Жанр: Электронное издание
KRAFT-YEBING_12961
... это ему действительно удалось.
Когда я познакомился с И., он был близок к самоубийству вследствие того, что лечение
внушением, которое было предпринято одним опытным врачом и на которое пациент
возлагал свою последнюю надежду, потерпело полную неудачу, так как он не поддавался
гипнозу.
При обследовании я нашел у И. признаки неврастенического настроения, зависевшего
отчасти от предрасположения, отчасти от воздержания и душевных потрясений, затем
небольшой пенис, при вполне нормальных в целом половых органах. Больше ничего
патологического я не нашел. Вторичные психические и физические половые признаки
вполне соответствовали мужскому типу.
Наблюдение 148. Т., 34 лет, коммерсант, происходит от болезненной, невропатической
матери и здорового отца.
Когда ему было 9 лет, один из товарищей по школе научил его онанизму. Он стал
заниматься взаимным онанизмом со своим братом, с которым спал вместе на одной
кровати, причем дело доходило даже до введения членов в рот. Когда он был еще
мальчиком, случилось с ним однажды, что он облизывал место, куда до этого помочился
солдат! В 14 лет впервые влюбился в 10-летнего школьника.
Начиная с 17 лет юноши перестали производить на него впечатление: у него развилось
странное влечение к старикам.
Он объясняет это тем, что однажды ночью, когда он лежал рядом с комнатой отца,
бывшего тогда уже в преклонных годах, он услышал сладострастный стон отца и
вообразил, что совокупляется с ним, отчего пришел в необыкновенное чувственное
возбуждение. С тех пор в сновидениях, которые сопровождались поллюциями, и при
онанизме стали играть большую роль представления о стариках, совершающих
извращенный половой акт. Но и днем вид стариков вызывал в нем возбуждение, в
особенности если старики эти были неряшливы и неопрятны; иногда у него при этом
даже появлялось семяизвержение.
В 23 года он неоднократно пытался направить свою половую жизнь на нормальный
путь, для чего часто прибегал к домам терпимости. Несмотря на твердое решение, эти
попытки кончались неудачно, так как у него не наступало эрекции. В конце концов,
убедившись, что даже самая красивая женщина оставляет его равнодушным, он
дальнейшие попытки прекратил. К мальчикам и молодым мужчинам он тоже не
чувствовал никакого влечения.
29 лет он горячо влюбился в одного старика, которого в продолжение многих лет
ежедневно встречал на прогулках. Но интимное сближение было невозможно. Т. часто
эякулировал во время этих прогулок. Чтобы вырваться из этого унизительного состояния,
Т. в последнее время снова посетил публичный дом, но опять-таки без результата. Тогда
ему пришла в голову мысль нанять какого-либо старика и взять его с собой в публичный
дом. Старик должен был совершать половой акт в его присутствии. При таком условии он
оказался потентным. Но акт совокупления не доставил ему никакого наслаждения, хотя
он испытал большое нравственное удовлетворение от возвращения к нормальным
половым сношениям; в особенности он был счастлив, когда мог затем обходиться уже без
старика. Однако радость его продолжалась недолго. Т. страдал тяжелой общей и половой
неврастенией, находился в угнетенном состоянии духа, боялся людей, был импотентен и
предавался онанизму, воображая себе при этом стариков в момент совершения с ними
извращенного полового акта.
В физическом отношении Т. не обнаруживал ничего патологического, если не считать
признаков тяжелой половой неврастении. Вполне мужской тип.
Наблюдение 149. Ц., 28 лет, коммерсант, происходит от в высшей степени нервного и
раздражительного отца и от истеропатической матери. Сам он был очень нервен, до 18
лет страдал недержанием мочи, был слабым ребенком и только к 20 годам достиг
удовлетворительного физического развития. Первые половые побуждения он
почувствовал уже на 8-м году жизни, когда ему пришлось видеть, как наказывали в школе
его товарищей по ягодицам. Несмотря на сострадание, он испытал при этом совершенно
незнакомое до того чувство сладострастия, которое приводило всего его в трепет. Спустя
некоторое время он шел однажды в школу слишком поздно, и вдруг у него появилась
мысль, что учитель может его за это наказать по ягодицам; эта мысль вызвала у него
сильное чувство сладострастия. От возбуждения он должен был на минуту остановиться;
тогда же он, по его словам, почувствовал первую эрекцию.
11 лет он влюбился в одного "белокурого красивого мальчика с чудными, умными,
живыми глазами".
Он был счастлив, когда время от времени ему удавалось проводить его до дому. Ему
хотелось обнимать и целовать его. Но уже тогда Ц. понимал, что в этом влечении есть
что-то нехорошее, и боялся чем-нибудь обнаружить его.
В то же время ему однажды до того понравилась одна девочка, на два года моложе его,
что он тут же покрыл ее поцелуями. Но этот случай остался исключением.
13 лет Ц. под влиянием одного товарища начал заниматься онанизмом. Он, однако,
предавался этому пороку немного, так как "более тонкие чувства", которые влекли его к
молодым мужчинам, удерживали его от всего низкого и "он не хотел топтать в грязь свою
чистую, возвышенную любовь".
В17 лет Ц. страстно влюбился в одного товарища с "чудными карими глазами,
благородными чертами лица и смуглой кожей". Эта несчастная любовь доставляла ему
невыносимые страдания в продолжение двух с половиной лет, то есть до самой разлуки с
этим товарищем. Ц. уверяет, что если бы он теперь снова увидел его, то старая любовь
вспыхнула бы в нем с прежней силой. Впоследствии он еще два раза влюблялся в своих
товарищей, но уже не так сильно. В 20 лет первый половой акт в доме терпимости при
удовлетворительной потенции, но с весьма слабым удовлетворением. Сношения с
женщинами он продолжал и дальше "в интересах здоровья" - для предохранения себя от
онанизма, а также для того, чтобы не показаться импотентом и чтобы маскировать свое
извращенное половое влечение.
Страха перед женщинами Ц. не испытывает, но он остается совершенно равнодушным
к ним - они производят на него приблизительно такое впечатление, как "произведения
искусства, как статуи". Влечение к собственному полу ему до сих пор удавалось
побеждать благодаря сильной воле и не особенно сильной страстности натуры. Его
половая жизнь, однако, не удовлетворяет его, тем более что за последние годы даже грубо
чувственное возбуждение при половом акте все более уменьшается, а вместе с тем слабеет
и эрекция. Это-то и заставило его обратиться к врачу.
По своей внешности и по своему характеру Ц. не представляет ничего ненормального.
Никаких отклонений от мужского типа и полное психическое здоровье.
Наблюдение 150. П., 37 лет, мать - очень нервная женщина, страдавшая
конституционной мигренью. В молодости он сам страдал тяжелой истерией, издавна
чувствовал влечение к красивым молодым мужчинам и приходил в сильное половое
возбуждение при виде их половых органов. Вскоре после половой зрелости стал
предаваться взаимному онанизму с мужчинами. Привлекательными казались ему только
мужчины в возрасте 25-30 лет. При извращенном половом акте он чувствует себя в роли
женщины и уверяет, что любит как самая страстная женщина и только имеет внешность
мужчины, как актер, надевающий чужое платье. Когда он был мальчиком, над ним
нередко смеялись из-за его женских привычек и вкусов. Девушки никогда не производили
на него впечатления. Несколько лет назад он женился без всякой любви, исключительно в
надежде исправить свою половую жизнь. Он принуждал себя к совокуплению и был
потентным, если представлял себе на месте жены молодого мужчину. Имеет ребенка.
Постепенно у него развилась неврастения, фантазия стала изменять ему, а вместе с тем
стала исчезать и его потенция. Уже два года, как он избегает полового акта с женой и
предается извращенным половым сношениям; некоторое время тому назад он был пойман
в одном публичном месте в то время, когда занимался взаимным онанизмом с одним
мужчиной.
Он оправдывался тем, что долгое воздержание довело его страстность до высших
пределов, так что при виде мужских половых органов он впал в настоящий аффект и
действовал как бы бессознательно, в каком-то опьянении.
Амнезии по отношению к этому промежутку времени он не обнаруживал.
Кратковременное лишение свободы.
Вполне мужской тип. Половые органы нормальны.
Наблюдение 151. Н., 41 года, холост, отец и мать состояли в кровном родстве между
собой, но были, по-видимому, здоровы. Брат отца был некоторое время в больнице для
умалишенных. Братья самого больного отличаются повышенным, но в принципе
нормальным половым влечением. Уже 9 лет от роду Н. чувствовал влечение к товарищам.
В 15 лет он начал заниматься с ними взаимным онанизмом, а впоследствии - половым
актом между бедрами.
В 16 лет он завел большую любовную связь с одним молодым мужчиной. Его любовь к
мужчинам развивалась совершенно в том же духе, как он читал о любви между мужчиной
и женщиной в романах.
Только красивые молодые мужчины в 20-24 года вызывали в нем возбуждение.
Эротические сновидения были полны исключительно картинами извращенного полового
акта. При этом он чувствовал себя в роли женщины - так же, как и при действительных
сношениях с мужчинами.
Он утверждает, что с самого детства душа его отличалась больше женскими, чем
мужскими чертами. Игры мальчиков его не интересовали; он занимался женскими
работами, стряпней и пр. Позднее у него тоже не было влечения к мужскому спорту, табак
и вино не доставляли ему никакого удовольствия. Во время своей бродячей жизни он
однажды был поваром в одной из заатлантических стран и при этом оказался вполне на
высоте своего положения. Он потерял это место потому, что завел любовную связь с
сыном своего хозяина.
Когда ему было 22 года, он понял наконец, что его половая жизнь ненормальна. Это
его обеспокоило, он попытался отделаться от своих извращенных ощущений, начал
посещать Дома терпимости, но испытывал только отвращение; ни разу У него не было
там эрекции. Однажды, придя в полное отчаяние боясь, что его порок станет известным
семье, он сделал попытку к самоубийству. Выздоровев от полученной раны, он
отправился за границу, но всюду чувствовал себя по-прежнему несчастным, отторгнутым
от семьи, полуразрушенным существом. У него оставалась только одна надежда, что с
возрастом его склонность к мужчинам ослабнет..
Он просил помощи во имя его "чести и спокойствия". Физически половые признаки у
этого несчастного не представляли никаких отклонений от мужского типа. Половые
органы нормальны.
Н. носится с мыслью поступить в монастырь или подвергнуться кастрации.
Предложено лечение внушением.
Наблюдение 152. В один летний вечер в одном из городов Северной Германии ночной
сторож поймал некоего X., доктора медицины, в то время как он мастурбировал какого-то
прохожего и затем вводил его член себе в рот. Пойманный спасся от судебного
преследования бегством. Прокуратура отказалась от обвинения, так как здесь не было
публичного соблазна и введение члена в анальное отверстие не произошло. У X. была
найдена обширная корреспонденция, которую он в продолжение многих лет вел с
многочисленными урнингами. Эта корреспонденция обнаружила, как широко
распространены извращенные половые сношения во всех слоях населения.
X. происходил из семьи, отягощенной болезненной наследственностью. Дед его по
отцу кончил жизнь самоубийством в состоянии психического расстройства. Отец его был
болезненным человеком, отличавшимся своенравием. Брат занимался онанизмом чуть не
с 2-летнего возраста. Двоюродный брат страдал извращенным половым влечением и уже в
юношестве начал предаваться таким же безнравственным поступкам, как и сам X.; он
отличался слабыми умственными способностями и умер от спинномозгового заболевания.
Двоюродный дед со стороны отца был гермафродитом, сестра матери была
душевнобольной. Мать, по-видимому, здорова. Брат X. отличается нервностью,
вспыльчивостью.
X. в детстве был тоже очень нервным. Мяуканье кошки наводило на него величайший
страх, и если кто-нибудь издавал звук, похожий на кошачье мяуканье, то он начинал
плакать и в страхе цеплялся за кого-нибудь из окружающих.
Самые незначительные болезни вызывали у него сильнейшую лихорадку. Он был
тихим, мечтательным ребенком, с живой фантазией, но с довольно плохими умственными
способностями. Обыкновенными играми мальчиков он не занимался и отдавал
предпочтение женским занятиям. Особенное удовольствие доставляло ему причесывать
служанку или брата.
Когда X. поступил в школу, то занимался там взаимным онанизмом, совратил
нескольких товарищей и сделался в конце концов нетерпимым из-за своих циничных
выходок, так что его должны были взять из школы. Уже в то время родителям как-то
попадали в руки его любовные письма, обнаружившие в нем половое извращение. С 17
лет он учился под строгим наблюдением одного гимназического профессора. Успехи его
в науках были посредственные. Способности у него оказались только к музыке. Окончив
курс в гимназии, пациент, 19 лет, поступил в университет. Там он обратил на себя
внимание своим циничным поведением, подозрительной близостью к молодым людям,
которая давала повод к разговорам об извращенной любви к мужчинам. Он начал
рядиться, носить кричащие галстуки, рубашки с глубоким вырезом, тесные ботинки,
вызывающую прическу. Все эти наклонности, однако, исчезли, когда он окончил
университет и вернулся домой.
С 24 лет он долгое время страдал неврастенией. До 29 лет он обнаруживал серьезность,
прилежно занимался своей профессией, однако избегал прекрасного пола и продолжал
вращаться среди мужчин сомнительной репутации.
На подробное обследование пациент не согласился; он считал его совершенно
бесцельным, ибо влечение к собственному полу развилось у него еще в детстве и является
врожденным. Он всегда чувствовал в себе страх перед женщинами и никогда не мог
решиться испытать женские ласки. По отношению к мужчинам он чувствовал себя в роли
мужчины. Он понимает, что его влечение к собственному полу является аномалией, но
оправдывает свои поступки своей болезненной организацией.
Со времени своего бегства из Германии X. живет на юге Италии и, как я мог
заключить из одного его письма, до сих пор предается извращенной любви. X. имеет вид
серьезного, представительного мужчины с безусловно мужскими чертами лица, большой
бородой и нормально развитыми половыми органами. Недавно доктор X. предоставил в
мое распоряжение описание истории своей жизни, из которого я считаю интересным
привести некоторые места.
"Семи лет я поступил в одну частную школу, там я чувство^ вал себя в высшей степени
плохо и встречал очень мало внимания со стороны моих товарищей. Только к одному из
них - очень красивому мальчику - я
почувствовал влечение и затем страстно в него влюбился. Во время детских игр я всегда
умел устраивать так, чтобы мог одеваться девочкой. Величайшее удовольствие доставляло
мне делать нашей служанке всякие сложные прически. Часто я жалел, что не родился
девочкой.
Половое влечение проснулось во мне на 13-м году и с первого же момента было
направлено на молодых крепких мужчин. Сначала я даже не подозревал, что это
ненормально; но понимание этой ненормальности постепенно пришло ко мне, по мере
того как я узнавал половые склонности моих сверстников. С 12 лет я начал заниматься
онанизмом. В 17 лет я покинул родительский дом и поступил в гимназию в одном
столичном городе. Я был отдан пансионером к одному семейному учителю гимназии, с
сыном которого я затем завел половые сношения. - ним я впервые получил половое
удовлетворение. Вскоре я познакомился с одним молодым художником, который, заметив
мою ненормальность, сознался мне, что и сам страдает таким же недостатком. От него я
узнал, что эта ненормальность встречается очень часто, и это меня успокоило, так как я
раньше считал себя единственным в своем роде. Этот молодой человек имел обширный
круг знакомств среди таких же людей, куда он и ввел меня. Там я сделался предметом
всеобщего внимания, так как я, по общему мнению, имел многообещающее физическое
сложение. Вскоре в меня влюбился один пожилой господин; он, однако, не пришелся мне
по вкусу, и я сошелся с ним лишь на короткое время; вскоре я оставил его ради более
молодого, красивого офицера, которого любовь бросила к моим ногам. Это была, в
сущности, моя первая любовь.
В 19 лет я сдал экзамен зрелости. Освободившись от школьных уз, я завел знакомство с
большим количеством лиц, имевших такое же, как я, или аналогичное половое влечение.
Между прочим я познакомился с Карлом Ульрихсом (Numa Numantius).
Когда я затем поступил на медицинский факультет и стал общаться со многими
нормальными молодыми людьми, мне пришлось неоднократно, уступая просьбам
товарищей, посещать публичные дома. Сношения мои с женщинами, даже с самыми
красивыми, кончались всегда позорной неудачей, так что среди моих знакомых
распространилась молва, что я импотент. Я поддерживал это мнение, выдумывая
рассказы про свои прежние эксцессы у женщин. У меня тогда было множество знакомых
за границей, которые считали меня по моему телосложению красавцем. Вследствие этого
ко мне постоянно приезжали друзья из различных стран и привозили массу любовных
писем, так что я нередко бывал в большом затруднении. Наивысшего развития эти
отношения достигли несколько позднее, когда я в первый год по окончании университета
жил интерном при лазарете. Там я был прямо предметом поклонения: из-за меня
разыгрывались такие щены ревности, что в конце концов вся эта история едва не
раскрылась. Вскоре после этого я заболел воспалением плечевого сустава, от которого
оправился только через три месяца. За это время мне много раз делали подкожные
инъекции морфия, которые затем были внезапно прекращены, так что я тайком
продолжал их делать сам уже после выздоровления. Перед началом самостоятельной
практики я с целью специализации провел некоторое время в Вене, где, благодаря
рекомендациям, получил доступ в круг лиц с одинаковыми со мной наклонностями. Там я
сделал наблюдение, что ненормальность, о которой идет у нас речь, в самых различных ее
проявлениях столь же распространена в низших слоях общества, как и в высших, и что
среди высших классов также нередко встречаются лица, которые занимаются этим как
профессией, продавая себя за деньги.
Когда я поселился в качестве врача в провинции, то решил избавиться от морфия при
помощи кокаина и таким образом сделался кокаинистом; от этой склонности мне удалось
избавиться только около двух лет назад после трех рецидивов. В моем положении было
совершенно невозможно искать удовлетворения моего полового влечения, и я поэтому
был очень рад, когда заметил, что кокаин погасил во мне сладострастие. Когда я,
благодаря энергичному уходу со стороны моей тетки, освободился в первый раз от
привычки к кокаину, то уехал из города на несколько недель для поправки. Мое
превратное половое влечение снова проснулось во мне с прежней силой; однажды
вечером за городом я сошелся с одним мужчиной, но на следующий день получил
извещение от прокурора, что меня видели и что я должен быть привлечен к следствию, но
что инкриминируемый мне проступок - согласно решению высшей судебной палаты -
ненаказуем. Вместе с тем мне указывалось, что случай этот сделался известным в
широких кругах. Я понял, что после этого мне необходимо оставить Германию и искать
себе новую родину там, где ни законы, ни общественное мнение не осуждают тех
склонностей, которые, как и все ненормальные склонности, не могут быть подавлены
силой воли. Так как я ни минуты не сомневался, что мои наклонности стоят в
противоречии с общественным мнением, то я неоднократно делал попытки победить их в
себе, но это вело только к усилению их; то же я наблюдал и у своих знакомых. Так как я
чувствовал влечение исключительно к молодым, здоровым лицам с вполне выраженным
мужским типом, а такие индивиды лишь крайне редко шли навстречу моим желаниям, то
я часто принужден был покупать их любовь за деньги. И поскольку мои желания
ограничивались лицами из низших классов общества, я никогда не чувствовал недостатка
в таких, которые соглашались отдавать себя в мое распоряжение за деньги. Надеюсь, что
нижеследующие мои разоблачения не вызовут неудовольствия с их стороны; вначале я
думал опустить все это, но в интересах полноты моего сообщения и для обогащения
фактического материала я не могу ничего пропускать. Мою половую потребность я
удовлетворял следующим образом:
Я ввожу в рот пенис юноши, поскольку это сильно возбуждает меня, и страстно желая,
чтобы произошло семяизвержение, велю ему сильно сжать бедра и ввожу между ними
свой член. Пока это происходит, юноша должен обнимать меня так крепко, как только
может. Все это доставляет мне такое наслаждение, что я начинаю эякулировать.
Эякуляция при введении пениса в анальное отверстие, особенно достигаемая с помощью
руки, мне не нравится. Но юноши, которые вбирают в себя мой пенис и производят с ним
соответствующие действия, приводят меня в состояние полного удовлетворения моей
половой страсти.
О себе я должен сказать следующее. Рост мой 186 сантиметров, наружность вполне
мужская; если исключить повышенную чувствительность кожи, то в остальном я
совершенно здоров. У меня густые белокурые волосы и такая же борода. Мои половые
органы средней силы и нормального строения. Я в состоянии без усталости совершить в
продолжение суток 4-6 раз описанный выше половой акт. Я веду очень правильный образ
жизни, алкоголь и табак употребляю в умеренных количествах. Я недурно играю на рояле
и написал даже несколько музыкальных произведений, заслуживших большое одобрение.
Недавно я закончил роман, который в качестве первого произведения начинающего
писателя заслужил похвалу среди моих знакомых. В нем я рассматриваю некоторые
вопросы из жизни людей, одержимых превратным половым влечением.
Располагая широким кругом знакомств среди товарищей по несчастью, я, естественно,
имел нередко возможность сделать наблюдения над различными видами этой
ненормальности, поэтому, быть может, нижеследующие строки будут для вас
небесполезными.
Самый ненормальный вид полового извращения, какой мне когда-либо приходилось
наблюдать, был у одного господина из окрестностей Берлина. Он предпочитал иметь дело
с юношами, у которых были грязные ноги, и словно бешеный их облизывал. Другой
господин из Лейпцига вводил язык в анальное отверстие, что доставляло ему, как он
рассказывал, большое удовольствие. В Париже живет субъект, который принуждал одного
из моих друзей мочиться ему в рот. Очень многие, как меня уверяли, при виде высоких
сапог или военного мундира приходят в такой экстаз, что у них происходит семяизлияние.
До какой степени некоторые чувствуют себя женщиной (я такого чувства не
испытываю), видно на примере двух субъек-• тов из Вены. Эти господа назвали себя
женскими именами: один из них парикмахер и именует себя "Лаура из Франции", другой
был раньше мясником и носит имя "мясник Фанни". Оба не пропускают никогда случая
явиться во время карнавала в женском платье, и притом нередко одетыми весьма
подчеркнуто. В Гамбурге живет один субъект, которого некоторые принимают за
женщину, так как он дома всегда одевается в женское платье, да и на улице иногда
появляется в том же костюме. Этот господин хотел даже однажды во время крещения
сойти за крестную мать, что вызвало грандиозный скандал.
У таких людей встречаются, как правило, все женские недостатки, болтливость,
непостоянство, слабость характера.
Мне известно много случаев, когда превратное половое влечение идет рука об руку с
эпилепсией и психозами; удивительно часто встречаются грыжи. Ко мне по
рекомендациям моих знакомых нередко обращались также с заболеваниями заднего
прохода. Два раза я видел сифилитические шанкры и один раз мягкий шанкр заднего
прохода. В настоящее время я лечу одного господина, у которого в заднем проходе
имеются острые кондиломы, образующие опухоль формы цветной капусты величиной с
кулак. В Вене я видел случай первичного склероза мягкого неба у одного молодого
мужчины, который посещал маскарады в костюме женщины и завлекал там мужчин. Он
ссылался на то, что у него регулы, и те соглашались на сношение через рот. Так, он
однажды будто бы обманул за один вечер 14 человек.
Так как в попадавшихся мне сочинениях, посвященных превратному половому
влечению, я не нашел сведений о взаимных отношениях педерастов, то я позволю себе
прибавить еще несколько слов.
Как только лица с превратным половым влечением познакомятся друг с другом, они
обмениваются между собой рассказами о своей прежней жизни и о своих любовных
приключениях, поскольку такие беседы не исключаются неравенством социального
положения. Только очень редко новые знакомства не сопровождаются подобными
разговорами. Между собой эти люди называют друг друга "тетя", в Вене - "сестра"; две
венские публичные женщины, имевшие мужскую наружность и находившиеся друг с
другом в превратных половых отношениях, рассказывали мне, что у женщин при тех же
обстоятельствах в ходу слово "дядя". С тех пор как я понял свою ненормальность, мне
пришлось соприкасаться больше чем с тысячью подобных мне индивидов. Почти в
каждом крупном городе существует какое-либо место для собрания таких лиц, а также
своеобразная "панель". В небольших городах имеется сравнительно мало "теток", однако
в одном городе с 2300 жителей я нашел их 8, в другом с 7000 жителей - 18; это число тех,
о которых я имел верные сведения; те же, кого я только подозревал, не вошли в это число.
В моем родном городе, где насчитывается около 30 000 жителей, мне лично было
известно около 120 "теток". Большинство из этих людей обладает способностью сразу же
определять, принадлежит ли тот или иной субъект к их категории или нет, или,
употребляя жаргон "теток", "настоящий" он или "ненастоящий". Я сам обладаю этой
способностью в высокой степени. Мои знакомые нередко удивлялись той
проницательности, какую я обнаруживал в этих случаях. Иногда я с первого же в
...Закладка в соц.сетях
