Жанр: Электронное издание
planetabes
...т. У меня подкосились ноги.
? Почему?
? Система перемещения корабля в пространстве выведена из строя.
? Кем выведена?! ? заорал я, не слыша своего голоса. ? Почему ты не
защищал себя?!
? Ваш последний приказ был таков, сэр: «В мое отсутствие или в
случае моей недееспособности мисс Глэдис Уолди становится полноправным хозяином
корабля». Последние несколько часов вы находились в глубоком беспамятстве. На
это время ваши полномочия перешли к мисс Уолди. По ее приказу я покинул
неизвестный корабль-модуль, в котором мы совершали гиперпространственный рейд к
Земле, и приземлился в заданном квадрате. После этого мисс Уолди приказала мне
выключить защиту системы перемещения и привести двигатель корабля в негодность
любым доступным для меня способом. Что я и сделал.
Так, сказал я себе, спокойно, Дэн. Беситься не имеет смысла. Все
ясно. Глэдис вывела корабль из строя. План меняется. От полиции придется
улепетывать на своих двоих... А потом пробираться к Ущелью...
Я обессиленно опустился в кресло, слушая, как гудят ноги и как этот
гул эхом отдается в голове.
Как идти в таком состоянии?
? Ремонт возможен? ? спросил я, еще на что-то надеясь.
? Возможен, но только в условиях стационара. Сожжены все цепи
электропитания двигателя, их замена требует демонтажа несущей конструкции.
? Хорошо, ? замороженным голос констатировал я.
«Не занимайся лишней болтовней, Дэн, и действуй! ? услышал я голос
Дэниела Рочерса, этого энергичного дурака, который набегал на меня во сне. ? У
тебя на все про все меньше десяти минут!»
Я не слушал его.
? Теперь, Ланц...
Мне вдруг показалось, что я не сумею произнести больше ни слова. На
меня навалилась непреодолимая усталость. И не потому, что я хотел спать. Я
просто дико устал. Я больше не имел сил который день выбираться из очередной
безнадежной ситуации. Выбираться, выкарабкиваться ? и все для того, чтобы
попасть в следующую... Это уже нельзя назвать даже насмешкой или
издевательством судьбы, подумал я, это ? рок, фатум...
Я немного посидел, бессмысленным взором глядя на часы. Две минуты из
отпущенных мне десяти прошли... Я заставил себя произнести:
? Теперь, Ланц, в режиме максимальной срочности ? разверни мне карту
местности, на которой мы находимся, и укажи кратчайшую дорогу к Ущелью
Потерянных Звезд.
Я знал: в библиотеке Ланца имелись карты любого масштаба любого
участка суши Земли.
? Определите границы исследуемого квадрата.
О, эти машины! Каждое задание им надо разжевывать, сами думать не
хотят! Я встал из кресла, разминая ноги и руки.
? Это не квадрат, а круг. Его центр ? точка приземления звездолета.
Радиус круга ? пять километров.
Пять километров по горным тропинкам ? длинная дорога. Вряд ли Ущелье
находится от звездолета дальше указанных границ...
Ланц деловито зашуршал дисководами, а я сделал несколько приседаний
и сильно растер виски. Дыхание участилось, я почувствовал, что голоден и хочу
пить, и обрадовался: это было уже кое-что, я оживал, раз во мне проснулись
желания. Я прошел в бытовой отсек, жадно осушил стакан воды и вынес оттуда
несколько сухарей. Засунул их в карман.
На экране монитора развернулась карта местности.
? Ущелье Потерянных Звезд находится в трех километрах от звездолета,
? раздался голос Ланца. ? Кратчайший и наиболее безопасный путь обозначен на
карте красным пунктиром. Длина этого пути ? три километра пятьсот метров.
Я неотрывно глядел на экран, запоминая подробности маршрута, а сам
уже шарил в ящике под монитором. «Ментал-7» лежал там. Исправен ли он? ?
мелькнула мысль. Ответить на этот вопрос немедленно я не мог, вмонтированный в
пистолет генератор не имел внешних индикаторов контроля.
Часы отсчитывали время.
? На каком расстоянии от нас колонна автомобилей? ? спросил я,
устремляясь к двери контрольной камеры.
? В двух километрах, сэр.
Они будут здесь через три минуты! Только-только успеть добраться до
скал!
? Выходной люк не закрывай, Ланц, ? сказал я, спуская трап. ? Пусть
входят все, кто захочет. Ни с кем не общайся, на вопросы не отвечай. Жди меня.
? Я буду ждать вас, сэр.
Я сбежал по ступенькам трапа на землю и ринулся к скальному массиву.
Полицейские автомобили выскочили из леса как раз в тот момент, когда
я нырнул в плотный высокий кустарник, обступающий скалы. Я надеялся, что меня
не заметили, и остановился, наблюдая за действиями полиции.
Звездолет полностью перекрывал шоссе. Высокая насыпь исключала
возможность объезда. Но полицейским и не надо было объезжать звездолет, они
мчались к нему. Машины резко затормозили, ? их было восемь, ? и из них
повылезало на шоссе человек тридцать. Тридцать парней, вооруженных до зубов, в
бронежилетах и зашитных касках! Они тщательно подготовились к встрече со мной!
А как же иначе, подумал я, им предстоит брать маньяка и убийцу!
И здесь я увидел то, от чего меня прошиб холодный пот. Полицейские
не полезли в звездолет. Они не стали его окружать. Он оказался им не нужен. Две
цепочки из людей с автоматами быстро обтекли фюзеляж Ланцелотта и бегом
устремились к скальному массиву.
Я шарахнулся назад, наткнулся на сук и обязательно упал бы, если бы
меня не поддержали сплетенные ветви кустарника. Я понял, в чем дело. При
подъезде к звездолету полицейские включили индикаторы биологических объектов,
встроенные в приборную панель каждой оперативной машины. И приборы показали им,
что я покидаю звездолет и направляюсь к скалам.
Между мной и преследователями было триста метров. Моя фора. Я
развернулся и, раздирая униформу о жесткие ветки кустарника, стал пробираться к
скалам.
Карта показывала, что тропинка, ведущая к Ущелью Потерянных Звезд,
начинается от широкого сквозного раскола скальной стены, по ту ее сторону. Эта
стена тянулась от шоссе на многие сотни метров и была испещрена трещинами
самого разного калибра. Когда я достиг ее, то понял, что проход придется
искать, пробираясь по каменистой полоске земли между кустарником и скалой. Ни в
одну из видимых мною больших трещин пролезть было невозможно. Я стал
пробираться вдоль стены, а когда нашел проход, вдалеке затрещали кусты:
полицейские уверенно шли по моим следам. Если учесть, что они ? здоровые
битюги, а я слаб как никогда, подумал я, то шансов уйти от погони у меня почти
нет. Правда, остается надежда, что они не догадаются о моем маневре и минуют
раскол...
Я побежал по довольно широкому скальному коридору, спотыкаясь о
камни. Через сто метров он кончился и вывел меня в небольшую зеленую долину.
Солнце било прямо в глаза. Я опустил взгляд и увидел кривую полоску примятой
травы. Она устремлялась от скалы к веселому ручейку, пересекающему долину, а от
него ? к куще фруктовых деревьев.
Это были следы Глэдис и Кларка.
? Ну что ж, ? пробормотал я, ? осталось оторваться от погони на
достаточное расстояние.
Надо мной раздался резкий птичий крик. Я поднял голову и, прикрыв
рукой глаза от солнца, посмотрел в небо. Над долиной совершала медленные круги,
высматривая внизу добычу, довольно крупная птица. Орнитология никогда меня не
интересовала, и единственное, что я мог сказать о небесной хищнице: это не
ворона. Я достал «Ментал-7», поставил его на предохранитель, навел на крылатую
мишень и нажал на курок. Птица уронила крылья и стала падать вниз, заваливаясь
на бок. Я поспешно отвел оружие от цели. «Не ворона» встрепенулась, расправила
крылья и с громким возмущенным криком полетела прочь от опасной долины.
Генератор «Ментала-7» работал исправно.
Приободренный, я быстро зашагал по еле видимой травяной тропке,
через десять минут пересек долину и, вспоминая маршрут Ланца, взобрался на
каменистое плато. Оно было абсолютно ровным и голым и тянулось в нужном мне
направлении на полкилометра.
Быстрая ходьба по долине и крутой подъем отняли у меня силы. Я
опустился на землю и немного полежал, успокаивая дыхание и глядя в безоблачное
голубое небо. Думать ни о чем не хотелось. Депрессия покинула меня. Так же, как
и обида на насмешку обстоятельств, так же, как и страх перед зловещими знаками
судьбы. Я просто решал очередную задачу. И знал, что эта задача будет
последней. И последним и единственным будет предложенное мною решение...
Я перевернулся на живот и посмотрел с высоты плато на вход в долину.
До него было не менее километра, а мои преследователи все не показывались. Моя
фора увеличилась. А может быть, они и вообще не появятся, подумал я.
Но предположение оказалось ошибочным. Из прохода в скальной стене
вылезла фигурка полицейского с автоматом. Я от души чертыхнулся и продолжал
наблюдать. Мой преследователь выставил оружие и, настороженно глядя по
сторонам, ступил на зеленую траву. Заметил след. Присел, разглядывая примятые
стебли, а потом громко свистнул. На его призыв ответили, и через минуту из
прохода один за другим стали появляться полицейские.
Я пригнул голову и отполз от края плато. Посмотрел на часы. До
начала инициации оставалось тридцать минут. А мне, по моим подсчетам,
предстояло покрыть еще два километра гористой местности. Я поднялся с земли и
побежал по плато.
Пятьсот метров ? солидная дистанция для нетренированного человека,
даже для того, кто не гонит изо всех сил, а бежит трусцой. А если знать, что
после кросса тебя ожидает крутой каменистый спуск, по которому ты, скорее
всего, проедешь на собственной заднице, а потом ? не менее крутой подъем, и так
несколько раз, то... Всякая охота бежать пропадает.
Я скатился с плато только через семь минут позорного спотыкания
больного человека. Задыхаясь, остановился и огляделся. Справа и слева меня
окружали нагромождения скал. Но прямо от моих ног начиналась насыпь, ведущая на
следующее плато. Оно было ниже предыдущего. Полицейские, преодолев путь,
который прошел я, увидят меня на голой поверхности скального стола, подумал я.
Мне нельзя останавливаться. Я прислушался к звукам позади себя, но ничего не
услышал, кроме собственного загнанного дыхания.
«Вперед», ? устало пролепетал двойник из сна. «Наконец-то и ты взял
на октаву ниже!», ? не менее устало позлорадствовал я и стал взбираться по
насыпи.
Я благополучно миновал следующую возвышенность ? она оказалась вовсе
не длинной, каких-то пять минут бега по камням! ? и перед спуском с нее
оглянулся. В эту минуту полицейские показались на краю предыдущего плато. Они
шли за мной по пятам.
Следующее плато было очень высоким, я спешил, чтобы успеть исчезнуть
с насыпи до того, как полицейские взберутся на свое плато и смогут увидеть
меня. Я успел сделать это, но подъем был таким крутым, что когда я вступил на
горизонтальную поверхность, ноги и руки дрожали от слабости. Это была плохая
новость. Но имелась и хорошая. Я посмотрел вперед и понял, что это последний
мой подъем. Плато оказалось вовсе не плато, а просто другим уровнем горной
поверхности. Передо мной лежала огромная равнина, на которой рассыпались редкие
острые зубья скал.
Я узнал ее. На карте Ланца она была обозначена коричневым овалом.
Красная пунктирная линия моего маршрута пересекала овал и утыкалась в Ущелье
Потерянных Звезд.
Я вытер с лица пот грязным рукавом и со стоном потрусил между
скалами. Километр, всего километр, думал я, и бежал, а солнце било в глаза, и
мелкие камни скрипели под ногами, и «Ментал-7» в боковом кармане тянул к земле,
и скальные зубья наступали и толчками уходили в сторону.
Я бежал. Я спешил, потому что до Часа инициации оставалось десять
минут.
Моя униформа насквозь пропиталась потом. Голова кружилась. Несколько
раз я оступался и падал. Руки были разбиты в кровь. Через пять минут бега я не
выдержал и остановился. Грудь разрывалась от недостатка воздуха. Кое-как
наладив дыхание, я двинулся дальше. Но бежать уже не мог и побрел, загребая
ногами мелкие камни, останавливаясь у каждой скалы, чтобы дать себе хотя бы
секундный отдых.
Далеко позади послышались слабые крики: полицейские ступили на
равнину. Теперь они находились от меня в пяти минутах быстрой ходьбы.
Я улыбнулся спекшимися растресканными губами. Они не успевали
остановить меня, я был почти у цели. Правда, от меня мало что осталось, но,
главное, хватало сил держать пистолет. А остальное... Да, мой внешний вид,
мягко говоря, оставлял желать лучшего, и это удручало меня, я привык появляться
на людях гладко выбритым и аккуратно одетым. Да, я спотыкался и качался, как
пьяный. Да, я чувствовал себя так, как будто меня долго били. Но...
Но какая разница? ? сказал я себе. Действительно, какая разница ?
хорошо ты себя чувствуешь или плохо, прилично ты выглядишь или неприлично, как
журналист или как пьяный бродяга? Какая разница, если красная пунктирная линия
на карте утыкается прямо в Ущелье Потерянных Звезд?.. Это линия твоей жизни,
она пролегала по разным местам, среди разных людей, и была быстрой, извилистой,
легкомысленной и бесшабашной, как горный ручеек в той долине у прохода в
скалах. Но вот ? она стала жесткой и прямой и подвела тебя к обрыву. И что?
Просто будет потеряна еще одна звезда, подумал я, медленно вышагивая
по камням.
Но ведь судьбу порой можно обмануть. И, по-моему, сейчас тот самый
случай. Достаточно, жалко скуля, отползти от обрыва и продолжить извивы линии.
В конце концов, не все так страшно, как представляется, профессор Грипп будет
защищаться умело и остроумно и, вполне возможно, оправдает себя и вытащит тебя
из ямы, в которую ты попал... Существует же и презумпция невиновности, и
чистосердечное заблуждение, и точно такое же раскаяние...
Но тогда в Ущелье Потерянных Звезд потеряются другие звезды, сказал
я себе. Я даже не буду думать о судьбах Земной системы и Галактического союза,
я слишком устал, мне их не объять. Но для меня достаточно подумать о
девятнадцати судьбах, чьи линии скрестились на дне Ущелья, о пятнадцати пацанах
и четырех девчонках... И, наверно, и этого мне не потянуть, подумал я, мне
достаточно одной потерянной звезды ? судьбы Кларка, за которого так просил меня
коллега Хаткинс, всего одной судьбы, только ее, чтобы продолжить тянуть свою
линию дальше, к обрыву...
Я обогнул скалу и прямо перед собой увидел край равнины. Он утыкался
в колеблющуюся дымку пустоты. За пустотой вставала ровная стена скал. Они были
так высоки, что отбрасывали свои тени прямо к моим ногам. Со дна ущелья
послышался шум горной реки.
Как же Глэдис и Кларк попали отсюда в Ущелье? ? спросил я себя. Не
прыгали же они с обрыва... Впрочем, неважно: где-то есть мосток, подземный
проход, канатная дорога ? неважно... Я посмотрел на часы.
Они показывали полдень. Двенадцать ноль-ноль.
Ну, вот и все, сказал я себе. У тебя есть пять минут до того, как
полицейские начнут решетить пулями твою спину. Может быть, тебе понадобится
меньше времени, и ты все сделаешь, что задумал. Может быть, ты ничего не
успеешь: переселение астральных оболочек в новые тела ? тонкое дело, пять минут
для этого ? слишком малый срок, процесс затянется и... Тогда тебя уничтожат или
схватят раньше, чем свершится обряд инициации, и все твои усилия пойдут
насмарку.
Но ты будешь знать, что сделал все возможное, и не нагадил на
последний отрезок красной линии своей судьбы...
Я достал «Ментал-7», не таясь, встал на край обрыва и посмотрел
вниз.
Подо мной разверзлась ухающая ширь горного ущелья. Быстрая горная
речка несла свои воды в пятидесяти метрах ниже меня. Раздраженно переругиваясь
со скалами, она настойчиво подмывала стену обрыва. Другой ее берег раскинулся
широкой каменисто-песчаной полосой между водой и противоположной стеной ущелья.
Они стояли на том берегу реки. Все вместе. Девятнадцать ребят и
одиннадцать оставшихся в живых разведчиков. Мне сразу бросилась в глаза белая
повязка на голове крупного мужчины, это был Джейкоб Пайкс. Рядом с ним черным
узким горбылем торчал худосочный сутулый мистер Монтэг. Поодаль от них стояла
Глэдис. Ее стройная фигурка показалась мне напряженной. Главный координатор
крутила головой, глядя по сторонам. Она была начеку.
? А вот обо мне ты совсем не думаешь, Глэдис, ? грустно улыбнулся я,
? иначе бы ты знала, что я уже здесь...
Разведчики рассыпались вдоль берега и переминались с ноги на ногу,
обмениваясь короткими репликами.
А ребята, взявшись за руки, образовали замкнутый круг и замерли,
глядя себе под ноги...
Я сразу же отыскал в кругу светлые вихры Кларка, он стоял спиной к
обрыву, и мне захотелось крикнуть: «Мальчик, не бойся, я рядом!» Но я не
крикнул, а только снял «Ментал-7» с предохранителя и крепче сжал его рукоять в
опущенной руке.
«Это будет впечатляющее зрелище, Дэн. Ровно в двенадцать часов на
ребят опустятся десять полупрозрачных коконов. Переливающихся всеми цветами
радуги. «Хозяева» обещали спуститься как можно эффектнее, это в их силах.
Жалко, что ты не увидишь...»
? Милая, ? прошептал я. ? Я постараюсь увидеть. И постараюсь
избавить тебя от этого кошмара навсегда...
Обращаться к ней напрямую было очень опрометчиво. Она в конце концов
почувствовала мое присутствие и вскинула голову.
Наши глаза встретились.
У меня заныло сердце. Не знаю от чего ? от того ли, что она не
издала ни звука и не сделала ни одного жеста, не показала, что обнаружила меня;
от того ли, что Монтэг уловил ее движение и посмотрел туда, куда смотрела она,
на меня; от того ли, что сзади раздался многоголосый крик луженых полицейских
глоток... Не знаю.
Я не пошевелился. Я ждал. Меня теперь не интересовали ни Глэдис, ни
проблемы Монтэга, ни заботы полицейских. Я вышел на свою последнюю черточку, и
не мог на ней ни шарахнуться в сторону, ни лечь, как мне приказывали сзади, ни
закричать от страха.
Только ждать. «Это будет впечатляющее зрелище, Дэн»...
Все происходило одновременно.
Далеко за моей спиной раздались предупредительные выстрелы в воздух
и грозные окрики. Монтэг ощерил желтые зубы, что-то закричал и вскинул
пистолет, у него оказался пистолет! И в тот же момент ребята как один вдруг
подняли руки над головами и посмотрели в небо.
А в небе расцвели всеми цветами радуги десять полупрозрачных вуалей.
Они появились ниоткуда, прямо над Ущельем, на уровне моей головы,
над кругом, составленным ребятами. Появились бесшумно ? десять призраков,
десять колышащихся силуэтов, очень похожих на человеческие, ? и, образовав свой
круг, плавно и величественно стали опускаться на ребят.
«Это будет впечатляющее зрелище, Дэн»...
Я вскинул пистолет.
Монтэг выстрелил. Пуля просвистела над моей головой, а потом грохот
выстрела рванулся из Ущелья и, отраженный от скал, поразил меня громовым эхом.
И я увидел, как Джэйкоб встает на одно колено и выцеливает меня из своего
пистолета. И не он один. Оружие оказалось у каждого разведчика. Они выхватывали
его из одежд и наставляли на меня.
Только ребята и Глэдис стояли неподвижно. Только ребята ? они,
словно загипнотизированные, глядели на вуали и протягивали к ним руки, ? и
Глэдис ? с глазами, показавшимися мне огромными. Наверно, это был просто
оптический эффект ? из-за слез, которые выступили на них. До Глэдис было очень
далеко, но я видел эти слезы...
Сзади послышался топот тяжелых форменных ботинок.
«Ты же обещал мне пять минут», ? раздался в голове удрученный голос
Рочерса из сна...
Силуэты проплывали мимо меня вниз. Я навел пистолет на ближайший и
нажал на курок. Силуэт на секунду завис на месте, а потом разметался по небу
тысячью рваных перламутровых кусочков. А в следующее мгновение они растворились
в воздухе.
Ущелье потрясли яростные крики, а потом ? громовые раскаты
выстрелов.
Я оказался в рое злобно жужжащих пчел. Они вились возле моей головы,
гудели над ухом, взрывали землю у моих ног. Одна из них зацепила щеку
металлическим, жестким и горячим, крылом, стало больно, но другая крылатая
тварюжка почти одновременно с первой укусила меня за голень, и эта боль
оказалась сильнее.
Я вскрикнул и упал на одно колено. И только тогда осознал, так же,
как и Рочерс из сна, что у меня нет пяти минут. У меня совсем нет времени.
Трудно попасть из пистолета в человека с расстояния в двести метров, но, как
мне убедительно показывали педагоги пансиона «Утренняя звезда», это возможно!
Топот за моей спиной прервался, и я услышал, как полицейские с ходу
падают на землю ? с хеканьем, шорканьем ботинок, лязгом оружия.
? Прекратить стрельбу!
Залегли под градом пуль, направленных в меня, мелькнула мысль, их
тоже может задеть. Одна сила нейтрализовала другую. Разведчики остановили
полицию. Забавно... Но времени у меня все равно нет. Одна секунда, может быть,
две.
Я защелкал курком пистолета, наводя «Ментал-7» то на одну вуаль, то
на другую. В стены Ущелья полетели куски разодранных оболочек. Я не сразу
сообразил, что стреляю по старой привычке, как из огнестрельного оружия.
Щелкать было совсем не обязательно, я не выпускал пули, а включал и выключал
генератор, выполняя напрасную работу. На планете безумцев ты был умнее, заметил
я. Но это были напрасные соображения. Генератор делал свое дело и так, и этак.
Достаточно было одного импульса, чтобы мерзкая вуаль разорвалась на куски.
Вуали лопались. Взрывались. Превращались в рванье...
Вторая, третья... Пятая... Пули разбивали камни рядом с моим
коленом, чиркали по одежде, оставляя на теле горячие влажные следы.
? Ложитесь, Рочерс! Ложитесь! ? Крик сзади.
Это что-то новенькое, отстраненно подумал я. Обо мне беспокоится
полиция... Чтобы потом сгноить по всем правилам правосудия? Спасибо!
Седьмая... Восьмая...
Пуля ударила в правое плечо. Это был очень сильный удар. Меня
пошатнуло, я не почувствовал боли, но инстинктивно закрыл рану рукой и опустил
пистолет.
«Не опускай оружие! Ты сделал не все!»
Глэдис рванулась вперед, к обрыву, на краю которого я стоял,
забежала в воду реки и закричала:
? Дэнни, ложись! Беги, Дэн!
Ее полный отчаяния высокий крик перекрыл собой страшные звуки боя,
но я не слушал. Еще одна пуля ударила в бедро раненой ноги, и я завалился на
бок.
Две неуничтоженные вуали опускались на головы ребят. Они висели уже
на высоте всего лишь трех метров над ними.
Я со стоном вытянул руку с «Менталом-7» в сторону вуалей. Она
свесилась с обрыва, и дуло пистолета уставилось прямо в цель. Я снова нажал
курок.
Девятая...
Десятая вуаль разметала куски прямо в лица ребят.
Я закрыл глаза и откатился от края...
Неожиданно стало тихо. Стрельба внизу прекратилась: разведчики
потеряли мишень. Из Ущелья лишь доносился шум реки.
Я открыл глаза. В нескольких шагах от меня поднимались с земли
полицейские. На их молодых запыленных лицах читалось недоумение и
настороженность. Выставив вперед автоматы, они осторожно приближались.
? Бросьте оружие!
Надо встать, Дэн, сказал я себе. Встать на обе ноги, во весь рост. И
смотреть прямо. Тебе нечего стыдиться перед этими людьми.
Я поставил «Ментал-7» на предохранитель и отбросил пистолет в
сторону. Мельком оглядел себя и ощупал раненую ногу и плечо. По-моему, кости
целы. Только хлещет кровь ? изо всех ран. Я оперся рукой о землю и встал на
одно колено. Полицейские остановились в трех шагах, автоматы в руках парней
смотрели мне в лицо.
Я набрал побольше воздуха в легкие и рывком поднялся на ноги. Раны в
голени и бедре отозвались сильной ноющей болью, но это дела не решало, я уже
держался на своих двоих.
Полицейские подходили, с опаской, удивлением и отвращением глядя на
маньяка и убийцу Дэниела Рочерса.
А я стоял и зло улыбался, вытирая тыльной стороной ладони кровь с
оцарапанной пулей щеки.
И смотрел им прямо в глаза.
? Знаете, профессор, это свинство! ? вместо приветствия выкрикнул я.
? Вы не появлялись десять дней, мне даже неизвестно, на свободе я или нет.
Макс Грипп приблизился вплотную и с хитрой улыбочкой пожал мне руку.
Я ответил на пожатие без всякого энтузиазма. Во-первых, потому, что рука еще
немного болела, а во-вторых, потому, что был на Гриппа зол.
От Ущелья Потерянных Звезд меня на полицейском вертолете доставили в
закрытый госпиталь БЗС, срочно прооперировали, зашили все раны и бросили в
палату без окон, денно и нощно охраняемую угрюмым малым в незнакомой униформе.
Уже через три дня я настолько пришел в себя, что смог подняться с постели. Это
меня немного приободрило. Я осмотрел себя в зеркале и с удовлетворением
отметил, что моя многострадальная щека приведена в полный порядок, не
обезображена шрамом, а выглядит, как новенькая. На этом приятные открытия
закончились. Остались одни неприятные.
Оказалось, что никто ? ни врачи, ни медсестры, ни угрюмый малый,
который, похоже, был немым от рождения, ? не может мне сказать, каков мой
социальный статус. Преследуюсь ли я законом, неподсуден ли я, журналист ли я
или заключенный номер такой-то ? мне узнать не удалось.
Вторым удручающим открытием было то, что моя свобода оказалась
ограниченной палатой без окон, абсолютно пустым коридором
...Закладка в соц.сетях
