SHEKLY2

сторінка №2

...?
- Одна из многих вероятных иллюзий.
...Мишкин зарыдал. Ему хотелось иметь одну, исключительную ре-
альность. Происходящее с ним было ужасно, хуже некуда. Сейчас все, что
угодно...
Этого не может быть, подумал он. Но пачинерт был здесь, рядом,
реальный вне всякого сомнения, и он мчался на Мишкина, невероятно
правдоподобный сгусток когтей и клыков. Мишкин упал на бок, и чудовище
пронеслось мимо.
- Стреляй! - закричал Мишкин.
- Я не имею права убивать травоядных животных, - неуверенно
возразил робот.
Пачинерт развернулся и вновь помчался на них, брызжа слюной. Мишкин
прыгнул вправо, потом влево. Пачинерт следовал за ним, как тень.
Массивные челюсти раскрылись. Мишкин закрыл глаза, прощаясь с жизнью.
Он почувствовал на лице жар, услышал рев, стон и звук падения
чего-то тяжелого.
Он открыл глаза. Робот уложил чудовище из бластера прямо у ног
Мишкина.
- Травоядное, - с горечью произнес Мишкин.
- Как тебе известно, существует такое явление, как мимикрия пове-
дения. Иногда имитирование поведения доходит до такой точки, как у этой
твари: и даже до тех пределов, когда они поедают плоть, что для тра-
воядных довольно противно и приводит к расстройству желудка.
- Ты хоть сам веришь в эту чепуху?
- Нет, - упавшим голосом ответил робот. - Но я не понимаю, как эта
тварь ускользнула из ячеек моей памяти. Планета находилась под постоян-
ным наблюдением в течении десяти лет, прежде, чем здесь построили склад.
Ничто живое не могло остаться незамеченным. Без преувеличения можно
сказать, что в смысле опасности Дарбис-4 изучен так же тщательно, как и
Земля.
- Погоди, погоди, - прервал его Мишкин. - Про какую планету ты
говоришь?
- Дарбис-4, планета, на которую я был запрограммирован.
- Это не Дарбис, - Мишкин сразу почувствовал себя больным, опусто-
шенным и обреченным. - Эта планета называется Гармония. Тебя закинули не
на ту планету.

Устали читать про бедного Мишкина? Тошнит от всего? Тогда вос-
пользуйтесь услугами Службы Прерывания! Вот вам полный список - выберите
себе по душе: Паузы, Перерывы, Остановки, Провалы.

...Робот усмехнулся, но не очень искренне:
- По-моему, ты здорово напуган. Афазийная истерия - вот мой ди-
агноз, хотя Бог ее знает, я ведь не врач. Напряжение, как мне кажется...
Мишкин покачал головой:
- Сам подумай, ведь ты уже несколько раз ошибался относительно
имеющихся здесь опасностей. И ошибки эти невероятные, просто невоз-
можные.
- Странно, - сказал робот. - Сам не знаю, как это все объяснить.
- Зато я знаю. Они совершали махинации с поставками, с тех пор, как
здесь был построен склад. И ты тоже жертва махинации. Ты должен был
отправиться на Дарбис-4, а тебя забросили на Гармонию. Что ты на это
скажешь?
- Я размышляю.
- Валяй, - согласился Мишкин.
- Придумал! - воскликнул робот. - Мы, роботы класса СРОНП, от-
личаемся быстротой синантической реакции.

9



- Тебе хорошо, - сказал Мишкин. - И что же ты придумал?
- Взвесив все обстоятельства, я пришел к выводу, что в чем-то ты
прав. Мне кажется, что меня и вправду забросили не на ту планету. И это,
конечно, ставит перед нами новые задачи.
- И значит, мы должны все это обмозговать.
- Верно. Но прежде, чем мы начнем думать, позволь мне заметить, что
к нам приближается неизвестного происхождения существо.
Мишкин рассеяно кивнул. События развивались слишком стремительно, и
надо было выработать какой-то план действий. Чтобы сохранить свою жизнь,
Мишкину необходимо было все продумать, даже если бы это и стоило ему
жизни.
Робот был запрограммирован на Дарбис-4. Мишкин был запрограмми-
рован на Землю. И здесь, на Гармонии, они были в положении двух слепых в
котельной. Для Мишкина лучше всего было бы вернуться назад к складу.

Оттуда он мог передать всю информацию на Землю и ждать, пока на Гармонию
не пришлют или запасную деталь, или запасного робота, или же и то, и
другое. Однако на это могли уйти месяцы, даже годы. А необходимая ему
деталь находилась всего лишь в нескольких милях отсюда.
И тут Мишкин вспомнил конквистадоров Нового Света, прокладывавших
свой путь через джунгли, встречавшихся с Неизвестным и покорявших его.
Вряд ли Неизвестное изменилось коренным образом с тех пор, когда фини-
кийцы вывели свои корабли за Геркулесовы столбы.
Он никогда не простил бы себе, если бы повернул назад, признав
этим, что в нем меньше от настоящего мужчины, чем в Гунно, Кортесе,
Писарро и других крепких орешках.
С другой стороны, если он продолжит свой путь и потерпит неудачу,
он никому ничего не докажет.
Что ему действительно хотелось, так это продолжить путь и добиться
успеха, даже если впереди его ждали неизвестные опасности.
В любом случае проблема была интересной, такой, над которой чело-
век мог бы размышлять довольно долгое время. Несколько недель размыш-
лений могли бы привести к правильному решению и предоставить ему не-
вообразимое...
- Существо приближается довольно быстро, - сказал робот.
- Ну так пристрели его.
- А вдруг оно безобидное?
- Сначала шлепни его, а потом разберемся.
- Стрельба не является единственной подходящей реакцией на все
опасные ситуации.
- Верно, но это на Земле.
- И на Дарбисе-4, - сказал робот. - Там неподвижность является са-
мым безопасным приемом.
- Вопрос в том, - сказал Мишкин, - похожа ли данная местность на
Землю или на Дарбис-4?
- Если бы мы это знали, - заявил робот, - то мы действительно зна-
ли бы что-то.
Новая угроза явилась в образе змея длиной примерно двадцать футов,
оранжевого, с черными полосами. У этого гигантского червяка было пять
голов, сидящих, как гроздь, на конце туловища. У каждой головы имелся
один глаз с многогранной поверхностью и влажная зеленая пасть.
- Судя по размерам, он опасен, - заметил Мишкин.
- Только не на Дарбисе! - возразил робот. - Там чем они больше, тем
безобиднее. А вот маленьких паразитов надо бояться.
- Но ведь мы не на Дарбисе!
- К сожалению, да, - признал робот.
- И что же нам делать?
- А черт его знает! - ответил робот.
Змей приблизился к ним футов на десять. Пасти его угрожающе рас-
крылись.
- Стреляй! - приказал Мишкин.
Робот поднял бластеры и выстрелил прямо в возвышавшуюся над ним
грудь змея. Головы раздраженно мигнули. Робот снова поднял бластеры, но
Мишкин остановил его.
- Это не подходит, - сказал он. - Что ты еще можешь предложить?
- Неподвижность.
- К черту неподвижность, мне кажется, что нам нужно поскорее уно-
сить ноги отсюда!
- Поздно, - сказал робот. - Замри!
Мишкин замер. Головы чудища приблизились. Мишкин закрыл глаза и
услышал следующий разговор:
- Давай сожрем его, а, Винс?
- Заткнись, Эдди, только вчера вечером мы съели целого ормитунга.
Ты что же, хочешь маяться от несварения желудка?
- Я до сих пор голоден!
- И я тоже!
- И я!

10



Мишкин открыл глаза и увидел, что разговор ведут все пять голов
змея. Та, которую называли Винсом, была расположена посредине и выде-
лялась большими размерами. Винс продолжал:
- Тошнит меня от вас, парни, от вас и вашей жратвы. Как только я
начинаю входить в форму, вернее, наше туловище начинает, после месяца
тренировок в гимнастическом зале, как вам снова не терпится отрастить
брюхо. Но я говорю этому "нет"!
- Мы имеем право есть все что угодно и когда угодно, - захныкала
одна из голов. - Наш папочка, да хранит его душу Бог, говорил, что ту-
ловище принадлежит нам всем, и мы должны владеть им на равных.

- Папочка говорил также, чтобы я за вами, пацанами, присматривал, -
ответил Винс, - потому что у вас всех, вместе взятых, не хватит мозгов
даже для того, чтобы влезть на дерево. И к тому же папочка никогда не
ел незнакомых.
- Это точно, - голова повернулась к Мишкину. - Меня зовут Эдди.
- Меня - Лукко.
- Меня - Джо.
- А меня - Чико. А это Винс. Вот и познакомились. А теперь, Винс,
мы сожрем его сию же минуту, потому что нас четверо, и мы уже устали от
твоих приказаний, и отныне мы будем делать то, что нам захочется, и если
тебе это не по нраву, то постарайся как-нибудь с этим смириться. Идет,
Винс?
- Заткнись! - загремел Винс. - Уж если кто и собрался здесь по-
жрать, так это буду я!
- А как же мы? - заскулил Чико. - Папочка говорил...
- Что бы я ни съел, в конечном итоге будет и вашим. - сказал Винс.
- Но мы же не почувствуем вкуса, если не попробуем сами, - возра-
зил Эдди.
- Это точно, - ухмыльнулся Винс. - Но обещаю вам попробовать не
только за себя, но и за всех вас.
- Извините, Винс, - отважился Мишкин.
- Какой я тебе Винс? - зарычал тот. - Для тебя я мистер Палио-
телли.
- Извините, мистер Палиотелли. Я хотел сказать, что являюсь фор-
мой разумной жизни, а там, где я живу, разумные создания не едят других
разумных созданий, разве что тогда, когда нет никакого выхода.
- Ты что, вздумал меня учить, как себя вести? - возмутился Винс. Я
- разумный? Да я даже университета не закончил. С тех пор, скончался наш
папочка, мне приходилось работать в прокатном цехе, вкалывать по две-
надцать часов в сутки, чтобы прокормить пацанов. У меня хватает ума по-
нять, что у меня не хватает ума.
- Но на вид вы достаточно умны, - заискивающее сказал Мишкин.
- Ну разумеется, во мне есть врожденный интеллект. Я, возможно, ни-
чуть не глупее любого образованного червя Уоп. Но вот что касается
образования...
- Роль формального образования часто переоценивается, - ввернул
Мишкин.
- Будто я этого не знаю, - согласился Винс. - Но куда без диплома в
этом мире?
- Трудновато, - кивнул Мишкин.
- Ты, возможно, будешь смеяться, но я всю жизнь мечтал научиться
игре на скрипке. Ну не смешно ли?
- Вовсе нет, - ответил Мишкин.
- Вообрази себе глупого Винса Палиотелли, пиликающего на дурацкой
скрипке арию из "Аиды"?
- А почему бы и нет? Я уверен, что у вас есть талант.
- Мне все кажется, - признался Винс, - что вначале был чудесный
сон. А потом пришла жизнь с ее бесконечными проблемами, и мне пришлось
сменить бесплотную призрачную ткань видения на грубую серую холстину
этого... как его...
- Хлеба? - спросил Чико.
- Обязанностей? - предположил Мишкин.
- Ответственности? - подсказал робот.
- Да нет, все это не то, - горько сказал Винс. - Недоучка и недо-
тепа вроде меня не может разбрасываться параллельными конструкциями.
- Возможно, вам стоит попытаться изменить ключевые понятия, -
предложил робот. - Попробуйте сменить "призрачную ткань поэзии" на
"грубую холстину мирской жизни".
Винс уставился на робота, а потом обратился к Мишкину:
- Твой приятель корчит из себя умника?
- Да нет, - ответил Мишкин. - Просто он попал не не ту планету. Не
обижайтесь на него, он всего лишь робот класса СРОНП.
- А раз робот, так пусть держит язык за зубами!
- Весьма сожалею, если обидел вас, - живо отозвался робот.
- Да ладно, замнем. Вы в общем-то неплохие ребята, и я не стану вас
есть. Но мой вам совет - держитесь здесь поосторожней. Не все тут так
добры и простодушны, как я. Честно говоря, они это сделают, даже не
будучи голодными - уж больно у вас обоих отвратительная внешность.

11



- А на что нам обращать особое внимание? - спросил Мишкин.
- Обращайте особое внимание на все, - ответил Винс.
Мишкин и робот от всей души поблагодарили добряка-змея, вежливо
кивнули его менее воспитанным братьям и двинулись дальше через лес, по-
скольку другого пути у них не было. Вначале медленно, а потом все при-
бавляя шаг, они шли, чувствуя, как по пятам за ними крадется сама
смерть, жутко постанывая и обдавая из смрадным дыханием. Робот недо-
вольно бурчал что-то, но Мишкину было не до разговоров.

Они вступили под сень огромных ветвистых деревьев, которые раз-
глядывали путешественников спрятанными в густой листве глазами. Когда
Мишкин и робот миновали их, деревья начали шептаться друг с другом.
- Довольно странная компания, - пробормотал старый вяз.
- Похоже на оптическую иллюзию, - сказал дуб. - Особенно эта ме-
таллическая штуковина.
- О, моя голова! - застонала ива. - Ну и ночка была! Хотите,
расскажу?
Мишкин и робот продолжали свой путь через лесную глухомань, су-
мерки сгущались, и призрачные, словно видения, воспоминания о былом ве-
ликолепии лесной чащи окружили их, возникая из воздуха, полного бледных
испарений, словно нечто умирающее, с переломанным хребтом, ползало по
благородным, слегка светящимся стволам деревьев, по ветвям плакучих ив.
- Да, местечко не из веселых, - заметил Мишкин.
- Эти штучки меня не очень интересуют, - ответил робот. - Мы, ро-
боты, не подвержены эмоциям. В нас заложена способность проникновения в
суть вещей, так что мы ко всему относимся с предубеждением, что равно-
сильно прежде всего трезвому подходу.
- Угу, - отозвался Мишкин.
- Именно поэтому я с тобой согласен. Здесь действительно мрачно-
вато и пахнет привидениями.
Робот по своей натуре был довольно добродушен, и даже его метал-
лическая внешность не могла этого скрыть. Спустя много лет, когда он
уже покрылся ржавчиной, а конечности его страдали усталостью металла, он
любил рассказывать молодым роботам о Мишкине. "Это был спокойный чело-
век, - говорил он, - можно было даже подумать, что он был глуповат. Но в
нем чувствовалась некая направленность и стремление смириться со
своим положением, что особенно вызывало уважение. Ведь он, в конце кон-
цов, был всего лишь человеком, и таких людей мы больше не увидим".
- Конечно, дедушка, - отвечали детишки-роботы и разбегались,
хихикая втихомолку. Все они были гладенькие, блестящие, и считали себя
единственными современными созданиями, им и в голову не приходило, что и
до них были другие, и после них будут другие. И если им говорили, что
придет время, и их тоже уложат на полку рядом с другими развалюхами, это
вызывало у них приступ жизнерадостного смеха. Таковы молодые роботы, и
никакое программирование не в состоянии изменить их.
Но все это будет в далеком будущем. А в настоящем были Мишкин и
робот, пробирающиеся через лес, отягощенные исключительными знаниями,
совершенно бесполезными в данной ситуации. Возможно, именно в это время
Мишкин сделал свое выдающееся открытие, заключающееся в том, что знания
не соответствуют необходимости. Ведь всегда чего-то не хватает, и умный
человек строит свою жизнь на основе собственных знаний о недостаточной
пользе знаний.
Мишкин предчувствовал опасность. Он хотел встретить ее во все-
оружии. Но какое "оружие" может ему пригодиться? Он ужасно боялся по-
пасть впросак.
- Послушай, - сказал он роботу. - Давай что-нибудь придумаем. Опас-
ность может застать нас в любой момент, и нам просто необходимо под-
готовиться к ней заранее.
- Что ты предлагаешь? - спросил робот.
- Давай бросим монету.
- Это, - заявил робот, - пахнет фатализмом и совершенно противо-
речит тому научному мировоззрению, которое мы с тобой представляем.
Сдаться после всего, чему мы научились? Об этом не может быть и речи.
- Мне и самому это мне по душе, - признался Мишкин, - но согла-
сись, что какой-то план действий нам необходим.
- Может быть, будем принимать решения по ходу дела? - предложил
робот.
- А ты уверен, что у нас будет на это время?
- Именно сейчас у нас есть шанс проверить это, - ответил робот.
Мишкин увидел впереди нечто плоское, тонкое и широкое, похожее на
лист серого цвета. Оно планировало на высоте трех футов, направляясь в
их сторону, как, впрочем, и все живое на Гармонии.
- Что нам делать? - спросил Мишкин.
- Черт его знает, - ответил робот. - Я как раз собирался спросить
об этом у тебя.
- Удрать от него вряд ли удастся.
- Неподвижность тоже мало чего дает.
- Может, пристрелить эту штуку?
- На этой планете от бластеров мало толку. Еще рассердим ее.

12



- А что, если мы тихонечко пойдем своей дорогой, ни о чем не ду-
мая? Может, оно оставит нас в покое?

- Безнадежная затея, - сказал робот.
- У тебя есть другие идеи?
- Нет.
- Тогда пошли.
Однажды Мишкин с роботом пробирались через лес, и было это в весе-
лом месяце мае, когда вдруг до смерти напугали пару налитых кровью глаз,
и было это в веселом месяце мае.
Смешного мало, когда вы внизу.
- Встань, я тебя сосчитаю, - сказал Мишкину его отец. Мишкин встал,
чтобы его сосчитали, и число оказалось единицей. Но это ни к чему не
привело. С тех пор Мишкин никогда не вставал, чтобы его сосчитали.
Рассмотрим сейчас ситуацию с точки зрения чудища, которое прибли-
жалось к Мишкину. Из хорошо освещенных осведомленных источников нам
доподлинно известно, что чудище вовсе не считало себя чудищем. Подоб-
ные иллюзии испытываем и мы, когда основательно нагрузимся. Неплохо бы
запомнить, когда налаживается контакт с незнакомым тебе существом, что
"Чудище волнуется". Остается лишь убедить его, что несмотря на ваш чу-
довищный вид, вы тоже испытываете волнение. Обмен волнующими эмоциями
является первым шагом при контакте
- Ох! - сказал Мишкин.
- В чем дело? - спросил робот.
- Я уколол ногу.
- Так мы никогда отсюда не выберемся.
- Не ворчи. Лучшее, что мы можем сделать - это продолжить путь.
Солнце спустилось к горизонту. Лес засиял разноцветными бликами.
Мишкин представлял из себя сложное человеческое существо со своим прош-
лым, сексуальными заботами и различными неврозами. Робот представлял из
себя усложненное подобие человека и мог вполне таковым считаться. Су-
щество, приближавшееся к ним, было неизвестного происхождения, но у него
наверняка хватало своих сложностей. Все было сложным.
Когда Мишкин приблизился к чудовищу, его захлестнули самые не-
вообразимые фантазии, описывать которые нет никакого смысла.
У чудища тоже возникли определенные фантазии.
Один лишь робот не фантазировал. Это был старомодный робот, с твер-
дыми убеждениями и протестанской этикой, и его трудно было обвести
вокруг пальца.
На зеленых, в форме сердечка, губах чудища висели капельки
кристально чистой жидкости. В действительности же это были не капли
жидкости, а вонючие отбросы какой-то фабрики в Йонкерсе. Дети украшали
ими деревья.
Чудище продолжило свой путь. На ходу оно учтиво поклонилось Миш-
кину, робот поклонился чудищу, и они разошлись в разные стороны.
Чудище остановилось.
- Что это было? - спросило оно. - Что за чертовщина?
- Меня самого до сих пор трясет, - ответило дерево-шагомер, при-
бывшее с севера в надежде поиграть на бирже.
- Кажется, подействовало, - сказал Мишкин.
- Как обычно, - ответил робот. - На Дарбисе-4 всегда так.
- Но мы-то на Гармонии!
- Ну и что? В конце концов, если что-то сделано правильно, то оно
будет правильным несчетное количество раз. Действительным числом явля-
ется эн минус единица, а это очень большое число, и оно содержит в себе
лишь одну ошибку при бесконечности правильных действий.
- И насколько часта вероятность ошибки?
- Чертовски часта! - ответил робот. - Из-за нее летит к черту закон
средних величин.
- В таком случае твоя формула неверна?
- Отнюдь, - возразил робот. - Теория правильная, даже если она име-
ет обыкновение не срабатывать на практике.
- Это полезно знать на будущее, - заметил Мишкин.
- Разумеется. Кое-что знать всегда полезно. В любом случае, у нас
появился еще один шанс испытать ее. К нам приближается очередное чудище.
Никто в лесу не умел делать выводы на основе философии. Рэмит,
например, брел, охваченный чувством презрения к самому себе. Рэмит знал,
что он совершенно и непоправимо одинок. Отчасти это было следствием то-
го, что рэмит был единственным оставшимся в живых представителем своего
вида, и от знания этого еще более усиливалось чувство одиночества. Но
рэмит знал также, что ответственность за отчуждение лежит на совести
индивидуума, и что обстоятельства, какими бы неблагоприятными они не
были, являются всего лишь основой, на которой индивидуум разыгрывает
свои собственные внутренние драмы. Эта мысль угнетала и приводила в
смятение, поэтому рэмит брел, чувствуя себя обреченным, оставшимся на
Гармонии в полном одиночестве, как оно и было на самом деле.

13



- Это еще что такое? - изумился рэмит. Он тяжелым взглядом уста-
вился на двух инопланетян. - Галлюцинация, конечно, - поразмыслив, от-
ветил он сам себе. - Вот к чему приводит моя повышенная чувствитель-
ность.
А два инопланетянина, то есть галлюцинация, продолжали свой путь,
как ни в чем не бывало. Рэмит мысленно охватил взглядом всю свою жизнь.
- Все это мешок с дерьмом, - констатировал он. - Рэмит всю жизнь
вкалывает, и что же он получает взамен? У него неприятности с ментами,
подруга его бросает, бросает жена, и в конце концов у него начинаются
галлюцинации, и какие - инопланетяне! До чего же я могу докатиться?

1.

- Я собираюсь сделать вот что, - заявила графиня Мельба.- Я со-
бираюсь взять с вас залог.
- Боже всемогущий, как вы мне надоели! - воскликнул граф Мельба. -
Делайте что угодно, только оставьте меня в покое!
- Я больше не верю в вас, - грустно сказала графиня.
В тот же миг граф Мельба растворился в воздухе, превратившись в
бесплотное существо, и насколько мне известно, таким он и остался до
конца своей жизни.

Мишкин вспомнил кое-что, случившееся с ним, когда он был маль-
чишкой и жил на ранчо близ Абилены. Но он не стал вдаваться в под-
робности, так как не видел в этом пользы при нынешних обстоятельствах.
- Можно висеть на волоске от самой ужасной смерти, - ни с того, ни
с сего изрек робот, - и испытывать смертельную скуку.
- Можно испытывать то же самое, слушая тебя, - сказал Мишкин.
Внезапно лес кончился. Это произошло в результате воздействия
флорального эквивалента копыт и челюстей, нанесших окрестностям такой
урон. Но это ерунда, продолжим наш путь без всякого леса.

2.

Мишкин очутился на огромной стоянке для автомашин. Она была беже-
вого цвета, с зелеными и желтыми полосами. Счетчики были выкрашены в
розовато-лиловый цвет, а измятые обрывки газет были ярко-красного цвета
и цвета бронзы. Это была стоянка что надо.
- Похоже на стоянку для автомашин, - заметил Мишкин.
- Правда, похоже? - обрадовался граф Мельба, подкручивая кончики
длинных светлых усов. - Это напоминает мне одну интересную историю. Один
из моих приятелей гостил у своего друга в Серрее. Точнее, в Костуольце.
На ночь он удалился в комнату, в которой, как поговаривали, водились
привидения. Мой приятель решил, что это довольно пикантно, но, разуме-
ется, не верил в эту чепуху. Никто в это не верит. Так вот, мой прия-
тель поставил рядом с кроватью оплывшую свечку - там, знаете ли, не
было электричества, вернее, оно было, но внезапная буря разнесла все к
чертям. Находясь в прекрасном расположении духа, мой приятель начал го-
товиться ко сну, как вдруг...
- Простите, - сказал Мишкин, - а вы кто такой?
- Граф Мельба, - ответил граф Мельба. - Но вы можете звать меня
просто Кларенс. Терпеть не могу все эти титулы. Но - вы простите меня,
мне кажется, я не раслышал вашего имени...
- Потому что я его и не называл.
- О, послушайте, это великолепно! Оригинал?
- Был когда-то.
- Просто великолепно!
- Меня зовут Мишкин, - сказал Мишкин. - Простите, а вам не встре-
чался здесь робот?
- Честно говоря, нет.
- Странно, он вдруг исчез ни с того, ни с сего.
- Ничего странного, - возразил граф. - Всего минуту назад моя жена
заявила, что больше не верит в меня - и вот пожалуйста, я просто исчез.
Это тоже вам кажется странным?
- Очень странным, - ответил Мишкин. - Но я полагаю, что такие вещи
возможны.
- Я тоже так считаю, поскольку это только что произошло со мной.
Но вообще чертовски странная штука, это исчезновение.
- А на что это похоже?
- На пальцах это трудно объяснить. Нечто вроде бесплотности, вы
понимаете, что я имею в виду?
- Куда же он делся, - пробормотал Мишкин. - Послушайте, вы увере-
ны, что не видели моего робота?

- Абсолютно уверен. Для вас много значит эта потеря?
- Нам много пришлось пережить вместе.

14



- Старые фронтовые друзья, - кивнул граф, покручивая усы. - Нет
ничего дороже старой фронтовой дружбы. Или прошедших войн. Помню, как-то
у Ипра...
- Простите, - прервал его Мишкин, - не знаю, откуда вы взялись, но
считаю своим долгом предупредить вас, что вы исчезли, или, вернее, вас
исчезли в места очень опасные.
- Очень благородно с вашей стороны предупредить меня, - сказал
граф. - Но мне ничего не угрожает. Номер опасности - это номер кадра из
вашего кино, а я нахожусь в совершенно иной, менее удовлетворительной
последовательности. Прожекты делают нас посмешищем, как сказал поэт.
Причудливые анахронизмы, старина - это уже больше по моей части. Итак,
как я уже говорил...
Граф Мельба внезапно умолк. Тревожная тень пробежала по его лицу.
Его не удовлетворял собственный облик. Единственными запомнившимися ему
особенностями были его светлые усы, безукоризненная английская речь и
менее безукоризненный ум. Этого было явно недостаточно, и граф решил
немедленно сменить обстановку.
Граф Мел...

Список сторінок

• #
• 1
• 2
• 3
• 4
• 5
• 6
• 7
• 8
• 9

Поділитися у соцмережах