Жанр: Электронное издание
tert1
... пирожным "Ангельская радость". Конечно,
это всего лишь названия, но и в названиях есть Сила.
- И куда же ты собираешься после обеда? - поинтересовалась Джуди,
пока мы ждали официантку.
- В Бербанк, в "Локи", - ответил я. - У меня такое чувство, что их
пергамента не отражают и половины того, что они отправляют на свалку.
Безопасность - хороший предлог для секретности, ведь никто, кроме них и
военных, не знает, что происходит на "Кобольдовых разработках" в
пустыне.
- Кажется, они тоже работают над проектом "Птица Гаруда"? - спросила
Джуди.
- Совершенно верно. И если ты думаешь, что я еду туда и затем, чтобы
побольше узнать об этом проекте, то ты права. - Космические путешествия
привлекают меня с тех самых пор, как первое волшебное зеркало позволило
увидеть обратную сторону Луны - я был тогда еще ребенком.
Официантка принесла наши тарелки и поставила их на стол. Я сказал ей
"Thanks", но мне показалось, что она поймет лучше, если я скажу
"Gracias".
- De nada <Не за что (исп ).>, сеньор, - ответила она, улыбаясь. Ее
возраст с натяжкой можно было считать подходящим для работы на полный
день. Совсем еще девочка. Люди, эмигрирующие из Империи Ацтеков в
Энджел-Сити, очень быстро понимают, что тротуары здесь не золотом
вымощены. И соглашаются на любую работу, какую только могут найти, точно
так же, как сотню лет назад большинство моих предков. Это был
замечательный обед. Любое время, проведенное с Джуди, прекрасно, а
отличная еда и возможность улизнуть с работы среди дня только придают
ему прелести. Уходить не хотелось, но Джуди нужно было возвращаться на
работу, а мне - попасть на завод "Локи" пораньше, чтобы успеть сделать
все необходимое.
Я посадил ковер на площадке перед "Рукой-Славы" и поцеловал Джуди на
прощание. Я остался доволен собой - поцелуй удался на славу.
Десятилетний прогульщик, оказавшийся поблизости, издал звук, выражающий
крайнее отвращение. Меня это не задело. Через несколько лет он сам
познает магию, возникающую между мужчиной и женщиной.
Я подождал, пока Джуди скрылась в дверях, и отправился к магистрали
Золотой Провинции, которая вела в Бербанк. "Разработки Локи"
располагались неподалеку от маленького аэропорта. Большое и богатое
предприятие могло позволить себе здания и участки земли отдельно для
каждого из многочисленных проектов консорциума. Я полетал вокруг них,
пока не нашел табличку с надписью "Космический отдел", под которой
красовалось стилизованное изображение птицы Гаруды. Посадив коврик как
можно ближе к этой табличке, я проделал оставшуюся часть пути пешком.
Внутри здания, невидимые со стоянки, скрывались дюжие вооруженные
охранники. В их снаряжение, помимо прочего, входили сосуды со святой
водой. Я помахал удостоверением АЗОС. Хоть я и звонил им утром
предупредить о своем визите, удостоверение не растопило лед. Охрана явно
готовилась дать отпор страшным и ужасным врагам - не важно, откуда те
придут, из нашего мира или из Иной Реальности. Так стоило ли
беспокоиться из-за меня, жалкого чиновника?
Впрочем, это не означало, что охранники не проявили должной
бдительности. Они навели детектор заклинаний на удостоверение, проверяя,
не фальшивое ли оно. А может, краденое? Один из них тщательно изучил
фотографию в водительских правах, а потом - столь же тщательно - мое
лицо. Другой, дождавшись конца осмотра, позвонил в мое учреждение -
убедиться, что я действительно там работаю. Он не спросил меня, какой
номер набирать, а нашел его сам.
Полностью удовлетворив свое любопытство, охранники позвонили по
внутреннему телефону.
- Магистр Арнольд сейчас придет, сэр - он будет сопровождать вас, -
сказал третий. - Вот вам "талисман посетителя". - Охранник прикрепил
что-то к моей рубашке, потом добавил: - Как только пройдете через дверь,
демон, заключенный в талисмане, проснется. Он ужалит вас, если вы
отойдете от магистра Арнольда более чем на пятнадцать футов. Просто
чтобы вы знали, сэр.
- А если мне понадобится в туалет?
- Магистр Арнольд вас проводит, сэр, - без тени улыбки ответил
охранник. Парень, сидевший в будке у Девонширской свалки, по сравнению с
этим громилой был жалким подобием охранника.
У меня возник еще один вопрос:
- А если я попытаюсь избавиться от талисмана, когда войду внутрь?
- Во-первых, сэр, любая попытка избавиться от талисмана разбудит
демона. Во-вторых, когда вы окажетесь внутри, талисман прочно приварится
к вашей одежде и останется там до тех пор, пока вы не покинете здание.
Конечно, сэр, если вы хороший маг, то сможете справиться с талисманом,
но своими действиями поднимете слишком много шума, и вас сразу же
схватят.
- Ничего такого я делать не собираюсь, - поспешно сказал я. - Мне
просто любопытно.
Охранник кивнул - вежливо, но недоверчиво. Что ж, это его работа -
быть недоверчивым, и он с ней отлично справляется.
Вскоре появился магистр Арнольд, долговязый, тощий, лет пятидесяти,
облаченный в лабораторный халат, почти такой же щегольской, как у
Дурани.
- Зовите меня Мэтт, - попросил он после того, как мы пожали друг
другу руки. - Пойдемте со мной.
И я пошел. Дверь за нами закрылась. Я осторожно подергал талисман и
убедился, что он и вправду прирос к моей рубашке. Да, "Локи" серьезно
относится к секретности.
Насколько серьезно, я понял, когда мы добрались до кабинета Арнольда:
его дверь была запечатана герметично. Уверяю вас, Гермес отлично
подходит на роль защитника аэрокосмических секретов. Он, в своих
сандалиях с крылышками, естественным образом связан с воздухоплаванием,
к тому же кто еще сможет охранять лучше, чем покровитель всех воришек?
Но, Бог мой, во сколько же все это обошлось! Система безопасности -
это не просто замок или ограда, гораздо важнее ее изнанка. Поддерживать
целый культ на таком уровне, чтобы его бог всегда бодрствовал и был
начеку, недешево - плата жрецам, служкам, жертвоприношения и так далее.
Мне стало любопытно, какую часть этих расходов оплачивает сам "Локи", а
какую взимают с налогоплательщиков. Почему-то перерасход никогда не
вменяется в вину кому-то конкретно. Он просто есть, как сорняк. И, как
сорняк, искоренить его так же трудно.
Тем временем магистр Арнольд потер дверную ручку в виде напряженного
фаллоса изображенного на двери Гермеса. Должно быть, Гермес узнал
прикосновение, потому что ухмыльнулся, и дверь отворилась.
Мы вошли, и она закрылась за нами с характерным чмоканьем.
- Кофе? - предложил Арнольд, показывая на кофейник, стоявший на
асбестовой клетке с саламандрой.
- Нет, спасибо, - отказался я. Лучше хлебнуть серной кислоты, чем
неизвестно какую дрянь, которая подогревается целый день. Попробуем еще
раз: - Вы тоже считаете, что нужно провожать меня в сортир, если
случится такая надобность?
- Разумеется. Таковы правила. Ведь у вас "талисман посетителя",
верно? Надеюсь, вы не возражаете, если я выпью чашечку?
Кофе с виду был густым, темным и маслянистым, точь-в-точь как я и
предполагал. Одного запаха хватило, чтобы у меня затрепетали ноздри.
Поставив чашку, магистр спросил:
- Так что же мы такого натворили, что АЗОС удостоило нас своим
вниманием?
Он не добавил "на сей раз", но это ясно слышалось в его словах.
- Не знаю, что натворили именно вы, - ответил я. - Знаю лишь, что
чьи-то токсичные заклинания просачиваются с Девонширской свалки и тот,
кто несет за это ответственность, убил нескольких монахов, чтобы
сохранить тайну.
После этих слов Арнольд стал весь внимание. Но соображал он очень
быстро.
- Пожар в монастыре святого Фомы связан с этим делом, да? - спросил
он. - Грязная история, очень грязная.
- Да. - Я предпочел не вдаваться в подробности. Ему ни к чему знать,
что я тоже в какой-то мере причастен к этому пожару. Я достал свою
таблицу. - По моим сведениям, магистр Арнольд, "Локи" сбрасывает на
Девонширскую свалку больше токсичных заклинаний, чем кто-либо другой.
Здесь перечислены лишь те, которые вы сами указали.
- Для протокола, - громко произнес Арнольд. - Я отрицаю, что
существуют какие-либо другие. - Его тон, такой же искренний, как у Тони
Судакиса, подсказал мне (на случай, если я еще не был уверен), что рядом
с нами Подслушник.
Тон магистра понравился мне еще меньше, потому что я знал: уж он-то в
отличие от Судакиса явно не на моей стороне. Все, чего хотел Арнольд, -
это играть со своими проектами, какими бы последствиями это ни грозило.
Нельзя сказать, чтобы я сомневался в их ценности. Как я уже говорил,
меня самого страшно интересуют космические программы. Но никому не
дозволено пачкать в доме, а потом говорить, что руки у него чисты.
- Для протокола, - ответил я точно так же громко и дерзко. - Я вам не
верю.
У Арнольда глаза на лоб полезли: думаю, никто давно так с ним не
разговаривал. Я дал ему побеситься еще несколько секунд и спросил:
- Вы со всей ответственностью утверждаете, что в "Кобольдовых
разработках" не производят ничего особо секретного, что заслуживало бы
внимания АЗОС?
Улыбка мигом исчезла с лица магистра.
- В каких это "Кобольдовых разработках"? - Он отвел взгляд. Это
предприятие посреди пустыни - секрет Полишинеля. - Если это слишком
секретно, чтобы вносить в ведомости, то секретно и для того, чтобы
обсуждать с вами, инспектор. Вы должны отнестись к моим словам с
пониманием.
- Я не собираюсь продавать ваши тайны китайцам или украинцам, -
заверил его я. - Вы тоже обязаны это понять, как и то, что обстановка в
окрестностях Девонширской свалки становится опасной. - Я передал ему
доклад о врожденных пороках, наблюдаемых рядом со свалкой. По мере того
как Арнольд читал, его лицо кривилось все больше и больше, будто он
жевал незрелый лимон. - Теперь вы понимаете, что я имел в виду,
магистр?
- Да, конечно, у вас там явно неладно. Но я не верю, что Космический
отдел "Локи" причастен к случившемуся. Если позволите, я объясню вам,
почему.
- Прошу вас, - сказал я. Еще никто из моих прежних собеседников не
признал свою причастность к утечкам токсичных заклинаний.
- Благодарю. - Арнольд сжал пальцы - жест, вероятно, скорее
задумчивый, нежели молитвенный. - Я думаю, что утечка токсичных
заклинаний происходит скорее всего через оградительную систему свалки, а
не воздушным путем.
- Возможно, - осторожно согласился я. - И что же? Он кивнул с таким
видом, будто отыграл у меня очко.
- Нетрудно догадаться. Я не разглашу тайну, если скажу, что
заклинания Космического отдела чрезвычайно по своей природе летучи,
таковы же и отходы. И это неудивительно, принимая во внимание род нашей
деятельности, не так ли?
- Наверное, так. - Я пожал плечами. - Ведь ваш консорциум пытается
вынести птицу Гаруду за пределы атмосферы?
Сработало! Магистр закрутился, как священная колесница - и это, если
учесть, о каком проекте мы говорили, не самое плохое сравнение. "Локи"
занимался двумя этапами проекта, и второй (в основном потому, что был
связан с ледяными ундинами) делился на две части.
- Во-первых, мы проводим эксперименты с новыми заклинаниями,
относящимися к самой птице Гаруде. - Арнольд указал на картину, висевшую
на стене за его спиной: так художник представлял Птицу, поднимающую груз
на низкую орбиту, изгиб земной поверхности и черноту космоса, окружающую
ее. Даже на этой картине на Птицу стоило посмотреть. Представьте себе
птицу Рух, увеличенную в четыре раза, потом увеличьте ее еще вчетверо -
да птица Рух ей в птенцы годится! На секунду я позабыл о своем
расследовании и почувствовал себя мальчишкой с воздушным змеем.
- В любом случае птица Гаруда обладает сильнейшими магическими
свойствами, - продолжал Арнольд. - Это необходимо, иначе такая большая
масса не сможет оторваться от Земли. Мы должны пересмотреть все системы
заклинаний и разработать новый комплект магобеспечения для работы в
верхних слоях атмосферы и вне ее. Вы следите за моей мыслью?
- Еще бы, конечно, - ответил я. - А как насчет второго этапа, о
котором вы говорили? Это связано с сильфами?
- Верно. Оказывается, наши модели показывают, что макси-Q...
- Что-что?
- Максимальное динамическое давление на Птицу, - раздраженно пояснил
магистр и, поскольку я не понял ни слова, добавил еще более раздраженно:
- Максимальное сопротивление воздуха.
- А-а!
Я перебил ход мыслей Арнольда. Он бросил на меня злобный взгляд,
словно маг, забывший ключевое слово как раз в тот момент, когда
вызываемый им демон уже начал появляться в пентаграмме. Но коль скоро я
в отличие от демона не оторвал ему голову, он вновь собрался с духом.
- Как я и говорил, давление макси-Q на птицу Гаруду в атмосфере
довольно низкое из-за влияния сильфов на любого путешественника
воздушных стихий.
- Сильфы всегда были такими, - согласился я. - И как вы собираетесь
заставить их вести себя иначе?
- Я уже говорил: мы подходим к этому вопросу с двух сторон...
Магистр вытащил из верхнего ящика стола альбом и наглядно мне все
продемонстрировал. Не будь Арнольд аэрокосмическим заклинателем, он
назвал бы это методом кнута и пряника. По сути, речь шла о поощрениях и
наказаниях сильфов. Первое заключалось в том, что сильфов, обитающих над
взлетной площадкой, пытались ублажить и отвлечь от пролетающей мимо
Птицы. Как и большинство планов, продуманных лишь наполовину, этот
выглядел просто замечательным на пергаменте. Беда в том, что сильфы по
природе своей счастливы, беззаботны и... переменчивы, как ветер. Самое
сложное - заставить их сохранять приятное расположение духа.
По моему мнению (с ним, видимо, магистр Арнольд не согласится),
силовые методы воздействия на сильфов - путь куда более разумный.
Припугните их высшими Силами - и у вас появится шанс принудить этих
духов воздуха вести себя прилично во время подъема Птицы. Правда,
ненадолго: сильфов не изменишь, но, с другой стороны, надолго и не
нужно.
- Чтобы психологическая атака на сильфов была успешной, необходима
точная коррекция времени, - продолжал между тем Арнольд. - Если начать
запугивать их слишком рано, они в самый ответственный момент все
забудут; слишком поздно - уже бесполезно. Мы пока находимся в процессе
создания заклинательной системы, которая позволила бы свести
вмешательство сильфов к минимуму.
- Ваши проекты все еще на стадии разработки? Означает ли это, что
никаких отходов от них не может быть в моем списке?
- Позвольте взглянуть. - Магистр просмотрел мою таблицу так же
внимательно, как я минуту назад изучал его альбом. - Нет. Некоторая
часть побочных продуктов от взаимодействия с Вельзевулом поступает из
нашего отдела.
Я вспомнил рой мух на Девонширской свалке и содрогнулся. Чтобы
привлечь к сотрудничеству Вельзевула, требуется самая могущественная и
самая опасная магия.
- По-моему, - тихо сказал я, - вы стреляете из пушки по воробьям...
Неужели нужно обращаться к Везельвулу для того лишь, чтобы разогнать
ничтожных духов воздуха?
Я думал, что задавать подобный вопрос бесполезно, что Арнольд
примется морочить мне голову своим техническим жаргоном, пока я не
сдамся и не уйду. Но я его недооценивал.
- Да это же вполне обоснованно! Мы обращаемся к Повелителю Мух и
просим его напускать полчища своих подданных на сильфов, чтобы отогнать
их с пути следования птицы Гаруды.
- С размахом мыслите. - Тут мне в голову пришла еще одна мысль. - А
как вы добиваетесь, чтобы мухи набрасывались только на сильфов и не
трогали Птицу?
Магистр Арнольд тонко улыбнулся.
- Я уже сказал, что это приблизительная и самая общая схема.
Подробности сделок с дьяволом вовсе не так просты. Ведь он, извините за
каламбур, дьявольски умен.
- Да уж... - Я решил, что продолжать не стоит, На его месте я
придумал бы какой-нибудь другой способ отвлечь сильфов. Немного погодя я
спросил: - Существует ли вероятность, что отходы от ваших сделок с
Вельзевулом протекают сквозь подземную предохранительную систему свалки?
Они ведь не такие летучие, как те, о которых вы говорили сначала.
- Наверное, не такие, - невесело сказал Арнольд, видимо, размышляя
над моими словами. Я даже подумал о нем лучше. Но магистр все же
попытался сделать хорошую мину при плохой игре: - И все равно, инспектор
Фишер, вы не можете утверждать, что просачиваются именно наши отходы. До
тех пор, пока вы не докажете, что это так, надеюсь, вы простите мне мои
сомнения.
- Ладно, все понятно, - сказал я.
Нужно обследовать все окрестности свалки с чувствительным детектором
заклинаний, проверяя воздух и землю, огонь и воду на наличие магических
загрязнений. Придется нарушить данное Чарли Келли обещание действовать
осторожно.
Я поднялся, собираясь уйти, но вспомнил о демоне, заключенном в
"талисмане посетителя". Повернувшись, я чуть не столкнулся нос к носу с
магистром Арнольдом. Он шел следом.
- Спасибо, - сказал я.
- Ничего, не стоит, - сухо ответил он. - Мое душевное спокойствие
будет нарушено, если я не доставлю вас к выходу в целости и сохранности.
Только представьте, сколько всяких бумажек придется исписать, если
инспектор Агентства Защиты Окружающей Среды будет до смерти искусан
охранной системой "Локи". В этом случае я долго не смогу заниматься
своей работой.
Я собаку съел на бюрократических процедурах АЗОС и поэтому был
уверен, что он абсолютно прав насчет "бумажек" . Потом случайно
оброненные слова магистра вдруг зазвенели, как гонг, в моем мозгу.
- Искусан насмерть?! - Я проглотил слюну. - Охранник не упомянул об
этой маленькой детали.
- А должен был, - с удовольствием протянул Арнольд. Наверное,
заметил, как я изменился в лице. - Опережая ваш вопрос, инспектор,
скажу, что у нас есть разрешение использовать подобные смертоносные Силы
в нашей системе безопасности, потому что природа почти всего, чем мы тут
занимаемся, весьма деликатна. Если пожелаете, буду счастлив показать вам
копию этого разрешения.
- Благодарю, не стоит.
Уверенность, прозвучавшая в голосе магистра, ясно говорила, что он не
блефует. И если бы мне вдруг захотелось проверить, я мог спокойно
сделать это в Доме Уголовного и Магического Суда.
- Но посетителей следует предупреждать об этом до того, как они
проникнут в секретную зону, сэр! Они постараются более тщательно
соблюдать правила.
- Ах, ну оно и так все прекрасно! За последние две недели мы еще
никого не потеряли. - На его аэрокосмическом лице отсутствовало всякое
выражение. Сначала я принял его слова всерьез, потом немного поразмыслил
и лишь тогда заметил, что уголки его губ дрогнули и изогнулись. Я
фыркнул. Неплохо он меня подловил.
Арнольд проводил меня до двери, через которую мы вошли. Оказавшись
снаружи, я первым делом сорвал талисман (наконец-то) и едва не швырнул
его в охранника.
- Вы не сказали мне, что это смертельно опасно! - зарычал я.
- Если вы явились с добрыми намерениями, сэр, то вам и не надо этого
знать. И если с дурными - тоже не надо.
Хватая воздух ртом, я выполз на улицу, к своему ковру, и отправился
восвояси. Было еще рано, но если бы я подался куда-нибудь еще и исполнил
свои обычные песни и пляски, то отработал бы сверхурочно. Накануне я и
так уделил работе слишком много внимания. Я рассудил, что если сложить
вчерашний день с сегодняшним, то как раз получатся два нормальных. Такая
логика - явное последствие зороастрийского обеда, но в тот момент она
меня вполне устраивала, Час пик еще не наступил, и я быстро добрался до
Хауторна, И конечно, остаток дня бестолково прослонялся по квартире.
Обычно мне и одному есть чем заняться, но сейчас ничего не выходило.
Ходить по магазинам не хотелось. Кроме того, приближался очередной день
расплаты (за жилье, конечно, а вы что подумали?). Предыдущий оставил
самые кошмарные воспоминания. Злые духи изгрызли мой банковский счет.
Я решил сделать хоть что-нибудь, чтобы положить в карман лишнюю
крону, а не вынуть ее. У меня скопилось три или четыре пакета с пустыми
алюминиевыми банками, на которые я постоянно натыкался под умывальником
и в кладовке. Я вытащил их на свет Божий (сразу освободилось место для
новых!), отнес на ковер-самолет и отправился в ближайший центр
переработки материальных отходов. "БЕРЕГИТЕ ОКРУЖАЮЩУЮ СРЕДУ И ЭНЕРГИЮ,
- гласил плакат, вывешенный снаружи, - ПЕРЕРАБАТЫВАЙТЕ АЛЮМИНИЙ". Я
поволок банки вверх по лестнице, одобрительно кивая. Некоторые
предприятия набивают себе цену, утверждая, что благотворно влияют на
окружающую среду, - и бессовестно лгут, но те, кто занимается
переработкой вторсырья, к ним, конечно, не относятся.
Парень в приемном зале бросил банки на весы и сверился с маленькой
табличкой, прикрепленной к стене.
- Две шестьдесят, - объявил он.
Мелочь я ссыпал в карман, а две кроны бережно уложил в бумажник.
- Спасибо, дружище.
- Заходите почаще. Надеюсь скоро увидеть вас снова. Вы облегчаете
жизнь магам.
Я согласно кивнул. Работая в АЗОС, я знал об этом куда больше, чем
он. Переработанный алюминий позволяет магам использовать закон подобия,
чтобы извлекать металл непосредственно из руды - это гораздо дешевле и
более энергетически целесообразно, чем алхимия, к которой они вынуждены
прибегать, когда работают без алюминиевого образца. Не говоря уже о
нелепом и дорогом механическом процессе, с помощью которого алюминий
извлекают из содержащих его пород. Без магии мы, наверное, и не узнали
бы, какой это замечательный и полезный металл - алюминий.
Конечно, две с половиной кроны не покроют счет из Департамента Воды и
Энергии, который я обнаружил в почтовом ящике. По сравнению с прошлым
месяцем он опять вырос. Департамент уведомил в пояснительной записке,
что плата за пользование саламандрой повысилась еще на три процента.
Жизнь дорожает не по дням, а по часам.
Денег, вырученных за жестянки, хватило бы разве что на бутерброд, да
и то без хрустящего картофеля. Сразу за углом центра переработки
виднелась забегаловка "Золотой шпиль". Я отправился туда и потратил все,
что заработал, и еще немного. Не очень изысканно, конечно, но когда в
основном питаешься в одиночку, на это не обращаешь внимания.
Рядом с "Золотым шпилем" стоял автомат для продажи газет. Им
заправлял такой же маленький жадный бесенок, как и те, что ютятся в
таксофонах. Я бросил в лапку мелочь и вытащил "Тайме". Попытайся я
вытянуть больше одной газеты, бесенок завизжал бы, как резаный. Стыдно,
конечно, прибегать к таким мерам, но что поделаешь! Такова жизнь в
большом городе.
Вернувшись домой, я открыл пиво и выпил, пока читал газету. Меня
заинтересовала небольшая заметка: брат Ваган обратился к кардиналу
Энджел-Сити за разрешением применить косметическую магию для лечения
монаха, сильно пострадавшего от пожара в монастыре.
Я помолился, чтобы кардинал разрешил операцию. Косметическая магия в
наши дни творит чудеса. Если у врачей и магов есть портрет человека,
сделанный незадолго до того, как его внешность пострадала, они могут
использовать закон подобия и вернуть образ туда, где ему надлежит быть.
Конечно, полного сходства добиться не удается, но все же пострадавший от
пожара перестает быть ходячим кошмаром.
Беда в том, что кардинал Энджел-Сити - твердолобый ирландец - уж
очень серьезно относится к таким понятиям, как умерщвление плоти и Божья
воля. Он рассмотрел просьбу брата Вагана, но "нельзя ручаться за
последствия подобного вмешательства". Он имеет основания полагать, что
Господь захотел, чтобы монах был изувечен, и кто мы, чтобы спорить с
Ним?
Такая позиция мне никогда не нравилась. На мой взгляд, если бы
Господь хотел, чтобы жертвы пожара навеки оставались изуродованными, он
не позволил бы появиться косметической магии. Но я всего-навсего
чиновник АЗОС, а не теолог (и уж тем более не католический теолог). Что
я могу знать о воле Божией?
О представлении со святым Георгием и Змием в мельчайших подробностях
рассказывалось в рубрике развлечений (интересно, что об этом думает
кардинал?). Я не слишком приглядывался к красотке, выступавшей близ
голливудского шоссе, и не могу сказать, сваливалась ли с нее мини-туника
в рекламных целях. И не собирался вновь посетить назойливое
светомагическое шоу, чтобы проверить это. Так что рекламный трюк "с
клубничкой" стоил этой компании потери по меньшей мере одного
платежеспособного клиента.
Когда на следующее утро я отправился на работу, вдоль Конфедерального
здания маршировало еще больше пикетчиков, протестующих против чесночной
травли средиземноморских вампиров. Я покачал головой, возносясь в
лифтовой шахте на свой этаж. Некоторые не в состоянии перетерпеть
временные неудобства ради долговременной пользы.
Добравшись до стола, я набросился на бумаги, как одержимый. Если бы
здесь появился священник, он, наверное, решил бы, что из меня в пору
изгонять бесов. Но я энергично пробивался сквозь залежи, чтобы выкроить
время и вплотную заняться расследованием дела о Девонширской свалке.
После обеда я собирался отправиться в "Шоколадную ласку".
Благими намерениями вымощена дорога... сами знаете куда.
Только мне удалось добиться того, что сквозь море пергаментов
проглянула столе
...Поділитися у соцмережах
