Жанр: Электронное издание
BARB1
...ый, и Гарет не собирался доводить Анжелику и себя до
полного изнеможения до того, к отправиться спать. О нет.., в его планы на
этот вечер входило совсем другое...
И он решительно улыбнулся Лестеру и крепко обнял Анжелику:
- Да, Лестер, вечер выдался замечательный. И тебе наверняка удастся найти
себе что-нибудь освежительное. Честно говоря, я не подозревал, как ладно ты
умеешь работать языком. Однако у нас был долгий день, и завтра рано
вставать...
- Черт бы тебя побрал, Гарет... - резко выпрямился Лестер. - Я уж не
помню, когда мне было так хорошо! Не отправишь же ты меня сейчас обратно в
салун?! Вечер только начинается..
- Он начинается для тебя, партнер, а для нас с Анжеликой подходит к
концу.
Дубленая физиономия ковбоя скривилась так уморительно, что Гарет едва не
рассмеялся.
- Ну ладно, пропустим по бокалу, - уступил он и тут же добавил, увидав,
как радостно засиял Смолл:
- Я прогуляюсь с тобой до салуна, а Анжелика пойдет наверх. Ты ведь
совсем устала, не так ли, милая?
Он был начеку и успел уловить ее тревожный взгляд, но она ответила
коротко:
- Да, я устала.
Однако Лестер не собирался сдаваться.
- Ты что, гонишь Анжелику спать? Чертова образина, твоя рожа не заменит
мне ее прекрасного лица, которым я еще не успел налюбоваться... Прошу
прощения, мэм, - обратился он к Анжелике. - Мне предстоит нелегкий и долгий
путь, и немного приятных воспоминаний сделали бы его значительно легче.
- Лестер, пожалуйста... - Гарет снизошел до умоляющего взгляда и негромко
добавил:
- Придется тебе включить в число приятных воспоминаний мое общество. Это
мое последнее слово.
- Ну, коли ты уверен...
- Я вполне уверен, - и он неловко улыбнулся Анжелике:
- Я скоро вернусь, милая. Когда поднимешься наверх, не забудь запереть
дверь и не открывай никому, кроме меня. В этом городе слишком много одиноких
ковбоев.
- Ты можешь не беспокоиться, Гарет.
- Анжелика, мэм . - Ее внимание привлек необычно торжественный голос
Лестера. - Вечер в вашем с Гаретом обществе доставил мне великое
удовольствие, подобного которому я не испытывал целую вечность. На обратном
пути я непременно загляну в "Круг Д", - и он решительно взял руку Анжелики и
вдруг поднес ее к губам.
Затем Смолл быстро поднял раскрасневшееся лицо поклонился:
- Еще раз благодарю вас за прекрасный вечер, - мрачно обратился к Гарету.
- Ну, пойдем, что ли? Почему-то мне кажется, что нынче ты не засидишься в
салуне.
- Точно, Лестер. Ступай, я тебя догоню. Доусон проводил Анжелику до
номера и убедился, что она закрыла за собой дверь. Вздохнув, он вернулся на
крыльцо:
- Поспешим, Лестер. Я с ног валюсь от усталости - Черта с два! У тебя на
уме вовсе не сон! Гарет было вскинулся, но приятель остановил его:
- Гарет, ты что, никогда не видел человека, сгорающего от зависти? Ну
тогда посмотри на меня повнимательнее и запомни, как он выглядит Потому как
теперь ты сплошь и рядом будешь на такое натыкаться.
- Вот как?
- Да, так. Ну пойдем Я буду топить печаль. Мерзавец, ты разбил мне
сердце!..
- Не дрейфь, бедолага, хорошее виски запросто склеит псе осколки! -
рассмеялся Гарет. Черт побери, он действительно счастливчик и не собирается
откладывать свое счастье на потом. С этими мыслями Гарет прибавил шагу,
увлекая за собой Лестера.
Гарет спешил к себе в номер, сжимая в одной руке бутылку, а в другой -
два бокала на тонких ножках. Он сам себе удивлялся: еще бы, ни с того ни с
сего выложил столько денег за шампанское и бокалы. Черт бы побрал эту рыжую
барменшу! И Гарет снова сердито нахмурился при мысли о столь необдуманной
трате денег, которых и так кот наплакал.
Ну что ж, оставалось надеяться, что вино окупит себя, если поможет
Анжелике забыться спокойным, беспробудным сном. Черт побери, она это
заслужила. Она не просто спасла ему жизнь - она подарила ему такое счастье,
о котором он прежде и не мечтал.
У дверей в номер он остановился и негромко постучал. Никто не ответил, и
Гарет постучал снова. По спине побежали мурашки. Дверь заперта, но из-за нее
не доносится ни звука. А ведь там должна быть Анжелика! Доусон постучал
сильнее - он уже начал паниковать. Нет.., она не могла.., она не стала бы
вот так удирать... Он уже барабанил что было сил, не в состоянии обуздать
ярость. Он уже был готов вышибить плечом эту проклятую дверь - как вдруг она
распахнулась, и показалось сонное лицо Анжелики.
- Гарет, что случилось?
Он молча ворвался внутрь и с грохотом захлопнул дверь. Она еще не совсем
проснулась и не могла понять, в чем дело Только теперь он оценил степень
собственной глупости и с трудом перевел дух.
- Ничего не случилось, Анжелика, вот только ты открыла, не спросив, кто
стучит. - Он скользнул взглядом по миниатюрной фигурке, облаченной в одну
рубашку. - Вряд ли требуется объяснять, что могло бы случиться, если бы это
оказался не я.
- Ох... - Анжелика нахмурилась, запоздало припомнив его наставления. - Я
заснула. И ты застал меня врасплох...
Гарет поспешил поставить на ночной столик бутылку и бокалы, не желая
больше говорить на эту тему. А потом вернулся к Анжелике и крепко обнял ее.
Черт побери, он ее разбудил! Собрался устроить ей праздник - нечего было
вообще тащиться с Лестером в салун. Но он твердо решил сделать так, чтобы
Анжелика запомнила этот вечер и отвлеклась от своих назойливых кошмаров.
Прикосновение к ее теплому телу подействовало на него, как обычно, и он
прижал ее еще крепче. Его так и тянуло продолжить ласки, но вместо этого
Гарет разжал руки и всмотрелся в милое лицо. Оно уже не казалось таким
сонным, и серебристые глаза засверкали своим волшебным светом.
Гарет подхватил Анжелику на руки и понес к кровати. Там он усадил ее как
можно удобнее, обложив со всех сторон подушками, и вернулся за бутылкой и
бокалами.
Тугая пробка не желала поддаваться. Во время своего недолгого пребывания
в Мехико Гарет успел освоить это искусство, однако с тех пор ни разу не
пробовал применить его на деле.
Анжелика заворожено следила, как искрящаяся пузырьками влага наполняет
бокалы, и прошептала:
- Я никогда не пила шампанское.
- Милая, в Техасе его тоже пьют нечасто - зато в Мехико оно льется рекой.
Несколько лет назад мне случилось побывать в столице, и там я попробовал это
вино. А поскольку мне хотелось превратить сегодняшний вечер в праздник...
- Твой друг Лестер наверняка был бы рад...
Он посмотрел на Анжелику так, что бедняжка покраснела.
- Милая, Лестер тут ни при чем. Гарет передал один из бокалов Анжелике.
- Мы очень скоро окажемся в "Круге Д", и я хочу выпить за то чудесное
время, которое у нас впереди. - Его взгляд светился любовью, а голос охрип
от волнения. - Пусть ты полюбишь Техас - так же, как он полюбит тебя...
Гарет поднес бокал к губам, Анжелика сделала то же. Он чуть не хихикнул,
глядя, как осторожно она сделала первый глоток. Осушив мигом свой бокал,
Доусон замер.
- У него.., довольно странный вкус. Оно как будто щиплет за язык,
правда?
- Щиплет? Пожалуй, да... - Гарет взял в ладони ее лицо и припал к мягким
влажным губам. А потом снова поднес к ним бокал с вином. Губы приоткрылись,
чтобы принять золотистую влагу Когда она проглотила шампанское, Гарет снова
собрал душистые остатки вина с милых губ.
- Ты не представляешь, милая, насколько оно вкуснее у тебя на губах . -
Он продолжал чередовать вино и поцелуи, пока бокал не опустел окончательно.
Гарет поспешил вновь наполнить бокалы.
- Это будет удивительная ночь, милая. Я чувствую это всем сердцем.
На нежных щечках Анжелики проступил легкий румянец. Она не приучена к
спиртному, и Гарету вовсе не хотелось, чтобы это изменилось.
Он осторожно отставил ее бокал в сторону и погладил по округлым хрупким
плечам. Снял с них лямки рубашки и обнажил прекрасное тело. Его глаза
задержались на тугих девичьих грудях - и внутри проснулся знакомый жар.
Такие маленькие, ладные, удивительной формы... Гарет нежно коснулся губами
одного и другого гордо приподнятого соска. А потом сам не заметил, как
привлек ее к себе. Красавица.., какая же она красавица...
Он едва заставил себя подняться, чтобы скинуть одежду. И тут же поспешил
улечься рядом и с восторгом ощутить дивное тело.
Поцелуй пьянил не меньше, чем вино, пряный аромат ее рта смешался с
терпким запахом шампанского, и он упивался этим вкусом и никак не мог
насытиться, пока верх не взяло иное, более сильное желание. Тогда Гарет
покрыл жадными поцелуями гладкую, молочно-белую шею и манившие к себе мягкие
груди и услышал невнятный страстный шепот, слетевший с ее уст.
Не в силах долее ждать, он слегка приподнял Анжелику и одним нетерпеливым
рывком вошел во влажное, горячее лоно.
Маленькие ладони Анжелики упирались ему в грудь. Он замер, чтобы продлить
немного первый, блаженный миг слияния. Темные пушистые ресницы трепетали на
раскрасневшемся лице - ее также снедал жар желания. Влажные губы
приоткрылись, грудь вздымалась тяжело и часто. А расплавленное серебро
внезапно распахнувшихся глаз прожгло его насквозь. Он осторожно пошевелился
и успел уловить знакомые золотистые искры, прежде чем она зажмурила глаза.
И снова он рвался вверх и вверх, погружаясь все глубже в это трепетное,
прекрасное тело, увлекая ее за собой в головокружительном вихре к
удивительному, волшебному пику экстаза. Его Анжелика... Водоворот цветов,
чувств, восторга.., несравненная, удивительная... Его, его до конца...
Ее легкое тело бессильно рухнуло ему на грудь Он прижал ее к себе, все
еще задыхаясь, и зарылся лицом в гладкий шелк волос Боже, как же он ее
любит.., любит безумно, бешено, до боли в груди... И она тоже полюбит его.
Это же ясно как день - она не сможет его не полюбить. И они никогда не
расстанутся.
Гарет уложил Анжелику рядом с собой Она молчала. Он покрыл легкими
поцелуями ее лицо, и закрытые веки, и кончик носа и нежно шепнул:
- Анжелика, милая.., открой глаза. Взгляни на меня... Пушистые ресницы
послушно дрогнули.
- То, что мы сейчас испытали.., то счастье, которое мы только что
разделили.., его не сравнить ни с каким вином. И оно принадлежит нам.., нам
одним.
По тому, как вспыхнули прекрасные глаза, Гарет понял, что он услышан, и
снова поцеловал Анжелику.
Прошло около часа и Гарет тревожился все больше Анжелика явно не спала
Правда, она лежала тихо, повернувшись к нему спиной однако его это не
провело Наконец Гарет не выдержал и спросил - Что с тобой, Анжелика?
Она открыла глаза но избегала взглянуть на него - Что с тобой, милая?
Тебя что-то тревожит? Ты обиделась?
- Я просто думала. Думала с самого первого дня, когда за нами погнался
Эстебан Аррикальд Гарет нахмурился Эстебан Аррикальд даже теперь она не
выбросила его из головы Впрочем, лучше выслушать, о чем она там думала с
самого начала пути, как бы его это ни раздражало И он набрал в грудь
побольше воздуха и кивнул - О чем же ты думала, Анжелика?
- Я думала о том, что если это правда и ты поговорил перед отъездом с
падре Мануэлем и оставил ему адрес, по которому мне в Техас можно отсылать
письма Гарет на миг растерялся - настолько неожиданными оказались ее слова
Он отлично помнил разговор с падре Мануэлем Их краткая беседа была весьма
неприятной - впрочем, Гарет лишь хотел, чтобы Анжелика имела возможность
узнать о семейных новостях и состоянии своего брата - Да, это правда, милая.
Конечно, он не очень-то обрадовался тому, что я сказал, но обещал сохранить
мой адрес и написать тебе в Техас.
Гарет, затаив дыхание, следил за едва различимым в ночном сумраке лицом
Анжелики Она надолго умолкла А когда заговорила вновь - ее голос прерывался
от волнения - Значит когда мы доберемся до твоего ранчо, там меня уже может
ждать письмо, в котором сказано, что Карлосу стало лучше и мама с папой
повезли его в Мехико - Это вполне возможно, милая, однако я бы не стал
наверняка на что рассчитывать. В наши дни почта работает из рук вон плохо, и
мы...
Однако Анжелика заставила его умолкнуть на полуслове, прижав пальцы к
губам. Ее хриплый шепот звучал с детской искренностью:
- Спасибо тебе, Гарет...
Тронутый до глубины души, Гарет замер. Он нежно поцеловал трепетные
пальчики и едва вымолвил:
- Ну а теперь давай спать. Завтра нам рано вставать. Анжелика что-то
невнятно пробормотала в знак согласия, устраиваясь поуютнее у него под
боком. Не прошло и минуты, как она заснула.
Гарет затянул потуже подпругу и с улыбкой обернулся к Анжелике. Они
стояли во дворе городских конюшен в Голи-аде. Денек, как обычно, обещал быть
солнечным Доусон только что расплатился с владельцем конюшни, и если не
считать тревоги по поводу опустевшего кошелька, чувствовал себя отлично.
Его даже не раздражала та глупейшая улыбка, что не сходила с его лица все
утро. Главное - замысел удался на славу. Анжелика прекрасно выспалась, ни
разу не потревоженная кошмарами. Она отдохнула и посвежела, а что касается
Гарета - он был просто на седьмом небе. Когда он глядел на Анжелику, у него
всякий раз захватывало дух, а она , она выглядела почти счастливой.
Путешественники заскочили ненадолго в заведение Мод Пирс и наспех
позавтракали - хорошо, что беспокойная хозяйка начинала трудиться с первыми
лучами зари. Теперь можно было ехать дальше. Осталось лишь...
- Ну надо же, какое совпадение! И кто бы мог подумать, что мы выедем в
одно и то же время! Вот только жаль, что в разные стороны, верно?
Гарет обреченно уставился на показавшуюся из-за угла сияющую физиономию
Лестера Смолла и постарался призвать на помощь все свое терпение.
- Ошибаешься. Я бы сказал, что нам повезло...
- Что я слышу, Гарет?! И как у тебя язык повернулся... - начал было
Лестер, состроив оскорбительную мину.
- Ты и сам все отлично понимаешь, старина. Я рад пожать тебе руку на
прощание и буду рад твоему визиту к нам на ранчо - но будь я проклят, если
бы обрадовался перспективе ехать с Анжеликой и с тобой в придачу. Твоя
гладкая речь не идет ни в какое сравнение с моей, и честно тебе скажу, что
вполне обойдусь без этих соревнований.
- Пожалуй, ты в чем-то прав, - приободрился Лестер от такого
завуалированного комплимента. - Будь я на твоем месте, я бы тоже побоялся
так рисковать. - Тут он неожиданно выпалил, обращаясь к Анжелике:
- С вашего позволения мэм, - и ловко подсадил ее на спину лошади, не
дожидаясь ответа.
- Спасибо, Лестер... - только и нашлась Анжелика, машинально принимая
галантно протянутые ей поводья.
- Анжелика, мэм, для меня вы легче перышка, - учтиво поклонился Лестер. -
И позвольте еще раз поблагодарить вас за самый чудесный вечер в моей жизни.
- Он ухмыльнулся своей обычной лукавой ухмылкой:
- Должен признаться, что явился сюда в такую рань с единственной целью -
убедиться, что при дневном свете вы столь же прекрасны, как при вечернем.
Мне хотелось хоть немного разочароваться - я бы не так зверски завидовал вот
этому старому разбойнику. Но к сожалению, мэм, вы оказались еще
прекраснее... - Тут Лестер сокрушенно затряс головой и повернулся к Гарету:
- Черт побери, парень, ты разбил мое сердце!
Гарет, хохоча во все горло, ловко вскочил в седло и весело глянул на
приятеля сверху вниз:
- По-моему, это лучше, чем если бы ты разбил мое, дружище. Когда снова
появишься в этих краях, непременно заверни в "Круг Д". Мы будем ждать - не
забывай!
Лестер просиял, услыхав приглашение, и с жаром заверил:
- Черта с два я упущу возможность еще раз повидаться с малюткой леди! -
Он приподнял шляпу и бросил прощальный взгляд на улыбающуюся Анжелику:
- До свидания, Анжелика, мэм!
- Буду рада снова увидеть вас, Лестер. После этих слов Лестер засиял ярче
дневного светила.
Он еще долго стоял, глядя, как скрываются из глаз Гарет и Анжелика.
Голиад уже успел растаять за горизонтом, когда Гарет сказал Анжелике с
веселой ухмылкой:
- Анжелика, ты разбила сердце этому человеку. От того, как непринужденно
она улыбнулась в ответ, в груди у него все запело.
Да, задержка в Голиаде оправдала себя с лихвой. Теперь можно было
прямиком ехать до дома.
Глава 10
В темноте снова прозвучал одинокий, отчаянный вопль. Она осталась одна и
ужасно перепугалась. Как-то незаметно сумерки превратились в кромешную тьму,
от которой кровь стыла в жилах. Слышно было только ее собственное дыхание -
тяжкое и хриплое. Каждый глоток воздуха давался с болью и трудом. Легкие
разрывались от нехватки воздуха, а его становилось все меньше и меньше..,
умрет, не увидев света...
Нет, она не хочет умирать! Она бешено забилась, стараясь вырваться из
цепких, липких лап тьмы, и от родившегося в горле крика легкие разорвало
новой болью. Что-то хрустнуло.., где-то раздался кашель.., и снова
навалилась душная тьма.
Мертвая тишина оглушала сильнее, чем шум крови в ушах. Она снова
закричала и забилась во тьме, чувствуя, что силы вот-вот иссякнут. Нет! Она
не желает сдаваться, она не желает проваливаться в эту жадную, мрачную
бездну без света и звуков, в ничто, готовое лишить ее жизни! Она не
поддастся...
- Анжелика... Анжелика, милая, очнись!
Гарет...
Все еще задыхаясь, она распахнула глаза. Снова этот кошмар! Гарет
старался, как мог, успокоить ее и бережно вытирал мокрые от слез щеки.
Однако прошло немало времени, прежде чем Анжелика отдышалась настолько, что
смогла говорить.
- Про.., прости меня, Гарет.
Сколько уже раз она просила прощения - да что толку! Кошмары вернулись,
они приходили все чаще - по сути, всякий раз, стоило ей смежить веки. Гарет
видел, что она слабеет с каждым часом, и заставлял днем хоть немного
подремать на своем коне, в своих объятиях - только при ярком солнечном свете
можно было не опасаться ужасных сновидений.
И сейчас, как обычно, он пропустил ее извинения мимо ушей. Еще бы,
сколько раз она уже извинялась? Он просто привлек ее к себе и покрепче
обнял. И зашептал:
- Анжелика, закрой глаза и постарайся запомнить, что ты у меня в
объятиях. Тебе ничто не грозит, милая, тебе нечего бояться.
Анжелика покорно кивнула, устало подумав о том, что даже его объятия не
спасут от жестоких кошмаров. Синий бархат покинул ее навсегда, а черный
бархат его глаз можно различить только при свете дня. Только тогда отступали
застарелые страхи, и измученный рассудок мог отдохнуть.
В отчаянии от своего бессилия она прижалась к Гарету как можно теснее.
Безликий, безымянный ужас рано или поздно сведет ее с ума. От него нет
избавления.
Гарет почувствовал, как ее хрупкое тело напряглось и задрожало. Он не
знал, как ей помочь, - просто прижал к себе в надежде влить хоть частичку
собственной силы и снова шепнул:
- Анжелика, послушай меня. Завтра мы уже доберемся до границ "Круга Д".
Еще один день в пути, милая. А там ты будешь в безопасности. Вместо голой
земли у тебя будет нормальная постель, и тогда ты избавишься от ужасных снов
Вот увидишь. Как только приедем, сразу напишем письмо падре Мануэлю - что ты
жива-здорова и приехала со мной на ранчо. И попросим его сообщить нам
новости про Карлоса.
Анжелика дрожала все меньше, и Гарет начал надеяться на успех. Он понятия
не имел, что потребуется для восстановления ее душевного спокойствия, однако
был готов на все. А тем временем он продолжал говорить - видимо, его
негромкий ласковый шепот помогал ей поверить в собственную безопасность и
убаюкивал, погружая в легкую дремоту.
- Тебе обязательно понравится в "Круге Д", милая. Его строили не один
год. Мы с отцом уже дважды делали пристройки к основному зданию. В первый
раз - для мамы, во второй - когда отец ожидал приезда новой жены и ребенка.
Но и теперь эти комнаты не пустуют - в них часто останавливаются гости... У
нас принято садиться за стол всем вместе. На этом настоял папа, хотя мать
возражала. Он сказал, что это поддерживает в работниках чувство уверенности
в себе и принадлежности к нашему дому. По-моему, он прав. Многие парни
трудятся у нас уже по несколько лет. Время от времени мы нанимаем кого-то
нового, но ни один из стариков нас не покинул.., и женщины на кухне тебе
должны понравиться. - Тут Гарет недовольно поморщился: ведь Анжелика должна
была трудиться в качестве кухарки, но утешил себя тем, что несложно
изменить. Но сначала пусть займется делом. Это поможет ей привыкнуть к
новому месту и не почувствовать себя униженной. Ведь ее гордость так
уязвима. Она не сможет существовать в качестве содержанки, а заводить речь о
большем Гарет пока не смел. Всему свое время. Сперва нужно помочь ей
избавиться от ночных кошмаров. - У нас на кухне работают две женщины: Мария
и Софи. Работы им хватает с лихвой. Вот увидишь, тебе будут рады. Я
постараюсь, чтобы ты была всем довольна. Ты ни в чем не будешь нуждаться.
Как только приедем - я куплю тебе новую одежду. Твое платье совсем
истрепалось в пути. Мы купим что-нибудь красивое.., и самое тонкое нижнее
белье. Милая, твоя кожа создана для самого нежного кружева... Она такая
гладкая и нежная... Я непременно... - Он замолк на мгновение: дыхание
Анжелики стало глубоким и ровным. Тогда он слегка отодвинулся, чтобы
полюбоваться безмятежным милым лицом. И решился высказать то, что не решался
заявить ей в глаза:
- Я буду любить тебя, милая. Я буду любить тебя так сильно, что ты
позабудешь обо всем и обязательно сама полюбишь меня. И не захочешь уезжать,
когда год подойдет к концу. Я люблю тебя, Анжелика. Боже, как я тебя
люблю...
Чувствуя, как все внутри трепещет от удивительной нежности, он прижал
Анжелику к себе, легонько поцеловал в губы и устало смежил веки. Да, завтра
они доберутся до дома, и все образуется. Все обязательно будет хорошо...
- У нас больше нет сомнений! Савала добрался до Техаса, и его там приняли
с распростертыми объятиями! - Разъяренный до того, что на лбу взбухли синие
вены, Антонио Санта-Анна в ярости уставился на собравшихся у него в кабинете
людей. Неписаный запрет на упоминание вслух имени Савалы рухнул, когда
ранним утром в президентский дворец прибыл курьер с новостями из Техаса.
Взбешенный правитель немедленно созвал своих советников Теперь толпа пышно
разряженных чиновников молча внимала его гневным речам.
- Я не потерплю, чтобы этот предатель будоражил и без того мятежный штат!
- Президент повелительно махнул рукой своему секретарю - Рикардо, составь
указ об аресте Савалы! А заодно с ним пусть арестуют и самых настырных
звонарей из Партии войны, а также главных смутьянов в Анауаке. В приказе
должны быть поименно перечислены Джонсон, Вильямсон, Тревис, Вильяме и
Бейкер - следует взять их под стражу и не выпускать до суда. Составьте текст
так, чтобы было ясно: если наши требования не выполнят, в штат для
поддержания порядка будут направлены дополнительные силы.
Один генерал, два полковника, секретный советник - все кадровые военные,
кроме Эстебана Аррикальда. Санта-Анна повнимательнее присмотрелся к молодому
красавцу аристократу. Образованный, породистый.., а кроме того, чрезвычайно
пронырлив: мигом сообразил, что, служа Санта-Анне, можно неплохо послужить и
самому себе. Да.., президент больше верил тем, кто отправлялся на
государственную службу в надежде соблюсти свои собственные интересы, а
Эстебан явно к таким и принадлежал. Теперь представлялась превосходная
возможность применить его таланты на деле - Эстебан, тебе ведь не терпится
уехать из столицы, верно? Ты мне все уши прожужжал, чтобы я отправил тебя в
этот мятежный штат.
- Да, господин президент. Я действительно мечтал об этом. Но вы предпочли
держать меня при себе, а ваша воля для меня закон...
- Не сомневаюсь в этом, Эстебан, - ответил Санта-Анна, сумев удержаться
от сарказма. - Некогда к нам на службу поступил морской офицер - капитан
Томас М. Томпсон. Ты знаком с этим джентльменом, Эстебан?
- Только понаслышке, господин президент, - удивился Аррикальд - А
позволено ли мне будет узнать, что именно ты слышал?
- Стоит ли пересказывать непроверенные сплетни про одного из ваших
офицеров?
- Если это и вправду сплетни, можешь оправдаться тем, что они могли дойти
и до моих ушей. Итак, что тебе известно про капитана Томпсона?
- Я знаю, что он - англичанин по происхождению и наделен крайне
отталкивающей внешностью. Еще я слышал, что он не брезгует буканьерским
промыслом <Буканьеры - морские пираты> и когда служит вам, не забывает и о
своей выгоде.
- Качество, которое отнюдь не роняет его в моих глазах - Еще я слышал,
что он весьма искусный мореход и пользуется уважением экипажа - что тем
более говорит в его пользу, не так ли?
- В некотором смысле - да, господин президент.
- Я собираюсь отправить его в Анауак на шхуне "Коррео" для поддержки
таможни - По-моему, вы сильно рискуете, идя на такой шаг - А чтобы быть
уверенным, что он не станет злоупотреблять упомянутой тобой выгодой, я
собираюсь послать на той же шхуне и тебя - в качестве военного советника - В
Анауак?
- Тебя не радует моя идея, Эстебан? Тот заколебался и в ответ спросил -
Какими полномочиями вы наделите своего посланника, господин президент?
- Капитан Томпсон сможет полностью распоряжаться своим кораблем и
экипажем, ты же получишь все полномочия, соответствующие своему званию,
разрешение обращаться напрямую ко мне и действовать от моего имени
...Закладка в соц.сетях
