Жанр: Электронное издание
vanss
...хонько
позванивая, мог предупреждать о наличии яда в пище.
Первые несколько блюд были великолепны, и Кугель ел с отменным
аппетитом. Старые вина Силя оказались прекрасны, и Кугель наслаждался
ими, поднимая филигранные кубки из черного хрусталя, в костяной оправе,
украшенной бирюзой и перламутром.
Дерве Кориме чуть дотрагивалась до каждого блюда и изредка делала
глоток вина, не отрывая от Кугеля задумчивого взгляда. Принесли новые
деликатесы, и тут Дерве Кориме наконец заговорила:
- Ты действительно собираешься править Силем?
- Таково мое самое страстное желание! - с воодушевлением заявил
Кугель.
Она придвинулась поближе.
- Не возьмешь ли ты меня в супруги? Скажи "да" и ты не пожалеешь.
- Посмотрим, посмотрим, - благодушно ответил Кугель. - Утро вечера
мудренее. Многое может измениться.
Дерве Кориме чуть улыбнулась и кивнула Йодо.
- 13 -
- Принеси наши самые древние вина. Мы выпьем за здоровье нового
Повелителя Силя!
Йодо поклонился и вскоре принес тусклую бутыль, покрытую пылью и
паутиной. Открыв ее с величайшей торжественностью, он разлил вино в
хрустальные кубки.
Кугель поднял кубок, и в то же мгновение раздался предостерегающий
тихий звон.
Кугель резко поставил кубок на стол и увидел, что Дерве Кориме
совершенно спокойно подносит свой к губам, намереваясь отпить глоток.
Он протянул руку и взял у нее кубок - брелок снова зазвенел. Яд в
обоих кубках? Странно. Может, она и не собиралась пить? А может,
успела принять противоядие?
Кугель сделал знак Йодо.
- Еще один кубок, пожалуйста.
Он доверху налил третий кубок и вновь брелок зазвенел, давая
понять, что вино отравлено.
- Хотя мое знакомство с достойнейшим Йодо было очень недолгим, -
сказал Кугель, - Я назначаю его мажордомом дворца!
- Возвышенный! - пробормотал Йодо, - это великая честь для меня.
- Тогда выпей этого старинного вина в честь своего нового
назначения!
Йодо низко поклонился.
- Сердечно признателен, Возвышенный.
Он поднял кубок и выпил до дна.
Дерве Кориме безучастно смотрела на него. Йодо поставил кубок на
стол и вдруг нахмурился, тело его конвульсивно задергалось, он
изумленно и одновременно испуганно посмотрел на Кугеля, упал на ковер,
закричал, дернулся еще несколько раз и затих.
Кугель, сдвинув брови, пристально посмотрел на Дерве Кориме. Она
казалось такой же изумленной, как и Йодо.
- Зачем ты отравил Йодо? - спросила она Кугеля.
- Это твоих рук дело, - сказал Кугель. - Разве не ты приказала
отравить вино?
- Нет.
- Ты должна отвечать: "Нет, Возвышенный"
- Нет, Возвышенный.
- Кто же это сделал?
- Я сама теряюсь в догадках. Наверно, яд был предназначен мне.
- Или нам обоим.
Кугель сделал знак одному из слуг.
- Уберите труп Йодо.
Лакей, в свою очередь, подозвал двух своих подчиненных, которые и
унесли труп несчастного мажордома.
Кугель взял хрустальный кубок, глядя на янтарную жидкость, но
ничего не сказал. Дерве Кориме откинулась на подушки и выжидающе
смотрела на него.
- Поразительно, - наконец произнесла она. - У меня довольно
богатый опыт, но вот в тебе я никак не могу разобраться. Не пойму,
какого цвета твоя душа.
- Ты видишь души в цвете? - удивленно спросил Кугель.
- Именно. Этот подарок сделала мне одна колдунья в день моего
рождения. Ее уже нет в живых, и я осталась совсем одна, без любящего и
заботливого друга. Поэтому я правила Силем без особой радости. И вот
появился ты, с душой, сверкающей множеством красок. Никогда прежде я
не встречала ничего подобного.
Кугель воздержался от упоминания о Фирксе, чье присутсвие в
сочетании с его собственным настроением, вне всякого сомнения, и
объясняло пестроту его души, замеченную Дерве Кориме.
- На то есть особая причина, - сказал Кугель, - которая, как я
надеюсь скоро будет устранена. А пока можешь считать, что моя душа
сверкает самым чистым светом, который только можно вообразить!
- Я постараюсь запомнить это, Возвышенный.
Кугель нахмурился. В голосе Дерве Кориме, в ее осанке он
почувствовал едва скрываемое презрение. Тем не менее, у него еще было
достаточно времени, чтобы исправить это, после того, как он узнает о
секретах амулета.Кугель откинулся на подушки и заговорил ленивым
голосом:
- Сейчас, когда Земля наша угасает, повсюду происходит самые
необычайные и загадочные случаи. Вот, недавно, в доме Ииконю
Смеющегося Мага, я видел громадный том, где собраны все магические
заклинания и чудотворные руны. Может, в твоей библиотеке найдется
что-нибудь подобное?
- Очень может быть, - ответила Дерве Кориме. - Гарт Хакст
Четырнадцытый из рода Слай был весьма искусным копировальщиком и
составил целый многотомный пандект на эту тему.
Кугель хлопнул в ладоши.
- Я хочу видеть эту книгу немедленно!
Дерве Кориме удивленно взглянула на него.
- Ты такой страстный библиофил? Очень жаль, что именно эту книгу
Рубель Зафф Восьмой приказал зарыть глубоко в землю на далеком Мысе
Горизонт.
Кугель скорчил недовольную мину.
- Неужели нет других подобных трактатов?
- Почему же нет. Конечно, есть, - сказала Дерве Кориме. -
Библиотека занимает все северное крыло замка. Но, может, ты все-таки
отложишь поиски до завтра? - Она сладко потянулась всем своим
соблазнительным телом.
Кугель взял кубок и сделал несколько жадных глотков.
- Да, ты права, торопиться некуда. А сейчас.
В этот момент в зал вбежала пожилая женщина в просторном
коричневом одеянии - очевидно, служанка. Истошно крича, она билась в
истерике, и несколько лакеев подбежали помочь ей. Между рыданиями
женщина все же рассказала о причине своего горя: отвратительный
вурдалак только что напал на ее дочь.
Дерве Кориме грациозным жестом указала на Кугеля.
- Вот новый повелитель Силя. Он владеет могущественным
волшебством и уничтожит чудовище. Не так ли, Возвышенный?
Кугель задумчиво потер подбородок. Вот уж действительно, дилемма.
Несчастная женщина и все слуги упали перед ним на колени.
- Возвышенный! - закричала женщина, - Если ты повелеваешь
волшебством, уничтожь вампира!
Кугель поморщился и отвернулся, встретившись с внимательным
взглядом Дерве Кориме.
- Зачем мне волшебство, если я еще могу владеть мечом! - закричал
он, вскочив на ноги. - Я изрублю эту тварь на мелкие кусочки!
Повелительным жестом он подозвал шестерых войнов.
- За мной! Возьмите факелы! Мы уничтожим его!
Без всякого энтузиазма стражники повиновались. Когда они дошли до
двора, Кугель сказал:
- Как только я распахну двери, выбегайте вперед с факелами, и
держите мечи наготове, чтобы придти мне на помощь, когда я нанесу
первый удар, и добить вурдалака.
Стражники, держа в руках факелы и мечи, остановились перед
порталом. Кугель отодвинул железные засовы и распахнул двери.
- Вперед! Осветите вампира, чтобы он в последний раз увидел свет
перед своей кончиной!
Воины отчаянно бросились вперед, Кугель с важным видом шагал
сзади, размахивая мечом. Неожиданно стражники остановились у самой
террасы, перед ступенями, боязливо глядя на мраморную дорогу, с которой
доносился тихий леденящий душу звук.
Кугель взглянул через плечо и увидел, что Дерве Кориме внимательно
наблюдает за ним, стоя в дверях.
- Вперед! - закричал он. - Окружайте его! Смерть пришла за ним!
Войны начали осторожно спускаться по ступеням, Кугель попрежнему
шел последним.
- Рубите его! - взывал он. - Пусть слава достанется каждому
поровну. А того, кто испугается, я накажу своим волшебством!
Мигающие огоньки мерцали на пьедесталах; выстраиваясь в длинный
ряд и постепенно растворяясь в темноте.
- Вперед! - кричал Кугель. - Где эта бестия? Почему он не
появляется, чтобы получить по заслугам?!
Кугель зорко всматривался в колеблющиеся тени, надеясь, что его
крики предупредили вампира об опасности, и он успел смыться.
Вдруг сбоку послышался тихий звук. Повернувшись, Кугель увидел
высокую бледную фигуру. Чудовище стояло тихо и спокойно. Стражники
завопили и помчались вверх по ступеням.
- Убей его своим волшебством, Возвышенный! - крикнул на бегу один
из войнов. - Самые простые способы чаще всего бывают и самыми
надежными!
Вурдалак шагнул вперед, Кугель попятился. Вурдалак - за ним.
Кугель отпрыгнул за пьедестал. Вурдалак выбросил вперед руку - Кугель
рубанул по воздуху мечом, отскочил за следующий пьедестал и что было
сил помчался ко дворцу.
С трудом ему удалось протиснуться в почти уже запертую дверь. Он
быстро затворил ее и задвинул массивные засовы. Повернувшись, Кугель
встретился глазами со сверкающим взглядом Дерве Кориме.
- Что случилось? - спросила она. - Почему ты не убил вампира?
- Стражники удрали и унесли с собой факелы, - ответил Кугель. -
Так что я не видел, ни куда колоть, ни что рубить.
- Странно, - задумчиво протянула Дерве Кориме. - По-моему, там
было вполне достаточно освещения для такого простого дела. А почему в
таком случае ты не воспользовался могуществом амулета, чтобы расчленить
его на куски?
- Такая простая и быстрая смерть не подходит для него, - с
важностью ответил Кугель. - Мне надо поразмыслить на досуге и решить,
как получше отплатить ему за все преступления.
- Ах вот как, - сказала Дерве Кориме, - Ну да, конечно.
Кугель прошел обратно в зал.
- Продолжим пир! Пусть вино льется рекой! Каждый должен выпить
за нового повелителя Силя!
- Если тебе не трудно, Возвышенный, - шелковым голосом произнесла
Дерве Кориме, - удовлетвори наше любопытсво - продемонстрируй хоть
какое-нибудь могущество амулета.
- Непременно!
Кугель стал дотрагиваться до алмазов по очереди, вызывая целую
симфонию криков, визгов и стонов.
- А больше ты ничего не можешь? - спросила Дерве Кориме, улыбаясь
кроткой улыбкой капризного ребенка.
- Если я захочу, я могу все. Но довольно! Пейте все!
Дерве Кориме подозвала сержанта охраны.
- Возьми меч, отруби руку этому глупцу и принеси мне амулет.
- С удовольствием, достопочтимая госпожа.
Сержант пошел вперед, обнажив меч.
- Стой! - заорал Кугель. - Еще один шаг, и я своим волшебством
поверну все кости твоего тела в другую сторону!
Сержант взглянул на Дерве Кориме, но та лишь громко рассмеялась.
- Делай, что тебе приказано, или бойся моего наказания, а ты
хорошо знаешь, каким оно может быть!
Сержант поморщился и пошел вперед. Неожиданно к Кугелю подбежал
один из слуг, и под капюшоном он увидел сморщенное лицо старого Слая.
- Я спасу тебя, - прошептал он. - Покажи мне амулет!
Быстрые старческие пальцы пробежались по алмазам. Слай нажал на
один из них и что-то выкрикнул резким и пронзительным голосом.
Воздух внезапно задрожал и заколыхался, и в конце зала появился
громадный черный образ.
- Кто мучает меня? - простонал призрак. - Кто даст мне
освобождение?
- Я! - вскричал Слай. - Убей всех в зале, кроме меня!
- Нет! - завопил Кугель. - Я владелец амулета! Мне ты должен
подчиняться! Убей всех, кроме меня!
Дерве Кориме вцепилась в руку Кугеля, пытаясь рассмотреть амулет.
- Он не послушается, пока ты не назовешь его по имени! Мы все
пропали!
- Назови мне его имя! - закричал Кугель.
- Подожди-ка! - объявил Слай. - Я решил.
Кугель ударил его и отпрыгнул за стол. Демон медленно
приближался, задержавшись лишь для того, чтобы хватать стражников и
швырять их об стены. Дерве Кориме подбежала к Кугелю.
- Дай мне взглянуть на амулет! Неужели ты вообще ничего не
знаешь? Тогда я прикажу ему!
- Не выйдет! - ответил Кугель. - Зря что ли меня прозвали
Кугель-разумник? Покажи, на какой алмаз надо нажать и назови имя.
Дерве Кориме наклонила голову, прочитала руну и попыталась было
нажать на алмаз, но Кугель отшвырнул ее руку.
- Имя! Или все мы умрем!
- Вызывай Вэнилла. нажми здесь и вызови Вэнилла!
Кугель нажал на алмаз.
- Вэнилл! Немедленно прекрати это безобразие!
Но черный демон не обратил на его слова никакого внимания. Вместо
этого послышался второй стон, пострашнее первого, и в зале появился еще
один демон.
- Это был не Вэнилл! - в ужасе закричала Дерве Кориме. - Покажи
мне амулет!
Но было уже поздно - черный дьявол подошел почти вплотную.
- Вэнилл! - взвыл Кугель. - Уничтожь это черное чудовище.
Зеленое, цвета морской волны, чудище с горящими глазами, словно
огромные красные фонари, глазами бросилось на черного демона.
оглушительный рев рвал перепонки, глазам было больно смотреть на
сверкающий огонь. Стены сотрясались от страшной схватки. Массивный
стол разлетелся в щепки под ногами чудовища. Дерве Кориме, как
пушинка, отлетела в угол. Кугель на четвереньках подполз к ней и
поднес амулет к ее глазам.
- Читай руны! Называй имена! Я буду пытаться по очереди! Живо,
от этого зависит наша жизнь!
Но Дерве Кориме лишь тихо застонала в ответ.
Черный демон, усевшись верхом на Вэнилла, методически отрывал от
него куски плоти и отбрасывал в сторону. Вэнилл выл и кричал, вертя
страшной головой, рычал и лязгал зубами, отчаянно отбиваясь. Черный
дьявол погрузил лапы глубоко в тело Вэнилла и, видимо, порвал какой-то
центральный нерв, потому что Вэнилл в ту же секунду дернулся,
превратившись в блестящую зеленую слизь, которая, сверкая и дрожа,
через несколько секунд испарилась на каменном полу.
Слай усмехнулся.
- Ты хочешь жить? - спросил он. - Отдай мне амулет, и я спасу
тебя. Промедлишь хоть мгновение - и ты труп!
Кугель снял амулет, но все еще не решался расстаться с ним.
- Я могу отдать его демону, - вдруг сказал он.
Слай презрительно посмотрел на него.
- Тогда мы все умрем. Для меня это не имеет значения. Отдавай.
Но если хочешь остаться в живых - амулет!
Кугель взглянул на Дерве Кориме.
- А что будет с ней?
- Я выгоню вас обоих. Давай амулет - демон уже здесь.
Черный демон возвышался над ними, Кугель торопливо протянул Слаю
амулет. Старик в ту же секунду что-то резко прокричал и дотронулся до
алмаза. Демон взвыл, завертелся на месте и исчез.
Слай шагнул назад, победно усмехаясь.
- А сейчас убирайтесь оба - и ты, и девушка. Я сдержу слово,
сохранив ваши жалкие жизни, но не более. Проваливайте!
- Помоги мне только в одном! - взмолился Кугель. - Перенеси нас в
Алмери, в долину Кзана, там я смогу избавиться от Фиркса!
- Нет, - ответил Слай. - Уходите немедленно.
Кугель помог Дерве Кориме подняться. Еще не совсем очнувшись от
перенесенного потрясения, она изумленно смотрела на разгромленный зал.
Кугель повернулся к Слаю.
- Но ведь на дороге поджидает вурдалак?
- Очень может быть. Завтра я им займусь. А сегодня ночью вызову
искусников из подземного мира, чтобы они привели в порядок зал и
восстановили былое величие Силя. Ступайте! Неужели вы думаете, что
меня хоть сколько-нибудь заботит, удастся вам избежать клыков вурдалака
или нет?
Лицо его исказилось от ярости и рука угрожающе потянулась к
алмазам амулета!
- Уходите немедленно.
Кугель взял Дерве Кориме за руку и провел ее через зал к двери.
Слай стоял неподвижно, сгорбившись, склонив голову набок, не отрывая от
него взгляда. Кугель отодвинул засовы, открыл дверь и шагнул на
террасу.
На мраморной дороге стояла тишина. Кугель провел Дерве Кориме
вниз по ступеням и свернул в густые заросли старого заброшенного сада.
Здесь он остановился и прислушался. Из дворца доносились стук и скрип,
хриплые крики и завывания; разноцветное сияние лилось из окон. Внизу,
в самом центре мраморной дороги, показалась высокая бледная фигура.
Вампир тоже остановился, вслушиваясь в доносящийся из дворца шум и с
удивлением глядя на сверкающие огни. Воспользовавшись тем, что
вурдалак был поглощен необычным зрелищем, Кугель торопливо увел Дерве
Кориме в самую гущу деревьев, а оттуда - дальше, в ночь.
Джек ВЭНС
ЛУННАЯ МОЛЬ
Джонку строили по самым строгим канонам сиренского мастерства, то
есть настолько близко к абсолютному совершенству, насколько это может
заметить человеческий глаз. Доски цвета темного воска соединялись
пластиковыми заклепками, заделанными вровень с поверхностью и гладко
отполированными. Что же касается стиля, то джонка была массивной,
собранной из больших бревен и устойчивой как континент, однако силуэт ее
нельзя было назвать тяжеловесным или бесформенным. Нос выгибался как
лебединая грудь, форштевень высоко поднимался, изгибаясь затем вперед и
поддерживая железный фонарь. Двери сделали из кусков темно-зеленого с
прожилками дерева, окна состояли из множества сегментов: в переплет
вставляли квадратные пластины слюды, окрашенные в розовый, голубой,
бледно-зеленый и фиолетовый цвета. На носу размещались прислуга и
невольники, а посредине - две спальные каюты, столовая и салон с выходом
на кормовой наблюдательный мостик.
Так выглядела джонка Эдвера Тиссела, но факт обладания ею не вызывал
у него ни удовлетворения, ни гордости. Прекрасный некогда корабль
находился теперь в плачевном состоянии. Ковры вытерлись, резные ширмы
выщербились, а железный фонарь на носу проржавел и перекосился. Семьдесят
лет назад первый хозяин, принимая только что построенную джонку, выразил
мастеру свое восхищение и сам получил от этого немалые выгоды, поскольку
сделка (сам процесс был больше, чем просто сдача-приемка объекта)
увеличивала престиж и того и другого. Однако те времена давно миновали, и
теперь джонка не повышала ничьего престижа. Эдвер Тиссел, находившийся на
Сирене всего три месяца, прекрасно видел этот недостаток, но ничего не мог
сделать: другой джонки ему достать не удалось. Сейчас он сидел на кормовой
палубе, практикуясь в игре на ганге, инструменте, напоминавшем цитру,
размером чуть больше его руки. Метрах в ста от него волны омывали полосу
белом пляжа, за которым росли джунгли, а на фоне неба рисовался контур
изрезанных черных гор. Беглый, приглушенный свет Мирэйл продирался сквозь
завесу из паутины, а поверхность океана колыхалась и сверкала оттенками
перламутра. Зрелище это было для Тиссела таким же знакомым, хоть и не
таким скучным, как ганга, на которой он играл по два часа ежедневно,
бренча сиренские гаммы и аккорды и проигрывая простые фразы. Он отложил
гангу и взял зашинко, небольшой резонансный ящичек с клавишами, которые
нажимали правой рукой. Нажатие на клавиши проталкивало воздух через
находящиеся внутри свистульки, извлекая звуки как при игре на гармонике.
Тиссел пробежал с дюжину быстрых гамм, сделав при этом не слишком много
ошибок. Из шести инструментов, которыми он решил овладеть, зашинко
оказался самым послушным (разумеется, за исключением химеркина -
клекочущей и стучащей конструкции из дерева и камня, используемой только
для общения с невольниками).
Тиссел тренировался еще минут десять, после чего отложил зашинко и
стиснул ноющие пальцы. Со времени прибытия на Сирену каждую свободную
минуту он посвящал игре на местных музыкальных инструментах: химеркине,
ганге, зашинко, киве, страпане и гомапарде. Он разучивал гаммы в
девятнадцати тональностях и четырех диапазонах; неисчислимые аккорды и
интервалы, никогда не существовавшие на Объединенных Планетах. Он
тренировался с мрачной решимостью, в которой давно растворился его прежний
взгляд на музыку как на источник удовольствия. Глядя сейчас на
инструменты, Тиссел боролся с искушением выбросить все шесть в воды
Титаника.
Он встал, прошел через салон и столовую, потом по коридору мимо кухни
и вышел на носовую палубу. Перегнувшись через поручень, заглянул в
подводную загородку, где двое невольников, Тоби и Рекс, надевали упряжь
тягловым рыбам, готовясь к еженедельной поездке в Фан, город в двенадцати
километрах к северу. Самая молодая рыба, веселая или злобная, то и дело
ныряла, пытаясь увернуться. Она высунула обтекаемую голову на поверхность
океана, и Тиссел, глядя на ее морду, почувствовал странное беспокойство:
на рыбе не было маски!
Он сконфуженно рассмеялся, коснувшись пальцами своей собственной
маски - Лунной Моли. Что и говорить, он уже акклиматизируется на Сирене!
Пройден важный этап, если его шокировала голая морда рыбы!
Наконец упряжка была сформирована. Тоби и Рекс вскарабкались на
палубу; их красноватые тела сверкали от воды, а черные полотняные маски
липли к лицам. Не обращая внимания на Тиссела, невольники открыли
загородку и подняли якорь. Рыбы напряглись, упряжь натянулась, и джонка
двинулась на север.
Вернувшись на кормовую палубу, Тиссел взял страпан - круглую
резонансную коробку диаметром двадцать сантиметров. От центральной ступицы
к периметру коробки были натянуты сорок шесть струн, соединявшихся с
колокольчиками или молоточками. Когда струны дергали, колокольчики
звонили, а молоточки ударяли по железным палочкам, а когда по ним били,
страпан издавал резкие, звякающие звуки. Когда на инструменте играл
виртуоз, приятные диссонансы создавали эффект, полный экспрессии, а под
неопытной рукой результат бывал менее удачен и мог даже напоминать
случайные звуки. Тиссел играл хуже всего именно на страпане, поэтому
тренировался все время поездки на север.
Через некоторое время джонка приблизилась к плавучему городу. Рыб
привязали, а джонку пришвартовали в надлежащем месте. Зеваки, стоявшие
вдоль пристани, согласно сиренскому обычаю оценили все аспекты джонки,
невольников и самом Тиссела. Он не привык еще к такому внимательному
осмотру, и взгляды их весьма его беспокоили, особенно из-за неподвижных
масок. Машинально поправляя свою Лунную Моль, он перешел по трапу на
пристань.
Какой-то невольник, сидевший до сих пор на корточках, выпрямился,
коснулся пальцами черной повязки на лбу и пропел вопросительную фразу из
трех тонов:
- Скрывается ли под маской Лунной Моли обличье сэра Эдвера Тиссела?
Тиссел ударил по химеркину, висящему у пояса, и спел:
- Я сэр Тиссел.
- Мне оказали честь, доверив мне задачу, - пел дальше невольник. -
Три дня от рассвета до заката я ждал на небережной, три дня от рассвета до
заката жался я на плоту ниже пристани, вслушиваясь в шаги Людей Ночи. И
наконец глаза мои узрели маску сэра Тиссела.
Тиссел извлек из химеркина нетерпеливый клекот:
- В чем суть твоего задания?
- Я принес послание, сэр Тиссел. Оно адресовано тебе.
Тиссел вытянул левую руку, одновременно играя правой на химеркине.
- Дай мне это послание.
- Уже даю, сэр Тиссел.
На конверте виднелась крупная надпись:
ЭКСПРЕСС-СООБЩЕНИЕ! СРОЧНО!
Тиссел надорвал конверт. Депеша была надписана Кастелом Кромартином,
Главным Директором Межпланетного Политического Совета, и после
официального приветствия содержала следующий текст:
"АБСОЛЮТНО НЕОБХОДИМО выполнить нижеследующее! На борту "Карины
Крузейро", порт назначения Фан, дата прибытия 10 января УВ, находится
закоренелый убийца Хаксо Ангмарк. Будь при посадке с представителем
власти, арестуй этого человека и отправь в тюрьму. Это распоряжение должно
быть выполнено, провал акции недопустим.
ВНИМАНИЕ! Хаксо Ангмарк исключительно опасен. Убей его без колебаний
при малейшей попытке сопротивления".
Тиссел в ужасе задумался над содержимым депеши. Прибывая в Фан в
качестве консула, он не ожидал ничего подобного и до сих пор не имел
возможности набраться опыта в обращении с опасными преступниками.
Задумчиво потер он пушистую серую щеку своей маски. Ситуация, впрочем, не
такая уж и опасная: Эстебан Ролвер, директор космопорта, несомненно,
окажет ему помощь, а может, даже выделит взвод невольников.
С растущей надеждой Тиссел еще раз прочел сообщение. 10 января
универсального времени. Он заглянул в сравнительный календарь. Сегодня
сороковой день Времени Горького Нектара... Тиссел провел пальцем вдоль
колонки, задержался на 10 января. Сегодня.
Внимание его привлек далекий грохот. Из тумана вынырнул обтекаемый
силуэт: планетолет, возвращающийся со встречи с "Кариной Крузейро".
Он еще раз прочел депешу, поднял голову и внимательно посмотрел на
садящийся планетолет. На его борту находится Хаксо Ангмарк, через пять
минут он ступит на поверхность Сирены. Формальности при посадке задержат
его минут на двадцать. Порт находился в двух километрах от города, с Фаном
его соединяла дорога, извивавшаяся среди холмов.
- Когда пришло это сообщение? - спросил Тиссел невольника.
Невольник наклонился к нему, ничем не понимая, и Тиссел повторил
вопрос, спев под клекот химеркина: - Это сообщение, сколько времени ты
хранил его?
- Много долгих дней ждал я на набережной, - пропел невольник в ответ,
- возвращаясь на плот только в темноте. Моя терпеливость вознаграждена: я
собственными глазами вижу сэра Тиссела.
Разъяренный Тиссел отвернулся и пошел по набережной. Бездарные,
беспомощные сиренцы! Почему они не доставили известие на его джонку?
Двадцать пять минут... нет, уже всего двадцать две...
На эспланаде Тиссел остановился, посмотрел направо, потом налево,
надеясь, что произойдет чудо: появится воздушный экипаж и молниеносно
доставит
...Закладка в соц.сетях
