Жанр: Электронное издание
SPACEROA
...ренные увиденным, либо отчаявшись понять, что же такое перед
ними.
Обыск-осмотр закончился - ей-богу, он и так слишком затянулся, потому
что я обнаружил, что мне все труднее и труднее становится дышать.
Все, что происходило потом, происходило молниеносно. Облако вещей и
людей распалось, его составные части полетели вниз, но разделились на
десяток или больше отдельных потоков. Я упал, чувствуя в животе такое
ощущение, что при обычном падении такого не бывает. Я начал кувыркаться и
не мог остановиться. Со мной вместе летели потоки вещей. Чья то рубашка
залепила мне лицо, я попытался ее стряхнуть. Потом ящик с инструментами
ударил меня, но защитная оболочка не дала ему меня как следует стукнуть и
смягчила удар. Я потерял ощущение низа и верха, и меня стало слегка
тошнить. Последние моменты наших мучений, к счастью, были коротки, и я не
могу точно сказать, каким образом я туда попал, но следующее мое
впечатление было таково, что я сижу в кабине тяжеловоза. За мной вместе и
следом было втянуто дикое количество всякого хлама, он валился на пол
лавиной. Джона забросило в люк, потом Сьюзен, потом Роланда, за ними
последовали и остальные, включая и Волошиных. Никто из банды Мура сюда не
попал. Потом моя защитная оболочка прекратила свое существование, и я упал
головой в море хлама. Люки захлопнулись, и воцарилась тишина.
Кто-то стоял прямо у меня на бедрах. Я повернулся, тот, кто это был,
повалился. Я выбрался из горы мусора, попытался встать на ноги. Моя нога
погрузилась опять в кучу хлама, и я не устоял и упал. Тут же я схватился
за спинку сиденья стрелка и подтянулся, чтобы встать.
- Интересная погодка у нас тут в последнее время, - раздался
подбадривающий знакомый голос.
- Сэм!!!
- Угу, я вернулся.
Не надо и говорить о том, что кабина была в страшном состоянии.
Прошло несколько минут, и мы все еще не могли найти Винни. Наконец она
обнаружилась под горой постельного белья, совершенно неповрежденная, живая
и здоровая. Она вспрыгнула на меня и прижалась ко мне.
- Привет, лапочка Винни, - сказал я ласково. - Все в порядке,
девочка. Все в порядке.
Я сообразил, что тяжеловоз движется.
- Эй, Сэм, - окликнул я. - Куда мы едем?
- Тут ты меня поймал, - ответил Сэм. - Дело в том, что я не веду
машину.
21
Мы двигались, но мотор тяжеловоза не был включен. Он даже не
заводился, когда я попробовал его включить. Перед нами были два "дорожных
жука", которые составили как бы локомотив и тендер нашего маленького
поезда, состоявшего из тяжеловоза, фургончика Волошиных, где не было
водителя, кучки машин людей Мура и машины Рагны.
Я проверил инструменты и обнаружил, что роллеры тяжеловоза не
вращаются. Машина летела по воздуху примерно в полуметре над дорогой.
Ловкий трюк, надо прямо сказать.
Еще один "дорожный жук" замыкал процессию. Каждому поезду нужен
хвостовой багажный вагон.
- Хотел бы я знать, - сказал Сэм, - как они опять запустили воздух
внутрь.
- Может быть, у каждой молекулы газа была своя оболочка, которую
создали хозяева этих мест, - предложил свою гипотезу Роланд.
- Мне нравится такое предположение, - восхитился Сэм, - не верю,
конечно, но мне нравится.
Мы уже выехали из огромного зала в туннель и мчались с невероятной
скоростью. Видимо, "жуки" прекрасно знали, куда они нас везут. Скорее
всего, в крематорий.
- Черный кубик! - воскликнул Роланд, поднимая кубик так, чтобы все
смогли его видеть.
- Интересно, почему они не оставили его себе, - сказала Сьюзен,
скептически нахмурясь.
- Жаль, что не оставили, - ответил я мрачно, - я не могу им даже
отдать проклятую штуковину.
- Сэм, - спросил Роланд, - где ты был?
- Долгая история, - ответил за него я, - я-то сам хочу знать, где
программа искусственного интеллекта Уилкса?
- Господи помилуй, - выдохнул Роланд, - так это был Уилкс?
- Она благополучно поймана и зафиксирована в главной памяти, - сказал
Сэм. - Мы можем стереть ее в любой момент, когда только нам
заблагорассудится.
- Слушай, а она не загрузится снова, - поинтересовался я, - совсем
как тогда, помнишь?
Сэм хохотнул.
- Так ведь в том и была вся загвоздка, во вспомогательном архивном
блоке. Я временно заблокировал в него доступ, и как раз это нам и надо
было бы сделать в первую очередь. Кто-то физически в буквальном смысле
покопался в нем, и нам никогда бы не удалось стереть Уилкса оттуда. Нам и
так придется вынимать блок и ремонтировать его.
- Э-э-э, Сэм, черт знает, смогу ли я это сам сделать. Я не специалист
по обслуживанию и ремонту компьютеров.
- Да я тебе помогу, не волнуйся. У нас есть учебники...
- Они как раз во вспомогательном архивном блоке, Сэм.
- А у нас есть копия на дискете, там, в трейлере, помнишь? В отсеке
для особо хрупкого груза. Если бы ты время от времени убирался в
тяжеловозе...
- Ладно, ладно. Дойдет очередь и до этого. Как это тебе удалось
выбраться из-под Уилкса?
- Ну, когда началась вся эта заварушка, вся побочная радиация... или
как там это назвать... она стерла центральный процессор начисто. Это была
как раз та лазейка, которая и была мне нужна. Программа искусственного
интеллекта и есть компьютер, но в виде программного обеспечения. А я
установлен на самом оборудовании, поэтому, так как я на винчестере, я
гораздо быстрее. Несколько наносекунд - и я в дамках.
- Ну и ну, черт меня побери, - сказал я, - но каким образом Уилкс
вообще там оказался и влез поверх тебя?
- Я просто дурак дураком, - ответил Сэм. - Нам надо было все
сообразить, когда еще мы проводили всю эту диагностику...
- Погоди, это лучше тоже оставить на потом. Я хотел бы знать, какого
рожна тут делает Рагна.
Я вышел на частоту Космострады и вызвал его.
- О, Джейк, мой совершенно особенный друг! Привет привет и особое
выражение почтения всем нашим разнообразным друзьям!
- Да-да. Рагна, ты как тут оказался? И почему, во имя всего святого,
ты вообще за нами увязался?
- О, Джейк... это такое положение смущения и затруднения...
- Давай выкладывай.
- О, воистину. Вне всякого сомнения, я нахожусь в процессе вызывания
твоего негодования, когда стану рассказывать тебе, что многочисленные
потаенные индивидуумы из нашей расы последовали за тобой.
Я рассмеялся.
- Да нет, никакого негодования ты не вызовешь. За мной все время,
куда ни погляди, постоянно кто-то увязывается.
- Это соответствует истине. Было хождение слухов, что за тобой по уши
влюблены множество машин разного происхождения. А на планете, где
находится много узлов Космострады, нами было замечено, что вокруг тебя
находится на плаву большое количество фекальных масс, если выражаться
метафорически.
- Да-да, именно это и произошло, - сказал я, - продолжай.
- Как раз в это время наши научные индивидуумы наконец сообразили,
что же такое происходит внутри черного кубика.
- Да что ты!
- Да-да, они наконец стали вкладывать в этот объект определенный
смысл. Их понимание - я хотел бы особенно внести ясность в этот вопрос -
далеко от полноты, однако они вот-вот раскусят этот плод орехового
дерева... если ты меня вникаешь.
- Вникаю, вникаю, - ответил я. - Так что же это такое?
- Увы, Джейк, как я уже тебе сообщил, в науке я, к сожалению, понимаю
меньше, нежели упоминаемый у вас моржовый хрен. Однако, все-таки. Они
находится в обладании гораздо большим количеством знания, нежели я, и она
часто посещала различные конференции касательно именно данного предмета. Я
попробую, чтобы она с вами поговорила, если вам это сейчас удобно.
Пожалуйста, не прерывай связи...
- Погоди, Рагна, - перебил его я. - У нас тут есть кое-кто, у кого
есть тоже немалое количество этих самых знаний, как ты сказал. Пусть он
поговорит с Они, но попозже, ладно? Мы тут по колено в безобразии. И мне
очень хотелось бы понять, куда они нас тащат.
- У нас те же самые проблемы и задачи. В наших машинах тоже полный
публичный дом, как вы выражаетесь. Ладно, Джейк. Мы собираемся пока слезть
с твоих ушей и поймаем тебя дальше по дороге чуть позже. Пока мы не
приехали к месту назначения, желаем всем нашим добрым друзьям неплохой
жизни! Пока!
- Порядок! - ответил я.
- Господи, - простонал Роланд, - где эти мартышки выучили жаргон
шоферюг?
- Понятия не имею, - ответил я, - может быть, вытащили из наших
компьютерных словарей.
Я оглянулся.
- Где все остальные?
- Там, на корме, - ответил Роланд. - Там больше места. И нам тут
просторнее. Но если тебе кажется, что у нас тут хаос, то загляни в
трейлер...
- Ладно, ребята, - сказал Сэм по всем громкоговорителям в тяжеловозе.
- Как насчет того, чтобы убрать всю дрянь? Мы когда-нибудь на это
способны?
- Мне нравится местоимение "мы", - издевательски осклабился я.
- Хе-хе-хе...
Все попытки связаться по радио с "дорожными жуками" потерпели фиаско.
Мы могли только догадываться, куда нас в конце концов тащат, и сперва наши
мозги только тем и были заняты, что строили догадки. "Жуки" выволокли нас
из подземного гаража, протащили через ближайший портал, потом по цепочке
весьма бесцветных и непримечательных планет. Большую часть времени мы
провели за уборкой безобразия, воцарившегося после невесомости.
Карла мы освободили от уборочных терзаний. Мошонка у него раздулась
до размеров грейпфрута, и он испытывал ужасные страдания. Все, что я мог
для него сделать - это накачать его гидроморфоном и кортизоном и надеяться
на лучшее. Карл рассказал им все, что он сам знал, ему не было причины
молчать или скрывать что-либо. Они просто ему не поверили. К концу,
однако, ему показалось, что они уже были близки к тому, чтобы поверить в
его историю о том, как его похитило летающее блюдце, но он не был уверен в
том, что они действительно могли бы ему поверить. К счастью, пусть и по
непонятным причинам, вмешались "дорожные жуки". Лори пришла в страшное
состояние, по очереди горько и безудержно рыдая и швыряя в переборку чем
попало и грозя совершить садистские хирургические операции над теми
сукиными детьми, которые терзали ее милого. Через денек-другой Карлу
полегчало, и она малость поуспокоилась.
Уборка продолжалась три дня. Мы провели инвентаризацию и нашли, что
ничего у нас не пропало. Машина Шона и Лайема была цела и невредима, как,
разумеется, и машина Карла. Но теперь шевроле было надежно укрыто за
Ариадной Шона и Лайема, и это, конечно, было лучше. Может быть, настанет
момент, когда нам понадобится поскорее вытащить шевроле из трейлера.
Теперь я даже жалел, что в какой-то момент заставил Карла въехать в
трейлер на машине. Вот и говори после этого о плохом планировании - я тоже
совершил свою долю промахов.
Когда стало ясно, что нам придется путешествовать весьма долго, мы
разработали себе режим дня, к которому приспособились быстро. Мы ели и
спали по очереди, по очереди несли вахту у панели управления, более или
менее справляясь с ведением хозяйства. Тринадцать душ и тел, живущих в
тяжеловозе с трейлером, делают совместное проживание высоким искусством.
Тяжеловоз, конечно, не маленький, но, если принять во внимание все машины,
которые в него въехали, места для проживания оставалось весьма немного.
Постоянно кто-то кому-то наступает на ноги, кто-то кому-то вгоняет локоть
в ребра, а очередь в туалет занимать надо было в письменном виде по
особому разрешению. Тем не менее настал момент, когда Дарла и я оказались
наедине в кормовой кабине. Я воспользовался моментом, чтобы кое-что у нее
выяснить.
- Уилкс сказал мне, вернее, его аналог сказал мне, что он ничего не
слышал про черный кубик, пока не увидел его сам глазами Сэма тут, в
тяжеловозе. Ты что-нибудь понимаешь?
Дарла слегка подняла брови и сказала:
- Могу только догадываться. Но и догадка в данном случае хороша.
Иначе он не стал бы так отчаянно охотиться на Винни на борту "Лапуты". Он
понятия не имел, что у меня есть кубик. И никто об этом не знал.
- Никто, кроме человека, который его тебе дал. Кто был этот человек?
- Он мертв. Его звали Пааво, и он был мне очень хорошим другом. Он
погиб в перестрелке, из которой мне удалось выбраться живой. Это было на
Кси Бу.
- Ты уверена, что он мертв?
- Пааво всегда клялся, что живым в руки колониальным властям не
дастся.
- Ты сама видела, как он погиб, или ты слышала об этом из надежного
источника?
- Нет. Это важно?
Я кивнул.
- Мне кажется, да. Я хотел бы точно узнать, в какой момент власти
узнали о существовании кубика.
- Мне всегда казалось, что они узнали, проведя дельфийскую серию над
Мареной Миллер.
- Наверное, - сказал я. - Но когда это было? Когда ее арестовали? Сэм
и я не можем найти в наших архивах ничего, что давало бы нам точную дату -
что неудивительно, потому что это, скорее всего, было тайным арестом.
- Наверняка так оно и есть. Но почему расклад событий по времени тебе
так важен?
- Давай сперва разберемся с кое-чем еще. - Я откинулся назад и оперся
плечами о переборку. - Ты никогда не рассказывала мне в подробностях, что
случилось на ранчо телеологистов в ту ночь, когда меня увели. После этого,
разумеется.
Она пожала плечами.
- Я сдалась, а они забрали нас всех.
- Ты, значит, была с телеологистами все время до тех пор, пока
Петровски не взял тебя на допрос?
- Нет, сперва меня забрали в больницу и перевязали ожоги. Я на этом
настаивала, и они нехотя согласились. Мне кажется, один из милиционеров
крепко напал на меня. Я после этого так и не увидела телеологистов, до тех
пор, пока мы не встретились снова на улице в Максвеллвилле. - Она
нахмурилась и покачала головой. - Странно. Я-то ожидала найти их в
отделении милиции или, по крайней мере, убедиться, что их задерживали,
допрашивали, ну что-то в этом роде. Потом оказалось, что менты вроде как
ими и не особенно интересовались.
Я мысленно отметил про себя этот факт, потом сказал:
- Ладно. Теперь насчет Петровски. Он не знал, что у тебя есть кубик?
- Вот это меня бесконечно удивило. Он даже не стал обыскивать мой
рюкзак. - Дарла саркастически хмыкнула, потом странно улыбнулась. -
Разумеется, к моему делу у него был личный интерес.
- Даже если и так, если бы он знал, что у тебя есть кубик, он бы
обыскал тебя и нашел его. Разве нет?
- Да, - кивнула она головой. - Наверняка.
Я сплел пальцы вместе и закинул руки за голову.
- Значит, Петровски не знал про черный кубик, и Уилкс тоже не знал,
если он снова не врет. У меня вопрос: кого же власти послали, чтобы кубик
заполучить? Кто тот человек, который представляет во всем этом интересы
властей?
Дарла долго раздумывала над этим.
Потом она сказала:
- В этом деле есть много белых пятен. Григорий совершенно точно
действовал на свой страх и риск. Его карьера была погублена. Я ее
погубила. Они ничего бы ему не сказали. И наверняка он ничего не знал. Он
расследовал твое дело просто для порядка.
Она подумала еще.
- Но, может быть, это вопрос хронологии. Тот, кого послали забрать у
тебя кубик, просто разминулся с тобой во времени.
- Или с тобой.
- Со мной?
- Ну да, - ответил я. - Ты же была и остаешься беглецом от закона.
Может быть, власти совершенно точно знали, у кого кубик, и они знали об
этом все время. Кубик был у тебя, и они тебя поймали! На Максвеллвилле!
Может быть, что именно там пересеклись пути властей и Петровски. Григорий
с огромным трудом пытался добиться содействия властей в тех краях. Полиция
не хотела ему помогать. Но он был офицером высокого ранга, и прежде чем
Рейли, формальный глава тамошних властей, мог получить разрешение убрать
Петровски с дороги, на нас напал мой таинственный двойник. Или кто-то там
нам помог освободиться.
Дарла прикусила губу и медленно покачала головой.
Я посмотрел на потолок.
- Опять-таки, я могу и ошибаться. Но в последнее время у меня
нарастает чувство, что чего-то тут не хватает. Или кого-то. Кого-то, кто
подшивается пока под совсем другого человека.
Дарла озадаченно посмотрела на меня. Потом и ей в голову пришла эта
поразительная мысль.
- Ты хочешь сказать... один из телеологистов?
Я наклонился вперед.
- Интересно, что тебе это пришло в голову, - сказал я.
Глаза ее расширились от изумления и недоверия.
- Да нет, не могут они...
Потом лицо у нее вытянулось, а плечи поникли. На лице у нее появилось
выражение такой абсолютной и полной усталости, что она даже прислонилась
ко мне, ища поддержки.
- Ох, Джейк, я никогда во всем этом не разберусь. Одно время мне
казалось, что я понимаю все происходящее, но теперь... мне кажется, что я
ничего не понимаю. Я просто ничего не знаю.
- Я тоже, - ответил я ей. - Очень трудно разобраться в парадоксе.
Мы сидели не шевелясь. Тяжеловоз, казалось, был необычно тих. Никаких
звуков мотора, никаких голосов рядом с нами. Только вечное посвистывание
воздуха, пока нас тащили по очередной планете, по чужим ветрам.
Потом я обнаружил, что плечо у меня влажное. Я поднял пальцем
подбородок Дарлы и увидел, как большая круглая слеза скатывается у нее по
щеке.
- Что случилось, Дарла?
Она вытерла слезу и выпрямилась.
- Мне надо кое-что тебе сказать, - ответила она. - Я беременна.
Летя откуда-то из будущих вечностей, мимо нас свистел ветер. Холодный
и мрачный.
- Как это ты могла?..
Она безрадостно и невесело рассмеялась.
- Как?
- Я хочу сказать, как же ты до этого допустила?
- Я на исходе действия трехлетней пилюли. Я не в такой ситуации,
чтобы спокойненько отправиться в клинику и получить еще одну. Они страшно
дорогие, ты же знаешь. Особых шансов залететь у меня не было - у меня еще
оставался месяц восьмидесятипроцентной надежности, а после него - месяц
шестидесятипроцентной... но... - она пожала плечами. - Такие вещи
случаются, это известно.
- Какая у тебя задержка?
Она покачала головой.
- Это не имеет значения. У меня в рюкзаке тест на определение ранней
беременности. Я знала через сорок восемь часов. - Меланхолическая улыбка
озарила ее лицо. - Может быть, это предыдущая ночь, но, по-моему, это та
ночь на пляже.
Тогда я ее поцеловал. Не знаю, почему. Может быть, просто потому, что
я любил ее.
"Дорожным жукам" надо было бы организовать собственный бизнес по
правильной организации дорожного движения. Наше путешествие было
невероятно ровным, сверхъестественно быстрым и плавным. Планеты
проносились мимо настолько быстро, что невозможно было долго глядеть из
иллюминаторов и не получить головокружения. Лори, Джон и Лайем слегли от
дорожной болезни, которую, к счастью, легко было вылечить теми
лекарствами, которые были в нашей аптечке. Роланду, кажется, поездка
нравилась. Он проводил целые часы на сиденье стрелка, выглядывая в окошки,
загадочно улыбаясь. Я бы сказал, непроницаемо улыбаясь.
Прошла неделя.
Время от времени мы вылетали на очередную планету гараж. В первый
раз, когда это произошло, мы решили, что наконец прибыли к месту
назначения, - но нет, "жуки" прогнали нас через еще один портал, и наше
судьбоносное путешествие продолжалось.
Мы проводили часть времени в болтовне, раздумывая над тем, почему
"жуки" засунули шайку Мура обратно в их машины, но Волошиных загнали
вместе с нами. Мы в конце концов пришли к выводу, что "жуки" чувствовали,
что люди делились на две враждующие фракции, и, как обычно, хотели просто
снизить вероятность возможных осложнений. Кроме того, они проверили все
машины, обыскали их весьма оригинальным образом и обнаружили, что в машине
Волошиных мало еды, поэтому на долгое путешествие засунули их вместе с
нами. "Жуки" были суровы, но справедливы. Это сказал Джон, и я рассмеялся,
потому что это напомнило мне какой-то старинный анекдот.
Однако мы заткнулись, когда Юрий рассказал нам насчет черного кубика.
Он четыре дня трепался с Они насчет этого предмета, перемыл этой теме
косточки, как хотел, потом созвал что-то вроде конференция. Вот что он нам
сказал:
- Если я только правильно понял то, что Они мне говорила, кубик -
один из самых странных предметов во вселенной. - Тут он рассмеялся.
- Странный выбор слов, и сейчас вы поймете, почему я смеюсь.
Собственно говоря, это даже не объект в прямом смысле слова. Он сделан
почти что из ничего... буквально из ничего. Он просто представляет собой
пространство. Пространство внутри пространства. Пространство снаружи
пространства - это наш континуум, наша вселенная. А то, которое внутри...
- он почесал бороду и сгорбился. - Там другое пространство.
- Ты хочешь сказать, что там целая вселенная? - спросил Джон.
Юрий откинулся в своем кресле и засунул руки в карманы.
- Может быть, эта вселенная менее, чем в световом годе отсюда.
- Всего в световом годе, - ахнула Сьюзен, потом стала обмахиваться
рукою, притворяясь, что испытала огромное облегчение. - А я-то
напугалась...
- Как такое вообще может быть? - потребовал объяснить Джон. - Ты
хочешь сказать, что ее... уменьшили?
- Сложили, - сказал Юрий. - Это наиболее вероятно. Ее складывали и
перегибали по многим измерениям несколько раз. - Он убрал руку и вывернул
карман наизнанку. - Представьте это себе таким образом. - Он сделал
складку на кармане. - Теперь повторяйте такие складки все время, и вскоре
у вас не останется места, куда можно было бы сунуть руку. Но ведь карман
все еще существует, правда же?
- Понятно, - сказал Джон. - По крайней мере, кажется, что понятно.
- Ну, все-таки это чистой воды спекуляции ахгиррских ученых.
- А они основывают на чем-нибудь свою гипотезу? - спросил я.
- Поток непосредственных, сырых данных, кажется, исходит от самого
кубика. Не могу представить себе, какой источник энергии выдает эти
данные, а может быть, как раз та энергия, которая и превращается в данные,
может выйти наружу. Она проявляется в форме крайне редкого, почти
экзотического излучения. А второй компонент этого излучения - обыкновенные
радиосигналы.
- Значит, - заметил я, - эта вселенная теряет энергию.
- Да. Опять же, при первом рассмотрении, эти данные не представляют
особого смысла. Ахгирры сперва тоже ничего не поняли, пока у кого-то не
возникло правильных ассоциаций, и тогда этот кто-то посмотрел в
космологические справочники. Те числовые величины, которые выходят наружу
из кубика, и состояние энергии, к которому относятся эти величины,
представляют собой примерно то же самое, что, по мнению космологов,
существовало на очень ранних стадиях нашей вселенной.
- Ты имеешь в виду Большой Взрыв? - спросила потрясенная Дарла.
- Нет, задолго до того, как произошел Большой Взрыв. Прежде, чем была
создана материя, и энергии тоже было весьма немного. Почти никакой энергии
или материи. - Он повернулся на водительском сиденье к своей спутнице
жизни. - Никто из нас по-настоящему не разбирается в этих вопросах, но Зоя
больше занималась этим предметом, нежели я.
Зоя вздохнула.
- Не знаю, с чего начать. - Она слабо улыбнулась, потом сказала: -
Давайте я попробую объяснить таким путем. В области теоретической физики
все последнее столетие прошло в сражениях с самыми основными понятиями.
Среди них была и фундаментальная природа материи как таковой, и
особенности самого предмета. Если упростить до идиотизма, то в настоящее
время все пришли к соглашению, что пространство связано в узлы. Вихри,
матрицы - называйте их как хотите... - Она нахмурилась и потерла лоб. -
Нет, попробую снова. Представьте себе такое положение вещей, при
котором...
Она снова надолго задумалась.
- Можете вы представить себе облако математических точек, которые с
помощью случайных процессов сами располагаются в порядке, который может
очертить геометрическое пространство?
При этом они так выскочили совершенно из ничего, из абсолютной
случайности! И можете вы себе представить это ограниченное пространство,
это совершенно пустое метрическое обрамление, которое при всем при том еще
проходит эволюционные изменения, случайные флуктуации, которые вынуждают
его завязываться в узлы на определенных участках? Теперь представьте себе
эти узлы как сгустки энергии. А поскольку материя эквивалентна энергии...
- она подняла ладонь. - Ради бога. Как я уже сказала, это до идиотизма
упрощено. Но пока что вы меня понимаете? То, что я описываю, примерно
изображает, как вселенная могла быть создана из ничего.
- И это, - сказал Юрий, - как раз то, что, по мнению ахгирров,
происходит внутри черного кубика. По крайней мере, это их самая лучшая
гипотеза.
Мы все посидели, прислушиваясь к шуму воздуха за окном.
- Это почти непостижимо, - сказал Джон.
- Вот именно, - ответил Юрий. - Вот именно.
- Мне кажется, что идея вполне хороша, - заметила Сьюзен. - Яйцо, Из
Которого Вылупится Вселенная. - Она посмотрела на всех нас, восторженно
улыбаясь. - Вот что такое кубик. Это инкубатор вселенной.
- Интересно, уж не нашей ли, - задумчиво протянул Роланд.
Прошла еще неделя.
Потом еще одна.
Дни были бесцветные, скучные, их можно было различить только по
каким-то новым фрагментам беседы или крохотному событию. Я не могу
вспомнить их, кроме весьма немногих.
Однажды Сьюзен сказала мне:
- Я знаю, ты все еще любишь Дарлу. Я знаю, что это не имеет ничего
общего с тем, что она ждет ребенка. Вы двое... не знаю. Вы предназначены
для чего-то. И это что-то больше вас обоих, сильнее. - Она сморщила нос. -
Звучит, правда, совсем мелодраматически.
...Поділитися у соцмережах
