Жанр: Электронное издание
Relict2t
...узнал Забару, своего спасителя,
который вытянул его в последний момент из "кинозала" сверхоборотня. - Недаром
говорят: истина - это заблуждение, длящееся столетие; заблуждение же - это
истина, просуществовавшая минуту. Формирование оболочки сверхоборотня может не
соответствовать дате его рождения или постройки. Это первое. Второе: оборотни по
всем признакам, несмотря на гигантские возможности, всего лишь автоматы с
запрограммированным детерминатором действий, или автоматические хранилища
информации, отвечающие определенной цели создателей. Но не кроется ли именно
здесь дефект в нашей человеческой, антропоцентрической логике? Мы не боги и
можем многое не видеть. Вспомните Тартар... Крепенько мы там споткнулись, пока
"серые призраки" не помогли подняться и не растолковали, что необъяснимое на
планете еще долго будет оставаться необъяснимым для нас.
"Не в бровь, а в глаз, - подумал Диего, одобряя речь Забары. - Сколько зубов мы
сломали об тайну Тартара, пока не помогли нам совершенно чужие мыслящие
существа, которых мы, кстати, принимали за коренных обитателей Тартара. Теперь
появился сверхоборотень, новая тайна, новая встреча с неведомым, а объяснения
нет. Есть десятки гипотез, каждая из которых отражает лишь уровень знания ее
создателя, и ничего больше... воз и ныне там. Сколько раз попытки объяснить
поступки сверхоборотня с точки зрения здравого смысла заводили нас в тупик? А
если он - гость из такой области пространства, где все иное: физика, логика,
психология, этика, если вообще там существуют подобные понятия?.."
Сергиенко задумался на минуту, никто не нарушал ломкой тишины, потом сказал:
- В принципе я с вами согласен. Самая горькая истина лучше самого приятного
заблуждения. В отношении сверхоборотня мы тоже можем заблуждаться... какое-то
время. Однако, мы снова ушли в сторону от основной темы. Итак, мы разобрали
фильм, снятый Виртом внутри оборотня. Что же показал оборотень внешним
наблюдателям? А вот что.
Ученый поколдовал над пультом, и виом отобразил колоссальное здание, сложенное
из многотонных на вид, грубо обработанных каменных блоков, цветом напоминавших
ярко-желтый сфен. Здание было сработано явно нечеловеческими руками, все в нем
было вытянуто в высоту: узкие и высокие окна, невероятно узкие - человеку не
пройти - проходы-щели между колоннами, какие-то ниши, складывающиеся в странный
асимметричный узор... И все же впечатление грубой и зримой мощи, величия говорило
об уровне его создателей, и люди в зале невольно прониклись симпатией к этим
неведомым существам, схожим с людьми в строительном творчестве.
Диего не успел рассмотреть здание как следует: изображение сменилось. Теперь это
была часть горного пейзажа - несколько скал, язык ледника, корявые деревья,
похожие на земные пинии. Пейзаж сменился гигантским механизмом, состоящим из
вращающихся решетчатых колес, рычагов, валов и грубых, на заклепках,
металлических башен. За механизмом следовал еще пейзаж, с озером. По озеру
ходили желто-оранжевые волны, и один раз мелькнуло чье-то длинное и черное, как
затонувшее бревно, тело.
Снова конструкция: плавные линии, изящные обводы, пересечение и переход друг в
друга геометрических фигур, создающих впечатление гармонии.
Странный город, состоящий из одних толстых стен, напоминающий сверху лабиринт.
Город был полон бочкообразных существ, таскавших в приземистых колясках груды
коричневых параллелепипедов. "Кирпичи", - усмехнулся про себя Диего.
Густой черно-зеленый лес, проткнутый во многих местах снежно-белыми шпилями...
Виом погас, но все продолжали рассматривать пустую стену, не сразу освобождаясь
от груза впечатлений. Сергиенко, щурясь, оглядел аудиторию и хмыкнул.
- Эффектно, не правда ли? А ведь я показал всего лишь сотую часть того, что
преподнес нам сверхоборотень, и далеко не самое грандиозное и непонятное. Вот,
например, полюбуйтесь.
Люди увидели фиолетово-черный, блестевший, как полированный металл, круг, на
котором располагалась до жути странная, отталкивающая своими пропорциями, и в то
же время завораживающая взор фигура: конус, сложенный из натеков лавы, поросший
"пухом" мелких светящихся деталей, от которых рябило в глазах; этакий
космический левиафан непонятного происхождения и назначения. Казалось, от фигуры
исходит проникающий в мозг будоражащий взгляд, всеподавляющая, повелевающая,
непреодолимая сила, отчего у зрителей невольно возникло желание спрятаться за
какой-нибудь "крепостной" стеной.
Виом свернулся в светящуюся нить и погас.
- Необыкновенное впечатление, верно? Лично у меня всегда возникает впечатление,
будто я вижу застывшее в хищном повороте тело, оглядывающееся через плечо...
Последняя картина, показанная оборотнем, еще одна загадка. Вполне вероятно, что
это разумное существо, жившее очень и очень давно, может быть, миллионы лет
назад.
- Уж не своего ли бывшего хозяина показал сверхоборотень? - пробормотал Диего
Пинегину. - А может, и настоящего?
Пинегин с удивлением посмотрел на товарища.
- А что, идея стоящая. Подари.
- Не возражаю.
Сергиенко в это время заканчивал сообщение.
- Последней своей трансформацией, - а все, что вы видели, не что иное, как
материальные воплощения, а не просто изображения, - сверхоборотень показал, что
обладает огромным информационным запасом. Выводы комиссии, занимающейся
проблемой оборотня, я уже сообщил: он, очевидно, предлагает обмен - информацию
на свободу. И, может быть, это единственный критерий истины, который нам
доступен.
Сергиенко отошел от пульта, задумчиво сошел с возвышения. Кто-то кашлянул в
тишине зала, слабо прозвенел звонок чьего-то индивидуального вызова.
- А почему он взорвался? - подал голос один из присутствующих на конференции
работников планово-экономического комитета.
- Он не взорвался, - покачал головой Сергиенко. - Просто хотел вырваться в
космос, создав векторный ТФ-канал, взрыв - вторичный эффект его броска. Кстати,
на все эти действия нужна колоссальная энергия, расходовал ее сверхоборотень
много, и сейчас, на наш взгляд, переживает энергетический голод. В связи с чем
он стал менее опасен и исследования его следует ускорить. Для многих отраслей
науки он является ценнейшим кладом, отрицать этого нельзя. Вот и все, что я мог
сегодня сообщить. На вопросы ответят сотрудники Института, непосредственные
исследователи оборотня.
- У меня вопрос к Диего Вирту, - сказал бронзовый от загара физик-универсалист.
Диего молча поднялся.
- Каким образом вам удалось выбраться из оборотня?
- Не знаю, - ответил Диего.
Углубление тупика
Диего сошел с пластолитовой дорожки на траву и быстро разулся, надеясь, что его
никто не видит. Но тревожился он напрасно: в этот поздний утренний час веселые
желтые дорожки, соединяющие отдельные здания Деснянска, были пусты - работа в
учреждениях, институтах и на предприятиях города начиналась в восемь утра, и в
девять редкий пешеход спешил к таймфагу или на стоянку такси.
От центральной станции таймфага Диего шел пешком, не прибегая к услугам
транспорта. По пути встретил всего двух человек: серьезного молодого человека
примерно шести лет от роду, который, заметив взрослого, опрометью кинулся в
спасительную тень кустов, и древнюю старушку, подозрительно оглядевшую
незнакомца.
Трава приятно холодила ступни, и Диего с наслаждением окунулся в древние запахи
нагретой земли, травы и леса. Хотелось продлить удовольствие сколько возможно,
забыть обо всех обязанностях, идти по траве, обходя стволы елей и сосен, и
вспоминать полузабытые детские игры, товарищей по школе, ушедшее в прошлое
детское единение с природой, слепое доверие к ней, граничащее с восторгом... Диего
не был слишком чувствительным, сентиментальным, но и рационалистом не был.
Работа в погранслужбе многому его научила, в том числе бережно хранить в памяти
прошлые радости, печали и переживания... и прошлые тревоги за жизнь близких друзей
и людей совсем незнакомых, но землян, братьев по духу и крови, из-за которых
работа пограничника, связанная с обеспечением безопасности работы
первопроходцев, косморазведчиков, стала единственно важной и стоящей.
Правда, Диего давно тянуло перейти на работу к безопасникам, хотя назначение и
цель погранслужбы и отдела безопасности в общем совпадали. Но одно дело -
наткнувшись на опасное препятствие, обойти его, дав возможность Даль-разведке и
всем ученым переднего края науки следовать своим курсом без потерь, и другое -
изучить препятствие и уничтожить или блокировать его до лучших времен...
На окраине города Диего остановился. Перед ним, почти полностью скрытый кустами
черемухи и сирени, стоял дом Грехова, выполненный в стиле древнерусского
зодчества: три резные башенки, центральное строение с двускатной крышей и две
низкие пристройки, светлые, все с резными стенами и высокими окнами с резными же
наличниками. Похоже было, что вместо обычного светопластика все строение сделано
из древесины - материала столь редко употребляемого во второй половине двадцать
второго века, что Диего невольно прикинул ущерб, нанесенный строителями лесу.
Диего хмыкнул, критическим взглядом прошелся по ансамблю - все было безупречно,
гармонировало с окружающим лесным великолепием, и стал обуваться. "Лесопарковая
зона, - подумал он с непонятным самому себе сожалением. - Древние Брянские леса...
Единственное, чего здесь не хватает - реки".
Но подойдя к дому вплотную, Диего увидел, что выстроен он на крутом речном
обрыве, невидимом ранее из-за лесной стены. Пограничник мысленно развел руками и
шагнул в дверь.
Габриэля он нашел в центральной комнате, три стены которой служили окнами
видеопласта, а четвертая - виомом связи. Пахло настоянной на солнце древесиной,
смолой и цветами. Грехов сидел на корточках перед полутораметровым хрустальнопрозрачным
шаром, в котором Диего узнал масштабную модель Галактики. Одет
Габриэль был в шорты, сетчатую майку, хорошо загорел. Взглянув на вошедшего, он
стремительно встал, и улыбка преобразила его тонкое, немного сумрачное лицо.
- Диего! Вот это сюрприз!
- Здравствуй, Ли, - улыбаясь в ответ, сказал Диего, и они обнялись. - Дом у тебя
- высший класс! Возьму и перееду к вам из своего Заозерска. Правда, мелькнула
мысль, - Диего смущенно взъерошил волосы, - что напрасно ты извел столько
деревьев...
- Понятно. - В глазах Грехова вспыхнули и погасли веселые огоньки. Он прошел на
середину комнаты. - Это все сделано из сухостоя, так что отбрось свою экономику
и подсчеты. Проходи, садись. Полины нет, сегодня она дежурит.
- А где сын?
- Где ж ему быть - в яслях, конечно. Каждый день забираем вечером. Оставайся до
вечера, сам увидишь.
- А что, и останусь. Я как раз сегодня свободен от всех обязательств. Кстати,
Полина все там же?
- Оператор форм-стана металлокомплекса. Соку хочешь?
- Еще как! - закатил глаза Диего.
Грехов засмеялся, подошел к стене, открыл бар и достал четырехугольную бутылку и
бокалы из мерцающего малиновым огнем стекла.
- "Северный букет", - прочитал Диего. - Хорошо живешь!
- А почему я должен жить плохо? - Грехов наполнил бокалы и поднял свой. - За
встречу?
- За встречу. И за отсутствие тревог.
Диего выпил терпкий, пузырящийся, кисловатый напиток и поставил бокал рядом на
низкий столик. Грехов, помедлив, выпил тоже и расположился напротив, на
ворсистом толстом ковре.
- Рассказывай.
Никакой фальши в поведении Габриэля Диего не заметил. Заместитель начальника
отдела безопасности выглядел, как и прежде, спокойным, уверенным в себе
человеком. Почему же Пинегин говорил о нем с сожалением?
- Я слышал, ты уходишь из Управления, - тихо сказал Диего. - Это правда?
Грехов задумчиво погладил ковер.
- Правда.
Диего несколько секунд рассматривал его лицо, потом опустил голову, скрывая
вздох.
- Причину ты мне, конечно, раскроешь?
- Как-нибудь потом... Ну, как вы там, справляетесь?
Диего собрался с мыслями, затем принялся за неторопливое повествование. Времени
до вечера у него было достаточно.
- Так, - сказал Грехов, когда он закончил, и это его "так" отозвалось в душе
Диего эхом грусти: любимое слово Сташевского...
- Возникли две проблемы, - Диего встал и обошел прозрачный шар, внутри которого
плыли золотистой пылью мириады звездочек. - Первая: оборотень задал вопрос и
надо решить, что ему ответить. Вторая: нельзя ли попытаться вызволить из плена
всех похищенных им людей? Ведь я встречался с Батиевским вполне реально, без
всяких там штучек с видеоконтурами и голографическими копиями.
- Это еще вопрос. Разве ты не знаешь, что такое гипноиндукция? Или наведенная
галлюцинация?
- Но вся встреча записана на кристалл. И потом, ты тоже встречался с серым
человеком, а он-то не менее реален, чем Батиевский.
- Не знаю, - подумав, ответил Грехов, - не уверен. Странные встречи, что еще
можно сказать. Сколько вы уже возитесь с ним?
- "Вы", - усмехнулся Диего. - В основном не мы, а ученые. Около полугода... до
взрыва. И месяц после.
- Ну вот. А узнали - с комариный чих. Может быть, дело не в том, что
сверхоборотень не хочет вступать в контакт, а в том, что мы не можем уяснить
себе его желания?
- Не знаю, - сказал теперь уже Диего. - Одни гипотезы, ты прав, ни одного маломальски
пригодного факта. Я был на полигоне после своей неудачной вылазки,
ничего нового. Оборотень лежит черной горой, и никаких реакций. Энтузиасты
бьются с ним, бьются, но...
- Псевдоинтеллект, - пробормотал Грехов неизвестно в чей адрес. - В конце концов
ученые размотают и этот клубок. Ты же знаешь Сергиенко - настырный мужик и
умница. Кстати, его мнение о том, что сверхоборотень - автомат для сбора
информации, совпадает с моим.
- А кто тогда серый человек? Робот-служитель? - с иронией заметил Диего. -
Автоматический уборщик, ассенизатор и так далее?
- Почему бы и нет?
- Да я не возражаю. - Диего щелкнул пальцем по шару и прислушался к его тонкому
звону. - "Серого призрака" бы сюда, а? Слетать за ним на Тартар и... Он-то уж
разобрался бы, кто такой сверхоборотень.
Отрешенное лицо хозяина вдруг изменилось. Он встал и уставился на огоньки в
толще хрустальной сферы.
- Знаешь, хорошая мысль!..
Диего взглянул на него с удивлением.
- Что ты на меня так смотришь? - очнулся Грехов.
- Ладно тебе. Я сморозил глупость, а ты ее развиваешь. Давай лучше... - внезапно
Диего краем глаза заметил какое-то движение, обернулся и увидел Полину. Она
молча смотрела на них с порога, и глаза у нее были большие и черные, такие же
бездонные, как у мужа. Лишь тревогу скрывать они не могли.
Горизонт накренился, стремительно побежало навстречу гладкое поле полигона с
черным эллипсоидом сверхоборотня в стороне от недостроенных зданий нового
исследовательского комплекса.
- Тише, черт! - сердито сказал Пинегин. - Сплошь лихачи в вашем погранотряде.
Диего, сидящий слева от него, посмотрел на пилота и улыбнулся. Шебранн даже
бровью не повел, продолжая ввинчивать пинасс в пространство, словно огромный
штопор.
Они приземлились возле вновь отстроенного купола энергостанции, окруженного
цепью защитных решеток.
Пинегин мельком посмотрел на гору сверхоборотня в полукилометре, прищурился на
низкое голубоватое солнце и направился к лифту. Диего и, Шебранн шагали следом.
В командном зале полигона было удивительно тихо, светло и просторно. Трое
человек в голубом что-то обсуждали возле плоского, расчерченного координатной
сеткой экрана. Еще трое сидели за пультом вычислителя, похожие в эмканах связи
на застывших рыцарей. Остальные - в основном молодые ученые и инженеры,
представители разных научных дисциплин - работали у стендов и пультов, не
нарушая тишины. Зал был во многом похож на зал Центра дальней космосвязи.
Один из работающих у вычислителя снял эмкан, Диего узнал Торанца. Начальник
погранслужбы пригладил волосы, подошел к ним и, жестом указав на группу
пустующих кресел в углу зала, первым направился туда.
- Я вызвал вас вот по какому поводу, - сказал он, почесав свой длинный нос. -
Сверхоборотень, как это ни досадно, не хочет "разговаривать". Вернее, он не
хочет разговаривать так, как хотим мы. Возможно, он и говорит с нами, - все эти
"стеклянные" окна со звездами, радиогудение, вспышки и тому подобное, - но мы
его не понимаем. Все попытки ученых исследовать его со всех сторон в последнее
время терпят провал. Оборотень закапсулировался и не подпускает к себе никого, а
роботов он просто уничтожает.
Прибывшие переглянулись. Торанц кивнул.
- Именно уничтожает. Скачок плотности гравиполя - и роботы плывут, превращаются
в слитки металла. Многие институты пробовали на нем свою технику, тактику и
стратегию. Отдача мизерная.
- Мы в курсе дела, - сказал склонный к прямоте Пинегин.
- Да, конечно. - Торанц не обратил внимания на реплику. - Вы больше других
принимали участие в поисках сверхоборотня, знаете его слабые и сильные стороны.
Что, по-вашему, заставит его раскрыться? Что нужно сделать? Мы не оставляем
попыток освободить похищенных людей, хотя ученые и сомневаются в успехе.
- Не готовится ли оборотень к новой попытке освобождения? - сказал Пинегин,
подумав. - Вы же помните, в системе Кси Голубого Колодца они ушли несмотря на
плотнейший силовой заслон.
- Сейчас он никуда не уйдет. - Торанц поморщился. - Универсалисты разгадали
способ его передвижения в пространстве - это необычный по исполнению ТФ-прокол.
Ну и окружили его вдобавок к силовым полям еще и зеркальным ТФ-экраном.
- До взрыва? - спросил Шебранн.
- Конечно, иначе он, накопив энергию, ушел бы.
- Было мнение, что оборотень будто бы задал вопрос, - сказал Диего, - мол,
существует возможность обмена: я вам интересующую вас информацию, вы мне
свободу.
- Проверили и это. - Торанц вздохнул. - Как ни мудрили лингвисты - ничего, как
об стенку горох.
- Ситуация! - пробормотал Пинегин. - Надо подумать.
В это время к ним робко приблизился молодой оператор связи.
- Кто из вас Диего Вирт?
- Я, - обернулся Диего.
- Вас запрашивает Земля.
Диего недоуменно пожал плечами.
- Земля? Может, Грехов? Вызов рабочий?
- Нет, личный.
Диего извинился и прошел вслед за оператором к пульту. Виом ввел его в дом
Грехова, но вызывал его не Габриэль - Полина. Диего никогда не видел на ее лице
такого выражения: боль и растерянность отражались в нем, как облака в воде.
- Диего, - сказала она тихо. - Почему ты не отговорил Габриэля?
- От чего?! - с изумлением спросил Диего.
- Он улетел на Тартар.
- Улетел на... - Диего замер с открытым ртом. - Ах ты, черт возьми!.. Извини,
Поль... Но ведь это была только шутка - о "сером призраке"! Так он улетел на
Тартар? Когда?
- Сегодня утром к Тартару ушел "Риман".
Диего машинально посмотрел на часы, перехватил взгляд Полины и покачал головой.
- Честное слово, я не знал, что он собирается на Тартар. Странно, что он полетел
сам, там же работают безопасники... спецы из его отдела, мог бы дать задание им... -
"Впрочем, не мог, - подумал Диего. - Если он полетел на контакт с "серым
призраком", то не вправе был рисковать ребятами, не посвятив их в свои планы. А
посвящать он никого не стал, даже меня..."
- Верни его, Диего. Он столько раз... - Она хотела сказать "был на грани гибели",
но не сказала. - Он уже не сможет нести нагрузки, какие нужны для вашей работы.
Я не врач, но знаю.
- Я полечу за ним. - Диего отвел глаза. - Кстати, он мне сказал, что уходит из
Управления, так что полет к Тартару - его личная инициатива, ни о каком задании
не может быть и речи. Я полечу за ним, Поль.
Грехова молча кивнула, зная, что Диего сделает все, чтобы выполнить обещание, и
разговор прервался.
- Ну, что там? - подошел к пограничнику Пинегин. - Я видел Полину. А где сам
Габриэль?
- Ушел на Тартар, - хмуро сказал Диего. - Хочет предложить "серому призраку"
исследовать сверхоборотня. Вернее, это я так думаю, у нас с ним был разговор
недавно. Когда пойдет очередной грузовик к Тартару?
- Он ходит раз в месяц, - только и сказал изумленный Пинегин. - Узнай в
космоцентре, может, пойдет кто-нибудь вне графика?
Тартар
Тихий, постепенно затухающий свист коснулся слуха. Это означало, что корабль
вышел из таймфагового режима и включились разгонные двигатели, сообщающие
трансгалактическому кораблю скорость, близкую к световой. Или наоборот - гасящие
эту скорость.
Диего шевельнул рукой, прислушался и медленно встал. Прошел к виому, включил.
Корабль подходил к окутанному розоватым туманом шару. Кольнуло тревогой сердце.
"Тартар! - понял Диего. - Прыжок, равный одному сну, - и ты на Тартаре...
Сташевский остался здесь навечно, Грехов оставил треть жизни... и вернулся. Что
это - безрассудство? Потеря реальных представлений о своих возможностях? Нет,
Габриэль всегда рассчитывал свои шаги, наверное, рассчитал и теперь. На что же
он надеется?"
Из-за горба планеты вынырнула серебристая искра - Станция, стала медленно расти.
Нет, после того памятного сообщения "серого призрака", когда он открыл людям
положение вещей на планете, исследования Тартара не прекратились. Просто люди
стали осторожнее в выборе средств исследований. Станция осталась на орбите.
Менялись экипажи, техническое оснащение, теории и мнения ученых, одно оставалось
неизменным - жизнь Тартара. Молчаливо высились черные массивы Городов, плавали в
дымной атмосфере планеты гигантские "паутины", скапливаясь иногда в колоссальные
"паутинные" поля...
"Что дали нам прошедшие четыре года? - думал Диего, глядя на приближающийся
выпуклый диск Станции. - Научились ли мы не нарушать покой Городов так, чтобы
"паутины" не обращали внимания на наше присутствие? И остались ли на Тартаре
"серые призраки"? Вдруг ушли уже, установив контакт с цивилизацией Тартара?..
Впрочем, если Габриэль прилетел сюда, то "призраки" не ушли, уж замначальника-то
отдела безопасности обязан знать это... А я не знаю. Словно вычеркнул Тартар из
жизни, отрезал от своей судьбы. - Диего оценивающе посмотрел на свое отражение в
боковом зеркале каюты. - Почему? Неужто боюсь?"
Корабль остановил движение совершенно незаметно.
"Классные пилоты!" - Диего бросил взгляд на близкий, жемчужный в свете звезды
щит планеты и покинул каюту.
Пассажиров было всего трое: сам Диего и двое ученых, судя по эмблемам на рукавах
- врачей-универсалистов. Пограничник удивился, в его бытность на Станции не
нуждались в специалистах-медиках, пропустил врачей вперед и зашагал в
центральный командный зал спутника-базы, все больше волнуясь - не опоздал ли?
Зал почти пустовал. Главный виом показывал каменистую пустыню, редкую цепочку
пальцеобразных скал, пятнистое темно-зеленое небо; видимо, на поверхность
Тартара был опущен зонд с видеокамерой. У пультов управления сидели люди,
ушедшие с головой в работу, и Диего по ассоциации вспомнил центр управления
полигоном: обстановка и там, и здесь была стандартной.
Навстречу пограничнику встал из кресла грузный, краснолицый человек с крупным
носом и толстыми губами. Маленькие глазки беспокойно обшарили гостя, не узнавая,
потом вдруг блеснули радостью, и Диего улыбнулся в ответ. Это был начальник
погрангруппы Станции Свекольников.
- Сколько лет! - пророкотал он, пожимая руку Диего громадной волосатой лапой. -
Сначала Грехов, теперь ты. Уж не с инспекцией ли?
- Есть тут одно дело... Кстати, где Грехов?
- Там, - кивнул Свекольников на центральный виом. - Это передача с его танка.
Вероятно, Диего переменился в лице, потому что Свекольников поспешил его
успокоить:
- Не беспокойся, мы давно уже не даем себя в обиду. Иначе зачем я здесь?
Научились и защищаться: от "паутин", любопытников и синих чистильщиков. Видишь,
какая чистая передача? Никаких искажений! А вспомни связь четыре года назад...
Диего вспомнил, и призрак взрыва танка Сташевского снова встал перед глазами.
Нападения любопытников, гравистрелков, чистильщиков, "паутин", взрывы, гибель
друзей... ничего он не забыл...
Диего усилием воли вернулся к действительности и повторил:
- Значит, Грехов на Тартаре?
Свекольников усмехнулся.
- Он здесь собрал всех своих орлов и целую неделю пытался связаться с "серыми
призраками". Испробовал все средства, десятки вариантов передач, но так ничего и
не добился.
- Зачем же вы пустили его вниз? - грубовато бросил Диего. - Я бы на твоем месте
не пустил.
- По-моему, командует здесь он, - слегка обиделся Свекольников. - Я всего лишь
исполнитель его приказов.
- Хорошо, хорошо. - Диего оглянулся на ряд пультов, отыскивая свободные
кресла. - Мне нужно связаться с ним. Пошли, посидим, расскажешь, что у вас
нового.
Они уселись лицом к виому, и Свекольников неторопливо и методично, в своем
обычном стиле, пересказал Диего новости Станции.
За четыре года, прошедшие с тех пор, как Грехов и Диего покинули Тартар, многое
изменилось. Ученые нашли способы защиты от излучения "паутин", охраняющих
Города, научились не мешать странной деятельности Городов. Значительно
пополнились знания о физической природе многих странных образований на
поверхности планеты, расширились возможности людей по исследованию недр Тартара,
его удивительной флоры и фауны...
- Но до самостоятельного контакта с цивилизацией Тартара нам еще ой как
далеко! - вздохнул Свекольников. - Да и таинственную природу "серых призраков"
мы не постигли. Пробовали и сами с ними связаться, информативно такой контакт
многое бы дал, ведь их культура опередила нашу на миллионы лет! Но никаких
эмоций с их стороны! За все время "призраков" наблюдали всего три раза. Помоему,
лишь Габриэлю и везло на контакт с ними, после него они вообще перестали
обращать на нас внимание. Кстати, зачем Грехову понадобился такой срочный
контакт с "призраками"? Он что-то говорил насчет этого, но так туманно...
Диего с минуту размышлял, потом сказал:
- О сверхоборотне что-нибудь слышал?
- Как-то в разговоре ребята упоминали об этом. Кажется, он охотится на людей?
- Их было десять, одного поймали, остальные путешествуют через Галактику.
Странно, неужели вам не передают сводки важнейших событий?
Свекольников виновато заерзал в кресле.
- Передают, конечно. Видимо, я пропустил. Свободного врем
...Закладка в соц.сетях
