же территории.я:
При расчете на эти различные средства будем считать положительную продукцию порядка согласованности тройной; следует к этому добавить отрицательную продукцию, слагающуюся из избегнутых потерь. Теперь, когда я составляю перечень неисчислимых потерь, которые влечет за собой механизм строя цивилизации, : станет понятно, что тройная продукция в положительном смысле окажется четырехкратной или пятикратной [при добавлении отрицательной продукции], благодаря избежанию огромных потерь, которые мы учиняем.
Поскольку урожаи строя согласованности будут неизменно выше возможностей местного и внешнего потребления, сверхизобилие станет периодическим бичом, как ныне недород, и даже расточая животным продукты питания человека, придется зачастую выбрасывать в море и сточные каналы массу продуктов, которые могли бы сейчас подаваться на лучшие столы. Ими будут жертвовать безо всякого сожаления, потому что будут знать, что это сверхизобилие необходимо для поддержания порядка согласованности, поскольку этот социальный порядок должен определить для своего населения численный предел, который установил бы обычную избыточность и оставление массы хороших продуктов. Например: если фаланга Воклюз1 соберет 50 000 дынь или арбузов, то из них около 10 000 будет назначено для ее потребления, 30 000 - на вывоз, а 10 000 низшего качества разделят между лошадьми, кошками и удобрением.я:
Экономы заметят еще, что следовало бы увеличить народонаселение, чтобы потреблять это сверхизобилие. Но при порядке согласованности невозможно поднять численность жителей выше данного размера; если же превысить их число, то получилось бы так, что серии были бы затруднены в своих действиях: они впали бы в разлад, в стеснение вместо того, чтобы действовать в гармонии и по притяжению. Будет, следовательно, необходимо, чтобы народонаселение ограничивалось приблизительно размерами, указанными теорией, а отсюда будет получаться этот обычный избыток, который не сможет даже быть потреблен и животными. Коротко говоря, порядок согласованности обладает свойством давать всегда сверхизобилие, которое следует возвращать земле, подобно тому, как порядок бессвязности приносит постоянно недостаток, порождающий нищету.
Материальная сторона гастрономии строя
согласованности
Какого качества будет этот избыток, который надо будет разделить между животными и удобрениями?
Решение этой задачи дает весьма странные разъяснения относительно грядущей судьбы народов. Поэтому я прошу особого внимания к последующим мелким подробностям; они поведут
к поистине поразительным заключениям, и здесь-то можно будет получить представление о неизмеримости благосостояния, которое Бог нам предназначил.
В прогрессивной серии все группы приобретают тем больше искусности, что их работы сильно разделены и каждый член берет на себя только ту работу, в которой он намерен отличаться. Главы серий, побуждаемые соперничеством к изучению дела, вносят в работу знания первоклассного ученого. Подначальные привносят восторженный порыв, который смеется над любым препятствием, и истинный фанатизм, чтобы поддержать честь серии против кантонов, с ней соперничающих. В пылу действия они выполняют то, что кажется невозможным для человека, подобно французским гренадерам, которые приступом взобрались на скалы Махона1, а на следующий день не могли в хладнокровном состоянии вскарабкаться на утес, который они накануне взяли штурмом под огнем неприятеля. Таковы прогрессивные серии
в своих работах: всякое препятствие падает перед обуревающим их неистовым чувством своего достоинства; они были бы раздражены словом невозможно, и самые ужасные работы, как переноска земли, для них - лишь самые пустячные игры. Если бы мы могли сегодня увидеть организованный кантон, увидеть, как с утренней зарей три десятка трудовых групп парадным маршем выходят из дворца фаланги, рассеиваясь по полям и мастерским, развевая свои знамена с кликами торжества и нетерпения, мы подумали бы, что это отряды неистовых, идущих предать соседние кантоны огню и мечу. Таковы будут богатыри, которые придут на смену нашим вялым наемным работникам и сумеют выращивать нектар и амброзию на такой почве, которая дает лишь тернии и плевелы слабым рукам людей строя цивилизации.я:

Основные принципы, положенные в основание конституции
Когда известное число людей объединяется на основе принципов, которые еще не приобрели влияния на жизнь остального человечества, должное уважение к мнениям других требует публичного заявления о целях объединения, его принципах
и задачах.
Наша цель, общая со всеми разумными существами, - счастье.
Наши принципы:
Равенство прав для всех совершеннолетних, независимо от пола и положения.
Равенство обязанностей, видоизменяемых в зависимости от физической и умственной пригодности.
Кооперативное объединение в работе и развлечениях.
Общность имущества.
Свобода слова и действия.
Искренность во всех наших мероприятиях.
Доброжелательство во всех наших действиях.
Вежливость в общении.
Порядок во всех наших делах.
Сохранение здоровья.
Приобретение знаний.
Хозяйственная практика или производство и потребление всего лучшего самым благотворным способом.
Соблюдение законов страны, в которой мы живем.
Мы считаем самоочевидным:
что стимулом для человека неизменно служит стремление
к счастью;
что никто из человеческой семьи не рождается с преимущественными в сравнении с другими людьми правами на собственность или льготы;
что свобода искреннего выражения всякого чувства и мнения и направления всякого действия является неотчуждаемым правом каждого человеческого существа и не может по справедливости быть ограничена иначе, как с его собственного согласия;
что сохранение жизни в ее наиболее совершенном состоянии является первой из всех практических задач;
что, поскольку мы живем в штате Индиана, необходимо подчинение законам его и общего правительства.
Опыт научил нас:
что характер человека, умственный, нравственный и физический определяется тем, как он формировался, местом жительства и обстоятельствами, в которых человек находится;
что человек при рождении формируется бессознательно для него самого, место его жительства выбирается без его согласия
и он ставится в условия, не подлежащие его контролю.
Поэтому характер человека не формируется им самим, и разум учит нас, что к существу такой природы одинаково не применимы искусственные награды и кары; доброта - единственный целесообразный способ обхождения с ним, а вежливость - единственный разумный метод поведения.
Мы наблюдали в делах человечества, что люди производительны в своей деятельности, продуктивны в работе и счастливы
в общественной жизни только тогда, когда они действуют совместно и объединенно.
Кооперативное объединение мы рассматриваем поэтому как необходимое для достижения нашей цели.
Мы наблюдали, что наилучшие результаты достигались ко-оперативным объединением, когда главным средством для этого служили порядок и хозяйственность.
Таким образом, опыт делает порядок и хозяйственность одним из наших принципов.
Отклонение от принципа равных прав для людей, свойственное системе, основанной на индивидуальной собственности, сопровождается, как мы видим, конкуренцией и враждой, завистью
и разногласиями, роскошью и нищетой, тиранией и рабством.
Поэтому мы возвращаемся к принципу общности имуществ.
Там, где имеются налицо воля и средства, получающийся результат пропорционален знанию средств для его достижения; мы установили на основе практического опыта, что рост разумности равносилен увеличению счастья.я:
Наш разум убедил нас в теоретической истинности наших принципов; наш опыт - в их практической полезности.
По этим причинам, с этой целью и на этих принципах мы, нижеподписавшиеся, составляем сами и наши дети общество
и общину равенства для блага нас самих, наших детей и человеческого рода и соглашаемся по следующим пунктам об объединении и сотрудничестве.
Все члены общины рассматриваются как одна семья, и никто не будет почитаться выше или ниже в своей деятельности. Все будут получать в соответствии со своим возрастом одинаковую пищу, одежду и образование, поскольку это может быть обеспечено; и как только это станет осуществимо, все будут жить в одинаковых домах и во всех отношениях будут одинаково устроены. Каждый член общины будет приносить наибольшую возможную для него пользу для общего блага в соответствии с правилами
и постановлениями, которые могут быть приняты общиной. Первоочередной задачей общины всегда будет предоставление всем ее членам наилучшего физического, нравственного и умственного воспитания.
Власть законодательная будет вручена собранию, состоящему из всех проживающих в общине членов ее в возрасте старше
21 года, одна шестая часть которых составит кворум для решения дел. Исполнительная власть общины будет вручена совету, состоящему из секретаря, казначея, комиссара общины и четырех департаментских главных управляющих, которые будут выбираться, как указано ниже. Секретарь, казначей и комиссар будут избираться собранием.
Община будет разделяться на шесть департаментов: сельского хозяйства; промышленности и механики; литературы, науки
и просвещения; домашнего хозяйства; общей экономики; торговли. Эти департаменты будут разделены на виды деятельности. Представители каждого рода деятельности (свыше 16-летнего возраста) будут предлагать собранию для утверждения своего управляющего, и управляющие всех родов деятельности в числе трех или больше лиц будут назначать главного управляющего своего департамента; комиссар будет главным управляющим департамента домашнего хозяйства, а казначей - департамента торговли; для назначения главных управляющих департамент торговли соединится с департаментом литературы, науки и просвещения, а департамент домашнего хозяйства - с департаментом общей экономики. В случае, если собрание не утвердит представленное лицо, должен быть назван новый кандидат. Секретарь, главные управляющие и управляющие будут оставаться в своей должности, пока это угодно собранию.

Задачей исполнительного совета является заключение всех договоров, выполнение всех общих постановлений и вообще руководство всеми делами общины и наблюдение за ними при условии постоянного подчинения указаниям большинства собрания, сообщаемым в письменном виде клерком собрания секретарю.
Исполнительный совет должен еженедельно докладывать собранию все отчеты обо всех действиях, поступлениях и расходах каждого департамента и рода деятельности, а также их суждения о каждом управляющем и мнение управляющего о каждом лице, занятом данным родом деятельности. Все отчеты общины будут проверяться по крайней мере раз в неделю, и результаты должны сообщаться собранию. Все доклады главных управляющих и секретаря и все решения собрания должны регистрироваться и тщательно храниться для постоянного обращения
к ним. Собрание будет также еженедельно записывать свое мнение об исполнительном совете, а совет будет фиксировать таким же способом свое мнение о действиях собрания.
Никто не будет в дальнейшем приниматься в члены общины без согласия большинства членов собрания и никто не будет исключаться из общины иначе как двумя третями голосов всех членов собрания; в обоих случаях вопрос должен быть предварительно обсужден на двух последовательных, еженедельно созываемых собраниях.
Недвижимость общины будет находиться в постоянном управлении по доверию общины в ее интересах и в интересах всех наличных ее членов; человек, выходящий из общины, теряет право на всякую претензию к этой недвижимости и на доходы с нее, но имеет право получить свою справедливую долю ценности той недвижимости, которая была приобретена во время его членства, причем эта доля вычисляется и устанавливается, как предусмотрено для случаев определения услуг, оказанных членами, выходящими из общины.
Всякий член будет иметь право отказаться от членства, уведомив общину о своем намерении за неделю; всякий член, покидающий таким образом общину или отпущенный из нее, будет иметь право получить из продукции общины справедливую компенсацию за свои предыдущие услуги, устанавливаемую советом, причем допускается апелляция к собранию и принимаются во внимание прибыли или убытки общины во время его членства,
а также расходы данного лица и его семьи на образование и т. д.
Община не ответственна за личные долги, сделанные ее членами. Община и ее агенты не должны ни в каком случае оказывать или получать кредит, за исключением того имущества или денег, которые могут быть авансированы ей Робертом Оуэном, Вильямом Маклюром или членами общины. Деньги, внесенные в общину ее членами, должны возвращаться им при выходе из нее. Все члены должны пользоваться полнейшей свободой во всех областях знания и в своих суждениях, особенно по вопросам религии. Дети скончавшихся членов будут продолжать пользоваться всеми привилегиями членства. Все недоразумения, которые могут возникнуть между членами общины, должны регулироваться ею.
Поскольку эта система прямо исключает всякую тайну и всякие изъятия из правил, посторонние лица будут иметь полную возможность ознакомиться с правилами общины и проверить результаты, какие они дали на практике; правительству страны будут даваться полные объяснения относительно видов и мероприятий общины.
Конституция может изменяться или исправляться голосами трех четвертей всех членов собрания, но не ранее обсуждения во-проса на четырех последовательных открытых совещаниях, созываемых в течение четырех последовательных недель.
:Глава IV
ОСНОВАННАЯ НА НЕИЗМЕННЫХ ЗАКОНАХ ПРИРОДЫ
УНИВЕРСАЛЬНАЯ РАЦИОНАЛЬНАЯ КОНСТИТУЦИЯ,
служащая для управления новыми поселками и предназначенная для всех людей в совокупности, которые, где бы они ни жили, имеют лишь один общий реальный интерес, а также для каждого народа или области в отдельности до тех пор, пока они не приобретут надлежащих знаний и мудрости, чтобы объединиться в федеративный союз, причем приводятся разумные основания для каждого закона.
Введение
Быстро приближается эпоха, когда будет введена неизменно разумная общественная система, основанная на установленных людьми законах природы и предназначенная для преобразования человеческого характера и для управления населением земного шара в духе единения и мира ради его постоянного совершенствования и счастья; никакая человеческая сила не сумеет долго противиться этой перемене.
Правительства всего мира будут поэтому скоро принуж-дены в интересах самосохранения принять эту более совершенную систему, чтобы не быть ввергнутыми в анархию, в войны
и бедствия.
Эта перемена с корнем вырвет и окончательно уничтожит во всем мире старую, негодную и жалкую систему, сеявшую невежество, бедность, индивидуальное соперничество, распри и национальные войны. Вместо нее будет введена разумная общественная система, при которой навсегда прекратятся соперничество, раздоры и войны, и люди с самого раннего детства будут приучаться содействовать счастью друг друга.

Начало этой системы может быть положено путем убеждения правительств в истине принципов, на которых она основана. Налицо должно иметься также достаточное число людей, сумевших усвоить себе ее истинный дух милосердия, благожелательности
и любви к человеку и изучивших наилучший способ ее применения на практике. Эти люди должны также обладать терпением
и выдержкой, чтобы преодолеть все те препятствия, которые
поставят на их пути предрассудки, порожденные невежеством. Главное же заключается в том, что они должны быть едины, питать друг к другу полное доверие и быть руководимы как бы одним сердцем и одним умом.
Серьезнейшего внимания заслуживает также то обстоятельство, что при неразумной общественной системе, которая только
и была известна до сих пор и которая установлена наперекор законам природы, почти все внешние условия, созданные человеком, носят никуда не годный и низменный характер. Между тем при предлагаемой разумной системе, построенной в согласии
с природой, все условия, зависящие от человека, будут хороши
и даже превосходны.
При существующих в Великобритании религиозных, политических, коммерческих и домашних порядках на площади в 1 кв. милю нельзя содержать в довольстве 250 душ населения. Между тем при предлагаемой системе можно будет немедленно обеспечить полный достаток для 500 человек, притом - с гораздо меньшей затратой труда и капитала, нежели теперь; а через несколько лет, когда новые порядки установятся, можно будет содержать на площади в 1 кв. милю земли среднего качества 1 тысячу, 11/2 тысячи, и, возможно, 2 тысячи человек, без всяких дополнительных усовершенствований.
Таково различие между разумной общественной системой, основанной на неизменных законах человеческой природы и построенной согласно с ними, и системой, основанной на лжи, и построенной вопреки твердо установленным законам человечности.
При последней мир постепенно приближается к состоянию кромешного ада, тогда как при первой он быстро, без временных отступлений будет подвигаться к состоянию земного рая, для создания которого природа уже приготовила обширнейшие материалы.
Разумное правительство будет стремиться исключительно
к счастью управляемых. Для достижения этой цели оно прежде всего установит, что такое человеческая природа, каковы законы ее организации и существования от рождения до смерти человека, что требуется для счастья существа, созданного и развивающегося установленным порядком, каковы наилучшие средства для достижения этих условий и для прочного обеспечения их всем людям.
Оно будет изыскивать и создавать порядки, при помощи которых условия, необходимые для человеческого счастья, будут полностью и прочно обеспечены всем управляемым. Законы этого правительства будут немногочисленны, легко доступны для понимания всех управляемых и будут находиться в полной гармонии с законами человеческой природы.я:
Поэтому разумное правительство, понимая, что природные свойства человека могут со дня его рождения получить со стороны общества правильное или ложное направление и что вследствие ложного представления о них они до сего времени получали ложное направление, примет впервые в истории человечества разумные меры для правильного их направления на протяжении всего человеческого существования.
Разумное правительство : поймет, что для достижения людьми счастья требуются следующие условия:
1. Иметь от рождения хорошую организацию и приобрести точное знание своих органов, способностей, наклонностей и качеств.
2. Иметь возможность получать по желанию все необходимое для сохранения этой организации в хорошем состоянии и знать способ производства и распределения средств существования для удовлетворения всех людей.
3. Получать от рождения возможность хорошего развития своих природных способностей - физических, умственных, нравственных и практических - и уметь правильно направлять
и воспитывать других.
4. Обладать соответствующими знаниями, возможностями
и склонностями для постоянного и неизменного содействия благоденствию своих ближних.
5. Обладать склонностью и возможностью постоянно увеличивать запас своих знаний.
6. Иметь возможность наслаждаться хорошим обществом,
в особенности же - иметь возможность по желанию общаться
с теми, к кому испытываешь наибольшее уважение и любовь.
7. Иметь возможность путешествовать когда угодно и с удовольствием.
8. Располагать полной свободой выражения своих мыслей по всем предметам.
9. Располагать предельной личной свободой действия, поскольку это совместимо с общественным благом.
10. Обладать характером, сформированным для нас с той целью, чтобы мы во всех случаях выражали взглядом, словом
и действием одну только правду, относились со снисхождением
к чувствам, мыслям и поступкам других людей и были искренно благожелательны ко всякому человеку.
11. Быть свободными от суеверия, боязни сверхъестественного и страха смерти.

12. Жить в хорошо устроенном, хорошо организованном и хорошо управляемом обществе, законы, учреждения и порядки которого находятся в согласии с законами человеческой природы; знать способы, при помощи которых можно сочетать фактически все условия, необходимые для создания такого общества.
:4. Обращение к друзьям человечества
Первый вопрос. Какие главные политические перемены произойдут в течение четвертой эпохи христианства?2
Ответ. Я думаю, что в течение этого четвертого периода организуется новая духовная власть и новая светская власть.
Я полагаю, что новая духовная власть будет составлена из всех существующих в Европе академий наук и из всех лиц, заслуживающих допуска в эти научные корпорации. Я полагаю, что после образования этого ядра составляющие его лица сорганизуются сами. Я думаю, что этой новой духовной власти будет поручено дело воспитания
и народного просвещения. Я полагаю, что основой нового общественного воспитания послужит чистая евангельская мораль и что оно будет затем очень расширяться в области положительных наук в зависимости от того времени, какое смогут проводить в школе дети разных имущественных положений. И, наконец, я полагаю, что большее или меньшее количество представителей новой духовной власти будет рассеяно во всех общинах и что главным призванием этих разъединенных ученых будет пробуждение среди их духовной паствы страстного стремления к общественному благу.
Я полагаю, что управление светскими делами у всех европейских народов будет поручено руководителям мирных работ, которыми будет занято наибольшее число людей; я убежден, что это управление, в силу непосредственного личного интереса самих управляющих, будет прежде всего стремиться к сохранению мира между народами, а затем к возможному уменьшению налогов
и будет распоряжаться доходами наиболее полезным для общества образом.
Вот те три соображения, на которых основывается мое мнение:
1. Так как эти новые основы общественного строя прямо соответствуют интересам громадного большинства населения, они должны рассматриваться как общий политический вывод из принципа божественной морали, гласящего: все люди должны видеть друг в друге братьев, они должны любить друг друга и помогать друг другу.
Итак, очевидно, воля божия состоит в том, чтобы христианское общество при современном состоянии просвещения было организовано указанным образом.
2. Говоря с точки зрения человеколюбия и не выходя из рамок научного метода, мы должны сказать, что такое устройство христианского общества является естественным следствием
и непосредственным результатом отмены рабства и преобладания, достигнутого опытными науками над богословием и другими отраслями метафизики.
3. Если ограничиться одними только политическими соображениями, то и тогда будет очевидно, что прогресс цивилизации приведет к такому результату, так как действительные умственные и материальные силы находятся теперь в руках тех, кто занимается опытными науками, и тех, кто организует и управляет промышленной деятельностью. Общество находится под игом дворян и богословов только вследствие старой привычки. Но опыт показывает, что общество всегда освобождалось от усвоенных им привычек, когда они вступали в противоречие с его интересами,
и находило новые пути для удовлетворения своих потребностей. Нет сомнения, что оно откажется и от власти дворянства и духовенства. Нет сомнения, что политическая власть перейдет в руки тех, кто уже теперь распоряжается почти всеми общественными силами, кто повседневно управляет физическими силами общества, кто создает его денежную силу, наконец, тех, кто беспрерывно умножает его умственную силу.
Второй вопрос. Какая сила вызовет эту перемену и кто будет направлять эту силу?
Ответ. Эти перемены вызовет сила нравственного чувства,
и главным двигателем этой силы будет вера в то, что все политические принципы должны быть выведены из общего принципа, данного Богом людям.
Направлять эту силу будут друзья человечества, они будут
в этом случае в таком же положении, в каком они находились во время основания христианства, т. е. прямыми агентами Бога.
Первым своим общим усилием друзья человечества заставили владык земли усвоить принцип божественной морали, вторым общим усилием человеколюбие заставит дворян и богословов подчиниться главному выводу из этого принципа.я:
В продолжение шести лет я стараюсь с большим рвением доказать ученым и промышленникам:
во-первых, что в настоящий момент общество обнаруживает явное стремление к организации, наиболее благоприятствующей прогрессу наук и процветанию промышленности;
во-вторых, что для организации общества, наиболее благоприятной прогрессу наук и процветанию промышленности, необходимо доверить духовную власть ученым, а светскую власть промышленникам;
в-третьих, что ученые и промышленники могут организовать общество в соответствии со своими желаниями и потребностями, так как ученые обладают силами интеллектуальными, а промышленники располагают силами материальными.

В связи с этим трудом у меня завязались отношения с большим числом ученых и промышленников; они дали мне повод
и средства изучить их мнения и намерения.
Вот к чему меня привели мои наблюдения.
Прежде всего я увидел, что в нравственном отношении можно делить людей на две различные категории: на тех, у кого чувства господствуют над идеями, и на тех, у кого чувства подчиняются соображениям рассудка. Одни связывают надежду на улучшение своей участи с желанием уничтожить злоупотребления, другие ставят специальной целью своих общественных отношений извлечь пользу из этих злоупотреблений. Словом, я заметил, что ученые и промышленники, так же как и другие люди, должны делиться на две крупные категории: на друзей человечества и на эгоистов.я:
Я имею, следовательно, право заключить как из моего собственного опыта, так и из исторических фактов, что именно друзья человечества побудят дворянство и духовенство подчиниться общему политическому выводу из принципа божественной морали - выводу, согласно которому общество должно быть организовано для блага наибольшего количества людей.
Третий вопрос. Какими средствами будут пользоваться друзья человечества для преобразования общества?
Ответ. Единственное средство, каким будут пользоваться друзья человечества, это проповедь, как устная, так и письменная. Они будут проповедывать королям, что в силу своего христианского долга и в силу собственных интересов сохранения своих наследственных прав они должны поручить ученым положительного направления руководство общественным обучением и дело усовершенствования научных теорий, а наиболее способным в административных делах промышленникам - заботу об управлении светскими делами.
Они будут проповедывать народам, что они должны единодушно заявлять государям о своем желании, чтобы руководство общественными делами как в духовной, так и в светской области было всецело предоставлено классам, наиболее способным руководить ими в духе общих интересов и наиболее заинтересованным в том, чтобы дать им такое направление.
Друзья человечества будут продолжать свою устную и письмен-ную проповедь столько времени, сколько окажется необходимым, чтобы побудить государей (вследствие внутреннего убеждения либо под влиянием всемогущего общественного мнения) осущест-вить те перемены в организации общества, которых требуют прогресс просвещения, общий интерес всего населения, настоятельный и непосредственный интерес громадного его большинства.
Одним словом, единственное средство, которое будут применять друзья человечества, будет состоять в проповеди, и единственная цель этой проповеди - побудить королей воспользоваться предоставленной им народом властью для осуществления ставших необходимыми политических перемен.я:
Первая тетрадь
Вопрос. Что такое промышленник?
Ответ. Промышленник - это человек, который трудится для производства или для доставки разным членам общества одного или нескольких материальных средств, удовлетворяющих их потребности или физические склонности; значит, земледелец, сеющий зерно или разводящий домашних птиц и животных, является промышленником; каретник, кузнец, слесарь, столяр - про-мышленники; фабрикант обуви, шляп, полотна, сукна, кашемировой материи - также промышленник; купец, извозчик, матрос торгового судна - промышленники. Все промышленники вместе трудятся для производства или для доставки всем членам общества всех материальных средств, удовлетворяющих их потребности или физические склонности; они составляют три крупных класса, которые называются земледельцами, фабрикантами и торговцами.
Вопрос. Какое положение в обществе должны занять промышленники?
Ответ. Промышленный класс должен занять первенствующее положение, потому что он важнее всех, потому что он может обходиться без всех других классов, но никакой другой класс не может обходиться без него, потому что он существует своими собственными силами и своим личным трудом. Другие классы должны трудиться для него, потому что они являются его созданиями, и он поддерживает их существование; одним словом, так как все делается благодаря промышленности, то все должно делаться для нее.я:
Вопрос. Каков смысл предпринятого вами труда? Говоря коротко, какую цель вы себе ставите, составляя этот катехизис?
Ответ. Мы намерены указать промышленникам способы возможного повышения их благосостояния; мы намерены научить промышленников главным средствам, которые они должны употребить, чтобы возвысить свое социальное положение.
Вопрос. Каким образом вы беретесь достигнуть этой цели?
Ответ. С одной стороны, мы представим промышленникам картину их настоящего социального положения; мы им покажем, что их положение имеет совершенно подчиненный характер, что оно, следовательно, гораздо ниже того, каким оно должно быть, так как промышленники составляют самый способный
и самый полезный класс общества.
С другой стороны, мы им укажем путь, которым они должны следовать, чтобы достигнуть первого места и по уважению и по власти.я:
Таким образом, предлагаемая нами перемена отнюдь не враждебна королевской власти, законности и даже божественному праву; наоборот, она непосредственно стремится доставить королю больше спокойствия и, следовательно, возможно больше счастья.я:
Вопрос. Резюмируя и дополняя высказанные вами в настоящей беседе взгляды, мы приходим к следующим положениям:
1. Человечество всегда стремилось к политическому утверждению промышленного строя.

2. Каждый народ следовал особым путем и пользовался особыми приемами для достижения этой цели.
3. Французская и английская нации ближе всего к этой цели. На первый взгляд английская нация гораздо ближе к ней, чем французская, но это - иллюзия: на самом деле французская нация гораздо менее далека от нее.
4. Во Франции для установления промышленного режима было бы достаточно простого королевского ордонанса, поручающего наиболее влиятельным промышленникам составление проекта бюджета, и этот ордонанс был бы наверное издан, если бы промышленный класс, насчитывающий во Франции свыше двадцати пяти миллионов человек, покорнейше попросил короля принять во внимание, что эта мера обеспечивает спокойствие трона
и благосостояние нации.
5. Когда французский народ установит у себя промышленный режим, английский народ не замедлит последовать его примеру.
6. Когда промышленный режим будет установлен в Англии
и во Франции, прекратятся все бедствия, на которые было обречено человечество во время его перехода от правительственного режима к промышленному; так как силы всех правительств на земле уступают промышленной силе Франции и Англии, то кризис будет окончен, потому что не будет больше борьбы, и все народы на земле, пользуясь покровительством объединившихся Франции и Англии, будут быстро, один за другим, по мере развития их цивилизации, переходить к промышленному строю.
Так как вы убеждены в справедливости этих шести положений, то самое лучшее, что вы можете сделать,- это употребить все ваши силы и средства на то, чтобы убедить французских промышленников представить королю прошение, проект которого вы сочинили. Этот шаг благодаря ряду дальнейших событий, из него вытекающих, приведет к самому крупному улучшению участи человечества, какое только возможно.я:
ВСЕОБЩЕЕ ОБЪЕДИНЕНИЕ ПРОМЫШЛЕННЫХ
И НАУЧНЫХ СПОСОБНОСТЕЙ
(Целью этого объединения является установление
промышленного режима)
Промышленники и политические писатели образуют два отдельных комитета. Комитет промышленников распоряжается средствами общества. Труды, предлагаемые политическими писателями к печати, подвергаются обсуждению в этом комитете
и могут быть напечатаны только с его согласия.
Промышленники-учредители смогут принимать в объединение всех промышленников, которых они сочтут подходящими для этого, и допускать их сразу в свой комитет.
Комитет политических писателей подвергнет первоначальному обсуждению научные труды, имеющие предметом установление промышленной системы. Этот комитет будет оценивать эти произведения в первой инстанции, т. е. он или отвергнет их или представит в комитет промышленников для получения разрешения и средств на их напечатание.
Все ученые, художники и литераторы Франции и иностранных государств будут приглашены сообщать о тех своих трудах, которые посвящены установлению промышленной системы. Всякий автор, труды которого допущены комитетом политических писателей и одобрены комитетом промышленников, по праву становится с этого момента членом комитета политических писателей.
Третья тетрадь
Предисловие
Эта третья тетрадь принадлежит нашему ученику г. Огюсту Конту. Как мы указали в нашей первой тетради, мы поручили ему изложение общих идей нашей системы. Это есть начало его труда, который мы предлагаем вниманию читателя.
Этот труд, несомненно, очень хорош, если его рассматривать
с точки зрения, на которую стал его автор, но он не достигает той цели, которую мы себе поставили: он не излагает общих идей нашей системы, вернее, он излагает лишь часть этих идей и притом придает преобладающее значение тем общим идеям, которые мы считаем второстепенными.
В созданной нами системе на первом плане должна находиться промышленная способность; именно эта способность должна судить о ценности всех других способностей и заставить их служить с наибольшей пользой.
Научные способности платоновского и аристотелевского направления промышленники должны считать одинаково полезными для себя. Поэтому, они должны придавать им одинаковое значение и в одинаковой мере содействовать их преуспеянию.
Такова наша главнейшая мысль. Она существенно отличается от мысли нашего ученика, ставшего на точку зрения Аристотеля, т. е. на ту точку зрения, которой пользуется в наше время Академия физических и математических наук. Он, таким образом, считал аристотелевскую способность важнейшей из всех способностей, долженствующей преобладать над спиритуализмом, как и над промышленной и философской способностями.
Из того, что мы сказали, следует, что наш ученик трактовал лишь чисто научную сторону нашей системы, но совершенно не изложил ту сторону, которая относится к области чувств и религии. Вот об этом мы считали своим долгом предупредить наших читателей. Мы по возможности устраним это недоразумение в следующей тетради собственным изложением наших общих идей.
Однако, несмотря на несовершенства, которые мы находим
в труде г. Конта, поскольку он выполнил наши указания лишь наполовину, мы определенно заявляем, что этот труд представляется нам наилучшим сочинением, которое когда-либо было опубликовано по вопросам общей политики.

Четвертая тетрадь
:Проспект второй части
Мы обращаемся сначала к людям, отличающимся наиболее общими и положительными способностями, и говорим им:
Господа промышленники, моралисты и ученые! С тех пор как нация объявила себя совершеннолетней, полностью уничтожив остатки рабства, ее моральными и физическими интересами должны управлять наиболее способные люди, т. е. ими должны управлять вы, правительственная же функция в социальной организации должна отойти на второй план.я:
Это вам, господа наиболее влиятельные промышленники, надлежит сказать, каким образом вы думаете управлять государственным достоянием, когда эта обязанность будет возложена на вас, и доказать царице мира, т. е. общественному мнению, что вы будете управлять им с гораздо большей выгодой для большинства нации, чем оно управлялось до сих пор.
Это вы, господа моралисты, должны доказать, что основной принцип божественной морали: не делай другому того, чего ты не желаешь, чтобы делали тебе, может найти совершенно новое
и бесконечно более определенное приложение после того, как прогресс просвещения дал возможность уничтожить целиком остатки рабства.
Это вы, господа ученые, должны дать ясные понятия о том, каким образом частные интересы могут сочетаться с общими,
и начертать такой план государственного обучения, при котором приобретенные положительные знания распространились бы возможно скорее среди всех классов общества и среди людей всех рангов.
Обращаясь, таким образом, отдельно к представителям каждой из этих трех великих положительных способностей, мы ясно укажем:
промышленникам - по каким основным принципам они должны управлять государственным достоянием;
ученым - каким образом они должны содействовать правильному сочетанию частных интересов с общими;
моралистам - какие следствия они должны извлечь в современных условиях из принципа божественной морали: не делай другому того, чего ты не желаешь, чтобы делали тебе,- принципа, который должен управлять развитием общества в большей степени, чем это было до сих пор, ибо, до того как успехи просвещения сделали необходимым полное уничтожение рабства, этот принцип мог применяться только косвенно в отношениях между управляющими и управляемыми - между теми, кто издает законы, и теми, кто им повинуется, не участвуя в их издании.
Наиболее способные ученые должны разделиться на два класса, т. е. образовать две отдельные академии; одна должна поставить главной целью своих трудов составление наилучшего кодекса интересов, а другая - усовершенствование кодекса чувств, принципы которого были установлены достославным Платоном
и развиты и применены отцами церкви.
Людовик XIV основал одну из этих академий - Академию физических и математических наук, которая уже много сделала для усовершенствования исследовательских работ и рассуждений; достаточно было бы небольших добавлений, чтобы дать этой академии возможность выработать кодекс интересов.1
Другая академия, имеющая своей задачей усовершенствование кодекса чувств, с некоторых пор существует в зачаточном виде под названием отделения моральных и политических наук.я:
Академия моральных наук должна состоять из наиболее выдающихся моралистов, теологов, правоведов1, поэтов, художников, скульпторов и музыкантов.я:
Когда промышленники добьются прежде всего того, чтобы король соизволил поручить наиболее влиятельным из них составление проекта бюджета, когда они затем добьются, чтобы он издал приказ об учреждении трех научных коллегий, о которых мы только что говорили, тогда общество будет организовано так, как это соответствует современному состоянию просвещения
и цивилизации; оно будет организовано наилучшим, какой только возможен для человечества, образом для удовлетворения всех своих моральных и физических потребностей, ибо эти четыре учреждения образуют основные начала социального строя, наиболее благоприятного для производства и для сочетания всего того, что только может быть самого полезного для людей в моральном
и физическом отношениях.
Когда этот общественный строй будет, наконец, установлен во Франции, тогда не замедлит осуществиться знаменитое предсказание отцов церкви: одно социальное учение станет общим для всего человеческого рода; можно будет видеть, как все народы, один за другим, примут принципы, провозглашенные и проведенные в жизнь французами.
Изложенные только что мысли покажутся сначала странными и не будут приняты немедленно, но ясные умы скоро признают, что наш проект организации общества вытекает непосредственно из хода развития человеческого разума и что его принятие - необходимое следствие всей прошлой политической истории европейского общества.я:
:Бросим же взгляд на так называемые права человека, и при том на права человека в их аутентичной форме, в той форме, какую они получили у североамериканцев и французов, открывших эти права! Отчасти этими правами человека являются политические права, права осуществляемые лишь в сообществе с другими людьми. Их содержанием является участие в этой общ-ности, и притом в политической общности, в государстве. Они входят в категорию прав гражданина государства, которые: отнюдь не предполагают беспрекословного и положительного упразднения религии: Остается рассмотреть другую часть прав человека, droits de L'homme (права человека. - Cост.), посколь-ку они отличаются от droits du citoyen (прав гражданин
а - Сост.).

В ряду этих прав находится свобода совести, право отправлять какой угодно культ. Привилегия веры прямо признается либо как право человека, либо же как следствие одного из прав человека - свободы.
Из понятия о правах человека отнюдь не вытекает несовместимость религии с правами человека, - наоборот, среди этих прав прямо указано право быть религиозным, быть на любой лад религиозным, отправлять культ своей особой религии. Привилегия веры есть всеобщее право человека.
Итак, свобода есть право делать все то и заниматься всем тем, что не вредит другому. Границы, в пределах которых каждый может двигаться без вреда для других, определяются законом, подобно тому как граница двух полей определяется межевым столбом. Речь идет о свободе человека как изолированной, замкнувшейся в себя монады.я:Право человека на свободу основывается не на соединении человека с человеком, а, наоборот, на обособлении человека от человека. Оно - право этого обособления, право ограниченного, замкнутого в себе индивида.
Практическое применение права человека на свободу есть право человека на частную собственность.
В чем состоит право человека на частную собственность?я:
Право человека на частную собственность есть.я: право по своему усмотрению: безотносительно к другим лицам, независимо от общества, пользоваться своим имуществом и располагать им; оно - право своекорыстия. Эта индивидуальная свобода, как и это использование ее, образует основу гражданского общества. Она ставит всякого человека в такое положение, при котором он рассматривает другого человека не как осуществление своей свободы, а, наоборот, как ее предел. Но прежде всего она провозглашает право человека "пользоваться и располагать по своему усмотрению своим имуществом, своими доходами, плодами своего труда и своего усердия".
Остаются еще другие права человека: равенство и безопасность.
Равенство берется здесь в неполитическом смысле и есть не что иное, как равенство вышеописанной свободы, а именно: каждый человек одинаково рассматривается как такая самодовлеющая монада.я:
А безопасность?я:
Безопасность есть высшее социальное понятие гражданского общества, понятие полиции, понятие, согласно которому все общество существует лишь для того, чтобы обеспечить каждому из своих членов неприкосновенность его личности, его прав и его собственности. В этом смысле Гегель называет гражданское общество "государством нужды и рассудка".
При помощи понятия безопасности гражданское общество не поднимается над своим эгоизмом. Безопасность есть, напротив, гарантия этого эгоизма.
Следовательно, ни одно из так называемых прав человека не выходит за пределы эгоистического человека, человека как члена гражданского общества, то есть как индивида, замкнувшегося
в себя, в свой частный интерес и частный произвол и обособившегося от общественного целого. Человек отнюдь не рассматривается в этих правах как родовое существо, - напротив, сама родовая жизнь, общество рассматривается как внешняя для индивидов рамка, как ограничение их первоначальной самостоятельности. Единственной связью, объединяющей их, является естественная необходимость, потребность и частный интерес, сохранение своей собственности и своей эгоистической личности.
Следовательно, даже в моменты своего еще юношеского энтузиазма, доведенного силой событий до высшего напряжения, политическая жизнь объявляет себя простым средством, целью которого является жизнь гражданского общества. Правда, революционная практика этой политической жизни находится в самом резком противоречии с ее теорией. Например, в то время как безопасность провозглашается правом человека, открыто признается, что нарушение тайны переписки в порядке вещей.я:Другими словами: право человека на свободу перестает быть правом, как только оно вступает в конфликт с политической жизнью, тогда как в теории политическая жизнь есть лишь гарантия прав человека, прав индивидуального человека, и потому от нее необходимо отказаться, как только она вступает в противоречие со своей целью, то есть с этими правами человека. Однако практика является лишь исключением, а теория - общим правилом.
:ОТНОШЕНИЕ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА
К СОБСТВЕННОСТИ
Первая форма собственности как в античном мире, так и в средние века, это - племенная собственность.я:Настоящая частная собственность появляется у древних, как и у современных народов, лишь вместе с движимой собственностью.я:У народов, ведущих свое происхождение от средневековья, племенная собственность проходит ряд различных ступеней - феодальной земельной собственности, корпоративной движимой собственности, мануфактурного капитала - прежде чем превратиться в современный, порожденный крупной промышленностью и всеобщей конкуренцией капитал, в чистую частную собственность, отбросившую всякую видимость общности и устранившую какое бы то ни было воздействие государства на развитие собственности. Этой современной частной собственности соответствует современное государство, которое, посредством налогов, постепенно бралось на откуп частными собственниками и, благодаря государственным долгам, оказалось совершенно в их власти; самое существование этого государства, регулируемое повышением и понижением курса государственных бумаг на бирже, целиком зависит от коммерческого кредита, оказываемого ему частными собственниками, буржуа. Так как буржуазия уже не является больше сословием, а представляет собой класс, то она вынуждена организоваться не в местном, а в национальном масштабе и должна придать своим обычным интересам всеобщую форму. Благодаря высвобождению частной собственности из общности, государство приобрело самостоятельное существование наряду с гражданским обществом и вне его; но на деле государство есть не что иное, как форма организации, которую неизбежно должны принять буржуа, чтобы - как вовне, так и внутри государства - взаимно гарантировать свою собственность и свои интересы.я:Новейшие французские, английские и американские писатели единодушно утверждают, что государство существует только ради частной собственности, так что эта мысль уже проникла в обыденное сознание.

Так как государство есть та форма, в которой индивиды, принадлежащие к господствующему классу, осуществляют свои общие интересы и в которой все гражданское общество данной эпохи находит свое сосредоточение, - то из этого следует, что все общие установления опосредствуются государством, получают политическую форму. Отсюда и происходит иллюзия, будто закон основывается на воле, и притом на оторванной от своей реальной основы, свободной воле. Точно также и право в свою очередь сводят затем к закону.
Частное право развивается одновременно с частной собственностью из процесса разложения естественно сложившихся форм общности.я:
В действительной истории те теоретики, которые видели основу права в силе, находились в самом резком противоречии с теми, которые считали основой права волю: Если признавать силу базисом права, как это делает Гоббс и т.д., то право, закон и т.д. - только симптом, выражение других отношений, на которых покоится государственная власть. Материальная жизнь индивидов, отнюдь не зависящая просто от их "воли", их способ производства и форма общения, которые взаимно обусловливают друг друга, есть реальный базис государства и остается таковым на всех ступенях, на которых еще необходимы разделение труда и частная собственность, совершенно независимо от воли индивидов. Эти действительные отношения отнюдь не созданы государственной властью, а наоборот, сами они - созидающая ее сила. Помимо того что господствующие при данных отношениях индивиды должны конституировать свою силу в виде государства, они должны придать своей воле, обусловленной этими определенными отношениями, всеобщее выражение в виде государственной воли,
в виде закона, - выражение, содержание которого всегда дается отношениями этого класса, как это особенно ясно доказывает частное и уголовное право. Подобно тому как от идеалистической воли или произвола этих индивидов не зависит тяжесть их тел, так не зависит от их воли и то, что они проводят свою собственную волю в форме закона, делая ее в то же время независимой от личного произвола каждого отдельного индивида среди них. Их личное господство должно в то же время конституироваться как общее государство. Их личная сила основывается на жизненных условиях, которые разрешаются как общие для многих индивидов и сохранение которых они, в качестве господствующих индивидов, должны обеспечить против других индивидов, и притом
в виде условий, имеющих силу для всех. Выражение этой воли, обусловленной их общими интересами, есть закон. Именно самоутверждение независимых друг от друга индивидов и утверждение их собственной воли, которое на этом базисе взаимоотношений неизбежно является эгоистическим, делает необходимым самоотречение в законе и в праве; самоотречение - в частном,
и самоутверждение их интересов - в общем (которое поэтому считают самоотречением не они, а только "согласный с собой эгоист"). То же самое относится к подчиненным классам, от воли которых точно так же не зависит, существует ли закон и государство или нет.я:
Подобно праву и преступление, то есть борьба изолированного индивида против господствующих отношений, также не возникает из чистого произвола. Наоборот, оно коренится в тех же условиях, что и существующее господство. Те же самые духовидцы, которые в праве и в законе видят господство некоей самодовлеющей всеобщей воли, могут усмотреть в преступлении простое нарушение права и закона. На самом же деле не государство существует благодаря господствующей воле, а, наоборот, возникающее из материального образа жизни индивидов государство имеет также и форму господствующей воли. Если последняя теряет свое господство, то это означает, что изменилась не только воля, но изменились также материльное бытие и жизнь индивидов
и лишь поэтому изменяется и их воля. Бывает, что права и законы "передаются по наследству", но в этом случае они не являются господствующими, а носят номинальный характер, яркие примеры чего мы находим в истории древнеримского и английского права.я:
В какой мере: теория взаимной эксплуатации, которую до отвращения размазывал Бентам, уже в начале нашего века могла считаться пройденным этапом прошлого столетия, доказывает Гегель в своей "Феноменологии". Смотри главу "Борьба просвещения с суеверием", где теория полезности изображается как последний результат просвещения. Представляющееся совершенно нелепым сведение всех многообразных человеческих взаимоотношений к единственному отношению полезности - эта по видимости метафизическая абстракция проистекает из того, что
в современном буржуазном обществе все отношения практически подчинены только одному денежно-торгашескому отношению. Для (буржуа) только одно отношение имеет самодовлеющее значение - отношение эксплуатации; все прочие отношения существуют для него лишь постольку, поскольку он может подвести их под это единственное отношение, и даже там, где он встречает такие отношения, которые нельзя прямо подчинить отношению эксплуатации, он подчиняет их данному отношению, по крайней мере, в своем воображении. Материальным выражением этой пользы являются деньги - представитель стоимости всех вещей, людей и общественных отношений.я:

Призрак бродит по Европе - призрак коммунизма. Все силы старой Европы объединились для священной травли этого призрака: папа и царь, Меттерних2 и Гизо3, французские радикалы
и немецкие полицейские.я:
I. БУРЖУА И ПРОЛЕТАРИИ
История всех до сих пор существовавших обществ была историей борьбы классов.
Свободный и раб, патриций и плебей, помещик и крепостной, мастер и подмастерье, короче, угнетающий и угнетаемый находились в вечном антагонизме друг к другу, вели непрерывную, то скрытую, то явную борьбу, всегда кончавшуюся революционным переустройством всего общественного здания или общей гибелью борющихся классов.я:
Наша эпоха, эпоха буржуазии, отличается, однако, тем, что она упростила классовые противоречия: общество все более и более раскалывается на два большие враждебные лагеря, на два большие стоящие друг против друга класса - буржуазию и пролетариат.я:
Современное буржуазное общество, с его буржуазными отношениями производства и обмена, буржуазными отношениями собственности, создавшее как бы по волшебству столь могущественные средства производства и обмена, походит на волшебника, который не в состоянии более справиться с подземными силами, вызванными его заклинаниями. Вот уже несколько десятилетий история промышленности и торговли представляет собой лишь историю возмущения современных производительных сил против современных производственных отношений, против тех отношений собственности, которые являются условием существования буржуазии и ее господства.я:
Оружие, которым буржуазия ниспровергла феодализм, направляется теперь против самой буржуазии.
Но буржуазия не только выковала оружие, несущее ей смерть; она породила и людей, которые направят против нее это оружие, - современных рабочих, пролетариев.
:Буржуазия неспособна оставаться долее господствующим классом общества и навязывать всему обществу условия существования своего класса в качестве регулирующего закона. Она неспособна господствовать, потому что неспособна обеспечить своему рабу даже рабского уровня существования, потому что вынуждена дать ему опуститься до такого положения, когда она сама должна его кормить, вместо того чтобы кормиться за его счет. Общество не может более жить под ее властью, т. е. ее жизнь несовместима более с обществом.я:
II. ПРОЛЕТАРИИ И КОММУНИСТЫ
:В буржуазном обществе прошлое господствует над настоящим, в коммунистическом обществе - настоящее над прошлым. В буржуазном обществе капитал обладает самостоятельностью
и индивидуальностью, между тем как трудящийся индивидуум лишен самостоятельности и обезличен.
И уничтожение этих отношений буржуазия называет упразднением личности и свободы! Она права. Действительно, речь идет об упразднении буржуазной личности, буржуазной самостоятельности и буржуазной свободы.
Под свободой, в рамках нынешних буржуазных производственных отношений, понимают свободу торговли, свободу купли и продажи.я:
Коммунистическая революция есть самый решительный разрыв с унаследованными от прошлого отношениями собственности; неудивительно, что в ходе своего развития она самым решительным образом порывает с идеями, унаследованными от прошлого.
:Первым шагом в рабочей революции является превращение пролетариата в господствующий класс, завоевание демократии.
Пролетариат использует свое политическое господство для того, чтобы вырвать у буржуазии шаг за шагом весь капитал, централизовать все орудия производства в руках государства, то есть пролетариата, организованного как господствующий класс, и возможно более быстро увеличить сумму производительных сил.я:
Когда в ходе развития исчезнут классовые различия и все производство сосредоточится в руках ассоциации индивидов, тогда публичная власть потеряет свой политический характер. Политическая власть в собственном смысле слова - это организованное насилие одного класса для подавления другого.я:
На место старого буржуазного общества с его классами и классовыми противоположностями приходит ассоциация, в которой свободное развитие каждого является условием развития всех.я:
IV. ОТНОШЕНИЕ КОММУНИСТОВ К РАЗЛИЧНЫМ
ОППОЗИЦИОННЫМ ПАРТИЯМ
:Коммунисты борются во имя ближайших целей и интересов рабочего класса, но в то же время в движении сегодняшнего дня они отстаивают и будущность движения.я:
:Коммунисты повсюду поддерживают всякое революционное движение, направленное против существующего общественного и политического строя.
Во всех этих движениях они выдвигают на первое место вопрос о собственности, как основной вопрос движения, независимо от того, принял ли он более или менее развитую форму.
Наконец, коммунисты повсюду добиваются объединения и соглашения между демократическими партиями всех стран.
Коммунисты считают презренным делом скрывать свои взгляды и намерения. Они открыто заявляют, что их цели могут быть достигнуты лишь путем насильственного ниспровержения всего существующего общественного строя. Пусть господствующие классы содрогаются перед Коммунистической Революцией. Пролетариям нечего в ней терять кроме своих цепей. Приобретут же они весь мир.

ПРОЛЕТАРИИ ВСЕХ СТРАН, СОЕДИНЯЙТЕСЬ!
ЗАМЕЧАНИЯ К ПРОГРАММЕ ГЕРМАНСКОЙ РАБОЧЕЙ ПАРТИИ

I

1. "Труд есть источник всякого богатства и всякой культуры, а так как приносящий пользу труд возможен лишь в обществе и при посредстве общества, то доход от труда принадлежит в неурезанном виде и на равных правах всем членам общества".
Первая часть параграфа: "Труд есть источник всякого богатства и всякой культуры".
Труд не есть источник всякого богатства. Природа в такой же мере источник потребительских стоимостей (а из них-то ведь и состоит вещественное богатство!), как и труд, который сам есть лишь проявление одной из сил природы, человеческой рабочей силы.я:Поскольку человек заранее относится к природе, этому первоисточнику всех средств и предметов труда, как собственник, обращается с ней как с принадлежащей ему вещью, постольку его труд становится источником потребительных стоимостей, а следовательно, и богатства. У буржуа есть очень серьезные основания приписывать труду сверхъестественную творческую силу, так как именно из естественной обусловленности труда вытекает, что человек, не обладающий никакой другой собственностью, кроме своей рабочей силы, во всяком общественном и культурном состоянии вынужден быть рабом других людей, завладевших материальными условиями труда. Только с их разрешения может он работать, стало быть, только с их разрешения - жить.я:

IV

:Свободное государство - что это такое?
Сделать государство "свободным" - это отнюдь не является целью рабочих, избавившихся от ограниченного верноподданнического образа мыслей. В Германской империи "государство" почти столь же "свободно", как в России. Свобода состоит в том, чтобы превратить государство из органа, стоящего над обществом,
в орган, этому обществу всецело подчиненный; да и в наше время бо'льшая или меньшая свобода государственных форм определяется тем, в какой мере они ограничивают "свободу государства".я:
"Современное общество" есть капиталистическое общество, которое существует во всех цивилизованных странах, более или менее свободное от примеси средневековья, более или менее видоизмененное особенностями исторического развития каждой страны, более или менее развитое. Напротив того: "современное государство" меняется с каждой государственной границей. В прусско-германской империи оно совершенно иное, чем в Швейцарии, в Англии совершенно иное, чем в Соединенных Штатах. "Современное государство" есть, следовательно, фикция.
Однако, несмотря на пестрое разнообразие их форм, различные государства различных цивилизованных стран имеют между собой то общее, что они стоят на почве современного буржуазного общества, более или менее капиталистически развитого. У них есть поэтому некоторые общие существенные признаки. В этом смысле можно говорить о "современной государственности"
в противоположность тому будущему, когда отомрет теперешний ее корень, буржуазное общество.
Возникает вопрос: какому превращению подвергнется государственность в коммунистическом обществе? Другими словами: какие общественные функции останутся тогда, аналогичные теперешним государственным функциям? На этот вопрос можно ответить только научно; и сколько бы тысяч раз ни сочетать слово "народ" со словом "государство", это ни капельки не подвинет его разрешения.
Между капиталистическим и коммунистическим обществом лежит период революционного превращения первого во второе. Этому периоду соответствует и политический переходный период, и государство этого периода не может быть не чем иным, кроме как революционной диктатурой пролетариата.я:
Трудно сказать, которая из двух - монархия или республик
а - больше опустилась за последние три года. Монархия - по крайней мере на европейском континенте - повсюду все быстрее
и быстрее переходит в свою последнюю форму - цезаризм. Мнимый конституционализм с всеобщим избирательным правом, непомерно разросшаяся армия, как опора правительства, подкуп
и взятка, как главные способы управления, обогащение путем коррупции и надувательства, как единственная цель правительства, повсюду неотвратимо заступают мес-то всех тех прекрасных конституционных гарантий, того искусственного равновесия властей, о которых наши буржуа мечтали
в иделлические времена Луи-Филиппа, когда даже самые продажные люди были еще ангелами невинности по сравнению с "великими мужами" нашего времени. Как бур-жуазия с каждым днем все больше теряет характер класса, в течение определенного времени безусловно необходимого для общественного организма, отбрасывает свои специфические социальные функции и превращается в настоящую шайку мошенников, так и ее государство превращается
в организацию для охраны не производства, а открытого воровства продуктов производства.я:После этого государства, как государственная форма, возможна только республика.
Но с республикой дело обстоит не лучше. С 1789 по 1869 гг. она была идеалом восторженных борцов за свободу, идеалом,
к которому всегда стремились, которого добивались тяжелой кровавой борьбой и который, едва будучи достигнут, каждый раз снова ускользал.я:Монархически настроенные буржуа, чтобы избежать гражданской войны, укрепляют республику во Франции, провозглашают ее в Испании.я:
В этом заключается прогресс двоякого рода.

Во-первых, уничтожено очарование, которым до сих пор было окружено имя республики.я:Наконец-то и в Европе республика выступает как то, чем она является по своей сущности, а в Америке и фактически, - как наиболее законченная форма господства буржуазии.я:Отныне рабочий класс не может больше обманываться
в отношении того, что представляет собой современная республика: это та форма государства, в которой господство буржуазии получает свое последнее, самое законченное выражение. В современной республике проводится, наконец, в чистом виде политическое равенство, которое во всех монархиях все еще подвергалось некоторым ограничениям. А это политическое равенство, что же оно представляет собой, как не заявление, что классовые противоречия нисколько не касаются государства, что буржуа имеют такое же право быть буржуа, как рабочие имеют право быть пролетариями?
:Другими словами, если современная республика является самой законченной формой буржуазного господства, то она вместе
с тем есть та форма государства, в которой классовая борьба освобождается от свох последних оков и в которой подготавливается арена для этой борьбы. Современная республика является как раз не чем иным, как этой ареной. И это вторая сторона прогресса.я:
:Кажущееся верховным самостоятельное существование государства само является лишь кажущимся и что оно во всех своих формах является наростом на обществе; так же как оно появляется только на определенной ступени развития общества, оно опять исчезнет, как только общество достигнет до сих пор еще не достигнутой ступени. Сначала освобождение индивидуальности от первоначально не деспотических оков:, а от доставляющих удовлетворение и уют уз, связывающих группы первобытной общности, и благодаря этому, - одностороннее развитие индивидуальности. Но истинная природа последней выясняется только, когда мы анализируем содержание - интересы этой "последней". Тогда мы находим, что эти интересы сами опять-таки являются общими
и характеризующими определенные общественные группы интересами, классовыми интересами и т.д., таким образом, эта индивидуальность является сама классовой и т.п. индивидуальностью,
а последние все в конечном счете имеют в качестве базиса экономические условия. Они представляют ту основу, на которой строится государство, и служат его предпосылкой.я:
:Из многих важных открытий, которыми Маркс вписал свое имя в историю науки, мы можем остановиться здесь только на двух.
Первым из них является совершенный им переворот во всем понимании всемирной истории. В основе всех прежних воззрений на историю лежало представление, что причину всех исторических перемен следует искать в конечном счете в изменяющихся идеях людей и что из всех исторических перемен важнейшими, определяющими всю историю, являются политические. Но откуда появляются у людей идеи и каковы движущие причины политических перемен - об этом не задумывались.я:Маркс же доказал, что вся предшествующая история человечества есть история борьбы классов, что во всей разнообразной и сложной политической борьбе речь шла всегда именно об общественном и политическом господстве тех или иных классов общества, о сохранении господства со стороны старых классов, о достижении господства со стороны поднимающихся новых.я:
Второе важное открытие Маркса состоит в окончательном выяснении отношения между капиталом и трудом, другими словами, в раскрытии того, каким образом внутри современного общества, при существующем капиталистическом способе производства, совершается эксплуатация рабочего капиталистом.я:
:Было доказано, что обогащение современных капиталистов не в меньшей степени, чем это было у рабовладельцев или эксплуатировавших крепостной труд феодалов, происходит посредством присвоения чужого неоплаченного труда и что все эти формы эксплуатации отличаются друг от друга лишь тем способом, каким этот неоплаченный труд присваивается. Но тем самым
у имущих классов было выбито последнее основание для лицемерных фраз, будто в современном общественном строе господствуют право и справедливость, равенство прав и обязанностей
и всеобщая гармония интересов, и современное буржуазное общество было разоблачено не в меньшей степени, чем предшествующие, разоблачено как грандиозное учреждение для эксплуатации громадного большинства народа незначительным, постоянно сокращающемся меньшинством.
На этих двух важных основаниях зиждется современный научный социализм.я:
:Маркс и я с 1845 г. держались того взгляда, что одним из конечных результатов грядущей пролетарской революции будет постепенное отмирание политической организации, носящей название государство. Главной целью этой организации всегда было обеспечивать при помощи вооруженной силы экономическое
угнетение трудящегося большинства особо привилегированным меньшинством. С исчезновением этого особо привилегированного меньшинства исчезнет и необходимость в вооруженной силе угнетения, в государственной власти. Но в то же время мы всегда держались того взгляда, что для достижения этой и других, гораздо более важных целей грядущей социальной революции рабочий класс должен прежде всего овладеть организованной политической властью государства и с ее помощью подавить сопротивление класса капиталистов и организовать общество по-новому.я:

:IX. ВАРВАРСТВО И ЦИВИЛИЗАЦИЯ
:Мы подошли теперь к порогу цивилизации. Она открывается новым шагом вперед в разделении труда. На низшей ступени (дикости - Сост.) люди производили только непосредственно для собственного потребления; изредка происходившие акты обмена были единичны, касались только случайно остававшихся излишков. На средней ступени варварства у пастушеских народов мы находим уже имущество в виде скота, которое при известной величине стада регулярно доставляет некоторый излишек над собственной потребностью; одновременно мы находим также разделение труда между пастушескими народами и отставшими племенами, не имеющими стад, следовательно, две рядом стоящие различные ступени производства и, значит, условия для регулярного обмена. На высшей ступени варварства происходит дальнейшее разделение труда между земледелием и ремеслом, следовательно, производство все возрастающей части продуктов труда непосредственно для обмена, тем самым превращение обмена между отдельными производителями в жизненную необходимость для общества. Цивилизация упрочивает и усиливает все эти возникшие до нее виды разделения труда, особенно путем обострения противоположности между городом и деревней:, и присоединяет к этому третье, свойственное лишь ей, разделение труда решающего значения - создает класс, который занимается уже не производством,
а только обменом продуктов, а именно купцов. До сих пор причины образования класов были связаны еще исключительно с производством: Здесь впервые появляется класс, который, не принимая никакого участия в производстве, захватывает в общем и целом руководство производством и экономически подчиняет себе производителей, становится неустранимым посредником между каждыми двумя производителями и эксплуатирует их обоих.я:
Так вместе с расширением торговли, вместе с деньгами и ростовщичеством, земельной собственностью и ипотекой быстро происходила концентрация и централизация богатств в руках немногочисленного класса, а наряду с этим росло обнищание масс
и возрастала масса бедняков.я:
:Первобытная естественно выросшая демократия превратилась в ненавистную аристократию. - Наконец, родовой строй вырос из общества, не знавшего никаких внутренних противоположностей, и был приспособлен только к нему. У него не было никаких других средств принуждения, кроме общественного мнения. Здесь же возникло общество, которое в силу своих экономических условий жизни должно было расколоться на свободных
и рабов, на эксплуататоров-богачей и эксплуатируемых бедняков,
- общество, которое не только не могло вновь примирить эти противоположности, но должно было все больше обострять их.я:Родовой строй отжил свой век. Он был взорван разделением труда и его последствием - расколом общества на классы. Он был заменен государством.я:
Итак, государство никоим образом не представляет собой силы, навязанной обществу. Государство не есть также "действительность нравственной идеи", "образ и действительность разума", как утверждает Гегель. Государство есть продукт общества на известной ступени развития; государство есть признание, что это общество запуталось в неразрешимое противоречие с самим собой, раскололось на непримиримые противоположности, избавиться от которых оно бессильно. А чтобы эти противоположности, классы с противоречивыми экономическими интересами, не пожрали друг друга и общество в бесплодной борьбе, для этого стала необходимой сила, стоящая, по-видимому, над обществом, сила, которая бы умеряла столкновение, держала его в границах "порядка". И эта сила, происшедшая из общества, но ставящая себя над ним, все более
и более отчуждающая себя от него, есть государство.
По сравнению со старой родовой организацией государство
отличается, во-первых, разделением подданных государства по территориальным делениям.я:И гражданам предоставили осуществлять свои общественные права и обязанности там, где они поселялись, безотносительно к роду и племени. Такая организация граждан по месту жительства общепринята во всех государствах.я:
Вторая отличительная черта - учреждение публичной власти, которая уже не совпадает непосредственно с населением, организующим самое себя как вооруженная сила. Эта особая публичная власть необходима потому, что самодействующая вооруженная организация населения сделалась невозможной со времени раскола общества на классы.я:Для того, чтобы держать в повиновении: граждан, оказалась необходимой: жандармерия. Эта публичная власть существует в каждом государстве. Она состоит не только из вооруженных людей, но и из вещественных придатков, тюрем и принудительных учреждений всякого рода, которые были не известны родовому устройству общества. Она может быть весьма незначительной, почти незаметной в обществах с еще неразвитыми классовыми противоположностями и в отдаленных областях, как это наблюдается иногда кое-где в Соединенных Штатах Америки. Публичная власть усиливается по мере того, как обостряются классовые противоречия внутри государства,
и по мере того, как соприкасающиеся между собой государства становятся больше и населеннее. Взгляните хотя бы на теперешнюю Европу, в которой классовая борьба и конкуренция завоеваний взвинтили публичную власть до такой высоты, что она грозит поглотить все общество и даже государства.

Для содержания этой публичной власти необходимы взносы граждан - налоги. Последние были совершенно не известны родовому обществу. Но мы теперь их знаем достаточно хорошо. С развитием цивилизации даже и налогов недостаточно; государство выдает векселя на будущее, делает займы, государственные долги.я:
Обладая публичной властью и правом взыскания налогов, чиновники становятся, как органы общества, над обществом. Свободного, добровольного уважения, с которым относились к органам родового общества, им уже недостаточно, даже если бы они могли завоевать его; носители отчуждающейся от общества власти, они должны добывать уважение к себе путем исключительных законов, в силу которых они приобретают особую святость
и неприкосновенность. Самый жалкий полицейский служитель цивилизованного государства имеет больше "авторитета", чем все органы родового общества, вместе взятые; но самый могущественный монарх и крупнейший государственный деятель или полководец эпохи цивилизации мог бы позавидовать тому не из-под палки приобретенному и бесспорному уважению, которое оказывают самому незначительному родовому старейшине. Последний стоит внутри общества, тогда как первые вынуждены пытаться представлять собой нечто вне его и над ним.
Так как государство возникло из потребности держать в узде противоположность классов; так как оно в то же время возникло
в самих столкновениях этих классов, то оно по общему правилу является государством самого могущественного, экономически господствующего класса, который при помощи государства становится также политически господствующим классом и приобретает таким образом новые средства для подавления и эксплуатации угнетенного класса. Так, античное государство было, прежде всего, государством рабовладельцев для подавления рабов, феодальное государство - органом дворянства для подавления крепостных
и зависимых крестьян, а современное представительное государство есть орудие эксплуатации наемного труда капиталом.я:
Кроме того, в большинстве известных в истории государств предоставляемые гражданам права соизмеряются с их имущественным положением, и этим прямо заявляется, что государст-во - это организация имущего класса для защиты его от неимущего.я:Это находит выражение и в избирательном цензе современных представительных государств. Однако это политическое
признание различий в имущественном положении отнюдь не
существенно. Напротив, оно характеризует низшую ступень государственного развития. Высшая форма государства, демократическая республика, становящаяся в наших современных общественных условиях все более и более неизбежной необходимо-стью и представляющая собой форму государства, в которой только и может быть доведена до конца последняя решительная борьба между пролетариатом и буржуазией, - эта демократическая республика официально ничего не знает о различиях по богатству. При ней богатство пользуется своей властью косвенно, но зато тем вернее: с одной стороны, в форме прямого подкупа чиновников:, с другой стороны, в форме союза между правительством и биржей, который осуществляется тем легче, чем больше возрастают государственные долги и чем больше акционерные общества сосредотачивают в своих руках не только транспорт, но и самое производство и делают своим средоточием ту же биржу.я:Наконец, имущий класс господствует непосредственно при помощи всеобщего избирательного права. До тех пор пока угнетенный класс - в данном случае, следовательно, пролетариат - еще не созрел для освобождения самого себя, он будет в большинстве своем признавать существующий общественный порядок единственно возможным и политически будет идти в хвосте класса капиталистов, составлять его крайнее левое крыло. Но, по мере того как он созревает для своего самоосвобождения, он конституируется в собственную партию, избирает своих собственных представителей, а не представителей капиталистов. Всеобщее избирательное право - показатель зрелости рабочего класса. Дать больше оно не может и никогда не даст в теперешнем государстве; но и этого достаточно. В тот день, когда термометр всеобщего избирательного права будет показывать точку кипения у рабочих, они, как и капиталисты, будут знать, что делать.
Итак, государство существует не извечно. Были общества, которые обходились без него.я:На определенной ступени экономического развития, которая необходимо связана была с расколом общества на классы, государство стало в силу этого раскола необходимостью. Мы приближаемся теперь быстрыми шагами к такой ступени развития производства, на которой существование этих классов не только перестало быть необходимостью, но становится прямой помехой производству. Классы исчезнут так же неизбежно, как неизбежно они в прошлом возникли. С исчезновением классов исчезнет неизбежно государство. Общество, которое по-новому организует производство на основе свободной
и равной ассоциации производителей, отправит всю государственную машину туда, где ей будет тогда настоящее место: в музей древностей, рядом с прялкой и с бронзовым топором.я:

Глава I

Метод, которому мы следуем. - Идея революции
Если бы мне поставлен был вопрос: Что такое рабство? и я ответил на него одним словом: Убийство, мысль моя была бы для всех ясной. Мне не надо было бы прибегать к длинным рассуждениям и до-казывать, что отнимать у человека его мысль, его волю, его личность значит распоряжаться над его жизнью и смертью: обращать человека в рабство значит убивать его. Почему же мне не ответить и на другой вопрос: Что такое собственность? точно также: Собственность - во-ровство, и не быть уверенным при этом, что я останусь непонятым? Ведь второй тезис есть только видоизмененный первый. Я берусь за исследование самого принципа наших учреждений: собственности и правительства. Имею на это полное право. Я могу придти к ошибочным заключениям в этом исследовании. Это тоже мое право. Мне угодно привесть в самом начале книги ее последний вывод. Опять-таки, я имею на это полное право.
Одни авторы заявляют нам, что собственность есть гражданское право, возникшее на почве первоначального захвата (занятия) вещи и освященное законом, другие находят, что собственность - ес-тественное право, родившееся на почве труда. При всей видимой противоположности этих доктрин, обе они находят сочувствие
и одобрение. Я утверждаю, что ни труд, ни захват, ни закон не могут создать собственности, она налицо без причины. Неужели это такое прегрешение с моей стороны? Какой шум поднимут мои слова!
- Собственность - воровство! Ведь это набат 93-го года! Ураган революции!
Читатель, успокойтесь: я вовсе не апостол раздора, не слуга мятежа. Я лишь предвосхищаю на несколько времени ход истории, излагаю истину, которая осуществится неминуемо, мы напрасно пытаемся воспрепятствовать этому; я пишу предисловие
к нашей будущей конституции. Мое определение: Собственность
- воровство кажется вам кощунственным, но оно может сыграть роль громоотвода, если только злободневная сутолока позволит нам вникнуть в него; но сколько интересов, сколько предрассудков восстают против него!я:
Итак, о чем рассуждают наши юристы и публицисты? О справедливости, равенстве, свободе, естественном и положительном праве и т.д. Но что такое справедливость? Каков ее принцип, характер, формула?я:
Справедливость - это центральное светило, управляющее обществами, вокруг которого вращается политический мир, принцип и масштаб всех наших поступков. Все дела совершаются людьми во имя права и справедливости. Справедливость не есть продукт закона; напротив, закон всегда лишь провозглашает
и применяет справедливость во всех взаимных отношениях людей на почве их интересов. Итак, если мы плохо определили понятие права и справедливости, если наше определение неполно,
а тем паче ложно, ясно, что все наше практическое законодательство никуда не годно, наши учреждения плохи, наша политика ложна; а отсюда непорядок и социальные бедствия.я:
Справедлива ли власть человека над человеком? Все отвечают: Нет, власть человека может быть лишь властью закона, который,
в свою очередь, должен воплощать справедливость и истину. Частная воля не играет никакой роли в управлении страной; задача управления заключается, с одной стороны, в открытии истины, справедливости и в кодификации их в законодательстве, с другой стороны - в организации контроля над исполнением этого законодательства. Я не буду разбирать теперь, соответствует ли наша конституция этим условиям: не случается ли, например, что личная воля министров вмешиваться в декларацию и интерпретацию закона: предпочитают ли наши депутаты побеждать в своих прениях доводами рассудка или численностью; для меня достаточно, что общепринятое представление о хорошем правительстве согласно с моим определением.я:Справедливо ли политическое
и гражданское неравенство? Одни отвечают - да, другие - нет. Первым я напомню, что, когда народ уничтожил все привилегии и касты, это им понравилось, вероятно потому, что было в их интересах; почему же они против того, чтобы имущественные привилегии были отменены так же, как привилегии ранга и крови? Потому, что - говорят они - политическое неравенство неразрывно связано с собственностью, а без собственности невозможно никакое общество.
Итак, вопрос, поставленный нами, сводится к вопросу о собственности. Что касается вторых, то я ограничусь следующим замечанием по их адресу: Если вы желаете политического равенства, уничтожьте собственность; иначе на что же вы жалуетесь?
Справедлива ли собственность? Все без колебаний отвечают: да, собственность справедлива. Я говорю: все, потому что до сих пор никто кажется не ответил на этот вопрос с полным сознанием: нет. Мотивированный ответ на этот вопрос действительно нелегкая вещь; только время и опыт могут привести к решению его. В настоящее время оно уже имеется, нам надо только выслушать его. Попытаемся же изложить его.я:

Глава II

Собственность, рассматриваемая как естественное право.

О первоначальном захвате и гражданском праве
как источниках собственности
Определения
:В собственности различают: 1) чистую, простую собственность, господское, сеньоральное право над вещью или, как это называется, голую собственность; 2) владение вещью.я:
Это двойная роль собственности как власти и владения имеет крайне важное значение; необходимо хорошо освоиться с этим определением собственности, чтобы понять последующее изложение.
1. О собственности, как естественном праве.
Декларация прав поместила собственность между естественными и неотъемлемыми правами человека, которых она насчитывает четыре: свобода, равенство, собственность, безопасность. Какому методу следовали законодатели 93 года в этом перечне? Никакому: они все делали ощупью или нахрапом.я:
Однако, если сравнить между собой все эти три или четыре права, мы видим, что собственность совсем не походит на остальные: что для большей части граждан она существует только
в возможности как спящая, мертвая сила; у других же, фактически пользующихся ею, она допускает известные изменения и модификации, несовместимые с понятием естественного права; что в фактической жизни правительство, суды и законы с нею не считаются; наконец, что весь свет инстинктивно и в один голос считает ее призраком.я:
Это не все. Государство представляет собой также совокупность граждан, объединенных под сенью общего законодательства: этот социальный акт гарантирует каждому его собственность, одному - его поле, другому - его виноградник, третьему - его аренду, рантье же, который тоже мог бы приобрести недвижимость, но предпочел придти на помощь казначейству, - его ренту. Государство не может требовать, чтоб кто-нибудь без должного вознаграждения пожертвовал акром своего поля, уголком своего виноградника; еще менее в его власти понизить арендную плату.
Подведем итоги. Свобода есть абсолютное право,: непроницаемость в жизни материи. Равенство есть абсолютное право, потому что в глазах каждого человека его свобода и жизнь также драгоценны, как свобода и жизнь другого. Эти три права абсолютны, т.е. не могут быть ни увеличены, ни уменьшены, потому что всякий член общества получает столько же, сколько дает сам, свободу за свободу, равенство за равенство, безопасность за безопасность, тело за тело, душу за душу, на жизнь и смерть.
Собственность же и по своему этимологическому смыслу и по юридическим определениям ее есть право, выходящее за пределы общества; ведь ясно, что если блага каждого были бы общественными благами, все находились бы в одинаковом положении; определение собственности, как права индивидуума, самым абсолютным способом располагать общественной собственностью, было бы противоречием. Итак, мы соединились в общество
в интересах нашей свободы, равенства и безопасности, но не ради собственности; если собственность - естественное право, оно во всяком случае не социальное, а именно антисоциальное право. Собственность и общество - две безусловно несовместимые вещи; невозможно ассоциировать двух собственников, как невозможно соединить два магнита их одноименными полюсами. Общество должно или погибнуть, или уничтожить собственность.
Приводимые различными авторами источники права собственности сводятся к следующим двум: захвату и труду.
Я рассмотрю их по порядку, во всех их видах и деталях и напоминаю читателю, что, о каком бы из них ни шла речь, мое изложение неопровержимо докажет, что только при условии равенства собственность была бы справедливой и возможной.
2. О захвате, как источнике собственности.
Право захвата или первого владельца вытекает из действительного, физического, активного владения вещью. Захватывая участок, я считаюсь его собственником, пока не доказано противное. Ясно, что вначале такое право могло быть законным только при условии его распространения на всех; это общее мнение юристов.
:Человек не является даже собственником своих способностей? Человек имеет известные силы, добродетели, качества; природа вверила их ему для того, чтобы он мог жить, познавать, любить; но он не имеет над ними абсолютной власти :Если б он был суверенным господином своих способностей, он не позволил бы себе терпеть голод и холод; он ел бы без конца и ходил бы по огню; подымал бы горы, проходил бы сто миль в одну минуту, лечил бы себя без лекарств, одной своей силой воли и сделал бы себя бессмертным. Ему стоило бы сказать: хочу сделать это,
и работа его была бы тут как тут, прекрасная, идеальная; ему стоило бы только сказать: я хочу знать, и он знал бы; люблю - и он насладился бы любовью. Итак, что же? Человек вовсе не хозяин над самим собой и будет хозяином над тем, что не его! Пусть он пользуется продуктами природы, он не может жить иначе; но пусть откажется от своих претензий собственника и вспомнит, что этот титул дан ему только по метафоре.я:
3. О гражданском праве, как основе и санкции собственности.

:Право владения. Люди жили в коммунизме положительном или отрицательном - это безразлично; тогда не было собственности, потому что не было даже частного владения. По мере роста числа владельцев приходилось делать усилия для увеличения средств существования; таким образом люди пришли к соглашению (был ли это формальный или молчаливый договор - не имеет здесь значения), что трудящийся является единственным собственником продукта своего труда; это значит, договор констатировал лишь тот факт, что отныне никто не в состоянии жить не работая. Отсюда необходимо вытекало, что для равенства в условиях существования необходимо осуществить равенство труда; а для последнего необходимо было дать равные средства труда. Кто не трудясь, силой ли, хитростью, овладевал средствами существования другого, тот нарушал равенство, становился вне закона. Кто накоплял средства производства, под предлогом усиленной деятельности, тот тоже уничтожал равенство. Равенство служило тогда выражением права; кто покушался на равенство, тот совершал несправедливость.
Таким образом вместе с трудом рождалось частное владение, право над вещью, но над какой вещью? Очевидно, над продуктом,
а не над почвой. Так как это всегда понимали арабы, так понимали его некогда и германцы по свидетельству Цезаря и Тацита.я:
Я могу быть владельцем поля, которое я распахал, возделываю, на котором я построил свой дом, которое кормит мою семью и мой скот, - могу владеть им, 1) в качестве первого занявшего его, 2) как обрабатывающий его и 3) в силу общественного договора, определившего его мне при дележе. Но ни один из этих пунктов не дает мне права собственности, ведь если я ссылаюсь на право захвата, общество может ответить мне: Мой захват старше твоего.
:Закон освятил эгоизм; он подписался под чудовищными притязаниями, дал свое согласие на нечестивые желания, как будто в его власти было заполнить бездонную пропасть и насытить ад. Слепой закон, закон темного человека, закон, который не есть закон; закон раздора, лжи и крови. Это он, всегда обновляемый, всегда восстанавливаемый, помолодевший, реставрированный, окрепший как палладиум, смутил сознание народов, затемнил ум мыслителей и вызвал все катастрофы в жизни наций. Его осудило христианство, хотя невежественные слуги церкви боготворят его: у них нет ни желания изучать природу и человека, ни умения читать в книге природы и человека.
Наконец, чем руководилось законодательство, создавая собственность, какому принципу оно следовало? Просто невероятно: это было равенство.
Земледелие было основанием поземельного владения и случайной причиной собственности. Чтобы обеспечить земледельцу плод его трудов, надо было обеспечить ему средства производства. Чтобы защитить слабого от посягательств сильного, чтобы положить конец грабежу и обману, чувствовалась потребность установить между отдельными владельцами постоянные демаркационные линии, неприступные преграды. С каждым годом население увеличивалось, вместе с тем росла также алчность земледельца; устанавливая границы, люди надеялись положить предел честолюбию, оно должно было разбиться о межевые камни. Таким образом почва была присвоена в собственность, именно благодаря потребности в равенстве, которое было необходимо для общественной безопасности и для мирного пользования своим добром.я:
Ссылка на человечество, признающее право собственности, несостоятельна, так как это право необходимо предполагает равенство и, следовательно, находится в противоречии со своим собственным принципом; ссылка на религии, санкционировавшие это право, также несостоятельна, так как они всегда были на услужении у владык мира сего, и боги всегда говорили то, что желали политики; социальные выгоды, приписываемые собственности, не могут служить к ее оправданию, так как они всегда вытекали из равенства владения.я:

Глава III

Труд, как причина собственности
Новейшие юристы, по примеру политико-экономов, почти все покинули теорию первоначального захвата и перешли на сторону теории, считающей источником собственности труд. Но, во-первых, это значит вертеться в заколдованном кругу, создавать себе иллюзии.я: А так как: право захвата равно для всех, труд тоже должен подчиниться закону равенства.я:
1. Земля не может быть частной собственностью.
:Присвоение плотнейшей из стихий не могло состояться без присвоения трех других, потому что по французскому и римскому праву собственность над поверхностью земли заключает в себе также собственность над всем тем, что над ней и под ней.я:
Человек не может жить, если запретить ему проходить по большим дорогам, останавливаться на полях, укрываться в пещерах, зажигать огонь, собирать дикие ягоды, рвать травы и варить их в черепке обожженной глины. Таким образом земля, точно так же как вода, воздух и свет, является предметом первой необходимости; каждый имеет право свободно пользоваться ею
с единственным условием не вредить другим.я:
2. Всеобщее согласие не оправдывает собственности.

:Может ли взаимное соглашение узаконить собственность?
Я отрицаю это. Подобный договор, был ли он составлен под редакцией Гроция, Монтескье и Ж.-Ж. Руссо, подписался ли под ним весь род человеческий, юридически недействителен, а факт заключения его незаконен. Человек не может отказаться от труда, так же как не может отказаться от своей свободы; признать же право собственности на землю значит отказаться от труда, потому что это равносильно отказу от орудия его; это значит отказаться от естественного права, лишить себя своего человеческого достоинства.я:
:Действительно, если в общественном договоре собственность построена на равенстве, то договор этот оказывается нарушенным с того момента, когда равенство перестало существовать; собственность становится узурпацией. Итак мы ничего не выигрываем
с помощью этого гипотетического соглашения между людьми.
3. Давность не создает собственности.
Право собственности было началом всего зла на земле, первым кольцом в длинной цепи преступлений и несчастий, которую человечество влачит с первых дней своего существования. Иллюзия давности - это печальный самообман, дурман, который должен был усыпить нашу совесть, остановить человека на его пути к истине увековечить его заблуждения.я:
Давность не может служить аргументом в пользу собственности еще по одной причине (это уж самые тонкости юриспруденции): права земельного владения есть часть другого, более обширного права, которое даже в самые печальные времена человечества не исчезало окончательно; пролетариям достаточно доказать, что они всегда фактически пользовались хоть частью этого права, чтобы быть восстановленными во всем этом праве.я:
В какие тонкости мы бы не вдавались, давность делается противоречием собственности; или вернее, давность и собственность
- это две формы, которые служат одна другой коррективом и не малой ошибкой старой и новой юриспруденции было желание соединить их воедино.я:
4. О труде.
Труд сам по себе не дает никакого права на присвоение предметов природы.я:Я утверждаю, что владелец вознагражден за свой труд и прилежание двойной жатвой, но не приобретает никаких прав на землю. Пусть трудившийся сохранит за собой плоды своего трудолюбия, я согласен с этим; но я не понимаю, почему собственность на плоды земли должна влечь за собой собственность за землю. Разве рыбак, который наловчился ловить больше рыбы, чем его товарищи на том же берегу, приобретает поэтому право собственности на то место, где он ловит рыбу?я:
Таким образом, с одним пунктом мы покончили: если даже признать собственность на продукт, она не влечет за собой права собственности на самое орудие производства; мне кажется это не требует дальнейших доказательств. Есть сходство между тем, как солдат владеет своим оружием, каменщик - вверенными ему инструментами, рыбак - своей рекой, охотник - своими лесами
и полями; все они, если хотите, будут собственниками своих продуктов; но никто из них не есть собственник его орудий производства.
5. Труд ведет к равенству собственности.
Допустим однако, что труд создает собственность над самой материей; почему же в таком случае этот принцип не имеет общей силы? Почему благодеяние этого мнимого закона не распространяется на всю массу трудящихся и ограничивается небольшим числом избранных?я: Почему арендатор не становится собственником обрабатываемого им участка, тогда как собственник его приобрел его тоже только трудом?я:
Мой тезис - следующий: Работник сохраняет, даже получивши свою заработную плату, естественное право собственности на произведенный им предмет.я:
Труд ведет нас к равенству; каждый шаг наш приближает нас к равенству; и если сила, прилежание и умение рабочих одинаковы, ясно, что имущества тоже должны быть одинаковы. Действительно, если рабочий - как вы говорите и как мы согласились
с вами - есть собственник создаваемой им собственности, то отсюда следует, что:
1) рабочий приобретает в ущерб тунеядцу-собственнику;
2) так как всякое производство необходимо носит коллективный характер, рабочий имеет право на часть продукта и прибыли, смотря по доле труда в производстве;
3) так как всякий накопленный капитал есть собственность общества, он не может быть ничьей частной собственностью.
Эти выводы неопровержимы; их одних было бы достаточно, чтобы произвести полный переворот в нашей политической экономии и изменить наши учреждения и законы.я:
Часть вторая
ПРОИСХОЖДЕНИЕ СОБСТВЕННОСТИ
1. Источник наших заблуждений.
Для того, чтобы найти истинный общественный строй, необходимо ответить прежде на следующие вопросы:
Как возникла собственность, если она не является естественным состоянием человека? Как объяснить, что социальный инстинкт, столь безошибочный у животных, изменил здесь человеку? Почему человек, рожденный для общества, до сих пор не живет
в товариществе?я:
Человек рожден для общества, он стремится во всех своих отношениях к равенству и справедливости; но он любит также свободу и славу; трудность удовлетворить заодно все эти различные потребности и была первой причиной деспотизма воли и вытекающей из него собственности. С другой стороны, человек постоянно нуждается в обмене своих продуктов; он не в состоянии точно вычислить стоимость различных продуктов и довольствуется приблизительным определением, согласно со своим пристрастием и капризом; и пускается в неправильную торговлю, результатом которой всегда являются богатства одних и бедность других. Таким образом, самые крупные беды человека проистекают от неразумной общительности (общественности), от той самой справедливости, которой человечество так гордится и которую оно применяет с таким поразительным невежеством.я:
2. Обличительные черты коммунизма и собственности.

1) Не смею скрыть, что никто еще не представлял себе общественный строй вне собственности и коммунизма; этому трижды проклятому заблуждению собственность обязана всем, что она есть. Недостатки коммунизма так очевидны, что критикам его не нужно было много искусства, чтоб отравить ею людей. Безапелляционность его несправедливых приговоров, его насилование личных симпатий и антипатий, железное ярмо, налагаемое им на волю человека, нравственная пытка, которой он подвергает совесть человека, дряблость, на которую он осуждает общественную жизнь и, наконец, его блаженное и тупое однообразие, сковывающее свободную, активную и рассуждающую личность - все это возмутило здравый смысл человека и бесповоротно осудило коммунизм.
Авторитеты и примеры, на которые ссылаются в пользу коммунизма, говорят в сущности против него: коммунистическая республика Платона построена на рабстве, республика Ликурга прибегает к труду илотов, которые должны были все производить для своих хозяев и таким образом давали им возможность предаваться исключительно войне и гимнастическим упражнениям. Ж.-Ж. Руссо, смешивавший коммунизм и равенство, тоже сказал где-то, что без рабства не представляет себе возможности равенства. Коммунистические общины первых христиан не продержались долее одного столетия и скоро выродились в монашеские скиты: Бабувистов, которыми руководил скорее экзальтированный страх перед собственностью, нежели определенная доктрина, погубила утрировка их принципов; сенсимонисты, желавшие совместить коммунизм и неравенство, прошли как маскарадный чад. Величайшая опасность, которой может подвергнуться современное общество, - это потерпеть еще раз кораблекрушение на этом подводном камне.я:
Коммунизм это - гнет и рабство. Человек согласен подчиниться закону долга, служить родине, помогать друзьям, но он хочет работать по собственному выбору, сколько и когда ему угодно; он желает распорядиться своим временем, повиноваться одной необходимости, по-своему выбирать себе друзей, занятия
и время отдыха; помогать не по приказу, а по собственному желанию; жертвовать собой из эгоизма, а не из рабского принуждения. Коммунизм безусловно препятствует свободному развитию наших способностей, наших благороднейших влечений, сокровенных чувств; если вы найдете средство примирить его с требованиями индивидуального разума и воли, то будьте уверены: перед вами уже не будет более коммунизма, от него останется только имя - а так как мы искренне стремимся к истине, нам следует избегать всякого слововерчения.
Итак, коммунизм нарушает автономию совести и равенство: первую - тем, что связывает ум и сердце, парализует нашу свободу в области мысли и фактов, второе - тем, что равно вознаграждает труд и лень, талант и глупость, чуть ли не порок и добродетель. Впрочем, если собственность невозможна потому, что все вперегонки стараются приобрести ее, то коммунизм скоро станет невозможным благодаря лености.
2) В свою очередь собственность нарушает равенство своей исключительностью и привилегией, а свободу - деспотизмом. Первое я достаточно развил в трех предыдущих главах; здесь ограничусь тем, что окончательно докажу тождественность собственности и воровства.я:
Воровство совершается на бесконечно различные лады, законодатель очень искусно различает и классифицирует их, смотря по степени их жестокости или заслуженности и в одном случае воздает воровству дань уважения, в другом - карает его.
Воруют: 1) нападая на большой дороге; 2) без соучастников или большой бандой; 3) с помощью взлома; 4) утайки; 5) злостного банкротства; 6) подлога частных или официальных документов; 7) подделки монеты.я:
Крадут: 8) как шулер; 9) как шантажист; 10) злоупотребляя доверием другого; 11) с помощью игры и лотереи.я:
Крадут: 12) с помощью ростовщических процентов.я:Кра-дут: 13) с помощью ренты, арендной и наемной платы. Крадут: 14) с помощью торговли, если прибыль торговца превышает законное вознаграждение его обязанностей. Крадут: 15) получая прибыль на своем продукте, получая синекуру или крупное жалование.я:
Итак подведем резюме: после эпохи отрицательного коммунизма, которую древние поэты называют золотым веком, справедливость является нам в виде права сильного, ее первый дебют.я:
Из права сильного произошла эксплуатация человека человеком, иначе - рабство, ростовщичество или дань, налагаемая победителем на побежденного врага, и вся столь многочисленная свора податей, налогов, регалий, барщин, оброков, ренты, чинша и т. д. и т.д., одним словом - собственность.
За правом сильного последовало право хитрого, как второй вид справедливости: В сущности это та же сила, только не физическая, а, духовная сила.я:Хитрость или вернее - вероломство, была почти вся политика древнего Рима.
Из права хитрого произошла прибыль промышленника, торговца и банкира:, наконец, все виды общественного неравенства.я:
Второй результат собственности - деспотизм. Так как деспотизм неизбежно соединяется в уме с понятием законной власти, я должен: коснуться также вопроса о законной власти, о ее принципе.я:
Итак, власть человека над человеком находится - в каждом данном обществе - в обратном отношении к уровню умственного развития, достигнутого обществом; мы можем вычислить ее вероятную продолжительность, если взвесим, насколько распространено в обществе стремление к истинному правительству, т.е. правительству, построенному на истине. И точно так же, как право сильного и хитрого теряет почву по мере расширения понятия справедливости и в конце концов должно перейти в равенство, так гегемония воли сменяется гегемонией разума и в результате растворится в научном социализме.я:
Все вопросы законодательства и политики - область науки, а не дело вкуса; законодательная власть принадлежит только разуму; систематически доказанной истине. Признавать за той или другой властью право санкций и право veto - это верх тирании. Справедливость и законность так же не зависимы от нашего сочувствия, как и математические истины. Надо только знать их и они сами собой становятся обязательны; надо только подумать и поработать, и они откроются нам. Какую же роль играет народ, если он не является сувереном и источником законодательной власти? Народ есть страж закона, народ есть исполнительная власть. Всякий гражданин может заявить: это верно, это справедливо; но его убеждение обязывает только его одного; провозглашаемая им истина только тогда становится законна, когда получает (всеобщее) признание. Но это значит признать закон? Это значит проверить математическую или метафизическую операцию, повторить опыт, сделать наблюдение, констатировать факт. Только нация имеет право сказать: Мы приказываем и повелеваем.я:
Собственность, вор, герой, суверен - ведь все эти слова синонимы - объявляют свою волю законом и не терпят ни противоречий, ни контроля, другими словами, требуют для себя законодательной и исполнительной власти:
Собственность необходимо ведет к деспотизму, к господству произвола и ненасытных вожделений; это в такой степени присуще ей, что достаточно посмотреть кругом нас, вспомнить физиономию собственности и мы сейчас убедимся в этом. Собственность есть право употреблять и злоупотреблять. Но раз задача управления заключается в экономии, раз его единственная цель - производство и потребление, распределение труда и продуктов, то может ли оно ужиться с собственностью? Если продукты составляют частную собственность, как же их собственникам не быть царями и царями деспотическими, царями в пропорции их богатства? И если каждый собственник - августейший властелин в своей собственности, неприкосновенный царек в своих владениях, то как же такому правительству собственников не быть хаосом и вавилонским столпотворением?

3. Определение третьей формы общественного устройства.
Заключение.
Итак, если брать в основу собственность, невозможно ни управление, ни общественное хозяйство, ни администрация.
Свобода по самому существу своему носит организующий характер: чтоб обеспечить равенство между людьми; равновесие между нациями необходимо, чтобы земледелие и промышленность, центры просвещения и торговли, складочные пункты распределялись согласно географическим и климатическим условиям каждой страны, согласно с качеством продуктов, с природными талантами и характером жителей и т.д.; распределение это должно быть справедливо и разумно, так чтобы нигде не было ни излишка, ни недостатка в населении, потреблении и продукте. Здесь начинается наука о публичном и частном праве, истинная политическая экономия. Теперь дело за юристами: освобожденные от ложного принципа собственности, они должны формулировать их законы и умиротворять мир.я:Точка опоры дана им.
Я исполнил поставленную себе задачу: собственность разбита, она более не поднимется.я:В самом деле, какие софизмы, какие закоренелые предрассудки могут устоять против следующих простых положений?
1) Частное владение есть условие общественной жизни; собственность есть общественное самоубийство - это доказывают пять тысяч лет истории собственности. Владение согласно с правом, собственность противна праву. Уничтожьте собственность
и сохраните владение; благодаря одному этому изменению
в принципе вы измените все законы, правительство, народное хозяйство, учреждения - вы изгоните зло со света.я:
4) Так как всякий человеческий труд необходимо вытекает из коллективной силы, всякая собственность тоже должна быть коллективной и нераздельной; точнее - труд уничтожает собственность.
5) Так как каждая рабочая способность и дарование точно так же, как каждое орудие труда представляет собой накопленный капитал, коллективную собственность, то всякое неравенство
в положении и имуществе, вводимое под предлогом неравенства талантов, несправедливость и воровство.я:
9) Единственно возможной, справедливой и истинной формой общественного устройства является свободная ассоциация, свобода, ограничивающаяся соблюдением равенства в средствах производства и эквивалентности в обмене.
10) Политика есть наука о свободе; управление человека человеком, как бы оно не называлось, есть гнет; самое совершенное общество представляет из себя союз порядка и анархии.
Наступил конец древней цивилизации; земля должна обновиться под лучами нового солнца.я:
1. Отрицание наличности действительного, внемирового личного бога, а посему и всякого откровения и всякого божественного вмешательства в дела мира и че-ловечества. Уничтожение служения божеству и его культа.
2. Заменяя культ божества уважением и любовью к человечеству, мы провозглашаем:
человеческий разум единственным кри-терием истины;
человеческую совесть основой справедливости;
индивидуальную и коллективную свободу единственной создательницей порядка в человечестве.
3. Свобода есть абсолютное право всех взрослых мужчин
и женщин не искать у кого-либо разрешения на свои деяния, кроме решения своей собственной совести и своего собственного разума, определяться в своих действиях только своей собственной волей и, следовательно, быть ответственными лишь ближайшим образом перед ними, затем перед обществом, к которому они принадлежат, но лишь постольку, поскольку они дают свое свободное согласие принадлежать к таковому.
4. Неправда, что свобода одного гражданина ограничивается свободой всех остальных. Человек действительно свободен лишь и той мере, в какой его свободно признанная свободной совестью всех остальных и как в зеркале в нем отражающаяся и получающаяся из него свобода находит в свободе других подтверждение
и расширение в бесконечность. Человек действительно свободен только среди равным образом свободных людей, и так как он свободен лишь в своем качестве человека, то рабство хотя бы одного-единственного человека на земле является, как нарушение самого принципа человечности, отрицанием свободы всех.
5. Свобода каждого может, таким образом, найти осуществление только при равенстве всех. Осуществлением свободы в правовом и фактическом равенстве является справедливость.
6. Существует только один-единственный догмат, один-единственный закон, одна-единственная моральная основа для людей
- свобода. Уважать свободу ближнего есть обязанность; любить его, служить ему есть добродетель.
7. Безусловное исключение всякого принципа авторитета
и государственной необходимости.
Человеческое общество, которое при своем зарождении было естественным фактом, предшествовавшим свободе и пробуждению человеческой мысли, и позднее стало религиозным фактом, организованным по принципу божественного и человеческого авторитета, должно сегодня получить новый образ на основе свободы, которая отныне должна стать единственным образующим принципом его политической и экономической организации. Порядок в обществе должен быть равнодействующей всех местных, коллективных и индивидуальных свобод, достигших возможно высшей степени развития.

8. Следовательно, политическая и экономическая организация социальной жизни не должна более, как это имело место до сих пор, исходить сверху вниз и от центра к периферии, по принципу единства и вынужденной централизации, но снизу вверх
и от периферии к центру, по принципу свободной ассоциации
и федерации.я:
II. Сводка основных идей этого катехизиса.
а) Отрицание Бога.
б) Почитание человечества должно заменить культ божества. Человеческий разум признается единственным критерием истины, человеческая совесть - основой справедливости, индивидуальная и коллективная свобода - источником и единственной основой порядка в человечестве.
в) Свобода индивида может быть осуществлена лишь в равенстве всех. Осуществление свободы в равенстве есть справедливость.
г) Безусловное исключение принципа авторитета и государственной необходимости. Свобода должна являться единственным устрояющим началом всей социальной организации, как политической, так и экономической. Общественный порядок должен быть совокупным результатом развития всех местных, коллективных и индивидуальных свобод. Следовательно, вся политическая и экономическая организация в целом не должна, как в наши дни, исходить сверху вниз, от центра к периферии, по принципу единства, а снизу вверх, от периферии к центру, по принципу свободного объединения и федерации.
д) Политическая организация. Упразднение всякой официальной охраняемой и оплачиваемой государством церкви. Абсолютная свобода совести и культа с неограниченным правом для каждого строить храмы своим богам и оплачивать свое духовенство. Абсолютная свобода религиозных ассоциаций, которые, впрочем, не должны обладать никакими гражданскими и политическими правами и не могут заниматься воспитанием детей. Упразднение и банкротство централизующего и опекающего государства. Абсолютная свобода каждого индивида, признание политических прав лишь за теми, кто живут собственным трудом, при условии, что они уважают свободу других. Всеобщее право голоса, безграничная свобода печати, пропаганды, слова и собраний (как для частных, так и для общественных собраний). Абсолютная свобода союзов, причем, однако, юридическое признание дается лишь тем из них, которые по своим целям и внутренней организации не стоят в противоречии с основными началами общества. Абсолютная автономия общин с правом самоуправления и даже издания собственных законов, поскольку таковые соответствуют принципам, лежащим в основе строя провинции, раз данная община желает входить в состав федерации и пользоваться гарантией, предоставляемой провинцией. Провинция должна представлять лишь федерацию общин. Автономия провинций по отношению к нации с правом самоуправления и издания законов, поскольку таковые соответствуют основным принципам национального строя, если провинция желает принадлежать к федерации и пользоваться гарантиями, предоставляемыми нацией. Нация должна представлять лишь федерацию провинций, желающих добровольно к ней принадлежать; она обязана уважать автономию каждой провинции, но в то же время она вправе требовать, чтобы строй и сепаратное законодательство провинций, принадлежащих к федерации и желающих пользоваться гарантиями, предоставляемыми нацией, соответствовали в существенных пунктах национальному строю и законодательству, чтобы
в делах, касающихся взаимоотношений провинций и общих интересов нации, каждая провинция выполняла декреты, принятые национальным парламентом и сообщенные ей национальным правительством, и чтобы каждая провинция подчинялась решениям национального суда, с оговоркой ее права принести апелляционную жалобу международному суду, когда таковой будет учрежден. При отказе повиноваться в одном из этих трех случаев провинцию ставят вне закона и национальной солидарности, и в случае нападения с ее стороны на одну из федеративных провинций национальная армия внушает ей должное благоразумие.
Отмена так называемого исторического права, права завоевания и всякой политики, направленной на округление, расширение, славу и внешнее могущество государства. Благосостояние
и свобода наций - солидарны, и каждая должна искать своей мощи в свободе. Национальная независимость есть национальное, неотчуждаемое право, как независимость отдельного лица есть таковое же его право; она должна быть священна на основании этого факта, а не на основании исторического права. Из того, что какая-либо страна была объединена с какой-нибудь другой страной в течение нескольких столетий, хотя бы и добровольно, не следует, что она должна и впредь терпеть это объединение, если она того не желает; ибо прошлые поколения не имеют никакого права отчуждать свободу настоящего и будущих поколений. Итак, каждая нация, провинция и община будет обладать безусловным правом располагать сама собою, вступать в союз с другими, порывать прежние и настоящие союзы
и вступать в новые, без того чтобы какая-либо другая сторона имела право или интерес ей в этом помешать. Всякое насильственное действие в этой области должно встретить дружный отпор со стороны всей национальной федерации в целом, ибо каждое посягательство на свободу отдельной страны является оскорблением, угрозой, косвенным посягательством на свободу всех наций. Наконец, интернациональная федерация и революционная солидарность свободных народов против реакционной коалиции еще порабощенных стран.

е) Социальная организация. Политическое равенство немыслимо без равенства экономического. Экономическое равенство
и социальная справедливость немыслимы до тех пор, пока в обществе не установлено полного равенства исходной точки для каждого человеческого существа, вступающего в жизнь, - равенства, заключающего в себе равенство средств для содержания, воспитания и обучения, а позднее и для применения тех разнообразных способностей и сил, какие природа вложила в каждого отдельного индивида. Отмена права наследования. Фонд общественного воспитания один будет иметь право наследовать, ибо на нем будет лежать обязанность содержания, надзора, воспитания и обучения детей от их рождения до совершеннолетия. Так как только труд производит продукты, то каждый должен работать, чтобы жить, в противном случае на него будут смотреть как на вора. Интеллигентный и свободный труд, основа человеческого достоинства и всех политических прав, и одиночная работа с каждым днем все более сливаются между собою в сотрудничестве. Поверхность и недра земли, собственность всех будут в обладании лишь тех, кто их разрабатывает. Равенство мужчины, и женщины во всех политических и социальных правах. Упразднение легальной семьи, основанной на гражданском праве и имуществе. Свободный брак. Дети не принадлежат ни родителям, ни обществу. Верховная опека над детьми, их воспитание и обучение принадлежат обществу. Школа заменит церковь. Ее задача - создать свободного человека. Уничтожение института тюрем и палача. Уважение к старикам, неспособным к труду, и больным и забота о них.
12. Революционная политика. Наше основное убеждение за-ключается в том, что так как свобода всех народов солидарна, то
и отдельные революции в отдельных странах должны тоже быть солидарны; что отныне в Европе и во всем цивилизованном мире нет больше революций, а существует лишь одна всеобщая революция, точно так же как существует лишь единая европейская
и мировая реакция; что, следовательно, все особые интересы, все национальные самолюбия, притязания, мелкие зависти и вражды должны теперь слиться в одном общем, универсальном интересе революции, которая обеспечит свободу и независимость каждой нации через солидарность всех наций; что далее священный союз мировой реакции и заговор королей, духовенства, дворянства
и буржуазного феодализма, опирающийся на огромные бюджеты, постоянные армии, обширную бюрократию, располагающий всеми теми ужасными средствами, которые дает им современная централизация с ее привычкой, так сказать, рутиной ее приемов и правом конспирировать и основывать все свои действия на законе, что все это - чудовищный, грозный, губительный факт и что для того, чтобы бороться с ним, для того, чтобы противопоставить ему столь же мощный факт, для того, чтобы победить и уничтожить этот заговор, требуется по меньшей мере такой же революционный союз и действие всех народов цивилизованного мира.
Против этой мировой реакции изолированная революция отдельного народа не может иметь успеха, она была бы безумием,
а следовательно, ошибкой для самого этого народа и изменой и преступлением по отношению ко всем остальным. Отныне восстание каждого народа должно происходить не с точки зрения его интересов, а с точки зрения интересов всего мира. Но дабы одна нация могла восстать таким образом во имя всего мира, она должна иметь и мировую программу, достаточно широкую, глубокую и истинную, - словом, достаточно общечеловеческую программу, охватывающую таким образом интересы всех и возбуждающую страсти всех народов стран Европы, без различия национально-сти, - а такой программой может быть лишь программа демократической и социальной революции.
а) Цель демократической и социальной революции может быть формулирована в двух словах: политически это - отмена исторического права, права завоевания и права дипломатического. Это - полное освобождение лиц и ассоциаций от ига божественного и человеческого авторитета, полное разрушение принудительных объединений и сочетаний общин в провинции, провинций же и завоеванных стран в государстве. Это, наконец, полное, коренное упразднение централистического, опекающего, авторитарного государства со всеми его военными, бюрократическими, правительственными, административными, судебными и гражданскими установлениями. Одним словом, это - возвращение свободы всем - лицам, коллективам, ассоциациям, общинам, провинциям, областям, нациям - и взаимная гарантия этой свободы посредством федерации.
С социальной же точки зрения это - подкрепление политического равенства при посредстве равенства экономического.
В начале жизненного поприща каждого человека лежит равенство исходной точки, не природой данное, а равенство социальное для каждого, т.е. равенство средств содержания, воспитания
и обучения для каждого ребенка того и другого пола до достижения им совершеннолетия.я:

НИЧТО - ВОТ НА ЧЕМ Я ПОСТРОИЛ СВОЕ ДЕЛО
Чего-чего только я ни должен считать своим делом. Во-первых, дело добра, затем дело Божие, интересы человечества, истину, свободу, гуманность, справедливость, а далее - дело моего народа, моего государя, моей родины; наконец, дело духа и тысячи других дел. Но только мое не должно стать моим делом. "Стыдно быть эгоистом, который думает только о себе".
Посмотрим же, как относятся к своему те, делу которых мы должны служить с преданностью и воодушевлением.
Вы все можете поведать много весьма существенного о Боге, уже тысячи лет, как "вникают в глубины Божественного", заглядывают в самое сердце тайны. Так, вероятно, вы можете сказать нам, как Бог сам ведает дело Божие, которому мы призваны служить? Вы не скрываете образ действия Бога. В чем же его дело? Сделал ли он, как требует от нас, какое-нибудь чужое дело, дело истины и дело любви, своим? Вас возмущает это непонимание, и вы нас поучаете, что, конечно, дело Божие вместе с тем и дело истины и любви, но что это дело никак нельзя назвать чужим ему, ибо Бог сам истина и любовь. Вас возмущает предположение, что Бог мог бы уподобиться нам, жалким червям, служа чужому делу, как своему. "Да неужели же Бог взял бы на себя дело истины, если бы он сам не был истиной?" Он заботится только о своем, но так как он все во всем, то все его дело. Мы же вовсе не все во всем, наше дело малое и презренное, поэтому мы должны служить высшему. Ну вот теперь ясно. Бог заботится только о своем, занят только собой, думает только о себе и только себя имеет в виду; горе всему, что не находит благоволения в его глазах. Он не служит высшему и сам себя удовлетворяет. Его дело чисто эгоистическое.
Ну а как обстоит с человечеством, дело которого должно стать нашим? Разве это тоже дело кого-нибудь другого, разве человечество служит чему-нибудь высшему? Нет, человечество видит только себя, заботится только о человечестве, знает только одно дело
- свое собственное. В целях своего развития оно измучивает, заставляя служить себе, целые народы, так же как и отдельные личности, а когда они свершили то, что требует от них человечество, то их из благодарности выбрасывают в мусорную яму истории.
Так разве дело человеческое не чисто эгоистическое? Нет надобности показывать на примере любого дела, которое нам хотят навязать, что всякий раз речь идет о чужом, а не о нашем благе. Взгляните на все. Чего требуют истина, свобода, гуманность, справедливость, как не того, чтобы вы воспламенялись ими и служили им?
Конечно, отлично, если есть преданные слуги. Взгляните, например, на народ, который охраняют преданные патриоты. Патриоты падают в кровавой битве или в борьбе с голодом и нуждой, но какое дело до этого народу? Их трупы удобряют почву для "цветущего народа". Отдельные личности умерли "для великого дела народного", народ поминает их несколькими словами благодарности, и - вся выгода на его стороне. Вот это доходный эгоизм.
Но взгляните-ка на султана, который так любвеобильно печется о "своих". Разве он не само бескорыстие, разве он ежечасно не приносит себя в жертву "своим"? Да, именно "своим". Попробуй-ка стать не его собственностью, а "своим"; за то, что ты уклонился от его эгоизма, ты легко попадешь в темницу. Султан построил свое дело не на чем другом, как на себе: он для себя - все во всем; он - единственный и не потерпит никого, кто отважился бы не быть его собственностью.
Неужели же эти блестящие примеры недостаточно доказали вам, что лучше всего живется эгоистам? Что касается меня, то
я научен и вместо того, чтобы и далее бескорыстно служить великим эгоистам, лучше сам стану эгоистом.
Бог и человечество поставили свое дело не на чем ином, как на себе. Поставлю же и я мое дело только на себе, ибо я, так же как Бог, - ничто всего другого, так как я-мое "все", так как я - един-ственный.
Если Бог, если человечество, как вы уверяете, имеют достаточно содержания в себе, чтобы быть всем во всем, то и я чувствую, что мне еще менее будет недоставать содержания, что мне не придется жаловаться на "пустоту". Я ничто не в смысле пустоты:
я творческое ничто, то, из которого я сам как творец все создам.
Долой же все, что не составляет вполне Моего. Вы полагаете, что моим делом должно быть по крайней мере "добро"? Что там говорить о добром, о злом? Я сам - свое дело, а я не добрый и не злой. И то, и другое не имеют для меня смысла.
Божественное - дело Бога, человеческое - дело человечества. Мое же дело не Божественное и не человеческое, не дело истины и добра, справедливости, свободы и т. д., это исключи-тельно мое, и это дело, не общее, а единственное - так же, как
и я - единственный.
Для Меня нет ничего выше Меня.
:
Часть вторая
Я.
:То, что называется государством, - сплетение и сеть зависимости и связанности, оно - своего рода сопринадлежность, взаимоподчинение, причем соподчиненные или соединенные зависят друг от друга. Оно - порядок этой зависимости. Предположим, что исчез король, авторитет которого довлел над всеми, вплоть до полицейского сыщика, тогда, несмотря на это, все, в ком сохранился инстинкт порядка, стали бы поддерживать порядок против беспорядка зверских инстинктов. Если бы победил беспорядок, государство погибло бы.

Но может ли действительно увлечь нас эта "любовная" мысль о зависимости друг от друга? Государство при таком понимании его представляло бы собой воплощение любви, существование
и жизнь каждого для всех и всех для каждого. Но не теряется ли из-за инстинкта порядка инстинкт своеволия? Не удовольствуются ли люди насильственным утверждением порядка, то есть заботою о том, чтобы никто не "обижал" другого и чтобы все стадо было разумно размещено и распределено? Ведь тогда все будет обстоять благополучно, а такое "благополучие" и называется государством.
Наши общества и государства существуют без того, чтобы их создавали, они объединены без нашего объединения, они предустановлены и существуют, имеют свое особое независимое существование и представляют по отношению к нам, эгоистам, нерушимое, нерасторжимое сущее. Говорят, что современная всемирная борьба направлена против "существующего". Но обычно это понимается
в том ложном смысле, будто то, что теперь существует, должно быть заменено иным, лучшим сущим. Однако войну следует объявить самому сущему, то есть государству (status), и не какому-нибудь определенному государству, не какому-нибудь данному, современному государственному состоянию и составу; домогаются не другого, "нового" государства (например, "народного"), а союза, объединения, этого непрестанно меняющегося или подвижного соединения всего и всех. Государство существует и без моего содействия: я рождаюсь и воспитываюсь в нем, исполняю возложенные им обязательства и должен "чтить" его. Оно берет меня под свое "милостивое покровительство", и я живу его "милостью". Таким образом, самостоятельное бытие государства утверждает мою несамостоятельность; его "самобытность", его организм требуют, чтобы моя натура не развивалась свободно, а перекраивалась по его мерке. Для того, чтобы могло самобытно развиваться, оно подрезает меня ножницами "культуры", оно дает мне воспитание и образование, соответствующее лишь его целям, а не моим, и оно поучает меня, например, уважать законы, воздерживаться от покушения на государственную (то есть частную) собственность, почитать божественную и земную верховность и т.д., словом - оно учит меня, как оставаться ненаказанным, "жертвуя" своим своеобразием ради "святыни" (свято самое разнообразное, например, собственность, жизнь других и т.д.). В этом и состоит тот вид культуры
и образования, который государство в состоянии мне дать; оно воспитывает меня, как "пригодное орудие", вырабатывает из меня "пригодного члена общества".
Так должно поступать всякое государство - демократическое, абсолютное или конституционное. И оно должно поступать именно так до тех пор, пока мы будем пребывать во власти того ложного представления, что государство - некое я, в качестве которого оно и именует себя "моральным, мистическим или государственным лицом". Эту львиную личину "я" и должен я, как реальное я, сорвать с возгордившегося осла. Сколько разнообразных грабежей я допускал по отношению к себе в течение всемирной истории! Я должен был уступать почетное звание я и солнцу,
и луне, и звездам, и кошкам, и крокодилам; почетным титулом
я наделялись и Иегова, и Аллах, и Отец наш; потом явились разные семьи, племена, народы и, наконец, человечество, и тоже почитались как я, государство и церковь также выступили с претензией на этот почетный титул, и все это я молча терпел. Что удивительного, что временами выступало также и действительное я и мне в лицо утверждало, что оно не мое ты, а мое собственное я.я:
Государство допускает, чтобы граждане играли в свободу, но серьезно помышлять о свободе не разрешается: нельзя забывать о государстве. Человеку не дозволяется свободно общаться с другими людьми, вне "верховного надзора и посредничества". Я не смею делать все, что могу, я должен делать только то, что дозволяет государство, не смею осуществлять мои мысли, мою работу, вообще ничего моего.
Государство всегда занято тем, чтобы ограничивать, обуздывать, связывать, подчинять себе отдельного человека, делать его "подданным" чего-нибудь всеобщего. Оно может существовать лишь до тех пор, пока отдельный человек не станет всем во всем, оно -лишь ясно выраженная ограниченность моего я, мое ограничение, моя зависимость, мое порабощение. Никакое государство не стремится развить свободную деятельность отдельных людей - оно способствует лишь такой деятельности, которая связана с государственной целью. При посредстве государства не осуществляется также ничего совместного, как нельзя было бы, например, назвать ткань общей работой всех отдельных частей машины; наоборот, это - продукт работы целой машины как единицы, машинная работа. Приблизительно так же действует и государственная машина: она приводит в движение колесики отдельных умов, ни один из которых не следует собственному побуждению. Всякую свободную деятельность государство старается затормозить и подавить своей цензурой, своим надзором, своей полицией, считая своим долгом так поступать, и таков действительно его долг - долг самосохранения. Государство хочет непременно что-то сделать из людей, и пото-му в нем живут только сделанные люди; всякий, кто хочет быть самим собой, - враг государства и ставится им ни во что.

"Он - ничто" означает, что государство не использовало его, что оно не предоставляет ему никакой должности, никакого служебного места, никакого промысла и т.п.
Эдгар Бауэр1 мечтает в либеральных порывах еще о "правительстве, которое, исходя из народа, никогда не было бы с ним
в оппозиции". Правда, он сам тут же берет слово "правительство" назад: "В республике действует не правительство, а исполнительная власть. Власть, которая всецело и исключительно исходит от народа, которая не имеет по отношению к народу ни самостоятельной силы, ни собственных принципов, ни собственных чиновников, а, напротив, утверждается на единственной высшей государственной власти - на народе, и только в нем черпает свою силу и свои принципы. Следовательно, понятие правительства совершенно не подходит к демократическому государству". Однако, суть дела остается та же. "Выдвинувшееся, утвердившееся, почерпнутое" превращается в нечто "самостоятельное" и, подобно младенцу, вышедшему из чрева матери, тотчас же становится в оппозицию. Если бы правительство не было чем-либо самостоятельным и противодействующим, оно было бы ничем.
"В свободном государстве нет правительства" и т.д. Это ведь означает, что народ, став суверенным, не допускает никакой высшей власти над собою. Разве не так же обстоит дело и в абсолютной монархии? Разве может быть там правительство, стоящее над сувереном? Над сувереном, как бы он ни назывался - князем или народом, никогда не стоит никакое правительство, это само собою разумеется. Но во всяком "государстве" надо мной будет стоять правительство, будь то государство абсолютное, республиканское или "свободное". Мне одинаково плохо приходится, как в том, так и в другом.
Республика - не что иное, как абсолютная монархия, ибо безразлично, называется ли монарх государем или народом: оба
они - "величества". Именно конституционный строй ясно показывает, что никто не может и не хочет быть только орудием. Министры первенствуют над своим господином - государем, депутаты
- над своим господином - народом. Тут, значит, уже по крайней мере свободны партии, именно - партия чиновников (так называемая народная партия). Государь вынужден подчиняться воле министров, народ плясать под дудку палат. Конституционализм шире республики, ибо он - разлагающееся государство.я:
Чисто либеральную фразу мы находим у Науверка1: "Человек только тогда в совершенстве выполняет свое призвание, когда он чувствует и сознает себя членом человечества и действует как таковой. Отдельный человек не может осуществить идею человечности, если он не опирается на все человечество и не черпает
в нем силу, как Антей".
Там же говорится: "Отношение человека к государству (respublica) сводится теологическим мировоззрением к частному делу и тем самым совершенно отрицается". Как будто политическое мировоззрение не поступает точно так же с религией! Оно объявляет религию "частным делом".
Если бы вместо того, чтобы говорить людям о "священной обязанности", "назначении человека", "призвании осуществить полную человечность" и т. п. заповедях, им бы показали, что их своекорыстный интерес страдает от безучастия к течению государственных дел, то этим была бы достигнута цель без возвышенных тирад. Но вместо того автор, враг богословов, говорит: "Особенно в наше время государство предъявляет требования ко всем своим членам. Мыслящий человек усматривает в теоретическом и практическом служении государству обязанность, святейший долг свой", и затем автор подробнее развивает мысль
о "безусловной необходимости того, чтобы каждый участвовал
в делах государства".
Политиком был и до окончания времен будет тот, у кого мыслями о государстве полна голова или сердце. Или и голова, и сердце, иначе говоря, кто одержим государством или верует в него.
"Государство - необходимейшее орудие для полного развития человечества". Таковым оно, конечно, было, пока мы хотели развивать человечество; но, когда мы хотим развивать самих себя, оно станет для нас только препятствием.
Можно ли теперь еще реформировать и "улучшать" государство и народ? Нельзя - как нельзя менять дворянство, духовенство, церковь и т.д.: их можно упразднить, отменить, уничтожить, но не реформировать. Можно ли бессмыслицу реформировать так, чтобы она превратилась в смысл, или следует просто отказаться от нее?
Отныне следует заботиться уже не о государстве (государственном устройстве и т. п.), а обо мне. Этим погружаются
в достойную их бездну и обращаются в ничто все вопросы о власти государей, о конституции и т. д. Я же, это ничто, вызову свои творения из самого себя.
:
К главе об обществе относится также и вопрос о "партии", восхваляемой в последнее время.
В государстве важны партии. "Партия, партия! Как можно не примыкать к партии!" Но единичная личность единственна, а не член партии. Единичный свободно соединяется с другим и так же свободно отделяется. Партия не что иное, как государство
в государстве, и в этом меньшем пчелином царстве должен также царить мир, как и в большом государстве. Как раз те, которые больше всех кричат о необходимости оппозиции в государстве, первые возмущаются раздорами в партии. Это доказывает, что
и они желают лишь государства. Не о государство, а об единственного разбиваются все партии.

Теперь то и дело убеждают хранить верность своей партии,
и никого так не презирают партийные люди, как ренегата. Нужно идти со своей партией с закрытыми глазами и безусловно признавать все ее основные принципы. Конечно, насилие не так велико, как в закрытых обществах, которые связывают своих членов твердыми законами или статутами (например, в орденах, у иезуитов и т. д.) Но и партия перестает быть союзом в тот момент, когда она делает известные принципы связывающими и хочет оградить их от всякого рода нападений, а этот момент и есть момент рождения партии. Как партия, она - уже родившееся общество, мертвый союз, застывшая идея. Партия абсолютизма не может допустить, чтобы члены ее сомневались в непоколебимой истине этого принципа: это сомнение было бы возможно лишь тогда, если бы они были достаточно эгоистичны, чтобы пожелать еще чего-нибудь сверх своей партии, то есть быть беспартийными. Но они могут быть беспартийными не как люди партии, а только как эгоисты.я:
Словом, партия не терпит беспартийности, а в беспартийности проявляется эгоизм. Что мне за дело до партии! Я найду достаточно людей, которые соединятся со мной, не став под мое знамя.я:
Образуют ли партию эгоисты, или единственные? Как бы они могли быть собственными, если бы принадлежали к какой-нибудь партии!
Значит, не следует быть членом никакой партии? Именно примыкая к партии и вступая в ее круг, единичный заключает с нею союз, который продолжается до тех пор, пока партия и я преследуем одну и ту же цель. Но сегодня я разделяю принципы партии, а завтра уже не могу разделять их и "нарушаю верность" ей. Партия не должна быть ничем связывающим меня (не накладывать на меня обязательств), и я не питаю к ней почтения; если она мне более не нравится, я становлюсь ее врагом.
Члены всякой партии, которая хочет долго просуществовать, всегда в такой степени несвободны, или, лучше, безличны, не эгоистичны, в какой они служат этой цели партии. Самостоятельность партий обусловливает несамостоятельность членов ее.
Партия, какова бы она ни была, никогда не может обойтись без своего "сrеdо", ибо принадлежащие к ней должны верить в принципы ее, считать их бесспорными, вне сомнений. Принципы эти должны быть безусловной аксиомой для члена партии. Другими словами, нужно принадлежать партии душой и телом, чтобы быть настоящим партийным человеком, а не эгоистом в большей или меньшей степени. Усомнись в христианстве - и ты более не истинный христианин: ты совершил "наглость", ты осмелился вопрошать и привлек христианство к суду твоего эгоизма. Ты согрешил перед христианством, этим партийным делом (оно ведь, например, не дело евреев, то есть не дело другой партии). Но благо тебе, если грех твой тебя не испугал: твоя "наглость" поможет тебе стать эгоистом и достичь своеобразия.
Значит, эгоист никогда не может быть членом партии или стоять за какую-нибудь партию? Может, но партия остается для него только партией: он из партии, он принимает в ней участие.
Наилучшим государством будет, очевидно, то, которое будет иметь наиболее преданных граждан, и чем более теряется чувство законности, тем более сил и достоинств теряет и государство, эта система нравственности, эта "истинная" нравственная жизнь. Вместе с "добрыми гражданами" исчезает и благоустроенное государство; оно разлагается среди анархии и беззакония. "Уважение перед законами!". Этим цементом скрепляется целостность государства. "Закон свят, и кто его нарушает - преступник".
Без преступлений нет государства: нравственный мир - а это и есть государство - полон обманщиков, мошенников, лжецов, воров и т. д. Так как государство - "господство закона", иерархия его, то эгоист во всех тех случаях, где его польза идет вразрез с пользой государства, может удовлетворить свои желания только путем преступления.
Государство не может отказаться от притязаний на то, что его законы и распоряжения святы, и при этом единичный считается таким же не-святым (варваром, дикарем, "эгоистом") по отношению к государству, каким когда-то считался по отношению к церкви. Для единичной личности государство окружает себя ореолом святости.я:
Общество предоставляет воле каждого отдельного лица ответственность за невыгодные последствия его образа действий
и этим признает его свободное решение; государство же поступает как раз наоборот: оно отказывает личности в праве на свободное решение и признает это право лишь за собой, то есть за государственным законом, так что, кто преступает деление государства, тот считается таким же преступником, как и преступающий заповеди Божии, - это взгляд, который удержался еще со времен господства церкви. Бог - свят сам по себе, и заповеди церкви, как и государства,- заповеди этого святого; он дает их миру через посредство своих помазанников и деспотов, венчанных "Божией милостью". Если церковь имела смертный грех, то государство имеет "достойных казни" преступников, если первая имела еретиков, то второе имеет государственных изменников, если первая налагала церковные наказания, то государство налагает уголовные кары, церковь вела инквизиционные процессы, государство - фискальные, словом, в церкви - грехи,
в государстве - преступления, в церкви - инквизиция и в государстве - инквизиция. Но не настанет ли час, когда и святость государственности падет, подобно церковной? Страх перед его законом, благоговение перед его величием, покорность его "подданных", долго ли еще продержится это все? Не исказится ли, наконец, "святой лик"?

Какая глупость требовать от государственной власти, чтобы она вступила в "честную" борьбу с единичной личностью, чтобы она делила с ней, как выражаются о свободе печати, "свет и воздух". Если государство, эта отвлеченная идея, должно стать реальной силой, то именно оно и должно быть властью, стоящей выше единичной личности. Государство "священно" и не должно терпеть "дерзких нападений" единичной личности. Если государство священно, то должна существовать цензура. Политические либералы принимают первое и отрицают вытекающие из этого выводы. Но все-таки они признают за государством право репрессий - они глубоко убеждены в том, что государство нечто большее, чем единичная личность, и что оно вправе мстить, называя свою месть наказанием.
Наказание только тогда имеет смысл, когда оно должно искупать собой оскорбление святого. Если человек считает что-нибудь священным, то он заслуживает наказания, когда восстает против своей святыни. Человек, который щадит жизнь другого человека потому, что она для него священна, и боится коснуться ее, и есть религиозный человек.
Вейтлинг1 считает, что преступления происходят вследствие "общественного неустройства" и питает надежду, что в коммунистическом строе преступления станут невозможными, ибо исчезнут соблазны, порождающие их, например, деньги. Но так как, однако, он возводит и свое организованное общество в святое
и неприкосновенное, то он делает крупную ошибку, несмотря на свои благие намерения. Всегда найдутся люди, которые на словах будут стоять за коммунистическое общество и в то же время
будут подкапываться под него. Вейтлинг вынужден все же изыскивать "средства против естественного остатка человеческих болезней и слабостей", а "средства для излечения" уже явно показывают, что единичных личностей считают призванными для
известного "лечения", а потому с ними и будут поступать соответственно этому "человеческому назначению". Спасительное средство, или излечение, есть только оборотная сторона наказания,
и теория излечения идет параллельно с теорией наказания; если последняя считает какой-нибудь акт прегрешением против права, то первая считает его прегрешением человека против самого себя, уклонением от здоровья. Но правильно считать, что данный акт пригоден или не пригоден с моей точки зрения, служит мне на пользу или во вред, то есть я должен относиться к нему как
к моей собственности, которую я оберегаю или разрушаю. "Преступление" или "болезнь" - определения не эгоистические, то есть исходящие не от меня, а от кого-либо другого: они указывают на то, нарушено ли право в общем; принесен ли ущерб здоровью единичного лица (больного) или общему здоровью (общества). "Преступление" беспощадно "наказуется", а к "болезни" относятся с "любвеобильной мягкостью, состраданием" и т. п.
За преступлением следует наказание. Но если падет преступление, ввиду того что исчезнет святыня, то вместе с ним должно отпасть и наказание, ибо и оно имеет значение только по отношению к святому. Церковные наказания уничтожены. Почему? Потому что, как кто поступает со "святым Богом" - личное дело каждого. Но подобно тому, как пало церковное наказание, должны уничтожиться все наказания. Все грехи против всякого рода святыни должны быть, как грех против Бога, - личным делом каждого. По нашим теориям уголовного права, над исправлением которых "в духе времени" так усердно, но безрезультатно трудятся, людей должно наказывать за разные "бесчеловечные" поступки, и применение этих теорий особенно ясно выявляет их нелепость: вешают мелких воров, а крупных оставляют на свободе. Посягательства на чужую собственность наказуются заключением в тюрьму, а против "насилования мысли", подавления "естественных прав человека" действуют только увещаниями
и просьбами.
Уголовный кодекс обусловливается лишь тем, что есть святое, и должен исчезнуть, если будет уничтожено наказание. Повсюду хотят теперь создать новое уголовное законодательство, и никто не задумывается над тем, что такое само наказание. Но наказание должно исчезнуть и замениться удовлетворением, которое, в свою очередь, не должно служить "праву" или справедливости, а нам лично. Если кто-либо поступает так, как нам не угодно, то мы должны сломить его силу и утвердить нашу: мы этим доставляем удовлетворение себе и не должны иметь глупого желания доставить удовлетворение праву (то есть призраку). Человек должен обороняться против человека, а не святыня против человека, так же как уже не обороняется против человека Бог, которому прежде и еще до сих пор подают руку помощи все "слуги Божии" для того, чтобы наказать "извергающего хулу". Вследствие такого преклонения перед святым люди, лично ничуть не пострадавшие, предают преступников в руки полиции и судов: это - без-участная передача в руки "начальства", "которое лучше всего
управляет святым". Люди с каким-то безумием направляют полицию на все, что кажется им безнравственным или только "неприличным", и эта ярость народа больше защищает и охраняет институт полиции, чем это может сделать правительство.

Эгоист всегда утверждал себя в преступлении и высмеивал святое. Разрыв со святым может стать всеобщим, или, вернее - святое может погибнуть. Революция не повторится, но взамен нее придет великое, мощное, бесстрашное, бесстыдное, гордое преступление. Слышишь отдаленные раскаты грома, видишь, как небо зловеще молчит и хмурится?
:Не называй людей грешниками, и они не будут грешны. Ты один - создатель грешников: ты, который воображаешь, что любишь людей, именно ты и бросаешь их в грязь грехов, именно ты разделяешь их на порочных и добродетельных, на людей и не-людей, именно ты брызжешь на них слюной своей одержимости. Но я говорю тебе: ты никогда не видел грешника, ты их видел лишь во сне.
Самонаслаждение теряет свою прелесть, когда я считаю нужным служить другому, когда воображаю, что я обязан ему чем-то, что я призван к "самопожертвованию", "воодушевлению" и т. д. Хорошо, так я не буду служить никакой идее, никакому "высшему существу", и тогда само собой выйдет, что я больше не служу никакому человеку, а всегда и всюду - себе. Но тогда я не только фактически и в бытии, но и для моего сознания - единственный.
Тебе следует воздать большее, чем божественное, человечное
и т. д. - тебе принадлежит твое.
Считай себя более могущественным, чем тебя считают, и у те-бя будет больше мощи; считай себя большим, и ты будешь иметь больше.
В таком случае ты не только призван ко всему божественному, но и имеешь право на все человеческое, ты и собственник своего, то есть всего, что ты можешь сделать своей собственностью,- ты имеешь способности и создан ко всему, что - твое.
Всегда думали, что нужно дать мне лежащее вне меня назначение - так, что меня уверили под конец, что я должен присвоить себе человеческое, ибо я = человеку. Таков магический круг христианства. И я, о котором говорит Фихте,- то же существо вне меня, ибо я - всякий и каждый, и если это я имеет права, то, следовательно, "я" имеет их, а не я лично. Но я не я рядом с другими я, а я единое: я - единственный. Поэтому и мои потребности, и мои деяния единственны,- короче, все во мне единственно. И только как это единственное я присваиваю я себе все,
и только как такое я утверждаю и развиваю себя. Не как человек развиваю я себя и не человека развиваю я: я развиваю себя.
Таков смысл Единственного.
3. ЕДИНСТВЕННЫЙ
Дохристианская и христианская эпохи преследуют противоположные
цели; первая хочет идеализировать реальное, втор
ая - реализовать идеальное, первая ищет "святой дух", втор
ая - "одухотворенную плоть". Поэтому первая заканчивается бесчувственностью к реальному, "презрением к миру", вторая - "пре-зрением к духу".
Противоположность реального и идеального непримирима,
и одно никогда не может сделаться другим: если бы идеальное сделалось реальным, то оно не было бы более идеальным, а если бы реальное сделалось идеальным, то существовало бы только идеальное, а реального вовсе не было бы. Противоречие между ними можно преодолеть только тогда, когда уничтожат и то,
и другое. Только в этом третьем, в том, что уничтожит, может наступить конец этой противоположности: иначе идея и реальность никогда не сольются друг с другом. Идея не может быть реализована так, чтобы она осталась идеей, а реализуется только тогда, когда она мертва как идея; то же относится и к реальному.
Таким образом, древние являются приверженцами идеи, люди же нового времени - приверженцами реальности. Ни те, ни другие не освобождаются от противоречий; древние тянулись к духу, а когда казалось, что это стремление древнего мира удовлетворено и дух явился, то "новые" принялись сейчас же за реализацию этого духа, которая так-таки и осталась для них "благочестивым желанием".я:
Если, в конце концов, особенно настаивали на отвлеченном человеке или на человечестве, то опять-таки это была идея, которую "увековечивали": "человек не умирает!" Когда-то казалось, что нашли реальность идеи; человек как таковой - я истории, мировой истории, он, этот идеал,- вот кто действительно развивается, то есть реализуется. Он - истинно реальное, телесное, ибо история - его тело, единичные же личности только члены его. Христос - я мировой истории, даже и дохристианской; по современным воззрениям, человек - это я, и образ Христа развился
в образ человека: человек как таковой - вот "центр" истории.
В Человеке воскреснет воображаемое начало, ибо Человек так же воображаем, как и Христос. Человек, как я всемирной истории, завершает цикл христианского мировоззрения.
Волшебный круг христианства был бы нарушен, если бы исчезло противоречие между существованием и призванием, то есть между мной, каков я есть, и мной, каким я должен быть. Оно существует только в виде тоски идеи по своей реализации и исчезает вместе с этим разделением; только тогда, когда идея остается идеей (а человек и человечество - только нереализованная идея), существует еще христианство. Реализованная идея, телесный или "совершенный" дух, витает перед глазами христианина, как "конец времен" или как "цель истории"; в настоящем она не существует для него.

Единичная личность может только принять участие в создании царства Божьего на земле, или, выражаясь современным
стилем, в развитии истории человечества, и только поскольку принимает участие в нем, постольку имеет христианскую, или, по современной терминологии, человеческую ценность; во всем остальном она - пыль и прах.
Что единичная личность в своей жизни и своем развитии является сама для себя всемирной историей и что вся остальная история - ее собственность, это уже выходит за пределы христианского мировоззрения. Для христианина наивысшее - всемирная история, ибо для него она является историей Христа или "человека"; для эгоиста же только его история имеет ценность, ибо он стремится развить только себя, а не идею человечества, не план Бога, не намерения Провидения, не свободу и т. п. Он не считает себя орудием идеи или сосудом Господа, он не признает никаких призваний, он не бредит тем, что существует для продолжения
и развития человеческого рода,- он живет своей жизнью, расточает ее, не заботясь о том, принесет ли это пользу человечеству.
Я бы напомнил здесь о "Трех цыганах" Ленау1, если бы это не могло стать источником недоразумения: могут ведь подумать, будто я превозношу возвращение к естественному состоянию. Как я, значит, живу на свете, чтобы осуществлять какие-то идеи? Чтобы содействовать осуществлению "идеи государства" своею лояльностью или "идеи семьи" - браком, как супруг и отец? Что мне за дело до подобных призваний! Я не живу ни по какому призванию, как цветок, который растет и распускается, не исполняя никакого "долга".
Идеал - Человек реализован, когда христианское мировоззрение преобразуется и будет признано следующее положение: "я" - это единственный "человек". Тогда вопрос: "Что такое человек?" превращается в вопрос личный: "Что есть человек?" На вопрос "что" ищут понятия, чтобы его осуществить - вопрос же "кто" вообще уже не вопрос, ибо ответ уже покоится в личности вопрошающего; ответ дан уже самим вопросом.
О Боге говорят: "Имен для тебя нет". Но это справедливо для меня: ни одно понятие не может меня выразить, ничто, что преподносится мне как моя "сущность", не исчерпывает меня; все это только слова и названия. О Боге говорят также, что он совершенен и не имеет никаких призваний стремиться к совершенству. Но и это относится только ко мне.
Я - собственник своей мощи и только тогда становлюсь таковым, когда сознаю себя Единственным. В Единственном даже собственник возвращается в свое творческое ничто, из которого он вышел. Всякое высшее существо надо мной, будь то Бог или человек, ослабляет чувство моей единичности, и только под ослепительными лучами солнца этого сознания бледнеет оно. Если
я строю свое дело на себе, Единственном, тогда оно покоится на преходящем, смертном творце, который сам себя разрушает, и я могу сказать:
"Ничто - вот на чем я построил свое дело".я:
О ПЛАНЕ УЛОЖЕНИЯ
I. О свойстве законов государственных
Общий предмет всех законов есть учредить отношения людей к общей безопасности лиц и имуществ.я:
Отношения сии двояки: каждое лицо имеет отношения ко всему государству
и все лица в особенности имеют отношения между собой.
Отсюда возникают два главные разделения законов:
Законы государственные определяют от-ношения частных лиц к государству.
Законы гражданские учреждают отношения лиц между ними.я:
II. О свойстве государственных коренных законов
:Во всяком благоустроенном государстве должны быть начала законодательства положительные, постоянные, неподвижные, с коими бы все другие законы могли быть соображаемы.
Сии положительные начала суть коренные государственные законы.
Три силы движут и управляют государством: сила законодательная, исполнительная и судная.я:
Соединенное действие сих сил составляет державную власть.я:
III. Предметы коренных законов
:От державной власти возникает закон и его исполнение.
:При державной власти силы государственные, остающиеся
в расположении подданных, суть двояки: одними пользуются они
в их соединении; другими - каждый особенно. От первых рождаются права подданных политические, определяющие степень их участия в силах государственных. От вторых происходят права гражданские, определяющие степень их свободы в лице и имуществе.
Хотя права гражданские и могут существовать без прав политических, но бытие их в сем положении не может быть твердо.я:
:Истинные права гражданские должны быть основаны на правах политических, точно так же, как и закон гражданский вообще не может быть тверд без закона политического.я:
Из сего происходят три главные предмета, входящие в состав коренных законов:
I. Права державной власти.
II. Закон, возникающий из прав державной власти.
III. Права подданных.я:
Законы органические
I. Устройство порядка законодательного.
Сюда принадлежит устройство первоначальных, средних
и высшего законодательного сословия, образ их действия, их образы и проч.

II. Устройство порядка судного.
Сюда принадлежит устройство верховного суда и постепенностей, от него зависящих.
III. Устройство управления, или исполнения.
Сюда принадлежит устройство министерств и назначение мест, от них зависящих.
IV. Устройство сословия, в коем все сии распорядки должны соединиться и через которое власть державная будет на них действовать и принимать их действие.
В сем состоят все главные предметы, существенно входящие
в состав коренных государственных законов.я:
Об общем разуме преобразования
Общий предмет преобразования состоит в том, чтобы правление, досель самодержавное, постановить и учредить на непременяемом законе.
Нельзя основать правление на законе, если одна державная власть будет и составлять закон и исполнять его.
Отсюда необходимость установлений, действующих в составлении закона и его исполнении.
Из троякого порядка государственных сил возникает троякий порядок сих установлений. Одно из них должно действовать
в образовании закона, другое - в исполнении, третье - в части судной. Разум всех сих установлений может быть различен.
Первое и главное различие происходит от самой силы установлений и внешних их форм.
Два различные устройства с первого воззрения здесь представляются.
Первое состоит в том, чтобы облечь правление самодержавное всеми, так сказать, внешними формами закона, оставив в существе его ту же силу и то же пространство самодержавия.
Второе устройство состоит в том, чтобы не внешними только формами покрыть самодержавие, но ограничить его внутреннюю и существенною силой установлений и учредить державную власть на законе не словами, но самим делом.я:
Если: предпочтено будет второе устройство, тогда все сии установления раположены быть должны на следующих правилах:
1) Законодательное сословие должно быть так устроено, чтобы оно не могло совершать своих положений без державной власти, но чтобы мнения его были свободны и выражали бы собою мнение народное.
2) Сословие судебное должно быть так образовано, чтобы
в бытии своем оно зависило от свободного выбора, и один только надзор форм судебных и охранение общей безопасности принадлежали правительству.
3) Власть исполнительная должна быть вся исключительно вверена правительству; но поелику власть сия распоряжениями своими под видом исполнения законов не могла бы обезобразить их, но и совсем уничтожить, то и должно поставить ее в ответственности власти законодательной.
II. О РАЗУМЕ ЗАКОНОВ В ДЕРЖАВНОЙ ВЛАСТИ
:1. О действии державной власти в порядке законодательном.
Порядок законодательный слагается из трех начал: из предложения закона, уважения его и утверждения.я:
а) В предложении закона
:Нет, кажется, сомнения предложение закона исключительно присвоить державной власти.
б) В уважении закона
Хотя уважение закона собственно принадлежит законодательному сословию, нельзя однако же исключить из оного министров.я:
2. О действии державной власти в порядке исполнительном.
Существо части исполнительной требует по всей необходимости единства. Истина сия всеми единогласно признана. В самих республиках исполнение большей частью всегда вверяемо было одному лицу.
Посему нет сомнения, что в России вся исполнительная часть должна принадлежать власти державной.я:
3. О действии державной власти в порядке судном.
Власть судная в источнике своем не что другое есть, как власть исполнительная. Всякое дело, всякий спор, предмет суда составляющий, есть не что другое в существе своем, как жалоба на нарушение закона. Власть судная удостоверяется в сем нарушении и восстановляет закон в его силу, то есть приводит его
в исполнение.я:
III. О РАЗУМЕ ГОСУДАРСТВЕННОГО УЛОЖЕНИЯ
В СОСТАВЛЕНИИ ЗАКОНА
Составление закона имеет три стихии: предложение его, уважение и утверждение.я:
Уважение закона принадлежит законодательному сословию.я:
Если понятие закона распространить на все постановления без изъятия, тогда все сделается предметом законодательного сословия, дела придут в совершенное смешение и единство исполнения исчезнет.я:
Все постановления, коими государство управляется, составляют неразрывную связь последствий, из одного начала истекающих. Начало сие весьма просто: не делай другому того, чего не желаешь себе.я:
Таким образом, действие законодательного сословия разделилось на две части: одно прямое - составление закона; другое косвенное - взыскание ответа во всех уставах и учреждениях.я:
Из сего следует:
1) Что никакой закон не может иметь силы, если не будет он составлен в законодательном сословии.
2) Что, напротив, учреждения и уставы состоят во власти правительства, но с ответственностью его в том, что не нарушают они закона.
3) Что ответственность сию может правительство сложить, внося уставы и учреждения в законодательное сословие.я:
IV. О РАЗУМЕ ЗАКОНОВ В ПРАВАХ ПОДДАННЫХ
:1. Причины разделения состояний
:Народ российский разделяется ныне на три класса.

Первый класс дворянство:
Второй класс купечество, мещанство и прочее:
Третий класс крепостные люди:
Таково есть настоящее разделение состояний в России.
Два только могут быть источника всех разделений: права гражданские и политические.
Первый источник. Права гражданские, то есть безопасность лица и имущества, суть первое и неотъемлемое достояние всякого человека, входящего в общество. Противно природе человека предполагать, чтобы кто-либо согласился жить в таком обществе, где ни жизнь, ни имущество его ничем не обеспечены.я:
Отсюда происходят следующие общие заключения:
I. Права гражданские, как личные, так и вещественные, разделяются на два рода: одни суть общие всем подданным россий-ским, другие особенные некоторым состояниям.
а) Права гражданские общие
1) Никто без суда наказан быть не может.
2) Никто не обязан отправлять личную службу по произволу другого, но по закону, определяющему род службы по состояниям.
3) Всякий может приобретать собственность движимую и недвижимую и располагать ею по закону; но приобретение собственности недвижимой населенной принадлежит известным только состояниям.
4) Никто не обязан отправлять вещественных повинностей по произволу другого, но по закону или добровольным условиям.
а) Права гражданские особенные
1) Быть изъятым от общей очередной службы, но не быть однако же свободным от особенной службы, которая на известные состояния особенно положена законом.
2) Иметь право приобретать недвижимую собственность населенную, но управлять ею не иначе как по закону.я:
Из сего следует, что в общем исчислении человек, имеющий собственность, по уважению собственных своих польз, более приемлет участия в доброте закона и более соединяет вероятностей
к правильному его усмотрению, нежели человек без собственности или бобыль.
Следовательно, нет сомнения, что люди, имеющие собственность, все без различия должны быть допускаемы к участию
в правах политических.
:Из сего обозрения прав гражданских и политических открывается, что все они в рассуждении принадлежности их на три класса могут быть разделены:
1) Права гражданские общие, всем подданным принадлежащие.
2) Права гражданские частные, кои должны принадлежать тем только, кои образом жизни и воспитания к ним будут приуготовлены.
3) Права политические, принадлежащие тем, кои имеют собственность.
Из сего происходит следующее разделение состояний:
1) дворянство;
2) люди среднего состояния;
3) народ рабочий.я:
О РАЗУМЕ ЗАКОНОВ ОРГАНИЧЕСКИХ
:Чтобы поставить разделение империи в большую сообразность с расположением государственных сил, представляется следующее положение:
1. Российская империя разделяется на области и губернии.
2. Именование областей присвояется тем частям империи, кои по пространству и населению своему не могут войти в общий распорядок управления. Сии области суть: 1) Сибирь, по хребет Уральских гор; 2) край Кавказский и Астраханский с Грузией; 3) край Оренбургский; 4) Земля Донских казаков; край Новороссийский.
3. Области имеют особенное устройство с применением к ним общих государственных законов по местному их положению.я:
I. Порядок законодательный
В каждом волостном городе или в главном волостном селении каждые три года из всех владельцев недвижимой собственности составляется собрание, под названием волостной думы. Казенные селения от каждого пятисотного участка посылают
в думу одного старшину.я:
Степень вторая
Из депутатов волостных дум каждые три года в окружном городе составляется собрание, под именем думы окружной.я:
В думе наблюдается равенство голосов.я:
Степень третья
Из депутатов окружных дум составляется в губернском городе каждые три года собрание, под именем губернской думы.я:
Голоса в губернcкой думе все равны.я:
Степень четвертая
Из депутатов, представленных от губернской думы, составляется законодательное сословие, под именем государственной думы.
Государственная дума государственных сил есть место, равное сенату и министерству.
Государственная дума собирается по коренному закону и без всякого созыва ежегодно в сентябре месяце.
Срок действия ее определяется количеством дел, ей предлагаемых.я:
II. Порядок судный
Степень первая
Суд волостной
Cущество волостного суда состоит в более мирном разбирательстве гражданских дел через посредников и во взыскании за маловажные полицейские проступки означенных в законе пеней и наказаний, нежели в формальном и письменном их производстве.я:
Степень вторая
Суд окружный
Суд окружный в порядке формального судопроизводства представляет первоначальное судебное место.
Он делится на два отделения: на гражданское и уголовное.я:
Закон определяет случаи, в коих председатель, особливо в отделении уголовном, обязан требовать депутатов из окружного совета для составления суда присяжного. В сем случае сохраняется равенство состояний подсудимого и депутатов.я:
Степень третья
Суд губернский
Сей суд составляется на тех же началах, как и окружный. Председатели его по губернскому списку избираются министром юстиции и определяются с утверждения государственного совета.

Степень четвертая
Сенат
Сенат есть верховное судилище для всей империи.я:
Он составляется из определенного числа членов; места их по смерти или увольнении замещаются утверждением державной власти лицами, избранными в губернских думах и внесенными
в государственный избирательный список.я:
III. Порядок исполнительный
Порядок исполнительный, подобно прочим частям, слагается из четырех главных разделений: 1) управление государственное, или министерство; 2) управление губернское; 3) окружное; 4) волостное.
Начало, на коем порядок сей должен быть устроен, есть единство действия и ответственность.я:
ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СОВЕТ
I. Основание коренных законов, определяющих совет
Коренные государственные законы определяют состав совета, существо и главные формы его действия.
Особенные учреждения определяют подробно предметы его
и образ производства дел.
I. В порядке государственных установлений совет представляет сословие, в коем все действия порядка законодательного, судного и исполнительного в главных их отношениях соединяются
и через него восходят к державной власти и от нее изливаются.
II. Посему все законы, уставы и учреждения в первых их начертаниях предлагаются и рассматриваются в государственном совете и потом действием державной власти поступают к предназначенному им совершению в порядке законодательном, судном и исполнительном.
III. Никакой закон, устав или учреждение не исходит из совета и не может иметь своего совершения без утверждения державной власти.
IV. Совет составляется из особ, Высочайшею доверенностью
в сословие сие призываемых.
V. Члены совета могут иметь звания в порядке судном и исполнительном.
VI. Министры суть члены совета по их званию.
VII. В совете председательствует Император или лично, или назначением одного из его членов.я:
Второй вариант

Глава I

О НАРОДЕ РУССКОМ И ПРАВЛЕНИИ
1. Русский народ, свободный и независимый, не есть и не может быть принадлежностью никакого лица и никакого семейства.
2. Источник Верховной власти, есть народ, которому принадлежит исключительное право делать основные постановления для самого себя.

Глава II

О ГРАЖДАНАХ
3. Гражданство есть право определенным в сем Уставе порядком участвовать
в общественном управлении: посредствен-но, т. е. выбором чиновников или избирателей; непосредственно, т. е. быть самому избираемым в какое-либо общественное звание по законодательной, исполнительной или судебной власти.
4. Граждане суть те жители Российской империи, которые пользуются правами, выше определенными.
5. Чтоб быть Гражданином, необходимы следующие условия:
1) Не менее 21 года возраста.
2) Известное и постоянное жительство.
3) Здравие ума.
4) Личная независимость.
5) Исправность платежа общественных повинностей.
6) Непорочность пред лицом закона.
6. Иностранец, не родившийся в России, но жительствующий 7 лет сряду в оной, имеет право просить себе Гражданства Российского у судебной власти, отказавшись наперед клятвенно от правительства; под властью которого прежде находился.
7. Иностранец, не получивший Гражданства, не может исполнять никакой общественной ни военной должности в России - не имеет права служить рядовым в войске Российском и не может приобрести земель.
8. Чрез 20 лет по приведении в исполнение сего Устава Российской империи никто, не обучившийся Русской грамоте, не может быть признан Гражданином.
9. Права Гражданства теряются на время:
1) Судебным объявлением о расслаблении ума.
2) Нахождением под судом.
3) Судебным определением о временном лишении прав.
4) Объявленным банкротством.
5) Общественною недоимкою.
6) Нахождением в услужении при ком-либо.
7) Неизвестностью местопребывания, занятий и средств к пропитанию.
Навсегда:
1) Вступлением в подданство иностранного государства.
2) Принятием службы или должности в чужой земле без согласия своего правительства.
3) Приговором суда к бесчестному наказанию, влекущему за собою лишение Гражданских прав.
4) Если Гражданин без согласия Веча примет подарок, пенсию, знак отличия, титло или звание почетное или приносящее прибыль от иностранного правления, государя или народа.

Глава III

О СОСТОЯНИИ, ЛИЧНЫХ ПРАВАХ И ОБЯЗАННОСТЯХ РУССКИХ
10. Все Русские равны пред Законом.
11. Русскими почитаются все коренные жители России и дети иностранцев, родившиеся в России, достигшие совершеннолетия, доколе они не объявят, что не хотят пользоваться сим преимуществом.
12. Каждый обязан носить общественные повинности, повиноваться законам и властям Отечества и явиться на защиту Родины, когда востребует того Закон.
13. Крепостное состояние и рабство отменяются; раб, прикоснувшийся земли Русской, становится свободным. Разделение между благородными и простолюдинами не принимается, поелику противно вере, по которой все люди братья, все рождены благо по воле Божией, все рождены для блага и все просто люди: ибо все слабы и несовершенны.

14. Всякий имеет право излагать свои мысли и чувства невозбранно и сообщать оные посредством печати своим соотечественникам. Книги, подобно всем прочим действиям, подвержены обвинению Граждан пред судом и подлежат присяжным.
15. Существующие ныне гильдии и цехи в купечестве, ремеслах уничтожаются.
16. Всякий имеет право заниматься тем промыслом, который ему покажется выгоднейшим: земледелием, скотоводством, охотою, рыбною ловлею, рукоделиями, заводами, торговлею и так далее.
17. Всякая тяжба, в которой дело идет о ценности, превышающей фунт чистого серебра (25 рублей серебр[ом]) поступает на суд присяжных.
18. Всякое уголовное дело производится с присяжными.
19. Подозреваемый в злоумышлении может быть взят под стражу постановленными Уставом властями и учрежденным порядком, но в 24 часа (под ответственностью тех, которые его задержали) должно ему объявить письменно о причине его задержания, в противном случае он немедленно освобождается.
20. Заключенный, если он не обвинен по уголовному делу, немедленно освобождается, если найдется за него порука.
21. Никто не может быть наказан, как в силу закона, обнародованного до преступления и правильно и законным образом приведенного в исполнение.
22. Устав сей определит, каким чиновникам и в каких обстоятельствах предоставляется право давать письменные приказания задержать кого-либо из Граждан, сделать домовой обыск, забрать его бумаги и распечатать письма его. Равным образом определит оный ответственность за таковые поступки.
23. Право собственности, заключающее в себе одни вещи, священно и неприкосновенно.я:
29. Разделение людей на 14 классов отменяется. Гражданские чины, заимствованные у немцев и ничем не отличающиеся между собою, уничтожаются сходственно с древними постановлениями народа Русского. Названия и сословия однодворцев, мещан, дворян, именитых граждан заменяются все названием Гражданина или Русского.
30. Жалованье священнослужителям будет производиться
и впредь. Равным образом они освобождаются от постоя и подвод.
31. Кочующие племена не имеют прав Гражданских. Право участвовать в выборе волостного старшины предоставляется однакож и оным.
32. Граждане имеют право составить всякого рода общества
и товарищества, не испрашивая о том ни у кого позволения, ни утверждения, лишь только б действия оных не были противузаконными.я:
35. Никакое нарушение Закона не может быть оправдано повелением начальства. Сперва наказывается нарушитель Закона, потом подписавшие противузаконное повеление.
36. Граждане имеют право обращаться с своими жалобами
и желаниями к народному Вечу, к императору и к правительствующим сословиям держав.
37. Подземелья и казематы крепостные, вообще все так называемые государственные темницы уничтожаются; никто не может быть заключен иначе, как в назначенных на сей предмет общественных темницах.я:
40. Нынешние полицейские чиновники отрешаются и заменяются по выборам жителей.
41. Всякий Гражданин, который бы насилием или подкупом нарушил свободный выбор народных представителей, предается суду.
42. Никто не может быть беспокоиваем в отправлении своего богослужения по совести и чувствам своим, лишь бы только не нарушал законов природы и нравственности.

Глава IV

О РОССИИ
43. В законодательном и исполнительном отношениях вся Россия делится на 13 держав, 2 области и 569 уездов или поветов.
Все население полагается в 22 630 000 жителей мужеского пола, и по сему предположению разочтено представительство оной.
Жит. Державы Столица
муж. пола
450 000 I. Ботническая держава Гельсингфор
1 685 000 II. Волховская Г. св. Петра
750 000 III. Балтийская Рига
2 125 000 IV. Западная Вильна
2 600 000 V. Днепровская Смоленск
3 465 000 VI. Черноморская Киев
750 000 VII. Кавказская Тифлис
3 500 000 VIII. Украинская Харьков
2 450 000 IX. Заволжская Ярославль
2 000 000 X. Камская Казань
1 425 000 XI. Низовская Саратов
490 000 XII. Обийская Тобольск
250 000 XIII. Ленская Иркутск
Московская область Москва
Донская Черкасск
Державы делятся на уезды, уезды на волости от 500 до 1500 жителей мужеского пола.
В судебном отношении державы делятся на округи, равные нынешним губерниям.

Глава V

О ВНУТРЕННЕМ УСТРОЙСТВЕ ВОЛОСТНОМ И УЕЗДНОМ
ИЛИ ПОВЕТОВОМ
44. В каждом уезде Граждане, имеющие недвижимой собственности на 500 рублей серебром или движимой на 1000 рублей серебром, собираются в уездном городе и выбирают тысяцкого на один год.
1) Те, которые пользуются землями в общественном владении, не суть владельцы и, следовательно, сюда не принадлежат.
45. Общие владельцы не имеют права каждый лично участвовать в выборе тысяцкого, народных представителей и других чиновников, но все общество на сходке имеет право назначить одного избирателя с каждых 500 жителей мужеского пола, и сии избиратели, назначенные общими владельцами, подают голоса наравне
с прочими гражданами, как уполномоченные целым обществом, лишь только они предъявят поверительные грамоты своего общества, засвидетельствованные волостными старейшинами.

57. Обыватели каждой волости избирают на год или более волостного старейшину. Обязанность его, кроме управления волостного, отбирать показания обывателей, имеющих недвижимую или движимую собственность, разделить их на вышеозначенные статьи и представить тысяцкому.
58. Волостные старейшины находятся под особенным начальством тысяцкого, который поверяет доставленные ими сведения, принимает обвинения жителей и показания их. Убедясь гласною расправою, тысяцкий имеет право внести пропущенных в списки или вычеркнуть имена тех, которые не должны в них находиться.

Глава VI

О НАРОДНОМ ВЕЧЕ
59. Народное Вече, состоящее из Верховной Думы и Палаты народных представителей, облечено всею законодательною властию.

Глава VII

О ПАЛАТЕ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ, О ЧИСЛЕ И ВЫБОРЕ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ
60. Палата представителей составлена из членов, выбранных на два года Гражданами держав.
61. Во время своего избрания представитель должен жительствовать в избравшей его державе.
62. Лица, принявшие на себя подряды и поставки на общественные требы, не могут до совершенного окончания оных быть представителями.
63. Кроме означенных в 5 условий, чтоб быть представителем, требуется только доверие большего числа избирателей уезда или повета с следующими однакож ограничениями:
1) Иностранец, получивший право Русского Гражданства, может быть избран в представители только чрез 7 лет после его Гражданствования.
64. Число представителей определяется соразмерно населению следующим образом:
Каждые 50 000 обывателей мужеского пола посылают в Палату представителей одного представителя. В числе сих 50 000 должно только полагать жителей, имеющих оседлость, постоянное жилище, не принимая в счет кочующих племен.
65. Подробное исчисление всех жителей должно быть сделано [через] три года после приведения сего Устава в исполнение,
а потом чрез каждые десять лет должна происходить новая пе-репись таким образом, как определит особый на то Закон.
66. До тех пор назначается число представителей 450. Каждые два года последний вторник сентября месяца имеют быть сходки для выбора народных представителей под председательством уездных или поветовых тысяцких и их помощников. Первые выборы должны воспоследовать немедленно по обнародовании сего Устава.я:
72. Палата представителей сама избирает своего председателя, она одна пользуется правом предавать суду сановников империи.

Глава VIII

О ДУМЕ ВЕРХОВНОЙ
73. Верховная Дума состоит из трех Граждан каждой державы, двух Граждан Московской области и одного Гражданина Донской области. Всего 42 члена. Члены верховной Думы избираются правительственными сословиями держав и областей, т. е.
обеими соединенными в одно место Палатами выборных и державными Думами.
74. Немедленно по прибытии в столицу членов верховной Думы они разделяются на три разряда по возможности равные. Члены первого разряда выходят из Думы по истечении 2-х лет. Члены второго разряда - по истечении 4-х. Члены третьего разряда по истечении 6-ти лет, так что треть всей Думы возобновляется каждые два года новым избранием. Если же в продолжение двух годов между выходами откроются места смертью членов или увольнением оных, то исполнительная власть сих держав сделает временное назначение (если б это случилось в такое время, когда правительное собрание держав распущено), пока правительное собрание не заменит оного.
75. Условия, необходимые, чтоб быть членом верховной Думы, суть: 30 лет возраста, 9 лет Гражданства в России для иностранца и жительство во время избрания в той державе, которая его избирает; недвижимого имения ценою на 1500 фунтов чистого серебра или движимого на 3 000 фунтов чистого серебра.
76. Дума избирает сама своего председателя, наместника председателя и прочих своих чиновников. Председатель наблюдает за порядком рассуждений, но не имеет голоса. Наместник занимает его место, когда он в отсутствии.
77. Верховной Думе принадлежит суд над министрами, верховными судьями и всеми прочими сановниками империи, обвиненными народными представителями. Никто не может быть объявлен виновным, как только 2/3 голосов всех присутствующих членов. Дума не имеет права назначить другого наказания, как только объявить подсудимого виновным и лишить его занимаемого им места и звания. Дальнейшее суждение над виновным продолжается в присутственных местах обыкновенным порядком судебным с присяжными, по письменному обвинению верховного блюстителя (генерал-прокурора), (который лично ответствует суду, когда обвинение докажется несправедливым). Изобличенный судом государственный сановник подвергается казни, определенной законами.
Дума участвует вместе с императором в заключении мира,
в назначении судей верховных судебных мест, главнокомандующих сухопутных и морских сил, корпусных командиров, начальников эскадр и верховного блюстителя. Для сего потребно большинство 2/3 членов Думы.

Глава IX

О ВЛАСТИ, ПРЕИМУЩЕСТВАХ НАРОДНОГО ВЕЧА
И СОСТАВЛЕНИИ ЗАКОНОВ
78. Народное Вече собирается по крайней мере раз в год. Открытие его заседаний назначается в первый вторник декабря месяца, доколе законом не будет определено другого срока.
79. Каждая Палата сама судит о правах и выборе своих членов. В обеих большинство достаточно, чтобы судить о делах, но четвертая часть оных имеет право отсрочивать заседания от дня на день до съезда остальных членов и уполномочены принудить отсутствующих членов прибыть к заседаниям таковыми пенями, каковые будут по сему предмету установлены обеими Палатами.
80. Каждая Палата имеет право сделать свое постановление наказывать членов своих за непристойное поведение и в случае преступления, но отнюдь не мнений, исключить члена определением 2/3 голосов.
81. Заседания обеих Палат публичные.я:
84. Ни в каком случае, кроме измены, преступления и нарушения общественного порядка, нельзя брать под стражу членов Народного Веча ни во время заседаний, ни на пути их в столицу, ни во время возвращения их. Нигде нельзя их тревожить за то, что они говорили каждый в своей Палате, и никто не вправе требовать от них объяснений речей их. Член Палаты, уличенный в преступлении, до приговора судебного исключается своею Палатою.
85. Никакой должностной человек, в службе общественной находящийся, не может быть членом ни той ни другой Палаты, пока он будет сохранять свою должность.
86. Никакой член Думы, ни представитель в продолжение всего того времени, на которое он избран во сие звание, не может быть назначен ни в какую Гражданскую должность, которая была бы учреждена или которой бы выгоды были в то время увеличены или умножены.
87. О всяком предложении налогов или набора ратников должно быть наперед рассуждаемо в Палате представителей; но Дума может делать оным изменения, как и во всяком предложении. Изменения сии в предложении о налогах тогда только становятся действительными, когда Палата представителей оные допустит.
88. Всякий проект закона прочитается три раза в каждой Палате. Между всяким чтением должно пройти три дня по крайней мере, после каждого чтения происходят рассуждения. После первого чтения проект закона печатается и раздается всем присутствующим членам.
89. Всякое предложение, получившее согласие Думы и Палаты представителей, должно еще быть представлено императору, чтобы получить силу Закона. Если император одобряет предложение, то подписывает оное; если не одобряет, то отсылает с своими замечаниями в ту Палату, в которую оно сначала поступило; Палата записывает в свой журнал все замечания императора против сего предложения и вновь открывает об оном рассуждения. Если после сего вторичного суждения о предложении 2/3 членов остаются в пользу предложения, то оное поступает со всеми замечаниями императора в другую Палату, которая начнет также разбирать оное вновь, и там, если таковых большинство одобряет оное, то становится уже оттого Законом. В подобных сему случаях члены Палаты должны подавать свои голоса чрез одно выражение Да или Нет, и в журнале каждой Палаты записываются имена всех членов, подававших голоса в пользу или против сего предложения.я:
91. Проект, отвергнутый одною из Палат, может быть только вновь представлен в следующий съезд Народного Веча.
92. Народное Вече имеет власть постановлять и отменять законы судные и исполнительные, то есть:
1) Издать для России Уложение гражданское, уголовное, торговое и военное; уста[но]вить учреждения по благочинию и правила судопроизводства и внутреннего управления присутственных мест.
2) Объявлять Законом в случае нашествия или возмущения, что такая область находится на военном положении и под военными Законами.
3) Обнародовать Закон о всепрощении.
4) Распускать правительные собрания держав в случае, если б оные преступали пределы своей власти, и повелеть избирателям приступить к новым выборам.
5) Объявлять войну :
12) Избирает правителей держав.
93. Народное Вече не имеет власти учреждать новых конституционных Законов, ни отменять существующих, одним словом, не имеет права издавать постановлений ни о каком предмете, не помещенном в сем исчислении прав его.я:
97. Народное Вече от времени до времени издает в общенародное сведение подробный отчет всякого общественного прихода и рас-хода. Казначейство Российское не отпускает никакой суммы, как вследствие утвержденного Народным Вечем Закона.я:
98. Народное Вече не имеет власти ни постановлять, ни запрещать какое-либо вероисповедание или раскол. Вера, совесть
и мнения Граждан, пока оные не обнаруживаются противузаконными действиями, не подлежат власти Народного Веча. Но раскол, основанный на разврате или на действиях противуестественных, преследуется присутственными местами на основании общих постановлений. Народное Вече не имеет власти нарушать свободы речей и книгопечатания.

99. Народное Вече не рассуждает в присутствии императора
и в то время не собирает голосов. На речь императора председатели обеих Палат должны отвечать, что Народное Вече займется предлагаемыми ему предметами.
100. Народное Вече имеет право взять частную собственность в общественное употребление за справедливое вознаграждение, но для сего должен быть предварительно выдан Закон обыкновенным порядком, т. е. оный должен пройти чрез обе Палаты и быть утвержден императором.я:

Глава Х

О ВЕРХОВНОЙ ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ ВЛАСТИ
I раздел - о императоре
II раздел - временный правитель
III раздел - главы Приказов
101. Император есть: верховный чиновник российского правительства. Его права и преимущества суть:
1) Власть его наследственная по прямой линии от отца к сыну, но от тестя она переходит к зятю.
2) Он соединяет в особе своей всю исполнительную власть.
3) Он имеет право останавливать действие законодательной власти и принуждает ее ко вторичному рассмотрению закона.
4) Он верховный начальник сухопутной и морской силы.я:
13) Он обязан при каждом съезде обеих Палат доставлять Народному Вечу сведения о состоянии России и представлять его суждению принятие мер, которые ему покажутся необходимыми или приличными.
14) Он имеет право созывать обе Палаты, а верховную Думу - в случае переговоров или суда.
15) Не может употреблять войск во внутренности России
в случае возмущения, не сделав о том предложения Народному Вечу, которое немедленно обязано удостовериться посредством следствия в необходимости военного положения.
16) По востребованию его обе Палаты разбирают его предложение в тайном совещании, если сие покажется ему нужным.
17) Если б Палаты не согласились между собою на время отсрочки их заседаний, то он может отсрочить оные, но не более, как на три месяца.
18) Он принимает послов и уполномоченных иностранных правительств.
19) Наблюдает за строгим исполнением общественных Законов.
20) Дает грамоты назначения всем чиновникам империи.
21) Ему дается титул Его Императорского Величества, никакой другой не допускается.я:
112. Кроме мирных трактатов, отчетов, представляемых Народному Вечу о состоянии России, предложение мер или издание Законов, грамот посланникам, чиновникам империи и Законов, утвержденных Народным Вечем, император не подписывает ни одной бумаги. Все остальные бумаги, счеты, предписания и донесения подписывают главы Приказов, каждый по своей части,
а иногда все вместе, когда дело идет о постановлении, для всех общем, или когда они подают свое мнение Вечу.
113. Все гражданские чиновники, главы Приказов, правитель временный и проч. могут быть лишены своих должностей, если вследствие обвинения Палатою представителей уличены будут Думою
в измене, расхищении общественной казны или сделали еще какие-либо преступления и, наконец, ежели окажутся неспособными.
114. Всякий чиновник исполнительной власти отвечает за каждое свое действие; никто не может оправдаться полученным приказанием, ибо в гражданском быту слепое повиновение не может быть допущено, и всякий исполнитель противузаконного веления будет наказан так, как и подписавший веление. Император не подлежит суждению (если же сам император лично
учинит какое-либо преступление, за которое никто другой не подлежит ответственности, то сие приписывается нравственному недугу Народным Вечем, которое, в таком случае, учреждает регент-ство, посредством особого Закона).

Глава XI

О ВНУТРЕННИХ ВЛАСТЯХ И О ПРАВИТЕЛЬСТВАХ ДЕРЖАВ
115. Правительство каждой державы состоит из трех отдельных независимых друг от друга властей, но содействующих к одной цели, а именно правительствующей, исполнительной и судной.

Глава XII

О ПРАВИТЕЛЬСТВУЮЩЕЙ ВЛАСТИ ДЕРЖАВ
116. Правительствующая власть каждой державы поручается правительствующему собранию, состоящему из Палаты выборных и из Думы. Правительственное собрание в столичном городе каждой державы.
117. Раздел первый - о Палате выборных:
1) Палата выборных составлена из членов, избранных Гражданами на один год. Они вступают в должность в последний вторник ноября и остаются до послед[него] понедельника ноября
следующего года, в который они заключают свои заседания и расходятся, дабы уступить место свое новым выборным, которые вступают на другой день, т. е. в последний вторник ноября.
2) Чтоб быть выборным, должно ответствовать условиям в 5, 1 жительство в державе, для иностранного уроженца семилетнее исправление Российского Гражданского звания, не должно находиться в подрядах общественных на то время.
3) Число выборных определено следующим образом: каждые 10 000 жителей мужеского пола посылают одного выборного
в правительствующее собрание своей державы.я:
4) Каждый год, в последний вторник сентября месяца, имеют быть сходки Граждан для избрания выборных и четвертой части членов державной Думы (кроме первого раза, в который избираются все члены державных Дум) под председательством тысяцкого и его помощников; 4 дня полагаются окончательным сроком для выборов.я:
118. Раздел второй - о державной Думе:
1) Дума составлена из членов, избранных на 4 года теми же избирателями, как и выборные, и на тех же сходках в последний вторник сентября месяца; на первый раз по введении сего Устава все члены державных Дум взберутся на одной сходке; впоследствии на ежегодных сходках будет избираться только 1/4 часть Думы, для замены выбывающей ежегодно 1/4 части членов.

2) Члены Думы должны отвечать следующим условиям: иметь по крайней мере 30 лет возраста, иметь жительство в державе, которая их избирает на то время, и пользоваться уже 9-летним Гражданством в России, если они не родились Русскими, быть непорочного поведения, иметь недвижимого имения, коего цена равнялась 750 фунтам чистого серебра, или движимого на 1 500 фунт. чистого серебра (от 15 000 до 30 000 серебр. рублей).я:
4) Дума по собрании своем немедленно разделяется на четыре части, по возможности равные, из коих одна ежегодно по жребию выходит и заменяется новыми выборными, так что в продолжение 4-х лет вся Дума возобновляется.я:

Глава XIII

О ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ ВЛАСТИ ДЕРЖАВ
120. Исполнительная власть каждой державы поручена державному правителю, его наместнику и совету. Условия, чтоб быть правителем, суть следующие:
1. 30 лет возраста для иностранца, получившего права гражданства, девятилетнее пользование оным, жительство в той державе, недвижимое имение, равною ценою 1500 фунтов чистого серебра, или движимое, равное цене 3 000 фунтов чистого серебра.я:
121. Чрез каждые 3 года Народное Вече избирает правителей из списков кандидатов на сие звание, доставленных в оное правительствующими собраниями. Сей выбор производится обеими соединенными вместе Палатами Народного Веча и утверждается императором.
122. Права и занятия правителя суть следующие:
1. Подтверждать законы, предполагаемые правительствующим собранием, или принуждать оное ко вторичному рассуждению об оном, имеет право предлагать законы на рассмотрение обеих Палат.я:
6. Он начальствует над земским войском своей державы. Не может, однакож, без согласия правительствующего собрания высылать оное из пределов державы. Не может также, даже в случае возмущения, велеть земскому войску действовать против жителей, пока правительствующее собрание не издаст закона о военном положении Державы.
7. Назначает по представлению своего совета: Державного блюстителя законов, Судей державных и других чиновников из числа особ, нанесенных на 1-м списке.я:
134. Правитель, наместник, блюститель, дьяк, казначей и все гражданские чиновники могут быть лишены своих званий, если вследствие обвинения Палатою выборных будут уличены Думою и осуждены за измену, расхищение общественных денег, другие какие-либо преступления или порочное поведение.
"РУССКАЯ ПРАВДА, или Заповедная государственная грамота великого народа российского, служащая заветом для усовершенствования государственного устройства России
и содержащая верный наказ как для народа, так и для временного верховного правления" (1824)1
ВВЕДЕНИЕ
ОСНОВНЫЕ ПОНЯТИЯ
1
ВСЯКОЕ ОБЩЕСТВО ИМЕЕТ СВОЮ ЦЕЛЬ И ИЗБИРАЕТ СРЕДСТВА
ДЛЯ ДОСТИЖЕНИЯ ОНОЙ
Всякое соединение нескольких человек для достижения какой-либо цели называется обществом. Побуждением к сему соединению или целью оного бывает удовлетворение общим нуждам, которые, происходя от общих и одинаковых свойств природы человека, бывают для всех людей одинаковы. Из сего следует, что члены всякого общества могут единодушно согласиться в цели.я:
2
РАЗДЕЛЕНИЕ ЧЛЕНОВ ОБЩЕСТВА НА ПОВЕЛЕВАЮЩИХ И ПОВИНУЮЩИХСЯ
Но кто представит такое окончательное мнение, кто изберет средства, кто определит способы, кто расположит действие? Все сии затруднения разрешаются двояким образом. В первом случае нравственное превосходство одного или нескольких членов соглашает все сии различные затруднения и увлекает за собою прочих силою сего превосходства, коему содействуют иногда и другие посторонние обстоятельства. Во втором случае возлагают члены общества на одного или на нескольких из них обязанность избирать средства, предоставляя им право распоряжаться общим действием. В том и другом случае разделяются члены общества на повелевающих и повинующихся. Сие разделение неизбежно потому, что происходит от природы человеческой, а следовательно, везде существует и существовать должно. На естественном сем разделении основано различие в обязанностях и правах тех и других.
3
РАЗДЕЛЕНИЕ ГОСУДАРСТВА НА ПРАВИТЕЛЬСТВО
И НАРОД
Все здесь сказанное об обществах вообще относится равным образом и до гражданских обществ, которые, будучи устроены и в порядок приведены, получают название государства. Гражданское общество, как и всякое другое, имеет свою цель и должно избирать средства для достижения оной. Цель состоит в благоденствии всего общества вообще и каждого из членов оного
в особенности.я: Когда гражданское общество получает название государства, тогда повелевающие получают название правительства, а повинующиеся - название народа. Из сего явствует, что главные или первоначальные составные части каждого государства суть: правительство и народ.
4
ВЗАИМНЫЕ ОТНОШЕНИЯ ПРАВИТЕЛЬСТВА И НАРОДА
Правительство имеет обязанность распоряжать общим действием и избирать лучшие средства для доставления в государстве благоденствия всем и каждому. А посему имеет оно право требовать от народа, чтобы оный ему повиновался. Народ же имеет обязанность правительству повиноваться; но зато имеет право требовать от правительства, чтобы оно непременно стремилось
к общественному и частному благоденствию и только бы то повелевало, что истинно к сей цели ведет и без чего не могла бы оная быть достигнута. На сем единственно равновесии взаимных обязанностей и взаимных прав может существование какого бы то ни было государства быть основано, а посему и переходит государство, при потере сего равновесия, из природного и здорового своего положения в состояние насильственное и болезненное. Установление сего равновесия на твердых основах есть главная цель сея "Русской Правды" и коренная обязанность каждого законодателя.

5
КАЖДОЕ ПРАВО ОСНОВАНО БЫТЬ ДОЛЖНО
НА ПРЕДШЕСТВУЮЩЕЙ ОБЯЗАННОСТИ
Об обязанностях было упомянуто здесь прежде, нежели о правах потому, что право есть одно только последствие обязанности
и существовать иначе не может, как основываясь на обязанности, ему предшествовавшей. Первоначальная обязанность человека, которая всем прочим обязанностям служит источником и порождением, состоит в сохранении своего бытия.я:
Право же без предварительной обязанности есть ничто, не значит ничего и признаваемо быть должно одним только насилием или зловластием.
6
ОСНОВНЫЕ ПОНЯТИЯ О ГОСУДАРСТВЕННОМ БЛАГОДЕНСТВИИ
И СОПРЯЖЕННЫХ С НИМ ОБЯЗАННОСТЯХ
Главное дело в государстве есть посему понятие об обязанностях, из коих каждая имеет соответствующее ей право. Обязанности в государстве истекают из цели государства. Цель же государственного устройства должна быть - возможное благоденствие всех и каждого. А посему все, ведущее к благоденствию, есть обязанность. Но поелику понятия о благоденствии бывают весьма различны и разнообразны, то и нужно сему положить некоторые основные или коренные правила. Обязанности, на человека от Бога посредством веры наложенные, суть первейшие и непременнейшие. Они связывают духовный мир с естественным, жизнь бренную с жизнию вечною, и потому все постановления государственные должны быть в связи и согласии
с обязанностями человека в отношении к вере и всевышнему создателю миров. Сей первый род обязанностей касается мира духовного. Они нам известны из священного писания. Второй род обязанностей касается мира естественного. Они нам известны из законов природы и нужд естественных. Бог, творец вселенныя, есть и творец законов природы, нужд естественных. Сии законы глубоко впечатлены в сердцах наших. Каждый человек им подвластен, никто не в силах их низвергнуть, и потому постановления государственные должны быть в таком же согласии
с неизменными законами природы, как и со святыми законами веры. Наконец, третий род обязанностей порождается составлением гражданских обществ или государств. Первое правило
в сем деле состоит в том, что всякое стремление в государстве
к доставлению оному благоденствия должно быть согласно с законами духовными и законами естественными. Второе правило: что все государственные постановления должны стремиться единственно к благоденствию гражданского общества, причем всякое действие, сему благоденствию противное или ему вредящее, признаваемо быть должно преступлением. Третье правило, что благоденствие общественное должно считаться важнее благоденствия частного, и ежели оные находятся в противуборстве, то первое должно получать перевес. Четвертое правило, что благоденствием общественным признаваемо быть должно благоденствие совокупности народа, из чего следует, что истинная цель государственного устройства должна непременно быть - возможно большее благоденствие многочисленнейшего числа людей в государстве, почему и должны всегда выгоды части или одного нераздельного уступать выгодам целого, признавая целым совокупность или массу народа. Пятое, наконец, правило состоит в том, что частный человек, делая усилия к доставлению себе благоденствия, не должен выступать из круга своего действия и входить в круг действия другого, т. е. что благоденствие одного человека не должно наносить вреда, а тем еще менее гибели другому. Коль скоро все деяния как правительства, так и частных людей на сих правилах основаны будут, то государство, несомненно, пользоваться будет возможным благоденствием. Все же законы и постановления государственные должны непременно с сими правилами в полной мере совершенно согласоваться.
7
ОСНОВНОЕ ПОНЯТИЕ О НАРОДЕ И ЕГО ЗНАЧЕНИИ
Выше пояснено, что государство состоит из правительства
и народа. Народ есть совокупность всех тех людей, которые, принадлежа к одному и тому же государству, составляют гражданское общество, имеющее целью своего существования возможное благоденствие всех и каждого.я:А посему народ российский не есть принадлежность или собственность какого-либо лица или семейства. Напротив того, правительство есть принадлежность народа,
и оно учреждено для блага народного, а не народ существует для блага правительства.
8
ОСНОВНОЕ ПОНЯТИЕ О ПРАВИТЕЛЬСТВЕ И РАЗДЕЛЕНИЕ ОНОГО НА ВЕРХОВНУЮ ВЛАСТЬ И ГОСУДАРСТВЕННОЕ ПРАВЛЕНИЕ
:Общая власть именуется Верховною властью, а совокупность частных - государственным правлением или чиноначальством. Посему и разделяется всякое правительство на Верховную власть и на государственное правление или чиноначальство.
9
РАЗДЕЛЕНИЕ ГОСУДАРСТВЕННОГО БЛАГОДЕНСТВИЯ
НА БЕЗОПАСНОСТЬ И БЛАГОСОСТОЯНИЕ
Государственное благоденствие состоит из двух главных предметов: из безопасности и благосостояния. Отличительное
и главное качество безопасности есть охранение, а благосостояния - есть приобретение. Безопасность должна быть первою целью правительства, потому что может быть достигнута посредством
общего только действия соединенных сил и волей, каковое соединение в правительстве именно и представляется, и что она ответствует первоначальной обязанности человека, состоящей в сохранении своего бытия: Благоденствие должно быть второю целью правительства.я:

Глава I

О земельном пространстве государства
1
Право народности и право благоудобства
:Из всего здесь сказанного явствует, что для правильного, положительного установления границ надлежит непременно руководствоваться тем соображением, что право народности должно брать верх для тех народов, которые могут самостоятельною политическою независимостью пользоваться; а что право благоудобства должно брать верх над теми народами, которые сею самостоятельною политическою независимостью пользоваться не могут и непременно должны состоять под властью какого-либо сильнейшего государства.1
4
РОССИЯ ЕСТЬ ГОСУДАРСТВО ЕДИНОЕ И НЕРАЗДЕЛИМОЕ
Государства бывают или неразделимые или федеративные.
Неразделимыми называются те, в коих все части или области, государство составляющие, одну общую Верховную власть, один образ правления, одни законы имеют и признают и в коих ни одна область не имеет права частно для себя издавать законы и постановления.
Федеративными же называются те государства, в которых области, их составляющие, хотя и признают общую над собой Верховную власть и обязываются совокупно действовать во всех сношениях внешних, но при всем том право свое сохраняют законы делать и постановления издавать для собственного своего внутреннего гражданского и политического образования и устраивать свое правление по частному своему усмотрению.я:
Что же в особенности касается до России, то, дабы в полной мере удостовериться, до какой степени федеративное образование государства было бы для нее пагубно, стоит только вспомнить, из каких разнородных частей сие огромное государство составлено. Области его не только различными учреждениями управляются, не только различными гражданскими законами судятся, но совсем различные языки говорят, совсем различные веры исповедуют; жители оных различные происхождения имеют к различным державам некогда принадлежали, и потому ежели сию разнородность еще более усилить чрез федеративное образование государства, то легко предвидеть можно, что сии разнородные области скоро от коренной России тогда отложатся, и она скоро потеряет тогда не только свое могущество, величие и силу, но даже может быть и бытие свое между большими или главными государствами.я:
Вследствие всего здесь сказанного объявляется Российское государство в пределах, выше обозначенных, единым и неразделимым, отвергающим притом совершенно всякое федеративное образование, устройство и существование государства.

Глава II

О ПЛЕМЕНАХ, РОССИЮ НАСЕЛЯЮЩИХ
1
РАЗДЕЛЕНИЕ ПЛЕМЕН, РОССИЮ НАСЕЛЯЮщИХ, НА ТРИ
ГЛАВНЫХ РАЗРЯДА
Общая масса всех российских обитателей может на три главных разряда быть разделена. Первый разряд состоит из коренного народа русского. Второй - из племен, к России присоединенных; третий из иностранцев, в России живущих. Коренной народ русский есть племя славянское. Народы, к России присоединенные, составляют различные другие племена. Иностранцы, в России живущие, суть частные лица разных наций.я:
2
ЗАКОНЫ ДОЛЖНЫ БЫТЬ ОДИНАКОВЫ НА ЦЕЛОМ ПРОСТРАНСТВЕ ГОСУДАРСТВА
Государство должно в политическом отношении целое составлять и может таковым признано быть только тогда, когда все различные его части и члены совершенно крепкую и истинно тесную связь между собой имеют. - Сия политическая связь между частями государства ознаменовывается большею или меньшею одинаковостью в законах и образовании правления, от оной зависит и от оной силу и значение свое получает, и потому бывает политическая связь в государстве совершенна только тогда, когда одни и те же законы, один и тот же образ управления во всех частях государства существуют и государство из частей состоит в политическом смысле однородных и однообразных. - В сем случае получает государственный состав высшую степень крепости, а силы оного - высшую степень могущества. И потому полезно для блага и величия государства, чтобы во всем оного пространстве одни и те же законы, один и тот же образ управления существовали.я:
Законы природы, или законы естественные, могут разделены быть на общие и частные. - Первые на целом земном шаре действие свое имеют и везде одинаковы. Вторые, хотя от местностей зависят, однакоже на первых свое основание имеют. - Первые вызывают однообразность политических законов, вторые связь имеют с политическими законами в отношении государственного, общественного хозяйства и требуют защиты и содействия. Для удовлетворения сим двум требованиям надобно, чтобы политические законы ни одного из сих предметов не упускали из виду; вследствие сего разнообразность естественных местностей в государстве не особенного управления для каждой местности требует, но только число предметов, общему уложению соответствующих, увеличивает на счет хозяйственных статей.
Наконец, государственные и гражданские законы могут быть
в целом пространстве государства одни и те же, потому: 1) что истина политическая, будучи истиною нравственною или отвлеченною, везде одна и та же; 2) что нравы народные зависят везде от веры и правительства. - Законы веры христианской везде требуют одинаковых правил нравственности, и правительство одинаковостью законов политических, с верою согласных, будет вере способствовать сие святое единообразие в правилах нравственных повсюду вести к общему всех благоденствию; 3) что правосудие двусмыслия и двоякого толкования не допускает и, будучи основано на понятии о наших обязанностях в отношении к ближним, одинаково везде быть должно, тем более что сии обязанности верою определены для всех людей одинаковыми, и, наконец, 4) потому, что самые действительные наставники народов суть законы государственные: они образуют и, так сказать, воспитывают народы, и по ним нравы, обычаи, понятия, вид свой и деятельность свою получают. От них исходит направление умов и волей, и потому утвердительно сказать можно, что политические и гражданские законы соделывают народы таковыми, каковыми они суть. Из сего следует, что одинаковые гражданские законы на целом пространстве государства более всего содействовать будут к дарованию всем частям оного одинакового оттенка нравственности, а тем самым и произведут ту совершенную, крепкую и истинно тесную политическую связь в государстве, коея существование столь благодетельно.я:

Глава III

О СОСЛОВИЯХ, В РОССИИ ОБРЕТАЮЩИХСЯ
1
ИСЧИСЛЕНИЕ СОСЛОВИЙ, В РОССИИ ОБРЕТАЮЩИХСЯ
Много существует различных сословий, состояний или классов людей в России. Каждое из оных имеет свои особенные отличительные виды и преимущества, свои особенные определенные выгоды и ограничения. - По соображению настоящего положения вещей, оказывается таковых сословий в народе до двенадцати различных, кои суть: 1) духовенство, 2) дворянство, 3) купечество, 4) мещанство, 5) казенные крестьяне, 6) вольные земледельцы,
7) военные поселяне, 8) солдатские дети, 9) дворянские крестьяне, 10) дворовые люди, 11) заводские крестьяне и 12) монастырские крестьяне.я:
7
Право собственности или обладания есть право священное
и неприкосновенное, долженствующее на самых твердых положительных и неприкосновенных основах быть утверждено и укреплено, дабы каждый гражданин в полной мере уверен был в том, что никакое самовластие не может лишить его ниже малейшей части его имущества. В сем духе определяются следующие два правила: 1) ежели кто собственности своей лишен быть должен для блага общего, то надлежит к тому приступить не иначе, как когда полномерное существует убеждение в том, что благо общее неминуемо того требует и не может иначе быть достигнуто; но
и в сем случае должно всегда последовать наперед предварительное полное возмездие; 2) конфискация имуществ в пользу казны никогда существовать не должна.я:
10
Личная свобода есть первое и важнейшее право каждого гражданина и священнейшая обязанность каждого правительства. На ней основано все сооружение государственного здания, и без нее нет ни спокойствия, ни благоденствия. Вследствие сего постановляются следующие неизменные правила: 1) Никто из граждан не должен свободы быть лишен и под стражу посажен иначе, как законным образом и законным порядком. Всякое действие, сему противное, наводит строжайшую ответственность на нарушителей. 2) Одно только полицейское ведомство имеет право граждан брать под стражу. Все же прочие ведомства, равно как и частные граждане, должны обращаться к полиции с требованиями своими и объявлениями причин.я:4) Полиция имеет право всякого гражданина взять под стражу, хоть он частный человек, хоть он гражданский чиновник, хоть военный, с тем только чтобы сие было законным образом исполнено. 5) В дом гражданина никто войти не может без его согласия; в случае же обязанности взять его под стражу должна полиция предъявить ему письменное предписание от волостного правления или вышнего местного начальства об отводе его под стражу с объявлением причин. 6) На улице и вообще вне частного дома может каждый гражданин под стражу быть взят и без письменного предписания; но о причинах сего с ним поступка должно быть ему письменно во всяком случае объявлено прежде истечения 24 часов, в противном случае должен он быть немедленно освобожден.я:10) Никто не может быть судим иным порядком, как обыкновенным законным судебным, и в том именно месте, которое законом определено
и назначено. Посему никогда не должны никакие чрезвычайные судебные комиссии или чрезвычайные суды быть учреждаемы, ниже' в каком бы то ни было случае законный судебный порядок быть для каких бы то ни было причин нарушаем. 11) Никто не может быть судим иначе, как по точным словам закона и притом по законам, существовавшим прежде преступления, в коем он обвиняется, и не иначе быть обвинен, как когда его преступление совершенно доказано.я:
12
Денежные повинности разделяются на косвенные и прямые. Главная выгода косвенных состоит в том, что их платит, кто хочет и когда хочет. Главная же выгода прямых состоит в том, что они уравнительнее, ибо с имуществом каждого соображаются, и что они верны, ибо неизбежны. Главные правила в отношении к денежным повинностям состоят в следующем: 1) они должны быть взимаемы с имущества граждан, а не с лиц их, почему
и надлежит заменить подушные другими налогами; 2) они должны быть взимаемы с имущества граждан уравнительным образом, так чтобы каждое имущество от своих прибытков бы отделяло десятую, двадцатую или какую часть определено будет, одним словом, по равным долям; 3) налоги не должны падать на капиталы, но только на чистую прибыль, от сего капитала получаемого; 4) косвенные налоги должны как можно менее тяготить те предметы, которые для житья необходимы, почему и должна непременно цена соли самым сильным и значительным образом быть уменьшена; 5) косвенные налоги, взимаемые обыкновенно с изделий и торговли, должны быть соображаемы более с ходом промышленности, нежели с желанием умножить казенные доходы; 6) прямые налоги должны быть по волостям распределяемы по соображению сравнительного богатства волостей, уездов, губерний и областей; частное же взимание с граждан по волостям быть предоставлено распоряжению волостных правлений или наместных собраний; 7) возможность должна быть дана гражданам платить подати в удобное для них время и различными количествами, а не все вдруг.я:
13
Правила, относящиеся до государственной службы, различают три предмета: 1) чиноначальство, 2) повиновение законам и 3) ре-крутство. В отношении к чиноначальству постановляются следующие коренные правила: 1) каждый гражданин имеет право на занятие всех мест и должностей по государственной службе. Одни дарования, способности, познания и услуги служат поводом и причиною к прохождению службы; 2) законы определяют по каждой отрасли государственного правления, каким образом чиновники службу свою продолжать обязаны и что от них требуется как при вступлении в службу так и во время прохождения оной. Сему порядку подлежат все граждане одинаковым образом; 3) законы определяют награждения за услуги чиновников
и взыскания за их упущения по службе. Все служащие граждане имеют равные права на все награждения по мере их услуг и подлежат равным взысканиям по мере их упущений или преступлений; 4) законы определяют круг действия каждого чиноначальства или правительственного места, а граждане обязаны все без всякого изъятия каждому чиноначальству в круге его действия одинаковым образом в полной мере повиноваться и оное с должным почтением уважать.

14
В отношении к повиновению законам постановляются следующие коренные правила: 1) Повиновение законам есть вещь священная, и никто в целом государстве не может от сей непременной обязанности быть уволен. Законы сделаны для всех, и все им подвластными состоят. Никто свыше законов считать себя не может, и противоборство законам, кем бы ни соделанное, есть всегда преступление, долженствующее сильное навлекать наказание. 2) Законы суть определения от Верховной власти, ко всеобщему сведению и исполнению таковыми обнародованные: и потому одни только определения Верховной власти, законами ею названные, признаваемы таковыми быть могут.я:
16
Правила, утверждающие свободное книгопечатание и определяющие нравственные действия, касаются трех предметов: 1) воспитания, 2) нравственности, 3) книгопечатания.я:
Воспитание детей разделяется на общественное и частное. Первое устраивается правительством, второе предоставляется частным людям.я:Частные лица не должны иметь права заводить ни пансионов, ни других учебных заведений, куда бы граждане детей своих отдавали, потому что правительство обязано о воспитании юношества много заботиться и неупустительно над оным надзирать, хотя и может оное родителям предоставить и на их старание в полной мере положиться. Но коль скоро родители не имеют времени, средств или охоты оным заниматься, то должно правительство их место заступать и не дозволять, чтобы сие было предоставлено посторонним людям, ибо нельзя иметь к сим последним достаточной доверенности, дабы им поручить многотрудное исполнение священной сей обязанности, тем более что надзор правительства за таковыми частными заведениями всегда будет слаб и недостаточен.
17
Нравственность утверждается в народе совокупностью духовных, естественных и политических законов. Все на нее влияние имеет, и потому составляется она совокупностью правильного действия граждан по всем сим разнообразным соотношениям. Из сего явствует, что целое содержание Русской Правды неминуемо на нее распространяется и ее укрепляет. Не менее того надлежит здесь следующие правила в особенности изложить: 1) Всякое учение, проповедывание и занятие, противные законам и правилам чистой нравственности, а тем еще более разврат и соблазн вводящие, должны быть совершенно запрещены.я:
2) Всякие частные общества, с постоянною целью учреждаемые, должны быть совершенно запрещены, как открытые, так
и тайные, потому что первые бесполезны, а вторые вредны.я:
3) Увеселения и забавы дозволяются всякого рода, как частные, так и общественные, лишь бы они не были противны чистейшей нравственности и не заключали бы в себе разврата и соблазна. За сим обязано правительство бдительный и строгий иметь надзор. Весьма полезно заводить народные празднества для усиления народного духа и укрепления гражданской, дружеской связи. Сия статья предоставляется мудрому обдуманию Верховного правления.я:
18
Коренные правила в отношении к свободе книгопечатания постановляются следующие: 1) Каждый гражданин имеет право писать и печатать все то, что он хочет, с тем только чтобы его имя было на его сочинении выставлено. От сего исключаются одни только личные ругательства, которые никогда допускаемы быть не должны.я:
19
Коренные правила в отношении к свободе вероисповедания
и духовных действий состоят в следующем: 1) Христианская православная, греко-российская вера признана быть должна господствующей верою великого государства Российского. 2) Все прочие христианские исповедания, равно как и все инородные веры дозволяются в России, если только не противны они российским законам, духовным и политическим правилам, чистой нравственности и не нарушают естественных обязанностей человека.я:
24
Главные правила общественного призрения суть следующие:
:6) Пользующиеся общественными вспоможениями получают оные не в виде милости, но в виде права, ибо первая обязанность человека, состоя в сохранении своего бытия, имеет каждый на все то право, что для сего нужно и необходимо и без чего бы он сей цели не мог бы достигнуть.
7) Если гражданин своим поведением сделался недостойным общественных вспоможений, то может быть лишен права на оные. Для сего нужно представление волостного наместного собрания в уездное наместное собрание и приговор сего последнего по основательном исследовании. 8) Верховное правление издаст особенные подробные постановления на все сии предметы.
ДЕЛЕЖ ЗЕМЕЛЬ
I. У кого есть 1000 душ и более.
1. Если на каждую душу имеется по 10 или более десятин земли, тогда половина земли останется за помещиком, а другая половина отберется для волости без всякого помещику возмездия.
2. Если на каждую душу менее 10 десятин земли, но не менее пяти, тогда половина земли останется за помещиком, а другая половина отберется для волости, а за оную получит помещик возмездие.я:
Таким образом, что ему додается к его земле из казенных земель нужное число десятин, дабы итог всех его земель составлял 5 000 десятин.

3. Если на каждую душу имеется менее 5-ти десятин земли, тогда к половине, остающейся за помещиком, додается точно такое же число десятин, каковое от него отберется.
II. Если у помещика имеется 10 000 десятин земли или более, тогда отбирается у него половина земли без всякого возмездия.я:
КОНСТИТУЦИЯ - ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ЗАВЕТ1
1) Границы Российского государства суть.я:При сем случае действуют два правила: Правило благоприличия для России и правило народности племен или народов смежных и подвластных. Когда дело идет о народе, могущем пользоваться независимостию и самостоятельностию, тогда правило народности берет перевес. Когда же дело идет о народе, не могущем оными пользоваться
и долженствующем быть под покровительством и зависимостию
у другой славнейшей державы, тогда правило благоприличия для России берет перевес. Польша. - Правило народности объявляет независимость и самостоятельность народа, но правило благоприличия определяет в сем случае частности границеположения.
2) Российское государство разделяется в отношении законного своего пространства на 10 областей и 3 удела. Уделы суть столичный, в коем пребывает и сосредоточивается государственное правление, - Нижний Новгород или Москва, Донской и Киргизский. Каждая область состоит из 5 губерний или округов. Губернии состоят из уездов, уезд состоит из волостей. Волости бывают цельные и приписные - 1000 обывателей мужеск. пола.
3) Государство состоит из народа и правительства.
4) Весь российский народ составляет одно сословие - гражданское; все нынешние сословия уничтожаются и сливаются
в одно сословие - гражданское. Все различные племена, составляющие Российское государство, признаются русскими и, слагая различные свои названия составляют один народ русский. Все россияне расписаны по волостям. Каждый российский гражданин есть член которой-либо волости. Сие заменяет теперешнее распределение россиян по сословиям.я:
5) Вся земля, к каждой волости принадлежащая, разделяется на две части: волостную и частную. Первая принадлежит всему обществу, вторая - частным людям. Первая составляет собственность общественную, вторая - собственность частную. Волостная земля есть неприкосновенна, она разделяется на участки, участки раздаются по требованиям членов волости. Остальная земля отдается в наем посторонним людям не иначе, как на один год.я:
6) Переход из нынешнего положения в порядок, здесь предлагаемый, есть постепенный. У нынешних помещиков земля откупается оброком или работою летнею. Наперед заводится сие
в казенных имениях и волостях, а потом уже в частных. Оброчные селения и пахотные селения, дворовые люди, заводские крестьяне продолжают нынешние занятия положенное время, те же сами откупаются, а дворовые в волости поступают.
7) Правительство разделяется на Верховную власть и государственное правление.
8) Насчет устроения Верховной власти отвергается правило равновесия властей, но принимается правило определительности круга действия. Верховная власть разделяется на законодательную и верховно-исполнительную. - Первая поручается Народному вечу, вторая - державной Думе. Сверх того нужна еще власть блюстительная, дабы те две не выходили из своих пределов. Власть блюстительная поручается Верховному собору.
9) Народная веча состоит из народных представителей, вы-бранных народом на 5 лет. Каждый год пятая часть нисходит
и заменяется новыми выборами. Тот же самый может опять быть выбран. Устройство внутреннего порядка веча принадлежит ему самому. Председатель выбирается ежегодно из членов, последний год заседающих. Народная веча есть одно целое и на каморы не разделяется. Вся законодательная власть в ней обретается. Она объявляет войну и заключает мир.
Различие в составлении законов заветных и всех прочих законов. Первые обнародываются и на суждение всей России предлагаются.
Народная веча имеет свое время, когда не заседает; тогда оставляется временная комиссия. Никто не может распустить Народной вечи. Она представляет волю в государстве, душу народа.
10) Державная Дума состоит из 5 членов, народом выбранных на 5 лет. Ежегодно один из Думы выходит и заменяется другим выбором. Председатель есть член, заседающий последний, или пятый, год. Ежегодно предлагает каждая губерния кандидата. Из числа сих кандидатов выбирает Народная веча окончательно. Державная Дума имеет всю верховно-исполнительную власть, ведет войну и производит переговоры, но не объявляет войны и не заключает мира. Все министерства и все вообще правительствующие места состоят под ведомством и начальством державной Думы, но действуя с разрешением и исполняя с приказанием. Она имеет собственную свою канцелярию.
11) Верховный собор состоит из 120 членов, именуемых боярами. Бояре назначаются на всю жизнь и не могут участвовать ни в законодательном, ни в исполнительном порядке. Губернии назначают кандидатов, а Народная веча замещает упразднившееся число бояр. Председатель выбирается на год самим собором. Собор имеет верховно-блюстительную власть. Народная веча препровождает к нему на утверждение свои законы. Собор не рассуждает о сущности предметов, но смотрит на одни формы, дабы во всем соблюдено законное; после сего утверждения получает закон свою действительную силу. Сам же собор не действует. Собор назначает из своих членов по одному генерал-прокурору в каждое министерство и по одному генерал-губернатору в каждую область (приказный блюститель, областный посадник). Генерал-прокурор рассматривает журналы палат министерства и утверждает их определение, взирая на одну законность и соблюдение предлагаемого порядка, но не входя в суждение о сущности самого содержания; без их утверждения не может исполнение последовать; они [отвечают] за свои действия. Державная Дума решает, а Верховный собор может чиновника отдать под суд. Отданный под суд судится судебным порядком. Генерал-губернатор имеет таковые же обязанности
в отношении областных правлений. Из сего явствует, что собор удерживает в пределах законности Народную вечу и державную Думу. Сам же не имеет никакого действия положительного. Главнокомандующие действующих армий назначаются Верховным собором. Он принимает начальство над армиею, когда выступает за пределы государства, и слагает, когда в пределы вступает губернии на военном положении.

:Без малодушной укоризны
Пройти мытарства трудной жизни,
Измерять пропасти страстей,
Понять на деле жизнь людей,
Прочесть все черные страницы,
Все беззаконные дела:
И сохранить полет орла
И сердце чистой голубицы!
Се человек!.. без крова жить
(Сирот и солнышко не греет),
Людей изведать - и любить!
Незлобным сердцем сожалея
О недостойных их делах
И не кощунствуя впотьмах,
Как царь ума. Убогим, нищим,
Из-за куска насущной пищи
Глупцу могучему годить,
И мыслить, чувствовать и жить!..
Вот драма страшная, святая!..
И он прошел ее, рыдая,
Ее он строго разыграл
Без слова; он не толковал
Своих вседневных приключений
Как назидательный роман;
Не раскрывал сердечных ран,
И тьму различных сновидений,
И байронический туман
Он не пускал; толпой ничтожной
Своих друзей не поносил;
Чинов и власти не казнил,
Как N., глашатай осторожный,
И тот, кто мыслит без конца
О мыслях Канта, Галилея,
Космополита-мудреца,
И судит люди, не жалея
Родного брата и отца;
Тот лжепророк! Его сужденья -
Полуидеи, полувздор!..
Провидя жизни назначенье,
Великий божий приговор,
В самопытливом размышленье
Он подымал слезящий взор
На красоты святой природы.
"Как все согласно!" - он шептал
И край родной воспоминал;
У бога правды и свободы
Всему живущему молил,
И кроткой мыслию следил
Дела минувшие народов,
Дела страны своей родной,
И горько плакал: "О святая!
Святая родина моя!
Чем помогу тебе, рыдая?
И ты закована, и я.
Великим словом божью волю
Сказать тиранам - не поймут!
И на родном прекрасном поле
Пророка каменьем побьют!
Сотрут высокие могилы
И понесут их словом зла!
Тебя убили, раздавили;
И славословить запретили
Твои великие дела!
О боже! сильный и правдивый,
Тебе возможны чудеса.
Исполни славой небеса
И сотвори святое диво:
Воспрянуть мертвым повели,
Благослови всесильным словом
На подвиг новый и суровый,
На искупление земли,
Земли поруганной, забытой,
Чистейшей кровию политой,
Когда-то счастливой земли".

Как тучи, мысли расходились,
И слезы капали, как дождь!..
Блажен тот на свете, кто малую долю,
Кроху от трапезы волен уделить
Голодному брату и злобного волю
Хоть властью суровой возмог укротить!
Блажен и свободен!.. Но тот, кто не оком,
А смотрит душою на козни людей
И может лишь плакать в тоске одинокой,-
О боже правдивый, лиши ты очей!..
Твои горы, твое море,
Все красы природы
Не искупят его горя,
Не дадут свободы.
И он, страдалец жизни краткой,
Все видел, чувствовал и жил,
Людей, изведавши, любил
И тосковал о них украдкой.
Его и люди полюбили1,
И он их братиями звал;
Нашел друзей и тайной силой
К себе друзей причаровал;
Между друзьями молодыми,
Порой задумчивый: порой
Как волхв, вещатель молодой,
Речами звучными, живыми
Друзей внезапно изумлял;
И силу дружбы между ними,
Благословляя, укреплял.
Он говорил, что обще благо
Должно любовию купить
И с благородною отвагой
Стать за народ и зло казнить.
Он говорил, что праздник жизни,
Великий праздник, божий дар,
Должно пожертвовать отчизне,
Должно поставить под удар.
Он говорил о страсти нежной;
Он тихо, грустно говорил,
И умолкал!..
Свiте тихий, краю милий,
Моя Украхно!
За що тебе сплюндровано,
За що, мамо, гинеш?
Чи ти рано до схiд сонця
Богу не молилась?
Чи ти дiточок непевних
Звичаю не вчила?
"Молилася, турбувалась,
День i нiч не спала,
Малих дiток доглядала,
Звичаю навчала.
Виростали мох квiти,
Мох добрi дiти,
Панувала i я колись
На широкiм свiтi,-
Панувала: Ой Богдане!2
Нерозумний сину!
Подивись тепер на матiр,
На свою Вкрахну,
Що, колишучи, спiвала
Про свою недолю,
Що, спiваючи, ридала,
Виглядала волю.
Ой Богдане, Богданочку!
Якби була знала,
У колисцi б задушила,
Пiд серцем приспала.
Степи мох запроданi
Жи'довi, нiмотi1
Сини мох на чужинi,
На чужiй роботi.
Днiпро, брат мiй, висихау,
Мене покидау,
I могили мох милi
Москаль розривау: 2
Нехай риу, розкопуу,
Не своу шукау,
А тим часом перевертнi3
Нехай пiдростають
Та поможуть москалевi
Господарювати,
Та з матерi полатану
Сорочку знiмати.

Помагайте, недолюдки,
Матiр катувати".я:

---

Стохть в селi Суботовi4
На горi високiй
Домовина Украхни,
Широка, глибока.
Ото церков Богданова.
Там-то вiн молився,
Щоб москаль добром i лихом
З козаком дiлився.
Мир душi твохй, Богдане!
Не так воно стало;
Москалики, що заздрiли,
То все очухрали.
Могили вже розривають
Та грошей шукають,
Льохи твох розкопують
Та тебе ж i лають,
Що й за труди не находять!
Отак-то, Богдане!
Занапастив уси вбогу
Сироту Украйну!
За те ж тобi така й дяка.
Церков-домовину
Нема кому полагодить!!
На тiй Украхнi,
На тiй самiй, що з тобою
Ляха задавила!
Байстрюки ткатерини
Сараною сiли.
Отаке-то, Зiновiю,
Олексiхв друже!1
Ти все оддав приятеля'м,
А хм i байдуже.
Кажуть, бачиш, що все то те
Таки й було наше,
Що вони тiлько наймали
Татарам на пашу
Та полякам: Може, й справдi!
Нехай i так буде!
Так смiються ж з Украхни
Стороннiх люди!
Не смiйтеся, чужi люде!
Церков-домовина
Розвалиться: i з-пiд нех
Встане Украхна.
I розвiу тьму неволi,
Свiт правди засвiтить,
I помоляться на волi
Невольничi дiти!..

1

Блаженний муж на лукаву
Не вступау раду,
I не стане на путь злого,
I з лютим не сяде.
А в законi господньому
Серце його й воля
Навчауться; i стане вiн -
Як на добрiм полi
Над водою посаджене
Древо зеленiу,
Плодом вкрите. Так i муж той
В добрi свохм спiу.
А лукавих, нечестивих
I слiд пропадау,-
Як той попiл, над землею
Вiтер розмахау,
I не встануть з праведними
Злiх з домовини.
Дiла' добрих обновляться,
Дiла' злих загинуть.

52

:Пребезумний в серцi скаже,
Що бога немау,
В беззаконiх мерзiу,
Не творить благая.

А бог дивиться, чи у ще
Взискающий бога?
Нема добро творящого,
Нема нi одного!
Коли вони, неситiх,
Грiхами дознають?
фдять люде замiсть хлiба,
Бога не згадають,
Там бояться, лякаються,
Де страху й не буде.
Так самi себе бояться
Лукавiх люде.
Хто ж пошле нам спасенiу,
Верне добру долю?
Колись бог нам верне волю,
Розiб'у неволю.
Восхвалимо тебе, боже,
Хваленiум всяким;
Возрадууться Iзрахль
I святий Iаков.

53

Боже, спаси, суди мене
Ти по свохй волi.
Молюсь: господи, внуши хм
Уст мохх глаголи,
Бо на душу мою встали
Сильнiх чужiх,
Не зрять бога над собою,
Не знають, що дiють,
А бог менi помагау,
Мене заступау
I хм правдою своую
Вертау хх злая.
Помолюся господевi
Серцем одиноким
I на злих мохх погляну
Незлим мохм оком.

81

Мiж царями й судiями
На радi великiй
Став земних владик судити
Небесний владика:
"Доколi будете стяжати
I кров невинну розливать
Людей убогих? а багатим
Судом лукавим помагать?
Вдовi убогiй поможiте,
Не осудiте сироти
I виведiть iз тiсноти
На волю тихих, заступiте
Од рук неситих". Не хотять
Познать, розбити тьму неволi,
I всуу господа глаголи,
I всуу трепетна земля.
Царi, раби - однаковi
Сини перед богом;
I ви вмрете, як i князь ваш,
I ваш раб убогий.
Встань же, боже, суди землю
I судей лукавих.
На всiм свiтi твоя правда,
I воля, i слава.

93

Господь бог лихих карау -
Душа моя знау.
Встань же, боже,- твою славу
Гордий зневажау.
Вознесися над землею
Високо, високо,
Закрий славою своую
Слiпе, горде око.
Доки, господи, лукавi
Хваляться, доколi
Неправдою? Твох люде
Во тьму i в неволю
Закували: добро твоу
Кров'ю потопили.

Зарiзали прохожого,
Вдову задавили
I сказали: "Не зрить господь,
Нiже теу знау".
Умудрiтеся, немудрi;
Хто свiт оглядау,
Той i серце ваше знау,
I розум лукавий.я:
Во днi фельдфебеля-царя2
Капрал Гаврилович Безрукий3
Та унтер п'яний Долгорукий4
Украйну правили. Добра
Таки чимало натворили,
Чимало люду оголили
Оцi сатрапи-ундiра,
А надто стрижений Гаврилич
З свохм уфрейтором малим5
Та жвавим, на' лихо лихим,
До того люд домуштрували,
Що сам фельдфебель дивувались
I маршировкою, i всiм,
I "благосклоннi" пребивали
Всегда к уфрейторам свохм".
А ми дивились, та мовчали,
Та мовчки чухали чуби.
Нiмiх, подлiх раби,
Пiднiжки царськiх, лакех
Капрала п'яного! Не вам,
Не вам, в мережанiй лiврех
Донощики i фарисех,
За правду пресвятую стать
I за свободу. Розпинать,
А не любить ви вчились брата!
О роде суутний, проклятий,
Коли ти видохнеш? Коли
Ми дiждемося Вашiнгтона
З новим i праведним законом?
А дiждемось-таки колись!я:
:Безбожний царю! творче зла!
Правди гонителю жестокий!
Чого накохв на землi!
А ти, всевидящеу око!
Чи ти дивилося звисока,
Як сотнями в кайданах гнали
В Сибiр невольникiв святих,1
Як мордували, розпинали
I вiшали. А ти не знало?
I ти дивилося на них
I не ослiпло. Око, око!
Не дуже бачиш ти глибоко!
Ти спиш в кiотi, а царi:
Та цур хм, тим царям поганим!
Нехай верзуться хм кайдани,
А я полину на Сибiр,
Аж за Байкал; загляну в гори,
В вертепи темнiх i в нори
Без дна глибокiх, i вас,
Споборники святох волi,
Iз тьми, iз смрада i з неволi
Царям i людям на показ
На свiт вас виведу надалi
Рядами довгими в кайданах:
1. Бог создав свiт: небо i землю, i населив усякими тварями,
i поставив над усею твар'ю чоловiка, i казав йому плодитися
i множитися, i постановив, щоб род чоловiчеський подiлився на колiна i племена, а кожному колiновi i племену даровав край жити, щоб кожне колiно i кожне племено шукало Бога, котрий од чоловiка недалеко, i поклонялись би Йому всi люди, i вiровали в Його, i любили б Його, i були б усi щасливi.
2. Але род чоловiчий забув Бога i оддався дияволу, а кожне племено вимислило собi богiв, а в кожному племенi народи повидумували собi богiв, i стали за тих бо-гiв биться, i почала земля поливатися кров'ю i усiватися попелом i костями, i на всiм свiтi сталось горе, i бiднота, i хвороба,
i нещастя, i незгода.
3. I так покарав людей справедливий Господь потом, войнами, мором i найгiрше неволею.я:
57. Племено слав'янське ще до принятiя вiри не ймiло анi царей, анi панiв
i всi були рiвнi, i не було у них iдолiв, i не кланялись Слав'яни одному Богу Вседержителю, ще його й не знаючи.я:
60. Але було два лиха у Слав'ян: одно - незгода мiж собою,
а друге те, що вони, як меншi брати, усе переймали од старших, чи до дiла, чи не до дiла, не бачучи того, що у хх було лучче, нiж братiвське.
61. I поприймали Слав'яни од Нiмцiв королiв i князiв, i бояр,
i панiв, а преж того королi були в хх вибранi урядники i не чванились перед народом, а обiдали з самим простим чоловiком зарiвно, i самi землю орали, а то вже у хх стала пиха, i помпа, i гвардiя i двор.

62. I панiв у Слав'ян не було, а були старшини, хто старiший лiтами i до того розумнiший, того на радi слухають, а то вже стали пани, а у хх невольники.
63. I покарав Господь Слав'янське племено гiрше, нiж другiх племена; бо сам Господь сказав: "Кому дано бiльше, з того бiльше i зищиться". I попадали Слав'яни в неволю до чужих, Чехи
i Полабцi до Нiмцiв, Серби i Болгари до Грекiв i до Турок, Москаль до Татар.я:
72. I не любила Украхна нi царя, нi пана, а скомпонувала собi козацтво, усть то iстеу брацтво, куди кожний пристаючи, був братом других - чи був вiн преж того паном, чи невольником, аби христианини, i були козаки мiж собою всi рiвнi, i старшини вибирались на радi i повиннi були слуговати всiм по слову Христовому, i жаднох помпи панськох i титула не було мiж козаками.я:
76. I день одо дня росло, умножалося козацтво, i незабаром були б на Вкрахнi усi козаки, усi вiльнi i рiвнi, i не мала б Украхна над собою нi царя, нi пана, опрiч Бога удиного, i дивлячись на Украхну, так би зробилось i в Польщi, а там i у других слав'ян-ських краях.я:
94. I Слав'янщина хоч терпiла i терпить неволю, то не сама хх сотворила, бо i цар, i панство не слав'янським духом сотворено,
а нiмецьким, або татарським. I тепер в Росiх хоч i у деспот цар, одначе вiн не Слав'янин, а Нiмець, тим i урядники його Нiмцi; оттого i пани хоч усть в Росiх, та вони швидко перевертуються або в Нiмця, або в Француза, а iстий Слав'янин не любить нi царя, нi пана, а любить i пам'ятау одного Бога Iисуса Христа, царя над небом i землею.
Так воно було прежде, так i тепер зосталось.
95. Лежить в могилi Украхна, але не вмерла.
96. Бо голос хх, голос, що звав всю Слав'янщину на свободу
i братство, розiйшовся по свiту слав'янському. I одiзвався вiн, той голос Украхни, в Польщi:
99. Але не пропаде Польща, бо хх збудить Украхна, котора не пам'ятууть зла i любить сестру свою, так як би нiчого не було мiж ними.
100. I голос Украхни одозвався в Московщинi:
102. I пануу деспот кат над трьома народами Слав'янськими, править через Нiмцiв, псуу, калiчить, нiвичить добру натуру слав'ян-ську i нiчого не робить.
103. Бо голос Украхни не затих.
I встане Украхна з своух могили i знову озоветься до всiх братiв свохх Слав'ян, i почують крик хх, i встане Слав'янщина, i не позостанеться нi царя, нi царевича, нi царiвни, нi князя, нi графа, нi герцога, нi сиятельства, нi превосходительства, нi пана, нi боярина, нi крiпака, нi холопа - нi в Московщинi, нi в Польщi, нi в Украхнi, нi в Чехiх, нi у Хорутан, нi у Сербiв, нi у Болгар.
104. I Украхна буде неподлеглою Рiччю Посполитою в союзi Слав'янськiм.
Тодi скажуть всi язики, показуючи рукою на те мiсто, де на картi буде намальована Украхна: "От камень, него же не берегоша зиждущих, той бисть во главу угла".
Община
:В государстве штатов: 1) Украина с Черноморьем, Галицией и Крымом; 2) Польша с Познанью; Литвою и Жмудью; 3) Бессарабия с Молдавией и Валахией; 4) Остзея; 5) Сербия; 6) Болгария; 7) Дон.
Штат на области (10-2), область на округи (10-2), округ на общины (20-5), в общине от 2000 до 200 семейств.
В общине суть:
1) Управа: соединяет в себе власти судебные, распорядительные и исполнительные. По судебным же делам, кроме уголовных, и во всем относящиеся только к общине. Присуждает наказания: выговор, арест, штраф, отстранение от выборов, тюрьма (7-1 день). За неправую апелляцию получает штрафных от 10 до 100 руб. Ее члены: голова, 4-3 старшин, 10 депутатов от общины, священник и каждый местный житель, окончивший курс гимназии, 5-1 писцов.
Голова получает жалованье 100 руб. и натурой на 100 руб. (провиант, отопка, освещение) и квартиру. Властью своей он приводит
в исполнение все распоряжения начальства, взимает подати для доставления по принадлежности, наблюдает за порядком, питейными и подобными заведениями, аттестует членов и жителей, подает им паспорты и свидетельства местные, блюдет за законностью совещаний и решений управы, приводит их в исполнение, подлежит полной ответственности за общину. Назначается от окружного правления местных жителей бывших или настоящих депутатов на неопределенный срок, должен окончить с успехом школу, не иметь менее 40 лет, быть женатым и не быть под судом.я:
Старшина есть помощник головы. Избирается головою и утверждается окружным правлением.я:
Законное число в присутствии голова и пять депутатов. Решается большинством. За несогласие - жребием. Депутат и священник подают мнения, привилегированный участвует только
в баллотировке, и говорят только по спросу. Голова с старшиной не участвуют в решениях. В делах личного действия головы, священник и каждый депутат могут только протестовать, если находят незаконным; за неправый протест депутат лишается депутатства, а священник подвергается духовному наказанию и выговором от окружного начальника.
Если управа действует неправо, голова под своей ответственностью не приводит в исполнение ее решений до рассмотрения окружным правлением. Если протест головы неправ, то он лишается места. Но если управа будет за него ходатайствовать и если чрез проступок головы вреда не произойдет, ограничивается выговором, штрафом, смотря по важности проступка.

За отсутствием головы его замещает старшина. Никто не может отлучиться из общины без требования начальства и дозволения управы, а член управы - без дозволения управы, голова
ж - без позволения управы.
Заседания делятся на обыкновенные и чрезвычайные. Обыкновенные ежедневно утром либо вечером. Чрезвычайные - во всякое время. Чрезвычайные те, на которых должны быть непременно все члены налицо и все те, кои не имеют препятствий
к избранию в депутаты. На них присуждаются распределения исполнения повинностей и прочие вопросы, имеющие равное для всей общины и не имеющие прямого ряспоряжения начальства.я:
Чрезвычайные заседания могут лишать звания депутатского и назначать нового: но собрание и заседание подлежит только определению большинства 2/3 голосов всей управы или же по приказанию начальства.я:
2) Общинная касса составляется из определенного сбора, частью в общине или с общины лишь полагаемого, штрафов и добровольных пожертвований. И с нее-то и выдаются жалованья. Распоряжается ею управа. Голова только наблюдает за законностью ее распоряжений с ответственностью.я:
3) Магазин. Составляется так же. Управляется так же.
4) Богадельня. Смотрителем полагается священник, за что
и получает по 50 руб. деньгами.
5) Школа. Смотрителем священник и по школе. Он получает как законоучитель и смотритель 100 руб. деньгами. Учителей полагается: арифметики, грамоты и письма 1, географии, истории и космографии 1, три мастера и две руководительницы.
Сироты - мальчики и девочки - воспитываются безденежно, прочие вносят плату годовую от 1 до 10 руб. серебром, смотря по состоянию, и таким же образом натурой.я:
6) Доктор. Если где священник не имеет свидетельства на лечение и ближе 3 верст доктор не живет и аптеки нет, то назначается доктор по желанию общины от Врачебного, областного комитета с назначением жалованья 100 руб. серебром и 100 натурой и квартирой из средств общины с пенсией на 30 лет.я:
7) Церковь. Содержится за счет общины.
ОКРУГ
1) Окружная палата. Судебные дела по округу: все неуголовные и все уголовные до года тюрьмы без утверждения и с утверждением по принадлежности. Их составляют округа - 10 депутатов от округа, назначаемые три от окружной думы, три от окружного духовного совета и кончившие курсы университета. Собрание производится под председательством окружного, за болезнью и отсутствием вице-окружного. Решение большинством голосов, законное число 5 депутатов от округа, 1 от думы и 1 от совета. Всякое решение исполняется окружным по просмотрении стряпчим. Если стряпчий не согласен, то делает протест в областную палату
и дело до порешения в области должно приостанавливаться. За несправедливость протеста наказывается, как и голова. Такой же род надзора стряпчий и везде имеет, где будет указано.
Качество депутатов, кроме показанных в общине, аттестат из гимназии. Качество окружного такое же. Он избирается областным правлением на неопределенный срок.
Депутатам же округа 2 года. Избирается по всеобщинным отобранием голосов чрез земский. Депутатами думы и совета срок по определению сих последних.я:
2) Окружное правление - распорядительная часть по округу. Члены: окружной начальник, вице-окружной, 3 советника.я: Окружное правление распоряжается об исполнении предписаний начальства о содержании порядка и тишины в округе, назначении и смещении лиц, утверждении и оставлении общинных депутатов и прочем.
3) Земская полиция. По исполнительной части. Ее обязанность, действуя по данной инструкции, приводить в исполнение все требования правления, пропущенные стряпчим, и все, которые на основании закона не требуют пропуска.
Члены: исправник:, становые:, канцелярия - на основании палаты. Исправника и становых назначает окружное правление, утверждает областное.
4) Совестный суд, где ведется тяжба, до поступления в палату решается словесно.я:Суд состоит из судьи (депутат от палаты), депутаты от думы, 1-духовного совета.я:
5) Сиротско-опекунский совет имеет попечение за имением и интересами сирот.
6) Дума избирается от купцов, ремесленников и тому подобное
и содержится их иждивением. Решает мировые тяжебные дела означенных лиц и всякие их сделки; последние наблюдают стряпчие. Члены избираются на год: думный голова, депутаты утверждаются областным правлением. Канцелярия. Отдает отчеты палате и областному правлению по роду дел ежемесячно. Приводит в исполнение в своем кругу предписания этих мест и высшего начальства.
7) Духовный совет для управления духовенством округа. Зависит от консистории.
8), 9) Касса. Магазин. Подобно таковым же управы, ими содержится округ. Стряпчий наблюдает.
10) Строительно-дорожный комитет состоит при окружном. Канцелярия, как в палате. Советники, как в правлении. Из них один под титлой старшего, председательствует в небытность окружного. Стряпчий наблюдает.
11) Блюстительный комитет состоит из стряпчего и трех помещиков. Стряпчий назначается областным блюстительным комитетом, утверждается президентом штата, а помощники утверждаются областным правлением.я:Подлежит ведению областного блюстительного комитета.

12) Гимназия. Сверх теперешнего курса преподавания науки юридические, военные, сельские и обзор естественных. Подлежит делению университета.
13) Доктора. Область.
ГОСУДАРСТВО
1) Законодательное собрание, при нем цензурный комитет.
2) Государственный совет. Члены: президент республики, ви-це, министры, государственный прокурор, президент собрания
и президенты штатных отделений его.
3) Министерство иностранное и народного просвещения.
4) Вутренних дел и юстиции - 2,1 и национальных сил.
5) Военное и морское.
6) Финансов и промышленности - 3, 6, 7.
7) Блюстительный комитет - 8.
8) Государственный тюремный комитет - 15.
9) Лица, занимающие важные посты, имеют при себе канцелярии.
10) Государственный магазин - 5.
ОБЩИНА
1) Управа. Члены: голова, старшины, депутаты от общины, привилегированные, священник, писцы.
2) Богадельня. Члены почетные: священник, голова, староста церковный; управы смотритель, прислуга.
3) Школа. При ней библиотека. Члены почетные: голова управы и староста церковный, смотрителем - священник, учителя, мастера, мастерицы, писцы, прислуга.
4) Магазин. Члены почетные: голова и старшины управы, священник, смотритель, прислуга.
5) Общинная касса. Члены почетные: голова и старшины управы, священник, церковный староста, кассир, писцы.
ОБЛАСТЬ
1) Областная палата.
2) Областное управление.
3) Областная полиция (см. земская полиция, но вместо исправника и заседателей - полицеймейстер и советники, становых нет).
4) Магистрат (то же, что дума).
5) Консистория (см. духовный совет), вместо благочинного - архиерей.
6) Областной магазин.
7) Областная касса. Совестного суда нет.
8) Опекунский совет.
9) Строительно-дорожное управление.
12) Блюстительный комитет.
13) Семинария.
14) Университет.
15) Мужской институт.
16) Женский институт.
17) Врачебный комитет.
18) Приют.
ОКРУГ
Окружная палата.
1) Дума (по судебной части). Окружной, депутаты от округа, привилегированные депутаты от думы, духовного совета, стряпчий (от правительства). Канцелярия.
2) Окружное правление (по распорядительной части). Члены: окружной, вице-окружной, канцелярия, стряпчий. Чиновники по особым поручениям.
3) Земская полиция (по исполнительной части). Члены: исправник, заседатели, становые, канцелярия, стряпчий.
4) Дума (по делам легким и всяким сделкам цехов и всяких промышленников). Думный голова, депутаты думные, канцелярия. Стряпчий.
5) Духовный совет. Благочинный, депутаты от духовенства, канцелярия.
6) Окружной магазин: почетные члены: окружной, думный голова, благочинный, директор училищ, члены: директор, помощники, канцелярия, стряпчий.
7) Окружная касса. Члены почетные те же, что и в магазине. Члены: директор кассы, помощники, канцелярия, стряпчий.
8) Словесный суд. По делам тяжебным (для облегчения палате и думе). Судья из членов палаты, депутаты от думы, духовного совета, писарь, стряпчий. Почетными членами: все действительные члены палаты, думы и совета.
9) Сиротско-опекунский совет. Члены: окружной, вице-председатели, депутаты, депутаты от духовного совета, опекуны. Канцелярия. Стряпчий.
10) Строительно-дорожный комитет: окружной, канцелярия, стряпчий.
11) Казначейство - окружной; штат, канцелярия, стряпчий.
12) Блюстительный комитет. Стряпчий, помощник, канцелярия.
13) Гимназия.
14) Мужское рабочее училище.
15) Женское рабочее училище.
ШТАТ
(см. области ь)
1) Сенат - ь1, 8.
2) Комитет внутренних дел - 2, 3, 9.
3) Промышленный комитет - 4.
4) Синод - 5.
5) Штатный магазин - 6.
6) Штатная касса - 7.
7) Комитет финансов - 10.
8) Блюстительный комитет - 12 (вместо стряпчего прокурора).
9) Духовная академия - 13.
10) Академия наук и художеств - 14, 15.
11) Академия народного слова.
12) Высшее женское воспитательное заведение - 16.
13) Медицинская академия - 17.
14) Воспитательный дом - 18.
15) Тюремный комитет.
16) Богоугодный дом.
Над всеми сими и всякими другими по целому штату высшее ведение имеет президент штата, имеющий вице-президентов
и канцелярию. При нем состоит цензурный комитет. Прокурор имеет право протестовать против него.

Часть I. О целях общества
I. В землях, населенных украинским племенем, должно быть основано общество "Вiльна Спiлка" - "Вольный Союз", которое поставит себе задачею работу для политического, экономического и культурного освобождения и развития украинского народа и живущих среди него иноплеменных колоний.
Примечание. Так как украинский народ живет
в разных государствах: В России, в Австрии (в Галиции и Буковине) и в Венгрии (в восточных комитетах) при различных политических условиях (хотя
и при значительно-сходных условиях социальных
и культурных) - то в каждой из этих политических областей приемы общественной деятельности должны быть различны. Поэтому в каждой из вышеупомянутых украинских областей должны быть образованы и особые политические общества - скорее вполне самостоятельные, чем отделы одного и того же, - которые впрочем, по самой силе вещей должны будут прийти в соглашение между собою относительно известной солидарности в действиях и взаимной помощи.
Настоящий проект, выработанный при участии украинцев российских, имеет в виду почти исключительно Украйну российскую же.
II. "Вольный Союз" должен стремиться к достижению своих целей в согласии с подобными ему обществами среди других народов, интересы которых соприкасаются с интересами украинского народа.я:
III. Важнейшей задачей "Вольного Союза" в России в настоящее и ближайшее время должна быть работа для преобразования этого государства на началах политической свободы, приблизительно на следующих основаниях:
1. Под словами - политическая свобода должно разуметь:
А) Права человека и гражданина:
а) Неприкосновенность тела для позорных наказаний
и смертной казни.
б) Неприкосновенность личности и жилища для полиции без судебного постановления.я:
в) Неприкосновенность частным писем и телеграмм.
г) Свобода выбора места жительства и занятий.
д) Неприкосновенность национальности (языка) в частной и публичной жизни.
е) Свобода совести (веры и неверия) и всякого публичного богослужения и обрядов, не противных общественному стыду.я:
ж) Свобода речи, печати, театров и обучения.
з) Свобода сходок, прошений и заявлений внешними знаками (рисунками, знаменами, процессиями и др.) без нарушения внешнего порядка и безопасности в населенных местах.
и) Свобода товариществ и обществ.
i) Право ношения оружия и военных упражнений без нарушения внешнего порядка и безопасности в населенных местах.
к) Право гражданского и уголовного иска против должностных лиц и учреждений за незаконное нарушение интересов лица.
л) Право сопротивления незаконным действиям чиновников.
м) Равенство всех в гражданских правах и обязанностях.я:
Б) Самоуправление
а) Местное: общинное (сельское и городское); волостное; уездное.
Областное. 1
б) Государственное.
2. Самоуправление это должно представляться сходами, или же выбранными собраниями, пред которыми должны быть ответственны все должностные лица, кроме судей, положение которых должно быть определено особо.
Примечание. В основных своих чертах теперешнее судоустройство по уставам 20 ноября 1864 г. может быть признано удовлетворительным.
3. Все лица, достигшие 21-летнего возраста, должны пользоваться избирательным правом и правом быть избираемыми во всякие представительные собрания и должности общинные, волостные и уездные; для права же быть избранным в собрания
и должности областные и государственные необходим 25-летний возраст.
Примечание I. Законы об избирательных сходах и округах должны быть составлены таким образом, чтобы выбранные могли представлять не только жителей всех местностей, но и, по возможности, всех родов занятий, а также не только большинства, но и меньшинства.
Примечание II. Избиратели должны иметь право составлять для своих выборных наказы.
4. В селах общественными делами должен заведовать сход
и выбираемая им управа с выбранным сходом же старшиною.
5. В городах (и местечках), волостях, уездах и областях для
заведования общественными делами должны быть учреждены думы, выбранные на основании особых, составленных без нарушения пункта 3-го, законов об избирательных сходах и округах, - а так-же управы, выбранные думами.я:
7. Сельские сходы, а также городские, уездные и областные думы должны иметь право поручать своим управам вести гражданские и уголовные иски против всякого рода должностных лиц за незаконные их действия.
8. Указанные в 4 и 5 учреждения общинные, волостные
и уездные должны заведовать в своих округах делами местного общественного хозяйства (обществ. имущество, базары, ярмарки
и т.п.), благоустройства (пути сообщения, публичные здания, почты и т.п.) и благосостояния (оздоровление, продовольствие, призрение, страхование, охрана скота от эпизоотий и т.п.) и общественным начальным и (по мере средств) средним обучением.
9. Областным думам и определенным от них управам
и другим органам должно принадлежать: заведование делами местного общественного хозяйства, благоустройства и благосостояний, которые превосходят средства одного уезда, принятие общих мер по области по всем делам общественного хозяйства, благоустройства и благосостояния: надзор за всею экономической деятельностью в области (земледелием, копями, лесами, промыслами, заводами, фабриками и др.) и принятие мер к сохранению природных богатств области и к правильному ими пользованию,
а также к обеспечению и увеличению всеобщего богатства населения области: надзор (инспекция) за публичным обучением в области и заведование школами средними, содержимыми на област-ной счет, а также школами высшими, и учебными учреждениями (академиями и пр.).

10. Сельские сходы, а также волостные, городские, уездные
и областные думы должны иметь право издавать по всем делам, входящим в круг их действий, обязательные постановления (не противные основным законам и общим интересам государственного союза) назначать для удовлетворения подлежащих их ведению общественных нужд налоги и входить в сношения и соглашения с другими подобными учреждениями в пределах государства относительно удовлетворения общих им нужд.
Примечание: II. Равным образом особыми установлениями должны быть определены и отношения к органам местного самоуправления представителей общегосударственного правительства (министров и областных наместников). Но для того, чтобы местное самоуправление было действительным, необходимо, чтоб представители государства могли приостанавливать только такие постановления и действия органов местного самоуправления, которые не согласны с основными законами и общими интересами государственного союза и чтоб возникшее таким образом столкновение разрешалось Сенатом (высшим судом) с ответственностью государственного чиновника за последствия произведенной им остановки.я:
13. Заведование делами, общими всему российскому государственному союзу и общегосударственное законодательство должно принадлежать двум думам:
А) Государственной Думе, гласные которой должны выбираться избирательными сходами по округам, которые должны быть определены особым на этот счет установлением на основании ь3-го и
Б) Союзной Думе, гласные которой должны выбираться об-ластными думами.
Примечание. Областные думы должны давать своим представителям в Союзной Думе наказы и иметь право во всякое время заменять этих представителей другими.
14. Обе общегосударственные думы на время перерыва своих собраний должны составлять из себя Наблюдательную Комиссию.
15. Министры, назначаемые Главою Государства, должны быть ответственны перед обеими думами и могут быть отдаваемы ими под суд.
16. Думе Союзной, как представительнице областей, кроме участия в общегосударственном законодательстве и управлении,
должно принадлежать в частности заведование государственными имуществами, как общим всем областям государства запасом.я:
17. Все названные думы должны обязательно собираться
в определенные сроки на очередные собрания.я:
18. Глава Государства может, с согласия Союзной Думы, распустить Государственную Думу, но в таком случае распускается
и Союзная Дума, а в манифесте о том должен быть назначен
и срок избрания новых членов этих дум; одновременно с изданием этого манифеста должны собираться областные думы, которые и должны заседать до собрания новых общегосударственных дум.
19. В случае незаконного захвата государственной власти
с чьей бы то ни было стороны, должны собираться по собственному почину областные думы, которые и примут меры к восстановлению законного порядка.я:
20. Для суда над министрами за преступления по должности, а также над членами Государственной и Союзной Думы за государственную измену должен собираться Верховный Суд из членов уголовного департамента Сената и Союзной Думы.
21. Сенаторы должны назначаться пожизненно главою государства из кандидатов, предложенных ему Союзною Думою непременно из лиц, получивших высшее юридическое образование и бывших уже членами судебных палат, областных или общегосударственных дум.
22. Думы уездные и областные, а также Глава Государства, должны иметь право поднимать вопрос о несогласии постановлений Государственной и Союзной Думы с основными законами (уставом, конституцией) государства; вопросы эти должны разрешаться Сенатом в общем собрании его департаментов.
23. Никакие перемены в основных законах государства не должны быть производимы без предварительного согласия двух третей голосов Государственной и Союзной Дум и без утверждения Государственного Собора.
24. Государственный Собор должен составляться из членов соединенных Государственной и Союзной Думы, а также из нарочитых гласных, избранных областными собраниями в таком количестве, чтоб число членов Союзной Думы и этих нарочитых гласных было равно числу членов Думы Государственной.
25. Глава Государства должен быть обязан обнародовать законы, принятые общегосударственными собраниями, и постановления Сената, лишающие их силы, а также постановления Государственного Собора, наблюдать за исполнением законов и преследовать в законном порядке их нарушения.
Примечание. Глава Государства может быть наследственный Император, равно как и избранный на срок Председатель Всероссийского Государственного Союза. В первом случае за его действия должны быть ответственны министры, в порядке, указанном в 15 и 21, а во втором он ответственен сам в том же порядке.
IV. Из выше изложенных начал политического преобразования России должно считать особенно важными: 1) права человека и гражданина и 2) самоуправление местное; правление же всею Россией посредством центрального представительного собрания, без признания и обеспечения этих прав и местного самоуправления, должно считать так же мало охраняющим свободу вообще и интересы Украйны в частности, как и теперешнее устройство Российской империи.

V. По осуществлении вышеизложенного или подобного плана политического преобразования России в целом, или в важнейших частях его, члены "Вольного Союза" должны взять на себя обязанность обратить свои усилия к облегчению угнетающих теперь жителей российской Украины общественных тягостей и к обеспечению каждому из них средств к жизни и развитию. Для этого члены "Вольного Союза" должны обязаться проводить, при помощи свободы и через органы самоуправления, всякие меры, направленные:
1. К уменьшению тяжестей военной повинности, впредь пока общие международные отношения дадут возможность заменить постоянную армию временно-собираемыми народными ополчениями.я:
8. К предоставлению, по возможности, каждому земледельцу участия в пользовании или во владении землею и лесом, - посредством раздачи их из государственных имуществ, переселения на незанятые места, выкупа прикредит и пособии от общественных учреждений, покупки общественными учреждениями земель и лесов у частных лиц.я:
10. К поддержке и развитию громадского и товарищеского землевладения и арендования, и всякой другой товарищеской
и артельной работах.
11. К выкупу копей, вод, лесов, железных дорог и т.п. в собственность государства, областей, уездов, волостей или общин и к предоставлению их в пользование населению, возможно дешевое и с применением по возможности артельного способа добывания и обработки продуктов.я:
VI. Проведение вышеочерченных экономических мер составляет наименьшее из обязанностей, принимаемых на себя членами "Вольного Союза", по установлении в России начатков политической свободы; члены же, которые будут считать эти меры недостаточными, могут после этого установления без нарушения своего слова, удалиться из общества, для действования по своему усмотрению.
Заключение. После всего сказанного цели украинского общества "Вiльна Спiлка", в настоящее время могут быть сжато выражены в следующих словах:
I. Цели общегражданские:
а) Права человека и граждаина - как необходимое условие личного достоинства и развития.
б) Самоуправление - как основа для движения к социальной справедливости.
II. Цель частнонациональная:
Политическая свобода - как средство для возвращения
украинской нации в семью наций культурных.
:II
Соцiалiзм прагне до лiквiдацiх всякого панування над людьми, всякох влади людини над людиною.
Майбутнiй устрiй, отже, буде базуватися на як найширшiм самоуправлiннi общин, повiтiв i крахв, складених з вiльних людей i поуднаних мiж собою вiльною федерацiую, що грунтууться на солiдарностi iнтересiв.я:Девiзом найвищох iсторичнох еволюцiх буде: солiдарнiсть i свобода.
Стосовно того погляду на свободу, держава - в теперiшньому значеннi слова - за-лишитись не може. Держава, як узагалi всяке правлiння, що базууться на гнобленнi, не може мати мiсця в майбутньому суспiльному ладi. Iх мiсце всюди заступить адмiнiстрацiя суспiльних витворiв, вибрана всiма членами общини, повiту i т.д.
Релiгiя, яка нинi служить також подекуди засобом визиску
i тому задоволена такою опiкою держави i правлячих класiв - приведена до властивого свого значення - стане приватною справою. Зрештою, з поступом освiти мiсце догматичнох релiгiх всюди займе позитивна наука i мистецтво.
Натомiсть виховання повинно бути справою народною. Прагнути до цього будуть однаково всi: община, повiт, край.я:Нинiшню однобiчну систему виховання повинно замiнити виховання всебiчне:
Супротивний всiлякому утисковi, соцiалiзм мусить засудити нинiшну обездолення жiнок; вiн вимагау для них рiвних прав
з чоловiками, рiвнох можливостi навчання i якнайширшого поля для конкуренцiх з точки зору розумовох i взагалi будь-якох працi на користь суспiльства.я:

III

:Нацiональна справа вiдносно самох основи соцiалiзму у справою другорядною, але з погляду практичнох дiх при нинiшньому станi нацiонального питання (у нас особливо) вимагау глибшого розгляду. Прагнучи до свободи i знищення усякого гнiту, соцiалi-сти не можуть бути байдужими щодо гнiту нацiонального. А там, де нацiональне питання належним чином ще не розв'язане,: там вони мусять активно пiдтримувати вiдокремлення рiзних дрiбних нацiй, - чи то iз-за своух автономiчнох i федеративнох позицiх взагалi, чи то внаслiдок того, що лише пристосування до мiсцевих нацiональних елементiв дасть хм можливiсть впливати на той елемент i вести його з собою до спiльностi i збратання народiв, чого жодним пригнiченням досягнути не можна.я:

VI

Заперечуумо в цiлому нинiшню державну владу, як установлену буржуазiую i яка боронить виключно хх iнтереси. Однак можемо i повиннi користуватися державними iнституцiями, оскiльки це може допомогти здiйсненню нашох програми.
До тiух мети ведуть двi дороги: одна - покладатися на дiю вроджених сил, що схильнi до розпаду i будуть триматися засади: "чим гiрше, тим краще", а отже, iгнорувати нинiшнiй стан дiйсностi i чекати банкротств i занепаду, пiсля яких приступлять до зведення новох будови; або також - що майже те саме, - дiую чисто негативною пiдтримувати той занепад, не закладаючи одночасно пiдвалин пiд майбутню будiвлю. т iнший, бiльш позитивний спосiб, який полягау в тому, що користууться iснуючим нинi iнститутом i тяжiу до розширення влади пролетарiату з метою поетапного приготування новох суспiльнох органiзацiх. Обидвi дороги
у революцiйнi, бо заперечують нинiшнiй лад, у той час як так званi реформiсти визнають цей лад в основi добрим, який потребуу тiльки часткового полiпшення. Реформiсти воюють палiативами,
а ми прагнемо вказати на справжню причину зла, що мiститься
в самому суспiльному устрох; хочемо усунути не окремi наслiдки, але джерело, звiдки воно витiкау. Другу зi вказаних вище дорiг, тобто старання передусiм про здобуття влади для пролетарiату, вважаумо тому за ефективнiшу, що у вона певнiша: засуджуючи iснуючий стан справ, ми приступаумо вiдразу до будування майбутньох споруди i можемо мати надiю, що, доки впаде теперiшня будова, грунт пiд майбутню вже буде приготовлений i фундамент закладений. Натомiсть, покладаючись цiлком на дiю руйнiвних сил, не знаумо, чи пiсля остаточного повалення нинiшнiх iнституцiй очiкуваний нами порядок буде спроможним увiйти до життя; подiх могли б захопити нас у хвилi, коли грунт ще не буде приготований i дорога до реакцiх вiдкрита.

VII

Заперечуючи сучасну державу, тим бiльше мусимо заперечувати нинiшну панування загарбницьких урядiв над народами польським i украхнським i прагнення репрезентантiв чужих народiв до гегемонiх над ними. Немау-бо народiв вищих i нижчих: усi у рiвними i мають рiвне право на вiльний розвиток.

VIII

Показавши вище наш погляд на соцiальне питання i остаточну мету наших прагнень, приступаумо до окреслення найближчих наших вимог, якi разом утворюють программу безпосередньох нашох дiяльностi.
:Першим кроком до здобуття полiтичнох влади у, як вiдомо, участь у законодавчiй дiяльностi, бо на перший план ставимо
повсюдне право вибору i виборностi до парламентських органiв, як центральних, так i провiнцiйних, i общинних, з якнайповнiшим дотриманням виборчох свободи, насамперед прямих виборiв i таумного голосування.
Вiд того ж уряду мусимо далi домагатися свободи спiлкування i зборiв, свободи мови i друку - якнайширшох, вiльнох вiд обмежень i застережень, розрахованих на шкоду народовi. Усi тi свободи становлять стiльки ж засобiв до боротьби в руках пролетарiату.
Домагання покращень в органiзацiх промислу, фабричних законiв, особливо закону, що забезпечуу здоров'я i життя робiтникiв; обмеження кiлькостi робочих годин; захист жiнок i дiтей вiд визискування; врегулювання питання про учнiвство, промислове судочинство и т.д. i передусiм запровадження вiльних ро-бiтничих спiлок. Все це повинно входити до перелiку наших тимчасових вимог, бо ж завдяки одержанню тих поступок не тiльки полiпшиться побут робiтникiв, - наскiльки це поки що можливо, - але також змiцниться сила пролетарiату в боротьбi з буржуазiую, оскiльки зменшиться конкуренцiя мiж самими робiтниками.я:
Нинiшня система оподаткування кладе головну частину тягаря на пролетарiат через посереднi податки. Будемо ж невпинно домагатися знищення посереднiх податкiв i замiни хх прогресивним прибутковим податком.я:
:Iдеал нацiональнох самостiйностi в усякiм поглядi, культурнiм i полiтичнiм, лежить для нас поки що, з нашох теперiшньох перспективи, поза межами можливого. Нехай i так. Та не забувауймо ж, що тисячнi стежки, якi ведуть до його осушення, лежать просто-таки пiд нашими ногами, i що тiльки вiд нашох свiдомостi того iдеалу, вiд нашох згоди на нього буде залежати, чи ми пiдемо тими стежками в напрямi до нього, чи, може, звернемо на зовсiм iншi стежки. Виплоджений так званим матерiалiстичним свiтоглядом фаталiзм2, який твердив, що певнi (соцiальнi, разом з тим i полiтичнi) iдеали мусять бути осягненi самою "iманентною" силою розвою продукцiйних вiдносин, без огляду на те, чи ми схочемо задля сього кивнути пальцем, чи нi, належать сьогоднi до категорiх таких самих забобонiв, як вiра в вiдьми, в нечисте мiсце i феральнi дiх. Ми мусимо серцем почувати свiй iдеал, мусимо розумом уяснювати собi його, мусимо вживати всiх сил
i засобiв, щоб наближуватись до нього, iнакше вiн не буде iснувати i нiякий мiстичний фаталiзм не сотворить його там, а розвiй матерiальних вiдносин перший потопче i роздавить нас, як слiпа машина.

I

В останнiх роках у всiх кругах громади йде жива суперечка про перебудову всього громадського устрою для осягнення якнайкращого розвою всiх громадянських сил. Рiзнi люди висловлюють рiзнi погляди вiдповiдно до того, на якому становищi стоять i якi iнтереси та суспiльнi сили уважають найважнiшими. Ось на днях читали ми в "Новом времени" голос д. Меншикова, який : говорячи про будущiй устрiй Росiх, нi з сього нi з того випалюу таку бомбу: "Россия для русских! Нема бiльшох дурницi, як признавати в будущiй думi якiсь права iншим народностям, або признавати, прим., украхнцiв, якимось окремим народом. Не слiд також допускати до думи всiх iнородцiв: уврехв, полякiв, башкирiв, кавказцiв. Треба показати хм, що ми тут пани".я:
Кращi уми в Росiх, йдучи за такими ж умами Захiднох твропи, давно вже вказали iнший шлях для справдi тривкого i плодючого розвою. Сей шлях основууться на першому принципi всякого громадського життя - пошанi до чоловiка, до його кровних iнтересiв, до його природних, невiдчужених прав, таких як свобода слова
й органiзацiх, як нетиканiсть домашнього огнища без суду, як свобода заробiтку та переселення i т.д. Се елементарнi основи для всякого хоч трохи успiшного життя громадського i державного, i, власне, запевнення i укрiплення тих основ не бачимо досi в Росiх. Вiд того браку терпить i пропадау так само великоруське плем'я, як i всякi iнородцi, i поки стан сех елементарнох необезпеченостi тривау в Росiх, поти всякi такi балакання, що "ми тут пани" i "Россия для русских", виходять на жалку самохвальбу того хазяхна, що, сховавшися пiд столом перед грiзною коцюбою своух господинi, вiдтам пискливим голосом озивауться: я пан дому!я:

II

З питанням про надання всiм росiянам (не лише "русским") повнох горожанськох свободи (до таких гарантiй належать: перенесення управи краю i законодавства на виборну народну репрезентацiю, одвiчальнiсть мiнiстрiв перед тою репрезентацiую i контроль державних фiнансiв з боку тох ж репрезентацiх) в'яжеться тiсно питання автономiх крахв i народностей, питання, що мусить бути розв'язане не лише в iнтересi поодиноких народiв i крахв, але i в iнтересi цiлох держави. Росiйськi письменники та полiтики дуже часто, коли зайде мова за автономiю рiзних окрахн, вiдкидають усяку думку про нех головно тому, мовляв, усяка така автономiя ослабить цiлiсть держави. Так як коли б для збереження цiлостi людського тiла доконче було треба, щоб у нього були зв'язанi руки й ноги, закритi очi та затканi вуха. Вони не хочуть розумiти того, що, обезсиливши поодинокi частi держави, вони обезсилять тим самим i цiлiсть. Щоб держати окрахни в нiмiм i глухiм послусi, на се треба повертати чимраз бiльше урядових сил i грошей, якi без того можна б повертати на спiльну користь усiух людностi. Розрiст державнох адмiнiстративнох машини, зовсiм непродуктивнох, а зате ненажернох, потягау за собою чимраз бiльшi кошти i не осягау своух цiлi, бо, як ми бачили в останнiх роках росiйськох iсторiх, такий розрiст доводить на кiнцi до повного безладдя, до самоволi навiть найдрiбнiших чиновникiв, до повного упадку почуття права серед людностi, доводить самих чиновникiв до крадiжок, до хабарництва, а мирну люднiсть до розрухiв i актiв самоволi як пiмсти за ту самоволю, яку iй доводиться терпiти.я:Надання такох автономiх рiзним окремим частинам великох держави, отже, не лише iнородцям, але й "коренным русским" у рiзних частинах широкох держави, то не лиш уступка, добродiйство держави для людностi. Нi, се держава мусить робити в свохм власнiм iнтересi.я:Росiйська держава занадто велика, щоб один центральний уряд мiг лише дбати про безпечнiсть i законнiсть у всiх частинах i крахнах, але тим менше вiн може дбати в кожнiй частинi про тисячнi мiсцевi iнтереси, дрiбнi з погляду державного, але дуже важнi для загалу мiсцевох людностi. Дороги i шляхи, мости i греблi, недороди i мiсцевi випадки, пошестi й хороби, школи i лiкарнi - все се такi речi, що iнакше залагоджуються в кожнiй губернiх i вимагають окремого проводу й опiки не так уряду, як радше власних мiсцевих людей, зорганiзованих для сього дiла. Така автономiя нiяким робом не може бути шкiдлива для цiлостi держави, навпаки, вона корисна для нех, бо дбау за зрiст добробуту i заспокоуння народних потреб у кожнiм куточку держави вiдповiдно до мiсцевих обставин. Вона пожиточна для держави й тим, що полегшуу iй адмiнiстрацiю, беручи на себе тi хх частi, яких ведення було б для державних урядiв занадто коштовне. Без такох автономiх жодна держава не може остоятися, i тi, що радять Росiх обходитися без нех, очевидно, самi не тямлять, що говорять.

III

Свобода й автономiя мусять нерозривно в'язатися з собою,
а властиво автономiя мусить опиратися вповнi на основах горожанськох свободи.я:
:Покликом нашим у сю пору не може бути анi автономiя sans phrase (без розмов/франц. - Уклад.), анi федералiзм sans phrase, але все i всюди: повна полiтична воля i рiвнiсть кожнох людськох удиницi, забезпечення хх людських прав, а вже на тiй основi автономiя нацiональностi.
Книга первая
СУЩЕСТВО И СВОЙСТВА НАРОДНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВА
I. Представительство и полномочие
:Эта перемена обозначает огромный шаг в развитии общественной жизни. Политическая свобода получает здесь форму, гораздо более соответствующую требованиям государства. С помощью представительного начала она может распространяться на обширные области, на многочисленные народы, не ограничиваясь тесным пространством: Нет сомнения, что этим способом выдвигаются из массы, если не всегда лучшие силы земли, то, по крайней мере, люди, стоящие выше общего уровня.
Таким образом, в новых обществах, масса граждан, пользующихся политической свободой, имеющих право голоса, ограничивается выбором представителей, которым поручается ведение дел, охранение прав и интересов избирателей. Однако представительство не есть простое поручение, как частная доверенность или полномочие; государственное начало придает ему совершенно иной характер.я:
:На поверенного возлагается не исполнение частной воли доверителя, а обсуждение и решение общих дел. Он имеет в виду не выгоды избирателей, а пользу государства. Призванный к участию в политических делах, он приобретает известную долю власти, и тем самым становится выше своих избирателей, которые
в качестве подданных, обязаны подчиняться его решениям.я:
Таким образом, воля граждан всецело переносится на представителя: за ними не остается ничего, кроме голого права выбора. Мало того, выборный человек является представителем не только своих избирателей, но и тех, которые его не выбирали, массы людей, лишенных выборного права, меньшинства, подававшего против него голос. В законодательных палатах депутаты считаются представителями даже и не округов, их избравших, а целой страны, целого народа.я:Представительное начало в своей полноте является как бы юридическим вымыслом, но это вымысел, вытекающий из самого существа дела, из государственного начала, из отношения власти к гражданам, из господства общего блага над частными целями.
Однако этим не исчерпывается существо представительства.я:Представитель не только лицо, служащее государству, но на этой службе он заступает место самих граждан, на сколько они призваны к участию в государственных делах. В нем выражается их право; через него проводятся их мнения. Считаясь представителем всего народа, действуя во имя общих государственных целей, он, вместе с тем, является органом большинства, его избравшего. При выборе лица, избиратели руководствуются не столько его способностями, сколько соответствием его образа мыслей и направления с их мнением и интересами, и хотя юридически он становится независимым, общение мыслей должно сохраняться постоянно; остается зависимость нравственная. Если же связь исчезла, если представитель или сами избиратели отклонились от прежних убеждений, новые выборы дают гражданам возможность восстановить согласие, заменить прежнего представителя другим.я:
Таким образом, в самом существе представительства лежит двойственный характер: Оно является вместе и выражением свободы, и органом власти. Свобода возводится здесь на степень государственной власти.я:
IV. Свойства народного представительства
:В наше время едва ли кто станет отрицать огромные и благодетельные последствия, истекающие из представительных учреждений для народов, к ним приготовленных, в странах, где установилось вожделенное согласие политической свободы с властью, порядком и общей пользой. Прежде всего, права и интересы граждан находят здесь высшее обеспечение. Классы, облеченные политическим правом, имеют возможность стоять за себя, защищать и свои, и общие выгоды. Участвуя в верховной власти, представитель является в ней законным заступником не только
своих избирателей, но и всех граждан в совокупности. Закон, утвержденный на общем согласии, ограждает права всех и не подвергается произвольным переменам и нарушениям. Власти, друг друга сдерживающие, устраняют произвол, пресекают злоупотребления, содействуют прочности законного порядка. Нет сомнения, что представительное устройство не составляет единственной гарантии права и свободы. Напротив, оно имеет значение только при существовании других, ближайших к народу учреждений, непосредственно касающихся жизни. Независимый, бескорыстный, хорошо устроенный суд, надлежащая доля местного самоуправления гораздо лучше охраняют личность, собственность и интересы граждан, нежели участие их в верховной власти. Последнее составляет венец здания, а не краеугольный его камень. Но без политической свободы все низшие гарантии сами не ограждены от нарушения. Власть, ничем не сдержанная, легко склоняется
к произволу. Низшие органы правительства, те, которые приходят в ближайшее соприкосновение с гражданами, получают свое бытие, свою силу и направление от власти верховной, а потому высшей гарантией прав и интересов народа может быть только народное представительство, участвующее в действиях и постановлениях самой верховной власти.я:
Такая крепость права, такое ограждение свободы от произвола имеют огромное влияние на возбуждение народных сил, на развитие общего благоденствия. Человеческая деятельность требует простора и безопасности. Уверенность в будущем, в прочности порядка, в невозможности произвола составляет первое условие всякого предприятия. Только при свободе энергия лица может проявиться во всей своей полноте; в свободе лежит главная пружина человеческого совершенствования. Куда бы мы не обратились, везде существует этот закон.я:Еще более требует свободы духовная деятельность человека, которая вся истекает из свободной мысли; для нее свобода так же необходима, как воздух для физического организма. Поэтому свободные народы - самые богатые и самые просвещенные.я:
Однако не следует и преувеличивать значения свободных учреждений. С одной стороны, как мы заметили, низшие, ближайшие гарантии могут существовать и без высших. При некоторой степени общественного развития, при благоразумии правительства, они могут вполне удовлетворить народным нуждам. Произвол сдерживается нравственной силой общества, опасением
неудовольствий, желанием блага в правителях, которые обыкновенно готовы дать подданным всевозможные учреждения, охраняющие личность и собственность, если только не затрагиваются права верховной власти. С другой стороны, бури, вызываемые
политической свободой, могут подвергать жизнь и имущество граждан гораздо большей опасности, вносить в общественные отношения несравненно бо'льшую шаткость, нежели самый сильный деспотизм. Поэтому частные интересы обыкновенно ищут успокоения от революционных смут под сенью самодержавной власти, которая доставляет каждому возможность мирно заниматься своими делами и безопасно достигать своих выгод.

Просвещенный абсолютизм, дающий гражданам все нужные гарантии в частной жизни, содействует развитию народного благосостояния гораздо более, нежели республики, раздираемые партиями.я:Политическая свобода полезна для народов только в их зрелом возрасте, в полном цвете жизни. Поэтому и означенное выше положение, что представительное устройство, охраняя свободу и права граждан, наиболее содействует развитию общественных сил, не следует принимать за безусловное правило, приложимое ко всякому времени и ко всякому месту. Оно имеет значение только при известных данных.
Но охранение свободы, обеспечение права и проистекающее отсюда возбуждение народных сил не составляют единственной, ни даже верховной цели государства, личная свобода и частные выгоды подчиняются в нем высшим началам; на первом месте стоит благо целого союза.я:
:Все, что может сделать общественная мысль в приложении к государственной жизни, дается политической свободой. Народное представительство служит постоянным органом общественного мнения. Правда, это не единственное его выражение; существуют и другие пути: областные и сословные собрания, печать. Но в народном представительстве рассеянные, частные суждения приобретают общее средоточие, общественное мнение получает правильную организацию.я:Сосредотачиваясь в верховном собрании, оно получает и особенный вес, какого не имеют рассеянные, одиночные суждения; оно становится силой в глазах правительства и народа.
Никто не станет утверждать, что общественное мнение всегда верно видит вещи и судит о них безупречно.я:
Но если общественное мнение не может считаться непогрешимым судьей политических вопросов, если не следует подчиняться ему безусловно, то свободное его выражение всегда имеет неоспоримые выгоды. Оно прежде всего обнаруживает настоящее состояние общества и управления. Существующее зло не таится внутри, а выходит наружу. Народные нужды становятся известны всем, а потому скорее и легче могут быть изысканы средства исправления недостатков. В государствах, где политическая свобода не существует, где не допускается критика господствующего порядка, где выражение общественных потребностей считается неуважением к власти, правительству и в особенности монарху, не всегда легко узнать настоящее положение дел. Злоупотребления тщательно скрываются, ибо обнаружить их могут только те, которые сами в них виновны или за них отвечают. Правителям выгодно представлять в благоприятном свете результаты своего управления и устранять всякое противоречие.я:Плодом такого порядка вещей является расслабление всего государственного организма или общественный переворот, который разом изменяет весь жизненный строй народа.
Все это устраняется народным представительством, которое постоянно стоит настороже, поднимая голос во имя общественных нужд и обнаруживая истинное положение дел.я:
Этого мало. Народное представительство не только служит органом общественных потребностей, но оно оказывает правительству значительное пособие и при обсуждении средств к устранению зла. Если оно не всегда судит правильно, то, во всяком случае, оно вносит в суждение новые элементы, новые точки
зрения, особенно касательно приложения законов к практике.
:Приложимость закона, польза, которую может принести известная мера, зависят не только от внутренней их доброты, но и от состояния общества, в котором они должны действовать, от того мнения, которое имеет о них народ. Закон, вошедший в общее убеждение посредством всесторонних и гласных прений, приобретает несравненно бо'льшую силу и пользуется бо'льшим доверием, нежели закон, обсужденный тайно и проникающий в общество, к нему не приготовленное.
Таким образом, приобщая к себе народное представительство, власть приобретает новые силы и новые опоры. Оно яснее видит состояние общества, глубже вникает в его потребности, получает новые элементы суждения и может действовать решительнее, опираясь на доверие народа и на общую готовность поддерживать меры, одобренные выборными людьми.
Но польза, приносимая государству народным представительством, не ограничивается свободным проявлением общественной мысли.я:Гораздо важнее то, что мысль здесь прямо переходит
в дело, что общественное мнение становится выражением воли народной, участия граждан в общих делах государства. Правительство не только выслушивает мнение, когда ему угодно, но
и должно с ним сообразоваться. Этим только способом устанавливается действительный контроль общества над государственным управлением, а такой контроль бывает весьма полезен.я:Взаимный контроль воздерживающих друг друга властей составляет самое надежное обеспечение хорошего управления.я:
Контролем представительного собрания устраняются и те произвольные и необдуманные решения, которые нередко навлекают бедствия на страну.
:Общественный контроль в особенности полезен для фи-нанcов.я:Общественный контроль, несомненно, содействует правильности государственного хозяйства. Охраняя народный кошель, представители воздерживают произвольные расходы и устраняют легкомысленную расточительность, которая так часто расстраивает финансы в самодержавных государствах. А как скоро есть гарантия правильного хозяйства, так естественно возрастает доверие к государственным средствам. Вообще говоря,
конституционные государства пользуются бо'льшим кредитом, нежели самодержавные, хотя это не общее правило. Кредит приобретается доверием к прочности существующего порядка и к умению правительства вести свои дела.я:
Представительные собрания действуют на правительство не только как задержка, но и как побуждение к деятельности.

В этом также состоит одна из существенных выгод политической свободы. Трудно пребывать в покойной рутине, когда рядом стоит власть, постоянно следящая за правителями и напоминающая им о поребностях общества. В каждом сколько-нибудь независимом собрании существует более или менее сильная оппозиция, которая своею смелой критикой, своими неумолкающими нападками, возбуждением новых вопросов, заявлением об общественных нуждах беспрерывно толкает правительство вперед, заставляет его обращать внимание на все упущения и принимать меры к их исправлению.я:
Представительные учреждения сами в значительной степени доставляют элементы для хорошего правительства. Это опять одна из важных услуг, которые они оказывают государству. Здесь выделываются люди, развиваются и выказываются способности.я:Парламент дает государству способнейших деятелей.я:Конечно, это не может быть возведено в общее правило; подобные явления возможны только в обществе, которое вековой практикой приобрело опытность в государственных делах. Но нет сомнения, что парламентское поприще пополняет недостатки бюрократического и в значительной степени содействует возвышению способностей государственных людей.
Представительные учреждения служат лучшей политической школой и для народа. Приобретая долю влияния на государственные дела, избиратели, естественно, принимают в них живое участие. Гласное обсуждение вопросов развивает в народе политическую мысль, необходимость совокупной деятельности, изощряет практические способности граждан. Можно сказать, что только с помощью представительных учреждений общественное мнение может достигнуть надлежащей зрелости.я:
Наконец, представительные учреждения внушают народу
и бо'льшую привязанность к существующему порядку. Здесь удовлетворяется прирожденное человеку чувство свободы. Если всякий совершеннолетний хочет сам управлять своими действиями, то и народ, достигший политической зрелости, естественно, стремится к самоуправлению. Участвуя в верховной власти, гражданин чувствует себя не подвластным, а свободным лицом; он исполняется сознанием своего достоинства, своего права и своей силы, - сознанием, дающим высшую цену и красоту самой жизни.я:Чувствуя себя живым членом государственного организма, он всеми силами заботится об его сохранении. Государство приобретает новые опоры в мыслях и сердцах своих граждан.
Таковы весьма значительные выгоды, которые может принести государству народное представительство. Твердые гарантии права, возбуждение общественной самодеятельности, новые мысли, новые силы, - все это может дать свобода, входящая в государственную жизнь, как один из существенных ее элементов. На помощь правительству приходит здесь целое общество, а это должно возводить государство на высшую ступень развития. Если бы этими выгодами исчерпывалась вся сущность дела, если бы свобода всегда приносила подобные плоды, едва ли на свете существовали бы иные государства, кроме представительных.я:История не представляла бы нам картины жаркой борьбы за свободу, медленного ее развития, насильственного водворения, горьких разочарований и частых падений. Но, как всякое человеческое установление, политическая свобода, кроме выгодных сторон, имеет и другие, которые иногда уравновешивают, а иногда перевешивают первые. Слишком часто она оказывается неспособной водворить прочное устройство и служить государственным целям; нередко она приходит в столкновение с другими, самыми коренными элементами государства, без которых ни одно общество не может обойтись, с властью и порядком, а в таких случаях народ, естественно, держится высших начал, ухватывается за основы общества, жертвуя другими, меньшими выгодами. Свобода в государстве должна подчиняться обществу и благу целого; она может достигать полного развития только там, где она способна действовать в согласии с другими элементами. Но это соглашение составляет одну из самых трудных задач политической жизни, идеал, которого достижение часто оказывается невозможным.
Государственное управление требует от правительства двух существенных качеств: высшего сознания и единства воли. И то,
и другое далеко не всегда обеспечивается политической свободой.я:
:Личный интерес, который в частной деятельности составляет главную движущую силу, является, напротив, помехой для политической свободы, требующей от гражданина непрерывного внимания к общественным делам, готовности жертвовать своими частными выгодами и удобствами общей пользе. Свободные учреждения, которые не находят постоянной поддержки в народе, всегда непрочны. Но такое зоркое внимание к общему делу предполагает либо слабое развитие частной жизни, как в древних государствах, либо весьма высокое политическое развитие граждан, которое встречается не везде.
Недостаток самодеятельности на общую пользу тем в большей степени проявляется в людях, чем менее они знакомы
с общественными делами.я:Занятие ими требует и высших способностей: здесь нужны общие взгляды, внимание не только
к своим, но и к чужим выгодам; нужны обширные соображения, совершенно выходящие из круга ежедневной деятельности ли-ца. И чем выше союз, к которому принадлежит человек, тем сложнее и обширнее становятся вопросы, тем они дальше от обыкновенного понимания людей.я:Огромная масса людей: не в состоянии судить о государственном устройстве и управлении, как не может рассуждать о законах физики или химии, хотя
и подлежат их действию.

Между тем, политическая свобода предполагает это знание общедоступным или, по крайней мере, весьма распространенным в народе. Оно требуется не только от членов палат, но и от самих избирателей, которые должны судить о мыслях и направлении представителей.я:Неспособность гражданина касается не его одного, а имеет влияние на всех; преждевременное вручение политического права одному поколению определяет судьбу последующих и может навлечь на них несчетные бедствия.
К невыгодам, проистекающим от низкого уровня политического знания, присоединяется трудность соединить в одно многие, разрозненные воли. Это опять коренной, неизбежный недостаток политической свободы. Управление государством требует единой воли и единой власти; между тем, в народном представительстве собираются разноречащие и часто противоположные мнения, направления, интересы, и все они должны соединиться в одно верховное решение. Эта цель достигается тем, что дается перевес большинству, которого воля считается волей всех. Но: большинство вовсе не означает господства лучшего мнения; увлечение играет в нем слишком значительную роль; на самое постоянство соединения редко можно рассчитывать. Поэтому даже хорошо составленное представительство всегда страдает неизбежными, присущими ему недостатками.
Всякий, кто обращал внимание на деятельность законодательных палат, знает, с какой медленностью, а иногда, наоборот, с какой излишней поспешностью производятся в них дела.я:Отсюда бесконечные и бесполезные речи, составляющие язву собраний.я:
Можно сказать, что представительное собрание менее всего способно к обдуманному, зрелому, стройному законодательству. Огромное большинство представителей состоит из людей, которые знакомы с практикой, но не изучали теории законов и не вращались в государственных делах.я:
Менее всего представительное собрание способно к установлению совершенно нового законодательства.я:Большинство представительного собрания, от которого зависит решение, не обладает достаточными сведениями для такой работы, ибо состоит из людей преимущественно практических.
К этому присоединяется и другое обстоятельство: всякое коренное преобразование неизбежно затрагивает весьма значительные интересы, а поэтому находит в них сильное противодействие. А так как эти интересы имеют своих представителей в собрании, то с ними надобно считаться.я:
Вследствие этих причин всякое преобразование, при обычном представительном порядке, становится весьма затруднительным. Мысль должна долго созревать в общественном мнении, постепенно преодолевать сильные преграды, медленно подвигаться вперед, осуществляться полумерами и частными уступками.я:
Относительно законодательства можно вообще сказать, что при удовлетворительном составе представительное собрание равно удаляется от крайностей. Оно мешает положительно дурному законодательству, но не содействует и хорошему, а, скорее всего, ведет к посредственному. Оно не допускает совершенного застоя, но препятствует и преобразованиям, а довольствуется медленными и постепенными улучшениями, к которым более всего приходятся его свойства.
Гораздо менее, нежели к законодательству, выборные собрания способны к управлению, которое по преимуществу требует единства воли.я:
Вместо участия в управлении, к чему, по справедливому мнению Милля, представительное собрание радикально неспособно, он предлагает возложить на него верховный контроль над правительством, единственное дело, которое по существу своему, должно принадлежать выборным палатам. Нет сомнения, что эта задача более свойственна народному представительству; однако и она далеко не всегда исполняется им удовлетворительно.я:Относительно контроля, с которым необходимо соединяется и влияние на управление, можно сказать то же, что и о законодательстве: представительство, бесспорно, устраняет злоупотребления, препятствует произволу, но далеко не всегда содействует наилучшему решению. И здесь устанавливается нечто среднее, соответствующее настоящему состоянию общества.
Это предполагает, однако, хороший состав представительства. Совсем другое имеет место, когда собрание выходит из общества, не приготовленного к политической деятельности, обладающего незначительным количеством образованных сил или раздираемого партиями. В таком случае ничтожество палаты представляет еще самый лучший исход; хотя оно роняет значение свободных учреждений, но, по крайней мере, высшим государственным интересам не наносится существенного вреда. Гораздо хуже собрание, имеющее значительные притязания и неспособное приняться за дело, - собрание, которое считает себя представителем народа, а потому хватается за все, которое употребляет все усилия, чтобы подорвать доверие к правительству, а, между тем, само не
в состоянии произвести что-нибудь прочное и положительное. Плодом его деятельности может быть только расслабление государства или глубокое общественное потрясение.

Каков бы ни был, впрочем, состав представительства, при самых благоприятных условиях оно движется и действует не иначе, как борьбой партий. Здесь опять открывается один из коренных недостатков представительного устройства. В борьбе и господстве партий, которое имеет впрочем и свои выгоды, лежит величайшая опасность политической свободы. Партии составляют естественную и непременную ее принадлежность.я:
Источник политических партий лежит как в самом существе государственного организма, так и в составе общества, и, наконец, в свойствах человеческого развития. Государство есть сложное тело: в нем сочетаются не только различные, но и противоположные элементы, которые могут совмещаться только при взаимном ограничении. Свобода должна подчиняться власти, закону, порядку; наоборот, власть должна стеснять себя в пользу свободы, предоставляя последней надлежащий простор и даже влияние на общие дела.я:
Разгар страстей, сопровождающий борьбу партий, не ограничивается общественными вершинами, теми немногими деятелями, которые ведут между собой борьбу в представительных палатах, на выборах и в печати. Раздвоение, неприязнь, взаимная ненависть сторон проникают в глубину общества, которое, устремив взоры на своих представителей, получает от них направление, разделяет их надежды и негодование, старается поддержать их всеми средствами. Народ распадается на враждебные лагери, между тем как единство народной жизни и крепость государственного организма основаны на общих чувствах, интересах и целях, связывающих граждан. Когда эта внутренняя вражда ограничивается мирной борьбой мысли и слова, когда она держится в законных пределах, соединяется с уважением к противникам, когда, наконец, она касается вопросов второстепенных, а не самых основ государства или общества, тогда эти споры, эти столкновения, не разрывая общественного единства, составляют только естественное, хотя
и сопряженное с неизбежным злом, проявление внутреннего разнообразия жизни.я:
Все исчисленные невыгоды составляют естественное последствие политической свободы и представительного порядка. Всякое человеческое установление имеет свои темные стороны; зло всегда и везде перемешивается с добром. В данных обстоятельствах, при известном состоянии народа надобно взвесить, что' преобладает: выгоды или недостатки? Заключение не всегда будет одинаково,
а потому и представительное устройство не всегда окажется умест-ным. Следовательно, задача сводится к тем условиям, которые необходимы для того, чтобы народное представительство могло держаться и действовать с пользой для народа и государства.я:
Книга первая
Личность и общество

Глава I

Личность
Общество состоит из лиц, а потому лицо, естественно, составляет первый предмет исследования.я:В человеческих обществах главными определяющими факторами жизни и развития являются не слепые инстинкты, а разум и воля, которые, по существу своему, принадлежат не безличному целому, а отдельным особям. Не общество, а лица думают, чувствуют и хотят; поэтому от них все исходит и к ним все возвращается. Если в физическом организме изучение строения клеточек составляет необходимую научную основу биологических изысканий, если в обществах животных мы должны изучить строение и функцию отдельных единиц прежде, нежели заняться наблюдением совокупной их жизни, то в отношении
к человеческим обществам это вдвойне необходимо.я:
Но что такое человеческая личность? Человек, прежде всего, отделяется от других, как самостоятельный животный организм, имеющий свои физические потребности и стремящийся к их удовлетворению: Но над чисто животными элементами воздвигается целый духовный мир, источником которого служат разум и воля: этими высшими способностями человек вступает во взаимодействие с себе подобными; на истекающих отсюда отношениях строится общежитие.
Как существо, обладающее разумом и волей, человек является субъектом.
:Так как разум есть способность, идущая за всякие мыслимые пределы, что наглядно выражается математическим шествием в бесконечность, то эта идея присуща ему по самой его природе; она составляет собственное его содержание, независимое от всякого опыта.
От этой идеи получает свое бытие и сама идея свободы. Только потому, что он носит в себе идею Абсолютного, человек способен отрешиться от всякого частного определения, и только в силу этого сознания он может сам сделаться абсолютным началом своих действий. Иначе идея свободы не могла бы даже у него родиться.я:Свободен только тот, кто сознает себя свободным, а сознает себя свободным тот, кто действительно свободен. Таковым может быть единственно разумное существо, носящее в себе сознание Абсолютного, ибо только оно способно отрешиться от всякого частного определения и стать абсолютным началом своих действий.я:
А так как этот переход от Абсолютного к относительному совершается действием свободы, то и это отпадение от Абсолютного есть акт свободной воли человека. Он может следовать закону, но он может и от него отрешаться. Как отвлеченно общее определение, противоположное частным, закон сам есть известного рода частное определение, которое, поэтому, не связывает человека. Выбор между двумя путями составляет неотъемлемую принадлежность свободы. Отсюда понятия вины и ответственности.

Эти начала появляются в сознании человека вместе с самим развитием свободы.я:Свобода, стремящаяся к осуществлению абсолютного закона в человеческой деятельности, есть свобода нравственная. Нередко ее признают за единственную истинную свободу, отрицая это значение у произвола.я:Свободная воля составляет, таким образом, основное определение человека, как разумного существа. Именно вследствие этого он признается лицом и ему присваиваются права. Личность, как сказано, есть корень и определяющее начало всех общественных отношений; поэтому мы должны точнее рассмотреть, в чем состоит ее природа и каковы ее свойства. Они ясны из предыдущего.
Во-первых, личность не есть только мимолетное явление,
а известная, постоянно пребывающая сущность, которая вытекает из ее действия в прошлом и будущем, признает своими, и это самое признается и всеми другими. Без такого признания нет постоянства человеческих отношений. Но этим самым личность определяется, как метафизическое начало.я:
Во-вторых, личность есть сущность единичная. Это не общая субстанция, разлитая во многих особях, а сущность, сосредоточенная в себе и отделенная от других, как самостоятельный центр силы и деятельности. Это своего рода атом.
В-третьих, личность есть сущность духовная, то есть, одаренная разумом и волею. Человек имеет и физическое тело, которое ограждается от посягательства со стороны других; но это делается единственно вследствие того, что это тело принадлежит лицу, то есть духовной сущности.я:
В-четвертых, воля единичного существа признается свободною. Вследствие этого ей присваиваются права, то есть власть распоряжаться своими действиями и присвоенными ей физическими предметами. В этом заключается коренной источник права; животные прав не имеют.
В-пятых, личности присваивается известное достоинство, в силу которого она требует к себе уважения. Это опять начала чисто духовные, неизвестные физическому миру.я:

Глава II

Общество
Человек есть существо общежительное; таково первое положение всякой теории человеческого общества. Отдельное лицо не в силах удовлетворять свои потребности; оно ищет общение с другими. Это стремление вложено в него самой природой; оно проявляется с самых первых времен его существования. Человек не живет в одиночку, подобно многим животным даже высшего разряда, а всегда в соединении с другими.я:
Первая потребность, из которой рождается общение и которая одинаково присуща человеку и животным, есть потребность размножения. Она ведет к соединению полов, к воспитанию детей
и к основанию семейств.я:
Другая, столь же важная потребность, ведущая к общению, состоит в удовлетворении материальных нужд. В одиночку человек есть самое беспомощное существо. У него меньше средств для предохранения себя от посторонних влияний и меньше орудий для защиты и нападения, чем у других животных. Все это восполняется деятельностью разума, с помощью которого он приобретает внешние орудия и средства защиты, извлекает из природы нужные ему материалы и перерабатывает их для своей пользы. Разум покоряет ему природу и делает его царем земли.я:
В действительности, кроме экономических потребностей существуют другие, гораздо высшие, потребности чисто духовные, которые, в свою очередь, могут удовлетворяться только взаимным общением между людьми. Лишь при этом условии возможно развитие разума, который, как сказано, является владычествующим фактором в самых материальных отношениях.
Первое явление духовной жизни в общении людей есть язык. Это одно уже совершенно выделяет человеческое общество из всех подобных явлений животного царства. Слово служит выражением общих понятий, которые отсутствуют у животных и составляют специальную принадлежность человека. Через посредство языка происходит общение разума; люди понимают друг друга.я:
Люди соединяются для известных целей, для удовлетворения своих материальных и духовных потребностей. Многие из этих целей имеют временный и преходящий характер, а потому и возникающие из них соединения являются и исчезают.я:
Другие цели, напротив, обнимают разнообразные стороны жизни и создают для человека общую среду, в которой он живет и действует. Таково государство, представляющее общество, как единое целое. Но именно потому, что эти цели духовные, все такого рода союзы, по существу своему, должны быть основаны на признании духовной природы человека, то есть, на признании его разумно-свободною личностью, ибо только ей свойственно это высшее служение и только ей могут быть предъявлены вытекающие отсюда требования. Там, где человеческая личность не признается, там нет истинно человеческого общежития, а могут быть лишь смутные его зачатки. Там есть внешнее насилие, а не разумное устройство.
Таким образом индивидуализм, состоящий в признании свободы лица, составляет краеугольный камень всякого истинно человеческого здания. Теории, которые не хотят знать ничего кроме владычества целого над частями, пригодны для машин, а не для людей. В действительности, сознанием и волею обладают только отдельные лица, а не общие учреждения, которые существуют
и действуют единственно тем, что они представляются лицами.я:
Анализ дал нам два противоположные элемента общежития. Духовная природа личности, как мы видели, состоит в свободе; общественное начало, как ограничение свободы, выражается в законе. Поэтому основной вопрос заключается в отношении закона к свободе. Это отношение совершенно иное, нежели то, которое господствует в области физических явлений. Там закон властвует как физическая необходимость, которой нельзя избежать; здесь он является как требование, обращенное к свободному лицу, которое, как таковое, может его исполнить или от него уклониться. Отсюда первый коренной вопрос: какого рода это требование, сопровождается ли оно принуждением или нет? От различного решения этого вопроса зависит двоякое отношение закона к свободе принудительное и добровольное. Первое касается внешних действий, составляющих область внешней свободы, которая одна подлежит принуждению; второе обращается к внутренним побуждениям, истекающим из свободы внутренней. Из первого рождается право; второе составляет источник нравственности. Мы должны исследовать каждое из этих двух начал отдельно.

Книга вторая
Право

Глава I

Существо и основные начала права
Что такое право?
Это слово, как известно, принимается в двояком значении: субъективном и объективном. Субъективное право определяется как нравственная возможность, или иначе, как законная свобода что-либо делать или требовать. Объективное право есть самый закон, определяющий эту свободу. Соединение обоих смыслов дает нам общее определение: право есть свобода, определяемая законом. И в том, и в другом смысле речь идет только о внешней свободе, проявляющейся в действиях, а не о внутренней свободе воли; поэтому, полнее и точнее можно сказать, что право есть
внешняя свобода человека, определяемая общим законом.
Это определение просто, ясно и вполне приложимо ко всем явлениям. Если мы за исходную точку возьмем не субъективное, а объективное право, то мы придем к тому же результату, ибо все содержание юридического законодательства состоит в определении прав и обязанностей лиц, следовательно, их свободы с ее границами и вытекающими отсюда отношениями. Это и есть то, что закон призван определить и что поэтому составляет основное начало права.я:Существенная задача состоит в разграничении области свободы отдельных лиц. Для разрешения ее путем общего закона требуется общее разумное начало, которое могло бы служить руководством, как в установлении закона, так и в его приложении. Что же это за начало?
Оно искони было присуще сознанию человеческого рода и всегда служило правилом для всех тех, кто беспристрастно, невзирая на личные интересы, разрешал столкновения, возникающие из взаимодействия человеческой свободы. Оно было в совершенно сознательной форме высказано римскими юристами и не может составить предмет ни малейшего колебания для того, кто вправе видеть не один только продукт практической пользы, а условия истинно человеческого существования. Это начало есть правда, или справедливость. Самое слово показывает, что оба эти понятия, право и правда, проистекают из одного корня.я:
:Равенство остается отвлеченным или формальным началом, во имя которого общий закон одинаково распространяется на всех. В этом состоит равенство пред законом, высокий идеал, к которому стремятся человеческие общества и которого многие уже достигли. Сознание этого идеала издавна лежало в душе человеческой. Отсюда старинное требование, чтобы правосудие изрекало свои приговоры, невзирая на лица. Поэтому правда нередко изображается держащей весы с завязанными глазами, в знак беспристрастия. Но осуществление этого начала в общественной жизни было делом долгой истории и упорной борьбы. Только
в новейшее время оно получило преобладание над разными историческими наростами.
В силу этого начала, закон устанавливает общие для всех нормы и одинаковые для всех способы приобретения прав. Самое же осуществление этих прав и пользование ими предоставляются свободе. Закон устанавливает, например, право собственности
и способы ее приобретения, но он не определяет, что кому должно принадлежать: это - дело самих лиц.я:
При таком свободном взаимодействии лиц возможны однако столкновения прав. Разрешение этих столкновений есть дело правосудия. Оно решает, что' по Закону принадлежит одному
и что другому.я:

Глава II

Личные права
Французская революция провозгласила, как известно, целый ряд прирожденных и неотчуждаемых прав человека. Кант, напротив, утверждал, что прирожденное человеку право только одно,
а именно, свобода; все остальное в ней заключается и из нее вытекает. И точно, как мы видели, свобода есть корень и источник всех прав; но в каком смысле может она считаться прирожденным правом человека?
Не в том конечно, что это начало всегда ему присуще, как неотъемлемая принадлежность его природы, которой он фактически не может быть лишен: Истинно человеческая свобода не есть свобода животного, находящегося на воле, а свобода гражданская, подчиненная общему закону. Только в силу этого подчинения свобода становится правом. Но подчинение человека гражданскому порядку не дается разом; это - дело долгой истории.я:Мы видели, что свобода составляет самую духовную сущность человека, неотъемлемое его определение, как разумного существа. Развитие состоит именно в том, что начала, лежащие в глубине природы, приводятся в сознание и переводятся в жизнь. Поэтому, признание человека свободным лицом составляет величайший шаг в историческом движении гражданской жизни; оно обозначает ту ступень, на которой гражданский порядок становится истинно человеческим.я:
Мы видели, что со свободой связано гражданское равенство или равенство перед законом. Как свободные лица, все люди равны, и закон должен быть один для всех; в этом состоит основное требование правды. Отсюда всякое значение общегражданского порядка, заменившего в европейских государствах старый сословный строй, который весь был основан на гражданском неравенстве. Можно сказать, что это составляет одно из великих приобретений нового человечества.я:
Началом равенства перед законом не исчерпываются однако требования гражданской свободы. Им устанавливается только отвлеченно формальное ее условие; содержание ее составляет те различные права, которые вытекают из нее, как необходимые следствия.

Сюда принадлежит, прежде всего, право располагать своими действиями по своему изволению, не нарушая чужого права
и общих условий общежития. Основное правило здесь то, что все, что не запрещаю, то дозволено, в силу естественно принадлежащей человеку свободы. Отсюда вытекает, во-первых, право перемещаться, куда угодно, и селиться, где угодно, не спрашивая
ничьего разрешения.я:
Во-вторых, из того же начала следует право заниматься, чем угодно, и избирать себе род жизни по своему изволению. В этом состоит свобода труда, право неотъемлемо принадлежащее человеку, как свободному лицу, но которое однако только в новейшее время получило полное признание в европейских обществах.я:
С свободою труда связано, в-третьих, право обязываться из-вестными действиями в отношении к другому. Здесь заключается источник личного договора.я:Признание его неразрывно связано с самым признанием свободной человеческой личности и не-отъемлемо принадлежащего ей права располагать собою по собственному усмотрению.я:
Свобода лица выражается не только в праве располагать своими физическими действиями, но и в свободном выражении своих мыслей и чувств. Так как юридический закон касается одних внешних действий, то внутренние помыслы не подлежат его определениям.я:Это относится в особенности к свободе совести.я:
Кроме требований общественной пользы, личное право ограничивается и правами других, также как и, наоборот, оно требует признания с их стороны. Отсюда проистекает двоякое юридическое отношение лиц: отрицательное и положительное.
Первое состоит в признании неприкосновенности лица, как
в физическом его бытии, так и в духовной его сущности. Поэтому, всякое учиненное ему насилие неправомерно, иначе как для отражения им самим совершенного насилия. Если лицо вторгается
в область чужого права, то против него может быть употреблено принуждение, ибо этим охраняется неприкосновенность другого лица, имеющего равные с ним права. Эти отношения распространяются, как увидим далее, и на то, что присвоено лицу.я:
Положительная сторона личного права в отношении к другим состоит в праве вступать с ними во всевозможные соглашения, не нарушая однако прав третьих лиц и общих постановлений. И тут прилагается общее правило, что все, что не запрещено законом, дозволено, в силу естественной свободы человека. Здесь лежит источник всякого рода договоров.я:

Глава III

Собственность
Первое явление свободы в окружающем мире есть собственность. По праву разумного существа человек налагает свою волю на физическую природу и подчиняет ее себе.
Человек, с материальной стороны, сам есть физическое существо и, как таковое, имеет известные потребности которые он удовлетворяет, обращая в свою пользу предметы материального мира. В этом отношении он стоит наряду с животными.я:
В праве собственности мы должны различать три момента:
1) приобретение, 2) пользование, 3) отчуждение.я:

Глава V

Нарушение права
Нарушение права есть крайнее явление свободы, преступающей свои пределы и утверждающей себя в противоречии с законом.
Это нарушение может быть двоякое соответственно двоякому значению права. Мы видели, что право разделяется на субъективное и объективное. Первое есть свобода, определенная законом, второе есть закон, определяющий свободу. Последнее представляет совокупность общих постановлений, равно относящихся ко всем; первое же есть присвоение, на этом основании, тех или других прав отдельным лицам. Некоторые из этих прав вытекают из самого существа личности, как носителя свободной воли; другие же приобретаются действием этой воли.я:
Тут возникает прежде всего вопрос о юридическом основании наказания и о праве его налагать: Надобно, чтобы страх наказания воздерживал, как самого преступника, так и других от совершения подобных действий. Отсюда теория устрашения, которая долгое время господствовала в правоведении.я:
Другие стараются смягчить начала устрашения присоединением к нему нравственных требований. Целью наказания полагается исправление преступника. Через это он делается для общества безвредным, а вместе с тем это - акт любви в отношении
к нему самому.я:
Истинная теория наказания есть та, которая отправляется от начала, составляющего самое существо права - от правды, воздающей каждому свое. Это и признается всеми законодательствами в мире, которые преследуют не чисто материальные,
а идеальные цели.я:
Как разумно-свободное существо, человек сам ставит себе закон, и этот закон применяется к собственным его действиям.
В этом состоит существо правосудия, из которого возникает распределение наград и наказаний: каждому по его делам. Отсюда требование соразмерности наказания с преступлением.я:
Наказание имеет именно целью подавление противозаконных влечений и освобождение разумной воли из-под их гнета. Но прилагаться оно может только во имя справедливости, там, где доказано, что человек это заслужил. Этого требует уважение к лицу, и это есть его право. Нравственное исправление человека, помимо преступного действия, не входит в область юридического закона и составляет недозволенное посягательство на человеческую личность.

Таковы непреложные начала уголовного правосудия, которые признавались и признаются всеми законодательствами в мире, ибо они вытекают из неискоренимых требований человеческого разума и человеческой совести.я:
Книга третья
Нравственность

Глава I

Нравственный закон и свобода
Человек различает добро и зло, нравственные действия и безнравственные; это - факт, не подлежащий сомнению. Но также несомненно и то, что он далеко не всегда сообразует свое поведение с этими понятиями; весьма часто он уклоняется от того, что он сам признает добром, и следует тому, что он признает злом.
И это - факт всеобщий и очевидный. Откуда же проистекают эти понятия и отчего поведение человека далеко не всегда с ними согласуется?
Фактически, нравственность тесным образом связана с религией, которая дает ей самую надежную опору. Человек, который верит в Бога и в будущую жизнь, с наградами и наказаниями распределяемыми всемогущим и премудрым Существом, исполняет с убеждением предписанный Им нравственный закон и терпеливо переносит жизненные невзгоды, нередко сопряженные
с этим исполнением.я:
Ставя себя самого целью своих действий, я должен в одинаковой степени ставить целью и других, мне подобных. Отсюда религиозное правило: ": возлюбиши искренняго твоего, яко сам себе: ". Отсюда и философское правило: ": разумное существо должно быть для тебя целью, а не средством: "
Эти отношения, как сказано, могут быть двоякого рода, отрицательные и положительные, откуда проистекает двоякое требование: 1) не вредить другим, 2) делать другим добро.я:
Мы видели, что и право есть формальное начало, устанавливающее границы внешней свободы и предоставляющее человеку
в этих пределах действовать по своему усмотрению. Нравственность требует уважения к праву, ибо она требует уважения к человеческой личности и охраняющему ее закону; но она ограничивает пользование правом. Обращаясь к внутренней свободе человека, она налагает на него обязанность воздерживаться от такого употребления права, которое противоречит нравственному закону.я:
Книга четвертая
Человеческие союзы

Глава I

Существо и элементы человеческих союзов
Мысль о переходе нравственности из субъективной области
в объективную и о сочетании ее с правом в общественных союзах принадлежит Гегелю. Великий германский мыслитель в глубокомысленных чертах обозначил основные определения этих союзов. Но он впал при этом в некоторую односторонность, которая объясняется исключительностью его идеализма и которая у некоторых его последователей приняла преувеличенные размеры.я:Человеческие общества суть не учреждения, а союзы лиц. Если между этими лицами устанавливается живая связь, если вырабатываются общие интересы и учреждения, то все это совершается не иначе, как путем взаимодействия самостоятельных единиц, одаренных каждая собственным сознанием и собственной волей. В этом именно состоит существо духа, что орудиями его являются разумные и свободные лица. Они составляют самую цель союзов. Не лица существуют для учреждений, а учреждения для лиц. От них исходит и совершенствование учреждений. Последние развиваются и улучшаются именно вследствие того, что лицо отрывается от существующего порядка и предъявляет свои требования и свои права.я:
Таким образом, лицо, с одной стороны, имеет самостоятельное существование помимо общества; с другой стороны, оно является краеугольным камнем всего общественного здания. Поэтому индивидуализм составляет основное начало всякого человеческого союза; без этого нет истинно человеческой жизни, нет ни права, ни нравственности, следовательно, нет тех характерных черт, которые отличают человеческие общества от чисто животных соединений. Отсюда понятно крайняя односторонность тех учений, которые исходят от отрицания индивидуализма.я:
Общество, которое отрицает индивидуализм, подрывает собственные свои духовные основы. Жизненное его призвание состоит в осуществлении права и нравственности, а корень того и другого лежит в единичном лице. Задача заключается, следовательно, не в отрицании одного элемента во имя другого, а в разумном соглашении обоих. Для этого нужно прежде всего ясное понимание тех начал, которые сочетаются в общежитии, а также способов их сочетания. В этом и состоит задача философии права.
Эти начала, как мы видели, суть право и нравственность, из которых первое определяет внешнюю, а вторая внутреннюю свободу человека. Право есть начало принудительное; поэтому им определяется вся принудительная система законов и учреждений, составляющая, можно сказать, остов общественного тела. Необходимость установления такой системы вытекает из самих требований права. Мы видели, что потребность принуждения ведет к установлению власти, его прилагающей. Эта потребность вызывается как столкновениями между людьми, так и соединением сил для достижения общих целей. Для того, чтобы право соблюдалось нерушимо, оно должно выразиться в системе учреждений, владычествующих над лицами. В этом состоит первое основание всякого общественного порядка.

Через это право возводится на высшую ступень: из частного оно становится публичным. Вместо отношения отдельных лиц между собою, тут является отношение целого и частей. Однако
и первое отношение не исчезает; лицо не поглощается обществом, а сохраняет свою самостоятельную сферу деятельности и свои определения. Сами союзы, в которые вступают лица, могут иметь более или менее частный характер. Только на высшей ступени,
в государстве, господствующим началом становится публичное право.
Но возвышаясь в общественную сферу, право не теряет через это своих существенных свойств. И тут, как и в праве вообще, основное отношение состоит в противоположности закона и свободы. Где нет свободы, там нет субъективного права, а где нет закона, там нет объективного права. Но к этим двум началам присоединяется новый элемент - власть, призванная охранять закон и сдерживать свободу. Она составляет необходимое центральное звено всякого общественного порядка; это - владычествующий в нем элемент.я:
Внимание к интересам подвластных лиц составляет первое требование от всякого правительства, понимающего свое призвание. Когда же с интересом соединяется право и последнее, в силу общего закона, должно уступить общественному началу, то необходимо вознаграждение, как было выяснено по поводу отчуждения собственности. Высшее правило общественной жизни, как юридическое, так и нравственное, состоит в соблюдении правды, то есть,
в воздаянии каждому того, что ему принадлежит. Менее всего согласуется с этим началом сведение общественного блага к владычеству интересов большинства над интересами меньшинства. Такого рода количественные определения, в которых упражняются утилитаристы за недостатком разумных начал, не приложимы
к нравственной области. Эгоизм общества, который Иеринг возводит в верховное правило человеческого общежития есть в высшей степени безнравственное начало. Оно настолько хуже личного эгоизма, насколько общественное начало шире и могущественнее личного. Нравственное требование состоит не в том, чтобы преследовать свои выгоды, а в том, чтобы уважать чужие. Поэтому там, где владычествует большинство, нравственное требование состоит
в том, чтобы уважать права и интересы меньшинства; и, наоборот, там, где владычествует меньшинство, требуется уважение к правам и интересам большинства. Только этим удовлетворяется правда, составляющая верховный закон всего юридического, освященного нравственностью порядка. К этому и должно быть направлено внутреннее устроение человеческих обществ.
Таким образом, по содержанию, общественная жизнь слагается из трех элементов. Мы имеем, с одной стороны, систему интересов, которая управляется частным правом, с другой стороны - нравственный закон, составляющий абсолютное предписание, обращающееся к человеческой совести, и, наконец, собственно общественный элемент, образующий область совокупных интересов, управляемых публичным правом и представляющий сочетание права
и нравственности. К этому присоединяется, как мы уже видели
(кн. 1, гл. 2), четвертый элемент, составляющий их исходную точку, а именно, коренящиеся в физиологических определениях естественные связи, которые лежат в основании всего человеческого общежития. Отсюда, как из первоначального центра, расходятся противоположные определения права и нравственности, которые опять сводятся к высшему единству в общественном начале.
Эти четыре элемента составляют, вместе с тем, основание четырех разных союзов, представляющих естественные разветвления человеческого общежития. В каждом из них находятся все элементы, но тот или другой является преобладающим. Эти союзы суть семейство, гражданское общество, церковь и государство.я:
Эти четыре союза представляют, вместе с тем, развитие четырех формальных начал всякого общежития. Эти начала суть, как мы видели: власть, закон, свобода и цель. И тут, при совместном существовании, преобладающим является то одно, то другое.
В семействе первенствующее значение имеет общая цель, благо союза, которое не отличается еще от блага членов: оно состоит
в единении членов, основанном на взаимной любви; поэтому оно всецело охватывает их жизнь. Это составляет первую ступень общежития. Затем, в двух противоположных друг другу союзах,
в гражданском обществе и в церкви, преобладающими началами являются, с одной стороны, свобода, подчиняющаяся закону, а с другой - закон, исполняемый свободою. Наконец, государство, возвышающееся над обоими, является высшим выражением начала власти, вследствие чего ему принадлежит верховная власть на земле.я:
Таким образом, мы имеем цельную и стройную систему человеческих союзов, представляющую полное развитие идеи общежития и отвечающую самым внутренним свойствам души человека, а потому выражающую истинную его природу. Последовательное рассмотрение каждого из них раскроет нам в подробностях как их существо, так и основные их определения.я:

Глава III

Гражданское общество
Гражданское общество есть совокупность частных отношений между лицами, управляемых гражданским или частным правом. Кроме отдельных лиц, сюда входят и образуемые ими частные союзы. С этой точки зрения семейство входит в состав гражданского общества, хотя оно имеет свои собственные, специально ему свойственные начала.
Но и тут право устанавливает только формальную сторону общежития. Содержание его составляют определяемые правом интересы, материальные и духовные. Мы видели, что понятие об интересе к праву не приложимо. Интерес есть цель, которую ставит себе человек; правом же определяется область его свободы, то есть возможность преследования этих целей совместно со свободой других. Правом устанавливаются границы, в которые интерес вносит жизненное содержание. При общении людей, из этого возникает живое взаимодействие интересов, которые, соединяясь и разделяясь, образуют бесконечно разнообразное сплетение частных отношений. Совокупность их и есть то, что называется человеческим обществом, или просто обществом, в отличие от государства. Последнее название обозначает не столько юридическую, сколько жизненную сторону этих отношений.я:
Находясь в государстве и подчиняясь ему внешним образом, общество состоит с ним в постоянном взаимодействии. Оно влияет на государство, также как последнее, со своей стороны, влияет на него. Но общество не поглощается государством, также как
и семейство им не поглощается, хотя и оно в нем находится
и состоит у него в подчинении. Для человеческой личности, для ее свободы и прав, это признание самостоятельности гражданского общества имеет в высшей степени важное значение, ибо этим оно ограждается от поглощения целым. Этим разрешается, вместе с тем, и вечно продолжающийся спор между индивидуализмом и централизмом в общественной жизни. На индивидуализме зиждется гражданское общество, централизм составляет принадлежность государства.я:
:Демократия никогда не может быть идеалом человеческого общежития. Она дает преобладание наименее образованной части общества.
Распределение образования не идет однако вровень с материальным достатком. Образование не передается из рода в род, как имущество; для усвоения его требуется собственный труд. Поэтому оно достигает высшей степени там, где с достатком соединяется труд, а это именно то, что имеет место в средних классах. Богатство избавляет от труда, вследствие чего на вершинах общества нередко встречается скудость умственного развития. Противодействием этой естественной наклонности могут служить только
живые политические интересы, которые требуют высшего умственного развития и составляют могучую приманку для людей, обладающих значительным достатком. Без этого последние ограничиваются спокойным наслаждением приобретенными без труда материальными благами и стремятся лишь к удовлетворению своего тщеславия. Таково весьма обычное явление в государствах, где не развита политическая жизнь. Средние классы, напротив, будучи достаточно обеспечены для того, чтобы не находиться под гнетом материальной нужды, должны однако трудом пробивать себе дорогу к высшему положению. От них, поэтому, всегда и везде исходит умственное движение.я:
Устройство гражданского общества, в своем историческом развитии, проходит через три следующие друг за другом ступени: порядок родовой, сословный и общегражданский.я:
В последнем сохраняется различие интересов, а вместе с тем
и все разнообразие общественных положений и классов; но это не ведет к различию прав: закон остается один для всех. Им определяются как частные отношения людей между собой, так и права частных союзов. Это и составляет идеал права, а потому общегражданский порядок должен считаться окончательным. Но установление его возможно единственно вследствие того, что надо гражданскому обществу, как самостоятельному союзу, представляющему совокупность частных отношений, воздвигается государство, как представитель целого, которому вверяется охрана общего закона.я:

Глава V

Государство
Государство есть союз людей, образующий единое, постоянное и самостоятельное целое. В нем идея человеческого общества достигает высшего своего развития. Противоположные элементы общежития, права и нравственность, которые в предшествующих союзах, в гражданском обществе и в церкви, выражаются в односторонней форме, сводятся здесь к высшему единству, взаимно определяя друг друга: в юридических установлениях осуществляются общие цели, господствующие над частными, что и дает им нравственное значение.я:
В силу этой идеи, государство является верховным союзом на земле; ему, поэтому, присваивается верховная власть. Во всяком разумно устроенном человеческом обществе такая власть необходима, ибо без нее невозможно соглашение разнообразных его элементов: надобно, чтобы кто-нибудь разрешал возникающие между ними столкновения. Но она не может принадлежать ни гражданскому обществу, которое есть собрание дробных сил, ни церкви, которая принудительной власти не имеет, она может принадлежать только государству, которое сочетает в себе оба элемента, юридический и нравственный. Поэтому государство вкратце может быть определено, как союз людей, образующих единое целое, управляемое верховной властью.я:
Но если государство воздвигается, как владычествующий союз над всеми остальными, то, спрашивается, в чем же состоят их взаимные отношения? Где границы его деятельности и чем обеспечивается самостоятельность подчиненных союзов?

Теоретически эти границы определяются той сферой деятельности, которая, по идее, принадлежит государству. Прежде всего, как союз юридический, оно призвано устанавливать и охранять нормы права. Мы видели, что существеннейшая сторона права состоит в установлении общих обязательных норм, одинаковых для всех. Такая задача очевидно может и быть только делом власти, возвышающейся над всеми частными лицами и установлениями, то есть государства. Оно же призвано охранять эти нормы от нарушения. Первое совершается законодательством, вто-рое - судом.
Но задачи государства не ограничиваются охраной права.я:Оно призвано удовлетворять и все материальные и духовные интересы общества, насколько они касаются целого и требуют совокупной организации. Это составляет задачу гражданского управления.я:
Форма права, которая выражается в государственном законе, есть право публичное. Им определяются не отношения свободных лиц друг к другу, а отношения членов к целому. Поэтому здесь закон не может быть один для всех. Права властей и права подчиненных не одни и те же. Здесь господствуют начала не правды уравнивающей, а правды распределяющей, которая воздает каждому то, что ему принадлежит, сообразно с его значением
и призванием в общем союзе. Но именно потому эти определения касаются лишь единственно как членов и представителей целого, а не в их частных отношениях.я:
Истинный корень свободы заключается в личном праве; общественное право служит ему только гарантией и восполнением. В этом выражается то отношение государства к гражданскому обществу, которое было изложено выше. Гражданское общество есть настоящее поприще человеческой свободы. Государство воздвигается над ним, как высший союз, но оно в гражданском обществе имеет свои корни и из него черпает свои силы. Где нет широкой свободы гражданской, там политическая свобода всегда будет висеть в воздухе. Отсюда высокая важность преобразований, устанавливающих всеобщую гражданскую свободу в стране.я:
Гарантией личного права служат постановления закона, ограничивающие действия властей, и установление независимого суда, их охраняющего.я:
Таким образом, источник публичного права, также как и част-ного, есть свобода.я:
Основное требование состоит в том, чтобы владычествовали образованные классы, которые одни обладают способностью ясно понимать и обсуждать политические вопросы; а так как образованные классы суть, вообще зажиточные классы, и соединения достатка с образованием составляют высшую гарантию привязанности к общественному порядку, то установление известного имущественного ценза составляет совершенно рациональное требование политического устройства. Если этот ценз достаточно низок, он может вмещать в себя все демократические элементы, имеющие вес и значение. Но чистая демократия противоречит этому требованию. Она является полным отрицанием начала способности, а потому никогда не может быть идеалом политического устройства.я:
Государство же представляет не простое собрание лиц, а организованное целое, облеченное полновластием над членами. Связью этого целого служит закон, устанавливающий отношение власти и подчинения во имя общего блага. Законом устанавливаются и сами органы власти, которые могут иметь разнообразное строение. Без сомнения, носителем верховной власти может быть и совокупность граждан; таково начало демократии. Но это отнюдь не единственная правомерная и даже не высшая форма государственного устройства.я:
:Высшая цель, представляющая полное осуществление идеи, состоит в гармоническом соглашении всех элементов в совокупном устройстве, в видах общего блага. Отсюда четыре давно извест-ные и всеми признанные формы государственного устройства или образы правления: монархия, аристократия, демократия и смешанная. Каждая из этих форм имеет свое преобладающее начало, свое устройство и свои способы действия; каждая соответствует известным общественным потребностям или известной ступени развития, чем и оправдывается ее существование. Но идеалом очевидно может быть только смешанное правление, ибо оно одно заключает в себе всю полноту государственных элементов, а идеал состоит именно в гармоническом сочетании всех элементов.я:
:Верховная власть распределена здесь между различными органами. Это распределение связано с разделением власти на отдельные отрасли, вытекающие из самого ее назначения. Эти отрасли суть власть законодательная, судебная и правительственная. Первая представляет отношение власти к закону, вторая - к свободе, третья - к государственной цели. Последнюю можем разделить на две: на власть военную и административную, из которых первая имеет в виду безопасность, а вторая благоустройство. В совокупности они представляют полное осуществление государственных целей, а с тем вместе и идеи государства.я:

Глава VI

Международные отношения
Государство есть верховный человеческий союз. Но государств на земле много, и между ними постоянно происходят столкновения, которые, за отсутствием высшего судьи, разрешаются войнами, то есть, правом силы. Может ли это считаться нормальным явлением в человеческом обществе? И не требуется ли установление власти, которой подчинялись бы все государства в мире?я:
В международных отношениях эти противоречия принимают только более резкую форму вследствие отсутствия высшей, принудительной власти, господствующей над сторонами.

Этот недостаток восполняется двумя путями: осложнением интересов и развитием нравственного начала.
Если бы два государства, сильное и слабое, стояли друг против друга без всякого отношения к другим, то последнее всегда находилось бы во власти первого. Но в действительности, рядом существуют многие, более или менее равносильные государства, которые сдерживают друг друга. Как скоро одно из них хочет усилиться и расширить свои владения на счет слабейших, так другие соединяются, чтобы дать ему отпор. На этом основана система политического равновесия, которая играет первенствующую роль в международных отношениях.я:
:Нравственный закон не воспрещает войн, но он требует,
1) чтобы по возможности смягчались проистекающие из них бедствия; 2) чтобы они велись только во имя высших, нравственных целей, а не по прихоти правителей и не для притеснения других.я:
Вечный мир, о котором мечтают моралисты, может быть только венцом всего развития человечества.я:
При всем разнообразии существующих государственных форм Западная Европа и Америка представляют нам один общий тип так называемого правового государства. Конституционная монархия и представительная республика, - все равно, будут ли они основаны на начале политической централизации или: федерализма, - имеют между собой целый ряд сходных черт, а эти черты складываются в одно общее понятие правового государства. Спрашивается, какие же это черты?
Всего нагляднее выступают они в сравнении современного государства с древним. Древнее государство имело своей основой иерархическое соподчинение замкнутых сословий. Одни из этих сословий - рабы, полусвободные, колоны и т.д. лишены были всяких политических прав и в то же время приурочены раз навсегда и наследственно к службе другим. Поднимаясь от них по ступеням, если можно так выразиться, общественной лестницы, мы одинаково встречаем в любом из государств Древнего мира большее или меньшее число сословий, члены которых наделены гражданскими правами и не имеют прав политических. Наконец, на высших ступенях стоят жрецы, воины, к которым в Греции
и Риме присоединяются граждане сперва одного главного города, а затем: и пригородов, муниципий, колоний и т.д.
Эти высшие сословия одни полноправны, одни разделяют между собою политическую власть в государстве, что по понятиям тогдашнего времени равносильно политическому равноправию.
От древнего государства перейдем к новому. При всех ограничениях, какие по отношению к равноправию создает в разных государствах избирательный ценз, мы вправе сказать, что гражданин любого государства есть "правоспособное лицо" - это значит не только то, что его нельзя считать вещью,: что он не только свободен в своей гражданской деятельности, но и то, что он в большей или меньшей степени участвует в управлении общественными делами. Чем далее проводится избирательными законами начало всеобщего голосования, тем резче выступает политическое равноправие граждан. Чем слабее оно проведено, тем более ограничена, если не гражданская, то политическая правоспособность, но нигде это ограничение не идет до того, чтобы дать право утверждать, что тот или иной гражданин не имеет никаких политических прав. Если не в общих государственных выборах, то в земских, городских или общинных гражданин является участником политической власти, определяя выбор других на политические должности, или сам попадая на последние в силу того же выбора.
Итак, одной из основных особенностей современного государства, которое мы назовем правовым, в отличие от древнего, является начало равенства, более или менее далеко проведенного
равенства, не только гражданского, но и политического. Это равенство очевидно не означает того, чтобы тот или другой класс общества, или то или другое лицо не имело бы преобладающего значения в делах общины, города, области или государства. Оно означает только то, что нет лиц, по рождению обреченных на роль одних немых зрителей чужого дела.
Итак, первая черта правового государства: участие всех его граждан в разной степени в политической власти. Говоря это,
я решительно расхожусь с теми, которые видят различие между свободой, как разумели ее древние и современным понятием о ней, то обстоятельство, что для человека древности свобода означала непременное участие в политической власти, а для человека нового мира только свободу самоопределения, свободу личной деятельности.
В понятие той и другой свободы одинаково входит элемент участия в политической власти. Различие же лежит только в том, что в новом государстве к этому элементу присоединяется еще другой, который не входил в представление о свободе в государствах Древнего мира. К рассмотрению этого элемента мы сейчас
и перейдем, так как в нем лежит другая характерная черта правового государства.
Когда в древней Индии, в Риме или Греции известное лицо стояло, так сказать, во главе общественной лестницы, принадлежало к высшим сословиям, это не значило еще, чтобы лицо это было свободно в выборе и направлении своей личной деятельности. Член жреческой касты, например в Индии, не мог, если бы
и пожелал этого, заняться лично земледелием, скотоводством или поступить на частную службу; он был стеснен не одними общественными предрассудками, но и самою буквой закона. Менее резко та же черта выступает в классических государствах древности: римский патриций как и афинский гражданин обязан был заниматься политическими делами и не мог уклониться от них
в интересах личного преуспеяния. Далее. Если мы обратим внимание на ту сферу проявления личной свободы, которая обнимается понятием "свободы юридических сделок", то мы придем опять-таки к заключению, что политическое равноправие в древности не сопровождалось полной свободой личности. При всем желании афинский или римский гражданин не мог сделать женой свою рабыню, а при кастовом устройстве, какое мы встречаем в Индии или в Египте, жрец или воин не мог вступить в законный брак не только с рабыней, но и с женщиной низшего, зависимого состояния. Возьмем пример: при всем желании политически равноправный гражданин Древнего мира не мог сделать собственником человека не свободного, так как последний по закону не имел собственности и все, чем он владел, считалось принадлежностью господина.

Это ограничение "свободы сделок" касалось самых разнообразных сторон личной деятельности человека.я:
Таких ограничений личного самоопределения человека и свободы сделок не знает современное правовое государство: гражданин в нем свободно избирает любое занятие и свободно вступает с любыми лицами в имущественные и брачные договоры. Чем спрашивается объясняется эта черта различия?
Она лежит в том, что древнее государство если не поглощало всецело, то подчиняло себе личность в гораздо большей степени, нежели новое. Другими словами, в том, что древняя свобода означала одно лишь участие в политической власти, а новая сверх того означает еще невмешательство в личную деятельность. Очевидно, что говоря это, мы не хотим сказать, что и современное государство не имеет права принуждать частное лицо к известного рода действию, иначе было бы необъяснимо как существование всеобщей воинской повинности, так и не меньше общей обязанности платить налоги. Мы хотим сказать только то, что вынуждая известные действия, необходимые для его целей, государство предоставляет во всех остальных полную свободу личного выбора.я:Оно было совершенно немыслимо в древности, в которой личность признавалась настолько, насколько это угодно было государству.
Итак, вторая черта отличия современного правового государства от древнего лежит в свободе личного самоопределения. Французские публицисты, России в том числе, употребляют два различных термина для обозначения, с одной стороны, суммы тех прав, в силу которых гражданин современного государства является участником политической власти и тех, которыми обуславливается его свобода самоопределения по отношению к государству: первые они называют политическими, вторые - "публичными".я:
Самоуправление общества проникает во все сферы государственной жизни. На нем построена одинаково администрация сельской общины, города области и всего государства. Вот почему :ни одно государство, решительно вступившее на путь развития народного представительства, не может помириться долгое время ни с административной централизацией, ни с правительственной опекой над общинами: Самое бо'льшее, если правительство оставит за собой некоторый контроль за их деятельностью в лице назначаемого им самим начальника области, как это доселе еще встречается в континентальных государствах западной Европы.я: Не вдаваясь в подробности, мы вправе сказать, что в правовом государстве "публичные права" граждан гарантированы: с одной стороны народным представительством, с другой - местным самоуправлением. Первое делает возможным для граждан заведование общими делами страны. Второе - заведование интересами сельской общины, города и области. Спрашивается теперь, какие гарантии выставляет правовое государство по отношению к двум другим категориям прав личности - публичным правам и правам гражданским? Самоуправление общества, сказали мы, на деле сводится к тому, что страною в каждый данный момент управляет правительство большинства, такой порядок вещей представляет своего рода опасность для тех граждан, которые не входят в ряды этого большинства.
Вполне естественным является стремление партии, стоящей
у кормила правления воспользоваться той властью, которая имеется у нее в руках, нередко в ущерб противнику - возложить на меньшинство, например, все или значительную часть налоговых тягостей, стеснить так или иначе личную свободу его членов.я:
Чтобы все эти последствия сделались невозможными, необходимо одно: точное соблюдение правительственной партией существующих законов, это в свою очередь мыслимо только под условием признания за каждым "права обжалования" пред судами тех действий правительства, которые, затрагивая интересы частного лица, в то же время являются в его глазах явным нарушением существующих законов.
Не удивительно поэтому, если всякое деспотическое правительство (а таким мы одинаково признаем всякое правительство, ставящее себя выше закона) настаивает на том, чтобы его чиновники не могли быть привлекаемы к суду наравне с прочими гражданами.я:
Действующие законодательства разнорешают вопрос об устройстве судебного контроля за администрацией: одни, как, например, английское или итальянское, поручают его общим уголовно-гражданским судам, другие создают специальные для него органы, так называемые административные суды.я:Существенная сторона дела лежит не в том, чтобы так называемые административные дела ведались общими или специальными судами, а в том, чтобы эти суды пользовались возможной независимостью от администрации. Независимость эта в свою очередь достигается началом несменяемости судей; началом, гарантирующим правосудие от гнета господствующей партии и поддерживаемого ею правительства.
:Спрашивается теперь: не существует ли в правовом государстве каких-либо гарантий против возможности отмены обеспеченных Конституцией - публичных прав законодательным путем? Такая гарантия возможна только там, где Конституция
и перечисляемые ею публичные права граждан поставлены выше законов, другими словами, где признается за правило, что новыми законами не могут быть отменены основы Конституции и, в частности, публичные права граждан.я:
Итак, средствами, с помощью которых современное правовое государство проводит в жизнь начало политического и гражданского равноправия являются, с одной стороны, самоуправление
- местное и общее, а с другой - подчинение одинаково администрации и законодательства судебному контролю.

Гражданское и в меньшей только степени политическое равноправие граждан, участие их в заведовании местными и общими государственными интересами через посредство местного самоуправления и народного представительства, наконец, судебная защита гражданских и публичных прав против произвола органов
администрации и законодательства (последнее только в Амери-ке) - таковы отличительные особенности: правового государственного порядка.я:
Правовое государство, не будучи идеальной и потому конечной формой политического устройства, в то же время должно быть признано тою, до которой доросло большинство наций в Европе и Америке и которая не успела еще перерасти ни одну из них. Это последний, но не конечный продукт политического творчества.я:

Глава 1

ДВА ЭЛЕМЕНТА В ГОСУДАРСТВЕ
:Отрешимся на минуту от привычных и установленных приемов государственно-правового исследования и построения; постараемся представить себе государство просто, как часть мира,
в котором мы живем. Сразу и неразрывно оно соединится для нас с образом власти: можно сказать, последний составляет основное, изначальное его ядро. Не так трудно представить государство, чрезвычайно отличное от нашего настоящего и прошлого о нем опыта, но нельзя мыслить его без властвования и подчинения.я:
Желая проникнуть в эту природу, мы уже не в состоянии оставаться в неизбежно узких пределах юридического формализма. Властвование и подчинение, осуществляющееся в государстве, есть лишь разновидность несравненно более широкого вида
психических переживаний - широкого, как сама человеческая жизнь. Здесь должно и можно избегать какого бы то ни было смешения понятий психологических и юридических.я:
Итак, власть как система юридических норм, на коих держатся и по коим действуют государственные учреждения, есть нечто отличное от власти, как обозначения своеобразных переживаний, но если бы не существовало этих последних, то не было и мотивов создавать систему. Весь материал для нее дан извне, из объемлющей нас стихии человеческих взаимодействий. Поэтому, поскольку мы говорим о зарождении самой проблемы правового государства, нам неизбежно обращаться к таким непосредственным переживаниям.я:
Таким образом, природа государственного властвования несомненно может быть понята только на фоне гораздо более широком, чем тот, который в состоянии дать изолированная наука о государстве. Основой здесь является сознание зависимости, которое вырастает из самого первобытного опыта и которое бесконечно укрепляется его одновременным переживанием у массы людей. Здесь
и вскрывается этот кажущийся парадокс властвования немногих над многими. Принуждение в буквальном смысле, как его обыкновенно представляют, играет при этом ничтожную роль.я:
Признавая, что власть первоначально создается сознанием зависимости и повиновением, мы не можем смотреть на нее исключительно как на проекцию внутренних состояний, переживаемых подвластным. "Воля к власти" есть также несомненная психологическая реальность. Ее с несравненным пафосом возвеличил Ницше, и в ней современная философия империализма: усматривает чуть ли не основной мотив человеческой и даже мировой истории. Сознанию зависимости идет навстречу стремление всеми средствами закрепить это сознание у окружающих людей и превратить его в нерасторжимую связь. Власть становится одной из величайших ценностей, одним из самых непреодолимых соблазнов - сторона человеческой души, которую так понимал Макиавелли.я:
:Для современного человека вообще проблема власти в ее отношениях к личной и общественной свободе представляется прежде всего в форме проблемы именно государственной власти. Как она разрешается?
Очевидно, не через простое отрицание указанной власти.
С равным основанием можно было отрицать ту сторону человеческой природы, на которой покоится повиновение.я:
Не будем закрывать глаза на лежащие здесь внутренние дисгармонии. Власть не только есть психологическая необходимость: она способна стать великой культурно-этической ценностью. Но в ней есть зародыш и полного порабощения, которое идет вразрез с простым чувством самосохранения подвластных.я:
:Приходится остановиться на коренной предпосылке самого принципа правового государства. Кажется ее всего точнее можно формулировать как относительную взаимную независимость права и государства.я:
В настоящее время едва ли есть надобность отстаивать самостоятельное происхождение и значение права: Хотя право и государство тесно связаны друг с другом, они имеют самостоятельное происхождение и значение.я:В действительности государство и право возникли и выросли в тесном взаимодействии. Право и государство как бы равноправны. Оба возникли само-стоятельно: государство есть воплощение всеобщей воли, право - вы-ражение всеобщего сознания. Их задачи не тождественны, но
отчасти друг друга покрывают. Эта формулировка: соответствует обычной в настоящее время постановке вопроса.я:Власть
и право - две стихии государства, хотя не в одинаковой степени первоначальные.я:
Несомненно, право имеет весьма длинную догосударственную историю: Но раз: явственно сложилось государство, традиционное право обычно начинает терпеть существенные изменения.

:Однако право никогда не может служить самоцелью, никогда оно также не может вытеснить основной стихии государства - си-лы. Слабость власти есть смертный грех государства, который менее прощается его руководителям, чем жестокость и произвол. Государство, обладая абсолютной монополией принуждения, является в то же время и единственным создателем права. В том
и состоит основное различие норм права от норм обычных
и моральных, что у первых их повелительная сила обеспечивается государством, у вторых и третьих, - обществом. Власть, конечно, подчиняется праву и закону, но когда она это делает, она руководится собственным интересом: право есть лишь хорошо понятая политика государственной власти. Первоначально норма имеет характер индивидуального приказания, затем она является односторонней, но все же вводит в требуемое повиновение порядок и равенство, которые возможны и в деспотии; наконец, она приобретает двухстороннюю силу: сама государственная власть, создавшая эти нормы, им повинуется.я:Вся указанная система ограничений однако сама имеет неизбежный предел в требованиях государственного блага, которое не может быть противополагаемо благу народному. Желать, чтобы закон связывал власть
в наивозможно большей степени, значит поддаваться опасному суеверию и забывать об ответственности, которая лежит на этой власти.я:Право есть вторичный элемент государственной организации, но и государственное признание не есть первичный источник обязательности права. Для изначальной стихии власти, из которой созидается государство, правовой закон является гетерономным, он приносится извне, - и это можно утверждать в порядке не только историческом, но и чисто логическом.я:

Глава II

ПРАВОВОЕ ГОСУДАРСТВО В НАУЧНОЙ ЛИТЕРАТУРЕ
Русское выражение "правовое государство" есть перевод немецкого слова Rechtsstaat, которому нет вполне соответствующего слова ни во французском, ни в английском языке; и здесь
и там приходится прибегать к описанию. Это слово действительно обозначает понятие, анализом которого занималась по преимуществу немецкая литература - научная и популярная. И в этой литературе мы встречаем своеобразные притязания не только на слово, но и на обозначаемый этим предмет - многочисленные попытки так сказать национализировать правовое государство, превратив его в исконное достояние германского духа.я:
Превращение, которое так опрокидывало старый образ германского духа, приносило с собой и новые понятия. Высшее
значение получил теперь уже принцип государственности, верховенства, принадлежащего государству, которое часто стало признаваться единственной правообразующей организацией. Члену государственного союза начали отказывать в каких-либо субъективных публичных правах; он должен был довольствоваться "рефлексами объективного порядка", ставящими его в полную зависимость от усмотрения государственной власти.я:
Самую историю понятия можно было бы продолжить в гораздо более раннее прошлое, чем эпоха немецкого конституционализма; ведь не нужно доказывать, что понятие существовало много раньше, чем для него было найдено соответствующее слово.я:
Кто впервые из юристов употребил самое слово "Rechtsstaat", есть вопрос, представляющий скорее историко-литературный ин-терес.я:Молю принадлежит здесь несомненное первенство.я:
Надо оговориться, что энциклопедичности и широте Моля: далеко не соответствует законченность и точность мысли. Не найдем мы у Моля и вполне точного определения, занимающего нас понятия.я:С одной стороны, правовое государство выражается
в определенной цели и направлении государственной деятельно-сти - как и патримониальное, теократическое и т. п., и эта цель может быть достигнута при различном устройстве государственного механизма. С другой - ему свойственны известные институты, которые возможны лишь при соответствующем и определенном устройстве; оказываются существенными не только цели, но
и средства их выполнения. Далее, как учила и школа естественного права, цель такого государства есть охрана правового порядка, но рядом появляется и другая, несовместимая с образом государств
а - ночного сторожа, с началами классического либерализма: государство должно оказывать положительное покровительство разумным общественным стремлениям. Здесь уже дается уклон
в сторону гораздо более широких задач, и поскольку в данном случае определение разумности и неразумности предоставляется дискреционной воле высшего органа государства, в сторону программы хотя бы государства полицейского. Не являются ли в таком случае действительно и просвещенный абсолютизм - в его теории, если не в практике - и современный Молю конституционализм равноправными разновидностями правового государства? Но если самое понятие последнего у Моля не отличается ясностью и даже не свободно от противоречий, несомненная заслуга Моля
в том, что он почувствовал его чрезвычайную важность и в высокой мере содействовал распространению убеждения в этой важности.я:
Из этого пестрого материала литературы, посвященной правовому государству, могут быть извлечены известные общие черты. Правовое государство не тождественно с конституционным, хотя в современных условиях осуществление конституционного строя есть необходимая его предпосылка. Особенное значение здесь имеет верховенство закона и ответственность, связанная с актами государственного властвования - ответственность, которая постепенно расширяется и углубляется. Этими началами обеспечивается сохранение наиболее существенного в правовом смысле - то-го, что государство, само субъект права, признает и других субъектов права, не только частного, но и публичного, - признает это качество за отдельными своими членами и за их соединениями.я:Принцип правового государства представляется совместимым с разнообразными программами и идеалами социальной и культурной политики. Признание государством этих правовых граней, окружающих отдельного человека или отдельный союз людей, имеет метаюридическую основу: оно скорее предполагается государственным устройством, чем вытекает из него. Оно вытекает из очень глубокой, вековым опытом укрепленной потребности создать известное равновесие между властвованием и самосохранением подвластного и этим в возможных пределах
примирить чувство личной свободы и сознание неустранимой зависимости.я:

Глава IV

КОНСТИТУЦИОННОЕ ГОСУДАРСТВО КАК ВОПЛОЩЕНИЕ
ПРАВОВОГО
Для нашего времени правовое государство осуществимо в тех пределах, в каких оно осуществимо вообще. Это положение бесспорно, хотя отождествление правового и конституционного государства решительно должно быть опровергнуто. Первое есть понятие метаюридическое; второе совершенно умещается в рамках юридического анализа, который устанавливает отчетливую грань между государством конституционным и абсолютным.я:Свобода политическая как всякая свобода допускает ряд степеней. Юридически конституционным нужно признать всякое государство, где народное представительство участвует в осуществлении законодательной власти, т.е. где законом в формальном смысле признается лишь акт, изданный с согласия народного представительства. В этом определении: заключается указание на тот путь, каким конституционное государство обеспечивает верховенство закона среди других актов государственной власти, причем материально закон и для него есть общая норма, а верховенство закона - господство общих норм. Только общность закона обосновывает равенство перед ним.
В сравнении с этим остальные признаки как бы они не были важны, например, наличность или отсутствие ответственности правительства перед народным представительством, - не имеет решающего значения.я:
Мы разбирали различные элементы в устройстве современного государства, как они представляются в свете идеи правового государства. Но остается еще огромный вопрос о его деятельности, : самом ее содержании. Ценность всякой социальной организации в конце концов познается по этому содержанию. Между тем, у многих слова "правовое государство" вызывают представление, будто единственной здесь целью является поддержание правопорядка и что вообще для него характерна решимость как можно более ограничить вмешательство в жизнь членов государственного союза.я:
Возвращаясь к проблеме правового государства, мы прежде всего должны установить, что логически она вовсе не связана непосредственно с большей или меньшей широтой государственного вмешательства.
Противопоставление, которое мы находим у Канта, государства правового и полицейского, объясняется, как было сказано, чисто историческими условиями и в общей форме отнюдь не может быть принято. Правовым признаем мы государство не по тому, что оно делает, а потому, как оно действует; поэтому с правовым государством совместимы и самые широкие программы социальной политики. Надо помнить, что осуществление права есть форма, а не содержание государственной деятельности, поэтому оно и не составляет особой цели государства.я: И политические
и культурные цели государства - мы предпочли бы сказать цели самосохранения и развития - осуществляются прежде всего через создание правовых норм: правотворчество не является самодовлеющим. Теоретически нет необходимого противоречия между государством социалистическим и правовым, как нет его между этим последним и государством "ночного сторожа". Из начал правового верховенства вытекает лишь требование равенства перед законом и уважение к субъективным правам - единоличным и коллективным. Здесь открывается широкий простор
и каждая эпоха заполняет его по-своему.
Огромное большинство европейских конституций, следуя
в этом "Декларации прав человека и гражданина", содержит параграф, провозглашающий принцип неприкосновенности частной собственности и неотчуждаемости ее иначе как за справедливое вознаграждение ради общественных целей. Совершенно неправильно вкладывать в эти статьи какой-то специально буржуазный смысл; они оставляют открытым вопрос о содержании права собственности, : они не стоят на пути самых широких социальных реформ, - они лишь отвергают произвольные конфискации. В этом они вполне соответствуют принципу правового государства.я:
Итак, принцип правового государства ставит перед законодателем определенную заповедь - уважение к правовой личности всякого члена государственного целого и союза этих членов.я:
Достаточно ли однако такое понимание правового государства? Классическая декларация права знала только отрицательные обязанности государства: она могла лишь провозгласить формальную свободу и равенство, но она умалчивала о главнейшем - свободе
и равенстве материальном. Этому буржуазно-индивидуалистическому пониманию теоретики социализма противополагают другое, где вводится признание прав индивидуума на положительное удовлетворение государством его потребностей. Но и за пределами социалистического мира создается представление о праве на достойное существование, принадлежащее всем гражданам современного государства.я:Сознание населения возлагает на государство новые обязанности в области народного образования, призрения, защиты труда, общего подъема жизненных условий и т.п. Если есть обязанности, значит есть требования выполнять их, есть права и правовые притязания членов государственного союза!

:Идея права на достойное существование есть уже в настоящее время нечто большее, чем благочестивое пожелание: она начинает связывать законодателя и мы чувствуем, что такая связанность будет только возрастать. Государство не имеет права оставаться равнодушным к тому, что благосостояние его граждан опускается ниже известного уровня. И если признание этой связанности еще не входит отчетливым признаком в образ государства, как признание гражданской свободы и равноправия, если правовым может оставаться государство, значительно отставшее в области социальной политики, то в будущем: расширенные социальные возможности поведут к расширенному пониманию принципа правового верховенства. Простое уважение к правовой личности одного члена государственного целого или союза этих членов неизбежно приводит к положительной заботе о их благосостоянии.я:
Мы рассмотрели воплощение принципа правового государства в рамках современного конституционализма как раньше рассматривали его в рамках уже отошедших в прошлое политических организаций. Здесь для нас должна стать еще более ясно невозможность отождествить этот принцип с каким-нибудь из этих его воплощений, например, поставить знак равенства между ним и государством конституционным. В конце концов правовое государство выражает только известный уклон, устремление, запечатлевшееся в государственном строении и деятельности. Правовое государство относится к миру идей, но идей неизменно осуществляющихся и преобразующих факты.я:

Глава V

ПРЕДЕЛЫ ПРАВОВОГО САМООГРАНИЧЕНИЯ
Степень осуществления правового государства может быть очень различна, но ни в каком государстве это осуществление не бывает полным - всегда его устройство и деятельность определяются также и мотивами, очень далекими от правового сознания и чувства. Это объясняется уже свойствами того основного материала, из которого создается государство.я:
Здесь открывается задача не только приспособить строй и учреждения, но и обеспечить известное психологическое равновесие. Нет правового государства без сознания у граждан ценности права, без любви к праву, борьбы за право. Но нет и государства, обеспеченного в своем существовании там, где не существует готовности в известные минуты жертвовать этой любовью, этой даже привычкой к уже достигнутому правовому укладу во имя обязанностей перед родиной, во имя ответственности за ее независимость, безопасность, во имя служения достойному ее историческому развитию.я:
Имеется глубокая связь между изменением психологических основ власти и правовых форм, в которые она облекается. В сознании членов государственного союза образуется прочная ассоциация: правовой характер власти обеспечивает ее общеполезное применение; признание в ней социальной функции устраняет элемент личного, безответственного деспотизма. Но правовое самоограничение государства имеет свои пределы. Юридический фанатизм: не лучше всякого другого фанатизма. Никакое государство не может исключить наступления таких обстоятельств,
в которых правовая последовательность разрывается. Никакое государство - какова бы ни была его политическая форма или социальный состав - не отдаст себя на гибель лишь для того, чтобы проявить свою преданность правовым началам. Всякие
в этом смысле преувеличенные требования и ожидания могут лишь компрометировать эти начала.я: Но и при отказе от подобного юридического утопизма остается еще достаточно широкий простор для правового развития государства, - для его поступательного в этом смысле движения, которое засвидетельствовано всем историческим опытом.

Глава VI

СВЕРХПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ
От силы к праву - такова формула, которая для многих сторонников теории и практики правового государства передает общий смысл изменений, пережитых поколениями людей в государственной организации. Формулу эту ни в каком отношении нельзя признать удачной. Сила остается таким же признаком государства в настоящее время, как и в незапамятные эпохи,
в которых надо искать его происхождения. Даже напротив, эта организация увеличила находящийся в его распоряжении капитал силы - уже благодаря техническому прогрессу, в котором пар и электричество сменяют исключительное применение силы мускульной. И в пределах, доступных для нашего предвидения, ничто не обещает грядущего "разоружения" государства. С другой стороны и право по-видимому уходит в еще гораздо более темные века человеческой истории, чем само государство. Единственное, о чем здесь можно говорить, это об их взаимном сближении, их устанавливающейся относительной гармонии, одной стороной которой являются и столь разнообразные на протяжении веков разрешения проблемы правового государства.
Такие возражения вызывает эта формула, если брать ее в порядке фактического существования государства.я:
:В самом правовом государстве, как задании, есть нечто неизменное. К существующим организациям властвования и подчинения прилагается мерило такого властвования и такого подчинения, которое оправдывается неизменной основой сменяющихся правовых воззрений, - оправдывается справедливостью. Государство должно быть правовым, потому что оно должно быть справедливым. Это требование не есть отрицание ни власти, ни силы, ибо справедливость не призывает вообще забыть окружающую нас, данную нам физическую и социальную действительность: это требование ведет к их преобразованию.я:
Верховенство закона есть одно из условий воплощения правового государства: смысл это верховенство получает лишь при том предположении, что закон справедлив и способ его создания есть в то же время возможное, при недостатках человеческой природы, обеспечение этой справедливости.я:Повелительная сила закона основана на его внешней авторитетности, в которой не заключается необходимого признака внутренней справедливости: последняя должна быть сюда привнесена.

И если закону присущи свойства общего правила, которые обосновывают равное подчинение ему людей, то это равенство, сколь не важно оно в истории правовой организации общежития, есть еще чисто внешнее.я: Законы, продиктованные религиозным фанатизмом и национальной нетерпимостью, законы, легализующие прямое гонение, могут действовать тем разрушительнее, чем точнее в них проведено начало равенства. Признание равных прав и равных обязанностей может доставить правовое удовлетворение лишь тогда, когда эти права и обязанности сами имеют некоторое оправдание.
Пусть с другой стороны это оправдание существует и пусть государство признает известные субъективные публичные права, при том постоянно расширяющиеся, за каждым членом государственного союза, как и за их соединениями. Почему с точки зрения правового государства здесь налицо настоящие права, которые ставят грани государственной власти, а не только: отражения объективного порядка в государстве?я: Потому что в основе всех их лежит представление о достоинстве человеческой личности, которое должно быть отражено в действующем праве и в известных пределах является его молчаливой предпосылкой. Это представление запечатлелось в американской и французской Декларации прав и оно: дает этим памятникам неизгладимое место в истории человечества.
Достоинство человеческой личности не может быть обосновано из законченного научно-эмпирического мировоззрения.я: Признание человеческого достоинства не нуждается в антропоцентризме, чтобы сделаться постулатом, обращенным к правовому порядку. Против смертной казни у нас поднимается не только незаглушимый никакими софизмами голос нравственного чувства: стоя перед человеческой жизнью, мы видим, что не имеем права на нее посягнуть.я:
То же самое относится и к другим сторонам правовой организации государства. Требования, например, действительной ответственности должностных лиц и правильно поставленной административной юстиции суть в основе требования справедливости, которой должны подчиняться и носители власти и их действия.я:Именно потому, что здесь создающаяся правовая норма в такой полной мере реализует справедливость. В этом сказывается важнейшая прагматическая задача естественного права, которое есть не что иное, как выраженная в юридических понятиях справедливость - задача связывать правовой порядок и нравственные его основания. У справедливости, как у естественного права, есть "меняющееся содержание": не только
в смысле объективных возможностей - экономических, технических и т.п., но и в смысле отличающих данную эпоху идей, чувств, стремлений. Справедливость, о которой говорил Сократ, была приложена им к строю афинского полиса и к жизни афинских граждан, но это то же мерило, та же справедливость, которые мы прилагаем к современным вещам, делам и людям.
И теперь, как тогда, искание правового государства приводит нас к справедливости; если призрачна последняя, то нет смысла и в первом. В таком случае остается одна реальность - властвование, подчинение и беспощадная борьба между людьми, классами, национальностями за господство.я:
Понятно и то напряженное внимание, которое в этом круге идей привлекает воспитание и подготовка грядущих поколений. И здесь есть какое-то сродство с античной мыслью. Ни для Платона, ни для Аристотеля не могло быть политического строя без соответствующего воспитания, все равно государственного или семейного, как и без известного, укрепляемого этим воспитанием нравственного единодушия: Воспитание, оформляя души, кристаллизуется в общественном быте и через него в учреждениях. Наконец - и это всего важнее - не только в национально-общественном интересе воспитания должен воплощаться интерес общечеловеческий, но оно не должно быть какой-то внешней операцией над личностью воспитываемого. Сохранение индивидуальности есть само по себе одна из самых жизненных задач общего интереса, преследуемых государством, ибо лишь через такую охрану лежит путь к поднятию личной годности. А о последней государственная власть не может забывать уже потому, что последняя составляет одну из самых основных предпосылок реализации правового общественного строя, важнейшим, хотя и не единственным, элементом которого является и правовое государство.
Так проблема правового государства целым рядом нитей сплетается с проблемой общественного устроения не только
в смысле его внешних форм, но и морального единства, не исключающего в то же время самого широкого, творческого индивидуализма.я:И если принцип правового государства требует возможно большего соответствия между объективным правопорядком
и общественным правосознанием, то здесь подымается вопрос о соответствии этого правосознания глубочайшим этическим основам общежития. Указанная "предельность" правового государства является и высшим его оправданием: осуществление его есть необходимое звено в том творческом труде, который возводит человечество от пленения его физическими стихиями к духовной свободе.я:

I. О СУЩЕСТВЕ ПРАВА И НРАВСТВЕННОСТИ
1. Моторные раздражения и мотивы поведения
Современная психология знает и различает три категории элементов психологической жизни: 1) познание (ощущения
и представления), 2) чувства (наслаждения и страдания), 3) волю (стремления, активные переживания).
Эта классификация не может быть при-знана удовлетворительной.я:
Все явления человеческой и животной психики, имеющие: двустороннюю, пассивно-активную природу, мы объединяем
в особый класс и называем этот класс импульсами или эмоциями.
Вместо традиционного тройственного деления элементов психической жизни: на познание, чувство, волю в основу психологии и других наук, касающихся психических явлений, - наук о праве, о государстве, о нравственности, хозяйстве и т.д., необходимо положить деление на: 1) двусторонние, пассивно-активные переживания, моторные раздражения - импульсии или эмоции; 2) односторонние переживания, распадающиеся в свою очередь на а) односторонне-пассивные, познавательные
и чувственные и б) односторонне-активные, волевые.я:
3. Два вида обязанностей и норм
Следует различать две разновидности этических эмоций и соответственно два вида этических эмоционально-интеллектуальных сочетаний и их проекций: обязанностей и норм.я:
В некоторых случаях этического сознания то, к чему мы себя считаем обязанными, представляется нам причитающимися другому, как нечто ему должное, следующее ему от нас, так что он может притязать на соответственное исполнение с вашей стороны.я:
Такие обязанности, которые сознаются свободными по отношению к другим, по которым другим ничего не принадлежит, не причитается со стороны обязанных, мы назовем нравственными обязанностями.
Такие обязанности, которые сознаются несвободными по отношению к другим, закрепленными за другими, по которым то, к че-му обязана одна сторона, причитается другой стороне, как нечто ей должное, мы будем называть правовыми или юридическими обязанностями. Те отношения между двумя сторонами, или связи между ними, которые состоят в лежащих на одних и закрепленных за другими долгах, мы будем называть правоотношениями или правовыми связями: Правовые обязанности, долги одних, закрепленные за другими, рассматриваемые с точки зрения той стороны, которой долг принадлежит, мы, с точки зрения актива, будем называть правами. Права и правоотношения в нашем смысле не представляют таким образом чего-то отдельного и отличного от правовых обязанностей.я:
Такую форму выражения юридических норм, которая состоит в указании и пассива, обязанности одной стороны, и актива, права другой стороны, закрепленности за ней долга первой, можно назвать обязательно-притязательной, императивно-атрибутивной или полной, адекватной редакцией юридических норм.я:
4. Нравственные и правовые моторные возбуждения
и интеллектуально-эмоциональные сочетания
:Между тем как в нравственности дело идет только об императивных субъектах, субъектах обязанностей, в праве субъектам императива противостоят субъекты атрибутива, субъекты прав, имеются две стороны, пары субъектов.я:
:Получается следующая схема интеллектуального состава:
1) Объективные представления, представления: а) объектов обязанностей, обязательных действий и б) объектов прав, причитающихся получений.
2) Субъективные представления, представления: а) субъектов обязанностей и б) субъектов прав.
3) Представления релевантных, юридических фактов.
4) Представления нормативных фактов.
Эта схема интеллектуального состава права - полная, исчерпывающая в том смысле, что все встречающиеся в правовых переживаниях интеллектуальные составные части можно подвести под перечисленные рубрики.я:
Специфическая природа явлений права, нравственности, эстетики, их отличия друг от друга и от других переживаний коренятся не в области интеллектуального, а в области эмоционального, импульсивного в нашем смысле их состава.я:
Сообразно вышеизложенному мы под правом в смысле особого класса реальных феноменов будем разуметь те этические переживания, эмоции которых имеют атрибутивный характер.
Все прочие этические переживания, то есть переживания
с чисто императивными моторными возбуждениями, мы будем называть нравственными явлениями, относить к нравственности.
5. Объем понятия права как атрибутивных этических переживаний. Обзор обычно неотносимых к праву ветвей правовой психики
Установленные выше понятия права отнюдь не имеет смысла определения того, что юристы относят к праву, то есть называют правом.я:Нормы права ("совокупность норм права") юристы называют "объективным правом" или "правом в объективном смысле", правоотношения между субъектами, их обязанности
и права (принимаемые за три различные вещи) - "субъективным правом", или "правом в субъективном смысле". Таким образом, получаются каких-то два вида права, и теоретикам следовало бы, по-видимому попытаться определить природу права просто, то есть рода, обнимающего и объективное, и субъективное право. Но этого не делается:
Из совсем иной точки зрения, а именно из отрицания реального существования того, что юристы считают реально существующим в области права и нахождения реальных правовых феноменов, как особого класса сложных, эмоционально-интеллектуальных психических процессов, в совсем другой сфере (в сфере психики индивида: ) исходит наше понятие права и вообще излагаемое учение о праве.я:
Предыдущее изложение отнюдь не имело в виду и не могло исчерпать всех тех областей жизни, которые находятся вне сферы государственного вмешательства и официальной нормировки, но входят в сферу действия права в смысле императивно-атрибутивной этической психики. Количество тех житейских случаев
и вопросов поведения, которые предусматриваются и разрешаются официальной нормировкой, представляет по сравнению
с тем необъятным множеством житейских случаев и вопросов поведения, которые предусматриваются правом в установленном выше смысле, совершенно микроскопическую величину.я:
II. ХАРАКТЕРНЫЕ СВОЙСТВА И ТЕНДЕНЦИИ ПРАВА
И НРАВСТВЕННОСТИ
6. Научный смысл и значение деления этических явлений на императивно-атрибутивные (право) и чисто императивные (нравственность)
:Господствующее мнение: сводит право к велениям (положительным приказам и запретам), обращенным к гражданам со стороны других, причем спор идет о том, в чем состоят отличительные признаки этих велений от других, в принудительности,
в происхождении их от государства или признании с его стороны и т.п. При таком определении природы права необъяснимо, откуда является указанный интеллектуальный состав правовых явлений, откуда являются правоотношения, права сторон, противостоящих обязанным и т.д.я:
Кроме указанных выше характерных особенностей права
и нравственности, с атрибутивной природой права, с одной стороны, и с чисто императивной природой нравственности с другой стороны, связано множество других специальных, для этих двух ветвей этики различных, причинных свойств и тенденций, так что предлагаемая классификация представляет базис для создания двух обширных систем адекватных теорий (двух теоретических наук).я:
9. Неисполнение нравственных и правовых обязанностей
и вызываемые этим реакции в области нравственной
и правовой психики
Для познания характерных свойств и причинных тенденций правовой и нравственной психики важно, далее, изучение психических процессов, вызываемых нарушением правовых и нравственных обязанностей в психике нарушителя и окружающих.

Некоторые последствия нарушения долга, соответственно общим, родовым свойствам всех этических переживаний, как правовых, так и нравственных, являются общими для права и нравственности.я:
Здесь следует отметить существование двух следующих тенденций (психологических законов), специально свойственных праву в отличие от нравственности.
1. Стремление достигнуть осуществления права независимо от желания или нежелания обязанного.
Вследствие атрибутивной природы правовых эмоций то, к чему обязана одна сторона, сознается предоставленным с высшим авторитетом другой стороне, как нечто ей должное и подлежащее доставлению независимо от доброй воли и усмотрения обязанного.я:
2. Одиозно-репрессивная тенденция правовой психики. Мирный характер нравственности.
По общим законам эмоциональной психики такие действия других по отношению к субъекту, которые последнему представляются причинением со стороны другого добра, плюса, благодеянием имеют тенденцию вызывать в психике этого субъекта.я: благожелательные и благодарственные эмоции; напротив, такие действия других по отношению к субъекту, которые ему представляются причинением зла, вреда, минуса, агрессивными действиями и посягательствами, имеют тенденцию возбуждать эмоциональные реакции противоположного характера, одиозные, злостные и мстительные эмоции.
Эти эмоциональные состояния имеют тенденцию распространяться и на окружающих субъекта, поскольку они с ним психически солидарны.я:
12. Организационная функция права. В особенности
о природе государственной власти и государства
Среди разных представляемых объектов, которыми императивно-атрибутивная психика наделяет разных субъектов, имеется объект, называемый "властью". Наделение известных лиц властью лежит в основе всякой социальной организации, в том числе государственной.я:
Господствующее мнение конструирует государственную власть как единую, обладающую принудительной, непреодолимой силой волю государства, как особой личности.я:
Государственная и вообще общественная власть есть не воля
и не сила, вообще не нечто реальное, а эмоциональная проекция, эмоциональная фантазия; а именно, она означает особый вид приписываемых известным лицам прав.я:
13. Отношение государства и права
Понятие официального права
Государственная власть есть: социально служебная власть. Она не есть "воля", могущая делать что угодно, опираясь на силу: а представляет собой приписываемое известным лицам правовой психикой этих лиц и других общее право повелений
и иных воздействий на подвластных для исполнения долга заботы об общем благе.
Важнейшим служением общему благу со стороны государственной власти (субъектов подлежащих обязанностей и прав) является служение праву; и государственная власть есть власть служебная прежде всего и преимущественно по отношению к правам граждан и праву вообще.я:
:Служебные функции и обязанности государственной власти по отношению к праву не распространяются и не могут распро-страняться на все сферы существования и действия правовой психики граждан.я:
Сообразно с развитием государственной власти и организации происходит внутри государственного союза дифференциация права, разделение его на две категории, на: 1) право, подлежащее применению и поддержке со стороны представителей государственной власти, по долгу их общественного служения, и 2) право, лишенное такого значения в государстве.
Право первого рода мы назовем условно официальным правом, право второго рода - неофициальным правом.
:Официальное право является не только привилегированным правом в государстве, но вместе с тем таким правом, которое отличается лучшей приспособленностью к удовлетворению потребностей, коренящихся в атрибутивной природе права вообще; оно является в этом смысле правом высшего сорта по сравнению с неофициальным правом.я:
I. УЧЕНИЕ О ПРАВЕ В ОБЪЕКТИВНОМ СМЫСЛЕ1
23. О природе и функциях норм права
Право в объективном смысле или объективное право определяется обыкновенно как совокупность норм права.я:
Подробное изложение: представляется излишним, ибо весь спор и вообще все существующее учение о нормах покоится на существенных недоразумениях.
В основе его лежит прежде всего смешение норм с нормативными фактами позитивного права:
Нормативные факты в области законодательного позитивного права, изречения законодателя играют роль не только фактов, создающих позитивные нормы (то есть вызывающих в психике людей соответственные правовые суждения и проекции), но и уничтожающих, искореняющих из народной психики такие или иные нормы (то есть соответственные правовые переживания и проекции). Законодательное объявление об отмене рабства, крепостного права, тюрьмы за долги, пыток, телесных наказаний, смертной казни и проч., суть нормативные факты, законодательные акты: - в качестве фактов, искореняющих из правовой психики множество прежде имевшихся правовых убеждений, мнений и соответственных проекций - норм.я:
Такие нормативные факты, которые не создают, а уничтожают "нормы" (устраняют из правовой психики прежние правовые убеждения, мнения и соответственные проекции, приписывание обязанностей, прав, проекции норм), мы назовем условно нормо-уничтожительными или отрицательными нормативными фактами, в отличие от действующих на правовую психику в противоположном направлении - нормосозидательных или положительных нормативных фактов.я:
Наряду с нормосозидательными и нормоуничтожительными фактами можно еще различать как третью категорию нормоизменительные, модифицирующие право факты.я:
Природу и специфические свойства норм права, как и норм нравственных, эстетических норм и т.д., вообще можно познать
и правильно определить только на почве знакомства с подлежащими эмоциями и их свойствами, в частности, их способностью порождать особого рода фантазмы - эмоциональные проекции. Правовые нормы, как и все прочие нормы, представляют эмоциональные фантазмы.я:
II. УЧЕНИЕ О ПРАВЕ В СУБЪЕКТИВНОМ СМЫСЛЕ
(О СУБЪЕКТИВНОМ ПРАВЕ)
29. Учение о правоотношениях, правовых обязанностях
и правах, как долгах одних, закрепленных за другими,
в смысле эмоциональных проекций, и отношение
этого учения к теперешним учениям
о правоотношениях, правовых обязанностях
и правах
:Что касается классификации, то во избежание недоразумений следует напомнить, что она сообразована с задачами адекватного научного познания и объяснения явлений, а не с профессионально-юридическими привычками называния. Установленное понятие правовых обязанностей - прав - правоотношений обнимает несоизмеримо больше того, что юристы привыкли называть правоотношениями, правовыми обязанностями и правами.

В частности, оно обнимает и интуитивные правоотношения, а равно те позитивные правоотношения, которые в государстве лишены официального значения.
Но на почве нашего понятия правоотношений, в связи с двумя делениями права: 1) на интуитивное и позитивное и 2) на официальное и неофициальное, не трудно выяснить и природу правоотношений, прав и обязанностей в юридическом смысле.я:
31. О субъектах правоотношений и нравственных обязанностей
Под субъектами данного правоотношения разумеются в науке права участвующие в нем в качестве обязанных или управомоченных. Субъектами, субъектами права или лицами называются также те, которые способны быть участниками правоотношений
в качестве обязанных или управомоченных:
Существенно иной характер и иное содержание получает учение о субъектах с точки зрения излагаемой теории права:
1. Как и в других областях науки о праве, сфера нахождения и изучения подлежащих явлений перемещается из внешнего мира в психику переживающих правовые психические процессы, : и, сообразно с этим, надлежащим методом изучения субъектов является самонаблюдение и соединенный метод внутреннего и внеш-него наблюдения.
2. Задачею подлежащих исследований и учений является ознакомление с подлежащими фактами правовой психики, констатирование того, что имеется в этой психике в качестве субъективных представлений и в каком виде оно здесь имеется, без произвольных перетолковываний.я:
3. Исследования и учения теории права: должны: распро-страняться и на область интуитивного права, а равно и всего позитивного права, независимо от официального признания.я:
4. На вопрос теории права: что или кто может быть субъектом правоотношений, обязанностей и прав, с точки зрения психологической теории права получается ответ: субъектными представлениями в области правовой психики могут быть всевозможные представления персонального, личного характера.я:
32. Об объектах нравственных и правовых
обязанностей и прав
Под объектами прав господствующее мнение разумеет предметы той власти, того господства, или того пользования (осуществления интереса), которые доставляются или обеспечиваются субъективными правами.я:
Главный недостаток господствующего учения об объектах: состоит в отыскании объектов, элементов права не в надлежащей сфере.я:
Для построения надлежащей теории объектов, учения: следует: исходить: из изучения того, что имеется в психике переживающего нравственные и правовые процессы и совершающего соответственные проекции, с помощью самонаблюдения и т.д.я:
33. О юридических и нравственно-релевантных фактах
К учению о правоотношениях или, обыкновенно, к учению о пра-вах приурочивается в современной науке права учение о юридических фактах.я:
Юридические факты принято делить на два вида: юридические действия и прочие юридические факты или юридические события.я:
:Само понятие юридических фактов следует изменить или заменить другим в том смысле, что под юридическими фактами следует разуметь не внешние, объективные, а представляемые события - содержания, предметы подлежащих представлений.
В области правоотношений и их анализа (с сознательно проекционной точки зрения) юридические факты в указанном смысле выступают в двоякой форме и играют двоякую роль:
1. Они могут представляться как возможные в будущем
и играть роль условий соответственных правоотношений, прав, обязанностей.я:
2. Они могут представляться как реально бывшие или сущие и служить психологически исходными базисами для приписывания, утверждения и т.д. обязанностей и прав: В качестве таковых их можно назвать фактическими основаниями подлежащих правоотношений, обязанностей, прав.
:Интуитивные правоотношения, права, обязанности суть правоотношения, существующие (приписываемые) независимо от каких бы то ни было нормативных фактов, позитивных оснований.я:
V. О ВИДАХ И РАЗНОВИДНОСТЯХ ПРАВА
35. Деление права на интуитивное и позитивное
:Важнейшими с теоретической точки зрения делениями права на виды представляются предложенные выше на почве образованного раньше психологического понятия права как императивно-атрибутивных переживаний, деления: 1) на интуитивное и позитивное и 2) на официальное и неофициальное право.
Деление права на интуитивное и позитивное и соответственные видовые понятия теснейшим образом связаны с установленным выше широким родовым понятием права, обнимающим собою несоизмеримо больше, чем право в смысле юридического словоупотребления, в частности включающим в себя и те императивно-атрибутивные переживания, которые чужды представлений каких бы то ни было авторитетно-нормативных фактов: законов, обычаев и т.д. и независимы от них.я:
:Дело идет не о противопоставлении существующему праву желательного, идеального права или т.п.я:, а о делении установленного выше под именем права класса психических явлений на два вида, по их психологическому составу, сообразно общим началам классификации явлений.я:
36. Интуитивное право
:Характерные особенности интуитивного права по сравнению с позитивным:
1. Между тем как позитивное право: способно доставлять соответственный однообразный шаблон правил для более или менее значительных масс людей, несмотря на различие их характера, воспитания и т.д., интуитивное право имеет индивидуальный, индивидуально-изменчивый характер; его содержание
(состав соответственных диспозиций) определяется индивидуальными условиями и обстоятельствами жизни каждого, его характером, воспитанием, образованием, социальным положением, профессиональными занятиями, личными знакомствами и сношениями и проч. и проч.я:
2. Будучи индивидуально-разнообразным по своему содержанию, интуитивное право вместе с тем отличается от позитивного тем, что его решения свободно сообразуются с конкретными, индивидуальными обстоятельствами данного случая, данной житей-ской комбинации, не стеснены как в области позитивного права, предустановленным шаблоном соответственных законных предписаний, установившихся обычаев и т.д.я:
3. Далее, интуитивное право отличается от позитивного права свободной изменчивостью и применяемостью и в смысле процесса исторического развития. Позитивное право, именно вследствие своей позитивности: подвержено соответственным задержкам развития, отставанию от настоящей духовной, экономической
и иной жизни.я:Интуитивное право развивается закономерно-постепенно, не подвержено фиксированию и окаменению и не зависит от чьего бы то ни было произвола.я:
4. С большей бедностью, с большей простотой интеллектуального состава интуитивного права по сравнению с позитивным, : связан больший объем, более широкая применимость положений интуитивного права.я:
:Правовая жизнь с точки зрения взаимоотношения интуитивного и позитивного права распадается на три области: 1) область исключительного существования и действия позитивного права, 2) область исключительного существования и действия интуитивного права и 3) область параллельного существования
и действия обоих видов права.я:
39. Позитивное право и его виды
Под позитивным правом как реальными явлениями: мы разумеем императивно-атрибутивные переживания, содержащие
в себе представления нормативных фактов, как оснований обязательности:
:В области позитивного права следует различать три различные вещи: 1) нормативные факты, соответственные поступки людей, постановления законодателей и т.д.; 2) императивно-атрибутивные переживания, связанные с представлениями этих фактов - само позитивное право как реальный феномен и 3) соответственные нормы, эмоциональные фантазмы, порождаемые этими переживаниями.я:
40. Законное право
Законы или законные правовые нормы -: суть, по господствующему определению, нормы, установленные государством или веления, выражения воли государства (или органов государственной власти).я:
:Центр тяжести понятия и учения о законном праве и законах должен быть перенесен в область правно-психологического действия; существнно не то, от кого исходит закон, : а то, что соответственный акт получает в данном государстве силу нормативного факта, то есть вызывает соответственное императивно-атрибутивное сознание.я:
На основании всех предыдущих соображений можно определить:
1. Законное право как императивно-атрибутивные переживания со ссылкой на представляемые односторонние правовые распоряжения кого-либо, как на нормативные факты.

2. Законы, как представляемые односторонние правовые распоряжения кого-либо, поскольку они являются нормативными фактами.я:
41. Обычное право
Обычное право обыкновенно определяется как такое право, которое, не будучи установлено законом (или государством), фактически соблюдается:
:Можно и следует различать два вида обычного права:
1) право обычаев предков, старых традиций, старины и 2) право современных обычаев, обычно соблюдаемого, "общепринятого",: в области обычно-правовой психики первого вида престиж, авторитет (эмоциональная сила) обычного права, при прочих равных условиях, тем выше, чем старее, древнее представляется данный обычай,: в области обычно-правовой психики второго рода он, при прочих равных условиях, тем выше, чем более общепринятым и неуклонно соблюдаемым в подлежащей сфере представляется данное правовое поведение.я:
:Обычное право можно определить как императивно-атрибутивные переживания со ссылкой на соответственное представляемое массовое поведение других, как на нормативный факт.
Из этого определения, как и из всего изложенного выше
о праве вообще и о позитивном праве в частности, видно, что обычное право есть явление индивидуальной психики:
42. Право судебной практики и другие виды судебного позитивного права
:Судебная практика определяется обыкновенно как общее, продолжительное, однообразное применение известной нормы права судами данной правовой области.я:
:Судебная практика, конечно, не есть особый, самостоятельный вид права или вид обычного права; вообще она не право,
а явление совсем иного порядка - ряд человеческих действий, поступков. Подлежащие действия, решения судей или судов, могут быть и обыкновенно бывают внешними проявлениями права, вызываются правовыми мнениями судей.я:Судебная практика известного содержания не только не есть право, но и не доказывает сама по себе существования и действия особого определенного вида позитивного права. Постольку несомненно правы те, которые не соглашаются с господствующим мнением, принимающим судебную практику за самостоятельный, отличный от законного
и обычного вид права или за особый вид обычного права.
Но, с другой стороны, несомненный факт, что судебная практика иногда получает в психике людей значение нормативного факта, то есть появляются правовые переживания, приписываются правовые обязанности и права со ссылкой на то, что такова судебная практика, что так прежде "всегда" решались подлежащие вопросы судами.я:
:Вот эти явления, то есть правовые, императивно-атрибутивные переживания со ссылкой на практику таких или иных судов, как на нормативный факт, можно и следует признать особым видом позитивного права под именем права судебной практики или т.п.я:
44. Деление права на официальное и неофициальное
:1) Состав официального права: значительно обильнее и раз-нообразнее, чем она (то есть современная юриспруденция. - Сост.) предполагает, не только в том смысле, что в него входят разные, ей неизвестные, виды и разновидности позитивного права, но и в том смысле, что официальное право обнимает и множество интуитивно-правовых явлений. Не только разные виды позитивного права, но и интуитивное право в разных областях, в разных формах
и под разными наименованиями или без особого имени имеет официально-обязательное значение в государстве и применяется судами и иными органами государственной власти.я:
2. Сфера официального права, официального вмешательства
в народную правовую жизнь, бывает у различных народов и на различных ступенях культуры различная.я:Во всяком случае: традиционные три рубрики "источников права" современной науки: законы, обычное право и судебная практика представляют весьма неполное и неудовлетворительное определение видов права не только с точки зрения теории и истории права вообще, но даже с точки зрения познания действительного состава современного официального права европейских государств.
Равным образом меняется в истории и сфера действия и состав неофициального, не начальственного права, в том числе
и международного.я:
ПРИЛОЖЕНИЕ
45. Состав официального права России
Изложенное выше о составе современного официального права западноевропейских государств относится вообще и к составу русского официального права.я:
I. Позитивное право
Законное право. Главная, руководящая роль в области русского официального права, в частности в деле определения официального действия разных других видов позитивного и интуитивного права, принадлежит государственным законам (в тесном смысле).я:
II. ИНТУИТИВНОЕ ПРАВО
Как и в основе других прав, в основе русского права имеются и пользуются официальным признанием положения, названные нами условно аксиомами интуитивного права.я:
В разных частях русского законодательства встречаются прямые указания на справедливость, "без лицеприятия", добрую совесть, уравнительность: и т.п., как на масштабы для решения разных правовых вопросов.я:
ДЕЛЕНИЕ ПРАВА НА ЧАСТНОЕ И ПУБЛИЧНОЕ
: 49. Две системы правно-психического воздействия
на человеческое поведение и развитие человеческого характера
:Представляя продукт не сознательного расчета и индивидуального придумывания для каких-либо целей и интересов, а бессознательно-удачного массового психического приспособления, право представляет существенный психический фактор социальной жизни и значение, как психического фактора двоякое: мотивационное и культурно-воспитательное.я:
Мотивационное действие права состоит не только в вызове положительных импульсов в пользу такого или иного поведения (положительная правовая мотивация), но и в устранении или предупреждении появления разных мотивов в пользу известного поведения, в устранении "искушений" и т.д. (отрицательная правовая мотивация).я:
2. С народно-воспитательной точки зрения подлежащее право действует в своей области цивилизующим образом, ослабляя и искореняя привычки и склонности к насилиям, тайным и вероломным проделкам, укрепляя уважение к чужой личности и правам и т.д.я:

:IV. ПОНЯТИЕ ПРАВА
22. Определение права
Господствующее ныне в юриспруденции воззрение на право, как на своеобразные императивы или нормы долженствования, вытекает из анализа содержания человеческого сознания о праве, не только сознания отдельных индивидов, но и тех общественных основных представлений
о праве, как нормативном порядке отношений, которые раскрывает история правопонимания различных народов. Научное правоведение, которое рассматривает
и стремится понять природу права, как свое-образного явления реальной общественной жизни, признать право именно явлением, имеющим психологическую природу, независимо от того, объясняют ли эту природу данными индивидуальной психологии или массовой коллективной психологии. Задача определения права состоит в выяснении существенных отличительных признаков, указывающих то своеобразие права, которое позволяет выделить его в особый вид императивов или норм и образовать таким образом классовое понятие права.я:
Проблема правового идеала заняла в естественно-правовой доктрине центральное место, и в своих определениях права писатели естественно-правовой доктрины даже часто принимали
в общем определения, абстрагированные юристами от явлений положительного правопорядка, или, хотя и решительно протестовали и протестуют против сужения области правовых явлений областью положительного права, но, за немногими исключениями, воздерживаются от указания определенного критерия для распознания правовых явлений.
С другой стороны, юристы позитивного направления, ограничив область правовых явлений положительным правопорядком, признавали правом и исследовали как таковое лишь исторически образующиеся, в действительной социальной жизни действующие в качестве общеобязательных, нормы и определенные в них отношения.
При помощи того или другого из указанных способов образования понятия права было формулировано множество определений права, которые обыкновенно классифицируются по тому признаку, в котором усматривается своеобразие права. Таким образом были формулированы определения права по содержанию норм, по источнику происхождения норм, по характеру и функциям правовых норм.
Исходя из: воззрений на существенные и отличительные черты этого нормативного начала человеческой жизни, мы еще
в одной из своих предыдущих работ1, посвященных исследованию понятия права, определили право как нормы внешнеповелительного или внешнеимперативного характера.я:Понимая принудительность в: формальном смысле, мы и свое определение права должны здесь причислить к разряду тех определений, которые в принудительности правовых норм видят существенный
и отличительный признак права. Мы видим только принудительность права в формальном значении им придаваемом, а не
в принудительных средствах, служащих к защите нормы, и в воздействии ее на субъекта, так как существуют нормы права, не охраненные принудительными средствами, а охраненные ими далеко не всегда способны вызвать в субъектах, отношения коих они определяют, достаточно сильную мотивацию, способную побороть сопротивление правовому императиву. Правовыми нормами являются поэтому несомненно законодательные нормы и нормы обычного права, так как формальная обязательность их, раз признанная для определяемых ими, признается в дальнейшем не обусловленной отношением к ним самих определяемых; такими нормами являются далее и нормы международного права, хотя бы они признаны или установлены были соглашением или договором государства, так как, будучи раз установленными, впредь до своей отмены они признаются связывающими эти государства; мы признаем правом далее и все те общественные нормы, которые выработались в различных общественных союзах и профессиональных организациях и признаются обязательными для всех членов данного союза или организации, независимо от субъективного отношения тех или других членов к этим нормам. Нормы эти таким образом принудительно нормируют отношения членов общения, пока они состоят в таковом.я:
V. ПРАВОВАЯ СВЯЗАННОСТЬ ГОСУДАРСТВА
25. Значение и история вопроса о юридической
связанности государства
Право и государство - настолько тесно связанные между собой явления социальной жизни, что, как бы мы их не отделяли логически друг от друга, мы никогда не должны забывать, что право, хотя оно возникает и существует и в негосударственных общениях, имеет все же важнейшей сферой своего проявления государство; последнее является уже с давних пор через посредство своих органов важнейшим установителем права и его охранителем,
и при том право является не только нормативным началом государственной жизни, относящимся к категории долженствования, но, как действующее право, реализуется в сфере фактических отношений, организует бытие государства, его строй и деятельность. Эта связь права с государством и огромное значение государства, все возрастающее, в деле регулирования социальной жизни, естественно поставило на первый план изучение того права, которым определяется государственная жизнь, которое устанавливается самим государством, так что изучение права, не имеющего так сказать государственного отпечатка, заняло второстепенное место в юриспруденции, или даже это право вовсе не изучается ею, исключая церковного права (в его независимых от государства основах). Но при изучении отношения права и государства на первый план выдвигается основная проблема этого отношения, именно вопрос о связанности государства, как властвующего союза, правом, об обязательной силе права для государства.я:
:Проблема правовой связанности государственной власти сводится не к выяснению фактических сдержек государственной власти, но к тому - может ли быть право по существу своему обязательной нормой для государства. Совместимо ли признание обязательности права для государства с самым понятием права
и его функций в государстве.

При такой постановке вопроса речь идет о констатировании
и объяснении формальной обязательности права для власти, независимо от того, соблюдаются и почему фактически те или другие нормы теми или другими представителями власти, и в достаточной ли степени обеспечено их соблюдение.я:
Независимо от огромного политического значения, вопрос
о правовой связанности государства, об обязательной силе права
в отношении к субъекту государственной власти, является важнейшим вопросом теории права; особо важное, если можно так выразиться, жизненное значение имеет он для государственного права и науки этого права.
Государственное право в обширном смысле этого слова есть право, определяющее государственное властвование или отношения этого властвования.я:
Государственное право есть таким образом аутентическое, легальное выражение форм, в которых государство, так сказать, устанавливается и которые оно поддерживает не ради отдельных лиц, но ради собственного существования. Слово "право" здесь употребляется в совершенно ином смысле, чем обыкновенно, так как оно здесь обозначает не определения, которые государство издает для соблюдения их другими лицами, но скорее саму организацию, посредством которой оно само себя поддерживает, т. е. меры, предпринимаемые им для защиты своей власти и осуществления своей силы.я:
26. Государство и его правовая связанность
Современные государствоведы синтезируют государство как сложное целое, общественное единство во множестве составляющих его индивидов. Это коллективное, союзное единство создается наличностью общих целей у составляющих его людей (телеологическое единство), и объединением их на основе существующих между ними отношений социальной зависимости организацией принудительного властвования.
Эта организация состоит в концентрации коллективной
и общественной силы и власти у определенных распорядителей и в планомерном распределении ее между различными распорядителями. Так как власть эта имеет свою основу в самом общественном союзе - государстве и признается не личной, а общественной властью, служащей общественным целям, то субъектом, носителем этой власти, господствующее учение признает само государство, а лиц, осуществляющих ее - органами государственной власти.
:Существо государственной власти нельзя объяснять лишь силой и вообще свойствами конкретных распорядителей ее, властвующих, оставляя в стороне подвластных. Нельзя также объяснять и правовую организацию этой власти и отношения права к государственной власти односторонней волей и силой властвующих, все равно, будем ли мы признавать субъектом этой власти людей или абстрактную личность государства. Даже сам творец понятия всемогущего государства "Левиафана" Гоббс, прежде чем вознести этого земного бога на недоступную высоту для подвластных ему и оторвать его власть от прикрепляющих ее к подданным нитей, все же создал ее путем договора будущих подданных. Государственная власть есть сила, которая не только обусловлена "сознанием зависимости от государства"1, но и одобрением, признанием ее самой и ее регулятивов, норм не только со стороны властвующих, но и со стороны подчиняющихся им, в противном случае была бы немыслима сама устойчивость государственного существования и таковое имело бы характер преходящего состояния господства, вроде военной оккупации неприятельской территории.я:
Если обратить, таким образом, внимание на психологические основы государственного властвования, то нельзя не прийти к за-ключению, что право, которое устанавливается и декларируется субъектом этой власти, имеет источником своей силы и своей обязательности не только признание его властью, но и самими подвластными. Не только воля государства, как властвующего субъекта, но и воля противополагаемых ему, в качестве подвластных, субъектов государственных отношений должна служить базисом для объяснения отношения права к государству. А эту-то последнюю
и игнорируют обыкновенно юристы, когда решают вопрос, каким образом те императивы, которые устанавливает государство и которые являются правом для подвластных ему, могут быть правовыми императивами и для самого государства, поскольку послед-нее мыслится как властвующий субъект, вступающий в отношения с другими, подвластными ему субъектами.я:
Некоторые утверждают, что праву государства, законам его подчинены лишь лица, призванные к осуществлению власти государства в качестве его органов, и подданные, но не сам субъект государственной власти.
Но против этого нельзя не возразить, что раз в осуществлении государственной власти все осуществляющие ее оказываются юридически ограниченными, то, следовательно, и вся совокупная государственная власть связана правом. Осуществляющие государственную власть связаны законом не в качестве простых граждан, а именно в качестве проявителей государственной власти. Если, следовательно, для осуществления государственной власти существуют обязательные нормы, они не могут не обязывать
и государство тем более, что государство не может иначе проявлять свою власть и волю как через посредство людей, призванных быть его органами. Вот почему даже тогда, когда государственная власть во всей своей полноте признается сосредоточенной у одного какого-либо органа, например, у монарха, и при этом государственная власть не мыслится стоящей выше права, этот орган признается все же связанным правом и соединяющим в себе как субъективные права целого государства, так и его обязанности.я:
Могут возразить, что отождествление связанности органов
с юридической связанностью самого государства допустимо лишь при воззрении, отождествляющем орган с государством в пределах компетенции органа.

Но если даже стать на точку зрения иной теории, отделяющей осуществляющие власть государства органы от самого государства и утверждающей связанность органов, а не самого государства, то и в этом случае, как мы говорили, государство оказывается связанным, так как государство не может действовать и проявить свою власть (а, следовательно, и обязывать кого-либо) иначе как через свои органы, т. е. людей, которые призваны осуществлять эту власть.я:Не только органы правительственной (так наз. исполнительной) и судебной власти являются в конституционном государстве связанными законами, подзаконными органами, но и органы законодательной власти являются адресатами законодательных предписаний, определяющих их компетенцию, содержание и форму их деятельности.я:
Даже органы с учредительными функциями, имеющие право подвергать пересмотру конституционные законы и изменять их, могут быть связаны правовыми ограничениями не только в форме своей деятельности, но и материально, в самых объектах ее. Палаты и национальное собрание во Франции не имеют права даже обсуждать вопрос об изменении республиканской формы правления, так как в силу конституционного закона 14-го августа 1884 г. "республиканская форма правления не может быть предметом предложений о пересмотре".я:
Далее, правительственные и судебные органы сами потому связаны, что они - органы государства, проявляют его власть. Следовательно, нормы, связывающие их, связывают и само государство, как субъекта властвования.я:
Итак, мы получаем единое государство, представляющее в то же время собой две личности, два субъекта, из коих один юридически обязывается перед другим. Объяснение правового самообязывания государства путем такой своеобразной конструкции само по себе указывает на всю искусственность и неубедительность теории, пытающейся найти основу юридического обязывания субъекта государственной власти лишь в нем самом.я:
В своей правовой организации государство находит свое естественное ограничение и необходимое определение, но не обязывание. Если говорят, что эта правовая организация, называемая государством, изменяет, отменяет свое право или устанавливает
новое, то это лишь выражение для объяснения внутреннего процесса жизни того сложного единства, юридически целого, в силу которого изменяется форма и объем его правового существования. Само государство не может нарушить свое право, нарушают это право его члены - люди, которых мы отличаем от государства как целого. Они посягают на право как неотделимую от государства форму его жизни. Нарушая обязанности, возложенные на них государственными законами, свою правовую компетенцию, лица, призванные быть органами государства, действуют не в качестве таковых.
Государство поэтому: в силу самой природы своей является правовой властью, правом, определенной и обусловленной силой. Оно всегда проявляет свою власть в правовых формах не потому, что так хочет или обязано, а потому что иначе не может.я:
Другими словами, государство, каким оно должно быть в силу определяющего его права, нельзя смешивать с государством, каким оно является в действительности. Государство и его властвование - есть факт действительной жизни, право - нормы, определяющие государство, долженствующие быть осуществленными в его жизненных отношениях, но далеко не всегда осуществляемые. Мы имеем всегда, следовательно, дуализм власти государства и государственного права.
Рассматривая государство со стороны лишь определяющего
и организующего его права, мы познаем государство лишь постольку, поскольку его существование выражается в правовых нормах и протекает в соответствии с ними. Функция права в отношении к государству - нормативного характера, и государство в действительности не может вполне соответствовать тем формам, которые выражены его правом.я:
Самое существование государства обусловлено сознанием со стороны образующих и поддерживающих его властвование социальных групп общественной ценности, необходимости и целесообразности того принудительного властвования, которое характеризует собой специфическую природу государства. Также и обязательность норм, которые формально устанавливает сам носитель государственной власти, обусловливается не только чувством страха и сознанием зависимости от подавляющей принудительной силы, находящейся в распоряжении властителя, но и сознанием со стороны подвластных моральной авторитетности, пользы, рациональной необходимости подчинения таким нормам для всех членов государства. Поэтому и сам властитель может быть связан устанавливаемыми им самим нормами не потому лишь, что обязательность этих норм основана на его собственном убеждении и желании, но и потому, что в той социальной массе, властителем которой он является, созрело сознание и признание обязательности и для него норм, декларируемых или устанавливаемых им самим.я: Нормы государства являются для государства такой же формальной границей его властвования, как и для подданных его; государство подчинено этим нормам как праву. Что касается самого властителя, то сознание внешней императивности для него им же установленных норм и соответственное соблюдение их обусловливается сознанием властителем самых основ своего властвования и его важнейшей функции - правоустановления и, само собой разумеется, фактическими гарантиями для поддержания силы законов. Там, где: все право сводится к воле властвующего, там о правовой связанности государства, по крайней мере в лице его верховного органа (для подчиненных органов существуют императивы верховного органа), говорить, конечно, не приходится.

С тех пор, как развитие правовой жизни народов противопо-ставило государству в его же праве и подвластных ему, как носителей не только публично-правовых обязанностей, но и субъективных прав по отношению к властвующему над ними государству, пора оставить поиски: лишь в его власти и воле. Ведь познание государства показывает нам, что та сила, которую мы называем государственной властью и приписываем ее тому или другому лицу, будет ли это лицо абстрактная юридическая личность государства или физические носители власти, все более определяются теми социальными элементами, над которыми мы возвышаем властвующее государство в своих юридических конструкциях. Из подвластных ведь образуются и те силы, которые, как говорит Еллинек, противостоят законодателю, и над которыми он считает себя призванным господствовать, но которые часто совершенно незаметно поднимаются против него и даже отваживаются стать на его место.
В этих силах покоится и основа формальной обязательности законов для самого законодателя, как и причина, почему государственные законы рушатся, чтобы дать место новым, которые несут с собой эти силы как свое право на место отринутого ими. Сила государственных законов как права, заключается в возможно большем соответствии их не воле, интересам и идеалам властвующего, а воле, интересам и идеалам той огромной социальной массы, которая называется подвластными, подданными государства. В подданных государства и нормативных убеждениях их заключается основа связанности государства его же правом и са-мая верная гарантия верховенства права над государственной силой. Закон не есть теперь только императив властителя, но
и императив подвластных.
УЧЕНИЯ НОВОГО ВРЕМЕНИ XVI-XIX вв.
Введение
Идеал нового правового государства
От нового времени мы имеем наибольшее количество политических учений, пред-ставляющих самые разнообразные направления. Более чем в какую-либо другую эпоху, мысль идет здесь различными ходами, то стараясь предвосхитить будущее, то обращаясь к прошлому. Но среди этого разнообразия взглядов и направлений легко заметить один основной путь, около которого сосредоточивается все остальное. Этот путь намечается историческим развитием новых европейских государств, приводящих все их без исключения, по некоторому непреложному закону к одному и тому же идеалу правового государства. Развитие этого идеала до сих пор нельзя признать законченным. В конце XIX столетия правовое государство вступило в новую фазу своей эволюции. К каким результатам приведет эта новая эволюция, совершающаяся на наших глазах, трудно предвидеть. Во всяком случае многовековое предшествующее развитие идеала правового государства выяснило его главные основания. Его образ, хотя и подлежащий дальнейшей эволюции, ясен. Мы постараемся представить здесь основные черты того образа в той последовательности, в которой они выяснились в постепенном развитии политической мысли.
Идеал правового государства возникает и развивается прежде всего в противопоставлении идеалу средневековой теократии. Начиная от Макиавелли и вплоть до французских политиков наших дней основным требованием нового идеала ставится, чтобы государство было светским. В развитии нового идеала это требование является столь же существенным, как и то, чтобы государство стало правовым. Можно сказать, что оба требования вытекают из одного источника,- из стремления к единому и обязательному для всех правовому порядку. Тягостное раздвоение, внесенное в христианское общество борьбою духовной власти со светской, заставляет представителей нового идеала стремиться
к единству под верховенством светской власти.я:
Таково внешнее соотношение двух идеалов, нового и средневекового.я:Но это необходимое соотношение двух идеалов раскрывается нам и с другой стороны. Последовательное развитие идеала светского государства должно было поставить перед ним во-прос, на какие силы оно может опираться для достижения своих целей. Сводя всю жизнь к единству власти и права, оно должно было увидеть, что этих начал недостаточно для того, чтобы основать на них прочный порядок, и вот почему теоретики нового государства так настойчиво заявляют о необходимой связи права с нравами и нравственностью. С конца XIX века, когда правовое государство вступило на путь социальных реформ, что бесконечно усложнило его задачи, подобные заявления слышатся громче, чем когда-либо; и мы присутствуем при любопытном зрелище, как государство в начале прошлого века объявленное божественным и всемогущим, постепенно лишается своего прежнего величия, заявляет об ограниченности своих сил и делает призыв к факторам нравственным,- к воздействию общественного мнения, к благотворному влиянию воспитания, к деятельности частных обществ и организаций. Мы наблюдаем лишь первые проявления этого процесса и не знаем еще, к чему он приведет. Окончится ли он признанием необходимости нового синтеза политических начал
с религиозными и церковными, или выразится в каких-либо иных формах организованного влияния нравственных элементов,- это откроется лишь будущему.

Светское государство - это только одна сторона нового идеала. Рядом с нею постепенно раскрывается и другая сторона: новое государство должно быть светским и правовым. Но как в пер-вом отношении, в стремлении к произведению светских начал, новый идеал нельзя признать законченным и счастливо преодолевшим все затруднения, так не находим мы этой законченности и в другом направлении,- в требовании господства правовых принципов. В середине XIX века могло казаться, что в этом отношении достигнут известный предел в формах парламентарного
и демократического государства, осуществляющего равенство и сво-боду. Но не говоря уже о том, что позднейшее развитие обнаружило эволюцию этих форм, с одной стороны, в смысле сочетания представительства с референдумом и иными формами народо-правства, а с другой - в смысле усиления исполнительной власти, и принципы равенства и свободы также подверглись эволюции. Для современного взгляда то понимание равенства и свободы, которое со времени французской революции считалось выражением истинных задач правового государства, признается формальным и отрицательным. Теперь требуют иного положительного осуществления этих начал, причем деятельность государства в этом направлении не имеет строго определенных границ. Эволюция правового государства в этом отношении касается прежде всего его функций, но это изменение функций не может не отразиться и на его организации. Мы снова подходим здесь
к такому пункту в новом политическом идеале, определение которого есть дело будущего. Невозможно ожидать, чтобы в результате этой эволюции, поскольку мы можем ее предвидеть, правовое государство перестало быть правовым. Когда социалисты1 говорят иногда о государстве будущего, как о некоторой противоположности правовому государству, здесь происходит просто смешение понятий. Современные правовые учреждения могут быть отменены, но на их место станут другие правовые учреждения, ибо государство вне права немыслимо, если конечно, оно не обратиться в нравственное общение, но в таком случае оно перестанет быть и государством.я:
На всем протяжении нового времени можно проследить ясную и прямую линию, через которую проходит одна и та же общая мысль. Эта мысль, лежащая в основе идеала правового государства, уже упомянута нами выше; она сводится к требованию единого и равного для всех права. С этим, как мы сказали, связывается и стремление к светскому идеалу, устраняющему двойственность правоотношений.я:
Новое государство призвано было совершить процесс уравнения общественных элементов и превратить сословное общество
с его многочисленными разделениями в общество гражданское, построенное на начале равной правоспособности. Для этого оно должно было уничтожить между собою и гражданами все посредствующие ступени властвования и подчинить всех еденному и об-щему для всех закону. Суверенное государство должно было уничтожить тот строй, на почве которого создавались бесправие
и неравенство, выделения и исключения, привилегии и монополии. Таков был идеальный смысл той политической теории, которая была создана в противовес феодальному порядку отношений. Если это идеальная цель осуществилась не сразу, это зависело от особых условий исторического развития, но принцип суверенного государства полагал для нее прочный фундамент - требование единого и равного для всех права.
В этом именно и заключается первая и основная задача правового государства: оно должно подчинить разрозненные стихии общественной жизни общему правовому порядку. Государство должно объединить все классовые, групповые и личные интересы в целях общей жизни. Сочетая частные интересы единства общего блага, вводя их в законные границы предписанием единого
и общего для всех права, государство узаконивает их и придает им значение общепризнанных правовых явлений, а вместе с тем создает почву для их совместного проявления и развития. Из этого благодетельного действия государственного принципа частные интересы осуждены на стихийное самоутверждение и анархическую вражду. В стремлении к осуществлению этого принципа проявляется основная идеальная цель правового государства.
Это была, однако, лишь первая ступень в развитии правового идеала нового времени. Требуя подчинения всех граждан единому и равному для всех праву, он должен был затем включить
в свое содержание и новое требование, чтобы этому праву была подчинена и сама государственная власть. Найти условия для планомерного существования власти, сделать право основанием государственной жизни, обеспечить равенство и свободу не только в отношениях между гражданами, но и в отношении к ним государства,- такова была новая цель, которая была выдвинута дальнейшим развитием политической мысли. Основное значение
в формулировании этих начал принадлежит английским и французским учениям. Выработанные ими определения кажутся
в настоящее время элементарными и простыми, но именно потому, что они стали общим достоянием, к которому все привыкли.

Политическая доктрина французской революции придала идеалу правового государства, подготовленному долгими усилиями предшествующего развития мысли, ясные и твердые основания. Провозгласив, с одной стороны, идею народного суверенитета, а с другой - неотчуждаемые права личности, она утвердила те основания, на которых и до сих пор покоится теория правового государства. Однако сами эти основания не представлялись столь простыми и бесспорными, чтобы стать незыблемыми аксиомами политической мысли. Критическая мысль XIX века подвергла разностороннему анализу как эти основания, так и их взаимоотношение, и теперь в начале ХХ столетия мы имеем все данные утверждать, что теория правового государства переживает третью стадию своего развития, если первой признать учение о суверенном государстве, нашедшее наиболее чистое выражение у Бодена, а второй - доктрину французской революции (подготовленную английскими учениями XVII века). Основной особенностью этой третьей стадии является новое понимание прав личности, равенства и свободы. Это понимание приводит современное государство к такому расширению своих задач, которое далеко оставляет за собой прежние представления. В связи с этим подвергаются пересмотру и иначе формулируются все основания старой теории, в том числе и идея народного суверенитета.
Мне предстоит очень трудная задача - в самый короткий срок ознакомить вас с современным положением одной из главных проблем морали. Не с точки зрения определенной доктрины, а в свете современных исканий хочу я представить вам вопрос об общественном идеале, и это еще более усложняет мою задачу.
Чтобы сразу назвать вам ту причину, которую я считаю самой главной и основной, я скажу, что перед нами совершается крушение одной очень старой веры- веры в возможность земного рая. В этой идее прежняя общественная философия видела свой высший предел, на этом она утверждала силу своих предсказаний
и твердость надежд. И вот теперь эта идея отнимается у нее: отнимается ясная цель исканий, теряется из вида близкий, доступный берег.я:
На чем, в самом деле, было основано то пламенное преклонение, те безграничные надежды, с которыми повсюду встречено было наступление демократической эры в конце XVIII века? Откуда та неотразимая привлекательность, которую имели для соседних стран политические движения Франции 30-го и 48-го годов? Ответ на это может быть только один: те поколения, которые связывали с политическими переменами такие безграничные надежды, верили в близкое наступление царства правды, равенства и свободы; они уже видели себя вступающими в обетованную землю общественного идеала. Во вторую половину XIX века прежний политический энтузиазм оказывается уже изжитым.
Но за всеми этими частными разочарованиями стоит одно основание: перестали верить в чудодейственную силу политических перемен, в их способность приносить с собою райское царство правды и добра.
Но не успел в этом смысле померкнуть идеал политический, как на смену тотчас же выдвинулся социальный идеал: если политические реформы не принесли ожидаемого блаженства, то его надо ждать от более радикального общественного переворота. Перейдя к социализму,- как говорят одни, или к анархизму,- как думают другие,- человечество обретет то, чего так долго и так тщетно искало. Политические идеалы не спасли человечества, но зато его спасут новые, еще не изведанные формы, новые и бесконечно более справедливые уклады жизни. И снова пылкие мечты и горячие надежды, опирающиеся на ту же идею о грядущем земном рае.
Тысячи причин объясняют нам, почему современные народы увлекаются мыслью об этих новых, неведомых формах быта. Но если надо объяснить религиозный характер этого увлечения, тот пламень чистой веры, который нередко соединяется с ним, то идеальной причиной, покрывающей все другие, является вера в ожидаемое торжество безусловной правды. Душам, "взыскующим града", дается надежда, что этот град, это царство блаженного совершенства может быть осуществлено здесь, на земле. Не высший и сверх земной, а среди людей осуществленный и на земле для них доступный, как рисуется этот град правды и добра.я:
В самом деле, отнимите у этих идеалов их веру в будущую гармонию жизни, и вы отнимете у них самую душу, самую основную их предпосылку. Все их священное и религиозное значение, вся их сила быть новой религией для человечества тотчас исчезнет, как только вы допустите, что они не могут установить гармонии общественных отношений, не могут дать обещанного рая.
Когда мы анализируем утопию земного рая, мы видим, что она отправлялась от мысли дать человеку безусловное и полное удовлетворение. Не одно материальное счастье здесь имеется в виду,
а полная гармония жизни, безусловное равновесие сил как материальных, так и духовных.
Так, общественная проблема совпадает здесь в сущности с религиозной, с проблемой спасения людей от слабости и ограниченности их личных сил. Задача ставится так, чтобы найти форму устройства, при которой человек чувствовал бы себя в полной гармонии с общественной средой, в безусловном и благодатном слиянии с ней.

Но самая постановка этой задачи предполагает, что между личностью и обществом может установиться полная гармония, что между ними возможно безусловное совпадение и единство. Эта идея о гармонии личности со средой и была неразлучной спутницей утопии земного рая, и здесь-то искания наших дней резко обрывают старую традицию. Из бурь и тревог XIX века личность вышла с новым взглядом на свое призвание и свое существо. XVIII век дал ей декларацию неотчуждаемых прав,
а XIX век нечто большее - сознание незаменимой, неповторяющейся, своеобразной индивидуальности. Личность вышла из этого века с чувством своей неудовлетворенной тоски, с жаждой высшего идеала, с мыслью о своем противоречии с обществом.
:И понятно, что личность перестает верить в абсолютное значение политики, в спасительное воздействие общественных форм. Она начинает сознавать, что эти формы могут дать только часть того, что ей надо и как бы ни ослепляли они ее легкостью
и удобствами жизни, богатством и роскошью учреждений, чудесами и эффектами техники, утолить внутренний голод души, взыскующей града, они не в состоянии.
Выражая этот вывод еще и другими словами, мы сказали бы, что личность, душевная жизнь личности шире и глубже политики и общественности, и потому спасение и удовлетворение человек должен искать не только в обществе, но прежде всего в себе,
в своих собственных силах и средствах. А что же общественный идеал? Не потускнел ли он, не померк при свете новых откровений индивидуализма? Нет ли тут отказа от всяких действий и надежд в мире общественном? Нет ли здесь проповеди личного самоудовлетворения?
Я думаю, на это мы можем ответить самым определенным
и категорическим отрицанием.
:Если человек не может найти полного удовлетворения в общественных учреждениях, то он не мог бы получить его и без них: они не составляют для него абсолютной цели, но они являются, однако, необходимым и незаменимым средством для того, чтобы идти вперед, по пути нравственного прогресса.
Воздадите кесарево кесарю, а Божие Богу- этот вечный завет остается в силе и для наших дней. Это - признание самостоятельности как дел душевных, так и дел политических, каждая область имеет свои пути и задачи, и каждая должна сохранить свое значение для человека. Развивая это положение, было бы нетрудно показать, что политический реализм вполне уживается с самым высоким моральным идеализмом.
Но в той, как и в другой области исходным пунктом и конечной опорой является человек и его нравственное призвание. Не вера в земной рай, который оказывается по существу недостижимым, а вера в человеческое действие и нравственное долженствование - вот что ставится здесь пред нами. Не обетованная земля, а непреклонная личность,- такова наша последняя опора. Личность, непреклонная в своем нравственном стремлении, неизменно сохраняющая свой идеал при всех поворотах истории,- вот что берется здесь за основу и для общественного созидания.
Я знаю, что может показаться безбрежным по своей неопределенности, и вот почему я говорю: здесь сломан старый мост, сокрушен старый берег. Впереди - горизонт бесконечности.я:
I. ФИЛОСОФИЯ ПРАВА
4. Философия права и общая теория права
:Уже в самом наименовании теория права сливается с философией права. То же обнаружится при рассмотрении содержания. Рассматривая право того или другого народа, мы замечаем
в нем черты двоякого рода: свойственные только данному праву и общие ему с правами других народов.я:Общее и необходимое
- это и есть объект философии права или теории права. Остается только создать такую юридическую науку, которая объединила, свела бы в одно общее то, что уже сделано общей частью каждой специальной науки. Это и есть задача общей теории права, единственная задача для истинной философии права. Из сказанного обнаруживается, что общая теория права составляет продолжение общей части всех юридических наук, что материал ее исключительно положительное право, что она и есть то, чем должна быть философия права.я:Общая теория права есть не что иное, как теоретическая часть философии права, в единственно возможном научном ее содержании.
II. ЧЕЛОВЕК И ЕГО ПОТРЕБНОСТИ
7. Гипотеза изолированного человека
Изолированный человек немыслим, потому что всякий человек - всецело продукт общественности, и потому что человек никогда не жил вне общественной среды. Однако отбросить понятие изолированного человека, не значит ли это, выливая ванну, выбросить и ребенка? Можно ли считать изолированного человека абстракцией, когда то, что прежде всего дано в опыте,- это
и есть индивид с его изолированным сознанием? Признавая изолированного человека абстракцией, мы, очевидно, должны считать реальностью общество.я:
III. ОБЩЕСТВО
11. Понятие об обществе
При всей спорности вопроса о том, что такое общество, один момент в его понятии остается вне сомнения: общество есть совокупность индивидов. Нельзя быть в обществе с самим собою. Совокупность есть необходимое, но не исчерпывающее условие; это только один из моментов в понятии об обществе.

Всякий человек, как личность, имеет свои личные интересы, и как бы ни приспособлялся он к общественной среде, но индивидуальность его никогда окончательно не сотрется. Поэтому,
с понятием об обществе, построенном на общности интереса, вполне примиряется возможность противоречивых интересов наряду с наличностью общих. Вопрос только в том, которые из этих интересов берут верх. Сплоченность общества зависит от преобладания общих интересов над противоположными. Преобладание сталкивающихся интересов над общими должно повести к разрушению общества.
:Мы находим, что понятие об обществе предполагает следующие моменты: а) совокупность индивидов, б) общий интерес,
в) сотрудничество, г) организацию.
Совокупность лиц, объединенных одной государственной властью, приобретает благодаря тому новый общий интерес, объединяется на почве нового сотрудничества и образует общество, совпадающее пространственно с государством, но не сливающееся
с ним в существе, и не препятствующее тому, чтобы составляющие его индивиды принадлежали одновременно к другим общественным соединениям.
18. Общество и индивид
Индивид есть продукт общественной среды. Общество оказывает на него массовое влияние, под которым складываются ум, чувства и воля человека. Общество приучает каждого индивида смотреть на все его глазами, чувствовать вместе с другими индивидами. В каждом индивиде, принадлежащем к определенной общественной группе, осуществляется коллективный общественный тип.я:
:Человек является продуктом общественности, но индивидуальность есть результат своеобразного сочетания влияний. Чем разнообразнее эти комбинации, при многообразии общественных факторов, тем сильнее индивидуальность. Вследствие этого в ду-ше каждого индивида, в ее тайниках, заложены такие переживания, которые будучи произведением окружающей среды, мало доступны для окружающих людей, способных понимать один другого только по типическим проявлениям.я:
19. Образование обществ
Опыт показывает нам, что человек всюду живет в обществе.
В пользу общественности человека свидетельствует и вся современность, и вся доступная нам история культуры.я:
:Мы не можем с точностью определить ни момента, ни формы первой общественности. Но мы можем предположить, что первая потребность в сотрудничестве обнаружилась тогда, когда человек, изобретая орудия, понял значение взаимной помощи при охоте на больших животных. Передвижение значительных групп с целью :приобретения недостающих или лучших средств существования, приводит к новообразованию особого вида. Успех наступательного движения может иметь своим результатом или совершенное уничтожение группы, занимавшей ранее места, взятые силой, или же к подчинению побежденной группы власти победившей группы и образованию нового общества на началах властвования. По мнению некоторых в этом моменте общественного развития необходимо видеть всегда зарождение государства, потому что сожительство победителей и побежденных требует организации постоянной власти, которая и составляет характерный признак государственного союза. Однако нельзя отрицать, что утверждение власти может иметь место и в оборонительном союзе с целью отражения внешнего напора, так же, как и в наступательном союзе с целью закрепления достигнутых напором успехов.
Новорожденное государство в интересах самосохранения, вынуждено заботиться о количественном и качественном своем содержании, потому что в борьбе за существование одерживает победу государство наиболее крупное и крепкое. Рост общественной группы, получившей образ государства, производится или путем естественного размножения или же посредством насильственного включения в свой состав соседних общественных групп. Сплочение разросшегося государства достигается путем государственной власти и права, играющих роль цемента, связующего большие массы в стройное и прочное здание.я:
Господствующее мнение склоняется к признанию, что семья есть позднейшее образование, которому предшествует общественная группировка, построенная не на половом и кровном сближении, а на хозяйственном сотрудничестве.я:Дальнейшее движение, по-видимому, более определенно: от семьи, ставшей патриархальной, через род, к племени. Все эти группы сплачивают индивидов единого коллективного типа и в этом их внутренняя крепость. Государство, создавшееся из соединения племен, строит свою внутреннюю крепость на усилении взаимной зависимости частей, связанных хозяйственными и правовыми нитями.
Условия борьбы за самосохранение приводят к увеличению объема обществ. Но чрезмерное разрастание группы приводит
к ослаблению связей общества с составляющими его индивидами. Тогда, не распадаясь на части, общество создает в своей среде
новые общественные образования, охватывающие индивида более тесным кругом. Такой процесс наблюдается особенно ярко
в наше время.
IV. ПРАВИЛА ОБЩЕЖИТИЯ
20. Содержание социальных норм
Где есть общество, там должны быть и правила общежития, или социальные нормы. Социальные нормы определяют поведение человека в обществе, а следовательно, отношение человека
к другим людям.я:
:В социальных нормах процесс дифференциации не завершился. Более всего обособилось право, менее нравственность, остальная масса норм остается в состоянии недифференцированном.я:
22. Нормы нравственности
Нормы нравственности составляют вид социальных норм; определяя отношение человека к человеку, нравственность представляет всецело явление социальное. Поскольку действия человека не касаются других людей, его поведение безразлично.я:
Нормы нравственности имеют всегда социальный характер. Нравственность представляет не требования человека к самому себе, а требования общества к человеку. Это не человек определяет, как он должен относиться к другим, а общество определяет, как один человек должен относиться к другому человеку. Это не человек оценивает поведение, как хорошее или дурное, а общество. Оно может признать поступок нравственно хорошим, хотя он не хорош для индивида, и оно может считать поступок дурным с нравственной стороны, хотя он хорош с индивидуальной точки зрения.я:Нормы нравственности - это требования, обращенные к человеку извне. Нравственный закон не в нас, а вне нас, как и звездное небо.я:

V. ГОСУДАРСТВО
25. Понятие о государстве
:Совокупность людей, образующих население государства или народ, не должна быть смешиваема с нацией. Нация объединяется по историческому моменту, народ - по политическому моменту, хотя бы вопреки истории.
:Вторым характерным признаком государства является тер-ритория, т. е. то пространство, на которое простирается действие государственной власти.я:
Наконец, третьим признаком, определяющим понятие о государстве, является власть.
Что такое власть? Власть есть возможность навязывать свою волю другому или другим, подчинять своей воле волю других, заставлять других сообразовать свое поведение с волею властвующего, вводить свою волю одним из существенных мотивов, определяющих поведение другого.я:В основе повиновения обнаруживались страх и вера: страх, что поведение, уклоняющееся от внушаемого волею другого, грозит известными невыгодами,
и вера, что поведение, согласованное с внушаемым волею другого, обещает известные выгоды. Власть повелевающего опирается, таким образом, на эгоистическое чувство повинующегося.
Государственная власть, как вид власти, представляет собой то же самое по существу и по основе. Это способность властвующих делать свои веления фактором, определяющим поведение подчиненных, и в основе такой возможности лежит инстинкт самосохранения человека. Страх за свое благополучие и доверие к органам государственной власти, как наилучшему средству его обеспечения, составляет индивидуально-психологическую основу государственной власти. Передача этих чувств от одного поколения к другому, передача этих чувств от одного индивида к другому в массовом сожитии, составляет коллективно-психологическую основу государственной власти.я:
С юридической точки зрения определяют государство как правовое отношение.я:
Юридическое определение не только не способно объяснить реального существа того, что мы называем государством, но оно кроет в себе опасность затемнить пред нами истинную сущность явлений, происходящих в государстве.
Понятие о государстве только одно - социологическое.
26. Государственная власть
:Самостоятельность государственной власти, которой она отличается от других властей, в своем раскрытии обнаруживает свойства государственной власти. Самостоятельность характеризует государственную власть, как независимую, высшую, неограниченную и неделимую. Ни одно из этих свойств в отдельности не покрывает собою понятие о государственной власти.я:
27. Государство и общество
Едва ли возможно сомнение во влиянии государства на нравы общества.
Государство создает новое основание для общественной сплоченности.
:Но общество, в свою очередь, оказывает сильнейшее влияние на государство. И сила, которой оно действует, есть общественное мнение.я:
:Самым естественным образом мнение общества выражается в печати и в собраниях.я:При парламентаризме общество, путем выборов, держит постоянно государственную власть на уровне общественного мнения. Здесь достигается наиболее возможная гармония между обществом и государством.я:Если принять в со-ображение, что общественное мнение есть санкция нравственных норм, то парламентарная система более всего осуществляет идею примирения государства и морали.я:
28. Задачи государства
:Существует весьма распространенное представление, что правовое государство то же самое, что государство конституционное.я: Но это совершенно не так. Правовое государство есть проблема, поставленная государству временем; конституционное государство есть наилучшее, по воззрению времени, средство для осуществления этой задачи.я:Поставив требование государства, в котором право соблюдалось бы в точности, XIX век указал на конституционную форму, как на лучшее средство, гарантирующее правовой порядок.
Чем же обеспечивается правовой порядок против произвола государственной власти? В разное время выдвигались различные гарантии: а) неотъемлемые права личности, б) принцип разделения власти, в) правовое самоограничение власти, г) подчиненность государства стоящему над ним праву. В действительности такой гарантией является только сдерживающая сила общественного мнения.
:Степень готовности гражданина принести жертвы государству зависит от представления, что он теряет с этим государством. Гражданин государства, которое обеспечивает ему личную и имущественную неприкосновенность, законность и свободу, защиту всюду, где бы он ни был,- готов на бо'льшие жертвы, чем гражданин того государства, которое относится к нему как к бесправному рабу. Первый будет защищать государство, как свой дом, второй - как дом своего господина.
Это приводит государства, усвоившие себе новые условия жизни в борьбе за самосохранение, к политике подъема народной культуры. Прежде всего, государство ставит себе задачей народное образование.я:Оно само спешит содействовать экономической деятельности частных хозяйств организацией кредита, страхования, улучшением путей сообщения, отыскиванием новых рынков, устройством образцовых хозяйств и т. п. С другой стороны, оно стремится развить в гражданах свободную инициативу, которая давала бы возможность наилучшего использования этих условий. Свободная инициатива предполагает чувство свободы, которое развивается только на почве строгой законности и доверия к общественным силам.

:Отсюда все большая демократизация государства. На горизонте обрисовываются, хотя еще неясно, черты "социального государства".
29. Происхождение государства
:Одним из самых старых объяснений происхождения государства является теократическая теория. Теория божественного происхождения принимала различные образы. Можно утверждать, что государство, как форма общения, предписана человеку Богом, или же, что данное государство возникло непосредственно волей Бога.я:
Иное объяснение дается государству с точки зрения теории договорного происхождения государства.я:Договорная теория являлась политическим орудием. В новое время, с XVII века, договорная теория выдвигается против абсолютизма, оторвавшего власть от общественного влияния.
:Патримониальная теория объясняет происхождение государства из поземельной собственности.я:Право собственности на землю является первоосновной господства над территорией.я:
Теория семейного происхождения ищет корней государства
в семье и стремится определить момент перехода от семейного строя к государственному.я:
Теория завоевательного происхождения утверждает, что государство всегда основывается на факте завоевания.я:
Все же приходится признать односторонность последней из рассмотренных нами теорий. Происхождение государства может быть отнесено к одному из трех факторов: 1) естественное разрастание, сопровождаемое классовым расслоением, которое создает власть в лице экономически сильнейших; 2) добровольное соединение родов и племен, под избранным вождем, в виду общей внешней опасности; 3) завоевание одних другими, которое требует власти и порядка для определения постоянного отношения между побежденными и победителями. Во всех случаях идея политической власти нарождается медленно, может быть даже незаметно для современников. Временная военная власть превращается в постоянную военную власть, а потом в постоянную гражданскую власть. Долгое время органы власти не могут проникнуться публичной точкой зрения на свои функции, и придают своей деятельности характер продолжения частно-хозяйственной и семейной жизни.
30. Формы государства
Историческая и современная нам действительность представляет чрезвычайное разнообразие государственных форм.
:С точки зрения цели классификации должна быть принята в соображение та сторона, которая является наиболее существенной для внутреннего государственного и правового порядка. Такой стороной необходимо признать государственное устройство.я:
Монархия есть такая форма государства, в которой имеется единоличный, наследственный и безответственный орган власти.я:
Монарху, независимо от того, абсолютная или конституционная монархия, приписывается вся полнота государственной власти.я:
Другим основным государственным типом является республика.я:
Республиканская форма разделяется на два вида: на непосредственную республику и представительную республику.я:
В последнее время обнаруживается некоторый поворот в сторону непосредственной республики. Конечно, одновременное собрание всего народа для обсуждения закона уже немыслимо. Но обсуждение законопроекта в организованных собраниях, в печати, делает весь народ до некоторой степени подготовленным к вы-сказыванию своего одобрительного или отрицательного мнения по поводу предполагаемого закона.я:
VI. ПРАВО
31. Постановка вопроса
:Эта задача заключается в том, чтобы определить понятие о положительном праве. Вниманию исследователя подлежит только то право, которое действует, но не то право, которое должно бы действовать. Этим ограничением избегается при определении понятия опасность смешения права с правовым идеалом, со справедливостью.
:Объективное право составляет основное понятие, а субъективное право - производное. Определение понятия о праве должно быть направлено всецело на объективное право.
Таким образом, задача еще более сузилась: в положительном праве мы ищем, что такое объективное право.
32. Нормы права
Всякий закон, в какую бы грамматическую форму не был он облечен, всегда представляет собой норму или правило поведения.я:
Второе, что замечается во всех нормах права - это их повелительный характер. Всякая норма права - приказ.я:
Так как нормы права отличаются от других социальных норм тем, что соблюдение их поддерживается требованием, исходящим от государства, то отсюда следует: 1) что вне государства нет права, и 2) что действие норм права ограничивается пределами власти государства.я:
Все сказанное дает основание определить понятие о праве следующими признаками: право в объективном смысле есть -
а) норма, б) определяющая отношение человека к человеку, в) угрозой на случай ее нарушения страданием, г) причиняемым органами государства.я:
34. Право и государство
Нормы права - это требования государства. Государство, являясь источником права, очевидно, не может быть само обусловлено правом. Государственная власть оказывается над правом,
а не под правом. Государство есть явление первичное, право - вто-ричное. Такова теория первенства государства, на которой строится определение права по признаку принудительности.

Государство предшествует праву исторически и логически.
В недрах общества зарождается организованная власть. Все ее внимание первоначально обращено на обеспечение внешней безопасности, и внутрення жизнь общественной группы остается под действием прежних правил. Затем, для укрепления своего положения, власть обращается к внутреннему управлению. Князь, царь или иначе называемый вождь принимается творить суд, потому что к нему обращаются как к авторитету. Но он не творит новых правил. Однако признав которое-либо из существующих правил, он дает ему свой меч. Этим из правил общежития сразу выделяется особая группа, отличающаяся по существенному моменту,- по новому способу охраны. Таково рождение права. Его отцом был образовавшийся в общественной среде государственный элемент. Позднее, власть не только поддерживает существовавшие правила, но, опираясь на своей меч, создает новые или видоизменяет прежние.я:
Таково историческое соотношение между правом и государством. С логической стороны важно не то, кем и когда созданы нормы поведения, признаваемые правовыми. Суть дела состоит в том, что для признания за нормами правового характера необходимо то организованное принуждение, которое только и способно отличить нормы права от всех иных социальных норм, и которое может исходить только от государства.я:Право есть функция государства, и потому логически оно немыслимо без государства
и до государства.я:
Право представляет равнодействующую двух сил, из которых одна имеет своим источником интересы властвующих, а другая - интересы подвластных. Право, поддерживаемое государством, есть результат соотношения государственных и общественных сил.
С развитой сейчас точки зрения вполне оправдывается положение Иеринга, что "право есть хорошо понимаемая политика силы". Благоразумие принуждает властвующих к самоограничению.я:
VII. ФОРМЫ ПРАВА
38. Общий обзор форм права
Право, с развиваемой мною точки зрения,- это правила общежития, поддерживаемые государственной властью.я:
Различные формы, в которых выражается право, носят издавна название источников права. Термин этот представляется, однако, мало пригодным ввиду своей многозначности.я:
39. Закон
Формой права, преобладающего в настоящее время у всех цивилизованных народов, является закон, который совершенно отодвинул на задний план все иные формы.я:
Под именем закона понимается норма права, исходящая непосредственно от государственной власти в установленном заранее порядке.
Прежде всего закон есть норма права, т. е. общее правило, рассчитанное на неограниченное число случаев.я:Акты законодательной власти можно назвать законами в формальном смысле.
Второй признак закона тот, что норма права исходит непосредственно от государственной власти, составляет прямое выражение воли органов власти.я:
Наконец, третий признак закона состоит в том, что воля органов государственной власти, творящей норму права, должна выразиться в установленном заранее порядке. Этот формальный момент выражения воли необходим совершенно независимо от организации государственной власти.я:
В образовании закона различаются следующие моменты:
1) законодательная инициатива, 2) обсуждение законопроекта,
3) утверждение законопроекта, 4) обнародование закона.я:
VIII. ОБРАЗОВАНИЕ ПРАВА
51. Происхождение права
Где есть общество, там имеются и правила общежития. На самых ранних ступенях эти правила представляют однородную
недифференцированную массу. Типичным отражением первоначальной однородности может служить индийское законодательство Ману, в котором право, мораль, приличие, религия еще вовсе не разошлись.
Все нормы в это время неразрывно связаны между собой, все одинаково глубоко проникли в сознание каждого, как правила должного.я:
Но наступает момент, когда из общей массы правил общежития начинает выделяться группа, получившая с течением времени настолько резкие отличные признаки, что уже не могло быть сомнения в зарождении нового явления.я:
Причины дифференциации заключаются в следующем. Во-первых, численный рост группы. Пока общественная среда невелика, жизнь и поведение каждого человека проходят на глазах
у всех. Ему не ускользнуть от внимания и осуждения своих сожителей. Но сколько-нибудь значительное усиление личного состава тотчас же ослабляет влияние общества на личность.я:
Во-вторых, нарушение однородности группы. Пока личный состав не обнаруживает никаких различий, ни по происхождению, ни по богатству, группа сильна единством своих интересов, взглядов, преданий. Но завоевания подрывают эту однородность. Или победители переселяют к себе побежденных, или сами поселяются среди них, заставляя их работать на себя. В пределах одной и той же группы сталкиваются уже заранее прямо противоположные интересы, воззрения, выработанные в разное время, при разных условиях.
: А между тем общественное мнение только и сильно своим единством. Тогда становится ясна недостаточность этого способа охраны правил общежития.

В-третьих, рост общественной группы и нарушение ее однородности приводит к увеличению числа правил, создаваемых для сохранения сплоченности.я:
Самый процесс дифференциации норм права обусловливается нарождением в общественной среде нового явления - суда от имени власти. Зародыш права - в обособлении суда, организованного политической властью, от суда общественного.я:
Тот момент, когда суд стал выбирать из предложенных ему правил или стал творить новые правила путем прецендента,- был моментом обнаружения права.я:
История права всех народов показывает нам везде почти один и тот же порядок, в каком происходил переход к правовой нормировке. Прежде всего правовой охране подвергается личная неприкосновенность носителей установившейся власти.я:Уголовное право за политические преступления выступает как первый ряд норм права, исходящих от политической власти.я:За уголовным правом следуют нормы, определяющие, что' должно вносить население в пользу власти,- это дань, уроки, налоги. Далее следуют нормы процессуальные. Определение порядка судопроизводства составляет важное содержание древних юридических памятников.
I. НАЧАЛО ОБОСОБЛЕНИЯ ВЛАСТЕЙ
Отличительным моментом, характеризующим юридическую природу абсолютных монархий старого порядка, является внеи
надзаконный характер правительственной власти.
В абсолютной монархии старого режима правительственная власть старого режима не связана, не ограничена законом; закон не налагает на нее никаких обязанностей по отношению к подданным и, следовательно, не представляет подданным никаких прав по отношению к ней.я:
Надзаконный характер правительственной власти влечет за собою в абсолютном государстве бесправие индивида.
Произвол и бесправие - одно и то же явление, рассматриваемое с двух различных, объективной и субъективной, точек зрения. Самая идея субъективного публичного права - права, которому соответствует обязанность государственной власти,- остается совершенно неизвестной и чуждой старому режиму.я:
Субъективные публичные права, в современном смысле этого слова,- права по отношению к государству, основанные на праве самого государства - остаются неизвестными публицистике старого режима. По отношению к надзаконной правительственной власти у подданного нет и не может быть прав. У надзаконной власти подданный может просить милости, а не требовать права.я:

III

Родоначальником современной теории правового государства является Монтескье.
Впервые Монтескье в обособлении властей усматривает необходимое условие - гарантию политической свободы; под политической свободой гражданина он понимает спокойствие его духа, проистекающее из уверенности в собственной безопасности, в неприкосновенности его прав.
В отличие от других государств, Англия непосредственной целью своей конституции полагает политическую свободу; поэтому на английской конституции может и должно быть изучаемо обособление властей.я:
Не подлежит сомнению, что принцип обособления властей
в правильном его понимании лежит в основе современного конституционного строя.я:
Несмотря на это, теория Монтескье отнюдь не пользуется всеобщим признанием. Две существенно важные ошибки, допущенные Монтескье, в значительной мере искажают правильную и глу-бокую мысль, лежащую в основе его теории.
Первая ошибка - сближение теории обособления властей
с теорией так называемой смешанной формы правления.я:
Учение Монтескье о смешанной форме правления представляется несостоятельным в двух отношениях.
Прежде всего, смешанная форма правления отнюдь не может быть признана наилучшим, т. е. наиболее совершенным типом политической структуры государства.
С исторической точки зрения смешанная форма является не чем иным, как переходом от старого порядка к новому, компромиссом между чуждыми друг другу началами,- еще не вполне отжившим началом абсолютизма и сословности, и развивающимся, но не успевшим еще окончательно восторжествовать, демократическим началом. Рассматриваемая с этой точки зрения смешанная форма правления является, таким образом, не идеальной, а временной и переходной формой: основанная на компромиссе, на комбинации трех чуждых друг другу элементов, монархического, аристократического и демократического, она находится в состоянии неустойчивого равновесия и выходит из него при усилении одного из этих элементов.я:
Современным государством является только демократическое государство. В зависимости от исторических условий,- в од-ном случае это демократическое государство облекается в форму конституционной монархии, в другом - в форму представительной или непосредственной республики: в том и в другом случае обособление властей не может и не должно идти вразрез с демократической природой современного государства.
Другая - в высшей степени существенная ошибка Монтескье заключается в сближении теории обособления властей с теорией уравновешения или координации их. (Так в тексте. - Сост.).я:
На теории уравновешения властей Монтескье основывает свое учение об отдельных институтах конституционного строя - о ко-ролевской власти, о двухпалатной системе, о взаимоотношении между законодательной и исполнительной властью и др.

А между тем не подлежит сомнению, что обособление властей, понимаемое как их уравновешение, находится в прямом противоречии с принципом единства государственной власти; именно потому все, вообще, критики теории Монтескье свои возражения направляют не против принципа обособления, а против принципа уравновешения властей.я:
Не подлежит сомнению, что теория уравновешения властей, возникшая на почве механической концепции государства, противоречит принципу единства и нераздельности государственной власти. Если действительно государственная власть едина, то
в государстве всегда и необходимо существует верховная власть, воля которой, именуемая законом, определяя и деятельность остальных властей, стоит выше их всех. Правильное понимание обособления властей ничего общего с разделением власти не имеет. Такое обособление требует отделения правительственной и судебной власти от законодательной не для того, чтобы их поставить рядом с нею, а для того чтобы их подчинить ей; оно требует подзаконности правительственной и судебной власти.
В этом - и только в этом - своем значении начало обособления властей должно быть рассматриваемо как краеугольный камень западноевропейского конституционализма. Отделение правительственной власти от законодательной, а также судебной
- от той и другой, является необходимым условием подзаконности как правительственной, так и судебной власти; именно потому обособление властей является основным принципом правового государства.

IV

Правовым государством мы называем государство, которое
в своей деятельности, в осуществлении правительственных и судебных функций, связано и ограничено правом, стоит под правом, а не вне и над ним.
Современное государство осуществляет двоякого рода функцию. С одной стороны, государство законодательствует; государственная власть является творцом положительного права. С другой стороны, то же государство управляет: оно действует, осуществляя свои интересы в пределах им же самим создаваемого права.
Законодательствуя, государство свободно; оно не связано положительным - обычным и законодательным - правом. Нет вечных обычаев и законов. Положительное право не ставит никаких границ законодательному творчеству государства. Конституция определяет организацию государственной власти,- процесс правотворчества, но не его содержание.я:По самому существу своему законодательная власть не может быть ограничена законом.
Наоборот, тоже государство, в лице своей правительственной власти - правящее, а не законодательствующее государство - ог-раничено действующим положительным правом. Издавая закон, государство связывает и обязывает им не только подчиненных ему индивидов, но вместе с тем - посредственно или непосредственно - и само себя. Закон возлагает на правительственную власть определенные обязанности и предоставляет ей определенные права,- и, таким образом, государство в лице правительственной власти является правовым субъектом - субъектом публичных (и, разумеется, гражданских) обязанностей и прав.
Два одинаково бесспорных положения: "государство творит право" и "государство является правовым субъектом" находятся, по-видимому, в непримиримом противоречии друг с другом.я:
Нельзя, конечно, не согласиться с Еллинеком в том, что государство "связано" правом и только потому является в своих
отношениях к индивидам и другим государствам правовым субъектом. Поскольку государство творит право, оно связывает, следовательно, своим правом само себя. Но, с другой стороны,
в отличие от Еллинека, необходимо признать, что этой связанности подлежит не государство вообще, а только действующее, управляющее государство,- государство поскольку оно, в пределах права, свободно осуществлять свои интересы. Правовым субъектом государство является в лице своей подзаконной, правительственной и судебной власти. Наоборот, совершенно неубедительны попытки Еллинека доказать, что положительное право,- и в част-ности закон связывает и обязывает самого законодателя.
Но если, таким образом, существо правового государства за-ключается именно в подчиненности праву, в подзаконности правительственной и судебной власти, то, очевидно, обособление властей является необходимым предположением правового государства. Только благодаря такому обособлению правительственная и судебная власти подчинены законодательной; только благодаря ему государство, в лице подзаконных властей, является правовым субъектом, лицом публичного права.я:

V

Правовым государством является государство, осуществившее в своей организации начало обособления властей. Осуществление этого начала возможно не иначе, как в условиях представительной формы правления. Правовое и конституционное государство - си-нонимы; отождествление понятий правового и конституционного государства является общим местом современной германской доктрины государственного права. Господство законодательной власти в конституционном государстве обусловлено прежде всего представительным характером ее организации.

Парламент в конституционном государстве всегда и необходимо рассматривается - с большим или меньшим основанием,
в зависимости от природы действующего избирательного прав
а - как непосредственный выразитель народной воли. Закон - об-щая воля: - господствует над частными волеизъявлениями отдельных органов государственной власти. Закон и правительственное распоряжение - по самому своему происхождению - не-соизмеримые величины; различие их источников обусловливает различную степень их значения и силы. Для того, чтобы законодательная власть стояла выше всех других властей государства, необходимо, чтобы орган законодательной власти, по своему происхождению и составу, стоял вне бюрократического механизма управления и над ним. В представительном государстве бюро-кратия служит народу, а не народ бюрократии.
Самое понятие закона, как высшей нормы по сравнению со всеми другими нормами,- другими, хотя бы и столь же общими, волеизъявлениями государственной власти - возникает впервые в конституционном государстве.
Господство законодательной власти, покоящееся на обособлении властей, является необходимым условием подзаконности правительственной власти, правомерного характера отношений между правительственной властью и гражданами. В правовом государстве отношение это является правоотношением,- т. е. отношением правового субъекта к правовому субъекту, а не властеотношением, т. е. не отношением субъекта к объекту.
Подзаконная правительственная власть определяется правом. Законодатель возлагает на нее определенные обязанности и предоставляет ей определенные права. Обязанностям правительственной власти соответствуют права, ее правам - обязанности подвластных. Подвластный в отношении к подзаконной правительственной власти является субъектом обязанностей и прав,- пра-вовым субъектом.
В абсолютных государствах подвластный является объектом власти, подданным - и только. В правовом государстве отношение индивида к государственной власти носит двоякий характер.
Как субъект публичных обязанностей и прав - обязанностей и прав, которым соответствуют права и обязанности государства, подданный является лицом публичного права, или - что то
же - гражданином. Статус гражданства слагается из публичных обязанностей и прав индивида. С другой стороны для того, чтобы быть в государстве гражданином, субъектом обязанностей
и прав,- индивид должен, разумеется, определяться правом государства, ибо свою правоспособность он получает от права. Другими словами, для того, чтобы в данном правовом общении быть лицом, т. е. правовым субъектом, необходимо находиться под данным правом, быть его подданным, необходимо принадлежать
к данному правовому общению - то же, что принадлежать к данному государству.я:
Государство в лице своей подзаконной, правительственной власти является лицом публичного права, субъектом обязанностей и прав. Поэтому отношение гражданства есть отношение не
к государству, вообще, а к подзаконной государственной власти,
к правительству. Только по отношению к правительству у гражданина имеются права, потому что только правительство имеет обязанности по отношению к нему.я:
В тесной связи с учением о субъективных правах стоит учение об административной юстиции; подобно первому и второе возникает на почве теории обособления властей.
Под административной юстицией современная доктрина государственного права понимает своеобразную и обособленную организацию судебной власти, призванной к защите субъективных публичных прав путем отмены незаконных распоряжений административной власти.я:
Признавая административную юстицию,- архимедов рычаг правового государства,- судебной, а не административной функцией,- мы тем самым необходимо признаем, что ее задачей непосредственно является охрана объективного правопорядка. Только на почве учения о субъективных правах может быть построено учение об административной юстиции, как собственной форме суда; в свою очередь, необходимым предположением учения о субъективных публичных правах является, как уже указано выше, теория обособления властей.
Возникшая на почве теории обособления властей, административная юстиция является наиболее существенной и необходимой гарантией правомерного характера правительственной власти. Другой - равным образом существенной и необходимой - гарантией такой правомерности является институт уголовной
(и, конечно, гражданской) ответственности должностных лиц,
и, в частности, институт ответственных министров.я:
Не подлежит сомнению, что, с точки зрения правильно понимаемой теории обособления властей, институт "административной гарантии" представляется во всех отношениях несостоятельным. Если действительно отделение правительственной власти от законодательной имеет своей целью и своим следствием подчинение первой власти второй, то очевидно репрессия должностных преступлений должна быть исключительным делом стоящего вне администрации, независимого и общего суда.я:
II. КОНСТИТУЦИОННАЯ МОНАРХИЯ КАК ПРАВОВОЕ
ГОСУДАРСТВО

I

Начало обособления властей наиболе последовательно и, так сказать, наглядно осуществляется республиканским строем. Законодательная власть принадлежит либо народному собранию
в непосредственных республиках, либо парламенту в республиках представительных; исполнительная власть принадлежит либо президенту, либо правительственной коллегии, подчиненным законодательной власти, действующим под ее руководством и контролем.

Гораздо сложнее организация конституционных монархий. По своему происхождению конституционная монархия должна быть рассматриваема как переходная форма,- как компромисс между старым и новым порядком. Последовательным и полным воплощением демократических идей является, конечно, одна только республиканская форма правления.я:
III. ДВА ТИПА ПРАВОВОГО ГОСУДАРСТВА

I

Теория уравновешения властей, как ее понимал Монтескье, является необходимым отрицанием всякого подчинения правительственной власти и законодательной. До тех пор, пока в науке государственного права господствовало воззрение на правительственную власть как на власть исполнительную, такое отрицание представлялось до некоторой степени понятным. По мнению Монтескье законодательная власть должна быть лишена возможности останавливать власть исполнительную, так как ограничение исполнительной власти, по самой своей природе ограниченной, представляется бесполезным.я:
В действительности, однако, воззрение на правительственную власть как на исполнительницу законов ("законодатель - голова, правительство - руки"), давно уже отвергнуто наукой государственного права.я:Правительственная деятельность не исчерпывается исполнением закона. Правительство свободно осуществляет интересы государства, свободно правит государством, оставаясь только в пределах права.я:И теперь правительственная власть признается не только исполнительницей законов, но вообще государственной жизни.я:
Тем не менее, степень осуществления политической зависимости правительственной власти от законодательной в различных государствах различна. В одних государствах законодательная власть вполне и безусловно господствует над правительственной, в других правительственная власть в значительной мере самостоятельна в своих отношениях к законодательной. В зависимости от характера отношений между правительственной и законодательной властью различаются два типа конституционного государства: парламентарный и дуалистический.

II

:В государствах парламентарных министерство имеет пар-тийный характер; первый министр назначается главой правительственной власти из среды той политической партии, которая в данное время располагает большинством голосов в парламенте, или - при двухпартийной системе,- по крайней мере, в палате депутатов.я:
Сущность дуалистической формы конституционного строя хорошо охарактеризована Бисмарком в одной из его парламентских речей. "В нашем адресе вы совершенно неправильно отделяете министров от короны. В Пруссии кабинет находится
в ином положении, чем в Англии, где он, выходя из недр палатского большинства, имеет парламентарный характер; прусский кабинет является правительственным, а не парламентарным. Прусские министры, назначаемые и сменяемые по усмотрению короля, подчиненные непосредственно ему, действуют от имени и по приказу Его Величества и находятся в зависимости от его власти
и желаний. Мы министры Е. В. короля, а не ваши".я:
Исторический опыт неопровержимо доказывает, что парламентаризм нормально и правильно функционирует до тех пор, пока народное представительство базируется на узком, сословном и классовом, избирательном цензе. Не случайно старая, аристократическая Англия является родиной парламентаризма.я:

III

Итальянские и, отчасти, французские публицисты усматривают нередко избавление от зол парламентаризма в возвращении
к дуалистической системе.
В действительности такое избавление заключается прежде всего и главным образом в демократической реформе избирательного права. Истинно демократическое, правовое государство не может не быть парламентарным, ибо парламентаризм является высшей формой, венцом конституционного режима.
ПРАВО
РЕАЛЬНОСТЬ ОБЪЕКТИВНОГО ПРАВА
:Развитие науки о праве привело к убеждению, что право входит в различные сферы человеческой жизни и деятельности, которые могут составлять предмет различных отраслей гуманитарных наук. Право есть и государственно-организационное, и со-циальное, и нормативное явление.
На первое место надо поставить государственно-организационное или государственно-повелительное понятие права. Это понятие права различными учеными определяется как совокупность норм, исполнение которых вынуждается, защищается или гарантируется государством.
:На второе место : надо поставить социологическое понятие права. При изучении права с социально-научной точки зрения главное внимание должно быть обращено на право, осуществляющееся
в жизни.я:Право, изучаемое с этой стороны, : есть совокупность осуществляющихся в жизни правовых отношений, в которых вырабатываются и кристаллизуются правовые нормы.
:Третье место занимает психологическое понятие права.
:Право есть совокупность тех императивно-атрибутивных душевных переживаний, которые путем психологического взаимодействия членов данной общественной группы приобретают общее значение и объективируются в общей норме.
Наконец, четвертое понятие права - нормативное. С нормативной точки зрения право есть совокупность норм, заключающих в себе идеи о должном, которые определяют внешние отношения людей между собой.

:Но наряду с множественностью научных понятий права не подлежит сомнению, что право как явление, едино.я:Каждое понятие права, независимо от того, в результате изучения какой бы стороны права оно не получалось, должно одинаково иметь в виду и совокупность норм, и совокупность правоотношений, т. е. объективное, и субъективное право.
ПРАВО КАК СОЦИАЛЬНОЕ ЯВЛЕНИЕ
:Из этого положения вполне очевидно должен вытекать вывод, что право и следует изучать прежде всего в его социальных проявлениях, т. е. его надо исследовать социально-научно.
:Право состоит из норм, постоянно и регулярно осуществляющихся в жизни, и потому осуществление есть основной признак права.
РАЦИОНАЛЬНОЕ И ИРРАЦИОНАЛЬНОЕ В ПРАВЕ
Правовые факты, т. е. правовые отношения и индивидуальные права и обязанности, представляют наиболее непосредственную и бесспорную реальность права.я:
ГОСУДАРСТВО
СУЩНОСТЬ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ
Государство получает свое наиболее яркое выражение во власти. Вместе с тем власть является основным признаком государства. Только государство обладает всей полнотой власти и располагает всеми ее формами. Все остальные социальные организации обладают лишь частичною властью или какою-нибудь одной из ее форм. Притом власть всех остальных социальных организаций нуждается для своего осуществления в санкции и в поддержке со стороны государственной власти.
:Существуют публично-правовые организации, которые не являются государственными и в то же время обладают некоторою сходною с ними властью. Эта форма власти присвоена всем самоуправляющимся и автономным организациям. Ею располагают самоуправляющиеся городские и земские общества, сословные организации, церкви и другие общины, поскольку они организованы в публично-правовые корпорации; присуща она также
и автономным университетам.я:Однако все эти публично-правовые организации применяют не свою власть, а власть государства, они обладают властью лишь постольку, поскольку государство наделяет их ею; помимо государства они никакой властью не располагают. Государство отличается от этих публично-правовых союзов тем, что оно ни от кого не заимствует своей власти; оно обладает своей собственной властью, которая не только возникает в нем самом, но и поддерживается и ограничивается его собственными средствами.
Только весь народ, организованный как одно целое, т. е. составляющий государство, обладает подлинною государственною властью. Государство и есть правовая организация народа, обладающая во всей полноте своею собственною, самостоятельною
и первичною, т. е. ни от кого не заимствованною властью.
Характеризуя правовое государство в самых общих чертах, надо признать, что в нем власти положены известные границы, здесь власть ограничена и подзаконна. Кроме того, в правовом государстве как некоторые органы власти, так и сам правовой порядок организуются при помощи самого народа.
:Нужна ли власть в социалистическом государстве? Социалисты обыкновенно требуют диктатуры народа или пролетариата.я:Важно то, что диктатура является не только властью, но
властью с усиленными полномочиями, потенциированной, приближающейся к абсолютной власти.я:Государственная власть в социалистическом обществе не только будет существовать, но ее компетенции будут распространены на новые сферы, на которые теперь компетенции государственной власти не распространяются. В таком обществе компетенции власти будут распространены также на всю промышленную и хозяйственную деятельность страны. Все те виды индивидуальной и общественной экономической деятельности, которые в современном правовом государстве составляют область частно-правовых отношений, в социалистическом обществе превратятся в область публично-правовых отношений, регулируемых государством и государственной властью.
:Если же рассматривать государство как организацию, основанную на господстве права, то наиболее типичным признаком власти надо признать ее безличность. В современном правовом государстве господствуют не лица, а общие правила или правовые нормы.
Эта безличность власти и есть самая характерная черта современного правового или конституционного государства.
:Нас прежде всего поражают необыкновенная сложность, многообразие и многосторонность тех явлений, которые мы называем властью. В этих явлениях переплетаются и постоянные, так сказать, стихийные элементы человеческой психики,
и те наслоения, которые создаются социальным и историко-политическим развитием и, наконец, то, что выражается в правовой деятельности государства. Если мы не будем стремиться строго различать и разграничивать все эти элементы, мы никогда не поймем, в чем заключается власть.
:Ко всем : признакам власти - престижу, обаянию, авторитету, традиции, привычке, силе, внушающей страх и покорность, мы должны присоединить еще один признак - всякая власть должна быть носительницей какой-нибудь идеи, она должна иметь нравственное оправдание. Это оправдание может заключаться или в величии и славе народа и государства, :или в упрочении правового и общественного порядка, что мы видим в правовых и конституционных государствах, или же оно может
заключаться в регулировании экономической жизни и в удовлетворении наиболее важных материальных и духовных нужд своих граждан, что составляет задачу государства будущего. Как только власть теряет одухотворяющую ее идею, она неминуемо гибнет.

В правовом государстве все отношения властвования выражаются и закрепляются в правовых нормах. Сперва существующие фактически отношения приобретают характер отношений, освященных нормами права. Появляется убеждение, что то, что есть, должно быть. Но постепенно правовая идея, идея должного берет верх над существующим лишь фактически. Поэтому и фактические отношения приноравливаются к должному в правовом отношении. Все, что не находит себе оправдания, изменяется и согласовывается с тем, что должно быть. Таким образом над властью все более приобретает господство правовая идея, идея должного.я:
Господство правовой идеи в современном государстве выражается в том, что все действия власти в нем обусловливаются
и регулируются правовыми нормами. Лица, обличенные властью в правовом государстве, подчинены правовым нормам одинаково с лицами, не имеющими власти. Они являются исполнителями предписаний, заключающихся в этих нормах. Власть является для них не столько их субъективным правом, сколько их правовой обязанностью.я:
ПРАВА ЧЕЛОВЕКА И ГРАЖДАНИНА
Государство есть известная форма общественной организации. Только там, где есть общество и народ, существует и государство. Но представляя народ в его целом, являясь всепоглощающей организацией его, государство вместе с тем заслоняет собой народ. Оно становится на место народа, рассматривает себя как самоцель, и превращает народ в подчиненное себе средство.я:По сравнению с мощной организацией, которую представляет из себя государство, отдельный человек является ничтожной величиной. На почве этих отношений между государством и личностью рождается взгляд, согласно которому государство есть все, а отдельный человек, индивидуум - ничто. Правда, не всякий человек способен противопоставить себя государству, а только тот, в котором пробудилось сознание своего я, своей личности. Такое пробуждение сознания своей личности у членов общества есть необходимое условие для перехода от абсолютно-монархического
к конституционному государству. Оно приводит к тому, что личность начинает противопоставлять себя государству, а вместе
с тем и отстаивать перед ним свои интересы и права.
:Для действительного осуществления правового порядка
и устранения государственного деспотизма далеко недостаточно одного участия народа в выработке законов и в контроле над их исполнением, как бы деятельно это участие не проявлялось. Даже при самых радикальных и демократических формах народовластия и народоправления народ и его уполномоченные склонны превращать свою верховную власть в абсолютную и деспотическую. :Деспотизм большинства народа или всего народа часто бывает не менее жестоким, чем деспотизм одного лица - монарха.
Государство не имеет права стеснять или нарушать субъективные публичные права своих граждан: так называемые гражданские права и свободы личности и все вытекающие из них общественные свободы не нарушимы для государства и неотъемлемы у отдельных граждан иначе, как по суду.
:Одни утверждают, что личности в своей совокупности образуют общество; другие - напротив, что общество представляет собою ту среду, которая вырабатывает и создает личность.я:Напротив, только оба вместе они соответствуют социальной и культурно-исторической действительности.я:Можно сказать, что общество представляет собой урегулированное нормами сожительство людей.
:Предстоит решить, кто из двух - личность или общество
- должны служить другому и быть для него целью.я:Самоцелью являются одинаково и личность, и общество.
:В силу принадлежности к государству у индивидуума создается ряд состояний, определяемых отношением между ним
и государством. Прежде всего он находится в подчинении у государства, составляющем основание всякой государственной деятельности. Это - пассивное состояние, : при котором исключено самоопределение и личность. Абсолютная личность, которая ни
в одном пункте не была бы обязана подчиняться государству, противоречила бы существу государства. Всякая личность есть нечто относительное, т. е. ограниченное. Личность самого государства в этом случае не составляет исключения. Призванное для выполнения известных целей государство ограничено в своей дееспособности, так как оно необходимо должно признавать личность своих граждан.я:В силу этого взаимного ограничения отношение между государством и единичной личностью приводит к тому, что они являются взаимно друг друга дополняющими величинами. Вместе с ростом индивидуальной личности уменьшается объем пассивного состояния, т. е. суживается область государственного господства. Однако параллельно с этим идет и обратный процесс распространения государственного господства на новые области, так как социальные и культурные задачи государства непрерывно растут.я:Публично-правовое положение индивидуума может рассматриваться с четырех сторон: индивидуум или исполняет обязанности по отношению к государству, или свободен от вмешательства государства, или предъявляет требования к государству, или же действует за государство.

ГОСУДАРСТВО И ЛИЧНОСТЬ
Государство даже в настоящее время вызывает иногда ужас
и содрогание. В представлении многих государство является каким-то безжалостным деспотом, который давит и губит людей.я:
Но действительно ли государство создано и существует для того, чтобы угнетать, мучить и эксплуатировать личность? Действительно ли столь знакомые нам черты государственной жизни являются существенными и неотъемлемыми ее признаками? Мы должны самым решительным образом ответить отрицательно на эти вопросы. В самом деле, все культурное человечество живет в государственных единениях. Культурный человек и государство - это два понятия, взаимно дополняющие друг друга. Поэтому культурный человек даже немыслим без государства.
И конечно, люди создают, охраняют и защищают свои государства не для взаимного мученичества, угнетения и истребления. Иначе государства давно распались бы и прекратили бы свое существование. Из истории мы знаем, что государства, которые только угнетали своих подданных и причиняли им только страдания, действительно гибли. Их место занимали новые государства, более удовлетворяющие потребности своих подданных, т. е. более соответствовавшие самому существу и природе государства.
В чем же, однако, настоящие задачи и цели государства? Они заключаются в осуществлении солидарных интересов людей. При помощи государства осуществляется то, что нужно, дорого
и ценно всем людям. Государство само по себе есть пространственно самая обширная и внутренне наиболее всеобъемлющая форма вполне организованной солидарности между людьми.
:Общее благо - вот формула, в которой кратко выражаются задачи и цели государства.
Способствуя росту солидарности между людьми, государство облагораживает и возвышает человека. Оно дает ему возможность развивать лучшие стороны своей природы и осуществлять идеальные цели. В облагораживающей и возвышающей человека роли
и заключается истинная сущность и идеальная природа государства.
Основной принцип правового или конституционного государства состоит в том, что государственная власть в нем ограничена. В правовом государстве власти положены известные пределы, которых она не должна и правовым образом не может переступать. Ограниченность власти в правовом государстве создается признанием за личностью неотъемлемых, ненарушаемых и неприкосновенных прав. Впервые в правовом государстве признается, что есть известная форма самоопределения и самопроявления личности, в которую государство не имеет права вторгаться.
Неотъемлемые права человеческой личности не создаются государством; напротив, они по самому существу своему непосредственно присвоены личности. Среди этих неотъемлемых, непосредственно присущих человеку прав на первом месте стоит свобода совести.я:Непосредственным следствием свободы совести является свобода слова устного и печатного.я:Среди неотъемлемых прав личности, признаваемых в правовом или конституционном государстве, одним из существеннейших прав является свобода союзов и свобода собраний.я:
Но все эти и многие другие свободы и права, как, например, свобода профессий, свобода передвижения, право на доброе и незапятнанное имя, а в конечном счете и все гражданские или частные права, оказались бы иллюзией, если бы в правовом государстве не была установлена неприкосновенность личности.я:Во вся-ком правовом государстве все свободы и права должны быть регламентированы, т. е. для осуществления их должны быть установлены правила, которые исключали бы возможность столкновений с осуществлением других потребностей.
Благодаря неотъемлемым правам и неприкосновенности личности, государственная власть в правовом государстве не только ограничена, но и строго подзаконна. Органы государственной власти бывают действительно связаны законом только тогда, когда им противостоят граждане, наделенные субъективными публичными правами. Только имея дело с управомоченными лицами, могущими предъявлять правовые притязания к самому государству, государственная власть оказывается вынужденной неизменно соблюдать законы.я:Таким образом, не подлежит сомнению, что осуществление законности при общем бесправии есть чистейшая иллюзия. При бесправии личности могут процветать только административный произвол и полицейские насилия.
:В правовом государстве власть должна быть организована так, чтобы она не подавляла личность; в нем как отдельная личность, так и совокупность личностей - народ - должны быть не только объектом власти, но и субъектом ее. Самое важное учреждение правового государства народное представительство, исходящее из народа, является соучастником власти, непосредственно создавая одни акты ее и влияя на другие. Поэтому престиж конституционной государственной власти заключается не в недосягаемой высоте ее, а в том, что она находит поддержку и опору в народе.я: Единение власти с народом является всегда целью и основным стремлением всякого конституционного правительства.

:Так как классовая борьба заключается в розни, разъединении и разобщении, то обыкновенно и делают вывод: там, где постоянно ведется классовая борьба, не может быть единения, общности и солидарности. Но классовая борьба есть борьба общественных сил; это явление по преимуществу социальное, относящееся к социальной основе современного государства. Но все отдельные общественные силы, организованные в самостоятельные политические партии, выступают как нечто обособленное : только в подготовительных стадиях, только пока не принято решение.я: Напротив, всякий акт государственной власти представляет в правовом государстве всегда нечто единое и цельное.
:Во всяком случае в современных правовых государствах
и социально-угнетенные элементы всегда имеют возможность влиять на ход государственной жизни, так как и они имеют своих представителей в общем народном представительстве.
:Несомненно, что полное единение государственной власти
с народом, т. е. полное единство государства, как цельной социальной организации, осуществимо только в государстве будущего,
в народном или социалистическом государстве.
:Законодательство целиком обуславливает организацию и деятельность государства и его элементов; оно регулирует не только отношение отдельных лиц и целых групп между собой, но и отношение самого государства к гражданам, а вместе с тем и деятельность всех государственных учреждений. Ясно однако, что при свободе лица и самодеятельности общества лицо само должно участвовать тем или иным способом в выработке норм или правил, выраженных в законах, которые будут его связывать и обязывать.
:Там, где весь правопорядок держится только бдительностью и заботами органов власти, а активное отношение к нему общества пресекается, там всегда должен наступить известный момент, когда старый правопорядок будет упразднен, а новый еще не будет создан. Ни правопорядок, ни государственный строй не могут быть долговечны, если они не находят себе опоры в общественном правосознании. Опираясь на народное правосознание
и постоянно приспособляясь к нему, оно (т. е. правовое государство. - Сост.) изменяется вместе с изменением правосознания.
:Термин "правовое государство" служит для определения юридического характера самого государства такого типа.
:Является ли социалистическое государство по своей правовой природе прямою противоположностью правовому государству?я:Перебирая все идеи, связанные с представлением о соци-алистическом государстве, мы не найдем среди них ни одного правового принципа, который можно было бы признать новым и еще неизвестным правовому государству. Тут и скрывается истинная причина, почему среди творцов социалистических систем нет ни одного юриста или философа права; им в этой области нечего было творить.
:Часто утверждают, что социалистическое государство, сделавшись единственным и всеобщим работодателем, превратится в деспотическое государство, и что оно по необходимости должно уничтожить личную свободу, как бы оно ни было демократически организовано. Его даже прямо называют "грядущим рабством".
:В свое время Бисмарк характеризовал социалистическое общество, как каторжный дом с принудительными работами
и казенным пайком на содержание каждого члена общества.я:
Но частное право не может исчезнуть совершенно и в социалистическом обществе.я:Изъятие из гражданско-правового оборота средств производства не есть принципиальное отрицание самого гражданского права.я:Указанное изъятие для некоторых предметов материального мира, находящихся в настоящее время в частной собственности, будет лишь завершением тех ограничений частной собственности, которые созданы социальным законодательством последних десятилетий. Напротив, наиболее важные в бытовом отношении формы частной собственности, именно частная собственность на предметы пользования и потребления, никогда, т. е. ни в одном реально осуществимом строе не могут быть упразднены.
Но если в социалистическом государстве будет сужен тот круг личных прав, который создается и обеспечивается современным гражданским правом, то зато значительно будет расширена сфера публичных субъективных прав. Это сильно изменит самое положение личности в государстве, так как сделает ее более полно-правной.я:Т. е. права на положительные услуги со стороны государства будут не только расширены, но и пополнены новыми видами прав.я:Все эти права объединяются в одном общем субъективном публичном праве, именно в праве на достойное человеческое существование.
:Цель социального развития не в том, чтобы все члены общества превратились в призреваемых, рассчитывающих на милосердие и благодеяние со стороны общества, а в том, чтобы никому не приходилось рассчитывать на благодеяние.я:Итак, не в силу чувства жалости, а в силу самой природы правовой организации в нормальном социальном строе каждому человеку должно быть гарантировано право на достойное человеческое существование, служащего основанием для целого ряда правовых притязаний личности. Необходимо, чтобы всякий человек притязал; только тогда он будет и дерзать, т. е. будет свободным.

:На основании всего изложенного мы должны признать, что между современным правовым государством и тем государством, которое осуществит социальную справедливость, нет принципиальной и качественной разницы, а есть только разница в количестве и степени.
:Правовое государство является наиболее совершенным типом государственного бытия. Оно создает те условия, при которых возможна гармония между общим целым и личностью. Здесь государственная индивидуальность не подавляет индивидуальности отдельного лица. Напротив, здесь в каждом человеке представлена и воплощена определенная культурная цель, как нечто жизненное и личное.
ГОСУДАРСТВО И ПРАВО
В прошлом государство и право возникли, несомненно, независимо друг от друга и известное время вели как бы обособленное существование. Однако постепенно государство стало признавать одной из своих ближайших и важнейших обязанностей заботу
о праве. Начав с охраны права и гарантирования неизменного осуществления его предписаниям, оно естественно вскоре сделалось единственным судьей в вопросе о том, что является действующим правом. Этим путем из простого охранителя права государство превратилось в его созидателя. С развитием законодательной деятельности последняя функция государства по отношению к праву выступила на передний план и стала привлекать к себе даже больше внимания и сил, чем первая.я:Но, подчинившись государству, право не превратилось в послушное орудие государства, а, напротив, постепенно само приобрело господство над ним.я:В конечном результате этого процесса, право перестраивает государство и превращает его в правовое явление или в создание права.
Особенно важное значение для превращения конституционного государства в чисто правовое имеет подчинение праву устройства и деятельности всех органов власти.я:Перестройка на правовых началах и подчинение правовым нормам законодательной деятельности.я:Суды приобретают: характер правовых учреждений: Подчинение всей правительственной деятельности определенным правовым нормам.я:Судебная проверка административных актов.
:Цели и интересы государства при правовом строе всегда определяются правовым порядком. Следовательно, в правовом государстве целесообразным является только то, что соответствует цели, преследуемой правом.
:Понимание государства, как организованной силы, может быть развито в двух противоположных, резко друг другу противопоставленных направлениях. Эти направления мы можем определить как теорию силы и насилия.
:В правовом государстве власть не должна являться и не является самобытной силой, могущей хоть в каких-либо случаях действовать несогласно с правом или вне его сферы.
:Государство и право представляют собой не отдельно и независимо друг от друга существующие явления, а тесно и неразрывно между собой связанные различные выражения одной и той же совокупности явлений.
:Государство и право - это две стороны одного и того же сложного явления, а в частности право и есть то начало, из которого состоит государство.
КУЛЬТУРА В ЗАЩИТУ ПРАВА
(Задачи нашей интеллигенции)
:Из всех формальных ценностей, право, как наиболее совершенно развитая и почти конкретно осязаемая форма, играет самую важную роль. Право в гораздо большей степени дисциплинирует человека, чем логика и методология, или чем систематические упражнения воли. Главное же, в противоположность индивидуальному характеру этих последних дисциплинирующих систем, право - по преимуществу социальная система и притом единственная социально дисциплинирующая система. Со-циальная дисциплина создается только правом; дисциплинированное общество и общество с развитым правовым порядком
- тождественные понятия.
С этой точки зрения и содержание права выступает в другом освещении. Главное и самое существенное содержание права составляет свобода. Правда, это свобода внешняя, относительная, обусловленная общественной средой. Но внутренняя, более безотносительная, духовная свобода возможна только при существовании свободы внешней, и последняя есть самая лучшая школа для первой.
Если иметь в виду это всестороннее дисциплинирующее значение права и отдать себе отчет в том, какую роль оно сыграло
в духовном развитии русской интеллигенции, то получатся результаты крайне неутешительные. Русская интеллигенция состоит из людей, которые ни индивидуально, ни социально не дисциплинированы. И это находится в связи с тем, что русская интеллигенция никогда не уважала права, никогда не видела в нем ценности; из всех культурных ценностей право находилось у нее в наибольшем загоне.я:
Основу прочного правопорядка составляет свобода личности и ее неприкосновенность.я:Трудно найти более разностороннюю и богатую разработку идеала личности: Но именно тут мы констатируем величайший пробел, так как наше общественное сознание никогда не выдвигало идеала правовой личности. Обе стороны этого идеала - личности, дисциплинированной правом и устойчивым правопорядком, и личности, наделенной всеми правами и свободно пользующейся ими, чужды сознанию нашей интеллигенции.я:
Из трех главных определений права по содержанию правовых норм, как норм, устанавливающих и ограничивающих свободу:,- норм, разграничивающих интересы:, и наконец,- норм, создающих компромисс между различными требованиями:, последнее определение заслуживает особенного внимания с социологической точки зрения. Всякий сколько-нибудь важный новоиздающийся закон в современном конституционном государстве
является компромиссом, выработанным различными партиями, выражающими требования тех социальных групп или классов, представителями которых они являются. Само современное государство основано на компромиссе, и конституция каждого отдельного государства есть компромисс, примиряющий различные стремления наиболее влиятельных социальных групп в данном государстве.я:
:Дефекты правосознания нашей интеллигенции не так легко устранимы.я:Так, Г. В. Плеханов, который: выступил на съезде (на Втором съезде РСДРП. - Сост.) с проповедью относительно всех демократических принципов, равносильной отрицанию твердого и устойчивого правового порядка и самого конституционного государства. По его мнению, "каждый данный демократический принцип должен быть рассматриваем не сам по себе в своей отвлеченности, а в его отношении к: принципу, гласящему, что salus populi suprema lex1. В переводе на язык революционера это значит, что успех революции - высший закон.я:" Провозглашенная в этой речи идея господства силы и захватной власти вместо господства принципов права прямо чудовищна.я:
Как бы то ни было, выше приведенная речь Плеханова, несомненно, является показателем не только крайне низкого уровня правового сознания нашей интеллигенции, но и наклонности к его извращению.я:
ПУТЬ К ГОСПОДСТВУ ПРАВА
(Задачи наших юристов)
:В идее всякий закон должен господствовать над всеми частными, личными и групповыми интересами, и если это не всегда осуществляется в действительности, а иногда и трудно достижимо, то все-таки свой моральный авторитет закон черпает в этом присущем ему свойстве.я:
Для нас, юристов, не может подлежать сомнению, что если правопорядок и его авторитет будут поставлены у нас в зависимости от господства и смены тех или других политических партий, то у нас никогда не будет прочного правопорядка. Право должно действовать и иметь силу совершенно независимо от того, какие политические направления господствуют
в стране и в правительстве. Право по самому своему существу стоит над партиями и потому создавать для него подчиненное положение по отношению к тем или другим партиям, это значит извращать его природу.

:Но более всего призвана установить и показать это независимое и самостоятельное значение права юридическая наука.я:

Глава I

:Человеку невозможно не иметь правосознания; его имеет каждый, кто сознает, что, кроме него, на свете есть другие люди. Человек имеет правосознание независимо от того, знает он об этом или не знает, дорожит этим достоянием или относится
к нему с пренебрежением. Вся жизнь человека и вся судьба его слагаются при участии правосознания и под его руководством; мало того, жить - значит для человека жить правосознанием,
в его функции и в его терминах: ибо оно остается всегда одною из великих и необходимых форм человеческой жизни. Оно живет
в душе и тогда, когда еще отсутствует положительное право, когда нет еще ни "закона", ни "обычая", когда никакой "авторитет" еще не высказался о "правом", верном поведении. Наивное, полусознательное, непосредственное убеждение в том, что не все внешние деяния людей одинаково допустимы и "верны", что есть совсем "невыносимые" поступки и есть "справедливые" исходы и решения,- это убеждение, еще не знающее о различии "права" и "морали", лежит в основании всякого "закона" и "обычая" и генетически предшествует всякому правотворчеству. И даже в тех случаях, когда содержание обычая и закона определяется своекорыстным интересом сильного, когда право является несправедливым или "дурным" правом,- в основании его лежит все то же непосредственное убеждение в необходимости и возможности отличить "верное" и "допустимое" поведение от "неверного" и "недопустимого" и регулировать жизнь людей на основании этого общеобязательного критерия.
В этом обнаруживается своеобразная трагикомедия правовой жизни: уродливое, извращенное правосознание остается правосознанием, но извращает свое содержание; оно обращается к идее права, но берет от нее лишь схему, пользуется ею по-своему, злоупотребляет ею и наполняет ее недостойным, извращенным содержанием; возникает неправое право, которое, однако, именуется "правом" и выдается за право, компрометируя в сознании людей самую' идею и подрывая веру в нее.я:
Именно естественное правосознание как предмет знания о "самом", "настоящем", едином праве должно лежать в основании всякого суждения о "праве" и всякого правового и судебного решения, а потому и в основания тех "законов", которые устанавливаются в различных общинах и государствах уполномоченными людьми под названием "положительного права". Чем развитее, зрелее и глубже естественное правосознание, тем совершеннее будет в таком случае и "положительное право" и руководимая им внешняя жизнь людей; и обратно: смутность, сбивчивость, непредметность и слабость естественного правосознания будут создавать "непредметное", т. е. дурное, неверное, несправедливое, не соответствующее своему прообразу "положительное право". Тогда "право", единое и верное по своей идее, раздваивается и вступает в своеобразное внутреннее разноречие с самим собою: естественное правосознание утверждает не то, о чем говорит знание положительного права, и в результате этого душа приобретает два различных правосознания, ибо наряду с естественным возникает правосознание положительное, не совпадающее с ним по содержанию. Такое раздвоение права, такое разноречие правосозна-ний - свидетельствует, конечно, о духовной неудаче, постигающей человека: ему не удается - по отсутствию воли или по недостатку умения - осознать содержание естественной правоты
и положить его в незыблемое основание всякого суждения о "положительном" праве; но так как умение всегда зависит от сердца, которое любит, и от воли, которая выковывает и воспитывает умение, то вся эта великая духовная неудача в деле правотворчества покоится на всеобщем, исторически устойчивом очерствении сердец и недостатке воли к правовому праву.
Отсюда уже ясно, что нормальное правосознание ведет не раздвоенную, а единую и целостную жизнь, и если оно видит перед собою исторически данное раздвоение права, то оно целиком обращается к борьбе за единое, правое право и за восстановление своего внутреннего, предметного, духовного единства. При этом "оно в качестве духовно верного и целостного отношения души к Праву не сводится к "сознанию" и "познанию", но живет всегда в виде пробуждаемой сердцем и совестью воли к совершенству, справедливости и праву. Нормальное правосознание знает свой предмет; оно есть знающая воля к праву, признающая его в его объективном значении и обязательности, и признающая его потому, что она признает его цель. Поэтому нормальное правосознание есть прежде всего воля к цели права, а потому и воля к праву; а отсюда проистекает для него и необходимость знать право и необходимость жизненно осуществлять его, т. е. бороться за право. Только в этом целостном виде правосознание является нормальным правосознанием и становится благородной и непреклонной силой, питающейся жизнью духа и, в свою очередь, определяющей и воспитывающей его жизнь на земле.я:

Глава II

Знание права
Нормальное правосознание отнюдь не сводится к верному знанию положительного права. Оно вообще не сводится к одному "знанию", но включает в себя все основные функции душевной жизни: и прежде всего - волю, и притом именно - духовно воспитанную волю, а затем - и чувство, и воображение, и все культурные и хозяйственные отправления человеческой души. Оно не сводится и к переживанию одного "положительного
права", но всегда подходит к нему с некоторым высшим, предметным мерилом; наконец, оно не есть пассивное состояние, но жизненно активное и творческое. Поэтому одно знание положительного права, верное сознавание его - не гарантирует еще наличности нормального правосознания.
И тем не менее это знание необходимо. Народ, не знающий "законов" своей страны, ведет внеправовую жизнь или довольствуется самодельными и неустойчивыми зачатками права. Люди, не ведающие своих обязанностей, не в состоянии их блюсти, не знают их пределов и бессильны против вымогательства "воеводы", ростовщика и грабителя; люди, не знающие своих полномочий, произвольно превышают их или же трусливо уступают силе; люди, не знающие своих запретностей, легко забывают всякий удерж и дисциплину или оказываются обреченными на правовую невменяемость. Незнание положительного права ведет неизбежно к произволу сильного и запуганности слабого. Мало того, оно делает невозможною жизнь в праве и по праву. Люди пребывают в состоянии животных или вещей, до которых не доходит голос взыскующий о том, что "можно", что "должно" и чего "нельзя", однако им запрещено "отзываться неведением закона", и, невменяемые, они не могут даже претендовать на унизительную для человека невменяемость.
Народу необходимо и достойно знать законы своей страны; это входит в состав правовой жизни. Право говорит на языке сознания и обращается к сознательным существам; оно утверждает и отрицает, оно формулирует и требует - для того чтобы люди знали, что утверждено и что отринуто, и сознавали формулированное требование. И тот, кому оно "позволяет", "предписывает" и "воспрещает", - является субъектом полномочий,
обязанностей и запретностей т. е. субъектом права. Самая сущность, самая природа права в том, - что оно творится сознательными существами и для сознательных существ, мыслящими субъектами и для мыслящих субъектов.
Поэтому нелеп и опасен такой порядок жизни, при котором народу недоступно знание его права: когда, например, среди народа есть неграмотные люди, или когда право начертано на чуждом языке, или когда текст законов остается недоступным для народа1, или же смысл права выражается слишком сложно, запутанно
и непонятно. Тогда в лучшем случае между народом и правом воздвигается иерархия корыстных посредников, взимающих особую дань за "отыскание" правоты и обслуживающих народную темноту в свою пользу; им выгодно затемнить ясное дело, а не уяснить темное, спасти "безнадежное" дело и внести кривду в суд; и под их "опытными" руками толкование закона быстро превращается в профессиональный кривотолк. Так правосознание народа вырождается от невозможности непосредственно принять право
в сознание. Нельзя человеку не быть субъектом права, ибо самая сущность права состоит в том, что оно обращается ко всякому вменяемому человеку, хотя бы уже с одними запретами и предписаниями. И согласно этому невозможно, чтобы субъектом права была неодушевленная вещь, насекомое или животное, ибо право предполагает способность к знанию, разумению и к соответственному управлению собою.
Однако самое знание положительного права только тогда
стоит на высоте, когда оно предметно. Это означает, что обращающийся к праву должен подходить к нему, видя в нем объективное данное содержание, имеющее свой законченный и определенный смысл; этот смысл, ранее кем-то (законодателем?) продуманный и облеченный в слова и фразы, должен быть теперь точно выяснен и неискаженно понят. Тому, кто хочет действительно знать положительное право, необходимо понять, что оно прежде всего дается ему в готовом, законченном, установленном виде как особый предмет со специфическими свойствами и чертами. Этот предмет, как и всякий предмет, требует, чтобы восприятие, внимание и мысль приспособились к нему и научились видеть
и понимать его. Это изучение, как и всякое движение к истине, требует того добросовестного и беспристрастного "теоретического" подхода, который характеризует науку и воспитывается научным преподаванием.я:
Развитому правосознанию всегда присуща непоколебимая уверенность в том, что право и закон имеют свое определенное содержание и что каждый из нас, обращаясь к праву и встречаясь с его связующими указаниями, имеет прежде всего задачу выяснить и неискаженно понять это объективное содержание права. И в этой уверенности люди не заблуждаются. Праву в его зрелом и развитом виде свойственно иметь вид нормы, т. е. тезиса,
выраженного в словах и устанавливающего известный порядок внешнего поведения как имеющий юридическое значение (например, позволенный, предписанный или воспрещенный)1. Правовая норма предстоит человеческому уму не просто в виде связного грамматического предложения; за ее словами скрывается всегда определенное содержание, из которого и видно, что она есть правило поведения, а не описание единичного факта и не формула позитивного закона, говорящего о том порядке, который осуществляется в действительности. Это содержание выражается
в правовой норме как подуманное и мыслью определенное, так, что за каждым словом грамматического предложения скрывается логическое понятие со своим особым содержанием. Правовая норма по самому существу своему сочетает всегда два более или менее сложных понятия: предписанного, позволенного или воспрещенного поведения и понятие человеческого субъекта, образ
действия которого этим регулируется.

Народное правосознание может стоять на высоте только там, где на высоте стоит юридическая наука. Там, где юриспруденция непредметна и пристрастна или, еще хуже, невежественна и продажна, там вырождается самая сердцевина правового мышления и быстро утрачивается уважение к праву; ученый приближается к типу старого подъячего и от его "научного" крючкотворства быстро меркнет правосознание. В суждениях о праве воцаряются шаткость и злокачественная туманность; в умах все двоится
и колеблется; и трудно ждать чего-нибудь от "земли", когда соль ее теряет свою силу.
Живой контакт между юридическою наукою и сознанием масс есть второе условие для развития правосознания. Содержание положительного права должно быть не только "доступно" народу так, чтобы каждый в каждом случае мог без труда установить свои правовые полномочия, обязанности и запретности; оно должно быть фактически введено в сознание народа по всей своей определенности и недвусмысленной ясности. Правосознание состоит прежде всего в том, что человек знает о "существовании" положительного права и о своей "связанности" им и, далее, он знает, что смысл этого права един и определенен, неизменяем по личному произволу и случайному интересу, и что содержание его "таково-то". Необходимо, чтобы каждый фактически знал то, что ему по праву "можно", "должно" и "нельзя", чтобы он как бы воочию осязал пределы своего правового "статуса" в уверенности, что они могут быть изменены по праву, но не против права и не в обход его.
Понятно также, какое огромное значение имеет популярное преподавание права и школьное воспитание правосознания
в жизни народа. Необходимы общедоступные учебники права,
необходимо преподавание законоведения в средних школах, необходим обязательный курс правосознания, читаемый в высших учебных заведениях для студентов всех факультетов. Огромное значение могло бы быть присуще кадру разъездных лекторов
и консультантов, оплачиваемых от города или от земства и бесплатных для народа (подобно врачам, ветеринарам и агрономам). Необходимо все сделать, чтобы приблизить право к народу, чтобы укреплять массовое правосознание, чтобы народ понимал, знал
и ценил свои законы, чтобы он добровольно соблюдал свои обязанности и запретности и лояльно пользовался своими полномочиями. Право должно стать фактором жизни, мерою реального поведения, силою народной души.
И вот если условиться называть объективное содержание положительного права его смыслом, а субъективно осознанное содержание его - его понятием, то можно будет сказать: положительное правосознание состоит прежде всего в том, что человек переживает понятие положительного права адекватно его смыслу. Однако этим оно далеко не исчерпывается.я:

Глава XI

О ГОСУДАРСТВЕННОМ ПРАВОСОЗНАНИИ
Духовная сопринадлежность людей, племен и наций естественно ведет их к организации жизни на основах общего права, общей власти и общей территории. Однородность духовной жизни, совместность духовного творчества и общность духовной культуры составляют глубочайшую и подлинную основу всякого государственного единения. Именно эта связь - самая утонченная и подчас наименее сознательная и уловимая - творит самое могучее, самое нерасторжимое, безусловное и священное соединение людей в правовые и государственные союзы. Государство определяется именно тем, что оно есть положительно-правовая форма родины, а родина есть его творческое, духовное содержание. Отсюда - сущность государства, его способ бытия, его обоснование, его цель, его средства и нормальное строение.я:
Если право бессильно и бессмысленно вне правосознания, то государство унизительно, эфемерно и мертво вне государственного образа мыслей. Ибо на самом деле не только его корни, но
и обыденная жизнь его имеет внутреннею, душевно-духовную природу. Нелепо и пагубно думать, что человек может жить внеш-ними поступками в отрыве от внутренних состояний или что государство может достойно существовать, механически регистрируя своих "подданных", устанавливая для них повинности и пошлины и не превращая их в граждан, участвующих сознанием, волею, чувством и действием в создании единой, разумно организованной жизни. Государство не есть внешняя вещь среди вещей, и бытие его не имеет материально-телесного характера, хотя природный и хозяйственный "субстрат" его и материален, а личный состав его ведет телесное существование. Государство есть нечто от духа и нечто для души. Оно есть духовное единство людей, ибо в основе его лежит духовная связь, предназначенная для того, чтобы жить в душах и создавать в них мотивы для правильного внешнего поведения.
В сознании этого лежит первая основа всякой государственности и политики; в осуществлении этого - первое условие ее истинного расцвета. Государственный образ мыслей есть разновидность правосознания, этим уже сказано все основное.
Государственный образ мыслей не сводится к знанию о том, что "есть на свете государство", к которому "я принадлежу". Но именно с этого он начинается.я:
Однако этого мало: необходимо признавать свою принадлежность к определенному государству, т.е. принимать ее волею и чувством, дорожить ею и культивировать ее. Политическая принадлежность должна быть сознательно принята каждым отдельным гражданином и признана им в нестесненном, свободном решении; и это решение должно привести каждого к духовному акту добровольного самообязывания или, что то же, к акту духовного вменения себе публично-правовых полномочий, обязанностей и запретностей. Вне этого государству неизбежно предстоит разложение.я:
Государство необходимо и приемлемо именно потому, почему необходимо и приемлемо положительное право: незрелое состояние человеческих душ, одержимых наивно-порочным, эгоистическим тяготением и не умеющих мотивировать свое внешнее
поведение самостоятельным признанием естественной правоты,
- делает государство необходимым и целесообразным способом поддержания естественного права через его положительно-правовое провозглашение и вменение. Неотчуждаемость и неумалимость естественных прав, с одной стороны, и весьма ограниченная способность людей к автономному самообязыванию, с другой
- ведут к организации таких союзов, которые должны устанавливать и ограждать естественный правопорядок посредством гетерономных правовых правил и поддерживать их блюдение силою внешнего, общепризнанного, властвующего авторитета. Единая власть союза, уполномоченная правом и сама подчиненная праву, получает обязанность: формулировать естественное право в виде объективно-значащих, общеобязательных правил внешнего поведения (т.е. в виде положительного права), с тем чтобы эти правила проникали в сознание и к воле людей и порождали в них мотивы к правильному действованию.

По своей основной идее государство есть союз духовно сопринадлежащих людей, племен и наций, объединенных ради гетерономного осуществления естественного права. Это означает, что государство имеет единую, объективную и высшую цель и что только свободное, волевое приятие этой цели делает человека воистину гражданином.я:

Глава XII

СУЩНОСТЬ ГОСУДАРСТВА
Объективная природа государства определяется его высшею целью, его единым и неизменным заданием. Это задание состоит в ограждении и организации духовной жизни людей, принадлежащих к данному политическому союзу. Ограждение духа состоит в обеспечении всему народу и каждому индивидууму его естественного права на самобытное определение себя в жизни, т.е. права на жизнь и, притом на достойную жизнь, внешне свободную и внутренне самостоятельную. Организация такого сожительства людей, и притом на основах права и власти, составляет ту единую политическую цель, которой служит государство. Только верное понимание этой цели открывает доступ к пониманию средств и строения политического союза.
Основная природа этой цели, т.е. именно то, что делает ее политическою - состоит в ее единстве и общности для всех граждан:
Сущность государства состоит в том, что все его граждане имеют, помимо многих различных, противоположных или одинаковых интересов и целей одну, единую цель и один общий интерес. Об этой цели каждый может сказать: "это моя цель", и будет прав, но должен добавить: "не только моя". И все сразу могут сказать: "это наша общая цель", и, высказав это, все будут правы. Но это и значит, что цель эта - общая. Множество телесно
и душевно разъединенных людей желают одного и того же, такого, что или сразу у всех будет, или чего сразу у всех не будет. Каждый желает одиноко и по-своему; "интерес" как личное переживание остается своеобразным и множественным. Но предмет желания - един для всех и может быть создан только
в организованном, совместном и не одиноком творчестве. Общность цели создает общность путей и средств, и основа политической деятельности дана.я:
Понятно, что эта солидарность в вопросе о правовой форме жизни получает свое освещение из глубины духовного содержания, национально-единого и патриотически-общего. Государство есть разновидность организованного сожительства; а в основе всякого сожительства людей, если оно не унизительно для них
и не эфемерно, лежит духовная однородность и общность духовной культуры. Вот почему в основе всякого могучего и духовно-продуктивного политического союза лежит духовная солидарность сынов общей родины. Любовь к отечеству есть любовь
к тому самому национальному духу, совокупную и совместную жизнь которого организует и ограждает государство. Чувство патриота посвящено тому самому, чему служит мысль и воля государственного деятеля. Политик, стоящий на высоте, творит то дело, в котором солидарен весь народ его, и если он творит его огнем своей души, то он патриот. Патриот, активно работающий над организацией духовной жизни своего народа, творящий общественную форму ее расцвета, - есть тем самым государственный деятель, национально-политический строитель и вождь. Политика вне патриотизма - беспредметна, нелепа и гибельна;
патриотизм вне государства - нежизнен, немощен и бесформен. Итак: государство есть положительно-правовая форма родины, а отечество составляет истинное содержание политики.
Именно борьба за духовную культуру народа есть то, что сообщает государству высшее и последнее оправдание пред лицом Божиим; именно духовное содержание патриотизма придает государству его естественную правоту, противопоставляя его вселенскому братству и в то же время примиряя его с ним. В борьбе за свою духовную культуру граждане государства являются сразу сынами своей родины и поборниками вселенского дела.
Итак, духовная солидарность есть подлинная и реальная основа государства. Именно на этой основе государство должно быть понято и осуществлено как живая система братства, не только не противоречащая христианству, но и соответствующая духу евангельского учения.
Вести политическую жизнь, или, что то же, быть настоящим гражданином, значит испытывать живое неразрывное тождество между интересом государства и своим собственным ин-тересом и через это признавать своим собственным интересом
- каждый духовно верный интерес каждого из своих сограждан. К этому сводится основное содержание политической жизни:

Глава XIII

ФОРМА ГОСУДАРСТВА
Государство по своей основной идее есть духовный союз людей, обладающих зрелым правосознанием и властно утверждающих естественное право в братском, солидарном сотрудничестве.
Такова идея государства. Но, исторически говоря, оно лишь очень медленно приобретает эти идейно верные черты и осуществляет нередко, сохраняя свое наименование, целый ряд глубоких уклонений. Исправление этих недостатков и искажений возможно только с ростом, очищением и углублением правосознания, так что если история государства обнаруживает прогресс
в смысле роста государственности, то этот прогресс должен быть понят как душевно-духовное возрастание человечества. Политический строй и правосознание образуют живое неразрывное единство настолько, что ни одна реформа невозможна до тех пор, пока не назреет известный сдвиг в правосознании; и всякая реформа, несоразмеренная с состоянием народного правосознания, - может оказаться нелепою и гибельною для государства. Единственно верный путь ко всяким реформам есть постепенное воспитание правосознания.

Именно на этом пути и только на нем разрешается основное противоречие между идеею государства и ее историческим осуществлением. Ибо, с одной стороны, государство живет правосознанием людей, а существенной чертой правосознания является способность к самоуправлению, отсюда, по идее, государство сводится
к самоуправлению народа. Однако, с другой стороны, единая
и объективная цель государства настолько высока и требует от граждан столь зрелого правосознания, что, исторически говоря, народы оказываются неспособными к самоуправлению, осуществляющему эту цель. И вот обнаруживается великое расхождение между идейною формою государства и его историческим обличием. Политическая философия должна вскрыть корни этого расхождения; государственная власть должна найти пути к его исцелению.я:
Основная задача государственного устройства состоит в том, чтобы обеспечить выделение к власти лучших граждан, и можно сказать, что государственная зрелость широких масс определяется именно способностью к такому выделению. Государственная власть всегда и безусловно должна иметь аристократический характер; это первое основное требование, предшествующее всем остальным. И переход от режима государственной опеки к режиму государственного самоуправления имеет смысл лишь постольку, поскольку он не нарушает этого основного условия.
Исторически государство может быть описано так: по форме
- это есть публичное учреждение, медленно приближающееся к корпорации; по духу - это есть самоуправляющаяся корпорация, медленно втягивающая в себя широкие круги и народные массы. Политическая мудрость состоит в том, чтобы поддерживать режим опеки только в меру действительной необходимости и в то же время энергично работать над преодолением политической недееспособности масс или иначе: воспитывать в массах дух корпоративного самоуправления и закреплять этот дух соответствующею государственною формою. Задача государственной опеки состоит не в том, чтобы поддерживать опекаемого в состоянии духовного несовершеннолетия, в состоянии гражданского скудоумия и политической невменяемости, но в том, чтобы воспитывать опекаемого, сообщая ему способность к волевому самообузданию и самодисциплинированию - способность к самоопеке. Ибо государство сильно и достойно не тогда, когда власть влачит население к правопорядку против его воли, навязывая народу патриотическую солидарность посредством страха и казней, но тогда, когда в самом народе живет дух государственного патриотизма и политического добровольчества.
Согласно этому, одна из основных задач государственной власти есть политическое воспитание народа. Это значит, что широкие массы должны быть вовлекаемы в политическую жизнь до того, как за ними будет формально утверждена публичная дееспо-собность, или, что то же: только тот может приступить к отправлению публичных полномочий, кто осмыслил и усвоил свои публичные обязанности и запретности, ибо самоуправление и самоорганизация предполагают в массе высокую дисциплину, т.е. непоколебимую верность обязанностям и запретностям. Это можно выразить еще так: широкие массы народа должны быть вовлекаемы в государственную жизнь сначала через правосознание, а потом только через политический акт. Ибо политический акт, не выросший из здорового правосознания, гибелен и бессмыслен, а здоровое правосознание, не изливающееся ни в какой определенный и оформленный политический акт, отнюдь не бессмысленно и не гибельно,- напротив, оно остается драгоценной способностью, возможностью грядущих достижений.
Все это, вместе взятое, дает нам возможность осветить вопрос
о государственной форме и вопрос о демократии.
Этот вопрос распадается при внимательном отношении на два различные вопроса: на вопрос об эмпирически наиболее целесообразной форме и на вопрос о наиболее совершенной форме.
Нет и не может быть единой политической формы, наиболее целесообразной для всех времен и для всех народов. Этому мечтательному и беспочвенному предрассудку пора угаснуть. Ибо политическая форма определяется всею совокупностью духовных и материальных данных у каждого отдельного народа и прежде всего присущим ему уровнем правосознания. Для каждого данного народа в каждую данную эпоху наиболее целесообразна та политическая форма, которая наилучше учитывает присущую именно ему зрелость и прочность государственной воли и сообразует с нею ту комбинацию из корпоративного и опекающего начала, которая ведет и строит национальную жизнь. И притом эта форма должна вести народ именно к единой и объективной государственной цели и обеспечивать аристократическую природу власти. Понятно, что здесь не может быть единого разрешения; мало того, возможно, что наиболее целесообразною формою окажется rebus sic stantibus1 форма наименее духовно совершенная: так, чернь как таковая требует деспотического господства, и при отсутствии монархических предпосылок в стране - государство может оказаться обреченным на форму тирании.

Иначе обстоит дело с вопросом о наиболее совершенной политической форме.
Здесь определенно можно установить, что наиболее совершенна та политическая форма, которая соответствует основным и неизменным аксиомам правосознания и обращается в душах граждан именно к этим аксиоматическим основам гражданственной жизни. Таких аксиом можно указать три: 1) чувство собственного духовного достоинства и его проявления: уважение к себе, начало чести и духовного измерения жизни; 2) способность к волевому самоуправлению и ее проявления: принципиальность, убежденность, самодеятельность, дисциплина и долг; 3) взаимное доверие и уважение - гражданина к гражданину, гражданина к власти и власти к гражданину. И вот наиболее совершенна та политическая форма, которая соответствует этим аксиоматическим основам, взывает именно к ним и именно их приводит
в действие в качестве политически движущего мотива.
Это можно было бы выразить так, что наиболее совершенна та политическая форма, которая воспринимает в себя дух христианства и пропитывает ритм политического единения - началами любви, уважения и доверия, началами духовного самоутверждения, бытового земного самоотвержения и героизма. При таком подходе будет верно освещен и вопрос о демократии.
Демократия есть государственный строй, при котором власть организована по принципу корпоративного самоуправления. Отсюда вытекает уже все существенное.
Демократический строй есть способ государственного устроения. Следовательно, как и всякий другой строй, он ценен и допустим лишь в ту меру, в какую он не противоречит государственной цели. "Государство" есть родовое понятие; "демократическое государство" - видовое. Вид, теряющий признаки рода, есть nonsens2; государство, пытающееся быть демократией ценою своего государственного бытия, есть нелепое и обреченное явление. Иными словами: если вторжение широких масс в политику разрушает государство, то государство или погибнет, или найдет
в себе силы остановить это вторжение и положить ему конец. Демократия как начало антигосударственное не имеет ни смысла, ни оправдания; она есть охлократия, т.е. правление черни,
и этим уже предначертана ее судьба.
Это значит, что демократия ценна и допустима лишь постольку, поскольку она создает аристократическое осуществление государственной цели, т.е. служит общему делу власти, права
и духа. Демократия не есть ни высшая цель, ни самостоятельная цель; она есть лишь способ выделения немногих лучших к власти, и притом один из способов. В качестве способа аристократизации власти она и подлежит решающей оценке; в этом ее испытание и отсюда ее приговор. И если этот приговор отрицательный, то государство или обратится к другим способам, или погибнет.
Демократический строй сам по себе есть лишь форма: и потому его ценность зависит от того, какое содержание вольется в эту форму.я:
Так разрешается вопрос о государственной "форме". Она долж-на определяться во взаимодействии двух основ; единой, объективной государственной цели и наличного в стране уровня правосознания. Она должна всегда обеспечивать аристократическую
природу власти и в то же время сообразовать размеры самоуправления народа со зрелостью и прочностью его государственной воли. Нет и не может быть единой политической формы, "наилучшей" для всех времен и народов: пора угаснуть этому мечтательному и беспочвенному предрассудку, пора политическим вождям и партиям приобщиться мудрости, сочетающей духовное ведение "единого" с эмпирическим видением "множественного и различного:". Единой наилучшей формы нет: но есть основные,
непреходящие аксиомы власти и аксиомы правосознания, на соблюдении которых должна покоиться всякая правовая организация. Эти аксиомы определяются всецело природою человеческого духа и права.

Глава XIV

АКСИОМЫ ВЛАСТИ
Исторический опыт человечества показывает, что авторитет положительного права и создающей его власти покоится не только на общественном сговоре, не только на полномочии законодателя, не только на внушительном воздействии приказа
и угрозы, но прежде всего и глубже всего на духовной правоте, или, что то же, на содержательной верности издаваемых повелений и норм. Именно эта духовная верность творимого права является всегда лучшим залогом того, что авторитет права
и власти будет действительно признан правосознанием народа
и что их политическая прочность соединится с жизненною продуктивностью.я:Напрасно думать, что какое-нибудь очередное политическое задание может быть воистину разрешено вне утверждения этой духовно-верной формы жизни: вне ее всякое "разрешение" будет мнимым - или условною отсрочкою, или источником новых бед. Спасение в одном: форма духа должна установить акт правосознания, содержание права и строение политической власти. Правовая и политическая жизнь должна быть верна своим глубоким, последним корням, а эти корни имеют духовную природу.

Это можно выразить так: необходимо, чтобы люди в их совместной жизни блюли некоторые элементарные, но священные основы права и государства. Вне этого ни одна политическая организация не создаст ничего, кроме разложения и страдания. Эти основы могут быть формулированы в виде ряда аксиом, и этот ряд при нисхождении от поверхности в глубину может быть разделен на две группы: одна содержит аксиомы власти, а другая аксимомы правосознания.
Политическое властвование состоит в социально-сосредоточенном и юридически организованном влиянии воли одних, лучших и уполномоченных людей на волю других, подчиненных, причем подчиненные связуются не только правотою и силою власти, но и собственным правосознанием, это влияние должно служить торжеству естественного права, т.е. его обретению и осуществлению как единого и общего порядка жизни.
Это означает, что власть по родовой сущности своей есть сила, и притом волевая сила, а по видовому отличию своему она является правовою силою.
Власть есть прежде всего сила. Это выражается в том, что она есть способность к воздействию и влиянию. Бессильная власть есть в логическом отношении бессмыслица, а в государственном отношении пагубный призрак, фантом или симуляция; такая власть никому не нужна, ибо она лишена подлинной, жизненной реальности; она опасна и гибельна, потому что ведет весь государственный союз к разложению.я:Государство со слабою властью нежизнеспособно. Ослабление и расшатание власти есть умерщвление государства. Поэтому все то, что слагает силу власти, - ав-торитет, единство, правота цели, организованность и исполнительность принудительного аппарата, - все это образует самую основу государственного бытия.
В отличие от всякой физической силы государственная власть есть волевая сила. Это означает, что способ ее действия есть по самой природе своей внутренний, психический, и притом духовный. Физическая сила, т.е. способность к вещественно-телесному воздействию человека на человека, - необходима государственной власти, но она отнюдь не составляет основного способа действовать, присущего государству. Мало того, государственный строй тем совершеннее, чем менее он обращается к физической силе, и именно тот строй, который тяготеет к исключительному господству физической силы, - подрывает себя и готовит себе разложение. "Меч" отнюдь не выражает сущность государственной власти; он есть лишь крайнее и болезненное ее средство; он составляет ее последнее слово и слабейшую из ее опор. Бывают положения и периоды, когда власть без меча есть негодная и гибельная власть, но это периоды исключительные и ненормальные. Нормально сила власти не в мече, а в авторитетном влиянии ее волевого императива.
Власть есть сила воли. Эта сила измеряется не только интенсивностью и активностью внутреннего волевого напряжения, осуществляемого властителем, но и авторитетною непреклонностью его внешних проявлений. Поэтому человек с нерешительною, колеблющеюся, раздвоенною волею, поддающийся непредметным влияниям, мягкий и уступчивый - неспособен к власти. Назначение власти в том, чтобы создавать в душах людей настроение определенности, завершенности, импульсивности и исполнительности. Властвующий должен не только хотеть и решать, но и других систематически приводить к согласному хотению и решению. Властвовать значит как бы налагать свою волю на волю других; однако с тем чтобы это наложение добровольно принималось теми, кто подчиняется.я:
К этому присоединяется правовой характер государственной власти. Он обозначает, что воля государства как разновидность человеческой воли не беспредметна и не развязана, но предметно связана этическим содержанием.
Этим определяется духовное, а не просто социально-психическое бытие государства. Выделенная в процессе социальной дифференциации и политически организованная воля народа сохраняет свою духовную природу, свою объективную цель, свои принципы и свои мерила. Государственная власть соблюдает свою истинную духовную природу только тогда, если она остается верна своей цели, своим путям и средствам; она получает свое священное значение только из этой последней, духовной, нравственной и религиозной глубины.
В этих основополагающих соображениях содержатся уже,
в сущности говоря, все аксиомы власти. Взятые вместе, они утверждают, что основная природа права и государства мирится не со всяким восхождением к власти, что есть пути к власти, вступать на которые значит разрушать и самую власть, и государство. Борьба за государственную власть должна при всяких условиях сохранять свою политическую природу; в противном случае путь погубит самое достижение и средство убьет свою цель. Политика имеет свои необходимые пути и формы, и людям никогда еще не удавалось нарушать и попирать их безнаказанно.
Первая аксиома власти гласит, что государственная власть не может принадлежать никому помимо правового полномочия.

Это явствует из того, что законодатель естественной правоты должен обладать особою - предметною и духовною компетентностью: только духовно зрячий человек может иметь основание
и право принять на себя властное руководство общественной жизнью. В порядке политической целесообразности этого требует принцип организации, покоящейся на разделении функций, на их распределении, на общественном соглашении и признании. Мало того, правосознание требует, чтобы самая власть воспринималась не как сила, порождающая право, но как полномочие, имеющее жизненное влияние (силу) только в меру своей правоты. Право родится не от силы, но исключительно от права и в конечном счете всегда от естественного права. Это значит, что грубая сила, захватившая власть, будет создавать положительное право лишь в ту меру, в какую правосознание людей согласится (под давлением каких бы то ни было соображений) признать ее уполномоченной силой.
Власть, совсем лишенная правовой санкции, есть юридически индифферентное явление: она не имеет правового измерения. Получить правовую санкцию она должна и от конституционного закона, и от признающего правосознания.я:
Понятно, что власть, не уполномоченная ни конституционною формою, ни приемлющим правосознанием, - может только симулировать законодательство, управление и суд, ибо она останется претендующею и посягающею силою; и даже естественное право, случайно ею провозглашенное и утвержденное, останется или отвлеченною формулою, или навязанным и мертвым жизненным трафаретом. По-видимому, эта первая аксиома власти, требующая правового полномочия, поддерживается самою жизненною механикою государства.
Вторая аксиома власти утверждает, что государственная власть в пределах каждого политического союза должна быть едина.
Это явствует из того, что естественное право выражает необходимую форму самого духа и что поэтому оно само едино, как един Дух и едина Его правота. В порядке политической целесообразности этого требует принцип государственного единения, связующего множество людей именно их отношением к общему и единому источнику положительного права.
Единство государственной власти следует понимать, конечно, не в смысле единства "органа" или нераспределимости функций и компетенций, но в смысле единого организованного воленаправления, выражающегося в единстве обретаемого и осуществляемого права. В пределах одного союза в один и тот же момент одно
и то же - не может быть сразу "правом" и "неправом". Положительное право по самому смыслу своему определительно, недвусмысленно и едино; это единство его есть проявление присутствующей в нем освящающей его естественной правоты.
И государственная власть, имеющая высокое назначение формулировать естественную правоту в виде положительных норм, получает отсюда значение единого и единственного компетентного источника права; так что только полномочное приобщение к ней может сообщить человеку или органу правоустанавливающую компетенцию.я:
Третья аксиома власти утверждает, что государственная власть всегда должна осуществляться лучшими людьми, удовлетворяющими этическому и политическому цензу.
Это определяется высотою, сложностью и ответственностью самого задания, разрешение которого предполагает в человеке художника естественной правоты. В порядке политической целесообразности этого требует принцип авторитета власти и принцип добровольного признания ее со стороны правосознания подчиненных. Власть, лишенная авторитета, хуже, чем явное безвластие; народ, принципиально отвергающий правление лучших или не умеющий его организовать и поддерживать, является чернью,
и демагоги суть его достойные вожди.
Люди становятся чернью тогда, когда они берутся за государственное дело, движимые не политическим правосознанием, но частною корыстью; но именно поэтому они не ищут лучших людей и не хотят передавать им власть. К черни может принадлежать всякий: и богатый, и бедный, и темный человек, и "интеллигент". Чернь отличается корыстною волею и убогим правосознанием, а в революционные эпохи сверх того и политическою притязательностью. Государственная власть есть для нее лишь удобное средство, служащее для достижения личных или классовых целей.я:
Так нарушение третьей аксиомы власти создает постепенно режим политической порочности и извращает в самом корне аристократическую природу государственности.
Четвертая аксиома власти утверждает, что политическая программа может включать в себя только такие меры, которые преследуют общий интерес.
Это явствует из того, что государственная власть имеет призвание утверждать естественное право, а естественное право
совпадает именно с общим, духовным интересом народа и гражданина. В порядке политической целесообразности это определяется тем, что только служение общему интересу превращает государственную власть в действительный, авторитетный центр политического единения.

Эту аксиому можно выразить так, что программа власти должна быть приемлема для зрелого государственного правосознания; не просто для "наличного в народе правосознания", но для его духовноверной, предметной глубины. Поставление себя лицом к лицу с этой глубиною правосознания и с общим государственным интересом - составляет основную задачу всякой честной политической партии.
Партия есть не шайка, не банда, не клика и не котерия1 именно постольку, поскольку она стремится создать государственную власть, а не просто захватить власть в государстве. Но воля к государственной власти есть тем самым воля к государственной цели, которая не включает в себя никакого частного - личного или классового - интереса как такового. Поэтому политическая партия не может быть классовою по своей программе: она должна быть непременно внеклассовою, и притом сверхклассовою. Ибо государственная власть есть нечто единое для всех и общее всем, и поэтому программа, намечающая ее желанную и грядущую линию поведения, может содержать указания только на общие интересы. Партия, лишенная государственной программы, поддерживающая один классовый интерес, есть противогосударственная партия; она политически недееспособна; если она захватит власть, то она поведет нелепую и гибельную политику и погубит государство раньше, чем сила вещей заставит ее наскоро придумать политические добавления к ее противополитической программе.
Зрелое правосознание есть единственная сила, которая может обеспечить государственность партийных программ. При наличности такого правосознания партия от партии отличается не по тому, чей интерес отстаивает каждая из них: ибо все отстаивают один и тот же интерес - государственный, но по тому, как они понимают этот единый и общий всем интерес. Тогда борьба пар-тий является уже не конкурсом классовых претензий, но спором политических пониманий. Тогда все партии хотят одного
и того же: государственного, т.е. внеклассового и сверхклассового, всегражданского блага; все партии выпрашивают единое воленаправление; все партии стараются прежде всего отличить государственный интерес от личного и классового; и все сознают непозволительность построения программы по принципу корысти.я:
Однако нормальное восхождение к власти предполагает не только государственность программы, но и ее осуществимость. Поэтому пятая аксиома власти утверждает, что программа власти может включать в себя только осуществимые меры или реформы.
Это явствует из того, что задача государственной власти есть жизненная и действенная; призвание ее не в том, чтобы грезить
о совершенном строе, но в том, чтобы творчески влить в жизнь народа возможный максимум естественно-правовой формы.
В порядке политической целесообразности это определяется тем, что химерические и утопические затеи не только подрывают
в народе доверие к власти, веру в политическую организацию вообще и волю к государственному строительству, но просто разлагают и губят государство.
Каковы бы ни были последние причины неосуществимости реформы - будь то естественные причины, технические или хозяйственные, - в глазах государственного деятеля они получают политический характер: ибо для него "возможно" лишь то, что может быть осуществлено при данном уровне народного правосознания посредством императивной правовой организации. Это значит, что
в каждый данный исторический момент он может осуществить лишь известную часть того, что, вообще говоря, необходимо для общего блага, и только эту часть он должен включить в "программу дня". Нарушение этой аксиомы порождает болезненное явление "политического максимализма" и ведет государство к разложению.я:
В общественном и политическом развитии есть своя необходимая последовательность, которою нельзя пренебрегать безнаказанно, и если партии начинают пренебрегать ею, то они вступают на путь злосчастных нелепостей и губят государство. Партия, стирающая различие между далекою целью, неосуществимою при настоящем положении вещей, и очередною, необходимою реформою, - является политически недееспособною. Ибо, включая максимальные пункты в программу дня, она дает избирателям заведомо неисполнимые обещания и призывает их к заведомо безнадежной борьбе; она побуждает "требовать" того, чего не только никто не может "дать", но чего и сам "требующий" не мог бы ни "взять", ни сделать, ни осуществить, если бы все согласились ему не мешать; она побуждает верить в возможность того, что на самом деле невозможно, и - обманом или самообманом - разжигая страсти, она будит в душах неутолимые притязания и готовит поверившим тяжелое разочарование. Убеждая в возможности невозможного, максималист начинает, с одной стороны, умалять, искажать и извращать далекую идеальную цель, с другой стороны, искажать и извращать окружающую действительность, то умалчивая о неблагоприятных явлениях, то выдумывая несуществующие и т.д. Таким образом он вступает на путь бессознательной или сознательной политической лжи и тем подрывает государ- ственное единение, ибо он нарушает необходимое доверие людей друг к другу - и партии к вождям, и партии к другим партиям, и, главное, неорганизованной массы народа к партиям и ко всей политике вообще. Политический индифферентизм и упадок правосознания являются зрелым плодом этой тактики.я:
Наконец, шестая аксиома власти утверждает, что государственная власть принципиально связана распределяющей справедливостью, но что она имеет право и обязанность отступать от нее тогда и только тогда, когда этого требует поддержание национально-духовного и государственного бытия народа.

:Государство как духовный союз заинтересовано не в том, чтобы устранить духовные различия между людьми, но в том, чтобы обеспечить этим различиям свободный творческий исход, полноту бытия и жизненное примирение. Перед лицом этой задачи формальное уравнение будет всегда духовно противоестественным; аристократическая же сущность государства исключит его и в смысле политической приемлемости.
Однако на самом деле социальная справедливость со всем не сводится к формальному уравнению граждан. Она состоит в беспристрастном, предметном учете, признании и ограждении каждого индивидуального духовного субъекта во всех его существенных свойствах и основательных притязаниях. Это значит, что сущность ее не в слепоте к человеческим различиям, но в признании их и в приспособлении к ним. Социальная справедливость совсем не уравнивает людей, т.е. не "утверждает" их одинаковости, которой на самом деле нет, и не "делает" их одинаковыми, что на самом деле и невозможно. Она требует, во-первых, одинакового предметного беспристрастия в рассмотрении человеческих сходств и различий, во-вторых, устойчивого содержания для тех мерил
и масштабов, по которым совершается это рассмотрение, и, в-третьих, действительного соответствия между данным различием
и связуемыми с ним правовыми и жизненными последствиями. Понятно, что справедливость в таком "распределяющем" значении требует правового неравенства и создает его, связуя, например, публичную дееспособность (голосование, служба) с известным духовным цензом или вводя подоходное прогрессивное обложение.
И вот, принципиально говоря, власть связана распределяющей справедливостью, и корыстное попирание ее никогда не
проходит ей безнаказанно. Режим, поддерживающий без достаточных оснований несправедливые привилегии есть режим противополитический: он компрометирует достоинство государственной власти и подрывает волю к государственному единению. Такой режим не может быть прочен, ибо он сам воспитывает те центробежные силы, которые рано или поздно разложат его и поставят вопрос о самом существовании государства. И тогда - или политический союз погибнет, или же восстановится его сверхклассовая природа. Это можно выразить так, что всякое отступление власти от справедливости, всякое неудовлетворение духовно-верного интереса граждан - должно быть открыто оправдано предметным указанием на политическую неосуществимость обратного: справедливый интерес может быть и должен быть оставлен без удовлетворения, или "урезан", или "отложен", если его удовлетворение угрожает самому существованию государства или наносит ущерб национально-духовному развитию. Нельзя вводить во имя справедливости такой государственный строй, который погубит самое государство или разложит и погасит духовную жизнь народа: ибо справедливость служит духу, а не дух - справедливости. Нелепо осуществлять политическое "внутреннее противоречие", зная заранее о его жизненной обреченности: не стоит бороться за справедливую жизнь с тем, чтобы погубить и справедливость, и жизнь. Имущественное уравнение особенно в условиях капиталистического производства и при низком уровне правосознания может послужить примером такой политической не-осуществимости.
Таковы основные аксиомы власти. И можно сказать с уверенностью, что грядущая судьба государственности связана с их усвоением и осуществлением.я:

Закладка в соц.сетях