Жанр: Электронное издание
straz1-2
...л для какой-то статьи. Если не
веришь, я могу дать тебе телефон этой газеты, и ты сама поговоришь с
редактором. Тебе скажут то же самое.
К счастью для Бена, Фэй поверила ему на слово и не стала требовать
никаких подтверждений.
- И если тебя тревожат подобные мелочи, то надо было сразу спросить
меня, и я бы детально все объяснил, а не строить впустую всякие
предположения. Видишь теперь, как все, оказывается, просто на самом
деле? К тому же, ты давно уже должна была понять, что я никогда ничего
от тебя не скрываю. И тем более, не лгу. Ну разве не так, а?
Казалось, на Фэй эта тирада произвела должное впечатление.
- Это правда, - признала она.
- Ну, тогда давай побыстрее кончать этот разговор. А если ты всерьез
задумала менять квартиру, то лучше обсудим это с утра. А еще лучше, если
ты сама на свежую голову обдумаешь свои планы и решишь, действительно ли
для тебя так важно переехать отсюда. Если да, то будем вместе мозговать,
что делать дальше. Начнем искать варианты... Ну, по рукам, дорогая?
- Д-да, наверное... Я согласна.
- Вот видишь, какой шум ты подняла из-за пустяков! - сказал Бен,
укоризненно покачав головой.
- По-видимому, ты прав, - как-то не очень уверенно произнесла Фэй.
- Но теперь все забыто? - спросил Бен. - Как договорились?
Она засмеялась, кивнула и поднялась на ноги.
- Включить тебе телевизор?
- Нет, Фэй. Я хочу, чтобы ты легла сейчас рядом со мной и полностью
расслабилась. Больше мне ничего не надо. Ну, пошли спать?
Она подошла к нему и, обняв, начала нежно гладить по спине.
- Я люблю тебя, - прошептала Фэй.
- Я тоже, - отозвался Бен. - И ты не должна в этом сомневаться,
обещай!
- Обещаю, - тихо произнесла она.
Бен закрыл глаза и почувствовал, как его тело сливается с телом жены.
Ему сразу стало легко и спокойно. В самом деле, ведь они не занимались
любовью с того самого дня, как вернулись домой из круиза. Он очень хотел
ее, и приятная истома начала охватывать его тело. Уже несколько дней в
такие минуты ему казалось, что трагедия, частью которой они стали, была
всего лишь ночным кошмаром или выдумкой, пустой и глупой фантазией..,
правда, это длилось недолго, и каждый раз тревожные мысли возвращали его
к событиям прошедших дней, а в голове снова начинали звучать пророческие
слова Томаса Гатца, перед глазами мелькали лица Дженнифер Лирсон,
инспектора Бурштейна, Энни Томпсон и ее отца, потом появлялся труп в
компакторе и чудился неведомый монсеньер Франкино, наводя на тягостные
раздумья о немыслимой цепи роковых случайностей, нелепостей я совпадений
последних дней. И в самом Деле, вокруг Бена творилось много
необъяснимого. Например, появление таинственного распятия на двери
каюты, обрыв канатов на люльке, внезапная смерть Гатца и, конечно же,
реакция Энни на фото старой монахини. Будто неумолимый злой рок
преследовал Бена, словно сама судьба навечно заклеймила его и не
выпускала из своих безжалостных цепких лап. Кончится ли когда-нибудь эта
вереница несчастий? И если да, то как именно?
Теперь единственным человеком, который мог пролить свет на все это,
оставался монсеньер Франкино. Разумеется, при условии, что это именно
тот Франкино, который сыграл свою роль в роковых событиях
пятнадцатилетней давности. Завтрашняя встреча значила для Бена очень
многое.
Он посмотрел в темноте на Фэй и хотел сказать ей что-нибудь ласковое,
но не мог найти нужных слов. Он лишь крепче сжал ее в своих объятиях и
поцеловал в щеку, стараясь расковать напряженный мозг и отвлечься от
грустных мыслей, никак не желающих покидать его голову.
Итак, Франкино...
Завтра все выяснится...
- Что ж, рассказ ваш довольно увлекательный, мистер Бэрдет, - вежливо
улыбнулся монсеньер Франкино, ковыряя вилкой фруктовый салат. - В самом
деле, все это весьма занятно.
Бен улыбнулся и положил руки на стол.
Зал ресторана был до отказа забит посетителями - в основном, деловыми
людьми, в строгих костюмах и при галстуках. Рассеянный мягкий свет и
приглушенные голоса за столиками действовали успокаивающе. Бен и
священник сидели здесь уже более получаса; правда, монсеньер Франкино на
несколько минут опоздал.
- Видите ли, даже если забыть на минуту, что вся ваша история -
несусветная чушь и глупость, - продолжал священник, - я все равно совсем
не тот Франкино, который вам нужен,. Очевидно, в этом деле был замешан
другой человек с такой же фамилией, если, конечно, предположить, что
все, о чем вы тут наговорили, вообще имело место в действительности.
- Понятно, - усмехнулся Бен, проглотив кусочек заливной осетрины.
- Позвольте мне задать вам один вопрос, - вежливо проговорил
священник, вынимая из густых седых волос на руке застрявшую в них
хлебную крошку. - Предположим, что такой заговор, как вы это называете,
действительно существовал, и я даже имел к нему какое-то отношение.
Тогда почему вам понадобилось встречаться со мной?
- А как же еще можно распутать все это дело? - удивился Бен.
Франкино задумался и кивнул, нанизывая на вилку маринованный
шампиньон.
- Видите ли, мистер Бэрдет, накануне нашей встречи я специально
проверил в Управлении каталог личных дел на всех сотрудников нашей
епархии и выяснил, что под началом нью-йоркского архиепископа в разное
время работали несколько человек с точно такой же фамилией.
- И все они были монсеньерами? - язвительно усмехнулся Бен.
- Нет, конечно, - Франкино терпеливо улыбнулся. Бен старался
держаться спокойно. Он позволял священнику защищаться и был готов к
этому, хотя явно чувствовал, что тот просто играет с ним. Франкино
напоминал Бену опытного адвоката, который распинается перед присяжными,
умело жонглируя фактами и подтасовывая их в своих интересах.
- Скажите, а вы находились в Нью-Йорке в то время, о котором я вам
сейчас рассказывал? - поинтересовался Бэрдет.
- Я уже сказал, кажется, что не имею никакого отношения к вашему
заговору.
- Я это понял, и все же...
- Ну, хорошо, мистер Бэрдет, - сдался Франкино. - Если вам от этого
станет легче, я отвечу: нет, в то время я находился в Риме. Если более
точно, то в Ватикане. Устраивает?
Бен не спеша поднял бокал с вином и сделал несколько маленьких
глотков. - Видите ли, монсеньер. Мы с вами беседуем почти уже час. Вы
слушали меня, а потом я внимательно выслушал вас. Так вот, скажите мне,
как вы считаете, у меня могут еще оставаться сомнения в вашей
искренности, или я уже должен поверить вам до конца?.. Дело в том, что я
вам почему-то все равно не верю. К сожалению.
Франкино напрягся, но сумел сдержаться и лишь натянуто улыбнулся.
- Вы что же, подозреваете меня во лжи? - Он удивленно вскинул брови.
- Давайте скажем чуточку по-другому. Просто я вам не верю. И хотя вы
упорно продолжаете называть рассказ Гатца пустой фантазией, вы должны
понять, что мне лично пришлось увидеть и узнать уже довольно многое,
чтобы сомневаться в его словах. И, конечно, живая монахиня у нас тоже
имеется. Надеюсь, этого вы не станете отрицать?
- Да, я знаю о ней. Это очень больная и несчастная женщина.
- Вероятно, вы правы.
- Вы какой-то черствый и бессердечный человек, мистер Бэрдет, -
укоризненно заметил Франкино. - Я, если хотите знать, выяснил все о ее
прошлом. Сейчас сестру Терезу содержит Управление нашей епархии. А
большую часть своей жизни она проработала в Бронксе, в бесплатной
приходской школе для бедных. Помимо этого ей приходилось ухаживать за
безнадежно больными в больнице святого Винсента. А в возрасте пятидесяти
шести лет у нее самой начался рассеянный склероз, и с тех пор она
находится на полном содержании церкви и под ее опекой. Бен сузил глаза и
заговорил более жестко:
- А почему же вы тогда согласились на эту встречу, если считаете себя
непричастным к тому, о чем я только что рассказал? Почему вы сразу не
сказали отцу Макгвайру, что вы здесь ни при чем и не сможете поведать
мне ничего интересного? Тут что-то не так...
Священник лишь пожал плечами.
- Отец Макгвайр просто попросил меня встретиться с вами, вот я и
пришел.
- Да бросьте вы, это все неправда! Как он мог настаивать, когда
ему-то я как раз ничего и не объяснил Неужели он начал выкручивать вам
руки? Нет, монсеньер, вы знали, куда идете и зачем. Вам необходимо было
выяснить, что мне известно и до какой степени я сумел распутать ваш
заговор.
- Не хочу показаться вам слишком резким, - перебил его Франкино,
сверкая глазами от негодования, - но мне кажется, что вы просто слишком
мнительный человек с неуемной фантазией и сейчас либо ведете какую-то
неведомую мне грязную игру, либо нуждаетесь в помощи хорошего психиатра.
- Неужели? - прищурился Бен. Франкино поправил одежду, натянув рукава
рясы по самые ладони.
- Я, знаете ли, не привык, чтобы меня обвиняли а смертных грехах. И
последний раз заявляю вам, что никого не убивал, ни от кого не скрываюсь
и, тем более, не участвую ни в каких таинственных заговорах против
"несчастных мирских", как вы изволили выразиться.
- Да ни в чем я вас не обвиняю! - нервно усмехнулся Бэрдет.
- Но вы именно это имели в виду - Да поймите же вы: на карту
поставлена жизнь моей жены. И не исключено, что моя собственная - тоже.
И если бы вы захотели помочь мне и честно все рассказали, у меня не
осталось бы никаких сомнений на ваш счет. Но так как вы упорствуете и не
желаете говорить откровенно, значит, я тем более прав! И вы, конечно,
должны чувствовать, будто вас подозревают и обвиняют. Вполне логично!..
Подошел официант и убрал тарелки из-под закусок. Некоторое время Бен
и Франкино молча сидели за опустевшим столом и медленно потягивали сухое
вино. Вскоре подали горячие блюда. Первым заговорил Бен:
- Скажите, а вам не приходилось раньше встречаться с отцом
Макгвайром?
- Нет.
- Это прекрасный человек! Очень добрый и большого ума. Церковь может
по праву гордиться им.
- Не сомневаюсь.
- Мы провели с ним две недели на теплоходе во время круиза, -
продолжал рассказывать Бен. - И представляете, в самую последнюю ночь
перед прибытием в Нью-Йорк в мою каюту кто-то пытался проникнуть.
Правда, я вовремя проснулся и помешал этому таинственному незваному
гостю, но он все же оставил о себе память - повесил на дверь каюты
распятие.
- Ну, мне кажется, за вас, серьезно взялась Священная Инквизиция! -
рассмеялся Франкино. - Вам нужно срочно обратиться в полицию. Или нанять
частного сыщика.
- А может быть, лучше получить аудиенцию у кардинала? - без тени
улыбки в упор спросил Бен.
- Что ж, это свободная страна, мистер"Бэрдет. Поступайте, как знаете.
- С этими словами Франкино принялся за ростбиф. - Кухня здесь просто
великолепная! Надеюсь, вам понравится, попробуйте.
- Непременно, монсеньер. Но, конечно, мой аппетит только бы
улучшился, если бы я был в добром расположении духа и не мучался оттого,
что вы не желаете говорить мне всю правду.
- Но все, что я говорю, и есть правда! - возмутился Франкино.
- Простите меня за грубость, монсеньер... Я не привык говорить таким
языком со священниками... Но мне кажется, что все, что вы тут сказали, -
самое настоящее дерьмо! - Произнося это, Бен продолжал вежливо улыбаться
и старался, чтобы его не слышали за соседними столиками. - Гатц ясно
сказал мне, что Майкл Фармер имел беседу с Франкино, а потом передал ееГлава 14
Монсеньер Франкино наконец выбрался на крышу дома номер 80 по 89-й
улице, соседствующего со стройплощадкой собора святого Симона.
Накрапывал дождь. Франкино вынул бинокль и навел его на квартиру сестры
Терезы. Окно оказалось открытым, но сейчас не это волновало священника.
Бирок уже успел доложить ему о происшествии со строительной люлькой, а
потом отправился вслед за Беном в Сиракузы и там выкрал у него снимки
монахини, причем последнюю фотографию он выхватил уже из руки умирающей
девушки. Кроме того, накануне Бирок похитил и негативы из
фотолаборатории "Техниколор" Джо всегда был полезным и исполнительным
помощником Франкино направил бинокль на глаза сестры Терезы Белые от
катаракты зрачки казались ему горящими в ночи светлячками. Но как бы
ужасно ни выглядела монахиня на первый взгляд, она была настоящим
воплощением истинной божественной красоты. Ангелом Божьим на Земле,
своей преданностью и самопожертвованием заслужившим спасение души. Но
скоро она отправится на покой и навеки соединится там с Господом Богом -
так же как и отец Галлиран до нее, В памяти Франкино всплыли события
пятнадцатилетней давности: отец Мэтью Галлиран, урожденный Уильям
О'Рурк... Сколько же времени прошло с тех пор?..
Если бы не капли дождя, противно бьющего прямо в лицо, и не адский
холод, заставляющий кожу бледнеть и терять чувствительность, он мог бы
полностью погрузиться в эти воспоминания. Ведь пятнадцать лет назад он
стоял на этой же самой крыше с биноклем и так же внимательно наблюдал за
окном в третьем этаже особняка, где поселилась Элисон Паркер. И ночь
тогда выдалась такая же дождливая. Осознав, что Чейзен может предпринять
что-то против девушки, он пришел сюда и, по-видимому, вовремя, потому
что как раз в тот момент в дом вошел какой-то мужчина, которого
впоследствии опознали как частного детектива Джозефа Бреннера.
Вскоре после появления этого неизвестного из дома выскочила Элисон
Паркер, вся в крови. Истошно крича, она в одном белье бросилась под
дождь и вскоре скрылась из виду. Но только когда священник убедился, что
девушка уже далеко, он спустился вниз и сам пошел обследовать особняк.
Что же произошло?.. Что успел сделать Чейзен? И кто так поздно зашел
сюда? Неожиданно он наткнулся на труп детектива Бреннера. На теле было
множество ножевых ран. Монсеньер тут же вытащил труп наружу и засунул
его в багажник брошенной кем-то машины, а потом вернулся в особняк и
тщательно убрал все следы крови, хотя был уверен, что Чейзен и сам
позаботился бы об этом Ему ведь тоже совеем не хотелось, чтобы домом
заинтересовалась полиция. Когда все следы были уничтожены, и Франкино
собирался уже выйти на улицу, он вдруг встретил на лестничной клетке
самого Чарльза Чейзена. Никогда еще священник не испытывал такого ужаса.
Пот градом струился по его телу, и внезапно даже почудилось, что весь
организм его начал разваливаться, а душа будто замерзла Он застыл как
вкопанный и лишь молил Бога дать ему силы выдержать это, молил о помощи.
И помощь пришла откуда-то: прямо на глазах монсеньера Чейзен стал
растворяться и вскоре исчез.
Франкино вспомнил, как в ту ночь он приехал в Управление епархии, из
последних сил добрался до своей кровати, упал на нее и прорыдал до
рассвета.
Но потом все видения прошлого стали меркнуть, и перед ним со всей
отчетливостью предстало страшное настоящее - сестра Тереза, Бен и Фэй
Бэрдеты, а еще дождь, холод и первые признаки начинающейся стенокардии И
именно сегодня он осознал, что Чейзен приготовился вновь напомнить о
своем присутствии.
- Фэй, - позвал Бен, пытаясь разглядеть жену в темноте спальни.
Но вокруг стояла полная тишина.
- Фэй! - еще раз крикнул он, подумав, что она, очевидно, пошла
зачем-то на кухню. - "Сколько же сейчас времени? Три часа ночи. Боже
мой!.." Малыш повернулся во сне и закашлялся, но очень быстро опять
утих.
Бен зажег ночник и выпрыгнул из постели. Голова раскалывалась.
Проклятые мысли по-прежнему не давали ему покоя. Снова и снова он
рассуждал про себя о недавней встрече в ресторане с Франкино.
- Фэй? - уже менее уверенно позвал он, заходя в гостиную.
Никого. Кухня тоже оказалась пустой. Как и ванная .
Бен прислушался к шуму дождя за окном. Неужели она пошла гулять в
такую погоду? Невероятно.
Он поспешно оделся и вышел из квартиры. В коридоре Бен прислушался к
звукам за дверями соседей - вдруг ей взбрело в голову нанести
кому-нибудь поздний визит?.. Но все соседи, очевидно, давно уже спали.
По крайней мере ему не удалось услышать никаких голосов. Бен нажал
кнопку и, дождавшись лифта, спустился на первый этаж.
Ночной вахтер спал на диванчике в дальнем конце холла. У ног его
стоял зонтик, с которого стекала вода.
Бен осторожно коснулся его плеча, потом встряхнул посильнее.
- Что такое? - вздрогнув, спросил вахтер и рывком сел на диванчике.
- Скажите, вы не видели мою жену? - без околичностей начал Бен.
Мужчина спросонок никак не мог сориентироваться.
- Я, наверное, задремал... - извиняющимся голосом Пробормотал он. -
Вы кого ищете, мистер Бэрдет?
- Свою жену! - нетерпеливо повторил Бен.
- Нет. Что-то не помню, чтобы она тут проходила. Правда, я, кажется,
немного заснул... Может, она прошла как раз в этот момент?
Бен кивнул, лихорадочно соображая, куда направляться. Неужели она
действительно разгуливает сейчас по улицам? В такую-то погоду... Нет,
это просто сумасшествие. Но где же ее искать?..
- Если увидите ее, сразу звоните мне, хорошо? - велел он привратнику.
- Ну, конечно! - с готовностью отозвался тот, вскочил с дивана и,
запахнув пальто, начал прохаживаться по холлу, пытаясь разогнать сон. -
Я лучше постою у подъезда, - наконец сказал он и, прихватив зонтик,
зашагал к выходу.
Бен подошел к лифту и, зайдя в кабину, задумался, стоит ли ему
возвращаться домой ни с чем.
"Куда же она могла запропаститься?.. И главное - зачем ей вылезать
среди ночи из теплой постели, одеваться и куда-то идти?" И снова разные
дурацкие мысли полезли в голову. Но вдруг, глядя на кнопки с номерами
этажей, Бен чуть не вскрикнул. Подвал! Как он мог забыть про подвал?
Конечно, только туда ее могло так неожиданно потянуть. Она наверняка
там, внизу!
Бен дрожащей рукой нажал кнопку подвала, и лифт медленно пополз вниз.
На этот раз ему показалось, что он едет слишком уж долго, секунды
растягивались до бесконечности, и почему-то делалось жутко и хотелось
поскорее выбраться из этой тесной кабинки.
Но вот и подвал. Двери лифта раздвинулись, и Бен шагнул в темный
коридор. Где-то вдалеке громко капала вода. Возможно, дворник плохо
закрыл кран в своей комнатке. Трубы отопления монотонно гудели.
Может быть, стоит покричать и позвать ее? Хотя нет лучше, пожалуй, не
шуметь.
Фэй не заходила сюда с того дня, как обнаружила труп. Так зачем же
именно сейчас ей понадобилось пробираться сюда тайком среди ночи? Ерунда
какая-то...
Свернув за угол, Бен сразу почувствовал, что по пятам за ним кто-то
идет, но это явно не Фэй.
Он сделал еще несколько осторожных шагов. Теперь сомнений не
оставалось - тут определенно кто-то есть. И этот таинственный незнакомец
старается, чтобы его не было слышно. Теперь Бен ясно различал за спиной
постороннее дыхание, которое этот "кто-то" тщетно пытался сдерживать.
Может, это все-таки Фэй так глупо подшучивает над ним?.. Но нет.
Внутренний голос упрямо твердил Бену, что Фэй сейчас совсем в другом
месте - не позади него, а впереди.
Коридор заплясал перед глазами. Но вот и маленькая комнатушка с
компактором. То самое злосчастное место, где все и произошло... Кровь.
Труп. Смерть... Что же она делает сейчас там?
- Фэй, - негромко позвал Бен, решив, что если она находится в этой
комнате, то обязательно должна услышать его.
Ответа не последовало, зато усилилось ощущение, что он здесь не один.
Теперь ему отчетливо померещился и второй человек, притаившийся с другой
стороны.
Прижавшись к стене, Бен медленно двинулся вперед и, затаив дыхание,
заглянул в злополучную комнату.
Красная лампочка над прессом для мусора исправно горела. И под ней
неподвижно стояла Фэй, словно завороженная крохотным огоньком. Она будто
окаменела и не отвечала ему.
- Фэй!
Бен смело шагнул вперед и схватил супругу за плечи, сразу
почувствовав, как напряжено ее тело. Очевидно, она была сейчас в трансе.
И хотя теперь она увидела мужа, никакой реакции на это не последовало.
Он попробовал увести ее, но ноги Фэй были будто скованы судорогой, и
Бен понял, что ее придется тащить на себе до самой квартиры.
Он ухватил Фэй за талию и, уже приготовившись к нелегкому пути,
внезапно остановился: из коридора послышались странные звуки - какой-то
приглушенный шелест, словно кто-то шаркал ногами по бетонному полу.
- Фэй, - еще тише проговорил Бен. - Ты меня слышишь?
И в этот момент из коридора раздался зловещий смех. Конечно, это еще
был не повод для беспокойства - мало ли кто мог смеяться в подвале:
дворник, соседи или какие-нибудь детишки, зашедшие сюда с улицы
погреться... Да, но среди ночи?..
- Эй, кто-нибудь есть здесь? - неожиданно громко выкрикнул Бен,
улыбаясь, как идиот, и сам себе удивляясь. Тишина.
Он осторожно высунул голову в коридор и хотел уже снова крикнуть, как
вдруг ощутил резкую боль. Кто-то с силой ударил его по голове. Он тут же
закрыл лицо руками и почувствовал на пальцах кровь. Последовал еще один
удар. Кто-то бил его кулаками.
И вот уже трое мужчин окружили Бена, присевшего от боли на корточки,
и начали наносить ему новые удары по голове. Но теперь уже не руками, а
коваными ботинками, а он лишь пытался как-то закрыть лицо или
увернуться. Сквозь заливающую глаза кровь Бен смутно видел лица
напавших. Все они оказались юнцами, не старше двадцати лет, и все
темнокожие. У одного в руке блеснул нож. А у самого высокого он успел
заметить на лбу широкий шрам.
Бен инстинктивно сжался в углу грязной каморки, но тут к нему
подскочил парень с ножом и резанул по запястью. Остальные,
расхохотавшись, принялись с двойным усердием избивать его.
Потом они оттащили его к компактору и там, прижав к бункеру, с
прессованным мусором, продолжили издевательства.
- Ну что, испугался, паскуда? - спросил обладатель ножа.
"Господи... Неужели никто их не остановит?!" - в отчаянии думал Бен.
- Испугался, я спрашиваю?!
- Эй, ребята, вы только гляньте на эту сучку! - вдруг радостно
выкрикнул другой. - Вот так добыча!
- Не трогайте ее! - закричал Бен.
- Заткнись, ублюдок!
Бен заметил, как один из парней занес ногу, и тут же острая боль
разлилась из паха по всему его телу. Он согнулся и застонал.
Самый высокий подбежал к Фэй, разорвал на ней блузку и укусил за
грудь. Другой прокричал что-то по-испански.
Бен увидел, как парень полоснул Фэй ножом по груди и из раны хлынула
кровь. Он хотел закричать, но уже не мог и лишь беспомощно раскрывал
рот, задыхаясь от нестерпимой боли.
Тем временем бандиты повалили Фэй на пол и стали нещадно избивать
ногами. Она сразу же пришла в себя и, увидев Бена, скорчившегося в углу
у компактора, стала отчаянно звать его на помощь. Она тянула к нему
руки, но туг один из парней подошел ближе и каблуком наступил ей на шею,
сдирая кожу грубой подошвой.
Потом все трое повалились на нее сверху, осыпая тело Фэй слюнявыми
поцелуями. Когда она пыталась сопротивляться, они снова и снова били ее
по лицу, оставляя на нем багровые рубцы и кровоподтеки. Через несколько
минут Фэй забили до такого состояния, что она опять отключилась и уже не
реагировала ни на какие их действия.
Бен было бросился защищать жену, но его тут же схватили за горло и с
размаху ударили головой о стену. Потом насильники посрывали с себя
одежду и поволокли Фэй на свет, к компактору.
- Пожалуйста, оставьте меня! - вдруг пронзительно завизжала она. -
Мне больно!
- Заткнись, сука! - огрызнулся высокий парень с ножом. - Не то сейчас
туго тебе придется.
- Нет! - выкрикнул Бен.
Но самый высокий уже насильно раскрыл губы Фэй и вставил ей в рот
свой член. Остальные радостно засуетились, снимая с себя остатки одежды.
Фэй начала задыхаться, а они не переставали наносить ей все новые
удары.
Бен перекатился на живот и пополз на помощь жене, скользя в шлейфе
собственной крови. Наконец он добрался до одного из бандитов и, схватив
его за ногу, угрожающе процедил:
- Я всех вас прикончу!
Но тот сразу же занес над ним свободную ногу. Бен увидел огромный
черный каблук, стремительно несущийся прямо на него и закрывающий все
вокруг, а потом ощутил резкую боль в голове и потерял сознание.
Стирая с лица капли дождя и пота, монсеньер Франкино со всех ног
бросился к дому, пробежал под окном сестры Терезы и влетел в темный
холл, оставляя на полу цепочку грязных мокрых следов. Очутившись в
подвале, он без колебаний направился к комнате для прессовки мусора:
если что-то произошло, то непременно здесь, в этом же самом месте.
Священник чувствовал, что ему не даром пришлось столько времени
провести под дождем на крыше. Хотя сейчас было важно уже совсем не это.
Вот и последний поворот коридора. Комната перед ним, но вокруг все
тихо... Хотя, выждав с минуту, он все же смог различить впереди чей-то
тихий стон.
И вновь монсеньер почувствовал, как мучительно болит грудь. А
таблетки он, как назло, забыл на крыше, когда торопился сюда.
Что же на этот раз натворил Чейзен?.. И с какой целью?
Мысленно Франкино не переставал молиться, прося у Господа сил и
мужества.
Вдруг ему показалось, что в подвале сделалось нестерпимо жарко Стало
трудно дышать. Или, может быть, это страх уже сжимает горло своей
безжалостной черной лапой?..
Приближаясь к двери злополучной комнаты, священник крепко сжал на
груди распятие, а потом, на секунду закрыв глаза, решительно выдохнул и
рванул дверь на себя.
Бен Бэрдет сидел у стены с лицом, похожим на кровавую маск
...Поділитися у соцмережах
