Жанр: Электронное издание
ULYAMSON
...отких неэлектромагнитных волн субэлектронного порядка,
нервная ткань, соединявшая клеточки, - была абсолютно невидима.
Перед Бреком стоял двадцатифутовый куб стереоэкрана, через который
мозг сообщал о своих находках. Сейчас куб был черным, кристальная чернота
космоса. На фоне этой черноты во всем своем коралловом великолепии дрожал
длинный нечеткий серп Земли. Рядом виднелся более маленький стакан Луны,
грубой от сияния своей искусственной атмосферы.
Брек прикоснулся к сложным кнопкам управления. Луна выскользнула из
куба. Земля выросла и повернулась. Вот так автоприцел завоевал время и
пространство. Он показывал солнечную сторону планеты.
Земля заполнила куб, невероятно реальная. Огромный белый диск зоны с
низким давлением лежал на сверкающей голубизне Тихого Океана. Другой диск,
закрывая зимнюю Северную Америку достигая яркой шапки Арктики.
В темной комнате зазвучал гонг. Многочисленные точки белого огня
вспыхнули на фоне изображения в кубе. Появилась стрела красного пламени.
На ее острие находилась крошечная черная точка.
Гонг ударил снова, и из туч вылетела еще одна черная пылинка. За ней
последовала третья. Вскоре их было уже шесть. Наблюдавший за экраном Брек
Веронар почувствовал, как невольно зашевелилась его гордость, и в то же
время его охватило слабое сожаление.
Эти шесть кораблей были могучими детьми Тони Грима и Элоры, боевая
сила Земли. Брек ощутил, как болезненно напряглись мышцы его горла.
Тони, наверняка, на борту одного их этих кораблей. Бреку стало
интересно, как он выглядит после этих двадцати лет. Сохранились ли его
веснушки? Растолстел ли он? По-прежнему ли от сосредоточенности появляются
между его голубыми глазами маленькие морщинки?
Элора, будет ли она рядом с ним? Брек знал, что да. Мысленно он
увидел марсианскую девушку, стройную, живую и энергичную как всегда. Он
попытался отогнать от себя ее образ. Время, наверняка, изменило ее.
Возможно, годы тяжелого труда и опасности измотали ее, а темные глаза
должно быть утратили свой блеск.
Бреку необходимо забыть, что эти шесть маленьких пятнышек
представляют жизнь Тони и Элоры и независимость Земли. Это всего лишь
шесть маленьких кусочков вещества, шесть целей для автоприцела. Он
наблюдал за тем, как они поднимались, огибали огромный светящийся изгиб
планеты. Это всего лишь шесть математических точек, прокладывающих мировые
линии через континуум, создавая геодезический рисунок, который распутают
анализаторы и который интеграторы спроецируют на будущее...
Гонг ударил снова.
Напрягшись от внезапно охватившей его тревоги, Брек схватил телефон.
- Дайте мне Астрарха... срочный доклад... нет, адмирал не подойдет...
Горро, автоприцел поймал флот Земли. Да, только шесть кораблей, взлетают с
солнечной стороны. Но имеется одна пугающая вещь.
Брек Веронар говорил хрипло, задыхаясь.
- Уже за планетой они образовали линию атаки. Ось тянется точно в
нашем направлении. Это значит, что они знают наше точное положение еще до
того, как вошли в поле видимости телескопа. Это наводит на мысль о том,
что Тони Гримм изобрел свой собственный автоприцел!
Напряженные часы тянулись медленно. Флот Астрарха сбросил скорость,
чтобы облететь и обстрелять планету-мать после того, как закончится битва.
Корабли Земли двигались с полным нормальным ускорением.
- Они должны остановиться, - произнес Астрарх. - В этом наше
преимущество. Если они пройдут мимо нас на большой скорости, мы разбомбим
планету и заставим ее покориться до того, как они смогут вернуться. Они
должны вернуться назад, и мы разделаемся с ними.
Однако, флот Земли продолжал сохранять ускорение, и в душе Брека
Веронара медленно зашевелилась тревога. Существовало только одно
объяснение. Земляне ставили на карту жизнь своей планеты, рассчитывая на
одно короткое столкновение.
Словно были уверены в победе!
Час сражения приближался. Плотные ахронические лучи передавали
приказы, исходившие из командного отсека Астрарха, и флот стал
разворачиваться в боевой порядок, принимая форму огромной корзины, так
чтобы каждое имеющееся орудие было нацелено на врага.
Час - и мгновение!
В огромном темном пространстве, где располагался автоприцел, заглушая
своим потрескиванием жужжание ахронического генератора, динамик, который
был голосом великого мозга, пугающе отсчитывал минуты.
- Минус четыре...
Автоприцел был включен, датчики настроены, направляющие реле
испытаны, тысячи деталей проверены. Стоя у панели управления, Брек Веронар
пытался расслабиться. Его роль была сыграна.
Космическое сражение было битвой машин. Человеческие существа были
слишком слабыми, слишком медлительными даже для того, чтобы понять игру
титанических сил, которые они выпустили на волю. Брек пытался думать о
том, что он изобретатель автоприцела, пытался бороться с охватившим его
ужасом беспомощности.
- Минус три...
Натриевые снаряды заполнили пустоту впереди огромными вспышками
серебряного пламени - ибо автоприцел сделал ненужными телескопы и дал
кораблям возможность сражаться сквозь густые дымовые завесы.
- Минус два...
Два флота сходились с относительной скоростью в один миллион двести
тысяч миль в час. Максимальным радиусом действия двадцатидюймовый орудий
даже при помощи автоприцела были всего двадцать тысяч миль в свободном
пространстве. Натриевые экраны оставляли небольшие клубы дыма и серебряные
шлейфы в большом черном кубе.
Что, Брек это понимал, означало, что сражение может продолжаться
всего две минуты. В этот короткий промежуток времени решится судьба
Астрарха и Земли, Тони Грима и Элоры и его собственная.
- Минус один...
Натриевые экраны оставляли небольшие клубы дыма и серебряные шлейфы в
большом черном кубе. За ними благодаря волшебству датчиков ахронического
поля можно было увидеть шесть земных кораблей, которые теперь
расположились тесным кольцом, готовые к действию.
Брек Веронар посмотрел на украшенный драгоценными камнями хронометр
на запястье, подарок Астрарха. Прислушиваясь к усиливающемуся гулу
ахронических генераторов, он затаил дыхание и инстинктивно напрягся.
- Ноль!
"Королева-воительница" задрожала до кончиков своих огромных орудий,
издавших залп каждые полсекунды. Брек выдохнул и посмотрел на хронометр.
Это все, что он должен были делать. А через две минуты...
Корабль содрогнулся, свет погас. И внезапно куб стереоэкрана
потемнел. Ахронические интеграторы застучали и остановились...
Орудия перестали греметь.
"Питание!" - рявкнул Брек в телефон. - "Дайте мне питание!
Чрезвычайная ситуация, автоприцел не работает и..."
Но телефон молчал.
Ударов больше не последовало. В погруженной в темноту большой комнате
воцарилась тишина. Казалось, прошла вечность, прежде чем загорелись слабые
лампы аварийного освещения. Брек снова посмотрел на свой хронометр и
понял, что сражение окончено.
Но кто победитель?
Он пытался надеяться, что сражение было выиграно прежде, чем
последний случайный бортовой залп покалечил флагманский корабль, до тех
пор, пока в комнату спотыкаясь не вошел Астрарх, бледный и ошеломленный.
- Разбиты, - пробормотал он. - Ты подвел меня, Веронар.
- Каковы потери? - прошептал Брек.
- Все, - потрясенный правитель устало упал в кресло у панели
управления. Твои ахронические лучи мертвы. Пять кораблей смогут сообщить о
поражении по радио. Есть надежда, что два из них можно будет
отремонтировать.
"Королева" повреждена. Реакционные батареи снесло снарядом, и
основная электростанция мертва. О ремонте не может быть и речи. А наша
нынешняя орбита подведет нас слишком близко к солнцу. Ни один из наших
кораблей не в состоянии спасти нас. Мы зажаримся живьем.
Его надушенная голова безнадежно поникла.
- За эти две минуты Астрарх был уничтожена, - он поднял свои запавшие
потускневшие глаза на Брека. - Всего за две минуты!
Он изо всей силы ударил белым кулаком по столу.
- Если бы время можно было вернуть назад!
- Как получилось, что нас разбили? - спросил Брек. - Я не могу
понять.
- Искусство стрельбы, - стало ответил Астрарх. - У Тони Грима кое-что
получше твоего автоприцела. Он превратил нас в куски, прежде чем мы смогли
отыскать диапазон. - На его лице застыла горькая маска. - Если бы двадцать
лет назад мои агенты наняли его вместо тебя... - Он прикусил губу так
сильно, что появилась кровь. - Но прошлое нельзя изменить...
Брек пристально смотрел на огромную молчавшую массу автоприцела.
- Пожалуй, - прошептал он, - это можно сделать...
Астрарх поднялся на ноги и вцепился в него дрожащими руками.
- Ты говорил об этом раньше, - возбужденно выдохнул правитель. -
Тогда я тебя не слушал. Но теперь - попытайся сделать все, что ты можешь,
Веронар. Не дай нам зажариться живьем в перигее. Ты действительно думаешь,
что...
Астрарх покачал бледной головой.
- Я сошел с ума, - прошептал он. - Говорить о том, чтобы изменить
хотя бы две минуты прошлого.
Но он не сводил с Веронара своих впавших глаз.
- Хотя ты делал удивительные вещи, Веронар.
Землянин все так же, не открывая взгляда, смотрел на свое огромное
творение.
- Автоприцел дал мне один ключик еще перед сражением, - медленно
выдохнул он. - Поля детектора поймали луч Тони Грима и проанализировали
частоты. Он использует ахроническое излучение, которое на целую октаву
выше, чем все, что пробовал я. Возможно, это и есть путь к
чувствительности и проникновению, на которое я надеялся.
В глазах Астрарха вспыхнула надежда.
- Ты веришь в то, что нас можно спасти? Как?
- Если луч высокой частоты может обнаружить определяющие факторы, то
возможно, их можно будет изменить при достаточно мощном поле. Помни, мы
имеем дело с вероятностью, а не с абсолютом. И что незначительные факторы
могут обусловливать огромные результаты.
- Датчики придется перестроить. И нам нужна энергия. Энергия, чтобы
спроектировать поля обнаружения. И река энергии, если мы сможем обнаружить
решающий фактор и попытаемся изменить его. Но электростанции мертвы.
Перестрой свои датчики, - сказал ему Астрарх, - и у тебя будет
энергия, даже если мне придется отправить всех, кто находится на борту в
топки преобразователя в качестве топлива.
Снова спокойный и уверенный в себе низенький человечек наблюдал за
высоким сухопарым землянином.
- Ты - странная личность, Веронар. Сражаешься со временем и судьбой,
чтобы сокрушить планету, на которой родился. Неудивительно, что люди
называют тебя ренегатом.
Помолчав некоторое время, Веронар устало покачал головой.
Помолчав некоторое время, Веронар устало покачал головой.
- Я не хочу испечься заживо, - произнес он наконец. - Дай мне
энергию, и мы повторим это сражение.
Остатки "Королевы" падали к Солнцу. Десятка два опытнейших техников
трудились под руководством Брека чтобы восстановить ахронические датчики.
А еще сотня людей работала под безжалостным наблюдением самого Астрарха,
пытаясь отремонтировать поврежденные атомные преобразователи.
Они пересекли орбиту Венеры, когда загудел снова заработавший
автоприцел. Астрарх стоял рядом с Бреком у изогнутой панели управления.
Тень сомнения снова затуманила его покрасневшие от недосыпания глаза.
- Ну а теперь, - требовательно спросил он, - что мы можем сделать в
смысле сражения?
- Непосредственно, ничего, - признался Брек. - Сначала мы должны
исследовать прошлое. Мы должны отыскать фактор, который заставил Тони
Грима изобрести автоприцел превосходящий мой. При помощи поля высокой
частоты и, если потребуется, полной мощности преобразователей корабля мы
должны повернуть этот фактор назад. Тогда сражение будет иметь другой
исход.
Ахронические интеграторы зажужжали, по мере того как Брек стал
нажимать кнопки на панели, и в огромном черном кубе замелькали призрачные
изображения. Символы из цветного огня вспыхивали и исчезали.
- Ну, - нетерпеливо выдохнул Астрарх.
- Он работает, - успокоил его Брек. - Поля обнаружения следуют по
мировым линиям, которые пересеклись в точке сражения, на месяцы и годы
назад. Анализаторы изолируют наименьший и, следовательно, наиболее легко
изменимый фактор.
Астрарх сжал его плечо.
- Там в кубе ты сам!
Призрачная фигура землянина исчезла, потом снова появилась. Брек
Веронар увидел себя в кубе раз сто. Обычно он находился в огромной
лаборатории арсенала в Астрофоне. И всегда он был одет по-другому, всегда
был моложе.
Затем фон изменился. У Брека перехватило дыхание, когда он узнал
бесплодные, каменистые, цвета охры холмы и низкие желтые кирпичные здания.
Он едва не вскрикнул, увидев веснушчатого рыжеволосого парня и стройную,
загорелую, темноглазую девушку.
- Это на Марсе, - прошептал он. - Рядом с Тораном. Он - Тони Гримм,
она - Элора Рони, марсианская девушка, которую мы любили.
Мигающее изображение вдруг остановилось, и на экране застыла
картинка. Скамейка в пыльном университетском городке у низкой кирпичной
стены. Элора Рони со стопкой книг на коленях, на которых лежал листок
бумаги, и с ручкой в руке. Ее темные глаза устремлены вдаль, ее загорелое
лицо напряжено и озабочено.
В огромной сумеречной комнате на борту разбитого военного корабля
мягко ударил гонг. Красная стрелка метнулась в кубе, указывая на записку,
которая лежала на коленях у девушки. Над нею вспыхнули символические
знаки. И Брек понял, что ахронические интеграторы перестали гудеть.
- Что это? - изумлено спросил Астрарх. - Школьница, пишущая записку?
Какое отношение она имеет к космическому сражению!
Брек взглянул на горящие символы.
- Она решала судьбу сражения, в тот день, двадцать лет назад! - его
голос звенел от возбуждения. - Понимаешь, в тот вечер она договорилась с
Тони Гримом пойти на танцы в Торан. Но ее отец читал специальную лекцию по
новым теориям ахронической силы. Тони отказался от свидания, чтобы пойти
на лекцию.
Брек смотрел на неподвижный образ в кубе, и его голос становился
более хриплым.
- Элора рассердилась, это было еще до того, как она хорошо узнала
Тони. Я попросил ее встретиться со мной. И в тот момент, который ты
видишь, она только что написала записку чтобы сообщить мне, что пойдет на
танцы со мной.
Брек глотнул.
- Но она в нерешительности, видишь? Это потому что она любит Тони.
Надо совсем немного, чтобы она порвала записку, адресованную мне, и
написала другую, Тони, чтобы сказать, что она пойдет на лекцию с ним.
Астрарх был похож на труп.
- Но как это может решить исход сражения?
- В том прошлом, в котором мы жили, - объяснил ему Брек, - Элора
послала записку мне. Я пошел с нею на танцы и пропустил лекцию. Тони же
пошел на лекцию, и после нее у него зародилась идея, которая в конце
концов сделала его автоприцел лучше, чем мой.
- Но если бы она написала вместо меня Тони, он бы предложил из
искреннего раскаяния отказаться от лекции - так показывают анализаторы.
Вместо Тони на лекцию пошел бы я, и мой автоприцел в конце концов
превзошел бы его.
Бледная как воск голова Астрарха медленно кивнула.
- Но ты действительно можешь изменить прошлое?
Мгновение Брек не отвечал.
- У нас есть вся мощь преобразователей корабля, - произнес он
наконец. - У нас есть высокочастотное ахроническое поле, как рычаг, при
помощи которого мы можем ее применить. Потратив миллионы киловатт, мы,
наверняка, сможем стимулировать несколько клеточек в мозгу школьницы.
Посмотрим.
Его длинные бледные пальцы быстро заскользили по кнопкам панели.
Наконец он осторожно коснулся зеленой кнопки. Снова царившую на корабле
тишину нарушил шепот преобразователей. Ахронические интеграторы опять
зажужжали. За ними завыли гигантские трансформаторы, и застывшая на экране
картина внезапно ожила.
Элора Рони порвала записку, которая начинались словами "Дорогой
Билл", Брек и Астрарх наклонились вперед, глядя, как ее быстрые пальцы
пишут "Дорогой Тони, извини меня за то, что я рассердилась. Можно мне
пойти на лекцию моего отца вместе с тобой? Сегодня вечером..."
Изображение исчезло.
- Минус четыре...
Металлический скрежещущий голос динамика вернул Брека Веронара к
действительности. Он вздрогнул. Неужели он задремал, когда до контакта
всего четыре минуты? Он затряс головой. У него было странное неприятное
чувство, словно он забыл ночной кошмар, в котором состоялось и было
проиграно сражение.
Он потер глаза и скользнул взглядом по панели управления. Автоприцел
был включен, датчики настроены, направляющие реле испытаны. Его роль была
сыграна. Он попытался расслабиться.
- Минут три...
Натриевые бомбы...
Вглядываясь в черный куб экрана, Брек еще раз увидел шесть крошечных
черных пылинок - корабли Тони Грима. Он не удержался и с тревогой покачал
головой.
Тони что сошел с ума? Почему он не повернет в сторону, не отсрочит
контакт? Рассыпавшись в космосе, его корабли могли бы нарушить торговлю
Астрарха и остановить обстрел Земли. Но в лобовой атаке они были обречены.
Брек прислушался к спокойному гудению ахронических интеграторов. При таких
условиях новый автоприцел давал точность огня в сорок процентов. Даже если
стрельба Тони была совершенной, шансы все равно были два к одному не в его
пользу.
- Минус два...
Две минуты! Брек взглянул на украшенный драгоценными камнями
хронометр на запястье. На мгновение у него мелькнуло странное чувство, что
форма его ему не знакома. Странно, ведь он носил его двадцать лет.
Циферблат слегка затуманился. Он помнил день, когда Тони и Элора
подарили этот хронометр ему. - День, когда он покидал университет и
отправлялся в Астрофон. Это был слишком хороший подарок. Ни у одного из
них не было больших денег.
Интересно, подумал он, догадывался ли Тони о его любви к Элоре.
Возможно, даже лучше, что она всегда отвергала его ухаживания. Их дружба
никогда не была омрачена тенью ревности.
- Минус один...
Нет, так не пойдет! Брек сердито перевел взгляд назад на экран. Он
все еще каким-то образом видел в серебряных натриевых облаках лица Тони и
Элоры. Он все еще не мог забыть странно незнакомого ощущения хронометра на
своем запястье, похожего на нежное прикосновение пальцев Элоры, когда она
застегивала его.
Вдруг черные крапинки на экране перестали быть целями. Брек сделал
долгий судорожный вдох. В конце концов он землянин. После двадцатилетней
щедро оплачиваемой службы Астрарху, этот период времени все равно был
самой большой его ценностью.
Его серые глаза прищурились. Без автоприцела флот Астрарха будет
абсолютно слеп в натриевых облаках. Если Тони получит какой-нибудь
ахронический указатель, он сможет уничтожить его.
Худое тело Брека задрожало. Он знал, что карой, наверняка, будет
смерть. Во время сражения или после, неважно. Он знал, что примет ее без
сожаления.
Ахронические интеграторы жужжали от напряжения, и
"Королева-воительница" содрогнулась от первого залпа своих орудий. Затем
сжатые кулаки Брека Веронара упали на тщательно отлаженную панель
управления. Автоприцел перестал гудеть. Орудия перестали палить.
Брек поднял телефон Астрарха.
- Я отключил автоприцел, - голос его звучал тихо и спокойно. -
Совершенно невозможно настроить его снова на две минуты.
Телефон щелкнул и замолчал.
Корабль задрожал, и свет погас. Завыли сирены. Защелкали воздушные
клапана. Свет вспыхнул, потом снова погас. Наконец удары прекратились. В
огромной, погруженной в темноту комнате воцарилась тишина. Единственным
звуком было слабое частое тиканье хронометра.
Прошла вечность, прежде чем загорелись лампы аварийного освещения. В
комнату спотыкаясь вошел Астрарх, он казался бледным и ошеломленным.
За ним следовала группа офицеров. Их злые искаженные ужасом лица
совершенно не гармонировали с веселыми униформами. Перед их мстительной
ненавистью, Брек почувствовал, как его охватили холод и слабость. Но
Астрарх остановил их.
- Землянин обрек и себя тоже, - произнес потрясенный правитель. -
Вряд ли вы сможете сделать еще что-то. И, конечно, не надо спешить.
Он оставил их ворчать у дверей, а сам медленно подошел к Бреку.
- Разбит, - прошептал он. - Ты уничтожил меня, Веронар. - Дрожащей
рукой он провел по белой восковой маске лица. - "Королева" повреждена. Ни
один из наших кораблей не может спасти нас. Мы зажаримся живьем.
Его впавшие тусклые глаза уставились на Брека.
- За эти две минуты ты уничтожил Астрарх. - Его голос казался просто
уставшим, и, странно, но в нем не было горечи. - Всего две минуты. Если бы
время можно было вернуть назад...
- Да, - ответил Брек. - Я остановил автоприцел. - Он вызывающе поднял
худые плечи и встретился с угрожающими взглядами офицеров. - И они ничего
не могут сделать!
- А ты можешь? - в глазах Астрарха мелькнула надежда. - Однажды ты
сказал мне, Веронар, что прошлое можно изменить. Тогда я не хотел слушать.
Но сейчас... Попытайся сделать все, что ты можешь. Может быть, ты сможешь
спасти себя от того неприятного, что планируют мои люди.
Брек взглянул на ворчащих офицеров и покачал головой.
- Я ошибался, - произнес он медленно. - Я не учел двухсторонней
природы времени. Но будущее, сейчас я это понимаю, так же реально, как и
прошлое. За исключением направления энтропийных изменений и потока
сознания будущее и прошлое нельзя различить.
Будущее определяет прошлое настолько же, насколько прошлое определяет
будущее. Можно выявить определяющие факторы и даже, имея достаточную
энергию, вызвать местные изменения геодезики. Но мировые линии фиксированы
в будущем так же жестко, как и в прошлом. Однако факторы перестраиваются,
и конечный результат всегда будет одним и тем же.
Восковое лицо Астрарха стало безжалостным.
- В таком случае, Веронар, ты обречен.
Брек медленно улыбнулся.
- Не называй меня Веронаром, - тихо произнес он. - Я вспомнил как раз
вовремя, что я Вильям Вебстер, землянин. Ты можешь убить меня так как тебе
нравится. Но поражение Астрарха и новая свобода Земли зафиксированы во
времени - навсегда.
Джек УИЛЬЯМСОН
ЗВЕЗДНЫЙ СВЕТ
Мистер Джейсон Пибоди вышел из трамвая. С облегчения сделав глубокий
вдох открытого воздуха, он пошел вверх по Бенистер Хилл. Обеспокоенные
глаза его увидели, как впереди в сгущавшихся сумерках появилась первая
бледная звезда.
Это заставило его с тоской вернуться назад, в туман детства за
волшебными словами, которые он когда-то знал. Он прошептал заклинание,
придававшее силу:
Светлая звезда, яркая звезда,
Увиденная мною первая звезда,
Если б мог я, если б мог я,
Сделать так, чтобы сбылось то,
Чего желаю я.
Мистер Пибоди был смуглокожим, маленьким лысым, похожим на веник
человеком. Хотя сейчас его худые плечи и были расправлены, они все равно
выдавали сутулость, приобретенную за двадцать лет сидения за счетными
машинками и бухгалтерскими книгами. Его обычно кроткое лицо имело
обиженное и отчаянное выражение.
- Я хочу, чтобы...
Не сводя со звезды полного надежды взгляда, Мистер Пибоди
заколебался. Его измученный мозг вернулся к болезненной домашней сцене, от
которой он только что сбежал. Кривая улыбка появилась на его обеспокоенном
лице.
- Я хочу, - сказал он звезде, - чтобы я умел творить чудеса!
Звезда потемнела и стала зловеще красной.
- Необходимо творить чудеса, - добавил мистер Пибоди, чтобы содержать
семью на жалование бухгалтера. То есть такую семью, как моя.
Звезда сверкнула зеленым обещающим цветом.
Мистер Пибоди все еще был должен тринадцать тысяч долларов за
маленький оштукатуренный домик в двух кварталах от Локаст-авеню: плата
была нетяжелой как рента, и еще через десять лет он был бы его
собственным. В этот день Элла встретила его в двери влажным поцелуем.
Элла - это миссис Пибоди. Она была похожа на статуэтку, блондинка, на
дюйм выше, чем он сам, с замечательным голосом. Ее долгий поцелуй заставил
его почувствовать себя неловко. Он мгновенно понял - сказался
двадцатидвухлетний опыт - что она что-то хочет.
- Так приятно оказаться дома, дорогая, - попытался он начать
контркампанию. - На работе сегодня было столько дел. - Его усталый вздох
был очень убедительным. - Старый Берг будет увольнять и увольнять, считая,
что мы все делаем работу только двух людей. Не знаю, кто будет следующим.
- Мне так жаль, дорогой, - она снова одарила его влажным поцелуем, и
в ее голосе прозвучало нежное сожаление. - Теперь иди помойся. Я хочу
пообедать пораньше, потому что сегодня Дельфийская Лига.
Ее голос был слишком сладким. Мистеру Пибоди стало интересно, чего
она хочет. Ей всегда требовалось некоторое время, чтобы подойти к сути
дела. Однако, когда она к ней подходила, то ее вряд ли можно было
остановить. Он сделал еще одну слабую попытку.
- Я не знаю, как сложатся обстоятельства, - он устало пожал плечами.
- Берг угрожает сократить нам жалованье. Страховка, плата за дом и дети.
Не знаю, как мы будем жить.
Элла Пибоди снова подошла к нему и обняла своими мягкими руками. От
нее слабо пахло духами, которыми она пользовалась прошлым вечером, и
кухней.
- Мы справимся, дорогой, - сказала она храбро.
Она принялась весело болтать о незначительных событиях, произошедших
за день. И то, что ей пришлось заняться делами на кухне, не остановило ее.
...Поділитися у соцмережах
