Жанр: Электронное издание
timeptrl
... Он дважды выстрелил, и массивные тела стражников
осели на пол - теперь они не придут в себя в течение нескольких часов.
Пригнувшись, Эверард настороженно прислушался. Из внутренних покоев
доносился женский визг, но в дверях больше никого не было.
- Думаю, мы выиграли, - отдышавшись, пробормотал он.
- Похоже...
Уиткомб уставился на мертвое тело, распростертое на полу. Оно
показалось ему трогательно маленьким.
- Я не думал, что придется убить его, - сказал Эверард. - Но время...
не переупрямишь. Наверное, так и было записано.
- Лучше уж такой конец, чем суд Патруля и ссылка на какую-нибудь
планету, - добавил Уиткомб.
- По букве закона он был вором и убийцей, - заметил Эверард. -
Правда, он пошел на это ради своей великой мечты.
- Которую мы разрушили.
- Ее могла разрушить история. Так скорее всего и было бы. Одному
человеку для такого дела не хватит ни мудрости, ни сил... Мне кажется,
большинство бед человечеству приносят фанатики с добрыми намерениями,
вроде него.
- В таком случае, нам что, нужно опустить руки и пассивно принимать
все, что происходит? Так?
- Подумай о своих друзьях из 1947 года, - возразил Эверард. - Их бы
попросту никогда не существовало.
Уиткомб снял плащ и попытался отчистить его от крови.
- Пора идти, - сказал Эверард и быстрым шагом направился к двери в
глубине зала. Там пряталась наложница, которая испуганно вытаращила на
него глаза.
Для того чтобы выжечь замок, пришлось воспользоваться бластером
Штейна. В задней комнате находились темпомобиль из империи Инг, а также
книги и несколько ящиков с оружием и снаряжением. Эверард загрузил в
машину времени все, кроме ящичка с изотопным топливом. Его нужно оставить,
чтобы в будущем они смогли узнать обо всем, вернуться в прошлое и
остановить человека, который решил стать Богом.
- Может, ты доставишь все это в 1894-й, на склад компании? - спросил
он. - А я отправлюсь туда на нашем роллере и встречусь с тобой в
управлении...
Уиткомб долго смотрел на него, ничего не отвечая. Потом выражение
растерянности на его лице сменилось решимостью.
- Все в порядке, дружище, - сказал англичанин. Он как-то грустно
улыбнулся, а потом пожал Эверарду руку. - Ну, прощай. Желаю удачи.
Эверард провожал его взглядом, пока он не скрылся внутри гигантского
стального цилиндра. Слова друга озадачили Эверарда, ведь через несколько
часов их ждало чаепитие в 1894-м...
Беспокойство не покинуло его и после того, как он выбрался из дома и
смешался с толпой. Чарли - парень со странностями. Ну что ж...
Эверард беспрепятственно покинул город, добрался до рощицы и вызвал
туда темпороллер. Поблизости могли оказаться люди, которые непременно
прибежали бы посмотреть на странную птицу, упавшую сюда с небес, но он тем
не менее не стал спешить и откупорил флягу с элем: ему просто необходимо
было выпить. Затем он окинул напоследок взглядом древнюю Англию и
перенесся в 1894 год.
Как и было условлено, его встретил Мэйнуэзеринг со своими
охранниками. Руководитель отделения встревожился, увидев, что патрульный
прибыл один, а его одежда покрыта засохшей кровью. Но Эверард быстро всех
успокоил.
Ему потребовалось довольно много времени, чтобы вымыться, переодеться
и представить секретарю полный отчет об операции, и он думал, что Уиткомб
вот-вот приедет в кебе, но англичанина все не было и не было. Мэйнуэзеринг
связался со складом по рации, помрачнел и, повернувшись к Эверарду,
сказал:
- Все еще не появился. Может у него возникли неполадки?
- Вряд ли. Эти машины очень надежны. - Эверард закусил губу. - Не
знаю, в чем дело. Может быть, он неправильно меня понял и вернулся в 1947
год?
Послав туда запрос, они установили, что Уиткомб не появлялся и там.
Эверард и Мэйнуэзеринг отправились пить чай. Когда они вернулись в
кабинет, новых сведений об Уиткомбе так и не поступило.
- Лучше всего обратиться к полевым агентам, - сказал Мэйнуэзеринг. -
Я думаю, они смогут его отыскать.
- Нет, подождите.
Эверард остановился как вкопанный. Возникшее у него еще раньше
подозрение переросло в уверенность. Боже, неужели...
- У вас есть какая-то догадка?
- Да, что-то в этом роде. - Эверард начал стаскивать с себя
викторианский костюм. Его руки дрожали. - Будьте добры, доставьте сюда мою
одежду двадцатого века, - попросил он. - Возможно, я сам смогу найти его.
- Вы должны предварительно сообщить Патрулю о ваших предположениях и
дальнейших намерениях, - напомнил Мэйнуэзеринг.
- К черту Патруль!
6
Лондон, 1944 год. На город опустилась ранняя зимняя ночь;
пронизывающий холодный ветер продувал улицы, затопленные мраком. Откуда-то
донесся грохот взрыва, потом в той стороне над крышами заплясали языки
пламени, похожие на огромные красные флаги.
Эверард оставил свой роллер прямо на мостовой (во время обстрела
самолетами-снарядами "фау" улицы были пустынны) и медленно двинулся сквозь
темноту. Сегодня семнадцатое ноября. Тренированная память не подвела его:
именно в этот день погибла Мэри Нельсон.
На углу он нашел телефонную будку и стал просматривать справочник.
Нельсонов там было много, но в районе Стритема значилась только одна
Мэри Нельсон - скорее всего, мать девушки. Пришлось допустить, что мать
зовут так же, как и дочь. Точного времени попадания бомбы Эверард не знал,
но мог легко установить его прямо здесь.
Когда он вышел из будки, совсем рядом полыхнул огонь и раздался
грохот.
Эверард бросился ничком на мостовую; там, где он только что стоял,
просвистели осколки стекла. Итак, 1944 год, 17 ноября. Молодой Мэнс
Эверард, лейтенант инженерных войск армии США, находился сейчас на другом
берегу Ла-Манша, участвовал в наступлении на немецкие огневые позиции. Он
не смог сразу вспомнить, где именно, и не стал напрягать память: это не
имело значения. Он знал, что в той переделке с ним ничего не случится.
Пока он бежал к роллеру, позади полыхнуло еще раз. Он вскочил на
сиденье и поднял машину в воздух. Зависнув над Лондоном, он увидел внизу
только море тьмы, испещренное огненными пятнами пожаров. Вальпургиева ночь
- словно все силы ада сорвались с цепи!
Он хорошо помнил Стритем - скопление унылых кирпичных домов, в
которых жили клерки, зеленщики, механики - та самая мелкая буржуазия,
которая поднялась на борьбу против врага, поставившего на колени всю
Европу, и одолела его. Там жила одна девушка - в 1943 году... Что ж,
наверное, в конце концов она вышла замуж за кого-то другого...
Снизившись, он стал искать нужный адрес. Неподалеку взметнулся столб
огня - как при извержении вулкана. Машину швырнуло в сторону, и Эверард
едва не свалился с сиденья, однако успел заметить, что обломки рухнувшего
здания охватил огонь. Всего в трех кварталах от дома Нельсонов! Он
опоздал.
Нет! Эверард уточнил время - ровно 22.30 - и переместился на два часа
назад.
Было по-прежнему темно, но разрушенный дом стоял целый и невредимый.
На какое-то мгновение ему захотелось предупредить всех, кто в нем жил. Но
нет: люди гибнут сейчас по всему миру. Он не Штейн, чтобы взваливать всю
ответственность за ход истории себе на плечи.
Криво улыбнувшись, он соскочил с роллера и прошел в подворотню. Что
ж, он и не какой-нибудь проклятый данеллианин! Он постучал, дверь
открылась. Из темноты на него смотрела женщина средних лет, и тут Эверард
осознал, что появление американца в гражданском костюме должно показаться
ей странным.
- Извините, - сказал он. - Вы знакомы с мисс Нельсон?
- Да, знакома. - Женщина колебалась. - Она живет поблизости и...
скоро придет к нам. А вы... ее друг?
Эверард кивнул.
- Она попросила передать вам, миссис э-ээ...
- Миссис Эндерби.
- Ах да, конечно, миссис Эндерби. Я очень забывчив. Видите ли, мисс
Нельсон просила меня передать, что она, к сожалению, не сможет прийти. Но
она будет ждать вас вместе со всей вашей семьей у себя дома к половине
одиннадцатого.
- Всех, сэр? Но дети...
- И детей тоже - всех до единого, обязательно. Она приготовила
какой-то сюрприз - хочет показать вам что-то у себя дома. Вам непременно
нужно прийти к ней всем.
- Ну что ж, сэр... Хорошо, если она так хочет.
- Всем - к половине одиннадцатого, без опоздания. До скорой встречи,
миссис Эндерби.
Эверард кивнул на прощание и вышел на улицу.
Ладно, здесь сделано все, что можно. Теперь на очереди дом Нельсонов.
Он промчался через три квартала, спрятал роллер в темной аллее и к дому
подошел пешком. Теперь он тоже провинился, и вина его не меньше, чем у
Штейна.
Интересно, как выглядит планета, на которую его сошлют?..
Темпомобиля из империи Инг возле дома не было, а такую махину
спрятать нелегко - значит, Чарли здесь еще не появился. Придется
что-нибудь придумывать на ходу.
Стучась в дверь, Эверард все еще размышлял о том, к чему приведет
спасение им семьи Эндерби. Дети вырастут, у них появятся свои дети -
скорее всего, ничем не примечательные англичане среднего класса. Но потом,
спустя столетия, может родиться или, напротив, не родиться выдающийся
человек. Да, пожалуй, время не так уж и неподатливо. За редким исключением
совершенно неважно, кто были твои предки - все решают генофонд
человечества и общественная среда. Впрочем, случай с семьей Эндерби как
раз и может оказаться таким исключением.
Дверь ему открыла симпатичная девушка небольшого роста. В ее
внешности не было ничего броского, но военная форма ей очень шла.
- Мисс Нельсон?
- Да, это я.
- Меня зовут Эверард, я друг Чарли Уиткомба. Можно войти? У меня есть
для вас небольшой сюрприз.
- Я уже собиралась уходить, - сказала девушка извиняющимся тоном.
- Вы никуда не пойдете, - брякнул он и тут же пошел на попятную,
заметив ее возмущение: - Извините. Позвольте мне все вам объяснить.
Она провела его в скромную, тесно заставленную гостиную.
- Может, присядете, мистер Эверард? Только, пожалуйста, говорите
потише. Вся семья уже спит, а утром им рано вставать.
Эверард устроился поудобнее, а Мэри присела на самый краешек софы,
глядя на него во все глаза. Интересно, были ли среди ее предков Вульфнот и
Эдгар? Да, наверняка... Ведь прошло столько веков. А может, и Штейн тоже.
- Вы из ВВС? - спросила она. - Служите вместе с Чарли?
- Нет, я из "Интеллидженс сервис", поэтому приходится ходить в
штатском. Скажите, когда вы в последний раз с ним виделись?
- Несколько недель назад. Сейчас он, наверное, уже высадился во
Франции. Надеюсь, эта война скоро кончится. Как глупо с их стороны
сопротивляться, ведь они же понимают, что им пришел конец, верно? - Она
вскинула голову. - Так что у вас за новости?
- Я как раз к этому и хотел вернуться.
Эверард начал бессвязно рассказывать все, что знал, о положении дел
за Ла-Маншем. У него было странное чувство, будто он разговаривает с
призраком. Рефлекс, выработанный долгими тренировками, не позволял ему
сказать правду. Каждый раз, когда он пытался перейти к делу, язык
переставал его слушаться...
- ...И если бы вы знали, чего стоит там достать пузырек обычных
красных чернил...
- Извините, - нетерпеливо прервала его девушка. - Может, вы все-таки
скажете, в чем дело? У меня действительно на сегодняшний вечер назначена
встреча.
- Ох, простите... Ради бога, простите. Видите ли, дело вот в чем...
Эверарда спас стук в дверь.
- Извините, - удивленно пробормотала Мэри и пошла в прихожую мимо
наглухо зашторенных окон. Эверард бесшумно двинулся за ней.
Она открыла дверь, тихонько вскрикнула и отступила назад.
- Чарли!..
Уиткомб прижал ее к себе, не обращая внимания на то, что ютский плащ
был вымазан еще не засохшей кровью. Эверард вышел в коридор. Разглядев
его, англичанин опешил:
- Ты...
Он потянулся за парализатором, но Эверард уже вытащил свой.
- Не будь идиотом! Я твой друг, и я хочу помочь тебе. Выкладывай, что
взбрело тебе в голову?
- Я... я хотел удержать ее здесь... чтобы она не ушла...
- И ты думаешь, что они не смогут выследить тебя? - Эверард перешел
на темпоральный, единственно возможный язык в присутствии испуганной Мэри.
- Когда я уходил от Мэйнуэзеринга, он вел себя дьявольски
подозрительно. Если мы сделаем неверный ход, то все отделения Патруля
будут подняты по тревоге. Ошибку исправят любыми средствами - девушку,
скорее всего, ликвидируют, а ты отправишься в ссылку.
- Я... - Уиткомб судорожно сглотнул. Его лицо окаменело от ужаса. - И
ты... ты позволишь ей уйти из дома и погибнуть?
- Нет. Но нам нужно сделать все как можно аккуратнее.
- Мы скроемся... Найдем какую-нибудь эпоху подальше от всего этого...
Если потребуется, то хоть в прошлое, к динозаврам.
Мэри оторвалась от Уиткомба и застыла с открытым ртом, готовая
закричать.
- Замолчи! - одернул ее Эверард. - Твоя жизнь в опасности, и мы
пытаемся тебя спасти. Если не доверяешь мне, положись на Чарли.
Повернувшись к англичанину, он снова перешел на темпоральный.
- Послушай, дружище, нет такого места или времени, где бы вы могли
спрятаться. Мэри Нельсон погибла сегодня ночью - это исторический факт. В
1947 году среди живых ее не было. Это тоже уже история. Я и сам попал в
идиотскую ситуацию: семья, которую она собиралась навестить, уйдет из дома
до того, как туда попадет бомба. Если ты собираешься бежать вместе с ней,
можешь быть уверен: вас найдут. Нам просто повезло, что Патруль пока еще
сюда не добрался.
Уиткомб попытался взять себя в руки.
- Допустим, я прыгну вместе с ней в 1948 год, - сказал он. - Откуда
тебе известно, что она не появилась внезапно вновь в 1948-м? Это событие
тоже может стать историческим фактом.
- Чарли, ты просто не сможешь этого сделать. Попытайся. Давай, скажи
ей, что ты собираешься отправить ее на четыре года в будущее.
- Рассказать ей?.. - простонал Уиткомб. - Но ведь я...
- Вот именно. Ты с трудом смог заставить себя преступить закон и
появиться здесь, но теперь тебе придется лгать, потому что ты ничего не
сможешь с собой поделать. И потом: как ты собираешься объяснять ее
появление в 1948 году? Если она останется Мэри Нельсон - значит, она
дезертировала из армии. Если она изменит имя, где ее свидетельство о
рождении, аттестат, продовольственные карточки - все эти бумажки, которые
так благоговейно почитают все правительства в двадцатом веке? Это
безнадежно, Чарли.
- Что же нам делать?
- Встретиться с представителями Патруля и решить этот вопрос раз и
навсегда. Подожди меня здесь.
Эверард был холоден и спокоен. У него просто не было времени, чтобы
по-настоящему испугаться или хотя бы удивиться собственному поведению.
Выбежав на улицу, он вызвал свой роллер и запрограммировал его таким
образом, чтобы машина появилась через пять лет, в полдень, на площади
Пиккадилли. Нажав кнопку запуска, он убедился, что роллер исчез, и
вернулся в дом. Мэри рыдала в объятиях Уиткомба. Бедные, заблудившиеся в
лесу дети, да и только, черт бы их побрал!
- Все в порядке. - Эверард отвел их назад в гостиную и сел рядом,
держа наготове парализующий пистолет. - Теперь нам нужно подождать еще
немного.
Действительно, ждать пришлось недолго. В комнате появился роллер с
двумя людьми в серой форме Патруля. Оба были вооружены. Эверард мгновенно
оглушил их зарядом небольшой мощности.
- Помоги мне связать их, Чарли, - попросил он.
Мэри смотрела на все это молча, забившись в угол.
Когда патрульные пришли в себя, Эверард стоял над ними, холодно
улыбаясь.
- В чем нас обвиняют, ребята? - спросил он на темпоральном.
- Вы и сами знаете, - спокойно ответил один из пленников. - Главное
управление приказало найти вас. Мы вели проверку на следующей неделе и
обнаружили, что вы спасли семью, которая должна погибнуть под бомбежкой.
Судя по содержанию личного дела Уиткомба, вы должны были затем отправиться
сюда и помочь ему спасти эту женщину, которой тоже полагалось погибнуть
сегодня ночью. Лучше отпустите нас, чтобы не отягчать свою участь.
- Но я ведь не изменил историю, - сказал Эверард. - Данеллиане
остались там же, где и были, разве нет?
- Само собой, но...
- А откуда вы знаете, что семья Эндерби должна была погибнуть?
- В их дом попала бомба, и они сказали, что ушли оттуда только
потому...
- Но они все-таки ушли из дома! Это уже исторический факт. И прошлое
теперь пытаетесь изменить именно вы.
- А эта женщина...
- Откуда вы знаете, что какая-нибудь Мэри Нельсон не появлялась в
Лондоне, скажем, в 1850 году и не умерла в преклонном возрасте году в
1900-м?
Патрульный мрачно усмехнулся.
- Стараетесь изо всех сил, да? Ничего не выйдет. Вы не сможете
выстоять против всего Патруля.
- Вот как? А я ведь могу оставить вас здесь до прихода Эндерби. Кроме
того, я запрограммировал свой роллер так, что он появится в многолюдном
месте, а когда это произойдет, известно только мне. Что тогда случится с
историей?
- Патруль внесет коррективы... как это сделали вы в пятом веке.
- Возможно! Но я могу значительно облегчить их задачу, если они
прислушаются к моей просьбе. Мне нужен данеллианин.
- Что?
- То, что слышали, - отрезал Эверард. - Если нужно, я возьму ваш
роллер и прыгну на миллион лет вперед. Я объясню им лично, насколько будет
проще для всех, если они согласятся со мной.
- Этого не потребуется!
Эверард повернулся, и у него тут же перехватило дыхание.
Ультразвуковой пистолет выпал из рук.
Глаза Эверарда не выдерживали сияния, исходившего от возникшей перед
ними фигуры. Со странным сухим рыданием он попятился.
- Ваша просьба рассмотрена, - продолжал беззвучный голос. - Она была
обдумана и взвешена за много лет до того, как вы появились на свет. Но тем
не менее вы оставались необходимым связующим звеном в цепи времен. В
случае неудачи в этом деле вы не смогли бы рассчитывать на снисхождение.
Для нас является историческим фактом то, что некие Чарльз и Мэри Уиткомб
жили в викторианской Англии. Историческим фактом является также и то, что
Мэри Нельсон погибла вместе с семьей, которую она пошла навестить, в 1944
году, а Чарльз Уиткомб остался холостяком и впоследствии был убит при
выполнении задания Патруля. Это несоответствие было замечено, и, поскольку
даже малейший парадокс опасно ослабляет структуру пространства-времени,
оно подлежало исправлению путем устранения одного из двух зафиксированных
исторических фактов. Вы сами определили - которого.
Каким-то краешком потрясенного сознания Эверард уловил, что
патрульные внезапно освободились от веревок.
Он узнал, что его роллер стал... становится... станет невидимым в
момент материализации. Он узнал также, что отныне история выглядит
следующим образом: Мэри Нельсон пропала без вести, по-видимому, погибла
при взрыве бомбы, разрушившей дом семьи Эндерби, которая в это время
находилась у Нельсонов. Чарльз Уиткомб исчез в 1947 году, по-видимому,
утонул. Эверард узнал, что Мэри рассказали правду, подвергнув
гипнообработке, не позволяющей ни при каких обстоятельствах раскрывать эту
правду, и отправили вместе с Чарли в 1850 год. Он узнал, что они жили как
обычные англичане среднего класса, хотя викторианская Англия так и не
стала для них родным домом. Чарли поначалу часто грустил о том времени,
когда работал в Патруле, но затем с головой ушел в заботы о жене и детях и
пришел к выводу, что его жертва была не так уж велика.
Все это он узнал в одно мгновение. А когда черный водоворот,
вобравший в себя сознание Эверарда, прекратил свое стремительное вращение,
и пелена, застилавшая его взгляд, пропала, данеллианина уже не было.
Эверард снова повернулся к патрульным: чего он еще не знал, так это
собственного приговора.
- Пошли, - сказал ему один из них. - Нам нужно уйти из дома, пока
никто не проснулся. Мы доставим вас в ваше время. 1954 год, верно?
- А что потом? - спросил Эверард. Патрульный пожал плечами. Его
напускное спокойствие скрыло еще не прошедшее потрясение от встречи с
данеллианином.
- Отчитаетесь перед начальником сектора, - сказал он. - Все говорит о
том, что вы не годитесь для обычной работы в резидентуре.
- Значит... разжалован и отправлен в отставку?
- Не нужно драматизировать ситуацию. Неужели вы думаете, что ваш
случай - единственный в своем роде за миллион лет работы Патруля?
Существует стандартная процедура... Разумеется, вам придется пройти
переподготовку. Люди с таким типом личности, как у вас, больше подходят
для оперативной работы - всегда и повсюду, в любых эпохах и местах, где
они понадобятся. Думаю, это придется вам по душе.
Эверард кое-как забрался на роллер. А когда он с него слез, позади
осталось десять лет.
ЛЕГКО ЛИ БЫТЬ ЦАРЕМ
Однажды вечером в Нью-Йорке середины двадцатого века Мэнс Эверард,
переодевшись в любимую домашнюю куртку, доставал из бара виски и сифон.
Прервал его звонок в дверь. Эверард чертыхнулся. После нескольких
дней напряженной работы ему достаточно было общества доктора Ватсона с его
недавно найденными рассказами [имеются в виду написанные Адрианом Конан
Дойлом и Джоном Диксоном Карром рассказы из сборника "Подвиги Шерлока
Холмса", вышедшего в 1954 году].
Ну, ладно, может, как-нибудь удастся отделаться. Он прошуршал
шлепанцами по квартире, с вызывающим видом открыл дверь и холодно бросил:
- Привет.
Внезапно Эверарду показалось, что наступила невесомость, словно он
попал на один из первых космических кораблей и беспомощно повис среди
сверкающих звезд.
- О! - только и вымолвил он. - Я не ожидал... Входи.
Синтия Денисон остановилась, глядя поверх его плеча на бар. Эверард
повесил над ним шлем, украшенный лошадиным хвостом, и два скрещенных копья
из Ахейского бронзового века. Темные, блестящие, они выглядели невероятно
красивыми. Синтия попыталась говорить спокойно, но ее голос сорвался:
- Мэнс, дай мне чего-нибудь выпить. Только побыстрей.
- Конечно, сейчас.
Он крепко сжал зубы и помог ей снять пальто. Закрыв дверь, она села
на модную шведскую кушетку, такую же красивую и функционально безупречную,
как и оружие из эпохи Гомера, и стала рыться в сумочке, нащупывая
сигареты. Некоторое время они старались не смотреть друг на друга.
- Тебе, как всегда, ирландское со льдом? - спросил он.
Казалось, что эти слова доносятся до него откуда-то издалека, а сам
он в это время кое-как управлялся с бутылками и бокалами, утратив всю свою
ловкость, приобретенную в Патруле Времени.
- Да, - ответила она. - Значит, ты помнишь.
В тишине комнаты ее зажигалка щелкнула неожиданно громко.
- Ведь прошло всего несколько месяцев, - пробормотал он, не зная, что
еще сказать.
- Объективного времени. Времени обычного, без искажений, с сутками,
длящимися двадцать четыре часа. - Она выпустила облако дыма и пристально
посмотрела на него. - Для меня немногим больше. Я ведь здесь почти
безвылазно, со дня моей свадьбы. Восемь с половиной месяцев моего личного
биологического времени - с того дня, как Кит и я... А сколько времени
прошло для тебя, Мэнс? Сколько лет ты прожил, в каких эпохах побывал после
того, как был шафером на нашей с Китом свадьбе?
У нее был высокий, довольно тонкий и поэтому невыразительный голос -
единственный ее недостаток, по мнению Эверарда, если не считать маленького
роста - едва-едва пять футов. Но сейчас Эверард понял, что она с трудом
сдерживает рыдания.
Он протянул бокал.
- До дна.
Она послушно выпила, слегка поперхнувшись. Он снова наполнил ее
бокал, а себе наконец налил шотландского виски с содовой. Потом придвинул
кресло к кушетке и извлек из глубокого кармана изъеденной молью куртки
трубку с кисетом. Руки Эверарда еще дрожали, правда, лишь чуть-чуть, и он
надеялся, что она этого не заметит. Она поступила мудро, что не выложила
свою новость сразу, какой бы та ни была: им обоим требовалось время, чтобы
прийти в себя.
Лишь теперь он рискнул посмотреть на нее. Она не изменилась.
Прелестная фигура - сама хрупкость, само изящество, подчеркнутые черным
платьем. Золотистые волосы, падающие на плечи, огромные голубые глаза под
изогнутыми бровями, чуть вздернутый нос, как всегда полуоткрытые губы.
Косметикой Синтия почти не пользовалась, и поэтому нельзя было с
уверенностью сказать, плакала она недавно или нет. Но сейчас она,
по-видимому, была близка к этому.
Эверард принялся набивать трубку.
- Ну ладно, Син, - сказал он. - Ты мне расскажешь?
Она поежилась и наконец выговорила:
- Кит. Он пропал.
- Что? - Эверард выпрямился. - В прошлом?
- Где же еще? В Древнем Иране. Он отправился туда и не вернулся. Это
было неделю назад. - Она поставила стакан на подлокотник и сцепила пальцы.
- Патруль его, конечно, искал, но безрезультатно. Я узнала об этом только
сегодня. Они не могут его найти. Не ясно даже, что с ним произошло.
- Иуды, - прошептал Эверард.
- Кит всегда... всегда считал тебя своим лучшим другом, - сказала она
с неожиданным напором. - Ты не представляешь, как часто он о тебе говорил.
Честно, Мэнс. Не думай, что мы о тебе забыли: просто тебя никогда не
застанешь дома и...
- Ладно, - прервал он ее. - Что я, мальчишка, чтобы обижаться? Я был
занят. Да и вы... вы ведь только что поженились.
"После того как я вас познакомил, в ту лунную ночь у подножия
Мауна-Лоа. В Патруле Времени чины и звания мало кого волнуют. Новичок,
вроде свежеиспеченной выпускницы Академии Синтии Каннингем
...Закладка в соц.сетях
