Жанр: Электронное издание
SPACEROA
...а они проносились мимо с такой невероятной быстротой, что воздушная
волна ударом могла почти что сбросить тебя с Космострады. Этот жук стал
замедлять ход, как всегда, с такой скоростью, что если бы человек сидел
там внутри, то кости его просто стерлись бы в порошок. Я замедлил ход. Вне
сомнений, жук хотел поговорить именно с нами. Просто так, приятно убить
времечко.
- Сынок, говори правду. Это всегда лучше всего, когда имеешь дело с
"дорожным жуком".
- Да, папа.
- Не хами. Ну да, вот он нас вызывает. Я переключу его на
громкоговоритель кабины.
- ЛИЦА, НАХОДЯЩИЕСЯ В ТОРГОВОМ АВТОМОБИЛЕ! НЕМЕДЛЕННО ПРОЕЗЖАЙТЕ
ЧЕРЕЗ СЛЕДУЮЩИЙ ПОРТАЛ!
Голос "дорожного жука" - это как иголка сквозь барабанную перепонку.
Вообразите все неприятные звуки, какие вы только знаете. Скрипение мела по
доске, раздираемый металл, хруст кости, грохот от столкновения
автомобилей, жужжание вибропилы. Возьмите все эти звуковые формы, усильте
их до предела, потом поверх наложите замогильный, нечеловеческий голос.
Описание будет, конечно, неадекватное мерзостной действительности. Я
подавил дрожь и постарался ответить спокойным голосом.
- Если мы последуем вашему приказу, это причинит нам трудности и
поставит нас в опасное положение.
Пауза. Потом:
- ОБЪЯСНИТЕ.
- Этот портал уведет нас прочь от нашего запланированного маршрута, и
мы останемся в неизвестной местности. У нас нет карт этого сектора. Кроме
того, у нас роллер с опасным для жизни дефектом.
"Жук" пристроился возле нас. Он действительно выглядел, как огромный
серебристый жук, его поверхность была блестящая и совершенно лишена
каких-либо деталей. Заслонив от нас небо слева, он подъехал, чтобы
осмотреть наш роллер. Как будто желая продемонстрировать, что творится,
роллер немедленно сбросил с себя огромный кусок. Видимо, удовлетворенный
результатом осмотра, "жук" откатился в сторону.
- ДЕФЕКТНАЯ ЗАДНЯЯ ЧАСТЬ ПОДТВЕРЖДАЕТСЯ. ТЕМ НЕ МЕНЕЕ ВЫ ПРОЕДЕТЕ НА
СЛЕДУЮЩУЮ ПЛАНЕТУ. МЫ ПОМОЖЕМ.
Я придавил микрофон.
- Черт возьми, - сказал я. - Сэм? Ты можешь что-нибудь придумать?
- Спроси его, почему, - посоветовал Сэм. - Спроси вежливо.
Я снова включил связь.
- Мы с уважением к стражам закона желали бы спросить причину вашего
решения.
- ВАШЕ НЕДАВНЕЕ ПОВЕДЕНИЕ НА ЭТОМ УЧАСТКЕ ОКАЗАЛОСЬ АБСОЛЮТНО
ВРЕДОНОСНЫМ ДЛЯ ДОРОЖНОГО ДВИЖЕНИЯ, И ВЫ ДОЛЖНЫ БЫТЬ ОТДЕЛЕНЫ ОТ ВАШИХ
ОППОНЕНТОВ.
- В нас стреляли без повода и провокации.
- ЭТО НЕ ИМЕЕТ ЗНАЧЕНИЯ, ПОЭТОМУ ОТПРАВЛЯЙТЕСЬ НА СЛЕДУЮЩИЙ УЧАСТОК
ДОРОГИ. ПРИБАВЬТЕ СКОРОСТЬ И БУДЬТЕ ГОТОВЫ К ПРОЕЗДУ. ВАШИ ОППОНЕНТЫ ЗА
ВАМИ НЕ ПОСЛЕДУЮТ.
- Черт побери! Я же сказал, что в этом случае мы заблудимся!
- ЭТО НЕ ИМЕЕТ ЗНАЧЕНИЯ. КОНЕЦ СВЯЗИ.
- Твою мать! - иногда старый добрый мат предпочтительнее.
"Дорожный жук" отстал от нас, потом пристроился нам в хвост и до тех
пор вилял, пока не уперся почти что в наш трейлер.
- И нам даже не дали позвонить нашему адвокату, - невесело пошутил
Сэм.
Я кивнул и глубоко вздохнул. Нас приговорили, изгоняли по ту сторону
неизвестного портала без всякой надежды исправить положение. Я слышал про
то, как "дорожные жуки" делали такие вещи. Но я никогда не представлял,
что это может произойти со мной. Я посмотрел назад на своих пассажиров, Ну
что же, это происходило не только со мной одним. Я посмотрел на дорогу
впереди цилиндра почти перед нами. Выбора у меня не было. Либо мне
пришлось бы проскочить через неизвестный портал, а это своеобразный
смертный приговор со стороны "дорожного жука", либо меня просто размазали
бы по дороге.
Но еще оставался вопрос сломанного роллера. По мере того, как наша
скорость нарастала, он стал сбрасывать с себя куски покрышки, а за ним
тянулся снежно-белый вихрь порошка. В конце концов, это может оказаться
действительно смертным приговором. Роллер был готов сломаться каждую
секунду.
- Веди машину через портал на минимальной скорости, сын. И спокойнее
с ней обращайся.
- Я так и собираюсь сделать. Но мне понадобится вся помощь, какую ты
сможешь мне оказать.
- Я с тобой, сынок.
- Пап, мне кажется, что на этот раз мы не сможем проскочить.
- Я буду с тобой на каждом шаге этого пути, сын.
Панель управления бесилась от пляшущих красных огоньков. Ландшафт
проносился мимо багровым смазанным пятном.
- Люди, - объявил я. - Я никоим образом не смогу протащить этот
тяжеловоз через портал с неисправным роллером. Если только "жук" не окажет
нам обещанной помощи - а я не понимаю, чем он смог бы нам помочь, - это
может оказаться нашей последней попыткой. Мне кажется, я должен вам об
этом сказать.
Я посмотрел назад. Сьюзен сидела с побелевшими губами и бледная, а
Джон мрачно смотрел вперед, но глаза его были спокойны.
- Мы справимся, Джейк, - сказал мне Роланд. - Нам просто необходимо
справиться.
- Сделаю, что смогу.
- Дарла...
Я повернулся назад еще раз. Дарла мне улыбалась! Эти ионосферные
глаза сияли самым странным веселым светом. Я видел в них вечность. Мою
судьбу.
Я моргнул, и улыбка пропала. Я посмотрел назад на долю секунды.
Теперь я вовсе не был уверен, что действительно видел ее улыбку.
Машина вильнула вправо, и я стал бороться за то, чтобы удержать нас
на дороге. Маркеры входа в портал - два металлических, выкрашенных в
красный цвет прута по обеим сторонам белой линии посреди дороги -
пролетели мимо, прежде чем я успел увидеть их как следует.
Теперь мне надо было выпрямлять машину... и немедленно!
Роллер стал ломаться, вдоль его поверхности появились линии разлома,
из которых полетели фонтаны белого порошка.
- Пап! На другой стороне что-нибудь есть?
- На другой стороне чего? Портала?
- Нет! По другую сторону жизни!
Сэм не нашел времени мне ответить. И вдруг... все стало нормально.
Это было похоже на то, как если бы огромная рука схватила тяжеловоз и
выровняла его на дороге. Предупредительные сигналы все еще мерцали, роллер
продолжал ломаться, но наш курс был правильным и ровным. Мы были ровно на
срединной линии дороги. Маркеры наводящей линии появились перед нами, и мы
были в самой середине. Цилиндры промелькнули мимо, по двое, потом выход
превратился в расплывчатое очертание выходного портала, сформировавшись из
тумана впереди. Мы ровно вошли в него.
Тут нас отпустил "дорожный жук". Роллер разлетелся взрывом снега и
льда, машина осела и метнулась к прочесанным ветром дюнам, которые
обрамляли дорогу впереди. Мы ударились в песок, и внезапное торможение
чуть не выбило наши глаза из орбит, чуть не раздробило нам грудные клетки.
Я ударил по реактивным дюзам, чтобы ослабить влияние, поэтому мне удалось
удержать нас на прямой метров на сто. Нас уже тянуло обратно на дорогу, но
трейлер никак не хотел последовать за тяжеловозом. Машина перевалила через
бровку дороги, но трейлер все еще тащился левее от нас, зарывшись в песок.
Он либо перевернется, либо в конце концов отвалится. Я не стал ждать,
когда трейлер надумает, что ему делать, я прибавил газу, откинул крышку,
под которой был переключатель быстрого отцепления, и подсунул пальцы под
кольцо. Постепенно трейлер выправился и встал ровно на колеса. Я
затормозил что было крайне сложно, потому что от скверного роллера почти
ничего не осталось. Он был содран до своего желтого губчатого ядра. Он
стонал и плюхал по дороге, плюх-плюх-плюх-плюх-плюх-плюх, и снова
заставлял нас клониться влево. Я совершенно не собирался снова падать с
дороги. Я отсоединил передние роллеры от системы торможения и подключил
задний комплект. Но все равно, двигаться дальше все же было очень трудно.
Машина вдруг перевалилась налево, и искры полетели, когда край кузова
коснулся металла дороги. Я смог как-то справиться с перекосом, и мы почти
совсем хорошо затормозили, когда "дорожный жук", потеряв терпение,
пронесся мимо нас с невероятной скоростью.
Я не помню, что произошло дальше, если говорить точно. Мы
перевалились с дороги, мы снова были в песке, потом нас вынесло из песка,
потом мы снова в него плюхнулись. Кругом взмывали фонтаны желтого песка,
закрыв переднее стекло.
Наконец мы остановились. Боковое стекло было чисто, и я смог увидеть,
что мы стоим более или менее вертикально. Передний край машины зарылся в
песок до половины аэродинамического кожуха мотора. Я включил дворники на
переднем стекле, и скоро мы смогли увидеть, что произошло. Машина слетела
с дороги смачно. Обычно это не представляет никаких сложностей. С двумя
хорошими передними роллерами мы спокойно могли бы отцепить трейлер,
вытащить его, потом подать машину задним ходом без каких-либо проблем.
Если бы у нас была еще машина, которая могла бы нас вытянуть, и два
порядочных передних роллера.
Там, на дороге, Карл с визгом тормозов остановился и съехал на
обочину.
- Джейк, с вами, ребята, все в порядке?
Я оглянулся. Никто, казалось, не пострадал. Все кивнули.
- Да, мы в порядке, если принять во внимание все обстоятельства.
- Как насчет Шона и Лайема?
- Мать честная!
Роланд уже расстегнул ремни и пробирался в кормовую каюту. Я содрал
ремни с себя и последовал за ним.
- Роланд, погоди! - крикнул я. - Сэм! Как тут воздух?
- Нормальный для землян!
- Невероятно. Наконец удача. Роланд, ты иди через каюту, попробуй
пробраться через заднюю дверь. Я пойду через пролаз в кишке. Там могут
быть какие-нибудь повреждения.
- Договорились!
Я отвинтил люк, встал на четвереньки и пролез через гармошку,
связывающую трейлер и трубу машины. Дальний люк был в полном порядке. Я
открыл его, пробрался внутрь, кувыркнулся и встал на ноги. Было темно. Я
почувствовал запах дыма. Однако там, в той секции, которую мы называли
кассетой для яиц, потому что хранили там хрупкие вещи, не было заметно
никаких повреждений. Я перепрыгнул через пару ящиков, проскользнул по
лабиринту коробок, пробрался назад. Туда через пробоины проникал дневной
свет.
- Хочешь пива, Джейк?
Шон и Лайем лежали вразвалку на куче ящиков и рассыпавшегося барахла.
Бутылки с пивом разбились, пена текла повсюду. Их машинка была покрыта
всякими обломками, но вообще-то не повреждена. Шон уселся, размахивая в
знак приветствия целехонькой бутылкой пива.
Роланд вошел, переступая через побоище.
- Они в порядке?
- Привет, Роланд, друг мой, - воззвал к нему Шон. Он отбил горлышко
бутылки о металлический ящик, приложился к отбитому краю и как следует
глотнул.
Потом он приятно улыбнулся.
- Мы остановились пообедать?
10
Насколько я мог судить, ракета взорвалась в метре или около того от
задней двери, как раз тогда, когда она стала закрываться. Взрыв скособочил
ее, и она заклинилась примерно в двух третях от пола. Трап был весь
погнут, и вернуть его на место вручную не представлялось возможным.
Ей-богу, это все мелочи, а не убытки, если принимать во внимание, что
вообще могло произойти. Дверь поглотила большую часть взрыва, а Ариадна
была уже совсем внутри трейлера, когда взрыв прогремел. Собственно говоря,
тормоза у Ариадны были ничуть не в лучшем состоянии, чем у всех: Шону
пришлось изрядно попотеть, чтобы затормозить, в результате часть груза
была перераспределена по трейлеру. Тут тоже, к счастью, особого ущерба не
было, если не считать нескольких разбитых ящиков пива. Астрономическое
оборудование в секции для хрупких вещей, слава богу, было не тронуто.
Ну конечно, ущерб в тот момент не был для нас главным поводом для
беспокойства. Мы были выброшены на богом забытую пустынную планетку, а
когда пролетаешь через неизвестный портал, никто не дает тебе обратного
билета.
Но у нас был еще один автомобиль, на котором можно было ездить -
шевроле Карла, ну ладно, можно сказать, полтора автомобиля, если считать
калеку Ариадну. После длительных споров мы решили выслать разведывательную
группу, чтобы выяснить, обитаем ли этот мир, а если обитаем, то кто его
обитатели. Если бы оказалось, что тут никого нет, нам пришлось бы
оказаться перед весьма щекотливым вопросом, пролететь ли через портал
назад, но еще предстояло выяснить: не в одну сторону в нем организовано
движение? Нам пришлось бы проскакивать еще через многие порталы, прежде
чем мы могли бы найти обитаемую планету и помощь. Великий спор на самом
деле разгорелся только из-за того, кому оставаться, а кому ехать за
помощью.
- Но никому не придется оставаться, если мы используем обе машины, -
протестовал Шон.
- Беда в том, - возражал я, - что этот твой вспомогательный мотор
дышит воздухом. Что, если мы попадем на планету с безвоздушным
пространством?
- Ну да, тогда каюк, я об этом не подумал.
- Но мы все в шевроле не поместимся, - вставил Джон. - Разве можно?
Нас десять человек.
- Если бы немного потесниться, то смогли бы, - сказал Карл, - и мне
кажется, что это самый лучший способ.
- Может оказаться, - сказал я, - что мы сможем проехать только в одну
сторону и не вернуться обратно. Я не хочу оставлять кого-нибудь здесь
навеки... включая Сэма. Я остаюсь.
- Джейк, ты не можешь так поступить, - сказала Дарла.
- Забудь об этом, Джейк, - сказал Сэм. - Возьми просто мою матрицу и
положи в карман. Ты ведь в конце концов найдешь, куда меня запихнуть.
- И оставить тут валяться все твои недешевые программы? Не говоря уже
о тяжеловозе? Ничего не выйдет, Сэм, - сказал я. - Вы, ребята, влезайте в
эту колымагу-шевроле и трогайте. Сэм и я вполне тут справимся.
- Ты что, хочешь, чтобы мы бросили вот так вожака экспедиции? -
сказал с насмешливым возмущением Роланд. - Ничего не получится.
- Мне кажется, у меня просто талант заводить эту экспедицию из одной
беды в другую, - сказал я. - Кроме того, если я действительно вожак, вам
следует выполнять мои распоряжения без обсуждений.
- Любой приказ, кроме этого - закон, - сказал Джон извиняющимся
тоном. - Извини, Джейк, но я наконец пришел к той же точке зрения, что и
Роланд. Насколько я могу понять, все, что до сих пор происходило,
развивалось в соответствии с Планом.
Опять-таки это священное слово телеологистов. Их постоянные ссылки на
План меня замучили. Теперь же, в душной кабине, слово это вызвало у меня
приступ раздражения.
- Знаешь, - ответил я, - почти по определению, все, что происходит,
обычно бывает частью "Плана". Тебе никогда не приходило в голову, что твои
соображения несколько произвольны, логически говоря?
- Если смотреть на вещи с традиционной точки зрения, то да. Может,
мои соображения в этом случае лишены смысла. Но телеологический пантеизм -
это религия, где человек учится приспосабливаться к различным точкам
зрения. С другой перспективой, с другой точки зрения ты в конце концов
убеждаешься, что вся история горячих споров и разногласий сводится на нет
единственным выводом - что истина в конечном итоге превосходит разум.
- Странно, что ты использовал слово "вывод". Оно подразумевает, что
идет некая дискуссия, что означает, что используется логика, то есть
разум. Иными словами, ты воспользовался логикой, чтобы доказать, что
логика ни хрена не стоит.
Джон на миг задумался.
- Может быть, я именно это и имел в виду. Опять-таки, это вопрос
перспективы. Давай воспользуемся метафорой. Я использовал лестницу, чтобы
подняться уровнем выше, но на этом месте я отбрасываю лестницу, потому что
от нее уже не будет никакого толку. Она была мне полезна на определенном
этапе, но он закончился.
- Интересно, - сказал я, - но любое сравнение хромает и может тебя
подвести.
- А есть у нас время, - спросил Карл, - для всего этого философского
навоза?
- И у нас столько времени, сколько мы сами захотим, - ответил я. -
Впервые за много времени никто за нами не гонится. Давайте передохнем и
продумаем, как нам быть дальше. У нас множество еды, масса энергии для
систем жизнеобеспечения... собственно говоря, Сэм, тут становится довольно
душно. - Я пододвинул свой стул к нише со столиком. - Снизь немножко
температуру, ладно? И уровень углекислого газа, пока ты все равно этим
занимаешься.
- Постараюсь, хотя десять человеческих тел изрядно перенапрягают
систему кондиционирования воздуха, а это все, что я могу использовать. По
местному времени как раз полдень, и температура тут тридцать семь с
половиной градусов по Цельсию.
- Прости меня за это замечание, Джейк, - сказал Карл. - Просто...
- Забудь. Мы все были напряжены до излома, включая и меня. Я должен
извиниться перед вами всеми за то, как я себя вел. На меня это не похоже,
но я могу сослаться в данном случае на извиняющие меня обстоятельства.
- Ты прощен, Джейк, - сказал Джон. - Но Карл кое в чем прав. Нам надо
все же заняться насущной проблемой - а она заключается в том, что
разделяться нам на этом этапе неразумно.
- Ну, это, конечно, было бы нежелательно, в чем я с тобой согласен.
Но это может оказаться необходимым. Карл, ты говоришь, что мы можем
запихать всех нас десятерых в твою машинку...
- Я не говорю, что это будет комфортабельная поездка.
- Как насчет нагрузки на систему жизнеобеспечения?
- Мы справимся.
- Ты уверен? Ведь у всякой технологии есть свои ограничения.
- Это что же ты имеешь в виду?
- Ну, хотя бы то, что она не остановила ту ракету, которая в нас
ударила.
Карл, который присел на корточки возле кухоньки, потер подростковую
щетинку на подбородке.
- Ну да, я про это тоже думал. Но я склонен думать, что любые
ограничения были намеренно встроены в машину.
- Что ты хочешь этим сказать? - спросил Роланд.
- Ну, то, что те, кто его сделал, хотели привлечь как можно меньше
внимания к этой машине с точки зрения технологии.
- Поэтому они построили шевроле-импалу 1957 года. Интересно, как ты
называешь тот цвет, в который она окрашена? "Леденцово-яблочный"? Очень
неприметно, - сказал я.
Карл смущенно улыбнулся.
- Внешний вид машины - это моя идея. Психологические причины, главным
образом. Меня терзала тоска по дому.
Мы все смотрели на него, ожидая объяснений.
Когда мы поняли, что такового не последует, я сказал:
- Карл, кто построил твою машину? И зачем?
Улыбка стала извиняющейся.
- Честное слово, я не уверен, что я готов рассказать историю своей
жизни. Извините, но я просто не могу вдаваться в это прямо сейчас.
- Ну, что же, - сказал я. - Тебя никто не принуждает. Это твое дело.
- Спасибо, я очень ценю такт. - Он встал. - Мне кажется, что мне надо
пойти к машине и проверить управление лучевого оружия. Знаете, может быть,
что я просто изначально неправильно установил его. Как я уже вам говорил,
в этой машине есть много такого, чего я просто не понимаю. Она все время
преподносит мне новые сюрпризы. - Он потянулся. - Мне тут все равно тесно.
Лори, ты пойдешь со мной?
- Естественно.
После того, как они ушли, Шон вышел из кабины в каюту.
- Шон, как ты думаешь, что такое этот парень? - спросил я.
Он погладил свои рыжие, похожие на червячка, усы.
- Странный малый. Странный.
- Это-то мы и сами знаем, - ответил Роланд.
- Ты имеешь в виду его машину? - Шон пожал своими массивными плечами
и повернул руку ладонью вверх. - Я готов поспорить, что эта штука пришла
из неизвестных нам лабиринтов Космострады, но кроме этого... - Он
опрокинул себе в рот бутылку пива, потом вытер физиономию волосатой
ручищей. - Он анахронизм ходячий, вот что я точно понимаю.
- Да, - согласился Джон. - Его акцент, манера говорить, выражения, -
он повернулся ко мне. - Ты знаешь, Джейк, прежде чем я повстречал Карла, я
сказал бы, что твой акцент квинтэссенция того, как говорили американцы. Но
Карл звучит, как персонаж какой-нибудь древней кинокартины. Хэмфри Боварт,
кто-то вроде этого.
- Хэмфри Богарт, - поправил я.
- Ну, как бы там ни было...
- Он путешественник во времени, - выпалила Сьюзен.
- Ты хочешь сказать, что он пришел из 1957 года? - сказал Роланд.
Сьюзен пожала плечами.
- Конечно. А почему нет?
- А как он попал с земли возрастом около 1957 года сюда и в сейчас?
- Космическим кораблем.
- Космическим кораблем, - сказал Роланд, кивая и потом закатывая
глаза.
- Ну да. Относительность, расширение времени и все такое.
- Ты хочешь сказать, - продолжал Роланд, голос его просто истекал
иронией, - что он покинул Землю в 1957 году... в космическом корабле?
- Не будь таким чертовски высокомерным. Почему бы и нет?
- Потому что в 1957 году не было еще никаких космических кораблей. И
сейчас никаких нет.
- Может, его похитили рикксиане? Я не знаю! Неужели тебе надо прыгать
на меня с когтями и зубами всякий раз, когда...
- Но мы говорим о времени, которое было сто пятьдесят лет назад,
Сьюзен!
Я сказал:
- Рикксиане шляются по Космостраде примерно лет триста, Роланд.
Невозможно сказать, когда они открыли для себя межзвездные путешествия.
Роланд скептически покачал головой.
- Я готов поклясться, что очень недавно.
- Почему бы нам просто не подождать, - вставил Лайем, просунув голову
в люк из трейлера, - пока Карл сам нам не скажет? Каким бы ни было
объяснение, готов побиться об заклад, что оно окажется сложным.
- Или, может быть, ему есть что скрывать, - сказал Роланд.
- Что именно? - поинтересовался я.
- Вот в чем вопрос, правда?
- Ну, если ты предполагаешь, что он шпион или что-то в этом роде...
- Может быть, не шпион...
- Тогда что он такое? Помни, что это не ему пришла в голову мысль
увязаться за нами. Я втянул его во все это, угнав его машину.
Роланд опер подбородок на руку и стал кусать ноготь мизинца.
- У меня просто какое-то странное чувство к нему, - пробормотал он.
- Не знаю, почему, - ответил я, - мне он кажется вполне обычным
заурядным парнем.
Сьюзен хихикнула, потом тихонько скользнула рукой по моему бедру,
чтобы гладить его внутреннюю часть.
На миг воцарилась тишина.
- Ну хорошо, - прервал ее Джон. - Что станем делать?
- С Карлом? - спросил я.
- Нет, конечно. Насчет разведывательного отряда.
- Мне все-таки очень не хочется оставлять Сэма, - сказал я.
- Это я могу понять, Джейк. Я, разумеется, могу понять, какие чувства
у тебя вызывает необходимость оставить твоего отца... - на миг он смущенно
умолк и неопределенным жестом показал на кабину, - я... э-э-э-э...
- Отца.
- Да. Да, твоего отца. Иногда просто очень трудно...
- Все правильно. Кстати, Сэм находится примерно здесь, - сказал я,
показывая на маленькую выпуклость в задней стене кабины. - Это ЦПУ,
центральное процессорное устройство. Его вспомогательные банки памяти
засунуты в стену между кабиной и каютой. И, конечно, по всему тяжеловозу
разбросаны многочисленные вводы-выводы.
- Энтелехическая матрица, - сказал Роланд, - она в ЦПУ?
- Правильно. Прости, Джон. Ты как раз говорил...
- Я более или менее пытался сказать, что, если бы мы потеряли тебя,
Джейк, для остальных пропала бы всякая надежда.
- Ну, мне кажется, что ты весьма преувеличиваешь.
- Но у тебя черный кубик.
Это был первый раз за все время, когда кто-то упомянул черный кубик,
этот странный артефакт, видимо, потому, что никто не знал, что о нем
сказать. Все, что уже произошло, все, кажется, чему еще предстояло
произойти, вращалось вокруг загадки, которую представлял из себя кубик.
Предположительно, это была карта Космострады, предмет всех вожделений,
из-за которого и затевались все погони, все интриги, весь базар. В драме
Парадокса этот кубик занимал на сцене центральное место. При упоминании
Джона об этом ирония нашего положения наконец дошла до нас. Вот они мы,
потерянные, заблудившиеся, без роллеров, но с ключом ко всей системе
Космострады в нашем распоряжении... предположительно.
Ну ладно, если кубик и в самом деле легендарная карта Космострады, у
нас не было никакой возможности прочесть ее. Не было даже никакого способа
начать ее читать. Хотя мы даже не пытались копаться в этой штуковине, она
выглядела страшно и интригующе сложной, кроме того - непостижимой. Ее
непроницаемая чернота, казалось, говорила: даже и не думайте пробовать.
Трудно было представить себе, что в этой вещице заключена просто полезная
информация. Темные тайны - вот это может быть. Тайны, Которые Человеку
Постичь Не Дано. Но карта дороги, которая просто показывает мотели
получше, да пейзажи, которые стоит посмотреть? Не-а.
- Ты себе даже не представляешь, Джон, - сказал я, - как близок я был
к тому, чтобы вышвырнуть проклятую дрянь через окошко.
Джон серьезно кивнул.
- Это как молния в руках.
- Вот именно. И нам уж слишком часто в последнее время приходилось
ловить молнии голыми руками. Так почему же тебе кажется, что нам все равно
лучше оставаться с этой штуковиной?
- Мне не хочется, как ты выразился... оставаться с этой проклятой
штуковиной, но мне просто очень хочется проследить за каждым твоим шагом,
пока ты не доставишь эту треклятую дрянь домой.
- Вот как? И что ты собираешься сказать своему двойнику, когда с ним
встретишься?
- Моему дублю по Парадоксу? Мне кажется, нам очень даже будет о чем
поговорить. Однако я не помню что-то себя самого, возвращающегося из
такого путешествия. Поэтому, если я буду возвращаться обратно во времени,
я не стану разыскивать себя самого. Я не сделал этого, поэтому можно
утверждать, что не стану делать этого в будущем. Мне кажется, тут нет
парадокса.
Роланд все это время думал.
- А что, если б ты пробовал, Джон? Что, если ты пытался разыскать
себя самого?
- Я тогда потерплю неудачу.
Роланд ткнул в него пальцем.
- Но что, если ты сможешь себя разыскать?
- Но так не получится. Это уже история.
- Извини, Сьюзи, -
...Поділитися у соцмережах
