Жанр: Электронное издание
wolvd001
...я звезда, и лучи
расходятся по щекам. Индеец с кривыми зубами напевал унылую песню, играя
на синей пластиковой гитаре, ему подпевало с полдесятка человек с
опущенными головами.
У одного из поющих серые брюки и армейские ботинки.
Он поднял голову и взглянул на меня горящими черными глазами, но не
пропустил ни одной ноты. Продолжая петь, снова опустил голову. Он не может
напасть на меня на виду у двадцати свидетелей.
Вначале я хотел выйти, но он обязательно пойдет за мной. К тому же
теперь я его знаю: если захочу напасть на него в подходящий момент, на
моей стороне будет внезапность. Мне нужно только проследить, с кем он
связывается, и я буду знать его сообщника. И я решил довериться судьбе.
Англичанка за стойкой знаком подозвала меня, потом взглянула на
терминал компьютера. Я оставил Тамару у двери и подошел к столу.
Англичанка даже не посмотрела на меня и не потрудилась спросить,
говорю ли я по-английски.
- Вы должны были пройти обработку в Независимой Бразилии или на борту
шаттла, - сказала она, кивнув в сторону экрана монитора на стене: на
мониторе виднелся посадочный вход в "Харон", через который проходили
тысячи латиноамериканцев, выходивших из шаттла. Я удивился, увидев так
много людей. Как много все-таки сбежало с Земли. Хотя меня от них отделяла
только тонкая стена, я совсем не был уверен, что доберусь до корабля. - У
вас всего несколько минут. Нам нужны образцы тканей для генного
сканирования. Закатайте рукав и встаньте сюда. - Она вышла из-за стола и
подошла к рентгеновскому микроскопу в углу комнаты.
- Мой геном есть в документах, - сказал я, закатывая рукав. Руки у
меня тряслись. - Никаких незаконных генетических структур у меня нет. -
Полное генетическое сканирование занимает несколько часов; я никогда не
успею.
Она посмотрела на мои дрожащие руки и механически ответила:
- Больно не будет. Это стандартная процедура для всех улетающих на
Пекарь. Нам необходимо установить природу всех ваших усовершенствований.
Она достала пластиковый прибор для забора образцов тканей с десятком
различных игл и поднесла к моему запястью, потом отняла и положила в
микроскоп. Щелкнула переключателем. Микроскоп испустил несколько
скрежещущих звуков и начал читать мой геном, на экранах нескольких
мониторов появились схемы моей ДНК. Я с облегчением увидел, что на каждом
экране отдельная хромосома; нет перекрестной проверки для точности. Это
сберегает много времени.
У стены приятно пьяный человек сказал своему компадрес [другу,
приятелю (исп.)]:
- Не понимаю... С кем... с кем мы будем воевать?
- С японцами.
- Но я думал, мы будем работать на японцев, - сказал пьяный.
- Si. Мы работаем на Мотоки, а они японцы. Но будем воевать с
ябадзинами, а они тоже японцы.
- Ага. Яба... яба... да что это за название?
- Оно означает "варвары".
- Но я не хочу воевать с варварами, - сказал искренне обидевшийся
пьяный, - мои лучшие друзья варвары.
- Никому не говори об этом, иначе потеряем работу, - предупредил
третий.
Увидев, что микроскоп заработал, женщина за столом попросила мое
удостоверение личности; я дал ей его и прошел сканирование сетчатки, потом
она сказала:
- Когда шаттлы из Независимой Бразилии разгрузятся, мы откроем эту
дверь и начнем окончательную обработку. Иммунизационные уколы будут
сделаны вам на корабле. А до того времени можете сесть и отдохнуть, мистер
Осик.
Я сел поближе к выходу, в стороне от всех остальных, и подтащил к
себе сундук с Тамарой. Человек в серых брюках продолжал петь. Он ни с кем
не разговаривал и никому не делал знаков. Что подумают таможенники, открыв
мой сундук? Они найдут в нем только тощую маленькую ведьму с глазами зомби
- Флако это понравилось бы, он бы стал называть ее Глаза Зомби - с
головой, полной кошмаров. Но я не хотел отказываться от нее.
Человек в нескольких сидениях от меня начал рассказывать смешную
историю:
- У меня был друг в Аргентине. Ночью кто-то разбудил его,
постучавшись в дверь. Он решил, что это тайная полиция идеал-социалистов,
поэтому спрятался в шкафу. Стук продолжался, наконец дверь сломали, кто-то
вошел в комнату и раскрыл шкаф: перед моим другом стояла Смерть вся в
черном. Мой друг закричал: "Слава Богу! Я думал, это тайная полиция!"
Смерть удивленно открыла рот и сказала: "Их еще нет? Я, должно быть,
пришла слишком рано".
Шутка вызвала лишь несколько смешков. Но один из засмеявшихся был
человек в серых брюках - он сам из тайной полиции. Эта мысль меня не очень
утешила.
Перфекто прошел через ту же процедуру, что и я, потом подошел и сел
рядом со мной.
Таможенница вставила мое удостоверение в компьютер и начала набирать
команды. Это заставило меня нервничать. На лбу и верхней губе выступили
капли пота. Если смерть Эйриша обнаружена, она узнает об этом через
несколько минут. В дальнем конце комнаты у стены сидело пятеро. Маленький
человек с тонкими усиками и длинными волосами курил тонкую сигару. Он
сидел так, что ему виден терминал компьютера, и очень внимательно смотрел
на него. Он отличался от остальных, его внимательность была необычной. На
нем свежая белая рубашка - не мятая и грязная, как одежда у всех
остальных. Неожиданно таможенница выключила компьютер и встала из-за
стола. Не глядя на меня, она вышла из комнаты.
- Какие у этой гринго лобковые волосы, - пробормотал рослый метис,
когда женщина вышла. Все облегченно перевели дыхание и рассмеялись, потому
что эта женщина-гринго подавляла нас своим присутствием.
- Наверно, наш запах ее наконец выгнал, - пошутил один из индейцев, и
все снова рассмеялись.
Плотного сложения человек сказал:
- Итак, Перфекто, ты все же решил лететь с нами?
- Не я решил - за меня решили жители моей деревни, - ответил
Перфекто.
- А я-то думал, ты уже alcalde [алькальд, мэр (исп.)] своей грязной
деревушки, - сказал этот человек.
- Нет. Три месяца назад моя жена родила нашего восьмого ребенка. И на
прошлой неделе она сказала, что снова беременна. Когда соседи об этом
узнали, они рассердились и обвинили меня. Даже собаки на меня рычали.
Все рассмеялись, но некоторые понимающе переглянулись, взглядами
просили его не говорить больше ничего.
- К несчастью, - продолжал Перфекто, - я не занимался любовью со
своей женой после рождения ребенка!
Среди друзей такое признание вызвало бы бурю смеха. Но здесь только
некоторые усмехнулись, а сам Перфекто захохотал громко и с надрывом.
Человек в белой рубашке и с тонкими усиками встал и потянулся. Потом
подошел к компьютеру таможенницы. Волосы у меня на затылке встали дыбом, я
заерзал. Он вставил одну из моих карточек и снова включил компьютер.
- Восемь детей! - воскликнула женщина. - Тебе повезло, что тебя не
убили! - Перфекто снова засмеялся, почти безумно. Я посмотрел на синяк у
него на челюсти и порез над глазом. Наверно, кто-то все же попытался его
убить или поранить.
Человек у компьютера, по-видимому, с интересом читал мой файл. У меня
свело живот; я не мог решить, что мне делать с руками. Он начал нажимать
клавиши, вызывая файлы, не имеющие отношения ко мне. Его действия
привлекли внимание сидевших с ним рядом. Я подумал, чем он так
интересуется; если бы я смог не привлекать внимания, я бы его остановил.
"Этого человека послал Джафари", подумал я. Потом я понял, что он может
связываться с кем-то через компьютер, извещает людей Джафари, что нашел
меня. Я очень испугался, но делал вид, что не обращаю на него внимания.
Вытер пот со лба.
- Сеньор, вы здоровы? - спросил Перфекто.
Я взглянул на него.
- Спасибо, все в порядке.
- Вы плохо выглядите, - заметил Перфекто.
- Я себя не очень хорошо чувствую, - правдиво ответил я.
- Малярия?
- Что?
- У вас малярия, - сказал Перфекто. - У меня она была много раз.
Больные малярией бледнеют, потеют и дрожат, как вы сейчас.
- Да, у меня малярия. - Я обрадовался, что он не заметил мой страх.
- Вызвать вам врача?
- Нет, спасибо, я сам врач. - В противоположном углу один из поющих
рассмеялся, и я подумал, может, он прочел язык моих телодвижений и понял,
что я боюсь. Страх сразу меня выдаст, если я немедленно что-нибудь не
предприму. Я принял бы транквилизатор, но моя медицинская сумка служит
подушкой Тамаре, и открыть сундук я не могу. Страх сжимал мне грудь,
дыхание стало неровным. Я вспомнил коктейль конкистадора, который забрал у
Эйриша. Я не знал его состава и инструкции по применению, но по весу мы с
Эйришем примерно одинаковы, поэтому я взял капсулу и раздавил зубами.
Вкус, немного похожий на чесночный, но сладкий, крепкий, опьяняющий. Как
теплое виски. На мгновение обожгло губы и десны, потом коктейль начал
действовать, и лицо онемело.
Перфекто кивнул, очевидно, довольный, что я позаботился о себе.
Посмотрел на компьютер. Человек с узкими усиками улыбался, довольный
собой.
Голову у меня повело вперед, будто она подвешена к маятнику,
совершившему большой взмах, в тот же миг я почувствовал, что перехожу в
другой мир, мир с поразительной ясностью мышления. Хотя по краям все
предметы стали нечеткими, когда я смотрел на что-нибудь пристально,
становились видны мельчайшие подробности. Я мог прочесть во внешности
Перфекто всю историю его жизни: вены у него на шее пульсировали, и от
этого голова маленького льва на татуировке прыгала взад и вперед, и я
неожиданно понял, кого представляет эта татуировка и кто такой сам
Перфекто - он химера, один из тех генетически преобразованных людей,
которых генерал Торрес создал для войны в Чили. Но так как уши у него не
деформированы, как у тех химер, у которых есть звуколокатор, и потому что
ему около тридцати лет, он, должно быть, одна из ранних моделей, не
гуманоид, а преобразованный человек. Глаза у него широко расставлены,
чтобы шире стало поле зрения; густые волосы скрывают очень большой череп и
соответственно большой мозг; шея и позвоночник массивные, и костяк
способен нести мощную мускулатуру тела. Большинство людей считают табу
брак с таким существом, даже рождение от него детей. Химера ниже даже
индейца. И когда он родил восьмерых детей, его община действительно должна
была рассердиться. Я все это понял мгновенно, пока коктейль скользил у
меня по горлу, обжигая глотку и пищевод и вызывая их онемение. Я взглянул
на остальных людей в комнате и увидел, что большинство погружено в свои
мысли. Глаза пустые, как у рефуджиадос, выгоревшие, безжизненные, лишенные
надежды. Они участвовали во множестве войн в Южной Америке и все
проиграли. Все бедные; одежда свидетельствует, что они жили в домах с
земляным полом. Только у одного непроницаемое серебряное лицо. И еще в
комнате человек в серых брюках. Он сидел неподвижно, готовый к действиям,
и упрямо не смотрел в мою сторону.
Я определил уровень напряжения у остальных в комнате. Трое мужчин и
две женщины того же возраста и телосложения, как и Перфекто, все они
химеры, и я понял, что они держатся вместе, может быть, собираются жить в
новом мире, где они не будут изгоями. На корабле будет много химер;
известие о работе наемников далеко распространилось среди них. Я читал это
на их лицах так же легко, как резьбу бразильских мастеров на рукоятях их
мачете. Только человек с усиками и тонкой сигарой казался здесь неуместен.
Отличным. Глаза его блестели, когда он смотрел на свет. Он был настороже.
Спокойнее остальных и гораздо опаснее. И он не смотрел на меня.
Все казалось мне завораживающим. Даже серые стены и клочок бумаги под
креслом. Руки мои перестали дрожать, дыхание выровнялось. Но в груди
стучало, словно о ребра колотится кролик. Я представил себе, как коктейль
проникает в мой живот и горит там, как уголь. Все смотрели теперь на
человека за компьютером. Он завораживал. У него поразительно чистая белая
сорочка, и когда он шевелил рукой, оставался белый след в сознании.
Завораживали его тонкие усы и узкое лицо. Как морда крысы или лицо хозяина
борделя. Он здесь предводитель. Он бордельная крыса, и он трогает
клавиатуру компьютера и завораживающе смеется.
Голос у него звучал расплывчато. Я словно смотрел замедленную съемку.
- Друзья, - сказал он, - у меня интересная новость. - Завораживающе.
- Среди нас опасный убийца. Завораживающе.
- Нет! - воскликнул кто-то. "О, да!" - неслышно произнес я.
- Это правда! - сказал Бордельная Крыса. Завораживающе. - Сегодня в
Панаме... - Панама... Панама... Панама... - этот убийца перерезал человеку
горло! - Каждое слово как фрукт, как зрелое авокадо. Я видел, как рот его
произносит слова, и когда слог возникал и созревал у него на языке, он
давал ему возможность проскользнуть сквозь губы и выпасть на пол.
Завораживающе. Я знал, что что-то совершенно неправильно: я не могу
размышлять логично. Может, это из-за капсулы, которую я принял?
Мне не нравилось, что говорит Бордельная Крыса. Коктейль горел у меня
в животе как раскаленный уголь, от него исходили волны жара. Я чувствовал,
как этот жар проникает во все мои внутренности, и знал, что если буду
держать рот закрытым, он охватит и мозг, поглотит меня. Поэтому я открыл
рот и сознательно дунул жаром в сторону Бордельной Крысы.
Я дул жаром в сторону Бордельной Крысы, и в воздухе поплыл желтый
вихрь, как огненное колесо. Но прежде чем это сверкающее желтое кольцо
долетело до Бордельной Крысы, его кожа посинела и похолодела, так что
кольцо только вернуло ему нормальную температуру. Я выругался про себя,
потому что он отразил мое колдовское нападение, поэтому я стал быстро
посылать в него огненные кольца и смотрел, как они летят по комнате, а
слоги продолжают выскальзывать из его рта и падать на пол, один за другим:
"Па - на - ма - толь - ко - что - у - зна - ла - где - у - бий - ца - сей
- час - служ - ба - бе - зо - пас - нос - ти - стан - ци - и - и - дет -
сю - да - что - бы - схва - тить - э - то - о - пас - но - е - жи - вот -
но - е - у - нич - то - жить - е - го".
"Итак, они собираются схватить меня, - понял я. - Я умру. Как
завораживающе". Огненные кольца охватили Бордельную Крысу, но не обожгли
его, потому что он рукой сделал в воздухе мистический символ. Жар охватил
его, как матка, и он стоял невредимый, защищенный огненным ореолом. Он
отразил мое нападение, но я знал, что мне нужно только продолжать дышать,
и огонь во мне будет возрастать, пока не достигнет критической точки, и я
не смогу его сдерживать и взорвусь, как атомная бомба, и убью всех. Но еще
раньше частью сознания я подумал, что должен попытаться спастись.
Я встал и пошел по комнате, улыбаясь сидящим. За мной только пустые
коридоры, спрятаться негде. Я посмотрел на дверь, ведущую к шлюзу. За ней
корабль. Но дверь закрыта. Я дунул на нее огнем, чтобы посмотреть, не
расплавится ли она. Не расплавилась. На лицах окружающих появилось
удивление и интерес.
Бордельная Крыса рассмеялся, и теперь его слоги не плюхались на пол,
а шумели, как вода на камнях:
- Но самого хорошего я вам еще не сказал. Жертва этого парня, так
жестоко убитый человек, многим из вас известен - Эйриш Мухаммад
Хустанифад!
Изо рта Бордельной Крысы вырвался поток воды, ударился о стены,
заполнил комнату, сбил меня на колени и затопил огонь в желудке, и я
остался холодным и обнаженным. Несколько человек удивленно ахнули.
Химера Перфекто вскочил, подбежал ко мне и схватил меня за рубашку.
- Правда? Это правда? - закричал он, и несколько других подхватили: -
Это правда?
Руки у него как железо, и я подумал, что он сломает мне шею. Я не мог
больше дышать огнем. Мне стало холодно. Кожа моя посинела от холода. Я
осмотрелся: никто не собирается мне помочь.
Я рассердился, потому что эта химера касается меня без разрешения. Он
осмелился притронуться ко мне! Он вторгся на мою территорию! Он больше
меня, я знаю, что он сверхчеловечески силен, он может меня убить, но я
понял, что холод во мне - тоже сила, волшебная сила, большая, чем огонь,
которым я дышал. "Тебе придется побить этого придурка, поставить его на
место", подумал я.
- Конечно, я убил его, puto! [шлюха, проститутка (исп.)] - крикнул я
Перфекто и встал. - И так как ты коснулся меня, я убью и тебя!
Я ударил его своей холодной тяжелой ногой в промежность и
одновременно ледяным кулаком - в нос. Из его носа медленно брызнули капли
крови. Завораживающе. Он выпустил меня и опустился на пол, больше от
неожиданности, чем от холода. Я пнул его в лицо, готовый пожертвовать
ногой, чтобы она раскололась и осколки льда пронзили ему мозг. Но он
медленно поднял руку, схватил меня за ногу, повернул ее, и я услышал, как
трещат мои ледяные кости. Я на метр взлетел в воздух, мне показалось, что
я стою в нем, и я подумал, что похож на Христа, возносящегося на небо. И
тут же ударился о стену.
Все в комнате смотрели на меня, у всех рты напоминали букву О от
удивления. Завораживающе. Воздух от удара вырвался у меня из легких, я
скользнул на кресло, а с него на пол.
"Теперь придется убить их всех, и придется это делать со сломанной
ногой". Я встал, и закричал в гневе, и бросился на женщину химеру. Я
превратился в тонны летящего на нее льда, в неудержимый ледник. Она
испуганно смотрела на меня, сжимая ручки кресла, потом откинулась и
подняла каменные ноги, ее ботинок ударил меня в лицо, расколол лед.
Завораживающе.
"Мне следовало есть больше рептилий", подумал я, красная волна
прокатилась у меня перед глазами, и мир сократился до холодной далекой
черной точки.
Красные и белые облака завертелись и превратились в фигуру.
Бордельная Крыса курил свою сигару и выдувал дым мне в лицо. Он совершенно
неуместен здесь! Он пришел убить меня! Я знал это, как собственное имя.
Закричал и попытался ударить его, но руки у меня были связаны за спиной.
- Слишком большая доза... Слишком большая доза... Слишком большая
доза... Коктейль... - сказал он, передвигая концом языка сигару, так что
ее горящий кончик описал дугу. Я увидел в воздухе огненную полосу.
- Но он принял только одну, - сказал кто-то.
"Да, - подумал я, - но какова дозировка?" Я гневно закричал на
Бордельную Крысу.
Он шлепнул меня по лицу.
- Какой сегодня день?
Я попытался ответить, но не мог вспомнить. Мне показалось это очень
важным. От попытки думать заболела голова. Я рассмеялся. В мгновение все
снова стало очень ясным и определенным. И эта ясность очень забавна. Я
продолжал смеяться.
- Ты принял слишком большую дозу коктейля! - закричал Бордельная
Крыса. - Успокойся! - Я посмотрел ему в лицо. Под глазами у него были
вытатуированы две маленькие серебряные слезы. В гетто Колона и Панамы-Сити
я уже видел такие знаки. Их делали себе вожаки банд, чтобы показать,
сколько соперников они убили: по одной слезе за каждое убийство. Очень
забавные татуировки. Я снова рассмеялся и заплакал: какая забавная шутка -
эти татуировки!
Снаружи, за помещением таможни, какой-то гринго крикнул:
- Анжело Осик, выходи, заложив руки за голову!
Но я смеялся и не мог остановиться.
- Мы пытаемся помочь тебе! - объяснил Крысиная Морда. - Смотри! -
Кто-то повернул мне голову, чтобы я видел всю комнату. Одни лежали на
полу, направив на дверь плазмовые ружья с длинными ложами. Другие сидели в
защитном вооружении зелено-коричневых джунглевых тонов, ожидая схватки. У
Перфекто из защиты были только бронированные перчатки. Мужчина, игравший
на гитаре, теперь надел очки с лазерным прицелом и направлял на дверь
ракетную установку с четырьмя мини-ракетами.
Человек в серых брюках, без оружия и защитной одежды, стоял у стены,
хмурясь, очевидно, сбитый с толку развитием событий. Он нервно посматривал
на меня. Он был так забавен, что я еще сильнее рассмеялся. Все ранцы и
рюкзаки валялись на полу. Из каждого вывалилась одежда, оружие, гранаты.
- Смотри, - сказал Крыса. - Мы тебе поможем. Перфекто говорит, что ты
везунчик и сражаешься, как ягуар - глупый, слабый ягуар, но по крайней
мере свирепый. К тому же ты сегодня отомстил за генерала Тапиа, когда убил
Эйриша. Ты слышал о Тапиа?
Я попытался вспомнить. Голова болела.
- Чили, - сказал я наконец, но это единственное слово прозвучало
странно, я улыбнулся и больше ничего не смог припомнить.
- Да, верно, - сказал Крысиная Морда. - Его убил в Чили cabron [козел
(исп.)], которого ты прикончил сегодня! Мы поймали и судили Эйриша, но
кто-то отравил его конвоиров, и он сбежал. Помнишь?
Я не помнил. Cabron тот, что трахает коз, какое забавное слово! Я
повторял его снова и снова:
- Cabron, cabron, cabron.
Бордельная Крыса продолжал:
- Теперь мы тебя свяжем, потому что не можем тебе доверять, пока ты
под действием наркотика. Ладно?
- Подожди! - сказал я, вспомнив человека в серых брюках. Кто-то сунул
мне в рот кляп, руки мне связали за спиной. Нога у меня была сломана, и я
не мог встать. Я напрягал мышцы, пытаясь разорвать узы, но все было
бесполезно; тогда я посмотрел на человека в серых брюках и рассмеялся.
Сзади тот, что связал мне руки, прошептал:
- Все будет в порядке. Мы о тебе позаботимся.
Он стоял за мной, и я не мог видеть его лица, но он похлопал меня по
руке рукоятью своего пятидесятикалиберного джунглевого ружья, чтобы
показать, что он вооружен.
В коридоре гринго крикнул в громкоговоритель:
- Анжело Осик, выходи с руками за головой.
Конечно, я был связан и не мог выйти. Мне захотелось сообщить об этом
человеку с громкоговорителем, но и этого я не смог сделать, потому что во
рту у меня был кляп. И я только смеялся иронии своего положения.
Все в помещении напряженно ждали, но никто не пытался ворваться в
дверь. Кое-кто начал потягиваться, один молодой человек, соскучившись,
зевнул. Другие это увидели и тоже начали зевать, как будто хотели
проверить, кто лучше всех изобразит скуку. Наконец в попытке заманить
службу безопасности в помещение женщина с плазмовым ружьем закричала:
- На помощь! На помощь! У него пистолет! Он говорит, что всех нас
убьет!
Несколько человек в комнате захихикали. И я был согласен, что ничего
более забавного в жизни не слышал. Я рассмеялся, заплакал и испугался, что
задохнусь из-за кляпа, потому что невозможно одновременно смеяться и
дышать.
Молодой человек из зевающей команды улыбнулся и пустил стрелу в
потолок.
- Назад, вы все! - закричал он, и несколько человек закричали словно
от ужаса и боли, а один их молодых людей принялся издавать звериные звуки
- как свинья или обезьяна. С потолка падали мелкие кусочки пластика. Это
вызвало у меня настоящие спазмы хохота, и я начал задыхаться; каждый раз
как мне удавалось перевести дыхание, я снова начинал хохотать. Многие
оборачивались ко мне, показывали и смеялись; они все еще пытались удержать
смех, когда в помещение ворвались агенты службы безопасности, чтобы
освободить "заложников".
Их было шестеро, в красивом синем космическом защитном вооружении, со
станнерами, и у них не было ни одного шанса.
Когда первый из них показался в двери, Перфекто так сильно ударил
его, что броня у него на груди раскололась и осколки эмали посыпались на
пол. Я вздрогнул от звука, с которым кулак Перфекто ударил о защитный
слой, и понял, что это совсем не забавно. Второй агент выстрелил в
Перфекто из станнера, Перфекто упал, но на агента мгновенно набросились
четверо наемников. Он был рослый, этот агент, двоих он отбросил, и один из
наемников ударился о стену и исчез, и я закричал: я понял, что вижу
галлюцинации, неотличимые от реальности.
На лицах юнцов из зевающей команды появился ужас. Всякий раз как
огромный агент ударял кого-то, на него набрасывались двое новых. Молодой
человек разорвал ремни его шлема и стащил шлем с головы, чтобы химеры
могли бить его в лицо. Кто-то захлопнул за агентами дверь, отрезав им путь
к отступлению. На каждого агента приходилось по два наемника в защитном
вооружении, и наемники держали агентов и избивали их, потом сорвали с них
вооружение, подтащили к стене и засунули под кресла. Они лежали там,
обнаженные, и стонали.
На несколько мгновений наступила тишина, и эту передышку наемники
использовали, чтобы еще шестеро оделись в вооружение агентов. Человек в
серых брюках придвинулся ближе. Он пробирался ко мне. Я снова рассмеялся,
на этот раз потому что нервничал, и руки мои будто сами по себе
напряглись, пытаясь разорвать узы. Перфекто шевелил руками, приходя в
себя; кто-то оттащил его от двери. К двери подошел химера и посмотрел на
нее, словно мог видеть насквозь. Уши его поднялись, как у собаки, и
поворачивались из стороны в сторону. Это меня испугало, потому что раньше
я ничего подобного не видел и решил, что это галлюцинация. Но уши химеры
оставались напряженными, и я понял, что это реальность.
- Кто-то идет! - сказал химера с улыбкой. - Я слышу управление на
расстоянии. Возможно, это робот.
Гитарист с ракетной установкой подбежал к двери, все задержали
дыхание. Человек в серых брюках продолжал приближаться ко мне, теперь он
на расстоянии вытянутой руки, и я увидел, что в руке у него нож. Я пытался
привлечь внимание своего охранника и ничего не слышал, но все химеры в
комнате одновременно закричали:
- Давай!
Человек с ракетами пинком открыл дверь и выстрелил.
За дверью стаял бронированный робот размером
...Поділитися у соцмережах
