Жанр: Электронное издание
STARTREK
... знаем, чем конкретно они тут
занимались.
Его лицо говорило о том, что он не верит ни одному моему слову.
- Сверхускоритель, - прошипел Гелт. - Где он?
Хорошо. Если он хочет слушать, пусть слушает.
- Уже примерно в тридцати пяти тысячах километров отсюда.
Его рука еще сильнее сжала мое горло. Я чувствовала, как пульсируют
мои сонные артерии, и мне приходилось довольствоваться тем малым
количеством воздуха, которое он мне оставил. К тому же вновь вернулась
пульсирующая боль в спине.
- Держу пари, сверхускоритель прямо над нами, - произнес Гелт.
Его самодовольство вызвало у меня приступ ярости, как это уже однажды
случилось. Я ударила кулаками в его твердую, как металл, грудную пластинку
и прохрипела:
- Ты прав, глупая рожа, но ты бессилен против космического корабля.
Все-таки было что-то чертовски приятное в том, что тебя ненавидит
Клингон. Может быть, даже не столько приятное, сколько приносящее
своеобразное удовлетворение. Если, бы у меня так не пересохло во рту, я бы
наверняка плюнула в его уродливую рожу. А в это время стоявшие рядом
Маккой и Скеннер все еще пытались справиться с собственным изумлением.
Губы Гелта побелели от ярости, он вскинул вверх свою свободную руку и
издал победный клич.
Этой же рукой Клингон расстегнул свой пояс и достал кинжал, при одном
виде которого жертва должна была замереть от ужаса. А ведь он находился
еще в ножнах! Гелт, однако, захотел посмотреть на сам клинок. Резким
движением он сбросил ножны на пол, и прямо перед моим лицом заблестел
холод металла.
- Считай, что твои друзья уже трупы, - зарычал он. - А ты сама... ты
будешь... это на нашем языке называется "мясо для обряда мести", - он еще
крепче сжал мое горло, скрипя зубами и шевеля губами.
Лезвие кинжала оказалось с зазубринами в форме когтей. Без сомнения,
Клингонам всегда неплохо удавались драматические роли.
Я напряглась, ожидая своей, участи. Неужели меня ждет смерть от ножа
Клингона, который он вот-вот воткнет мне между ребрами?
Вдруг комната превратилась в арену горячей схватки. Из укрытия
заработал фазер. Сначала один Клингон, а за ним второй оказались
обездвиженными и лежащими на полу. Не понимая до конца, что же происходит,
я тоже решила действовать и ткнула пальцем в правый глаз Гелта. Клингон
взвыл и ослабил давление на мое горло.
Еще двое его соотечественников пытались открыть огонь из
дезинтеграторов, получая в ответ фазерные залпы. Сарда, спрятавшись под
столом, дожидался удобного момента, затем внезапно вскочил и ударил одного
из Клингонов ногой по голове. Тот начал оседать вниз, но вскоре,
пошатываясь, снова встал в боевую позу, и его добил только фазерный
выстрел. Он упал прямо под ноги Гелту, и оба Клингона оказались на полу.
Теперь я была уже свободна и попыталась встать на ноги. Гелт тоже
старался подняться из неудобного положения: ему мешал его коллега,
находившейся уже в бессознательном состоянии. Я поняла, что у меня в
запасе не так уж много времени. Подпрыгнув вверх, я достала довольно
внушительный кусок решетки от кондиционера, который лежал в разломе стены,
напряглась и двумя руками ударила им Гелта по голове, сложив воедино в
своем ударе тяжелый металл и собственную злость. Гелт несколько раз
вздрогнул, но затем затих.
Прислонившись к стене, я переводила дух, пытаясь разобраться в том,
что происходит с последним из Клингонов. В моих ушах звенело.
Я поняла, что медленно соскальзываю вниз, только тогда, когда
услышала голос Маккоя и ощутила, как он пытается удержать меня от падения.
- С вами все в порядке?
Скеннер тоже выглядел обеспокоенным.
- Он не задел вас ножом, Пайпер?
Я покачала головой и, жмурясь, перевела свой взгляд в сторону
дезинтегратора, который все еще крепко сжимал Клингон.
- Ну что ж, неплохо, - прохрипела я. - Оказывается, только мы
следовали аргелийским запретам на ношение оружия.
У Скеннера вырвался вздох облегчения. Он сначала посмотрел на Гелта,
потом на меня. Механик покачал головой, удивленный моей зоологической
ненавистью к Клингонам.
- Наверное, у вас должен быть какой-то пунктик, - заметил он.
Ко мне постепенно возвращалось мое обычное восприятие мира. Я
откашлялась, пытаясь понять, не буду ли выглядеть дурой, отвечая им. Я
довольно резко встала и выпрямилась.
- Скеннер, возвращайтесь к своей работе.
- С вами все в порядке?
- Вполне... Занимайтесь своим делом.
Я легонько подтолкнула его в сторону панели устройства связи. Но мои
слова не очень-то убедили механика, поскольку меня до сих пор удерживал на
ногах доктор Маккой. Я удивилась немалой физической силе, обитавшей в не
очень внушительных формах доктора.
Что же все-таки произошло? Неужели капитан Кирк и мистер Спок
поднимались вверх с помощью транспортационного луча только в моем
воображении? Или на самом деле они были здесь?
Я заморгала и несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь стряхнуть
пелену с собственных глаз.
Однако в нише, в которую упиралась комната, где все мы сейчас
находились, не было ни Кирка, ни Спока.
Оттуда медленно, почти торжественно вышел Перрен. Он все еще держал
фазер в своей руке, разглядывая последнего клингона, превратившегося
сейчас в кусок лежащей на полу бесформенной плоти. В левой руке Перрен
сжимал металлический кейс. Он посмотрел на нас и поочередно встретился
взглядом сначала с Сардой, потом - со мной. Крепко прижимая к себе этот
таинственный чемоданчик, вулканец вышел из своего укрытия, продолжая
держать правой рукой свой фазер наперевес.
Я с трудом шагнула в сторону, лишаясь - такой необходимой поддержки
Маккоя: после удара Гелта продолжала болеть спина. Вскоре за мной
выстроилась вся моя команда.
Сарда тоже встал в их ряд, и я знала, что ничто не может заставить
его изменить свое решение.
- Спасибо, - поблагодарила я.
Перрен коротко кивнул.
- Добро пожаловать.
Перед нами вихрем пронеслись воспоминания о нашем недавнем заточении:
мы подумали о том, что, возможно, снова стали пленниками. Впятером против
одного вулканца с фазером наготове... совершенно неравные силы.
Перрен, видимо, почувствовал это и ответил соответствующим образом.
- Я не собираюсь бросать вам вызов, - произнес он, не сумев, однако,
смягчить предостережение в своем голосе. Вулканец раскачивался
взад-вперед, зелень его формы хорошо смотрелась на фоне серого камня.
- Мне очень жаль, что наши цели нельзя объединить.
- Так же, как ваши с целями профессора Морни, - ответила я, тоже
медленно двигаясь в сторону двери и надеясь, что он не ощутил угрозы в
моих словах. - Морни собирается использовать "Энтерпрайз" в качестве
корабля-лаборатории для испытания сверхускорителя. Ее не волнуют системы
безопасности или жизни членов экипажа.
- Вся команда будет высажена, когда мы доберемся до пункта нашего
назначения, - ответил Перрен. - Они останутся живы.
- Возможно, их уже сейчас нет в живых, - вмешался Маккой. В его
голосе звучала убежденность, которую давали ему его профессиональные
знания и опыт. - Морни или лжет, или обманывает сама себя, считая, что она
так легко сможет воспользоваться антидотом. С наркотическими газами шутки
плохи, а для нее даже это может служить предметом игры, - он стрелял
словами в Перрена, словно пулями: это была неотразимая правда.
- Ее больше не волнует безопасность, Перрен, - продолжила я. - Если
сверхускоритель не выдержит испытаний, то ей вместе с пятьюстами членами
команды придется отправиться в путешествие между системами измерений,
откуда нет возврата. А если испытания пройдут успешно, все равно команда
"Энтерпрайза" стала жертвой предательства. Она дурачит вас. Не позволяйте
ей делать этого.
Его утонченные черты вулканца затуманились сомнением, но так было
лишь мгновение, после которого все снова прояснилось.
- Урсула планирует все возможные варианты. Снотворный газ не является
смертельным ядом.
- Да, но она всего лишь теоретик, - неожиданно сурово прервала его
Мэрит. - Она не является специалистом в области медицины. Никто не может
всего за один вечер научиться управлять веществами, обладающими
гипногенным действием. Только для подбора правильных доз нужны месяцы. Вы
верите ей или доктору Маккою?
Перрен любовно обхватил свой металлический чемоданчик, меня поразило
его сходство с мальчишкой, схватившим под мышку любимого плюшевого
медведя. В нем, без сомнения, шла напряженная внутренняя борьба: его брови
соединились в одну ниточку. Рядом со мной аналогичные эмоции испытывал
другой вулканец, для которого все это было понятным, - Сарда. Он находился
под воздействием их духовного единения, в котором невмешательство в сугубо
личные проблемы всегда находится под угрозой.
Та неожиданная, невероятная победа над кораблем точно такого же
класса, как наш, снова ожила в моем мозгу в малейших деталях, и капитан
Кирк в этих воспоминаниях вновь учил меня своей излюбленной тактике:
"Дергай и толкай, толкай и дергай, а результат не заставит себя ждать..."
- Вас просто используют в собственных корыстных интересах, -
настаивала я. - Она заигрывает с вами. А результатом могут стать сотни
погубленных жизней.
- Пайпер права, - произнес Сарда. - Я умоляю вас, верьте ей.
Он не сказал: "Она знает всю правду", а только лишь: "Она права".
Тонкая разница, больше относящаяся к области морали.
Перрен перешагнул через одного из лежавших без сознания клингонов и
направился к двери, затем вдруг заколебался. Похоже, ему не хотелось
покидать нас до того, как он сам сможет сделать необходимые выводы и
представить их нам. Все это говорило о его неуверенности. А его
потребность в том, чтобы быть понятым, доказала мне, что мы уже близки к
тому, чтобы пробить неприступную стену.
- Я должен принимать взвешенные решения, - наконец произнес он, и не
без неуверенности. - Мне нужно находиться там, где находятся мои
компьютеры и проходят мои расчеты. Я собираюсь поступить так ради
собственных целей. А это... - он повел фазером в сторону поверженных
клингонов. - Эти ребята пытались сделать то, что им неположено, и я
постарался помешать этому, - на полу лежало неплохое подтверждение его
словам. - Урсула недооценивает вулканцев. Это может стать для меня своего
рода прикрытием.
Сарда сделал шаг в его сторону.
- Нет никакой логики в том, чтобы подвергать риску жизнь целой
команды космического корабля, - произнес он, прибегая к доводам простейшей
дидактики.
- С другой стороны, нелогично приносить в жертву то, что создано
упорным трудом, только из-за какого-то теоретического риска, - в голосе
Перрена зазвучало раздражение, которого я никогда раньше не замечала. -
Если команда корабля уже мертва, то она перестает выступать в качестве
фактора для принятия решений. Теперь вы свободны в выборе. Я не буду ни
помогать, ни мешать вам. Ваша посудина не сможет ничего противопоставить
боевому космическому кораблю, - он перевел взгляд с меня на Сарду. - Мне
жаль, но нам нужно расстаться.
Сарда молчал. Поскольку я стояла рядом, то заметила, как возросло его
внутреннее напряжение и как он пытался скрыть его...
- В этом нет никакой нужды, - ответил он. Являясь более старшим и в
большей степени тренированным вулканцем, Перрей довольно ловко скрывал
свое сожаление из-за происходящего. Обладая уникальным опытом дружбы между
человеком и вулканцем, я уже в течение долгого времени задавалась
вопросом: на что больше похожа дружба между двумя вулканцами, если ее
действительно можно было назвать дружбой, а не странной связью между
учителем и учеником? Как мне указал когда-то Спок, Перрен и Сарда имели
много общего с самого начала - в основном в одном и том же. У обоих были
проблемы с обычным конформизмом всех вулканцев. Для Сарды наверняка стало
утешением то, что он нашел соотечественника, который хорошо понимал его
щекотливое положение, соплеменника, которому не надо было многое объяснять
заново,. Я сожалела, что не подумала об этом раньше. Мне следовало
приготовиться к такому повороту событий.
Перрен кивнул, но не в знак согласия. Это было нечто совершенно
другое.
- И мне жаль, что мы расстаемся еще до того, как наши цели можно было
бы объединить. Мне остается только надеяться на то, что вы будете жить
долго и счастливо, - теперь он говорил медленно, без тех признаков
раздражения и скрытого вызова в голосе, которые были так заметны раньше.
Профессор выскользнул в коридор, не меняя выражения лица, и вскоре исчез.
Моя рука непроизвольно потянулась за Сардой, который отправился вслед
за своим учителем.
- Сарда, постойте! - попыталась я удержать его.
Он остановился у двери, повернулся, посмотрел на меня и судорожно
схватил попавшийся под руку камень, словно тот мог помочь ему найти
подходящее объяснение. Его натура разрывалась на части. Даже вулканцу
трудно скрыть такие внутренние муки.
Он с силой оттолкнулся от двери, и мы услишали его тяжелые шаги по
коридору.
- Сарда! - я метнулась вслед. Голос Скеннера на мгновение задержал
меня.
- Пайпер, я поймал то, что нужно. Жестом обведя в воздухе круг,
захвативший его и обоих докторов, я на секунду притормозила у самой двери.
- Поднимайтесь наверх! Я сама найду вас. За порогом лаборатории
стояла темная аргелийская ночь. Она проникла в большинство комнат и внутри
постройки: электроснабжение ухудшалось с каждой минутой. Я устала от
постоянного ощущения холода. Мне было тепло на Аргелиусе лишь один раз, и
то в тот момент, когда Клингон держал меня за горло. Даже бег по коридорам
не согрел моего тела, к тому же я продолжала ощущать боль в спине и
неприятный шум в голове при попытке вдохнуть поглубже. На поворотах я едва
успевала замечатьвпереди ускользающую от меня спину Сарды. Он был крепок и
быстр в движениях, догнать его было нелегко. На последнем повороте я
попыталась ускориться и снова позвала:
- Сарда, подождите!
К моему удивлению, он сразу же остановился и повернулся в мою
сторону. Неужели Сарду так поразило то, что я пытаюсь его догнать? Неужели
он все забыл?
Сарда вновь повернулся ко мне спиной. Как раз вовремя, потому что в
этот момент Перрен исчез внутри небольшого домика.
Я остановилась в нескольких футах от Сарды и прислонилась к стене. Он
опять повернулся ко мне с неуверенностью на лице.
- Вероятно, он забирает остатки оборудования, - вздохнув,
предположила я, - перед тем, как сообщить Морни, что готов к подъему на
корабль.
Сарда еще раз всмотрелся в темноту ночи. Теперь все вокруг стихло.
Похоже, его внутренняя раздвоенность достигла своего предела. Он сжал
кулаки. По-видимому, вулканец сам не отдавал себе отчета в том, что
делает.
- Я не могу бросить Перрена в таком положении, - произнес он.
Я сделала еще один шаг ему навстречу.
- Не вы покидаете его, а он вас.
Сарда отшатнулся от меня.
- Пайпер, вы не можете понимать всех сложностей взаимоотношений между
вулканцами. А у меня слишком мало времени на объяснения.
Я кивнула, подтвердив правоту его слов, а затем, растягивая слова,
спросила:
- Вы действительно думаете, что Перрен не до конца понимает, в какое
дело он влез?
В нем продолжалась внутренняя борьба.
- Это не может быть основанием для того, чтобы его бросить.
Я сразу же внутренне поникла, пытаясь придумать хоть какой-нибудь
логический аргумент. Но любой вулканец, даже воспитанный лишь наполовину,
хорошо разбирается в собственных мыслях и держит ответ за них. И если он и
решился предать свое прошлое ради будущего, пусть призрачного, никакая
сила во Вселенной не заставит его отказаться от своего решения.
Если для этого не хватало аргументов и если логика была бессильна,
то, может быть, пора попытаться сыграть на том и другом сразу? Я решила
показать ему, что готова принять любое его решение.
- Тогда вам придется выбирать.
Сарда перестал в нерешительности разглядывать домик, внутри которого
только что исчез Перрен. Его глаза затуманились, и я поняла, что он
смотрит и не видит меня. Возможно, вулканец все еще пытался найти способ
объяснить необъяснимое. Своим молчанием я надеялась показать ему, что не
нуждаюсь в подобного рода рассуждениях. В том, что касается объяснений с
моей стороны, мое присутствие на этой планете говорило само за себя.
Сарда сам плыл в бурном океане собственных эмоций, без всякой
поддержки с моей стороны, потому что я была уже не в силах помочь ему, как
страстно ни желала бы этого.
Он выпрямился.
- У меня нет выбора, - глухим и торжественным тоном произнес он.
Я заставила себя не отвечать ему ни словом, ни жестом - ничем: не
хотела давать понять, что я чувствую, как меня предали. В конце концов,
здесь не было предательства в полном смысле этого слова. Он просто выбрал
для себя то решение, которое посчитал лучшим. И у меня было право только
на то, чтобы узнать о таком решении.
Подыскивая прощальные слова, те, которые смогут хоть частично помочь
мне выйти из этой ужасно неловкой ситуации, я тем самым дала Сарде
дополнительное время на раздумье.
Наконец его руки повисли, и он произнес:
- Я пойду с вами.
ГЛАВА 10
Когда мы вернулись на корабль, на нем, к сожалению все было
по-старому. Мне пришлось в конце концов признать, что "Король" весьма
далек от индустриального чуда, а, скорее, напоминает индустриальный
кошмар. Старичок выглядел скромно, хотя и был полон пафоса, по сравнению с
тем видом, который представал нашему взору через порталы обзора строгая
красота "Энтерпрайза" пленяла нас, хотя конструкция его была, на мой
взгляд, чересчур проста и непритязательна. Я, наверное, всегда буду
рассматривать военный космический корабль с уважением, смешанным со
страхом, к которому трудно привыкнуть. Конечно, все это создано инженерами
и технологами, но, наверняка, и художниками в душе.
Я спросила у Скеннера:
- Сколько времени может понадобиться им для установки рабочего
сверхускорителя? Позади меня раздался спокойный голос:
- Перрен в последнее время преуспел в инженерном обеспечении проекта,
- ответил Сарда. - Он и Бома смогут установить этот комплекс на корабле
примерно за восемнадцать часов. Более вероятно, что они не станут
заниматься этим сразу же, а предпочтут удалиться в безопасную зону
космоса, где Морни сможет завербовать себе помощников из числа оставшихся
последователей Риттенхауза.
Я с благодарностью кивнула ему. Его присутствие здесь все еще
удивляло меня, но одновременно я была признательна ему за помощь.
Несколько недель назад в той критической ситуации на борту дредноута он
оказался в числе наших сторонников вследствие сложившихся обстоятельств.
Сегодня же это было его сознательным решением. В первый раз за все это
время я подумала о том, что Кирк бы наверняка похвалил меня. Теперь мне
было необходимо воспользоваться знаниями Сарды. Уже сейчас я ощущала на
себе действие его телепатической поддержки, словно едва слышимое эхо
подкрепляло мои мысли и действия. Мой мозг затруднялся объяснить характер
этого влияния, было ли оно намеренным или же обычным фоном, аурой,
окружающей вулканцев. В любом случае, я приветствовала такого рода
поддержку.
- Мы должны действовать, - произнесла я, садясь в командирское
кресло. Мягкость его новой кожаной обивки приятно расслабила мои ноги и, в
особенности, спину, еще болевшую после схватки с Гелтом. Как
дополнительное напоминание о пережитых неприятных минутах, мне под ребра
уткнулся дезинтегратор, позаимствованный у одного из клингонов. Я вытащила
его из-под пояса и вручила Мэрит; Сарда сделал то же самое со своим
оружием. Скеннер предусмотрительно забронировал место рядом со мной, но
затем пересел поближе к пульту управления навигацией и сенсорами, уступив
свое место Сарде.
- Что вы задумали? - спросил Маккой с определенной долей недоверия в
голосе. Он сидел, облокотившись на поручни, в одном из пассажирских кресел
и жадно разглядывал через портал свой родной корабль. Без сомнения, он
хотел оказаться там и выполнять свою работу.
Я чувствовала его тоску, и она придала мне еще большую решимость.
- Мы должны помешать им развить ускорение и уйти с орбиты.
Все на корабле посмотрели в мою сторону. Скеннер выпрямился, как
линейка, и удивленно раскрыл рот.
- Неужели? Раз мы решились на это, то лучше реорганизовать всю
Солнечную систему и выстроить все ее планеты в ряд.
Маккой наклонился вперед еще больше.
- Этот корабль хочет потягаться с "Энтерпрайзом"?
- Почему бы и нет, - продолжал усмехаться Скеннер. - Если вы
доставите меня к нему на расстояние в пятьдесят метров, то я смогу своим
лазерным фонариком разрезать весь его корпус, а если на десять метров...
Доктор не обратил внимания на его болтовню.
- Может быть, будет больше смысла в том, чтобы убраться отсюда и
известить обо всем Звездный Флот?
- К тому моменту, когда он пришлет сюда помощь, - ответила я, - Морни
успеет добраться на "Энтерпрайзе" до любого места в Галактике. Я же не
собираюсь выпускать их даже из этой планетной системы.
- Пайпер, но у нас нет фазеров, достаточно мощных даже для того,
чтобы нарисовать усы на носовом отсеке этого корабля, - ответил Скеннер.
Нас неожиданно прервал еще один голос.
- Оставьте ее в покое.
Все удивленно посмотрели в сторону кормы. Там, возле люка, одиноко
стояла Мэрит. Одной рукой она держалась за переборку, словно ища поддержки
своим словам у самого корабля. Лицо ее было наполовину в тени, а светлые
волосы блестели в луче, падающем от небольшой, но яркой лампочки. Но
больше всего наше внимание привлекла ее решимость.
- Пайпер - наш командир, - произнесла она. - Нам следует делать то,
что говорит она, и поменьше спорить. И тогда если мы умрем, - добавила
Мэрит, - то умрем достойно.
Мэрит всегда была такой спокойной и ненавязчивой, что я чаще
забывала, чем помнила о том, что рассказывала ей, и сколько моих прошлых и
настоящих мыслей она бережно сохраняла в своей голове, вещей как
специальных, так и совершенно случайных. И только когда кое-что из этого
выплыло на поверхность, так кстати, благодаря ее природному чутью, я
почувствовала к ней благодарность и признательность.
В соответствии с драматизмом момента больше она не произнесла ничего.
Ее слова потонули в том, что произошло после них, и больше она не
привлекла к себе внимания. Мэрит хотела, чтобы его объектом стала я, и это
поняли все. Даже доктор Маккой.
Сарда, неспешно передвигаясь, переключил компьютер на выдачу текущей
информации. На экране появился "Энтерпрайз", уходящий с орбиты на
импульсных ускорителях.
- Курс 0-37.
- Уходит за пределы Солнечной системы, - пробормотала я. - Когда они
отойдут подальше от перенаселенного планетами космоса, то наверняка
подключат сверхускоритель. Нам нужно идти вслед за ними. Но не слишком
близко, чтобы они не могли достать нас силой своего оружия. Они сразу
догадаются, что это мы.
- И я уже слышу их смех, - добавил Скеннер.
- Ну что ж, это неплохо, Скеннер, - парировала я. - Если тебя не
воспринимают в качестве угрозы, то на некоторое время это становится твоим
преимуществом.
- Вряд ли они пойдут на то, чтобы стрелять в нашу сторону, - заключил
Маккой. - Это трата энергетических ресурсов. Они прекрасно знают, что
смогут обогнать нас на ускорении.
Я посмотрела на Сарду, и он молчаливо подтвердил логичность моего
высказывания. Очевидно, Леонард Маккой провел все эти годы на борту
военного космического корабля не без того, чтобы усвоить пару-тройку
военных логических построений.
- Благодарю вас, сэр, - ответила я и склонилась над командной
консолью. Наш корабль, следуя за "Энтерпрайзом", постепенно уходил с
орбиты.
Старенькие импульсные двигатели "Короля" вскоре подтолкнули нас до
скорости нашего конкурента, а возможно, и немного большей. Мы медленно
догоняли "Энтерпрайз" на виду у трех местных планет. Четыре другие планеты
находились вне нашей траектории, и нам оставалось миновать только одну,
последнюю, перед тем, как выйти из звездной системы.
- Скеннер, а как все же работают эти ваши загадочные тяговые лучи? -
спросила я.
Его мальчишеское лицо сразу оживилось.
- Что, интересно?
- Как вам удается тянуть за собой что-нибудь более тяжелое, чем
импульсные возможности двигателей?
- Для коротких расстояний есть возможность "зацепиться" за ближайшую
планету или спутник и использовать их в качестве опоры для рычага.
- Сможем ли мы "зацепиться" за какую-нибудь планету и удержать
"Энтерпрайз"?
- Удержать? Может быть, если он будет находиться на орбите, но...
- И все же?
- Думаю, что без "но" здесь не обойтись, Пайпер, - он развернулся на
стуле и посмотрел мне прямо в лицо. - Мы не сможем удержать корабль
размеров "Энтепрайза", если он сам начнет ускоряться, даже в том случае,
если мы повиснем на целом Солнце. "Король" способен буксировать его только
тогда, когда он дрейфует с выключенными ускорителями, - в его голосе уже
не было той желчи благодаря помощи Мэрит. Я без труда заметила это.
- Насколько точной может быть настройка и фиксация тяговых лучей?
- Черт побери, я бы смог растянуть яйцо-на белок и желток на
расстоянии двадцати тысяч километров.
- Неплохо, - проборм
...Закладка в соц.сетях
