Жанр: Электронное издание
STEELRAT
...были оговорены,
и отдыхать мы отправились с чувством выполненного долга.
Завтракали мы с Анжелиной, как истинные аристократы, в постели. Я
подробно пересказал ей наши с маркизом вчерашние переговоры, она почти без
иронии поздравила меня с очередным успехом.
Де Торрес в отличие от меня не был лежебокой, и к часу, когда я
соизволил выйти из спальни, дворецкий по его приказу уже привез на
автомобиле из соседнего замка Рыцаря Алой Розы. Я и сэр Харапо были
представлены друг другу. Рыцарь непрерывно поглаживал свою черную длинную
бороду и невнятно бормотал под нос, похоже, плохо понимая, что происходит.
Может, он хотя бы в будущем оценит по достоинству работу, которую я
проделаю от его имени? А борода у него чудесная, изготовить такую по
фотографии - пара пустяков.
Я пил предобеденный бокал рона для аппетита, когда в комнату вбежал
де Торрес.
- Получена срочная депеша. Идемте со мной.
Я почти бегом проследовал за ним в лифт. Закрыв за нами бронзовые
двери, лакей взялся за вентиль. Отделанная бронзой и полированным деревом
кабина задрожала и двинулась вверх. Вентиль? В лифте?!
Должно быть, я произнес эти слова вслух, потому что де Торрес
улыбнулся и гордо кивнул.
- Вижу, лифт произвел на вас впечатление. Неудивительно. В городах,
кроме дешевой электроники и слабеньких электродвигателей, ничего не
увидишь, а у нас... Леса с избытком снабжают нас топливом, парасиловые
установки в изобилии вырабатывают энергию, пар качает воду. Гидросистемы -
вот чудо современной техники. Чувствуете, как равномерно, без толчков
поднимает поршень кабину?
- З-з-здорово!
Длиною поршень был не меньше ста метров, следовательно, гидроцилиндр
глубоко зарыт в землю. Малейшая неточность в изготовлении крошечной
детальки, ничтожный перекос при сборке системы, да что там перекос,
микроскопическая трещинка в металле - и...
Глядя на капавшую из вентиля воду, я мысленно молился всем известным
и неизвестным мне богам металлургии и облегченно вздохнул, лишь когда
кабина наконец замерла.
Поднявшись по крутой винтовой лестнице, мы попали в комнату в верхней
части самой высокой в замке башни. Я ожидал увидеть здесь радиопередатчик
или, на худой конец, телефон, но у маркиза были еще припасены для меня
механические диковинки. В комнате стояла огромная, извергавшая пар и
вонявшая горячим металлом машина с бесчисленными колесами, колесиками,
шестеренками, кожаными ремнями, рычагами, циферблатами... От нее во все
стороны отходили трубы самых разных диаметров, из сочленений труб капала
вода, и вокруг суетились с полдюжины служащих в серых халатах.
Внезапно механический рев смолк, и центром всеобщего внимания стал
щуплый человечек у мощного телескопа. Махая в такт словам левой рукой, он
выкрикивал:
- Семь... Девять... Два... Четыре... То ли семь, то ли восемь, не
разобрал. Конец строки. Передайте, пусть повторят последнюю фразу.
Оператор налег на рычаги. Машина застонала, засвистела, заскрипела,
длинные поршни пришли в движение. Я проследил за ними взглядом. Поршни
пронзали окантованную сталью стеклянную крышу и шли дальше к острию шпиля,
где дергалась огромная металлическая ручища.
- Ну, и как вам наш семафор? - гордо выпятив грудь, спросил де
Торрес. - Впечатляет?
- Впечатляет - слабо сказано! - честно признался я. - На какое
расстояние передается сообщение?
- Вдоль всего побережья, от станции к станции. Семафорная связь -
привилегия владельцев крупных поместий, и мы с ее помощью постоянно
общаемся друг с другом. Код известен только дворянам, так что секретность
переговоров гарантирована. Это сообщение пришло с пометкой: "Особо
срочно", и я сердцем чувствую, что оно имеет отношение к нашим планам
избирательной кампании, потому пригласил вас с собой. А, вот и конец
передачи.
Слуга с поклоном вручил де Торресу листок с колонкой цифр. Маркиз,
нахмурив брови, махнул мне и проследовал в кабинку у стены.
Из высокого окна на резной стол падал солнечный свет. Маркиз сел за
стол, положил листок перед собой, из кармана достал крошечный механизм -
дешифратор, как догадался я вскоре, - повернул несколько рычажков,
крутанул ручку.
- Мы управимся быстрее, если я буду расшифровывать и диктовать, а вы
- записывать.
Я писал, буквы складывались в слова, а грудь мне будто сдавливал
стальной обруч. Продиктовав последнюю букву, маркиз заглянул мне через
плечо и молча прочитал получившееся:
В СТРОЖАЙШЕЙ ТАЙНЕ ИЗМЕНЕНЫ ИЗБИРАТЕЛЬНЫЕ ЗАКОНЫ ТЧК
КАНДИДАТ В ПРЕЗИДЕНТЫ ДОЛЖЕН ДО 6 ЧАСОВ ЗАВТРАШНЕГО
УТРА ЗАРЕГИСТРИРОВАТЬСЯ В ПРИМОРОСО ТЧК
ХОРХЕ
- Мы не сделали и первого шага, а уже начались трудности, - сказал я.
- Видимо, Сапилоте пронюхал о наших планах и выступил первым. Приморосо,
это где?
- Приморосо - столица планеты, цитадель Сапилоте. Негодяй перехитрил
нас! Если мы сунемся туда, нас арестуют, если нет - тебя не признают
кандидатом в президенты.
- Как учил меня отец: не кричи, что на лопатках, не начав бой. Если
отправимся немедленно, доберемся в Приморосо до шести утра?
- Да. Мой вертолет доставит нас туда меньше чем за три часа.
- Сколько человек поднимает машина?
- Пятерых, включая пилота.
- Полетим вы, я, Боливар и Джеймс.
- Но ваши сыновья так молоды. Лучше возьмем мою вооруженную охрану...
- Молоды годами, но боевой опыт у них богатый. Увидите сами, на что
они годятся. А сейчас, если не возражаете, прикажите готовить вертолет, а
я пойду порадую близнецов.
Я вытаскивал из нашего автомобиля вещи в дорогу, когда мне на плечо
легла рука Анжелины.
- Хорош муженек, нечего сказать! Сам развлекаться отправляется, а
меня оставляет здесь!
- Нет же, нет! - Положив на заднее сиденье увесистый контейнер, я
повернулся. - У тебя, дорогая, самая ответственная задача: как только мы
улетим, займешься обороной замка, установишь оружие, детекторы. Об обороне
замка я ничего толком не знаю и рассчитываю лишь на наше оружие. И на
тебя, любовь моя!
Я обнял жену, она покачала головой и лукаво взглянула мне в глаза.
- Поклянись, Джим, что ты не выдумал все это прямо на месте, чтобы я
осталась в безопасности.
- Клянусь! - Мне кажется, такая клятва - не слишком тяжкий грех. - Мы
ударим, а потом дай Бог ноги унести, нам просто необходим надежный тыл,
который обеспечишь ты. К тому же выборы даже не начались, приключений и
возможностей отличиться будет еще предостаточно. А сейчас помоги мне
отыскать чемодан с гримом и срочно изготовь большую черную бороду.
Подумав немного, она нехотя кивнула.
- Уговорил. Но если ты погибнешь в этой операции, берегись!
Вот вам классический образец женской логики, но свое мнение на сей
счет я оставил при себе. Что я, сумасшедший?!
Через полчаса я, путаясь в бороде, поцеловал Анжелину и влез в кабину
вертолета.
Первый раунд поединка с Сапилоте начался!
13
На близнецах были желто-серые ливреи, которые подчеркивали пышность
нарядов маркиза и моего: шляпы с перьями, расшитые золотом жилеты, широкие
плащи до колен, ботфорты. Именно так, по мнению крестьян, одеваются
вельможи. Наши глупые наряды, без сомнения, произведут на столичных
бюрократов впечатление, да и оружие скрывают великолепно.
Как ни гордился де Торрес старыми технологиями, вертолет у него был
новый, современный и, что приятно, без гидравлических излишеств. Взвыли
мощные двигатели, и мы, молниеносно набрав высоту, понеслись к восточному
побережью.
- Если мы опустимся на пригородном аэродроме, проникнуть через
городские стены и попасть в Пресидио, где регистрируют кандидатов, будет
чрезвычайно сложно, - вслух рассуждал маркиз.
- А что собой представляет этот Пресидио?
- Старый форт, традиционное местопребывание правительства королей
Параисо-Аки. Сейчас, увы, форт занят узурпатором.
- А может, приземлимся прямо в форте?
- Это запрещено... Хотя вертолет Сапилоте постоянно садится перед
Пресидио на площади Свободы.
- То, что годится ему, годится и нам. В худшем случае нас оштрафуют
за посадку в неположенном месте.
- В худшем случае нас застрелят, - мрачно изрек де Торрес.
- Выше голову, маркиз! - Я указал на кейс на своих коленях. - Там
кроме необходимых для регистрации документов еще и оружие. Да и мои
сыновья неплохо экипированы.
- Именно. - Боливар приподнялся с сиденья и похлопал себя под мышками
и по бедрам.
- Конечно. - Джеймс повторил действия брата. - А перекусим мы до или
после операции?
- Если хотите, прямо сейчас. - Я передал им пакет с сэндвичами из
кухни замка. - Обертки по кабине не разбрасывать.
- Да, - пробормотал де Торрес, думая о своем. - Приземлимся мы на
площади, там нас меньше всего ждут.
- А нас ждут?
- Несомненно. Если их радары еще не засекли наш вертолет, то засекут
в самое ближайшее время.
- Тогда усложним им жизнь. Как бы мы добрались до Пресидио, если бы
приземлились, как обычно, на пригородном аэродроме?
- Я бы заранее сообщил о прибытии по радио, и у посадочной площадки
нас встречала бы машина с шофером.
- Так дайте такое сообщение. Автомобиль отправится на аэродром,
противник - за ним, а мы тем временем без помех сядем на площади. Как
только мы выберемся из кабины, пилот поднимет машину и перелетит на
аэродром. Войска уже оттуда отбудут, пилот спокойно приземлится и отошлет
автомобиль за нами к Пресидио.
- Гениальный план! - де Торрес тут же схватил микрофон рации и отдал
распоряжение.
Делать больше было нечего, и я задремал в кресле. Не то чтобы я
демонстрировал крепость своих нервов, вовсе нет. Просто прошлой ночью я
почти не спал и без помощи прогнозирующего компьютера знал, что нынешний
день выдастся суетным.
- Отец, через минуту приземляемся.
- Спасибо, Джеймс.
Я открыл глаза, зевнул, потянулся. Под нами проплывал пригород
большого города, справа виднелась размеченная белым посадочная полоса.
Вдалеке я заметил городскую стену, пронзенную сейчас автострадой. На вид -
все спокойно. Возможно, чересчур спокойно.
- Когда скажу "давай", разворачивай и жми на газ, - приказал пилоту
де Торрес. - Давай!
Пилот заложил крутой вираж, и мы стрелой помчались над островерхими
крышами. Несколько секунд безумной гонки - и вертолет плавно опустился на
площади перед большущим мрачным фортом и, разок-другой подпрыгнув, замер;
немногочисленные прохожие шарахнулись в стороны. Едва полозья коснулись
брусчатки, близнецы выскочили с двух сторон и, дождавшись, пока вылезли мы
с маркизом - старики в их понимании, - захлопнули дверцы. Вертолет взмыл в
небо и через мгновение скрылся за зданиями. Зеваки еще стояли, открыв рты,
а наша процессия с маркизом во главе промаршировала к входу в Пресидио.
У нижней ступеньки нас поджидала первая, весьма незначительная помеха
- молоденький тщедушный офицер полиции в парадной форме.
- Посадка летательных аппаратов на площади запрещена. Вы отдаете себе
отчет, что ваши действия...
- С дороги, малявка. - В голосе де Торреса звучало наработанное
десятками поколений предков презрение к простолюдину.
Офицер застыл, его лицо вытянулось, побледнело. Мы беспрепятственно
проследовали мимо. Поднялись по истертым ступеням, вошли в просторный
холл. При нашем появлении чиновник за столом у входа вскочил на ноги.
- Где регистрируют кандидатов в президенты? - спросил де Торрес.
- Не знаю, ваша честь.
- Срочно выясни.
Де Торрес придвинул стоявший на столе телефон к чиновнику. Выбора у
того не было, и под грозным взглядом маркиза он быстро добыл нужную
информацию.
- Третий этаж, ваша честь. Лифт там...
- Лестница там, - перебил его я. - С лифтами случаются аварии,
бывает, отключат энергию, и часами сидишь между этажами.
- Бывает, - подтвердил маркиз, и мы зашагали через две ступеньки.
Мы нашли нужный кабинет, получили бланки, и я уже заполнял их, когда
прибыла оппозиция. Хлопнула дверь, и внутрь хлынула толпа негодяев в
черной форме, черных фуражках и темных очках, - без сомнения, наводящие
ужас ултимадо. Головорезы диктатора выстроились у двери, вперед вышел
пузатый офицер - морщинистое лицо багрово от ярости, желтые пальцы на
ручке пистолета в расстегнутой кобуре.
- Всем оставаться на местах! - рявкнул пузатый.
Маркиз нарочито медленно повернулся к нему, на губах - холодная
улыбка.
- Кто вы такой? - спросил он с оскорбительной смесью превосходства и
скуки в голосе.
- Вам прекрасно известно, де Торрес, кто я такой! - завопил Сапилоте,
открывая лягушачий рот не в такт словам. - Чем занят бородатый недоумок,
что рядом с вами?
- Этот джентльмен - мой внучатый племянник, сэр Гектор Харапо, Рыцарь
Алой Розы, и он заполняет бланки как претендент на пост президента
республики. У вас есть по этому поводу возражения?
Генерал-президент Сапилоте вовсе не случайно правил все эти годы
целой планетой. Он открыл было рот, но тут же, овладев собой, закрыл.
Краска сбежала с его лица, гнев в глазах уступил место более для нас
опасной расчетливости.
- Я не возражаю. - Голос Сапилоте теперь звучал так же спокойно, как
голос де Торреса. - Но регистрация начнется только завтра, пусть завтра и
приходит.
- В самом деле? - В улыбке де Торреса не было и намека на теплоту. -
Вам следовало бы внимательней знакомиться с решениями вашего собственного
конгресса. Сегодня утром в действующее законодательство внесена поправка,
согласно которой регистрация не только открывается сегодня, но сегодня же
и закрывается. Хотите взглянуть на копию отчета утреннего заседания?
Де Торрес демонстративно сунул руку в нагрудный карман. Он, конечно,
блефовал, но делал это мастерски. Сапилоте покачал головой.
- Разве кто-нибудь сомневается в правдивости слов такого известного
человека, как вы, маркиз? Нет, ни в коем случае, но для регистрации сэру
Харапо необходимы копия свидетельства о рождении, справка о состоянии
здоровья...
- Все здесь. - Я приподнял кейс и улыбнулся во весь рот.
Глядя в змеиные глазки Сапилоте, я почти видел, как в его голове
лихорадочно бегают мысли. Отделаться от конкурентов хитростью не вышло,
оставалось насилие. Если бы удалось устранить нас потихоньку, уверен, он
бы глазом не моргнув прикончил нас, но прибыли мы с шумом, с помпой,
свидетелей хоть отбавляй, а маркиз - слишком видная в здешнем обществе
фигура, чтобы его смахнуть, как пылинку с лацкана. Зловещая тишина
затянулась. Наконец, приняв решение, Сапилоте махнул рукой, мол, черт с
вами.
- Заполняйте бумаги, - приказал он мне и повернулся к де Торресу. - А
у вас, Гонсалес, в этом деле какой интерес? Неужели ваш внучатый племянник
не обойдется без няньки?
Маркиз будто бы и не заметил, что диктатор обратился к нему по имени
- явное оскорбление по здешним понятиям, и ответил совершенно спокойно:
- Нет, Джулито, он не нуждается в няньке. - Уменьшительное от имени
диктатора прозвучало как пощечина. - Я - его партнер, баллотируюсь в
вице-президенты. Когда нас изберут, я первым делом вышвырну вашу гнилую
администрацию из столицы.
Показное спокойствие оставило Сапилоте, и он заорал:
- Никто не смеет разговаривать со мной в подобном тоне!
Диктатор дрожал от гнева, пальцы вцепились в ручку револьвера.
- Я разговариваю с вами так, потому что стану вице-президентом лишь
ради того, чтобы раздавить вас, как букашку, ничтожный человечишка!
Внешне спокойный, маркиз был зол не меньше Сапилоте. Достойного пути
к отступлению ни у одного их них не существовало.
- Не поможете ли вы мне с этой бестолковой анкетой? - я встал между
ними, поднес лист бумаги к самому лицу Сапилоте. - Вы - президент, значит,
все знаете...
- Прочь, дубина!
Сапилоте оттолкнул мою руку. Я покачнулся и, сохраняя равновесие,
вцепился в его мундир. В воздух полетели бланки. В гневе диктатор ударил
меня кулаком по лицу. Едва заметный поворот головы - и его кулак едва
скользнул по моей щеке. Я непонимающе взглянул на диктатора, пожал плечами
и нагнулся, собирая с пола бумаги.
- Если даже вы не знаете... Что ж, спрошу у клерка. - И, волоча ноги,
я побрел в угол комнаты и уселся за письменный стол.
Явный идиотизм моего поведения несколько разрядил обстановку. Сорвав
на мне гнев, Сапилоте вроде бы слегка успокоился, проницательный же де
Торрес верно истолковал мои действия. Повернувшись спиной к диктатору,
маркиз подошел ко мне.
- Спасибо, Джим, - проговорил он тихо. - Сегодня вы спасли меня от
самого себя. - И громко, чтобы слышали все, добавил: - Давайте помогу вам,
сэр Харапо, в этих анкетах сам черт ногу сломит.
Выстрела в спину я не опасался, полагаясь на сыновей. Но до схватки
дело так и не дошло - последовали команды, и, повернувшись, я увидел, что
Сапилоте уходит, его люди следуют за ним. Дверь за последним ултимадо
захлопнулась, и я перевел дыхание.
- Вы были правы - политика захватывает не хуже азартной игры, -
признался де Торрес. - Давайте быстрее заполним эти чертовы анкеты и
уберемся отсюда.
Нас больше не беспокоили. Покончив с бесчисленными анкетами, мы
отдали их клеркам, те понаставили на них подписей и печатей, вручили нам
копии. Маркиз и я не торопясь спустились по лестнице, близнецы прикрывали
сзади.
- Начало положено, - сказал де Торрес. - Врагом, который продаст душу
дьяволу, но с нами разделается, мы обзавелись.
- Это точно. Думаю, без боя из города он нас не выпустит.
- Он не осмелится!
- Осмелится, маркиз, осмелится, мы сейчас на его территории, здесь
устранить нас легче. В убийствах потом обвинят разъяренную толпу или
предварительно застреленного фанатика. Гарантирую, басня прозвучит весьма
правдоподобно, а Сапилоте, убрав нас навсегда со своего пути, принесет
семьям и близким погибших соболезнования.
- Что же нам делать?
- Следовать во всем плану. На аэродром поедем на автомобиле, толпе
нас из него не выковырнуть. Но давайте поторопимся, оставим неприятелю как
можно меньше времени на подготовку.
У подъезда нас ожидал лимузин, но оснований для радости не было: не
исключено, что Сапилоте опережает нас на шаг.
Шофер поклонился и распахнул перед нами заднюю дверцу.
- Боливар, дай шоферу денег и отправь на все четыре стороны, -
распорядился я. - Машину поведешь ты.
Удивленного шофера оттеснили от машины, я достал из кейса маленькую
черную коробочку с единственным индикатором и протянул Джеймсу.
- Прибор реагирует на все виды взрывчатки. Обследуй автомобиль.
Джеймс змеей заполз под передний бампер, через секунду вылез из-под
заднего.
- Чисто. Проверь под капотом.
Он поднес прибор к замку и застыл. Нагнулся, присматриваясь, медленно
поднял капот. По пояс залез внутрь, вскоре появился с контейнером в руке.
- Провода были подсоединены к педали тормоза. Как только шофер
воспользовался бы тормозами - бух! - доложил Джеймс. - Но сработано
топорно: ни о маркировке, ни о мине-ловушке не побеспокоились.
- Спешили, но ошибку вряд ли повторят. Поехали быстрей.
- Вот это да! Двигатель-то паровой! - воскликнул Боливар, резко
трогаясь с места. - На аэродром? Дороги я не знаю, говорите, куда ехать.
- Из города только одна дорога? - спросил я де Торреса.
- Да, и ее наверняка перекрыли, а помощи нам ждать неоткуда.
- На аэродром, Боливар. Де Торрес, показывайте дорогу.
Маркиз давал указания, а Боливар гнал как сумасшедший. Автомобиль
несся то посреди шоссе, то резко сворачивал, срезая углы; редкие прохожие
боязливо жались к стенам. Крутой поворот, визг тормозов - и перед нами
городская стена. В воротах - наспех сооруженная баррикада, справа и слева
- солдаты с оружием на изготовку.
- Времени на переговоры нет, - бросил я. - Будем прорываться.
Боливар, перед баррикадой притормози, будто останавливаешься. Джеймс и я
забросаем солдат гранатами с усыпляющим газом. - Я достал из кейса с
десяток гранат. - Воспользоваться фильтрами не успеем, так что просто
задержите дыхание. Боливар, как только гранаты взорвутся, вперед!
Боливар сбавил перед баррикадой скорость, мы швырнули гранаты, и
автомобиль понесся сквозь густые облака дыма. Удар, треск, во все стороны
полетели куски дерева, ящики, обломки кирпичей. Мы прорвались, и
автомобиль вновь набрал скорость. Если сзади по нам и стреляли, выстрелов
не было слышно. Три минуты бешеной езды - и машина, встав на два колеса,
свернула, впереди - аэродром.
...Наш вертолет был объят пламенем, из кабины свисало безжизненное
тело пилота.
- Негодяи! - воскликнул де Торрес. - Убили невинного человека! Они за
это поплатятся!
Я разделял чувства маркиза, но сейчас было не до разговоров.
Один вариант бегства отпал. Нужно найти другой. И немедленно.
На посадочной площадке - еще четыре или пять вертолетов.
Воспользоваться одним из них? Пока вскроем запертую дверцу, пока запустим
двигатель... Да и неизвестно, есть ли в баках горючее! Погоня за нами по
пятам. Нет, этот вариант не подходит.
Из-за угла выскочил и помчался прямо на нас набитый солдатами
грузовик.
- Двигай! - крикнул я Боливару.
Наш автомобиль понесся мимо горевшего вертолета.
- Что находится за аэродромом? - спросил я де Торреса.
- Дома, фабрики, пригород. Еще дальше - скоростная автострада на
север, но ее уже наверняка перекрыли. Нам не прорваться.
- Поживем - увидим. Жми, шофер!
Моральный дух своего войска я вроде поддержал. А кто поддержит мой?
Мы чудом выскочили из одной западни и теперь на всех парах несемся к
другой. Наша свобод? - всего лишь иллюзия. Ясно, что все дороги перекрыты,
мы в кольце.
- Вы в кольце! - обрушился на нас голос. - Сдавайтесь!
Улица позади пуста, впереди - только дома и ни души. Откуда же голос?
Боливар крутанул руль, и мы помчались по перпендикулярной улице.
Голос снова ударил по барабанным перепонкам:
- Вам не убежать! Остановитесь или мы откроем огонь!
С нами будто говорили боги с небес.
Я высунул голову в окошко, посмотрел вверх. Так и есть, над нами
парит двухместный полицейский флаер на гравитационной подушке, с виду
точь-в-точь тропическая бабочка; крупнокалиберный ствол нацелен на наш
автомобиль. Я поспешно убрал голову и успел схватить де Торреса за руку.
- Отпустите меня! Я пристрелю эту свинью в воздухе!
- Не стоит. У меня мысль получше. Боливар, притормози. - Я вывернул
запястье маркиза и подхватил выпавший пистолет на лету. Кроме того, что я
не сторонник убийств, пусть даже жертвы - головорезы Сапилоте, мой план
действительно не плох. - Машина останавливается, мы, подняв руки, выходим.
Уверен, на уме у них что-то почище убийства, а то бы нас давным-давно
расстреляли с воздуха.
- Сдаться этому отребью?.. Без боя? - Маркиз задохнулся от
возмущения.
- Вовсе не сдаться, а перехитрить, - поправил я. - Мы только сделаем
вид, что сдаемся, а сами завладеем флаером. Он - наш счастливый билет. А
теперь, пока к ним не прибыла подмога, действуем.
Автомобиль остановился, флаер завис над нашими головами, ствол все
так же нацелен на нас. Я отвел взгляд, надеясь, что моя теория верна.
Иначе мы - покойники.
- Вылезайте! - приказал усиленный электроникой голос. - Да
пошевеливайтесь!
Мы вылезли.
- Руки за голову, ноги расставить! - не унимался тип в флаере.
Мы подчинились. Флаер бесшумно опустился на шоссе перед нами. Пилот
был в зеленой форме полицейского, пассажир на сиденье рядом - во всем
черном, глаза за темными стеклами очков. Черный навел на нас
крупнокалиберный автомат.
- Убивать я вас не хочу, поверьте. - Черный противно заржал. - Уладим
дельце без пулевых ран в телах. Вертолет потерпит аварию при взлете, вы
все сгорите. Красивая смерть? Ха-ха! Предупреждаю: одно лишнее движение -
и я стреляю.
- Я не вынесу этого кошмара! Мое сердце... - Джеймс, прижав руку к
груди, упал и задергался на асфальте.
- У него сердечный приступ? - Боливар склонился над братом. - Скорей
врача!
- Отойди, в сторону... не прикасайся к нему! - заорал ултимадо,
направляя на Боливара автомат.
Наш замечательный спектакль испортил де Торрес. Увидев, что ултимадо
отвлекся, он с криком понесся к флаеру. До флаера было метров двадцать.
Ултимадо дал очередь из автомата, де Торреса подбросило, развернуло в
воздухе, и он рухнул замертво. В это мгновение Боливар отскочил от
Джеймса. Тот, пока был прикрыт от взора ултимадо братом, достал игольчатый
пистолет и теперь несколько раз выстрелил. Ултимадо выпал из кабины, пилот
схватился за кобуру, но тут же откинулся на спинку сиденья и замер.
Схватка длилась меньше минуты. Я подскочил к маркизу, рывком разорвал
плащ.
- Черт возьми! Боливар, аптечку из флаера! Быстро!
Плащ, жилет, сорочка залиты кровью. Кровь везде, где рана или раны, -
не ясно. Кинжалом я разрезал на маркизе одежду. Пулевое отверстие в бедре.
Не опасно. А вот рана в животе... Очень скверно. Аптечкой тут не обойтись.
Из аэрозоля я опрыскал раны антибиотиком, наспех наложил повязки.
Перевернув бесчувственное тело на бок, обработал выходное отверстие пули в
спине. Напряг память, вспоминая анатомию. Пуля прошила кишечник, но
жизненно важные органы как будто не задела. Я пощупал пульс на руке
маркиза. Сердце бьется без перебоев, дыхание хоть и слабое, но ровное.
- Боливар, сможешь вести флаер?
- Я вожу все, что двигается, па.
- Вышвырни из кабины пилота и ултимадо, сам садись за штурвал.
Джеймс, помоги! Бери маркиза за ноги, усадим его на пассажирское кресло.
- Доставим его в госпиталь? - спросил Боливар.
- Нет, там его непременно прик
...Закладка в соц.сетях
